Материалы совещаний между представителями имперского правительства и Верховного главнокомандования в Спа в начале июля 1918 года.
На этом совещании председательствовал кайзер Вильгельм II. На нем присутствовали: генерал фон Плессен и 3 начальника кабинетов, рейхсканцлер с заместителем статс-секретаря фон Радовицем и полковником Вянтерфельдтом, действительный тайный легашюнный советник фон Розенберг, военный министр фон Штейн с генералом фон Врнсбергом и майором фон Гейдекампфом, статс-секретарь имперского военно-морского ведомства с вице-адмиралом Геббннгхаусом, генерал-фельдмаршал фон Гинденбург, генерал фон Людендорф, генерал фон Бартенверфер. полковник барон фон Ольдерсхаузен, майор Бринкман, легационный советник барон фон Лерснер, легационный секретарь барон фон Ов, граф Штнрум.
Спа, 2—3 июля 1918 г,
Протокол совещания от 2 июля 1918 г.
Генерал Людендорф.
Освещает политическое положение в России в настоящее время. Современное положение в Великороссии непрочно. Позиция большевиков сильно ослаблена, а влияние монархических элементов за последнее время значительно возросло. Следует считаться с возможностью переворота в любой момент. Если влияние Антанты усилится, то нам придется, пожалуй, переместить силы с Запада на Восток. Поэтому мы должны стремиться оказать такое влияние на положение, чтобы укрепить свой тыл и лишить Антанту надежды поднять еще раз против нас Россию.
Финский вопрос: наше предложение о совместных действиях России и Финляндии против Антанты в Мурманске отклонено большевистским правительством. Теперь оно использует это предложение для подстрекательства монархистов. Что же произойдет, если Россия не выбросит англичан из Мурманска?
Фон Розенберг.
Мы поощрим Финляндию выступить против Мурманской железной дороги и поддержим ее оружием, советом и делом, возможно, также и войсками. Во всяком случае, не должно уществовать английского государства на Мурманском побережье.
Генерал Людендорф.
Отношение к монархистам в России: мы не должны отталкивать от себя монархистов. Для этого нам следует обеспечить себе определенные гарантии.
Рейхсканцлер.
Озабочен тем, что монархическая Россия вновь окрепнет, и сомневается в том, что монархисты признают Брестский договор.
Генерал Людендорф.
Поступает все больше и больше сведений о том, что монархисты пойдут на это.
Военный министр.
Подтверждает это. Монархисты смирятся с [потерей] Прибалтики, но захотят получить поддержку в деле воссоединения Украины с Великороссией.
Людендорф.
Примерно такова же обстановка и на Украине. Никогда не будет жизнеспособного самостоятельного украинского государства. Национальный дух Украины существует и удерживается благодаря пребыванию наших войск. Мы должны быть готовы ко всяким случайностям.
Майор Бринкман.
Слабость украинского правительства в том, что нет националистических сил, которые могли бы возглавить правительственные посты. Все руководящие деятели — великороссы. Против теперешнего правительства направлена агитация всех украинских шовинистов. Собственно говоря, у него нет никакой опоры в стране.
Генерал Людендорф.
Монархисты хотят иметь единую Россию. Этой мечты их ни в коем случае нельзя лишать, но мы должны потребовать, чтобы они стали на платформу Брестского мира. Если даже монархисты и представляют собой сторонников порядка (Ordnungselemente), мы все-таки не должны предпринимать попыток свергнуть в настоящее время большевиков.
Рейхсканцлер.
Согласен.
Его величество.
Мы пошли на Украину, чтобы получить продовольствие. В условиях хаоса в России мы хотим там навести порядок. Мы не"должны предаваться иллюзии, что Украина долгое время сможет быть оторванной от Великороссии. Украина, так же как и Великороссня, славянское государство. Обе вновь объединятся. Вокруг Киева могут сейчас группироваться все русские сторонники порядка, и отсюда может произойти возрождение России.
Генерал Людендорф.
Ведомство иностранных дел хочет как можно скорее снять укрепления с Аландских островов, но я вынужден настаивать на том, чтобы отсрочить рассмотрение этого вопроса. Шведы, заключив недавно торговый договор, поступили в отношении нас весьма недружелюбно. Военный атташе считает, что это может стать поводом отложить снятие укреплений.
