Если тебе станет холодно...
«Если тебе станет холодно, помни, что рядом с тобой всегда будет человек, который согреет тебя свой вечной любовью...»
Камуи медленно подошел к большому окну и приоткрыл штору. В темную комнату мгновенно проник маленький тоненький лучик света. Принц подставил под него ладонь и вздохнул. Такой теплый. Первый утренний луч солнца. Но он не радовался этому солнцу. Он уже почти ничему не радовался.
Мальчик оставил штору слегка отодвинутой, а сам прошел вглубь комнаты и сел на стул возле большой кровати. На кровати лежал тот, чья судьба сейчас заботила принца больше всего на свете. Да и всех Драконов Небес тоже.
Мужчина вздрогнул во сне и Камуи осторожно протянул руку, а затем погладил его по черным шелковым волосам. Субару повернул голову во сне, и пальцы принца коснулись его щеки. Мальчик улыбнулся и стал гладить его нежную, но очень бледную кожу. Сумераджи слегка нахмурился и сжал левой рукой край одеяла. Принц с беспокойством взглянул на него.
-Сей... – слабо позвал Дракон.
Камуи закусил губу, понимая, что Субару сейчас снится тот инцидент на Мосту Радуги. Дракон весь напрягся. Его лицо выражало боль и муку.
-Камуи, - вдруг прошептал он. – Камуи...
-Субару, - прошептал принц и взял его руку в свою.
Дракон снова вздрогнул и открыл глаза. Камуи печально смотрел на него, но в его глазах сквозило облегчение от того, что кошмар кончился и его друг проснулся.
-Камуи... – Субару словно не узнавал его. Вдруг остатки кошмара растворились, и он тяжело вздохнул.
-Тебе снова снилась та ночь? – осторожно спросил принц.
-Да, - слабо ответил Дракон Небес. – Снова... его смерть.
Он закрыл лицо правой ладонью и опустил голову, пальцы его левой руки сжали ладонь Камуи. Принц обеспокоено на него глядел.
-Мне больно, Камуи. Очень больно, - едва слышно произнес Субару. Его голос немного дрожал. – Мне снова он снился. Миг его смерти... Я больше не могу...
Между его пальцев сочились хрустальные слезы. Мальчик горестно вздохнул и крепко обнял его, прижав к себе. Субару всхлипнул, уткнувшись лицом ему в плечо.
-Я не позволю этим кошмарам делать тебе больно, - сказал принц печально, но твердо. – Я буду рядом всегда. Обещаю. Ты не будешь страдать.
-Спасибо... – вздохнул Дракон. Он поднял голову и тут его взгляд упал на окно. Лучи света стал чуть тоньше и ярче. Субару тихонько вытер слезы и постарался улыбнуться:
-Уже утро. Драконы, наверное, проснулись и уже готовят завтрак.
-Да, ты прав, - кивнул Камуи. – Я помогу им. Пойдешь со мной?
-Я... спущусь в кухню через минут 15, если ты не против, - ответил Дракон. – Мне нужно окончательно... «проснуться».
Он взглянул на висящее недалеко зеркало, где отражался его слегка взъерошенный внешний вид. Камуи улыбнулся, кивнул и вышел из комнаты. Молодой Дракон Небес взглянул ему вслед, а потом вдруг опустил голову.
-Сейширо, - тихо произнес он.
Камуи, тем временем, спустился в кухню. У плиты уже суетилась Карен, а Сора помогал Араши накрывать на стол.
-Доброе утро, - вздохнул принц.
-Доброе утро, - улыбнулась ему Карен.
-Привет! – воскликнул Сората.
-Привет, - добавила Араши.
-Ну, как Субару? – спросила мисс Казуми.
-Он только что проснулся. Ему снова приснился кошмар, - тяжело ответил мальчик.
-Бедный, - вздохнула Араши. – Но к завтраку он спустится?
-Сказал, что придет через минут пятнадцать, - неуверенно пожал плечами Камуи. – Хотя, я готов поклясться, еда его волнует сейчас меньше всего.
Драконы переглянулись.
Однако, несмотря ни на что, Субару сдержал слово, позавтракав вместе с Печатями. Принц с беспокойством отметил про себя, что особого желания к еде у Сумераджи не наблюдается.
Настало время идти в Академию. Камуи решил было «отмазаться» тем, что его раны на руках снова сильно разболелись, но затем передумал.
«Я и так много школы пропустил», с вздохом подумал он, собирая портфель. «Нужно хоть несколько раз показаться в классе. Господи, но как же я не хочу идти в Академию!»
На то была своя причина. Мальчику хотелось остаться во Дворце, чтобы быть поближе к Сумераджи. Но заявить об этом прямо, да ещё и в присутствии Субару, он не мог. Поэтому принцу пришлось мириться со своей «нелегкой судьбой не совсем обычного школьника», и решительно отправляться в Академию.
Сората и Араши отправились в свой класс, а Камуи решил проводить в класс Юзуриху. Девочка тоже не проявила особого желания к учебе.
-Я бы лучше встретилась с Кусанаги, - надула губки она, и тяжко вздохнула.
-Но он же Дракон Земли. Это не мешает вашим отношениям? – спросил принц.
-Совсем нет, - хихикнула девочка. – Он ни разу не уничтожил ни один Кеккай. Он добрый и любит природу. А я люблю его.
-Что он вообще делает среди Ангелов? – задумался мальчик.
-Я даже не знаю, - пожала плечами Юзуриха. – Главное для меня, это то, что он меня любит.
-Любит... – словно эхо, повторил Камуи.
Любовь. Это слово стало совсем чужим для него. Когда-то он любил Котори, но после её смерти его чувства куда-то исчезли. Он знал, что это было эгоистично с его стороны, но ничего с собой поделать не мог. Его сердце было разбито его же лучшим другом, и для любви там не было места.
