Великая библиотечная мечта, или Оптимистический крик о помощи
Для чего нужны исследования?
Чтобы вызвать вопросы. Раздразнить. Возмутить культурное спокойствие. Вывести из инерции и равновесия. Создать движение идей, которые неизбежно приведут к созданию программы действий.
Тексты «Писем из будущего», ставшие основой социально-психологического исследования профессионального менталитета библиотекарей (автор методики и руководитель исследования – профессор Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов ) могли бы составить роман и восприниматься как концептуалистский ход, вроде «Очереди» Владимира Сорокина, прогремевшей в Америке ещё в 1978 году. Текст его романа выстроен из реплик людей, стоящих в очереди. Ответы на «Письма из будущего» − по сути концентрированная социопсихограмма современного библиотекаря.
Только цифры
В Свердловской области 3027 библиотечных специалиста обслуживают почти 1,5 млн. читателей в 959 государственных и муниципальных библиотеках. Высшее и среднее специальное образование имеют 2598 человек (86%), хотя высшее библиотечное образование лишь у 13%. Три четверти кадрового состава – стажисты, 58% профессионально связаны с библиотекой более 10 лет. Реальность превосходит рекомендуемые показатели Руководства ИФЛА по развитию службы публичных библиотек (2001), Модельного стандарта общедоступной муниципальной библиотеки Свердловской области (2006), Проекта модельного стандарта детской библиотеки (2008), в соответствии с которыми дипломированных специалистов должно быть от 40% до 60%. Итак, наши библиотекари имеют высокий образовательный уровень и профессиональный опыт, необходимый для устойчивого стабильного развития. Однако почти половина специалистов муниципальных библиотек приближается к полувековому юбилею. Проблемы старения и смены поколений здесь, как и в других регионах России, стоят очень остро и требуют осмысления.
Цифровые показатели, характеризующие кадровый состав библиотечных специалистов Свердловской области, довольно благополучны и не дают ответа на вопрос, что же происходит сегодня с нашей профессией. Способны ли библиотеки и библиотекари соответствовать тем требованиям, которые предъявляют к ним государство, общество, читатели? Получить часть ответов, а также поставить новые вопросы, на которые предстоит искать ответы и в ходе последующих исследований, и в процессе дальнейшей работы даёт возможность социально-психологическое исследование на основе оригинальных методик профессора «Жанны, Пенелопы, Клеопатры» и «Письма из будущего».
Жанны, Пенелопы, Клеопатры
Тестирование специалистов проводилось в ходе деловой игры (все данные сразу фиксировались на интерактивной доске), организованной профессором на российской конференции «Современный библиотекарь: профессионализм и личность» (Екатеринбург, 15-16 мая 2008 г.). В результате было проведено распределение библиотекарей по социально-психологическим стратам «Жанны, Пенелопы, Клеопатры», в основе которых лежат особенности общественного темперамента, жизненной и профессиональной позиции, этическое самоопределение и направленность личности. Это позволило выявить уровень активности и компетентности профессионального сообщества.
В зависимости от типа библиотек (школьные, муниципальные, региональные и вузовские) специалисты распределились по стратам следующим образом:
Школьные Библиотеки | Муниципальные библиотеки | Региональные библиотеки | Средние показатели по Свердловской области | |
Жанны | 42% | 40% | 44% | 42% |
Пенелопы | 36% | 27% | 12% | 25% |
Клеопатры | 22% | 33% | 44% | 33% |
Если считать нормативным соотношение страт: Жанны – 25%, Клеопатры – 25%, Пенелопы – 50% (хотя исторически в библиотечном деле нормативное соотношение страт никогда не соблюдается),[1] то количество пассионариев-новаторов в наших библиотеках явно «зашкаливает», сбивая все ограничители. Видимо, сильны на Урале демидовские традиции: находясь в глубине России, всегда оказываться на передовых рубежах в науках и технологиях. Различия в профессиональном менталитете библиотекарей в зависимости от типа библиотек незначительны, но существуют. И, если Жанн (пассионариев-альтруистов) везде чуть более 40%, то Клеопатр (пассионариев- эгоистов) в региональных библиотеках в 2 раза больше, чем в школьных: школьные – 22%, региональные – 44. Библиотекари-Клеопатры (пассионарии-эгоисты) в муниципальных библиотеках представлены 1/3, а не 1/5, как в школьных, частью библиотечного персонала. Библиотекарей-Пенелоп (пассивных консерваторов-конформистов) в школьных библиотеках больше, чем в муниципальных, и особенно региональных библиотеках, где Пенелоп в 3 раза меньше, чем в школьных: 12% против 36%. И это естественно, поскольку инициативность, креативность и социальная мобильность – профессиональные требования, предъявляемые специалистам региональных библиотек, отвечающим, как правило, за работу не только с читателями, но и с профессионалами в масштабах региона. Амбициозные специалисты, как правило, ищут удовлетворённости трудом, им нужно реализовать себя, организовав собственные «игровые пространства», куда вовлекаются и единомышленники, и читатели. Они составляют культурную и интеллектуальную элиту – профессиональную аристократию, стремящуюся «заарканить славу и пользоваться её плодами» (участие в престижных командировках, масштабных проектах, выдвижение инициатив и постоянное освоение нового). Для них, конечно, привлекательнее работа в региональных/вузовских библиотеках.
