АннаГуревич, генеральный ди­ректор 000 «Знание и Навы­ки»,

уверяет, что петербуржец легко может вписаться в столич­ный ритм.

Их «шубки» и наши амбиции

СПб. Первое, на что обратили внимание мои московские при­ятели, - мой пуховик: «Ты собираешься в этом идти на встречу в ком­панию N?»

Я была настолько уверена в себе, что с долей иронии подумала про себя об «их нравах». И совер­шенно не ожидала, что за этим разговором последует продол­жение. Когда я пришла на встре­чу, меня очень любезно попро­сили снять верхнюю одежду. Принимавшая меня менеджер по обучению, вешая мой пуховик в стройный ряд нор­ковых шуб, с долей скорее ехидства, чем иронии, спроси­ла: «Это что у вас - униформа в Питере?» - и откуда-то из-за угла вытянула еще подобный пуховик. «Это тоже наш питер­ский сотрудник», - продолжи­ла она.

А вечером моя приятельни­ца, работавшая в то время в Мо­скве, еще не услышав о моих шубных перипетиях, поведала о том, как ей становится не по себе, когда она вешает в шкаф дубленку в ряды общипанных и убитых норок.

Без амбиций

Но, как мне кажется, москвичи более уверенны в себе, при всех своих «шубах» и «булках» они менее амбициозны, они про­сто больше ценят то, что есть. Люди, уехавшие из Петербурга в Москву, достаточно легко впи­сываются в московскую жизнь, не переставая, естественно, то­сковать о Петербурге. Может, в этом тоже причина нашего вос­приятия Москвы - мы смеши­ваем город и людей, невольно объединяя их в единое целое, и нехватка царских дворцов и смешение стилей переносится нами на людей, с которыми мы общаемся.