Рейхсканцлер.
Имперское правительство согласно с этим.
Генерал Людендорф.
На переговорах с Иоффе играл роль вопрос о том, останется ли Ревель в будущем крепостью. Мы не можем взять на себя обязательство не укреплять Ревель. Это недостойно великой державы и легко привело бы к новым трениям.
Военный министр.
Такое обязательство весьма рискованно. Соглашения в отношении Гюнингена от 1815 года причиняли нам вплоть до самой войны постоянные неприятности со Швейцарией.
Генерал Людендорф.
Военно-морской флот создал в Либаве крупную базу. В этой связи о Ревеле не может быть и речи. Поэтому мы можем дать русским определенные гарантии. Ревель представлял бы для Петербурга угрозу лишь в том случае, если бы мы его оборудовали, как Киль или Вильгельмсгафен. Этого не намечено.
Посланник фон Розенберг.
Иоффе надеется прийти с нами к соглашению в отношении Эстляндии и Лифляндии. Могу я сообщить в Берлин, что мы можем пойти ему на уступку и не создавать военно-морской базы в Ревеле?
Статс-секретарь имперского военно-морского ведомства.
Мы не можем отказаться от опорного пункта для подводных лодок в Ревеле. Если даже этот вопрос и не станет актуальным в ближайшие годы, то такое обещание все же очень рискованно.
Генерал Людендорф.
Мое предложение касалось не опорного пункта, а базы, т. е. места сосредоточения военно-морских сил.
Статс-секретарь имперского военно-морского ведомства.
Во всяком случае, надо совершенно ясно определить, что следует понимать под базой.
Генерал Людендорф.
Я полагаю, что мы можем согласиться с предложением Розенберга.
Главнокомандующий Восточным фронтом сообщает, что вопрос о колонизации стал, по-видимому, теперь весьма актуальным в ландтаге в Дерпте. В Курляндии этот вопрос близокк урегулированию. Также в Лифляндии и Эстляндии ландтаг уступит '/з крупного землевладения, если увидит, что Германия твердо решила заботиться об этих странах.
В отношении установления границы я сообщил ведомству иностранных дел различные пожелания. Одним из этих пожеланий было отодвинуть границу к восточному берегу Чудского озера. Но это вопрос второстепенного значения. С военной точки зрения важно владеть Двинском с его дорогами. Это требование выходит за рамки соглашений Брестского договора. Я согласен с имперским правительством в том, что эту цель можно достичь единственно путем переговоров, возможно, путем обмена на территорию, расположенную к югу.
Начальник военных железных дорог.
Линия дислокации войск для Прибалтики совершенно недостаточна. Быстрое строительство железных дорог невозможно. Лишь дорога Рига — Двинск может обезопасить нас.
Генерал Людендорф.
Дислокация войск совершенно невозможна без обладания этой дорогой; она длилась бы свыше четырех недель. Только владея Двинском и построив железную дорогу через так называемую польскую пограничную полосу, можно обеспечить безопасность.
На Украине с трудом поддерживается спокойствие. Если Антанта одержит верх в Великороссии, то она встретит там пассивную поддержку. Мы можем найти активную поддержку не на Украине, а, вероятно, у донских казаков. Они, так же как и чехословаки, борются против большевиков. Если они объединятся, то следует опасаться, что донские казаки также перейдут в лагерь Антанты. Мы должны поэтому поддерживать отношения с казаками. Оказывать влияние можно только с помощью денег. Я прошу ведомство иностранных дел основательно поддержать меня в этом. Было бы желательно, чтобы мне предоставлялись деньги молча и без особых указаний.
Военный министр.
Важно, чтобы Верховное главнокомандование поддержало меня перед имперским казначейством. Основного сопротивления нужно ждать с этой стороны. 15 миллионов, которые я требовал до сих пор, являются слишком маленькой суммой для осуществления этой задачи. Оказание влияния на казаков— это наша военно-стратегическая задача. Мы должны ассигновать необходимые средства.
Генерал Людендорф.