Библиотекари, жаждущие покоя и определённости, готовые к исполнительской дисциплине и ритму, бесконечному повторению уже пройденного, в сущности, «статисты» (балласт), не только по позиции, но и по духу, лучше чувствуют себя в школьных и муниципальных библиотеках. Хотя вряд ли правомерно делать такие обобщения применительно ко всем специалистам библиотек определённого типа, скорее это всего лишь одна из тенденций. Сегодня в Свердловской области существует немало муниципальных
(в том числе, сельских) и школьных библиотек, созданных творческими усилиями мастеров и уникальных коллективов, состоящих, кажется, из одних Жанн: это библиотекари Новоуральска, Лесного, Нижнего Тагила, Каменска-Уральского, сумевшие создать в своих городах и школах «библиотечные оазисы», чей талант является таким же национальным достоянием, как нефть, газ и высокие технологии. «Статисты» есть в библиотеках любых типов, и сегодня не существует механизмов (ни финансовых, ни административных), позволяющих активно противостоять им, хотя, к счастью, не они определяют лицо и стиль каждой библиотеки.
Письмо из 2023 года
Энтузиазм по поводу возможности участия в социально-психологическом исследовании (необычно и интересно!) в реальной деятельности быстро сменился унынием и беспомощностью большинства специалистов (трудно и непонятно!). Причинами отказа (не демонстративного, но вынужденного!) стали низкий уровень профессиональной рефлексии, неспособность к прогнозированию и неразвитое воображение (мы не можем знать, что будет с нами через 15 лет; я буду уже на пенсии, меня это не касается). Среди 130 специалистов муниципальных библиотек, принявших участие в исследовании были не только представители крупнейших библиотек-лидеров, но и специалисты маленьких сельских библиотек, что позволяет отнести способность к рефлексии, прогнозированию и развитое воображение (а, следовательно, инициативность, креативность и социальную мобильность) к числу личностных качеств, не связанных напрямую с масштабом деятельности библиотек.
По философским лекалам в исследовательском интервью были сконструированы ситуации экзистенциального выбора, и библиотекари должны были примерить их на себя, в сущности, совершив этот выбор на основе прогнозирования. Утопия или антиутопия должны были выйти «из-под пера» библиотекаря в зависимости от его профессиональной зрелости, системы ценностей, аналитических способностей.
Участники исследования, представив себя находящимися в 2023 году, написали «Письмо из будущего», в котором рассказали о том, что ждёт библиотеки через 15 лет, и как сложится собственная судьба, ориентируясь на предложенные вопросы. Это позволило определить их профессиональную ориентацию и жизненные ценности.
Полученные ответы отчасти разочаровали исследователей, но все участники получили напряжение необходимого вольтажа, без которого дальнейшее развитие себя в профессии, по-видимому, невозможно.
Профессиональная ориентация библиотекарей. В первой части «Письма из будущего» библиотекари должны были определить свою позицию относительно профессиональных проблем, которые так или иначе будут решены к 2023 году, присоединившись к одному из предложенных 25 противоположных (оптимистических и пессимистических) высказываний. Что получилось?
Неожиданно для многих, библиотекари муниципальных библиотек и СОБДиЮ оказались «закоренелыми оптимистами», поскольку оптимистические ожидания явно преобладают над пессимистическими.