Возможно...
Тут принц неожиданно вспомнил прекрасные, но печальные глаза Субару, и вспыхнул до корней волос. К счастью, Юзуриха этого не заметила.
-Камуи, - подала голос она, - а у тебя есть человек, которого ты любишь?
-Не знаю, - проговорил мальчик, глядя в землю. – Я никогда не думал об этом.
-Но тебе ведь нравится Субару-сан, верно? – лукаво спросила Юзуриха.
Камуи, поглощенный своими мыслями, отрешенно кивнул. Девочка захихикала. Прошла минута, принц споткнулся, резко остановился, и, наконец, расслышал то, что у него спросила девочка.
-Юзуриха! – мальчик возмущенно хватал ртом воздух. – С чего ты вязла?! Мы с ним просто друзья! Да, он заботится обо мне, да я привязан к нему, как к родному брату, но я никогда о нем не думал, как о... как о... – он залился краской, не в силах выговорить больше ничего.
Юзуриха рассмеялась:
-Точно также я уговаривала себя, после первой встречи с Кусанаги. Камуи, так чего ты ждешь?
-Я ничего не жду! – возмутился мальчик, хотя его лицо все ещё являло собой пример спелого помидора. – И вообще, я не хочу говорить на эту тему!
Полыхая от злости, он вбежал в свой класс. Юзуриха проводила его взглядом, покачала головой и снова захихикала:
-Похоже, настало время заняться серьезно Камуи. Если он будет продолжать в том же духе, то просто замучает себя. Так-с! Буду разрабатывать план по счастливому будущему нашего принца!
И она залилась веселым смехом, который уж очень напоминал коварный смех покойной мисс Сумераджи.
У Камуи был урок истории. Но он пропускал лекцию преподавателя мимо ушей, задумчиво водя ручкой по кусочку листика. Он думал о словах Юзурихи.
«Он тебе нравится?» вновь и вновь стучало в его голове.
Нравится... Нравится... Нравится...
«И вправду, а нравится ли он мне?» вдруг подумал Камуи. Но никто ему не ответил. Принц опустил взгляд, и обнаружил, что нарисовал на листике красивую маленькую звезду.
Звезда... Кеккай Звезда...
Субару...
Принц помотал головой, а потом постарался сосредоточиться на лекции преподавателя, отбросив в сторону те мысли, которые заставляли его покрываться малиновым румянцем. Его старания прошли даром, так как он до самого конца урока видел перед собой только прекрасное лицо Онмёджи.
Когда урок кончился, принц с ужасом осознал, что напрочь забыл о своих дополнительных занятиях по некоторым предметам. Они должны были состоять сегодня. А точнее, ровно через десять минут.
И заниматься с ним должен...
Камуи густо покраснел, и ощутил сильную дрожь в коленях.
«Я не пойду!» лихорадочно взвыл его мозг. «Я не смогу его увидеть! Я не смогу с ним заниматься! Я не должен видеть его сегодня! Не должен! Но... что же мне делать, если я ХОЧУ его видеть?»
Принц схватился за голову и тут прозвенел колокол. Перемена заканчивалась. Урока у принца не было. Нужно было что-то решать. Причем срочно!
К своему ужасу мальчик обнаружил, что уже направляется в сторону парка. Его разум кричал «Остановись!», а ноги и сердце несли его вперед.
Принц почти не видел перед собой ничего, и через несколько минут оказался в беседке. Он услышал свой собственный голос:
-Извини, что заставил тебя ждать.
-Ничего, - слабо, но приятно улыбнулся ему Сумераджи.
Принц сел напротив него, стараясь глядеть в плиту. Но его глаза упорно желали подняться вверх. Мальчик с трудом удерживал их.
-Ты хотел позаниматься английским? – спросил Онмёджи.
-Нет... э-э-э-э... да... – Камуи вперился взглядом в стол. – То есть... я хотел сказать... нет... то есть... да... э-э-э... ты не мог бы повторить свой вопрос?
Он поднял глаза на молодого человека.
-Камуи, ты в порядке? – осторожно спросил тот, с беспокойством глядя на принца.
-Пожалуй, не совсем, - промямлил мальчик.
Субару протянул руку и прикоснулся прохладными пальцами к его лбу. Мальчик вздрогнул и снова почувствовал, что краснеет.
-Хмм, температуры у тебя нет, - задумчиво проговорил Субару. – Но... ты очень подозрительно себя ведешь.
-А... э... правда? – принц почти его не слушал, наслаждаясь красотой его мерцающих изумрудных глаз.
-Ты меня слушаешь? – подозрительно прищурился Сумераджи.
-Ах... ох... что, прости?
-Ничего, - тяжело вздохнул Субару. – Может начнем занятия?
-Э-э-э... можно, - кивнул мальчик.
Пролетел час, как одна минута.
-Вот и все, - Дракон Небес захлопнул книгу. – Теперь ты сможешь разобраться с этой темой?
-Да, - не слишком уверенно кивнул мальчик, не слушая его. – Спасибо тебе...
-Все ясно, - тяжело вздохнул милорд. – Если я попрошу тебя повторить то, что сказал минуту назад, ты, разумеется, этого сделать не сможешь.
-А? Э? – вытаращился на него мальчик.
-Камуи, тебя что-то беспокоит? – в упор спросил Субару.
-Нет, - принц совладал с собой. – Не волнуйся за меня. Просто... я немного устал. Извини, что вел себя так странно.
-Тебе не за что извиняться, - пожал плечами Дракон.
Мальчик встал, собрал учебники, ещё раз поблагодарил Субару, поклонился и ушел. Милорд долго глядел ему вслед. Неожиданно подул ветер. На ладонь юноше упал лепесток сакуры.
Глаза Сумераджи наполнились болью. Он снова вспомнил события ТОГО дня.
