Ораторское искусство (стр. 1 )

Федеральное агентство по образованию

Государственное образовательное учреждение Высшего профессионального образования

"Тамбовский государственный университет имени "

ПРОГРАММА КУРСА

ОРАТОРСКОЕ ИСКУССТВО

Специальность 030501 - юриспруденция

ТАМБОВ 2007

Составитель: к. ю.н., доцент кафедры «Теория государства и права»

Программа курса по дисциплине «Ораторское искусство» соответствует государственному образовательному и внутривузовскому стандартам по специальности 030501 «юриспруденция» и содержит необходимые сведения для изучения курса.

Программа курса утверждена на заседании кафедры «Теории государства и права» протокол от ___________ 2007 г.

Заведующий кафедрой ________________________

Ф. И.О.

1.  Учебный план дисциплины

№	Содержание	Кол. часов
1.	Семестр/число недель в семестре	4/13
2.	Количество часов в неделю	2
3.	Форма аттестации (зачет или экзамен)	зачет
4.	Лекции (количество часов всего)	13
5.	Лабораторные (если предусмотрены планом)	-
6.	Практические (количество часов всего)	13
7.	Аудиторные занятия	26
8.	Самостоятельная работа	26
9.	Общий объем часов по дисциплине	52

2.  Тематический план курса по дисциплине

№	Наименование тем	Вид занятий
Лек.	Прак.	Ауд. зан.	Сам. раб.	Всего	Форма текущего контроля
1.	Судебная речь - жанр ораторского искусства	1	1	2	2	4	Решение практических задач
2.	Образ судебного оратора	2	2	4	4	8	Решение практических задач
3.	Риторическая аргументация судебной речи	1	1	2	2	4	Анализ текстов
4.	Риторическое построение судебной речи	1	1	2	2	4	Решение практических задач
5.	Расположение судебной речи	1	1	2	2	4	Анализ текстов
6.	Словесное оформление судебной речи	1	1	2	2	4	Решение практических задач
7.	Произнесение судебной речи	2	2	4	4	8	Решение практических задач
8.	Техника речи	1	1	2	2	4	Решение практических задач
9.	Логические основы судебной речи	1	1	2	2	4	Решение практических задач
10.	Этические основы судебных прений	2	2	4	4	8	Решение практических задач
Всего по дисциплине за семестр	13	13	26	26	52	Зачет
Всего по дисциплине	13	13	26	26	52	Зачет

3.  План проведения практических занятий.

Тема: «Судебная речь - жанр ораторского искусства».

План.

1.  История судебного красноречия.

2.  Назначение судебной речи.

3.  Отличительные черты судебной речи.

4.  Судебная речь как монолог.

5.  Диалогичность судебной речи.

6.  Соотнесенность судебной речи с книжно-письменными стилями

Вопросы для самоконтроля.

1. Каковы были задачи и черты ораторской речи в Древней Греции? 2. Назовите черты судебной речи в Древнем Риме. Охарактеризуй­те судебных ораторов доцицероновского периода. 3. Что нового внес Цицерон в развитие судебного красноречия? 4. Чему можно учиться у французских судебных ораторов XIX в.? 5. Какими чер­тами отличалась судебная речь в условиях советского судопро­изводства? 6. Какова роль судебных прений в судебном процессе? 7. В чем состоит полезность судебной речи? 8. Назовите специфи­ческие черты судебной речи, отличающие ее от любой другой пуб­личной речи. 9. Что такое монолог с точки зрения психологии, лин­гвистики? Какими характеристиками он обладает? 10. Что такое связность? Как она проявляется в тексте судебной речи? 11. Как Вы поняли диалогичность судебной речи? Каковы формы проявле­ния диалогичности? 12. Как юристы определяют место судебной речи среди функциональных стилей литературного языка? Выразите свою точку зрения на этот вопрос.

.

Практическая часть

Задание 1. Выразите мнение, какие черты судебной речи древнего мира уместны в наши дни, чему следует учиться у древних судебных ораторов. Отметьте, какие приемы, характерные для судебной речи древнего периода, использовали русские судебные ораторы XIX в.

Задание 2. Прочитайте речь по делу Далмацкого и речь в защиту Васильевой, посмотрите, как определяется це­левая установка каждой речи; подумайте, как проявляются в них все черты судебной речи; способствуют ли речи формированию убежде­ния судей, оказывают ли воспитательное воздействие на присутству­ющих в зале суда граждан. Проследите, как проявляются в них качест­ва воздействующей речи, черты функциональных стилей литератур­ного языка. Покажите богатство речи ораторов.

Задание 3. Прочитайте статью Л. Рогачевского о воспитательном значении речи адвоката, выразите мнение о полезности судеб­ной речи. Как следует понимать полезность в настоящее время?

Задание 4. Проследите, как в судебных речах , , вскрываются ошибки следствия, как выражаются предостережения от ошибок в суде и раскрываются мысли о законности.

