Южная Осетия –
пример юридически безупречного обретения государственности
В последнее время некоторые западные политики усилили свои нападки на Республику Южная Осетия и взятый ею курс на достижение признания своей, существующей 17-й год государственности. При этом анализ их выступлений в СМИ показывает, что они с завидным упорством игнорируют факты, разрушающие всячески насаждаемый стереотип восприятия Южной Осетии как некоей «сепаратистской территории». Но факты - вещь упрямая, и игнорировать их не получается.
Очень важным в понимании позиции Южной Осетии является то, что политический и исторический выбор осетин вовсе не является сепаратистским. Обвинения в адрес Южной Осетии в сепаратизме появились у грузинской и западной пропаганды еще в 1989 г., когда грузинские националисты только начали ставить вопрос о выходе из СССР. Это обвинение прозвучало в ответ на четко заявленную позицию народа Южной Осетии о нежелании выходить из состава СССР и ставило целью в условиях жесткой военно-информационной блокады Южной Осетии представить осетин в неблаговидном свете, дабы лишить их международной симпатии и поддержки. Но ведь это абсурд - называть сепаратистами тех, кто не желает распада своего государства! Позволю себе напомнить научно-теоретическое определение сепаратизма. «Сепаратизм – это стремление к отделению, обособлению. В отличие от национально-освободительного движения, сепаратизм не отвечает истинным потребностям общественного развития, а выражает своекорыстные интересы узких слоев населения, чаще всего местной или иностранной буржуазии» (Краткий словарь политических терминов, Москва, «Политиздат», 1990). Так что сепаратистским было поведение именно грузинской стороны, но никак не осетинской.
В настоящее время в среде политических элит некоторых западных стран модны рассуждения о «праве» косовских албанцев на отделение от Сербии. При этом они не забывают упомянуть, что «Южная Осетия, в отличие от Косово, не имеет права на независимость». Но Южная Осетия никогда не была составной частью суверенного грузинского государства (в отличие от Косово, которое всегда было частью Сербии). Более того, сама Грузия никогда до вхождения в состав России не была единым государством (опять-таки в отличие от Сербии). Даже в состав России она вошла по частям. Осетия же, как единый организм, добровольно вошла в состав Российской Империи в 1774 г. (тогда еще не было разделения на Север и Юг Осетии). Для того, чтобы проверить, не находится ли Осетия в чьем-либо подчинении, царский престол направил на Кавказ комиссию, которая установила, что «осетины есть народ вольный, ни у кого в данничестве не находящийся». А Грузия стала частью Российской Империи только в 1801 г. - через 27 лет после присоединения Осетии к России. Это обстоятельство является важным преимуществом Южной Осетии в споре с Грузией, в то время как албанцы в Косово перед сербами такого аргумента не имеют.
Южная часть Осетии была передана в административное подчинение Грузинской ССР только после социалистической революции, волюнтаристским решением имевших большое влияние в большевистском руководстве СССР Сталина (Джугашвили), Орджоникидзе и Енукидзе. Это было сделано вопреки воле народа Осетии путем образования Юго-Осетинской автономной области в составе Грузинской ССР в 1922 г. Следует обратить внимание, что ГССР сама не была суверенным государством, а частью территории другого государства. Между Севером и Югом Осетии никогда не было государственной границы. Впервые она появилась только в 1991 г., да и то лишь граница России, а грузинских пограничников между двумя частями Осетии никогда не было, и даст Бог, не будет никогда в будущем. Это еще одно выгодное отличие Южной Осетии от Косово.
В 1990 г. высший законодательный орган Грузии - Верховный Совет Грузии принял постановление, в котором объявил незаконными и недействительными все органы власти на территории Грузии (а значит - и их решения), созданные после 25 февраля 1921 г. (дня советизации Грузии). Таким образом, в полном соответствии с законодательством самой Грузии, Южная Осетия перестала быть частью Грузинской республики, ибо, как я уже отметил, она вошла в состав ГССР согласно решению, принятому только в 1922 г. (насколько нам известно, органы власти ни СФРЮ, ни СРЮ, ни Сербии и Черногории, ни, наконец, Сербии не принимали аналогичных решений, выводящих Косово и Метохию за рамки правового поля Сербии). При этом Южная Осетия продолжала оставаться частью Советского Союза.