Смерть Сейширо была слишком сильным потрясением для него. Он не был уверен, что сможет оправиться после этого.
Уроки в Академии кончились и Печати отправились обратно во Дворец.
За обедом Камуи был необычайно молчалив, задумчив и угрюм. Сората, Араши, Карен и Юзуриха лишь руками разводили, недоумевая по поводу его поведения.
Вечером принц сидел в гостиной и читал книгу. Точнее, старательно делал вид, что читает. Он вновь и вновь думал о Субару, вспоминая его слабую, но прекрасную улыбку, его нежные руки, которые были особенно нежными, когда Сумераджи прикоснулся ко лбу принца ладонью. Камуи вспоминал глаза Субару – изумрудный и серебряный, которые прекрасно сочетались друг с другом, ещё больше увеличивая красоту молодого Онмёджи.
Камуи вдруг обнаружил, что тепло улыбается этим воспоминаниям, и тотчас замотал головой, стараясь отогнать эти мысли подальше.
-Думаешь о Субару? – послышался возле него хитрый мелодичный голос.
Принц подпрыгнул на месте, его голова резко развернулась на 180 градусов, при этом мальчик едва не сломал себе шею. Перед ним стояла Юзуриха, со своей фирменной улыбкой на лице.
-Вовсе нет! – возмутился Камуи.
-Нет? Ты уверен? – хитро сощурилась мисс Некои.
-Уверен! – сжал кулаки Камуи.
-Ага, а почему тогда ты покраснел? – мило осведомилась девочка.
-Ну, я... просто... – принц опустил голову, краснея ещё сильнее, не в силах произнести ничего связного.
-Всё ясно, Камуи, - Юзуриха уселась рядом с ним, и хихикнула. – Похоже, что твое сердце не совсем разбито, как ты думал.
-О чем это ты? – пробурчал Камуи.
-Субару-сан тебе нравится, - уверенно заявила Юзуриха. – Тебе он ОЧЕНЬ СИЛЬНО нравится.
-Вовсе нет... – тихо ответил мальчик.
-Посмотри мне в глаза и скажи это ещё раз, - сказала Печать, беря его за руку.
Принц поднял на неё глаза, но повторить те слова, которые сказал секундой раньше, не смог. Вместо этого он снова залился краской.
-Камуи, ты должен всё ему рассказать, - решительно заявила Юзуриха.
Принц побледнел, представив себе во всех возможных вариациях «роскошную» перспективу. Мальчик резко встал с кресла, при этом его книга упала на пол.
-Нет! – сжал кулаки он. – Ты ошибаешься, я чувствую к Субару лишь привязанность младшего брата к старшему брату. Ты не права.
Он резко направился к двери. Смущение и гнев заставляли его делать резкие шаги. Взявшись за ручку двери, он с силой дернул дверь на себя, она распахнулась, принц сделал шаг вперед, зацепился носком ботинка об порог, покачнулся и... рухнул прямо в объятия Сумераджи.
-Камуи-сан! Сумераджи-сан! – Юзуриха вскочила, хотела броситься вперед, застыла на секунду, оценила ситуацию, удовлетворенно хихикнула себе под нос, и осталась на месте.
-Камуи, ты не ушибся? – Субару осторожно помог принцу обрести равновесие. При этом руки Дракона Небес всё ещё обнимали плечи мальчика. Камуи крепко держался пальцами за его рубашку, опустив лицо вниз, и его лицо безостановочно сменяло цвет от бледно-алого до ярко-малинового.
-Э-э... д... да... – промямлил мальчик, выпрямляясь и делая шаг назад. – Я в норме. Спасибо.
При этом он не заметил под собой все тот же злосчастный порог. Принц споткнулся и начал падать снова. Сильные руки подхватили его, и Субару удержал мальчика от болезненного падения.
-Внимательнее смотри под ноги, - посоветовал Онмёджи принцу. – Во Дворце куча старых комнат с неудобными порогами.
-Я буду более внимателен, - смущенно заверил его мальчик, чувствуя, что покрывается пунцовой краской.
-Хорошо, - слегка улыбнулся ему Сумераджи и тут неожиданно приложил руку ко лбу.
-Что с тобой? – обеспокоено спросил Камуи.
-Всё... в порядке... – заверил его Дракон Небес. – Просто на секунду закружилась голова. Не волнуйся.
Мальчик кивнул, а затем Онмёджи ушел к себе в комнату. Принц встревожено глядел ему вслед. Рядом послышалось хихиканье. К принцу неслышно подкатилась Юзуриха.
-Ну, я же говорила, - улыбнулась она. – Ты так на него смотришь! Господи, Камуи, да ты влюбился!
-Ты уверена? – спросил у неё мальчик.
-А ты сам что думаешь?
-Я... не знаю... – опустил голову Камуи. – Я всегда думал о нем, как о друге. А теперь... я совсем запутался. Я вижу, как он страдает, и это причиняет мне боль. Но я не понимаю, почему мысль о том, что он постоянно думает о Сейширо причиняет мне ещё большую боль?
Он грустно покачал головой.
Юзуриха похлопала его по плечу, а потом сказала:
-Нельзя держать сильные чувства в себе. Это может причинить ужасные страдания. Ты должен все рассказать Субару. А иначе боль сожжет тебя изнутри.
Затем она ушла, оставив мальчика наедине с его мыслями.
Погода на следующий день выдалась отменно омерзительной. Дождь лил, как из ведра. Несмотря на 10 часов утра, везде в Академии КЛАМП горел свет. Небо было таким темным, что создавалось впечатление, будто сейчас ночь.
У Камуи сильно болели раны на руках, и он не мог никак унять боль. Он едва дождался конца урока истории, и без сил уронил голову на сложенные руки. Боль была невыносимой.
Кто-то нежно прикоснулся к его плечу. Мальчик поднял голову и увидел Кеичи.
