Художественные идеалы (На примере
стихотворении «Устами движет бог; я с ним начну вещать».)
Я дело стану петь, несведомое прежним.
Классическая литература 19 века появилась не на пустом месте, у неё был замечательный «фундамент» 18 века. Батюшкова, А. Пушкина, Ф. Тютчева во многом питалось идеями и художественными образами поэтов 18 века, и в первом ряду здесь заслуженно стоит фигура .
Понять природу поэтического таланта М. Ломоносова помогает стихотворение «Устами движет бог; я с ним начну вещать»[1].Это перевод отрывка из «Превращений» Публия Овидия Назона, сделанный Ломоносовым в 1747 году. Вообще надо отметить, что в переводах Ломоносов достиг значительных успехов, но, чтобы его не считали только за подражателя, предостерёг читателя в следующем: «Сами свой разум употребляйте. Меня за Аристотеля, Картезия, Невтона не почитайте. Если же вы мне их имя дадите, то знайте, что вы холопи, а моя слава падает и с вашею"[2].
Произведение небольшое, всего шесть строк, но поэтическое кредо поэта здесь обозначено без всяких обиняков.
Устами движет бог; я с ним начну вещать.
Я тайности свои и небеса отверзу,
Свидения ума священного открою.
Я дело стану петь, несведомое прежним!
Ходить превыше звезд влечёт меня охота,
И облаком нестись, презрев земную низость.
Обратим внимание на то, что в стихотворении четыре раза используется местоимение «я». Уместно предположить, что речь идет о предназначении Поэта и назначении Поэзии. Дело поэта, используя божеский дар, «отверзать» «тайности свои и небеса», поэзия же должна «дело петь, несведомое прежним». И хотя поэзия ставится на службу людям, науке, именно она расширяет горизонт человеческого существования:
Ходить превыше звезд влечёт меня охота,
И облаком нестись, презрев земную низость.
Одновременно с этим мы видим здесь образ энциклопедически образованного человека, ученого-универсала, философа, который бьётся над загадкой мироздания и загадкой человеческой души:
Я тайности свои и небеса отверзу,
Свидения ума священного открою.
Интересы этого ученого-универсала, если обратиться к фигуре самого Ломоносова, не только разносторонние, но среди его современников просто небывалые: химик, физик, минеролог, медик, литератор, биолог, математик, художник, социолог, астроном… Этот ряд можно продолжать и продолжать, поэтому Ломоносов-ученый, человек дела, не дерзко, не высокомерно, но и не самоуничижаясь, гордо и убедительно заявляет:
Я дело стану петь, несведомое прежним!
Неслучайно строку венчает восклицательный знак, он является выразителем жизнеутверждающего гимна Ломоносова-поэта. И хотя это стихотворение - перевод с Овидия, перед нами встает образ не древнего автора, а первого русского мыслителя, ученого, для которого служение науке было целью жизни. Показательно в этом плане его письмо графу от 01.01.01 года, в котором есть такие строки: «По разным наукам у меня столько дела, что я отказался от всех компаний. Я пустой болтовни и самохвальства не люблю слышать»[3]
В 18 веке и в жизни, и в литературе существовали строгие правила, которым надлежало следовать беспрекословно. В поэзии ценилось в первую очередь умение подражать непререкаемым образцам, например, античной или европейской литературе. Поэтому очень трудно было сохранить свое лицо, не обезличиться, не утратить своей индивидуальности, своего голоса. Ломоносову это удалось. В классический перевод вдруг вторгается наивно-простодушная, безыскусная в своей искренности фраза, которая выражает мечту поэта:
Ходить превыше звезд влечёт меня охота…
В ней удивительным образом перекликаются детская наивность и дерзкая мечта, которые будут сопровождать ученого до последних дней его жизни. И совершенно очевидно, что Ломоносов-ученый не заслонил собою Ломоносова-поэта и оригинального философа. Звезды, тайны мироздания становятся ключевыми образами его поэзии. Например, в стихотворении «Вечернее размышление о Божием величестве при случае великого северного сияния», которое написано тремя годами раньше, мы видим эти же образы:
Открылась бездна звезд полна;
Звездам числа нет, бездне дна[4].
Итак, говоря о художественных идеалах , можно выделить следующее. Во-первых, задача поэта – служить науке, людям. Во-вторых, сохранять верность поэтическому дару, который дан свыше: «Устами движет бог…». В-третьих, познавать загадки мироздания и предсказывать будущее. Недаром в первой строке появился глагол «вещать»: Всевышний именно поэта наделяет этим даром.
Жизненный подвиг трудно переоценить. Создание Московского университета, просветительская и научная деятельность, страстное желание «объять необъятное» ставят его в первые ряды достойных сынов России.
[1] Режим доступа: http://www. *****/forum/rasp. htm. Далее цитируется по этому адресу.
[2] Занимающийся рассвет// Ломоносов / Состав,,подготовка текста, вступ. статья и примечания М. – М.: Сов. Россия, 1984. Серия «Поэтическая Россия». С.52.
3 Режим доступа: http://www. imwerden. de. Редакция
4 Зимина поэты и писатели XVIII века. – М.: Дрофа, 2002. С.23.
