Серия "Жития святых"

86-11

­­­­­­­­­­­­

АА. ав.27.10.86.

ad.29.12.86

Серия "Жития святых"

Смерть за шторами. (Житие св. Бонифация)

Притча

1. Подвиги

Жил на свете чрезвычайно добродетельный человек - школьный

учитель Бонифаций. Благомудрый и кроткий, было бы можно даже

сказать - святой, вершил он по жизни свой путь, опустив глаза,

сцепив руки в смиренно-молитвенномжите. И добродетельность его

доходила до самоистязания: он не пил вина и не курил табаку

(что и в наше время весьма поощряется), никого и ничто не лю-

бил, а уж терпимость его простиралась так далеко, что Бонифаций

не позволял себе иметь собственное мнение, не говоря уже о том,

чтобы его высказать; кротость же его была столь безмерна, что

он ничего не делал без принуждения, а уж зато принуждением от

него можно было добиться чего угодно. Ликом он был светл,

взгляд всегда опущен в землю, стало быть, для других - как бы

отсутствующий; вообще наружности заурядной (от скромности) и

незаметной; когда двигался - часто был принимаем за статую,

особенно в парке. Голос имел весьма тихий, невнятный, говорил

хотя и сбивчиво, но без выражения; говоря, - часто просветлялся

от сознания собственной добродетели. Одевался скромно, но со

вкусом, - благопристойно. Работал мало, но плохо; зато - каждый

раз на новом месте, - едва запомнив имя нового начальника, -

понимал, как много в том недостатков и сколь мало добродетелей,

осознавал непримиримость добра со злом и на следующий день -

увольнялся. Друзей имел, но таковыми их не считал, справедливо

признавая в них назойливых приживалок, погрязших в пороке и су-

ете. Однако Бонифаций не был сторонним наблюдателем, он мужест-

венно боролся за благость и моральную чистоту сих грязных вы-

родков, любивших называться в обществе друзьями /самого/ Бони-

фация. Силы, впрочем, были не равны; а пороки заразительны: от

одного "дружка" Бонифаций заразился пьянством, а от другого -

любовью к книжной мудрости; излишне однако говорить, что сии

пороки он вскоре преодолел, удалившись от так называемых "дру-

зей". Безгранична была щедрость Бонифация; вспоминается случай,

когда он предлагал даже отдать почти даром (втридорога) книгу

В. Гюго одному заведомо корыстному греку; последний, однако, от-

казался, - какая черная неблагодарность! Упомянутые добродетели

св. Бонифация, как бы они ни были велики, - меркнут по сравне-

нию с его любовью к свободе. Летописи доносят до нас случай,

когда одна легкомысленная женщина, забеременевшая от св. Бони-

фация, вздумала женить его на себе; - не тут-то было! Борец за

свободу, св. Бонифаций - избавил женщину от бремени, а себя -

от женщины. Этот случай долго вспоминали в Афинах и в самом Ри-

ме. Причем развратные греки были обескуражены тем, что св. Бо-

нифаций, дабы не погрязнуть в грехе и впредь, - отрубил себе

- 2 -

блудливый член, а тестикулы раздавил дверью - как дети давят

орехи. Мужественные же римляне потупили взоры, узнав как был

порублен на куски и спущен в унитаз не развившийся еще ребенок.

Тяжелые слухи о подвигах св. Бонифация разошлись по всей

Ойкумене... Дальше - больше. С малых лет св. Бонифаций всеми

средствами умерщвлял свою плоть, это широко известно, но мало

кто знает, какого искусства он лостиг в этом деле к старости!