-Широ, тебе плохо? – спросил Сегава, с беспокойством в глазах глядя на своего друга.
-Да, - честно признался Камуи. Он почему-то не смог солгать, чтобы не волновать Кеичи.
-Может тебе стоит отправиться домой? – предложил Сегава.
-Наверное, - принц вздохнул, взял портфель, попрощался с Кеичи и направился к выходу из Академии. Он остановился на пороге, посмотрел на ливень, потом вздохнул, и пошел вперед. Дождь сразу стал впитываться в его повязки на руках, в его одежду и в его волосы, но мальчик игнорировал всё это.
Принц едва дошел до Дворца, и вошел в холл. Благо по пути ему не попался никто из Драконов Небес. Мальчик подозревал, что заболел, так как его кожа просто пылала. Мальчик вошел в свою комнату и бросил портфель на стул. Но не успел он ничего сделать, как в его голове раздался звон. Он прекрасно знал, что это такое. Кто-то где-то открыл Кеккай.
Принц приложил пальцы к виску, пытаясь сосредоточиться, чтобы установить местонахождение Кеккая, и его форму. Местонахождением был парк Уэно, в пятнадцати минутах ходьбы от Дворца. Так, теперь нужно узнать, какая геометрическая фигура на сей раз повисла в небе.
Мальчик слегка нахмурился, увеличивая изображение Кеккая, а потом внутри него словно что-то взорвали. Кеккай... Звезда!!!
Принц стремглав выбежал из комнаты, несмотря на слабость, а потом вдруг резко остановился на лестничной площадке. Что-то было не так. Через минуту Камуи понял ЧТО. Кеккай Звезда начал растворяться!
-Нет! – в ужасе ахнул Камуи, а затем выбежал из Дворца. Ливень стал ещё сильнее, но мальчик игнорировал его.
Неожиданно принц с кем-то столкнулся, и едва не упал на землю, но сильные руки подхватили его. Мальчик поднял голову и увидел перед собой Сумераджи.
-Камуи? – удивленно спросил Дракон Небес. – Что ты здесь делаешь?
-Я... – принц сглотнул комок в горле. – Я почувствовал, что твой Кеккай растворяется и... подумал самое худшее...
-Я почувствовал в парке Уэно темную магию, но она быстро рассеялась, - пожал плечами Субару. – Однако я успел-таки поставить Кеккай. Он растворялся, потому что у меня почти не хватило сил долго удерживать его.
-А... – протянул Камуи, ругая себя за внезапную панику. – Я рад это слышать...
Неожиданно мир помутнел перед его глазами. Широ пошатнулся, и ему пришлось крепко вцепиться в плечи своего друга, чтобы не упасть. Субару нахмурился, а затем прикоснулся пальцами к его лбу.
-Ты весь горишь, - сказал Сумераджи. – Камуи, ты, что отправился в Академию в таком состоянии?
-Да... – виновато кивнул головкой мальчик.
-Ох, - сокрушенно вздохнул милорд Сумераджи. – Ну, что ты за человек такой?
-Субару... я... – слабый стон вырвался из груди Камуи, и у него подогнулись колени. Дракон Небес мгновенно подхватил его на руки, отнес во Дворец, а затем отнес мальчика в его комнату.
Принц сжался в комочек на кровати, дрожа от озноба, его щеки и лоб пылали. Он впал в состояние близкое к беспамятству. Субару укрыл его сверху теплым одеялом, а потом спустился вниз и направился на кухню. Печати пропадали черт-те где, так что на кухне совсем никого не было.
Субару поразмышлял пару секунд, а затем у него в голове возникла одна мысль.
Камуи медленно приоткрыл глаза. Он оглядел комнату, отыскивая любимого человека, а затем тяжело вздохнул, плотнее кутаясь в одеяло, чтобы избавиться от дрожи. Неожиданно дверь открылась, и в комнату принца вошел Сумераджи. У него в руках был небольшой поднос с кружкой чего-то горячего и аппетитно пахнущего.
-Субару... – прошептал принц.
Дракон осторожно поставил поднос на столик возле его кровати, а затем прикоснулся прохладной рукой к его лбу. Субару слегка нахмурился: температура, похоже, стала чуть выше.
-Что это? – принц посмотрел на чашку.
-Теплое молоко с медом, - ответил юноша. – Оно может немного сбить температуру.
Мальчик протянул руки и взял чашку, а затем сделал пару глотков. Молоко с медом ему очень понравилось, и вскоре он выпил его полностью.
-Как вкусно... – улыбнулся мальчик.
-Моя сестра всегда готовила его мне, когда я болел, - произнес Субару. – Она и меня научила его готовить, но... у неё это получалось лучше.
-Твоя сестра, наверное, была самым замечательным человеком на свете, - прошептал Камуи. – Благодаря её заботе у меня сейчас есть ты.
Сумераджи посмотрел на него. Мальчик слегка улыбнулся ему.
-Ты должен отдыхать, - проговорил Онмёджи, поглаживая волосы ребенка. – Не думаю, что болезнь так быстро пройдет.
-Спасибо тебе... – принц повернулся на бок, свернулся в комочек, и осторожно взял его ладонь обеими своими ручками. Затем принц мягко прикоснулся губами к тыльной стороне его ладони, вновь слегка улыбнулся, и тотчас заснул.
Субару сидел рядом с ним, поглаживая его волосы. Затем он осторожно укрыл мальчика сверху ещё одним одеялом. Чтобы болезнь прошла, Камуи должен был находиться в тепле. Сумераджи молча смотрел на юного лидера Семи Печатей, не в силах оторвать взгляд. Нежное личико мальчика выражало покой и умиротворение, а не боль, которую обычно можно было прочитать в его глазах, пока он бодрствовал. В этом они с Субару тоже было похожи. Обычно бледные щеки принца были чуть розоватыми от высокой температуры, а его дыхание было ровным и спокойным.
