Сенная площадь в Петербурге: «гений места» против «благих намерений государства»
Сенная площадь – знаковое место в Санкт-Петербурге. Она являет собой живое воплощение идеи о «гении места», незримо присутствующем в каждом камне, в воздухе, в людях... Своеобразное «брюхо» Петербурга, расположенное в историческом центре города, она во все времена имела репутацию маргинального места, была средоточием всего низменного, потенциально опасного, что есть в социальной жизни большого города.
Сенная площадь была в каждом средневековом городе. Сначала на Сенном рынке в Петербурге, как и везде, крестьяне из окрестных деревень торговали сеном. Со временем площадь стала рынком городского масштаба, где можно было купить что угодно. Постепенно он превращался в место социальной жизни, пространство встреч, коммуникации, развлечений, сохраняя при этом свою грязь и повышенную концентрацию маргиналов всякого сорта от попрошаек до воров. Такой была Сенная площадь во времена Некрасова и Достоевского. Что изменилось с тех пор?
Организация пространства всегда связана с вопросами власти, структурирующей социальную жизнь. Советская власть вырабатывала свои стандарты во всех сферах жизни, включая вопросы градостроительства. В 1961 была взорвана церковь Успения Пресвятой Богородицы (или «Спас-на-Сенной») - один из символов дореволюционной Сенной площади. На следующие сорок лет забор и другие строительные сооружения сменили храм в качестве архитектурной доминанты. Однако, с функциональной точки зрения, символом площади оставался рынок, получивший, в связи с новыми веяниями времени, другое название – Октябрьский.
В 1990-х «Сенная» стала именем нарицательным для пространства, на котором сосредоточилась уличная торговля товарами подозрительного качества по самым низким ценам. На протяжении нескольких перестроечных лет жители удаленных окраин Ленинграда-Петербурга ездили на Сенную за дешевыми продуктами. По мнению горожан, Сенная 1990-х почти ничем не отличалась от Сенной 1890-х, разве что храм заменило здание станции метрополитена. В остальном площадь сохранила все свои ключевые характеристики: торговая площадь, шумная, грязная, опасная, привлекающая городских сумасшедших и маргиналов, интересная и пугающая одновременно.
Развитие рыночной экономики и рост цен на недвижимость сказался на судьбе площади, расположенной в десяти минутах ходьбы от Невского проспекта. В 2000 году было объявлено о ее масштабной реконструкции. Городская администрация обещала сделать из Сенной «публичное место городского значения, удобное для горожан и привлекательное для туристов». Любопытно, что предприниматели неохотно откликнулись на предложение включиться в реконструкцию Сенной. В интервью журналистам бизнесмены упоминали «дух», злой «гений места», «нехорошую ауру». Но, несмотря на предубеждения предпринимателей, площадь была реконструирована, хотя концепция публичного пространства, как ее представляли себе в администрации, так и осталась непонятой многими горожанами. В 2003 году взору горожан открылась широкая магистраль улицы Садовой, которая фактически разрезала площадь надвое, превратив ее в два фрагмента пешеходной зоны вытянутой формы, приютившихся между фасадами зданий и рядами торговых павильонов. Напоминая изначальное функциональное назначение Сенной, вплотную к ограждениям запруженной машинами Садовой улицы были поставлены скамейки в форме колес телег. На месте старой церкви восстановлена часовня, которая не видна с площади из-за павильона метро. Новыми доминантами площади стали два сооружения. Одно из них – стеклянная памятная стела, подаренная городу на трехсотый день рождения французским президентом, - расположено так, что увидеть его можно только с проезжей части. Второй бесспорной функциональной (но никак не эстетической) доминантой новой Сенной площади стал торгово-развлекательный комплекс ПИК. Фактически Сенная площадь превратилась в транзитную зону пассажиров метро и посетителей ПИКа, которые встречаются у выхода из станций метро и стройными рядами направляются в «потребительский рай». Но вот, что интересно: если заглянуть за стеклянные здания ТРК, то можно увидеть, что Сенная времен Достоевского никуда не исчезла. Она по-прежнему здесь, равно как и ее обитатели.
Изучение Сенной площади позволяет затронуть несколько сюжетов, активно обсуждаемых в глобальной дискуссии о социологии города и публичных пространствах. Что же имеется в виду, когда мы называем некое место «публичным»? Что делает его таковым? Где проходит граница между социальной жизнью, развлечением, общением и потреблением? Реальность постсоветских обществ, преодолевающих комплекс «недоразвитых» по западным стандартам, ставит эти вопросы особенно остро. Другой комплекс проблем, с которыми в эпоху пост/позднего модерна столкнулись города как в «трансформационных», так и в западных (неожиданно для самих себя) обществах, касается феномена «городской бедности» и связанных с ним проблем социального исключения и маргинальности. Как эти проблемы соотносятся с вопросом о публичных пространствах? Кто и в чьих интересах формулирует правила и нормы поведения? И, наконец, как концептуализировать и социологически осмыслить такую категорию, как «дух», «аура», «гений» места? Как она соотносится с принципами регенерации пространства? Наблюдение за жизнью площади способно породить массу вопросов – у исследователя и у зрителя фотографий.