Исходя из этого, если до 9 апреля 1989 г. нахождение на территории Южной Осетии (которая была частью СССР, в отличие от Грузии, которая 9 апреля 1991 г. объявила о своей независимости и выходе из СССР) карательных отрядов из Грузии, в том числе подразделений МВД ГССР, можно было, кривя душой, назвать не противоречащим законам СССР, то, думаю, имеет право на существование мнение, что после 9 апреля 1991 г. эти формирования уже с чисто юридической (а не эмоциональной) точки зрения превратились в иностранных интервентов на территории СССР. Действия же Грузии по присоединению Южной Осетии являются не «восстановлением территориальной целостности», а попыткой захватить чужую территорию. Ибо «восстановление» - это повторное создание ранее существовавшей ситуации, а история не знает такого периода, когда грузинские пограничники стояли между Южной и Северной Осетиями. Таким образом, ни о каком «восстановлении» не может быть и речи, а выражение «восстановление территориальной целостности Грузии», подразумевающее аннексию Грузией южной части Осетии, - это такая же бессмыслица, как, скажем, выражения «атом воды» или «молекула протона».
Также позволю себе сослаться и на Закон СССР «О порядке разрешения вопросов, связанных с выходом союзной республики из Союза ССР» (1990г.). Статьи 3 и 4 этого Закона предусматривают, что «автономии в составе выходящей республики сами определяют свою судьбу путем референдума». Согласно этому Закону, Южной Осетии как автономной области в составе Грузинской ССР было официально предоставлено право определиться – выйти из состава СССР вместе с Грузинской ССР, остаться в составе СССР или провозгласить себя суверенным государством. Несмотря на то, что Верховный Совет Грузинской ССР объявил о приостановке действия этого Закона на территории Грузинской ССР, данное решение грузинской стороны не имеет юридической силы и выходит за рамки правового поля, так как в тот период Грузия была частью единого государства - СССР, и в случае противоречия между законодательными актами Грузинской ССР и законодательными актами СССР на всей территории СССР юридической правомочностью обладали Законы СССР. В тот период именно СССР был субъектом международного права, членом ООН, Грузия же не была суверенным государством, а была одним из субъектов СССР.
Отличие от ситуации в Косово здесь состоит в том, что, во-первых, в СФРЮ не было аналогичного закона, позволяющего свободное самоопределение автономий, а во-вторых, Сербия никогда не заявляла о намерении выйти из состава Югославии, и не принимала решения о выходе из состава Югославии, в отличие от Грузии, которая вышла из состава СССР.
В результате референдума о судьбе СССР 17 марта 1991 г. народ Южной Осетии высказался за сохранение СССР, против распада и разъединения единого союзного государства. Следует отметить, что этот референдум состоялся через два месяца после начатой Грузией войны против Южной Осетии (6 января 1991 г.). Столица Южной Осетии город Цхинвал (площадью 3,5 х 1,5 кв. км) был окружен грузинской артиллерией и подвергался обстрелам. Президент и Верховный Главнокомандующий СССР Михаил Горбачев, который взял курс на разрушение возглавляемой им страны, поощрял вооруженное насилие Грузии в Южной Осетии, как и военные действия в некоторых других регионах СССР. 17 марта 1991 года - в день Всесоюзного референдума обстрел был особенно интенсивным, чтобы люди, из страха погибнуть под обстрелами, не пришли к участкам для голосования. Это тяжкое международное преступление – препятствование свободному волеизъявлению народа. Однако никто не понес за него наказание. Но, несмотря на шквальный огонь, большинство жителей Южной Осетии, имеющих право голоса, пришли на избирательные участки и проголосовали за сохранение СССР. Жители осетинских сел, сожженных грузинскими вооруженными формированиями, голосовали в Цхинвале. Мне самому в марте 1991 г. было неполных 19 лет. Это было второе в моей жизни голосование. Я пришел на участок и проголосовал, несмотря на то, что вокруг раздавались взрывы, и мимо меня со свистом пролетали пули. Некоторые люди в тот день погибли. Разве справедливо называть сепаратистами людей, которые так сильно не хотели отделяться от своего государства?!