«Он чувствует себя в такой безопасности... рядом со мной...» подумал Субару. «Но почему? Я ведь не смогу всю жизнь защищать его».
Почему, Субару Сумераджи? Вдруг спросил у него его же мозг. Разве ты сможешь когда-нибудь оставить его одного один на один с этой ужасной Судьбой? Он ведь сейчас также невинен, как и ты, когда-то 10 лет назад.
Невинность может погубить его. Когда-то это же погубило Субару.
«Смогу ли я допустить, чтобы его также сильно сломали, как меня когда-то?» подумал Онмёджи.
Субару не знал ответа на этот вопрос. Десять лет назад рядом с ним не было никого, кто мог бы понять его боль. Но сейчас... он как никто понимал боль этого мальчика, испытав то же самое много лет назад о предательства любимого человека.
«Смогу ли я уйти и оставить его совсем одного? Выдержит ли это невинное дитя все удары Судьбы в одиночестве?»
Сумераджи знал, что должен уйти. Он не мог больше оставаться в Токио после того, что случилось на Мосту Радуги. Он не мог больше быть в городе, который так сильно напоминал ему о Хокто и Сейширо.
Но если он уйдет, тогда принц останется совсем один. Драконы Небес не могут быть все время рядом с ним, так как пытаются защищать все оставшиеся Святые Барьеры города. У Фумы развязаны руки. Он вполне может дождаться того момента, когда Камуи останется в одиночестве и напасть на него. Субару в глубине души отлично представлял себе, что может сделать с принцем жестокий лидер Семи Ангелов.
Судя по тем мукам, которым Фума подвергал принца все это время, ответ казался очевидным. Пытки и муки, которым подвергали мальчика, становились все разнообразнее и сильнее по мере приближения Обещанного Дня. Субару знал, каким ударом для чистого сердца могут быть истязания, причиненные любимым человеком.
За долгие десять лет мучений Субару пришлось пережить столько боли, что он никак не мог понять, как вообще до сих пор жив. Кто-то очень жестокий, живущий далеко за гранью Небес, подвергал его еще большим пыткам, не позволяя ему умереть, чтобы избавиться от всей этой боли.
В глубине души Субару осознавал и то, что муки, которые причинил ему Сейширо, были ничем по сравнению с болью, которую он испытывал, когда видел страдания Камуи.
-Что мне теперь делать... – тихо прошептал Субару, с болью глядя на крохотное создание, которое мирно спало на широкой постели, даже во сне ощущая его присутствие рядом.
-Хокуто-тян... – прошептал Сумераджи. – Помоги мне... Я совсем запутался...
Он закрыл лицо одной рукой, чувствуя влагу на своих щеках. Неожиданно он вздрогнул и убрал руку от лица. Нежные пальчики Камуи вцепились в его руку, но принц продолжал мирно спать, видимо во сне ища кого-то, кто был бы рядом с ним.
Субару долго смотрел на него.
-Кажется... – проговорил он, - я знаю...
Наступило утро. Камуи пошевелился, слегка застонал, протер кулачками глаза и сел на кровати. Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, согревая его своим теплом.
Принц чуть зевнул, и тут дверь открылась.
-Ты уже проснулся? – на пороге возник Сората.
-Да... – кивнул мальчик.
Монах подошел к нему и потрогал его лоб. Он был чуть прохладным и влажным.
-Температура спала, - облегченно вздохнул Арисугава. – Хвала Небу! Мы все так волновались за тебя.
-А... – принц слегка обвел взглядом комнату, обнаружив, что кроме них обоих в ней больше никого нет. Это привело мальчика в уныние. Значит, Субару...
-Ты спустишься к завтраку? – спросил Сората.
-Да... А который час?
-Девять утра.
-А как же... – начал мальчик, но Сора покачал головой:
-Не ходи сегодня в Академию. Ты должен ещё набираться сил. Ждем тебя к завтраку.
Принц кивнул, опустив головку. Неожиданно Сората взъерошил его волосы, наклонился к его лицу и нежно улыбнулся:
-Выше нос. Не грусти. Всё будет в порядке.
Затем он ушел.
День выдался очень долгим, по мнению Камуи. Принц ходил грустный и печальный, совсем не улыбался, а бледность его лица тревожила Печатей. Юзуриха, подсознательно, понимала, что творится с их юным лидером, но ничем ему не могла помочь.
Никто из Драконов, вернувшись во Дворец, не видел Субару, поэтому они не могли сказать Камуи о его местонахождении, если бы он спросил.
Сумераджи, тем временем, стоял на разрушенном Мосту Радуги, глядя на гладкую поверхность воды далеко внизу. Юноша вновь и вновь видел перед глазами искаженное сильной болью лицо Сейширо, алые реки крови, выталкивающиеся из его груди. Ветер шептал ему на ухо три слова «Я люблю тебя», которые перед смертью ему успел сказать Сакуразукамори.
-Род Сакуразукамори оборвался после его смерти... – послышался сзади холодный голос.
Субару прекрасно знал, кто это, поэтому даже не обернулся. Он слегка приподнял голову, оторвав взгляд от воды, в которой некоторое время назад погибло его сердце. Его изумрудный и серебряный глаза устремились на высившуюся вдалеке Токийскую телебашню. Днем она не горела тысячами огней, но все же башня была прекрасна.
Фума приблизился к Сумераджи и тоже посмотрел на башню.
-Там решится Судьба Земли, - задумчиво проговорил лидер Семи Ангелов.
-Зачем ты здесь? – спросил Субару, не глядя на него.
-Чтобы поговорить с тобой, - пожал плечами Дракон Земли. Он не улыбался своей обычной хищной улыбкой, а был серьезен.
-О чем? – Сумераджи повернулся к нему, подняв на него полные боли глаза.