Без денег мы не сможем удержать казаков. В таком случае наше положение мотло бы осложниться. Мы не сможем тогда больше рассчитывать на поставки зерна.
Посланник фон Розенберг.
Каждый миллион, затраченный нами в России, является сэкономленным миллионом. Ведомство иностранных дел будет горячо поддерживать пожелания Верховного главнокомандования перед имперским казначейством.
Что касается территории кубанских казаков, то я прошу учесть, что она является еще составной частью русского государства. Следовало бы избегать чрезмерно обременительных требований к большевистскому правительству. Русское правительство недавно заявило о своей готовности признать самостоятельность Грузии, если мы проявим незаинтересованность в Донской области и не признаем самостоятельность казаков.
Генерал Людендорф.
Но нам нужна Донская область и прежде всего Баку. Здесь речь идет о необходимом военном мероприятии. Если мы не позаботимся о донских казаках, то они перейдут на сторону Антанты. Этому нужно помешать, учитывая положение на Западном фронте.
Посланник фон Розенберг.
Было бы желательным, чтобы военные меры, на необходимость которых здесь указывали, осуществлялись в известной степени за спиной политического руководства.
Генерал Людендорф.
Абсолютно согласен.
Посланник фон Розенберг.
Но мы не сможем тогда взять также на себя перед русскими определенного обязательства не проявлять заинтересованности в Донской области. Это было бы нелояльно.
Генерал Людендорф.
Этому я не придаю значения. Я хочу лишь помешать отходу от нас казаков.
Посланник фон Розенберг.
В случае необходимости наше поведение в отношении русских можно было бы объяснить тем, - что мы вынуждены были выделить деньги для защиты большого количества немцев, проживающих в Донской области.
Военный министр.
Нам следовало бы договориться с русскими, что мы хотим поддержать казаков против чехов.
Генерал Людендорф.
С этим я бы вполне согласился.
Рейхсканцлер.
5 июля сюда прибудет его превосходительство Криге с тем, чтобы сделать доклад по этому вопросу.
Генерал Людендорф.
Относительно Крыма у меня была долгая переписка с ведомством иностранных дел. Я руководствуюсь здесь тем соображением, что там мы должны получить правительство, которое сможет правильно управлять страной.
Майор Бринкман.
Когда мы вступали в Крым, все ожидали, что мы возьмем на себя защиту страны. Нужно было покончить с положением, когда в стране нет правительства. Мы стояли перед дилеммой, так как там нет возможности осуществить декларацию о самостоятельности страны на основе народного волеизъявления. Теперь Великороссия и Украина претендуют на Крым. Согласие в этом вопросе между обеими так же невозможно, как и в вопросе о границе. Порядок, во всяком случае, нужно установить. Большевистские преступники там еще на свободе. Мы не можем задним числом чинить правосудие. Население не в состоянии сформировать правительство. Генерал Сулькевич готов управлять страной в согласии с нами. Но он отклоняет всякое политическое сотрудничество с Украиной. Такое требование привело бы к падению его правительства. Мы должны считаться с тем, что Крым скоро обратится к имперскому правительству по поводу признания его самостоятельности.
Посланник фон Розенберг.
Я согласен рассматривать его как правительство де-факто. Но мы не должны заходить слишком далеко, ибо рано или поздно он все-таки отойдет к России. До тех пор, пока мы надеемся, что мы по-хорошему договоримся с Россией, мы не можем отступать от своей точки зрения в вопросе признания. Я посоветовал грузинам попытаться уже сейчас добиться у Иоффе признания. Вероятно, можно было бы добиться этого путем уступки в вопросе о Баку. Такие обещания сильно подзадорили бы русских. Вероятно, можно было бы повлиять на Иоффе и деньгами. За последние недели грузины увеличили свои планы настолько, что они требуют теперь союза, военной конвенции и торгового договора.
В отношении союза у меня серьезные опасения. У Грузии возможные противники — Турция и Россия. В Турции германо-грузинский договор о союзе вызвал бы крайнее недовольство; а что касается России, то мы не должны забывать, что любое будущее правительство должно обратить свой взор на Кавказ. Ведомство иностранных дел не может поэтому в данный момент взять на себя ответственность за союз с Грузией.