Мало того, что во имя Господа нашего крестился он истово иудо-

вою гирею, он дал обет вечно говорить шепотом, а спал на голой

лавке за шторами, огородившись от искушений мирских. Не только

в поступках, но даже и в мыслях св. Бонифаций был чист (сте-

рильно) и благ. Не познав изрядно ни одной из мирских наук, он

презрел их все скопом, равно как и ремесла иже с ними. С псев-

доучеными мужами из своего назойливого окружения общался он по-

добно эху: отвечал теми же фразами, что только что услышал, и

прослыл мудрым как Соломон; некоторые даже находили в таком об-

ращении особую пикантность. Псевдоученые мужи, общаясь с недос-

тупно-мудрым св. Бонифацием, не решались даже спросить его, -

какой он собственно наукой занят, иак-то вот! Между тем извест-

но, что св. Бонифаций является автором многих истинно-научных

трудов, которых никто не читал, т. к. во-первых, - они были

слишком мудры для своего, да и для нашего - времени, а во-вто-

рых - не нашлось Бонифацию собрата по науке, т. к. никто так и

не знает - светычем какой науки (или религии) был св. Бонифа-

ций. Преуспел наш святой и в светских упражнениях ума. Так, из-

вестно, что на досуге он рисовал такие карикатуры, от которых

было не до смеха... Странной слабостью гения были попытки широ-

кой публикации сих шедевров. Однако св. Бонифаций настолько

опередил свое время, что был не понят современниками, неблаго-

дарно обвинявшими его в плагиате. Какое невежество!

В "своих" убеждениях (так он называл убеждения, навязанные

ему добродетельной матерью) был весьма тверд; так, известно из

летописей его любимое присловие: "не учите меня!". Твердость в

сих "своих" убеждениях - в сочетании с имманентной и тотальной

уверенностью в своей благости и правоте (лучше сказать, - пра-

ведности) давала иногда неожиданные для простых смертных ре-

зультаты. Так, хотя выше было справедливо сказано о паталоги-

ческой нелюбви св. Бонифация ко всякому труду: однажды, когда

сей благостный святой устроился на самое неадекватное и бес-

перспективное место работы, которое только смог найти (нравс-

твенный подвиг! Моральные вериги!), а устроившись туда (в ка-

кой-то архив?!), - стал по обыкновению плевать в потолок, игно-

рируя и работу и сотрудников и начальника, - он, как следовало

ожидать, навлек на себя и своего покровителя гнев власть иму-

щих... Нашему святому было сказано: "или-или". Вы думаете он

уволился? - Отнюдь! Не таков был св. Бонифаций, привыкший ухо-

дить только по "собственному желанию"! Не терпящий насилия и

презирающий его, как и подобает святым, он в данном случае

вдруг проявил несравненную твердость и остался на работе, не

смущаясь открытыми насмешками и плевками в лицо. Плевки в лицо

св. Бонифаций мудро приписывал людской зависти - в частности и

изначальной греховности людей - вообще. Так и по сей день. Этот

- 3 -

мужественный страдалец работает в том же учреждении в должности

штатной плевательницы; к нему привыкли и даже зауважали, а он

рассматривает свою должность как испытание, посланное свыше,

как нравственный подвиг, укрепляющий его и без того чугунную

душу. Иногда его даже хвалят (к чему он, правда, равнодушен) и

водят к нему делегации, - ведь не каждое учреждение имеет пле-

вательницу с двумя дипломами ВУЗ-ов!

Однако, это еще не все. Твердость св. Бонифация простира-

лась и еще дальше. Так, многотерпеливый последний начальник св.

Бонифация, претерпевший много скорбей от безделия последнего,

попал вначале в немилость начальства, затем - в психиатрическую

клинику, и, наконец, был отвергнут и изгнан друзьями, среди ко-

торых числился и наш святой. Так вот, когда сей скорбный на-

чальник, слабый, безвольный и побитый жизнью человек, обратился

к св. Бонифацию даже не за поддержкой, а просто из жажды состра-

дания, - св. Бонифаций, который любил говорить, что "жалость

унижает человека", не стал, таким образом, "унижать", т. е. жа-

леть своего бывшего начальника; потупив глаза и подняв кроткий

взор к небу, св. Бонифаций ответствовал: "Смирись, сын мой. Все

- от Бога. Бог поможет". Воистину, трудно сказать что-либо бо-

лее мудрое, особенно в подобных трагических обстоятельствах!