Несмотря на то, что более 70% участников Всесоюзного референдума проголосовали за сохранение СССР, процессы распада набирали силу. К сентябрю 1991 г. было сожжено 86 осетинских сел. Некоторые из них (Хельчуа, Тлиакана и др.) были сожжены вместе с мирными жителями, которые в них были застигнуты. Проводимая руководством Грузии политика выжженной земли в отношении Южной Осетии и истребления мирных лиц осетинской национальности ничем не отличалась от поведения Гитлера на оккупированных территориях Сербии и Советского Союза, а также от поведения АОК[1] после вывода сербских вооруженных сил из Косово. Именно Грузия была сепаратистом в отношении Советского Союза и именно она совершила против противников сепаратизма такие же действия, которые в Косово албанские сепаратисты совершили и совершают против сербов, которые так же, как и осетины, не желают распада единого государства.
К концу 1991 г. СССР распался. Союзные республики объявили себя независимыми государствами. В 1992 г. в Южной Осетии, как и было предусмотрено в Законе СССР «О порядке разрешения вопросов, связанных с выходом союзной республики из Союза ССР», а также в соответствии с международно-признанным правом наций на самоопределение, снова был проведен референдум, на котором подавляющее большинство населения высказалось за независимость Южной Осетии и за вхождение в состав России. В том же 1992 г., 29 мая, была провозглашена независимость Республики Южная Осетия. Особо обращаю внимание, что данный акт нельзя считать сепаратистским, ибо Грузия на тот период не была признана международным сообществом, не была членом ООН. Она была признана несколько позже, и признана в спешном порядке, в нарушение установленной процедуры и с игнорированием союзного законодательства о выходе союзных республик. А признание ее территории в границах бывшей ГССР было оформлено уже постфактум, после того, как Южная Осетия объявила о своей независимости и юридически закрепила свое право на самоопределение четко выраженной волей своего народа путем референдума. Другой причиной, по которой Южную Осетию нельзя считать сепаратистской, является то, что данный акт был принят только после того, как Грузией было сожжено более ста осетинских сел, физически уничтожено от одной до двух тысяч осетин только на территории Южной Осетии, а от 80 до 120 тыс. осетин из самой Грузии были вынуждены бежать в Северную Осетию, спасая свою жизнь.
Косовские албанцы, а вслед за ними и Запад, требуют отделения Косово и Метохии от уже признанного сербского государства, которое является членом ООН. Это существенное обстоятельство также отличает позицию Южной Осетии от позиции албанцев в Косово и Метохии, и позволяет считать одинаковыми позицию осетин и позицию сербов, противников отделения от своих государств.
Еще одним важным пунктом, который отличает Южную Осетию от албанцев Косово и позволяет отождествлять ее с сербской стороной, а албанскую – с грузинской, является сравнение методов достижения своих целей. Если осетины свою волю изъявили исключительно мирными способами – путем голосования в юго-осетинском парламенте, путем голосования на выборах в органы власти, на референдумах, то грузинская сторона начала создавать вооруженные отряды, которые совершали нападения на осетинские села Южной Осетии и Грузии, которые разграблялись, сжигались, а мирные жители безжалостно истреблялись после изощренных пыток. Только на территории Южной Осетии было полностью или частично сожжено и разграблено 117 осетинских сел. Сам же город Цхинвал, являющийся столицей Южной Осетии, находится в природном углублении, над которым возвышается Присское нагорье. На этом нагорье стояла грузинская артиллерия, которая прямой наводкой била по жилым кварталам Цхинвала, в результате чего погибли сотни людей. Это была политика террора, то есть запугивания мирных людей по национальному признаку, с той целью, чтобы они бежали из своих домов и очистили территорию от своего присутствия. Это была этническая чистка, сопровождаемая геноцидом. Осетинская сторона таких действий не совершала. Характерен факт, что в Южной Осетии не сожжено ни одно грузинское село. Общеизвестно, что аналогичные действия и в Косово совершала не сербская сторона, а албанская. Нам также известно о тех зверствах, которые совершили албанцы в 2004 г., когда было убито много людей, сожжены и разграблены десятки православных святынь.