По мнению оптимистов, государство будет щедро (26,9%) или в достаточном объёме (14,6%) финансировать библиотеки. 28,5% опрошенных уверены, что детские и юношеские библиотеки сохранятся в системе библиотек. Ни один человек не допустил возможности перехода библиотек на режим самофинансирования. Одна треть опрошенных - 30,8% считают, что системное взаимодействие между библиотеками будет расширяться. 2/3 специалистов (66,9%) уверены, что библиотекам будет гарантировано комплектование новой литературой. Подавляющее большинство (84,6%) считает, что в библиотеках появятся носители, заменяющие книгу, и библиотека станет центром электронной коммуникации.
У библиотекарей нет иллюзий относительно чтения школьниками классической литературы (лишь 5,4% считают иначе, школьные – 78%, что свидетельствует об их супероптимизме!!!), большинство молодёжи к этому времени будет довольствоваться лишь кратким пересказом классических произведений или их экранизацией. Однако большинством отвергается и мысль, что чтение станет уделом элитарных читателей-эрудитов (лишь 7,7%), иначе непонятно, для кого будут работать процветающие библиотеки. Больше половины (57,7%) уверены, что библиотечная профессия будет хорошо оплачиваться, а одна пятая часть (21,5%) сомневаются в этом. 10% считают, что для работы в библиотеке необходим специальный талант. Именно столько и бывает по-настоящему талантливых библиотекарей, это они служат «рычагами прорыва» и двигают вперёд библиотечное дело, «прокладывая лыжню» для тех, кто пойдёт за ними. Только 8,5% признают необходимость специального библиотечного образования для детского библиотекаря. Статус библиотечного образования очень низок в глазах наших библиотекарей, поскольку специалисты других профилей (педагоги-словесники, историки, культурологи, искусствоведы) лучше знают литературу, быстрее перестраиваются и переобучаются, организуя собственную систему самообразования, осваивают новые виды деятельности, внедряют инновации, работают на стыке различных предметных областей, разрабатывают и реализуют проекты. Библиотекари со специальным образованием лучше проявляют себя как технологи, работающие с фондами, каталогами, базами данных.
Четверть библиотекарей (26,2%) ожидает расцвет библиотечного дела в 2023 году. 17,7% предвидят улучшения. Только 6,9% полагают, что всё останется, как есть, или даже ухудшится. Лишь 4,6% библиотекарей подвержены слепому оптимизму и не видят никаких проблем в библиотечном деле. 10,8% озабочены скупым финансированием, а 29,2% – конкуренцией со стороны электронной коммуникации и падением популярности книги и чтения. Четверть библиотекарей (25,4%) волнует отток молодёжи из библиотеки.
Следуя рекомендациям профессора , выберем прогностические суждения, имеющие ранг 24% или более, чтобы получить прогноз библиотечного дела в России на грядущие 15 лет. Таких высказываний 10:
В библиотечном деле немало проблем. Самые значительные обусловлены конкуренцией со стороны электронных коммуникаций и оттоком молодёжи из библиотек. Тем не менее, ожидается расцвет библиотечного дела. Государство будет щедро финансировать библиотеки, и труд библиотекаря будет хорошо оплачиваться. Детские и юношеские библиотеки сохранятся в системе библиотек. Будет развиваться системное взаимодействие между библиотеками. Библиотекам будет гарантировано комплектование новой литературой. Она станет центром электронной коммуникации. В ней появятся электронные носители, заменяющие книгу.
Несмотря на предполагаемые проблемы, библиотекари в мечтах построили свой волшебный город Солнца – библиотечный Эльдорадо, где осуществляются мечты и желания, практически не упомянув, каким образом он сможет возникнуть. Пессимисты видят библиотечную ситуацию иначе, хотя и не пытаются создать антиутопию. По их мнению:
Библиотека станет центром электронной коммуникации. В ней появятся электронные носители, заменяющие книгу. Полнота комплектования значительно снизится. Чтение будет привлекать немногих эрудитов. Библиотекари всегда были и будут низкооплачиваемой категорией. Всё останется как есть, а, может быть, станет хуже, поскольку и в 2023 году существуют экономические проблемы, обусловленные скупым финансированием, конкуренция со стороны электронных коммуникаций, непопулярность книги и чтения, отток молодёжи из библиотеки.
Ценностные ориентации отражены во 2-ой части исследования «Письма из будущего».
Большая часть библиотекарей (70%) планирует остаться в провинции, лишь незначительное количество опрошенных готовы уехать в Москву и Петербург (5,4%) или жить за границей (3,5%). Большинство (70%, школьные – 30%) предполагает остаться служащими. Лишь немногие собираются заняться бизнесом (6,9%), стать свободными художниками (5,4%) или не работать (12%, большинство из них уже сейчас пенсионного возраста). Карьера учёного-педагога показалась привлекательной лишь одному человеку.