Задание 5. Подготовьте реферат на тему «Ораторское мастерство древних судебных ораторов» или «Судебное красноречие в России», защитите его на практическом занятии.

Задание 6. На основе анализа судебных речей подготовьте 4-5 минутное выступление на тему «Целевая установка судебной речи», в котором ответьте на вопросы: 1. С чего начинается успех судебного выступления? 2. Можно ли построить и произнести убедительную речь, не определив ее целевой установки? 3. Чем определяется целе­вая установка? Обоснуйте свои выводы примерами из судебных речей.

Задание 7. Прочитайте речь по делу об утоплении крес­тьянки Емельяновой ее мужем, отметьте в ней средства связи, призна­ки диалога, средства, содействующие убедительности речи.

Список литературы: 1, 5, 9, 10, 29, 64, 80.

Тема: «Образ судебного оратора».

План.

1. Понятие образа судебного оратора.

2. Риторический этос. Ораторские нравы.

3. Риторический логос. Содержательный цикл аргументации.

4. Риторический пафос и его виды.

Вопросы для самоконтроля.

1. Раскройте понятие образ судебного оратора.

2. Дайте определение этоса, логоса, пафоса.

3. Назовите основные ораторские нравы.

4. Сравните различные виды пафоса. Приведите примеры.

Практическая часть

1.  Проанализируйте речь по делу об убийстве иеромонаха Иллариона с точки зрения выражения этоса, логоса, пафоса.

2.  Найдите в указанной выше речи отражение ораторских нравов.

Речь по делу об убийстве иеромонаха Иллариона

Господа судьи, господа присяжные заседатели! 10 января нынешнего года отец Илларион, иеромонах Александро-Невской лавры, был найден е своей келье окончившим жизнь насильственным образом от чужой руки Ровно через месяц, сегодня, 10 февраля, перед вами находится на скамье; подсудимых человек, который приносит повинную голову в совершении этого убийства. Казалось бы, что с этой минуты задача ваша становится очень проста и несложна: остается применить к подсудимому то наказа­ние, которое он заслужил по закону, но такой взгляд, по моему мнению, не соответствовал бы ни важности вашей обязанности, ни достоинству правосудия. Вы, представители суда в настоящем деле, не можете быть орудием ни в чьих руках; не можете поэтому быть им и в руках подсуди­мого и решить дело согласно одним только его показаниям, идя по том) пути, по которому он вас желает вести. Вы не должны безусловно дове­рять его показанию, хотя бы оно даже было собственным сознанием, соз­нанием чистым, как заявляет здесь подсудимый, без строгой проверки этого показания. Сознания бывают различных видов, и из числа этих различных видов мы знаем только один, к которому можно отнестись совер­шенно спокойно и с полным доверием. Это такое сознание, когда следы преступления тщательно скрыты, когда личность совершившего преступ­ление не оставила после себя никаких указаний и когда виновный сам, по собственному побуждению, вследствие угрызений совести является к су­ду заявляет о том, что сделал, и требует, просит себе наказания, чтоб по­мириться с самим собою. Подобного сознания в настоящем деле нет, а есть сознание другого рода, которое подходит к разряду сознаний, выну­жденных самою обстановкою дела и теми обстоятельствами, при которых оно дано.

В самом деле, вглядевшись в дело, вы увидите, что сознание подсу­димого далеко не чисто, что в нем есть некоторые примеси и что, во вся­ком случае, он говорит не полную правду, заявляя на суде, что показывает одну истину как перед богом и перед начальством, так и перед нами. Для этого необходимо рассмотреть вкратце обстановку дела и прежде всего взглянуть на личность потерпевшего от преступления. В показаниях мо­нахов, проживающих в лавре, она охарактеризована довольно ясно: чело­век старый, сосредоточенный, суровый, живший постоянно одиноко, умевший в многолюдном монастыре создать себе совершенную пустыню; видающийся в 10 лет раз с людьми, которые живут в одном коридоре с ним, позволяющий себе, в виде развлечения, покормить булками малень­ких певчих и лишающий самого себя даже и этой малости, словом, чело­век угрюмый, замкнутый в себе, идеальный, если можно так выразиться. монах. Этот одинокий человек, постоянно запертый в своей келье, ни с кем не сходившийся, не подает никаких признаков жизни в течение цело­го вечера, ночи и половины следующего дня, не возбуждая ничьего бес­покойства, что указывает, как вообще мал надзор за тем, что происходит в коридоре. Но наконец все-таки беспокойство возбуждается — смотрят в щелку, видят ноги, думают, что с ним дурно, посылают за доктором, от­воряют дверь и находят, что он мертв, убит; тогда является полиция, сле­дователь и начинается следствие.