Задам читателям вопрос: высказывались ли сербские официальные лица с требованиями запретить албанцам иметь более двоих детей? Высказывался ли кто-либо из президентов Сербии с требованиями изгнать албанцев из Косово? Я о таких высказываниях не слышал, в то время как на страницах СМИ Грузии в конце 1980-х широко публиковались требования запретить негрузинам иметь более двух детей, изгнать негрузин из Грузии! Далее приведу несколько высказываний первого президента Грузии Звиада Гамсахурдиа: «Кахетия всегда была демографически самым чистым регионом, где грузинский элемент всегда преобладал, всегда властвовал. Сейчас там так устроили дело, что мы в раздумье, как спасти Кахетию? Тут татарство поднимает голову и тягается с Кахетией, там - лекство, там - армянство, а там еще осетинство, и они вот-вот проглотят Кахетию. Сила на нашей стороне, грузинская нация с нами, и мы расправимся со всеми предателями, всех призовем к надлежащему порядку и всех этих врагов, приютившихся тут злых негрузин, выгоним из Грузии», - из выступления на митинге в селе Ахалсопели Кварельского района Грузии (газета «Известия», № 000, 1990 г.). «Негрузинское население размножается катастрофическими темпами», - из интервью Гамсахурдиа газете «Советская Россия» 20 сентября 1990 г. В интервью лондонской газете «Таймс» 6 декабря 1990 г. Гамсахурдиа сказал, что армяне и азербайджанцы, составляющие вместе 20% населения Грузии, - это угроза грузинской нации. Он сказал, что большинство из них - враги.
Факт наличия фашизма в Грузии вначале признавал и сменивший Гамсахурдиа бывший президент , сам свергнутый в 2003 г. Еще в 1996 г. Шеварднадзе назвал период правления Гамсахурдиа провинциальным фашизмом и обещал, что "борьба с фашизмом в Грузии будет усилена" ("Независимая газета", 06.09.1996г.). Но ни один из идейных вдохновителей, организаторов и конкретных участников уничтожения осетин в Грузии не был привлечен к ответственности и не понес заслуженного наказания.
Исключение составляет Звиад Гамсахурдиа, против которого после его свержения с поста президента Грузии Генпрокурором Грузии было выдвинуто обвинение в геноциде, но впоследствии это уголовное дело было закрыто.
Здесь же отмечу, что возбуждение уголовного дела против Гамсахурдиа не было актом покаяния, а преследовало лишь цель ввести мировое общественное мнение в заблуждение. Об этом говорит тот факт, что в последствии, когда внимание мировой общественности к провинциальному фашизму явно притупилось, был опубликован Указ президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе (того самого, который ранее называл Гамсахурдиа фашистом) «Об увековечивании памяти бывшего главы государства Звиада Гамсахурдиа» (апрель 2002 г.). А при Саакашвили останки Гамсахурдиа были перевезены в Грузию и с торжественными почестями похоронены в Пантеоне выдающихся деятелей Грузии. Это равносильно тому, если бы в Берлине были организованы торжественные похороны праха Адольфа Гитлера.
Действия Грузии показали, что вхождение Южной Осетии в состав грузинского государства приведет к физическому уничтожению народа Южной Осетии. В Косово же, как известно, опасности подвергается сербское население края, которое не могут или не желают защитить так называемые силы KFOR. Таким образом, мы пришли еще к одному выводу – политику террора в отношении мирного населения осуществляют не сербы и осетины, а их оппоненты. К актам террора я отношу и вызвавшие возмущение народа Южной Осетии варварские обстрелы жилых кварталов Цхинвала, осуществляемые вооруженными силами Грузии (последний такой массированный обстрел был 26 сентября 2007 г.), и бомбардировки Сербии в 1999 г., приведшие к большому числу человеческих жертв и разрушений. Ибо террористическим актом являются и направленные против мирного населения действия, ставящие целью оказание давления на правительство, чтобы заставить его выполнить незаконные требования. И не случайно те же силы, которые поддерживают албанский терроризм, поддерживают и грузинский государственный терроризм, жертвами которого стали мирные жители Южной Осетии и Абхазии.
Сегодня те политики, которые называют южных осетин сепаратистами, пытаются представить дело таким образом, что Южная Осетия хочет выйти из состава Грузии. Однако они не хотят принимать во внимание то, что на момент незаконного признания Грузии в границах бывшей ГССР Южная Осетия уже не была частью Грузии ни де-юре, ни де-факто. Они не желают принимать во внимание, что характеристики и определения, применимые к сепаратистам, неприменимы для Южной Осетии. В частности, наши оппоненты любят проводить параллели не только между Южной Осетией и Косово, но и между Южной Осетией и Чечней периода дудаевско-масхадовских режимов.