Что же касается начатого разговора о плевательнице, то работа

плевательницей постепенно стала всепоглащающим призванием

св. Бонифация; так, повествует летописец, работал наш святой

плевательницей и дома - для матери и ее многочисленных (тоже -

бесчисленных) родственников и квазиродственников. Злые языки

того времени говорили, что делал он это не совсем бескорыстно и

имел счет в банке; однако, я думаю, следует верить св. Бонифа-

цию, который говорил, что сии скромные сбережения предназначены

для святых дел, в частности - для помощи сирым, скорбным и

страждущим. Правда, до сих пор нам, теперешним людям, не совсем

понятно, - каким образом приобретение дорогостоящих безделушек

и туристических путевок в заморские страны - могло помочь сирым

и убогим... Но не все дано понять нам, простым смертным, в жиз-

ни гения и святого. Особенно пристально следует рассмотреть фе-

номен любви св. Бонифация к своей бренной плоти. Хоть выше мы и

упоминали о то, как сей святой всячески умерщвлял свою плоть,

парадокса в наших словах нет. Ведь мы имеем дело со святым и

благим! А для такового - умерщвление плоти - почти профессия, а

значит умерщвлять плоть когда на протяжении всей жизни; это

нужно святым как катаррсис с одной стороны, - и как вечный жи-

вой пример для других - маловеров и колеблющихся. Тогда ясно,

что для многолетнего умерщвления грешной и бренной плоти - тре-

буется недюженное здоровье. Поэтому-то, я думаю, наш св. Бони-

фаций, дабы набраться сил для очередного года жизни за шторами

и прочих самоистязаний, в частности - для очередного раунда ра-

боты плевательницей, - ежегодно проводил свои скорбно заслужен-

ные отпуска - на курортах высшего разряда, - обычно - за грани-

цей, в далеке от нашей юдоли печали; и, пользуясь этой удален-

ностью, он позволял себе все то, что наши лицемеры от религии

считают грешным и зазорным для святого. Там*, в дали от разных

мест, как повествуют старые иноземные летописцы, он выглядел

- 4 -

сравнительно нормальным человеком, без всякого намека на свя-

тость и благостность.../Хочется сделать лирическое отступление:

каковы же истинные причины т. н. святости, наблюдаемой у некото-

рых в обычных условиях т. н. "здорового коллектива"?/ Я не буду,

конечно, бесцеремонно перечислять выездные подвиги святого в

период отпусков; однако характерно, что после таких поездок

св. Бонифаций вновь круто и с энтузиазмом (а главное без вреда

для здоровья) мы заняться умерщвлением своей плоти, равно как

миссионерством, юродством, кликушеством, йогой и т. н. атрибута-

ми воинствующей святости, успокаиваясь только ночью, в закутке,

на своей лавке за шторами. Ночами ему снилось, что он стоит на

углу здания ГАУ, подходит к нему толстый улыбающийся человек

высокого роста и нажимает сапогом на ногу (как на педаль), св.

Бонифаций послушно и с улыбкой широко открывает рот, толстый

весельчак смачно плюет в рот святого, а затем захлопывает ему

рот элегантным ударом в подбородок т удаляется насвистывая ве-

селую песенку. Этот сон, "сон с Лобановым", как он его называл,

стал повторяться каждую ночь, оставляя на весь последующий день

дурной осадок. Дкело в том, что св. Бонифаций люто ненавидел Ло-

банова по трем причинам: 1) в юности он пытался подражать Лоба-

нову, но не смог, это то и толкнуло св. Бонифация на стезю свя-

тости; 2) Лобанов был грешным, воплощением Дьявола, а Господь

его почему-то неизменно миловал и даже поощрял; 3) наконец, вся

святость св. Бонифация и подобных ему - была бессильна против

грешника Лобанова, веселого толстого человека, ходившего с вы-

соко поднятой головой и использовавшего уста св. Бонифация и по-

добных ему (а при случае - не только уста, но и "души") по наз-

начению - т. е. в качестве плевательницы, причем отнюдь не толь-

ко во сне, но чаще - наяву.

..............................................................

Что-то темное, неодолимо-могучее поднялось в усохшей душе

св. Бонифация, повергая его в страх, ибо это "что-то" было дале-

ко от святости и благости. И решил наш святой одолеть дьявола

во плоти, сделав это целью остатка жизни.

2. Лобаномахия.(Борьба с Лобановым на уничтожение)

И решил св. Бонифаций возвести Лобанова на костер - себе

на утешение и другим на поучение. Поскольку св. Бонифаций был

членом ордена незуитов, он ортодоксально придерживался их догмы

о том, что "цель оправдывает средства". И начал сообразно дейс-

твовать. В ход пошли все незуитские приемы - клевета, наветы,

ложные свидетельства, анонимки, высосанные из пальца судебные

иски, подделка долговых расписок, подложные письма (якобы от

соседей Лобанова) в милицию, в наркологический диспансер, в

прокуратуру, в Министерство, которому подчинялся Лобанов, и

т. д. и т. п. Да, на многое способны святые в борьбе с Нечис-

тым... Казалось - конец Лобанову... Однако, чем же кончилось?