Вместо ответа Фума протянул руку и нежно провел пальцами его правому слепому глазу. Почувствовав прикосновение шелковистых ресниц к своим пальцам, Фума усмехнулся. Он осторожно поймал кончиком указательного пальца одинокую хрустальную капельку на этих ресницах.
-Ты так много плачешь... – мягко проговорил лидер Семи Ангелов. – Не надо. Слезы могут сильно измучить тебя.
Субару только сейчас заметил странный стеклянный предмет в его руке. На этом предмете был нарисован знак пентаграммы. Перевернутой пентаграммы.
-Сейширо хотел, чтобы вся боль, которую тебе причинил кто-то кроме него, исчезла, - сказал Фума. – Здесь, - он приподнял стеклянный предмет, - находится его левый глаз. Он хотел, чтобы ты взял его. Чтобы ты больше не был слеп на правый глаз.
-Если я возьму его... – Субару посмотрел на стеклянную «штучку».
-Тогда ты станешь следующим Сакуразукамори, - ответил Моно.
Он протянул предмет к Сумераджи.
-Ты согласен взять это? – спросил Ангел.
Субару долго смотрел на хранилище левого глаза Сейширо. Сакуразукамори желал, чтобы раны, нанесенные Субару кем-то другим, навеки исчезли. Таково было его Желание.
Сумераджи медленно протянул руку и взял стеклянную «бутылочку». Фума поглядел на него. Юноша долго смотрел на предмет в своих руках, и слезы струились по его щекам. Этот предмет был единственной вещью, которая хоть немного напоминала Сумераджи о его возлюбленном, навеки погребенным под развалинами Моста Радуги.
Сейширо-сан...
«Прости... меня...» мысленно прошептал Субару.
Его пальцы медленно разжались. Стеклянный предмет упал вниз, погрузившись в воду. Через мгновение он навеки исчез в подводных глубинах.
-Ты сделал свой выбор, - усмехнулся Фума. – Твой Кеккай Звезда ещё не один раз засияет в небе. Потому что у тебя остался тот, кого ты хочешь защитить.
Затем Ангел ухмыльнулся и исчез. Субару посмотрел на воду.
Прошла неделя. Оценки принца становились все хуже и хуже. У него пропала охота к учебе, он почти ни с кем не разговаривал, избегая общения даже с Кеичи. Несколько раз мальчик вообще пропускал школу, запираясь у себя в комнате и не желая никого видеть.
Печати только руками разводили, но некоторое из Драконов Небес понимали, что творится с принцем. Юзуриха знала о безответной любви мальчика, а вот Карен только начала догадываться.
Наступил понедельник. Камуи снова не пошел в школу. Он лежал на своей кровати, свернувшись в комочек в серой футболке и черных джинсах. У футболки были короткие рукава, поэтому руки мальчика, обмотанные бинтами из-за недавних ран, были полностью открыты.
В дверь постучали. Затем в комнату осторожно вошла Карен.
-Карен-сан? – мальчик повернул к ней голову, а затем сел на постели.
-Здравствуй, Камуи-сан, - девушка присела рядом с ним. – Могу я поговорить с тобой?
-Конечно, - кивнул мальчик.
-Камуи-сан, что с тобой происходит? – мягко спросила Мастер Огня. – Ты стал каким-то не таким, каким был раньше. Ты мало ешь, все время молчишь, даже школу забросил. Что случилось?
Принц опустил голову. Карен положила руку ему на плечо.
-Это... из-за Субару-сан, да? – спросила она осторожно, не желая напугать мальчика.
Камуи резко поднял голову. Его печальные глаза были устремлены на неё. Принц помолчал пару минут, а потом понял, что отрицать очевидное бесполезно.
-Ты давно знаешь об этом? – спросил он.
-Не слишком, - пожала плечами Карен.
-А... остальные?
-Знает только Юзуриха.
Принц кивнул. Затем он вытер ладонью глаза, но предательские слезы вновь появились.
-Он ушел... – прошептал мальчик, не пытаясь бороться со слезами, и тоненькие хрустальные ручейки заструились по его щекам.
-Камуи... – мисс Казуми с жалостью посмотрела на него.
-Я считал его своим лучшим другом... – прошептал принц. – А... а теперь... теперь я понял, что... что люблю его... Карен-сан... ты понимаешь? Я люблю его! Я не могу этого вынести...
Он закрыл лицо руками. Печать обняла его и крепко прижала к своей груди. Она чувствовала к нему большую привязанность. Он был для неё почти как сын.
-Камуи, а ты не пробовал рассказать ему обо всем? – спросила Мастер Огня, поглаживая волосы ребенка.
-Я не могу... – всхлипнул принц. – Если я открою ему свои чувства... он... возненавидит меня... Я люблю его... очень сильно люблю... но я не могу сделать ему больно...
Он вновь всхлипнул.
-Я так хочу, чтобы он вернулся... Чтобы снова был рядом... чтобы нежно улыбнулся мне... Пусть он считает меня лишь своим другом, но для счастья мне нужно только его присутствие... Я готов хранить эту любовь в себе и никогда не открывать свои чувства. Пусть я страдаю от этого, но... лишь бы он был рядом...
Карен гладила его по волосам, отлично понимая состояние маленького принца. Она ведь тоже страдала из-за неразделенной любви. Аоки был женат, а она для него была лишь хорошей подругой. Хотя... в последнее время Сеичиро стал более нежен с ней, и это чуть облегчало огромную тяжесть на сердце Карен.
Но Камуи...
Мисс Казуми знала, что Субару влюблен в Сакуразукамори, а после смерти Сейширо юноша вряд ли сможет кого-то полюбить, но... что же делать Камуи?
-Я так хочу снова увидеть его... – прошептал принц. – Где же он?