Однако они не желают упоминать о том, что после обретения независимости и прекращения военных действий в июле 1992 г. после решительных мер новой России, Южная Осетия сразу же взяла курс на укрепление правопорядка, значительно пошатнувшегося в период войны с Грузией. В отличие от Чечни периода Дудаева-Масхадова, в Южной Осетии не имел место ни один случай похищения человека с целью выкупа. В отличие от Косово, наводнившей наркотиками всю Европу, в Южной Осетии запрещено незаконное хранение и распространение не только наркотических веществ, но и продуктов питания, которые потенциально можно использовать для изготовления наркотиков, вплоть до пищевого кондитерского мака! Эти вещества даже запрещено транзитом перевозить через территорию Южной Осетии. В отличие от Тбилиси, в Цхинвале можно спокойно гулять по улицам в любое время суток, не опасаясь быть убитым или ограбленным.
Следует упомянуть о шагах руководства Южной Осетии, которые вряд ли подходят под категорию тех, что сепаратисты после захвата территории. Сепаратисты заботятся о личном обогащении, а не о благе народа. Они разрушают, разворовывают и растаскивают все, что еще уцелело. А Южная Осетия почти десять лет восстанавливала то, что разрушили войска Госсовета Грузии. При этом своими скудными финансовыми средствами, не получая ни одной копейки из Грузии, обеспечивала бесперебойное функционирование детских садов, школ, университета, больниц, большинства восстановленных заводов и фабрик, правоохранительной системы. Мы знали тяжелые времена. Не было постоянного источника финансовых средств. Даже был период, когда у республики не было денег, чтобы заплатить России за электроэнергию. Но мы работали и учились, думая о будущем. Заслуживает уважения тот факт, что первым же зданием, построенным в Южной Осетии в тяжелый послевоенный период, было четырехэтажное современное здание третьего корпуса Юго-Осетинского государственного университета. Но даже в этот тяжелый период благодаря экономической политике властей, эффективной системе социальной защиты населения, в Южной Осетии, в отличие от Грузии, не было нищих людей, которые просили подаяние с протянутой рукой.
В последние годы ситуация начала кардинально улучшаться. Только за период с 2002 г. заработные платы выросли более чем в 20 раз. Рост реальных доходов населения здесь обгоняет инфляцию. Например, в 2007 г. зарплата выросла на 25%, а из цен выросла только цена на природный газ, да и то лишь на 10%. Появилось бесперебойное снабжение Южной Осетии российским электричеством, построен ряд красивых домов культуры, объектов народного хозяйства. Среди них особый эмоциональный подъем вызвало строительство православного храма в городе Квайса Джавского района. Расширился ассортимент ретранслируемых на Южную Осетию телепрограмм, у Южной Осетии появилась своя сотовая связь, а с сентября 2007 года заработал свой Интернет-провайдер. Еще несколько лет назад об этом невозможно было и мечтать. Активно идет компьютеризация школ городов и сел Южной Осетии, наши представители чаще выезжают на различные научные и творческие мероприятия в другие города и страны, а государственный драмтеатр никогда из таких поездок без призовых мест не возвращается. Выпускники школ Южной Осетии за счет государственного бюджета могут получить высшее образование в различных уважаемых ВУЗах России. Регулярно выезжают на повышение своей квалификации врачи и учителя - представители самых многочисленных профессий в Южной Осетии.
В то время как из Грузии люди бегут в другие страны в поисках достойной жизни, в Южную Осетию возвращаются многие семьи, покинувшие ее в период войны гг., что также свидетельствует о том, что в Южной Осетии нет сепаратизма, а власть всё делает для блага людей. Разница в экономическом развитии Южной Осетии и Грузии такова, что не из Южной Осетии едут люди в поисках работы в Грузию, а из Грузии - в Южную Осетию. Сегодня в Южной Осетии грузинских рабочих можно увидеть на различных стройках. О многом говорит и тот факт, что только за последний месяц цена однокомнатной квартиры увеличилась с 80 тыс. рублей до 180 тыс. Рост цен связан с тем, что купить квартиры здесь хочет больше людей, чем есть желающих их продать.