Подобный акт осмотра указывает на все подробности исследования, и я считаю излишним напоминать их. Укажу только те вопросы, которые прежде всего возникли у лиц, исследовавших это дело, и вы увидите, как полно и красноречиво отвечала на эти вопросы самая обстановка найден­ного. Прежде всего, что это такое? Убийство, очевидно. С какой целью? Разломанная шкатулка, раскрытые комоды, разбросанная одежда — все это прямо говорит о совершении преступления с целью грабежа. В какое время? Отцу Иллариону после вечерни, следовательно, в 5 часов вечера, в 6-м, были принесены дрова и вода для самовара; затем у него найден са­мовар, почти полный водою, в чайнике, налитом доверху, заварен чай, чашка суха; видно, что, вернувшись от вечерни, он заварил чай и не успел напиться. Итак, приблизительное время совершения убийства — около 6 часов вечера. Затем обстановка убийства также довольно ясна: убийство совершено колющим орудием, нанесен ряд очень сильных ран, вызвав­ших обильное истечение крови, повлекшее смерть, и, как удостоверяет осмотр ран, нанесены они человеком, подошедшим сзади. Видны даже переходы, которые имела борьба между убийцею и покойным; кровь осо­бенно скопилась в двух местах: в одном месте ее довольно много, и тут же находится колотый сахар, нож, которым кололи, и самовар — очевидно, что тут место нанесения первого удара. Затем масса крови около двери и отпечатки окровавленных рук на самой двери и на ручке замка. Очевидно, что кто-то хотел уйти в эту дверь. Но уйти всего необходимее было по­койному отцу Иллариону; итак, он дошел или дополз до двери, и здесь ему нанесены вторые удары; борьба была очень сильная; у покойного вы­дернута почти вся его весьма длинная борода, клочья которой валялись по всей комнате; он оборонялся, потому что окровавленный нож, которым наносились раны, найден согнутым перпендикулярно к своей ручке; са­мые кисти рук покойного изрезаны; очевидно, что он хватался за нож, которым наносились удары, и хотел его вырвать. Наконец, из обстановки видно даже, что делал подсудимый после убийства, видно, что он стал рыться в комоде, выдвинул все ящики, взял сапожный тупой нож и стал им взламывать шкатулку; вы знаете из акта осмотра, что на чашке медно­го подсвечника оказалась налитою кровь, что, наконец, рубашка, о кото­рую убийца вытирал руки, имеет двоякого рода пятна: бледно-розовые и посередине их ярко-красные пятна крови. Это показывало, что убийца мыл руки и что он должен был быть ранен; свежая кровь натекла на под­свечник и оставила следы посредине каждого розового пятна и на ручке ножа, которым производился взлом. Эти данные привели к тому, что убийца ранен, что убийство совершено в такое вре;мя, когда никого в ко­ридоре не было, и совершено человеком, подошедшим сзади, следова­тельно, человеком своим, которого не опасались. Соображаясь с этими данными, сыскная полиция начала производить розыски. Между прочим, узнали, что накануне убийства в монастыре ночевал Иван Михайлов, че­ловек, приезжавший просить о месте, не получивший его и уехавший на­зад. Послали за ним на станцию Окуловку. Когда агент сыскной полиции явился на станцию, то нашел подсудимого «гуляшим», нетрезвым и пря­чущимся; на нем оказались панталоны и жилет покойного отца Илларио­на, а в кармане панталон золотые монеты, и в том числе двадцатифранко­вые; у брата его найдены часы покойного, а у него самого — другие, так­же принадлежавшие отцу Иллариону. Он путается, он испуган, у него ра­нена рука. Его берут. Что он может сказать, какое дать объяснение? Ему остается только одно — сознание. Сказать, что вещи получил от кого-нибудь другого, — надо указать, от кого; сказать, что не был в лавре. — нужно указать место, где был. Ни человека, ни места он указать не может. Упорно молчать — но кругом так все сложилось, что молчать нельзя! Ос­тается сознаться — и он сознается. Поэтому я и называю сознание его вынужденным обстоятельствами дела, оно было неизбежно; но раз оно вынужденно, мы не можем вполне доверять ему, мы должны отнестись критически к главным его частям, именно к тому, что касается преступно­го намерения. Вы слышали, подсудимый говорит, что мысль убить отца Иллариона пришла ему внезапно, вдруг, что грех его попутал, что сам он не знает, зачем шел, но шел без всякого намерения убить отца Иллариона, словом, он старается доказать перед вами, что, входя к отцу Иллариону со словами: «Боже наш, помилуй нас», он вовсе не знал, что через несколько минут должен выйти из этой кельи убийцею. Я думаю, однако, что это не так, что мысль об убийстве явилась вовсе не внезапно, что он имел воз­можность в течение некоторого времени оценить и взвесить ее, или из­гнать ее из своей головы, или удержать — и избрал последнее. Я думаю, что указанием на присутствие заранее обдуманного намерения служат как данные дела, так и некоторые нравственные соображения.