Субару медленно опустил руку. Всего минуту назад он хотел постучать в дверь комнаты принца, а теперь... Юноша чувствовал, что у него земля уходит из-под ног. Камуи любит его... Он уже очень давно любит его... И он согласен на любые муки, согласен лишь на дружбу со стороны молодого Онмёджи, но взамен просит только присутствия Субару рядом.
Сумераджи отошел от двери комнаты мальчика, а затем спустился в холл. Он и сам не заметил, как вошел в первое попавшееся помещение. На кухню. Там не было никого. Юноша опустился на стул, и закрыл лицо руками.
Его мысли путались. Что же теперь делать? Он же не сможет притворяться, что ничего не слышал. Он не может притворяться, что ничего не знает о чувствах Камуи к нему.
Сейширо убил в юноше все чувства, которые могли спасти его душу. Сакуразукамори постарался хорошо. Субару страдал из-за его смерти, зная, что в его сердце живет любовь только к Сейширо. И он не мог полюбить никого другого. Сей заставил его зависеть от себя. А теперь... все приняло такой ужасный оборот, что Сумераджи запутался в себе окончательно. Ну, почему? Почему именно Сейширо умер на Мосту Радуги, а не он сам?
-Субару-сан... – послышался приятный женский голос.
Сумераджи поднял голову. Напротив него стояла Казуми.
-Карен-сан... – проговорил Онмёджи. – Ты что-то хотела?
-Ты все слышал? – мягко спросила Карен.
Субару просто посмотрел на неё. Девушка все поняла по одному его взгляду.
-И что ты теперь будешь делать? – осторожно спросила она, подходя к плите и делая себе горячий чай.
-Возможно, мне лучше уехать, - предположил Сумераджи.
-А как же Обещанный День?
-У Камуи есть достаточно защитников, - пожал плечами Субару. – Он будет в безопасности со всеми Печатями.
Карен мучительно долгую минуту смотрела на него, а потом беззлобно поинтересовалась:
-А ты-то сам веришь в то, что говоришь?
-Конечно, нет, - тяжело вздохнул Онмёджи. – Я не смогу оставить его. Но, в то же время, я не могу быть рядом с ним, зная, что он любит меня, и зная, что я люблю другого.
-Верно, этим ты сломаешь жизнь и себе и ему, - кивнула Карен.
-Свою жизнь я уже не смогу сломать, - прошептал Субару. – Сейширо сломал мою жизнь, сломал мое сердце, сломал меня самого. Думаешь, я смогу забыть это все и быть с Камуи до конца своих дней?
-Тебе ещё жить и жить, - пожала плечами девушка.
-Боюсь, что такими темпами моя жизнь скоро кончится, - Сумераджи отвернулся.
-Но ты должен что-то сделать... – возразила Карен.
-Что именно? – горько усмехнулся Субару.
Казуми передернулась. В такие редкие моменты, когда она видела его усмешку, ей хотелось оказаться хоть на краю света, но лишь бы не рядом с ним. Его лицо напоминало маску абсолютной боли. Карен очень было его жалко, но помочь ему она не могла ничем.
-Если ты будешь продолжать страдать из-за погибшего Сакуразукамори, тогда тебе будет становиться все хуже и хуже, и жизнь твоя и вправду очень скоро оборвется, - сказала она, размешивая свой чай. – Но если ты постараешься забыть о боли, жить сегодняшним днем, а не болезненным прошлым, и, самое главное, если ты постараешься принять любовь Камуи, тогда твоя боль пройдет, я уверена. Не сразу, постепенно, но боль уйдет, и ты когда-нибудь забудешь о Сейширо.
-В том-то и дело, что забывать о нем я не хочу, - горько ответил Субару. – А помнить о нем очень больно. Как и знать, что я никогда его больше не увижу.
Он тяжело вздохнул.
-Я должен уйти, - покачал головой он. – Так будет лучше для нас с Камуи.
-Нет... не лучше... – послышался болезненный слабый голосок.
Карен выронила чашку с чаем. Субару резко повернул голову, при этом его шея неприятно хрустнула, но кости остались целыми.
В дверях стоял Камуи. Его хрупкие руки были сжаты в кулаки, в глазах стояли слезы, он весь очень сильно дрожал, что было видно даже издалека, а лицо было наполнено такими горем и болью, что Субару вздрогнул.
Что я сделал с этим ребенком? Мелькнуло в его голове.
Карен осторожно встала и отошла к стене.
-Камуи... – произнес Субару.
-Ты сказал... что... если... ты... у-уйдешь... – принц нервно всхлипывал, но силой сдерживал слезы, - тогда... так будет лучше... для нас обоих...
Он судорожно вздохнул.
-Ты ошибаешься... так будет ещё хуже... – продолжил мальчик. – Ты... надолго ушел... я не видел тебя неделю... Я... я думал... что... что умру...
Субару не заметил, как Карен выскользнула из кухни. Она знала, что этим бедным мальчикам нужно остаться наедине.
-Если ты уйдешь... – прошептал принц, умоляюще глядя на Субару. – Если ты... бросишь меня... так, как это сделали другие... я не выдержу этого... Субару, я... не выдержу... Я люблю тебя... Я не могу так больше... я люблю тебя... только тебя... и никого больше...
Слезы струились по его щекам. Субару медленно приблизился к нему. Принц плакал, закрыв лицо руками. Неожиданно сильные руки прижали его к теплой груди. Сумераджи нежно обнял его, поглаживая мальчика по волосам. Камуи зарылся лицом на его груди, вцепившись слабыми пальчиками в его плащ, и просто тихо плакал, иногда нервно всхлипывая.
-Прости меня... – прошептал принц. – Пожалуйста... прости...
-Мне нечего тебе прощать, мальчик мой, - нежно проговорил Субару.
Он взял его на руки и отнес в его комнату. Затем он уложил принца на кровать и укрыл легкой простыней.
-Спи, - мягко проговорил Сумераджи. – Я буду рядом с тобой.