Лобанов выпил со всеми начальниками в сумме 300 литров коньяку,

и - благие устремления св. Бонифация претерпели крах и вовсе за-

былись. Каждый день, как и прежде, Лобанов не упускал случая

- 5 -

воспользоваться услугами живой плевательницы на углу здания

ГАУ, тем более, что Лобанову это было по дороге. Впрочем,

кое-что изменилось: теперь плевательница стала еще говорить

"Большое спасибо" после каждого плевка, и - "Дай вам Бог здо-

ровья" - после оплеухи, которой Лобанов закрывал ему рот. И бы-

ло это - увы не во сне, а наяву.

Итак "Лобаномахия" забылась, но не всеми. Однажды утром

Лобанов, встретив в обычном месте св. Бонифация, улыбался весе-

лее лбычного. В руках у толстого весельчака было ведро с крас-

кой и кисть. Вопреки мольбам святого, последний был раздет до-

гола и тщательно выкрашен в казенный серо-зеленый цвет. Затем

лик святого был, как и положено плевательнице, обрамлен соот-

ветствующей жестяной крышей с отверстием в области рта. - "Вот

теперь, милый ты мой, соответствуешь вполне; так сказать, - та-

бельное средство, как у людей!" - сказал Лобанов, затем попро-

бовал "табельное средство" в действии и довольный удалился, на-

певая: "...если хилый - сразу - в гроб...". Св. Бонифаций искал

утешения в доводах святости и благости, но не находил его. С

трудом добрался он домой в этот вечер... Поужинав горсткой су-

хого гороха и глотком воды, побрел он в ванную в надежде обрес-

ти свой благообразный вид вновь. Однако казенная краска не смы-

валась никакими силами, а заглянув в зеркало св. Бонифаций уви-

дел, что жестяная крышка от плевательницы, накрепко наклеенная

на его голову, издевательски напоминает нимб. Снять этот "нимб"

ему также не удалось. Что делать? Позвонить друзьям? - Нет, не

было у святого друзей, сам разогнал их, дабы не осквернить свою

благость. Хотел крикнуть, позвать на помощь, но кричать не смог

- отвык за долгие годы разговора шепотом... Пришлось вызвать

"Скорую". Приехали быстро. Нет нужды говорить о том, что се-

ро-зеленого святого с "нимбом" от урны на голове доставили в

психиатрическую больницу.

Лежа в смирительной рубахе на койке в одиночной палате для

особо-беспокойных, с "нимбом" на голове, который снять так и не

удалось, св. Бонифаций предался тяжким раздумьям. Никто не знал,

о чем он думал, но из глаз его катились крупные горькие злые

слезы.

3. Конец св. Бонифация

За долгие годы святости Банифаций утратил способность со-

жалеть о содеянном и, тем более, раскаиваться. Он плакал от

бессильной злобы к тем, кто хоть и грешен, а свободен и молод.

А он вот - святой, а не оценен никем за святость, и лежит вот

здесь, в психушке, серо-зеленый и с "нимбом" на голове, да еще

под едко-ироническими взглядами старухи-няни, приставленной к

нему "для порядка и надхора". Впрочем няне скоро надоело "смот-

реть на эту образину", и она плотно и добротно огородила кро-

вать св. Бонифация непроницаемой штрмой. - "Ну вот и опять за

шторами, только за казенными" - невесело подумал святой.

"Кажется, пришло время умереть", - подумал он. И не было в

его душе ни раскаяния, ни печали несбывшекгося; только - пусто-

- 6 -

та... Однако же, Бонифаций был святым, а потому принял как

должное - появление ангела над своей постелью, ангела, пришед-

шего дабы вознести его, св. Бонифация, душу на небо, в Рай. Од-

нако, облик ангела с лицом младенца ошеломил Бонифация: лицо

ангела и весь он вплоть до кончиков крыльев - были густо заб-

рызганы кровью, а все тело его, хрупкое и младенческое, было

как бы расчленено на части и поддерживалось в единстве только

за счет одеяния его.

"Кто ты, ангел?" - спросил дрожащим голосом святой Бонифа-

ций. "Я твой сын, невинно тобою убиенный еще до рождения моего,

а ныне - ангел скорбного образа" - ответствовал ангел, - "Я

пришел за тобой, растленный лицемер, готовься к вечным мукам

Ада", - добавил он.

Впервые ха много-много лет Бонифаций громко крикнул. То

был последний крик его долгой праведной жизни.