Но грузины могут пока довольствоваться и уже известными обещаниями. Мы можем им обещать, что мы намерены всячески поддержать их претензии на историческую и этнографическую границу страны. Кроме того, их можно заверить, что после консолидации государственных отношений мы займемся доброжелательным рассмотрением вопроса о союзе.
Наши экономические отношения с Грузией я считаю надежными. Банк «Дисконто-Гезельшафт» организовал располагающий значительным капиталом консорциум, который готов выдать стране аванс в размере 50—80 миллионов марок. Этим будет удовлетворена на первое время самая необходимая потребность в капитале. Деньги следует гарантировать портовыми сборами Поти и экспортной пошлиной на марганец. Благодаря этой трансакции мы приобретем влияние на грузинское сырье (прежде всего на важную марганцевую руду), а также на железные дороги. Переговоры успешно продвигаются вперед.
Генерал Людендорф.
Я совершенно не стремлюсь к союзу, Я хотел бы лишь в военных целях действительно сотрудничать с Грузией. Нашему Западному фронту нужны люди. В Грузии хороший солдатский материал. Если мы оставим грузин в неведении, то я не достигну своей цели. Мы должны раскрыть свои карты. Это также необходимо в отношении Турции, которая лишь в этом случае пойдет на уступки.
В Румынии мы не можем рассчитывать на увеличение экспорта нефти. Для ведения войны нам срочно нужна нефть из Баку. Признание Грузии - это единственно реальный путь к Баку. Мы должны действовать без промедления. Нашему военно-морскому флоту нужна нефть. Вопрос о нефти является наиважнейшим.
Заместитель статс-секретаря фон Радов
Только что поступила телеграмма из ведомства иностранных дел о том, что Иоффе твердо гарантирует нам нефть из Баку. Было бы желательно отложить пока принятие решения.
Генерал Людендорф.
Вопрос вообще еще не назрел. Мы должны сперва подождать еще сообщений от Кресса. Если же брат Энвера Нури выступит все же на Баку, то возникнут совершенно новые трудности.
Посланник фон Розенберг.
Зачитывает телеграмму Мирбаха о том, что русское правительство готово поставлять продовольствие с Кубани, если мы обязуемся нe продвигаться больше вперед. Ведомство иностранных дел ходатайствует о принятии этого предложения.
Генерал Людендорф.
Иоффе всегда утверждает, что мы продолжаем свое наступление. Но это неправда. Я прошу доказательств. Поставок от большевиков мы никогда не добьемся. Вопрос с продовольствием в Петербурге в безнадежном состоянии, намечается также забастовка железнодорожников. Мы должны считаться с сильным голодом в Великороссии. Как большевики могут выполнять свои обязательства в таких условиях?
Я хотел бы еще раз подчеркнуть, что мы по собственной инициативе не продолжаем свое наступление. Ведомство иностранных дел, по-видимому, верит большевикам больше, чем мне.
Его величество.
Если даже донские казаки склоняются на сторону большевиков, то все же есть большая партия, которая хочет примкнуть к нам. Переговоры с генералом Красновым создают благоприятное впечатление.
Генерал Людендорф.
Краснов очень хотел бы для установления контактов прислать сюда герцога фон Лейхтенберга. Казаки определенно думают, что чехи выступают против них.
Его величество.
Антирусский центр может быть создан только в Тифлисе. Но мы должны дать казакам гарантии на этот счет.
Генерал Людендорф.
Я прошу не заключать договор за счет кубанских казаков. С сегодняшней телеграммой ведомства иностранных дел об оставшихся кораблях Черноморского флота я еще не ознакомился. Я вынужден оставить за собой право высказать свою точку зрения и подчеркиваю еще раз, что в интересах ведения войны для меня чрезвычайно важен вопрос о нефти.
Статс-секретарь имперского военно-морского ведомства.
Подводная война зависит от нефти. Положение очень трудное. Нам безусловно необходима нефть из Баку. Потребление подводными лодками и авиацией постоянно растет. Даже масла из каменноугольной смолы у нас очень мало.
Генерал Людендорф.
Как Иоффе собирается поставлять нам нефть из Баку? Турки же находятся все еще между Баку и Поти. Необходима ясность. Без насосного нефтепровода нельзя осуществить доставку нефти в больших количествах, поэтому нам нужно раскрыть свои карты.