Лишь четверть (26%) относит себя к среднему классу, почти половина (47,6%) рассчитывает на более высокий, либо роскошный уровень жизни. В качестве досугового хобби большинство выбирает путешествия (63,8%), садоводство (50%) и домоводство (34,6%). О коллекционировании антиквариата, вероятно, библиотекари имеют самое смутное представление (2,3%).
Большинство библиотекарей (67,7%) собирается выполнять свой гражданский долг и не участвовать в политических играх (23%). Они считают, что Бог в душе, а не в церкви (72%), а на досуге собираются читать художественную литературу (60%) и заниматься с детьми (34,6%). Свою потребность в общении библиотекари постараются удовлетворить, посещая театр, концерты (46%), а также друзей и родственников (52%), элитные клубы оказались для них не привлекательны, или, скорее всего, они не имеют о них ни малейшего представления (2%). Естественно, что библиотекари относят себя к тем, кто учился и будет продолжать учиться всю жизнь (63,8%), рассчитывая главным образом на самообразование. Половина библиотекарей полагает, что они достигли, чего хотели, но треть (28,5%) рассчитывает на изменение жизни к лучшему.
В отношении собственной судьбы фантазии библиотекарей гораздо скромнее, чем будущего библиотек. Реальный опыт большинства весьма скромен, но и претендуя в ближайшем будущем на более высокий уровень жизни, никто не рискнул примерить на себя типовые ситуации популярных сериалов и романов. Из скромности и благородства или недостатка воображения?
Однако, статистика вещь непростая. Как нельзя измерить алгеброй гармонию мира, так и невозможно с помощью одних статистических показателей рассказать о менталитете библиотечных специалистов.
Гипотезы
«Рычаг прорыва». Большинство специалистов муниципальных библиотек, в отличие от школьных, не связывает имеющиеся проблемы исключительно с неудовлетворительной ресурсной базой. Понимание системности кризиса библиотечного дела осознаётся подавляющим большинством. На первые позиции библиотекари выносят не материальные проблемы, а культурологические или социальные.
Фромма «Иметь или быть?» приобретает для библиотек особое символическое значение, означающее низкую эффективность использования ресурсов, обладание без содержательного рывка. Долгие годы нищеты сделали для библиотек обретение недосягаемых ресурсов заветной целью, практически самоцелью. Ситуация изменилась, в том числе и с принятием в 2006 году Регионального компонента национального проекта в сфере культуры (парадокс: Национального проекта «Культура» нет, а его региональный компонент в Свердловской области эффективно работает!). Материальных ресурсов много не бывает, но сдвиги, которые произошли за последние два года, вполне ощутимы. За три года объёмы бюджетных средств увеличились в 1,8 раз и составили более 600 млн. рублей. Сегодня библиотекам приходится держать ответ – что изменилось в нашей работе с обретением заветных книг и компьютеров. Достаточно ли «иметь»? Или надо всё-таки «быть»! Какие факторы влияют на то, что нет прямой зависимости улучшения качества работы от улучшения ресурсной базы? Библиотекари не могут, не умеют, не считают нужным работать иначе, чем транслируя стереотипы прошлых десятилетий? Может быть, новые виды услуг не востребованы в местных сообществах? Или этому мешают субъективные представления местных властей, имеющих собственные взгляды на приоритеты библиотечной деятельности?
По крайней мере, очевидно, что материальных вложений не достаточно, необходим другой рычаг прорыва. В ситуации социального хаоса и новой культурной ситуации нужны новые смыслы деятельности, изменения в профессиональном сознании и философии библиотеки.
«Взрослые будут учиться у детей» – мнение некоторых участников исследования . Библиотекари не только не подвергают сомнению дальнейшее существование библиотек для детей и юношества, но и считают, что культура детства должна занять ведущее место в будущем мире. Они осознают особую ценность библиотеки для молодёжи, потому что именно в это время на сцену, занимая ключевые государственные посты, выходит поколение, которое росло среди моральных и религиозных развалин. Трудно переоценить возможности библиотеки для молодого поколения, выполняющей благороднейшую и полезнейшую функцию – перенос читателя из недружелюбной реальности в безопасное место.