-Сегодня? – тихо спросил мальчик.
-Всегда, - нежно прошептал Онмёджи, целуя его в лоб.
Камуи слабо улыбнулся, а затем закрыл глаза и заснул.
Через три дня принц решил отправиться в Академию.
-Наш маленький Камуи решил всерьез заняться учебой? – захихикал Сората, увидев, как Камуи спустился на кухню в школьной форме и с портфелем в руках.
Принц проигнорировал его колкость, усевшись за стол.
-Доброе утро, Камуи, - поздоровались с ним Карен, Сеичиро, Субару, Юзуриха и Араши.
-Доброе утро, - кивнул им принц с улыбкой.
Сора мягко взъерошил его волосы, а затем начал помогать Араши накрывать на стол.
-Камуи, - подал голос Сумераджи. – Завтра я, к сожалению, не смогу с тобой заниматься дополнительно.
-Почему? – встревожился принц. – Что-то случилось?
-Почти, - пожал плечами Онмёджи. – Завтра ко мне приезжает моя бабушка.
-Понимаю, - кивнул Камуи. – Прошу, пожелай ей от меня крепкого здоровья.
-Ты сам это сможешь сделать, - задумчиво произнес Дракон Небес. – Дело в том, что я хотел пригласить тебя пойти со мной. Ты мог бы познакомиться с ней. Но... думаю тебе это не понравится.
-Что ты! – радостно воскликнул принц. – Я очень хочу познакомиться с твоей бабушкой!
Субару слегка улыбнулся ему. В разговор влез неугомонный Сората.
-Познакомиться с родными? – ехидно ухмыльнулся он. – О-о! Вижу, дело идет к скорой свадьбе!
Камуи покраснел, как спелый помидор, Араши закатила глаза, а Субару просто слегка вздохнул. В ту же секунду Сора огреб звучный подзатыльник.
-А что? – сделал круглые глаза он. – Я не прав? Вы ведь любите друг друга, не так ли?
-Сора, если я захочу жениться, то на свадьбе в списке приглашенных тебя точно не будет, - спокойно заявил Онмёджи.
Монах ухмыльнулся, подмигнул Камуи, заставив его снова покраснеть, а потом хотел снова чем-то подколоть парочку, но Араши ловко цапнула его за ухо и утащила за собой.
-Ты поможешь мне приготовить завтрак или нет? – поинтересовалась она.
-Всё точно в порядке? – спросил принц у Субару. – А вдруг твоя бабушка не хочет со мной знакомиться?
-Она уже давно хотела это сделать, но все никак не могла улучить момент, - улыбнулся ему Сумераджи. – Не волнуйся.
Принц тоже слегка улыбнулся. Через некоторое время Карен и Сеичиро отправились по своим работам, а остальные Печати пошли в Академию. Юзуриха умчалась вперед, сказав, что хочет догнать какую-то подружку из своего класса, Сората и Араши о чем-то мило беседовали, идя к своему классу, а Камуи и Субару неспеша шли позади них. Принц был крайне смущен в присутствии своего возлюбленного.
Субару не заводил прежнюю тему о чувствах принца все эти три дня, а Камуи деликатно не спрашивал. Но его сердце прямо-таки разрывалось от волнения.
-Я так не хочу сегодня идти в школу, - пробормотал себе под нос принц. – Я не успел сделать домашнее задание и учитель меня съест.
-Тогда, может, пойдешь в школу послезавтра? – спросил Онмёджи неожиданно.
-Правда? – Камуи остановился, глядя на него.
Юноша кивнул. Они увидели, что Сората и Араши исчезли из виду.
-Может, сходим куда-нибудь? – робко предложил принц.
-Куда? – посмотрел на него Сумераджи.
-Ну... может на... Токийскую телебашню?
Дракон кивнул, и вдвоем они отправились к башне. Через полчаса оба были на месте. Драконы поднялись на смотровую площадку, и Камуи восхищенно глядел на город.
-Тут так красиво! – воскликнул он. – Ты тут часто бываешь? – он повернулся к Сумераджи.
-Я был здесь всего один раз, - пожал плечами Онмёджи. – Это было десять лет назад. Со мной были Хокто и Сейширо.
Принц поглядел на него. Впервые Субару произнес имена двоих самых близких для него людей без оттенка боли в голосе.
-Я всегда мечтал прийти сюда ещё раз, - произнес Онмёджи. – Вместе с самым дорогим для меня человеком.
-Мечты редко сбываются, - тихо прошептал Камуи, опуская взгляд.
Неожиданно мягкие пальцы взяли его подбородок, и приподняли его головку. Прелестные аметистовые глаза Камуи смотрели прямо в прекрасные изумрудно-серебрянные глаза Субару.
-Моя мечта сбылась сегодня, - нежно произнес Онмёджи.
Принцу понадобилось примерно тридцать секунд на то, чтобы понять, ЧТО Субару только что сказал.
-Ты имеешь ввиду... – глаза мальчика расширились.
-Ты вернул мне радость в жизни. Спасибо, - улыбнулся ему Онмёджи.
Камуи задохнулся от слез радости, покатившихся по его лицу. Он бросился в объятия возлюбленного, прижался лицом к его груди и прошептал:
-Я люблю тебя, Субару.
Сумераджи нежно поцеловал его в лоб, а потом крепче прижал его к себе. Солнечный свет, проникающий в окна смотровой площадки, заливал их с ног до головы своим сиянием.
Субару посмотрел на небо и слегка улыбнулся.
Жизнь начиналась для него заново. И в этой новой жизни он был не один. И теперь Сумераджи твердо знал, что и он, и Камуи и остальные Драконы Небес останутся живы после Обещанного Дня.
Потому что всех их объединяет светлое одно-единственное и прекрасное чувство любви...
Автор: Леди Clow (клуб “Clow” acclow.narod.ru)