Статс-секретарь имперского военно-морского ведомства.
Имперское ведомство хозяйства полностью согласилось с моими доводами.
Посланник фон Розенберг.
Все эти вопросы ведомство иностранных дел соответственно учтет. Мы очень стремимся к тому, чтобы пойти навстречу грузинам, и уже многое для них сделали. Но молодые народы горячи, и время от времени нужно несколько охлаждать их пыл.
Генерал Людендорф.
Я еще раз подчеркиваю, что я не придаю значения самому союзу, но желаю ясных отношений. В Финляндии положение было почти таким же.
Посланник фон Розенберг.
Финляндию мы также признали не раньше России.
Генерал Людендорф.
Вопрос о нефти настолько серьезен, что я должен просить ведомство иностранных дел действовать со всей энергией. Опасность того, что большевики могут заразить своими идеями Баку, я не считаю серьезной.
Посланник фон Розенберг.
Иоффе, конечно, предпочел бы оккупацию Баку немцами оккупации турками. Я не считаю непреодолимыми трудности в достижении взаимопонимания с ним.
Рейхсканцлер.
Я констатирую, что деловых разногласий между имперским руководством и Верховным главнокомандованием больше нет. Речь идет лишь о темпах. Этот вопрос следует еще раз обсудить с его превосходительством Криге.
Генерал Людендорф.
У меня с ведомством иностранных дел только один спорный вопрос: военные корабли. Они напали на нас, и поэтому я считаю их военными трофеями. Если встать на эту точку зрения, то можно впоследствии отдать корабли Украине. По опыту Цеебрюгге мы нуждаемся в усиленной обороне Константинополя. Это было бы возможно, если признают мою точку зрения. Но ведомство иностранных дел стояло на платформе Брестского мира и обещало корабли России. Я попытался тогда договориться с ведомством иностранных дел в том отношении, чтобы мы сохранили право пользования кораблями и возвратили их лишь после заключения всеобщего мира.
Статс-секретарь имперского военно-морского ведомства.
Вначале мы стояли на законной точке зрения в отношении военных трофеев. Затем мы присоединились, однако, к мнению Верховного главнокомандования и считаем самым практичным отложить рассмотрение вопроса о собственности. Турки придают вопросу о кораблях большое значение. Может быть, их можно было бы сначала переправить в Дарданеллы, не выясняя вопроса о собственности. Я опасаюсь осложнений с турками, если мы будем действовать наперекор их желаниям.
Посланник фон Розенберг.
Ведомство иностранных дел и сейчас стоит еще на той точке зрения, что корабли не являются военными трофеями. Против права пользования ими мы, однако, не возражаем.
Генерал Людендорф.
Криге был другого мнения.
Его величество.
Использование кораблей является военной необходимостью. Мы берем взаймы корабли на время войны.
Посланник фон Розенберг.
Этим совсем не предрешается вопрос о собственности.
Его величество.
Я констатирую общее единство мнений. Главное — нужды войны.
Генерал Людендорф.
В вопросе о немецких колонистах важно, хотят ли молодые люди служить или нет.
Майор Бринкман.
Колонисты возлагают большие надежды и ждут получения германского подданства. Вопрос о том, как мы их сможем защитить, еще не ясен. В Крыму нам легче добиться для них всего желаемого, но на Украине очень трудно.
Рейхсканцлер.
Я принял делегацию колонистов, но им ничего определенного не обещал.
Генерал Людендорф.
Я придаю большое значение тому, чтобы у нас было как можно больше таких людей для поселения в пограничных полосах. Но если мы дадим им подданство, то они должны также служить у нас. Армии нужны люди. Если мы дадим им гарантию, то они будут готовы на жертвы.
Посланник фон Розенберг.
Предлагаю дать подданство тому, кто служит. Если это невозможно в рамках существующего законодательства, то мы должны внести дополнение к закону.
Генерал Людендорф.
Вербовка лишь тогда имеет успех, когда принято решение о политическом будущем. Также в Эстляндии и Лифляндии бюро по вербовке работают очень медленно. Там будущее также еще не ясно.