Особую роль культура детства будет играть также потому, что общество будет существовать в условиях культуры нового типа – ПРЕФИГУРАТИВНОЙ. Префигуративная культура, где взрослые учатся у своих детей, отражает новый исторический период, в который мы вступаем. Молодёжь с её префигуративным схватыванием ещё неизвестного будущего наделяется новыми правами. Многое из опыта старших поколений останется в истории, и никогда не пригодится молодым. Но уже сейчас молодёжь лучше основной массы взрослых владеет всеми составляющими информационного мировоззрения, умеет относиться к проблемам как проектам и независима в оценках и суждениях (ведь, не забыли же мы, что ещё в 30-х-50-х годах прошлого века за это расплачивались жизнью, а в 70-80-х – сломанными судьбами?).
Маргарет Мид, крупнейший американский социолог и этнограф, в своей работе «Культура и преемственность» ввела в начале 70-х годов прошлого века разграничение между культурами трёх типов в истории человечества: 1. «постфигуративные» (культуры традиционного склада, где молодёжь полностью заимствует социальный опыт старших); 2. «кофигуративные» (здесь приходится учиться и взрослым и детям, в основном у своих сверстников, и 3. «префигуративные» (где в силу быстроты общественного развития, беспрецедентности накапливаемого социального опыта взрослые вынуждены учиться у детей). [2]
Непонятно только, как связать эти важные тенденции с упразднением специализации детских библиотек в вузах культуры. Выходит, все сложнейшие обязанности с апробированием нового опыта будут возложены на три оставшиеся в живых реликтовые кафедры детской литературы?
Оптимистический крик о помощи. Как правило, мир двигают вперёд люди, мучимые тревогой, обеспокоенные, недовольные, те, кто видит грядущие проблемы, и желает изменений. Люди, удовлетворённые системой, в которой живут, не хотят её менять и не имеют стимула к эволюции. Судя по результатам исследования, мир библиотек населён оптимистами, удовлетворёнными своей судьбой. Говорят, из пессимизма ещё есть выход, из оптимизма – никакого. Но так ли всё безнадёжно?
Яркие личности в библиотеке, пассионарии, либо одержимы великой мечтой, либо переполнены язвительной иронией. Ирония как защита от того, чему трудно противостоять.
Исследование подтвердило: библиотекарям свойственно стремление к здоровому консерватизму, существование вне каждодневной суеты, воспроизведение идеализированных представлений. В этом их сила и слабость. Романтический флёр они используют как протест и нежелание погружаться в безысходность. Это способ защиты слабого. Вспомним библейскую историю: даже в самой тяжёлой ситуации надежда нашёптывает: подожди ещё, потерпи ещё, воздал же Господь Иову много страдальному.
У библиотекарей готов поистине библейский ответ на все задаваемые вопросы: не бойтесь, лишь веруйте. И они повторяют, как заклинание: «Верую! Верую! Верую!»
Библиотекари не готовы к реалистическому прогнозированию, да и не ставили перед собой такую задачу. Их предположения о ближайшем будущем библиотек не опираются на современные реалии, а футурологические картины сознательно искажены для приближения не к ВОЗМОЖНОМУ, но ЖЕЛАЕМОМУ. Осуществится ли ВЕЛИКАЯ БИБЛИОТЕЧНАЯ МЕЧТА? Исследование показало, что многие библиотекари не готовы взяться за её воплощение в жизнь. Но уже сейчас немногочисленные лидеры создают свою собственную Библиотеку Будущего не только силой мечты, но каждодневным упорным трудом, осваивая новые территории – реальные (дворы, улицы, скверы, площадки магазинов и больниц) и виртуальные, и новые технологии – не только компьютерные, но и гуманитарные, привлекая новых партнёров.
В предложенных прогнозах (местные остроумцы окрестили их «письма счастья») не так уж много фонтанирующего креатива. В них смешались и экзистенциальные муки и вялотекущая депрессия по поводу несправедливости жизни. Большинство обстоятельны, скучноваты, без блеска. Некоторые отличает поверхностный эмоциональный надрыв. Как всегда не хватает неформата – интеллектуальной маргинальности. Но это мы! Какие уж есть!
, зам. директора по научной и инновационной деятельности Свердловской областной библиотеки для детей и юношества, заслуженный работник культуры, г. Екатеринбург
[1] Соколов, , Пенелопы, Клеопатры в библиотеке завтрашнего дня / // Библиотековедение. – 2002. – №3. – С. 26-36.
[2] Мид, М. Культура и преемственность. Исследование конфликта между поколениями [Электронный ресурс] //Культурология: теория, школы, история, практика: [сайт]. – М., 2008. – URL: http: //www. *****/library/texts/mid. htm