Единственной проблемой являются создаваемые грузинским правительством трудности для осетинских сел и дестабилизация ситуации в зоне конфликта грузинскими вооруженными подразделениями, находящимися там в нарушение ранее подписанных соглашений. Западные политики, заявляющие об «уникальности Косово», часто приводят такой «аргумент», что в Косово налаживанием работы органов управления и системы жизнеобеспечения занимаются западные правительственные организации – преимущественно структурные подразделения ЕС и ОБСЕ. Но этот «аргумент» вовсе не является убедительным, - в Южной Осетии всё это налажено нами самими, своими силами, и работает более успешно. По этому поводу президент Республики Южная заявил сербской газете «Глас явности», что «проект независимости Косово так сильно проталкивается извне, именно потому, что он нечто искусственное, а мы в Осетии с 1990 г. имеем свои государственные институты, которые создали самостоятельно, без какой-либо поддержки извне».
В отличие от сербов в Косово, которые живут в условиях постоянного террора и запугивания, в Южной Осетии грузинское население не подвергается никакому преследованию. Более того, никто не препятствует грузинам из окрестных сел приезжать в Цхинвал и продавать здесь свою продукцию. За истекшие 15 лет сравнительно мирного развития Южной Осетии, ее народ показал себя народом законопослушным, цивилизованным, стремящимся к развитию своей экономики, культуры и высокой духовности.
Положение южных осетин после признания зарубежными странами независимости Грузии в границах бывшей ГССР можно сравнить с положением, в котором могут оказаться косовские сербы в случае признания государственной независимости Косово. Так что если и говорить об уникальности косовского случая, то это уникальность с большим знаком минус. Реализация планов западных государств по признанию независимости Косово будет несправедливым шагом с далеко идущими последствиями. Южная Осетия, Абахзия и Приднестровье имеют не меньше, а гораздо больше политико-правовых оснований для признания своих состоявшихся государств, показавших свою жизнеспособность, свою демократичность, свое уважение к правам человека, независимо от национальности. События 2004 г. в Косово показали, что до этих стандартов албанской стороне, мягко говоря, очень и очень далеко. Опирающаяся на советское и международное законодательство, на приверженность устоям цивилизованного мира борьба народов Южной Осетии, Абхазии и Приднестровья за признание своей государственной независимости справедлива, в отличие от действий Запада в Косово. Утверждения же западных политиков о том, что принцип территориальной целостности государств не распространяется на Сербию, лишены даже малейших признаков морали и нравственности. Не случайно Президент , касаясь Косово, справедливо заявил, что признание независимости Косово будет носить универсальный характер и для конфликтов на постсоветском пространстве.
От себя добавлю, что при этом непризнание независимости Косово не будет означать, что не нужно признавать независимость Южной Осетии. Именно потому, что Южная Осетия имеет на признание своей независимости на порядок больше прав. На это неоднократно обращали внимание и видные осетинские политики. Например, полномочный представитель Республики Южная Осетия в Российской Федерации, кандидат политических наук Дмитрий Медоев заявил: «Я хотел бы отметить, чтобы избежать каких бы то ни было спекуляций: Южная Осетия, жители которой на 95% являются гражданами России, очень тепло относится к единоверному православному сербскому народу и считают Косово родиной, колыбелью сербской государственности. Не надо думать, что мы только и ждем, чтобы Косово отделилось от Сербии. Напротив, мы, как и Российская Федерация, - за территориальную целостность Сербии. В Южной Осетии высоко ценят и то, что не так давно Вук Драшкович своим решением запретил продажу и передачу Грузии вооружений и военных материалов, произведенных на предприятиях Сербии. Ясно всем, что одностороннее признание независимости Косово без согласия Белграда создаст весьма значительный и, бесспорно, универсальный юридический прецедент, после которого не будет требоваться согласия Грузии на признание независимости Республики Южная Осетия. Тем более что Южная Осетия имеет гораздо больше международно-правовых оснований для признания своей независимости».
Таким образом, говорить о сепаратизме Южной Осетии юридически безграмотно. А те, кто говорит, преследуют лишь пропагандистские цели. Независимость РЮО базируется на юридически безупречных аргументах. Более того, ее пример является классическим, как еще один законный путь образования независимых государств в современном мире.
[1] Албанская Армия Освобождения Косово – прим. Ред.
