Часть пятнадцатая. Борьба продолжается (стр. 1 )

Часть пятнадцатая. Борьба продолжается.

Накопившийся материал за время занятий поэтическими опытами, был переведён из рукописного варианта в машинописный текст. Однако никакое издательство в начале ХХI века уже не принимало машинопись в работу, пришла пора компьютеризации всей страны. Эта задача могла быть выполнима при наличии компьютера, но его не было. Как не было и навыка работы на компьютере. Оставалось одно, отдавать, накопившийся материал поэтических опытов, для компьютерного набора людям, владеющим и имеющим возможность производить такую работу. Оказалось, что это стоит больших денег. Но ещё больших финансов требовала издательская деятельность. Даже члены Союза писателей России, такие, как поэт , несмотря на накопленный материал поэтических строк, не могут издаваться по причине отсутствия денежных средств. А Союз писателей России, и его Ставропольское отделение Союза писателей, возглавляемое Куприным Александром Ивановичем, может позволить себе выпустить лишь «Антологию Ставропольских писателей». Правда есть ещё возможность издать свою книгу, но тогда твоё творчество должно быть направлено на одного из руководителей района или края. Так поступил местный, известный писатель Тимофей Семёнович Шелухин, посвятив свой труд генеральному директору , главе Изобильненского муниципального района Андрею Александровичу Чурикову. Книга так и называется «Одиссея Андрея Чурикова» Насколько мне известно, у Тимофея Семёновича сейчас находится в издательстве вторая книга «Одиссеи», несмотря на сложный кризисный период времени. Я, имея пенсию в 2357 рублей, обычную, за отработанные 44 года, о каком издательстве книг можно было мечтать. Как всегда, в такие минуты жизни, найдутся добрые души, чтобы помочь советом, словом, подсказать направление. Такой оказалась Татьяна, женщина, работавшая до момента развала в хозяйственной структуре. После того, как она не смогла найти работу в течение полугода, а муж ежедневно пил и от зарплаты его ничего не оставалось для семейного бюджета. Она, по совету своей сестры, отвезла в Ставропольский ломбард обручальные кольца и серьги. Но, по истечении срока хранения, золотые изделия из ломбарда выкупать не стала. А деньги отдала соседке, занимающейся предпринимательской деятельностью, под расписку, с ежемесячной выплатой десяти процентов за использование денег.

- Что мне тебе говорить, - сказала Татьяна, - если уже на протяжении семи лет я не испытываю большой трудности в семейном бюджете. Работа есть, работаю. Хоть полевые работы в летнее время, хоть в зимнее время, где-то уборщицей, охранником, временно. А из двадцати тысяч рублей, которые я отдала под проценты предпринимательнице, ежемесячно две тысячи она отдаёт мне. Уже нам с детками что-то есть, с голоду не пухнем, хотя и мяса особо или шоколадных конфет тоже не едим. А если бы я смотрела на эти золотые побрякушки, так и жить нам не на что было бы. От мужика толку никакого нет, ни денег от него, ни помощи. Утром встанет с бодуна и лезет к столу, а куда ж его денешь, кушать-то хочется.

- А где мне взять начальный капитал, чтоб запустить в дело, у меня ни колец, ни серёжек нет. Есть цепь, на которой висят мои дети, я им ежемесячно высылаю все деньги заработанные свои. А сам перебиваюсь: то пирожками на мясокомбинате, то хвостами свиными, а обедаю всегда в столовой. Я для себя ничего не покупаю. Разве ты не видишь, я даже домой иду в кирзовых сапогах, взятых со склада спецодежды. Постельные принадлежности и шторы дала мне комендант Наталья Ивановна Каледина, дай ей Бог здоровья. Посуду и тарелки девчата наши, ветврачи, собрали для меня. Хожу на работе в фуфайке рабочей, и домой иду в фуфайке, только чистой. Утром на работу иду в пять часов, а вечером – с работы – в десять. Кто меня там видит? Стирать отдаю в прачечную. Только нижнее бельё да рубашки стираю сам дома. Не жизнь, а малина…

- Появятся деньги, обязательно появятся, такого не должно быть. Ты только продумай, как делать бизнес. Это тоже инвестиции: в торговлю, в сельское хозяйство, в строительство. Сейчас это разрешено. А посмотри, что делают наши банки. Во-первых, кредит не возьмёшь просто так, куча бумаг. Во-вторых, надо обязательно два, три гаранта, кто гарантирует возврат кредита в госбанк. А в-третьих, всё оно нужно вовремя, сегодня после обеда, а завтра утром едут за товаром уже. Так что кредит становится таким препятствием в работе, что лучше взять деньги у человека под десять процентов ежемесячных, чем связываться с банками…

… Исход происшедшего разговора получился, через какое-то время, из Капчагая, из-под Алма-Аты, приехала дочь Аннушка, она привезла две тысячи американских долларов, после реализации большой дачи. Это была весомая сумма. В пересчёте на деревянные наши рубли, по курсу того времени, цифра составляла порядка пятидесяти тысяч. Опыта не было. Людей знали мало. Первый раз отдали все деньги той же соседке, занимающейся торговлей. А когда пришло время собирать проценты с суммы, то оказалось, что деньги находятся в руках четверых человек, без расписок, отданы под честное слово. Но к счастью, все люди оказались серьёзными, давали расписки на полученную сумму денег, выплачивали проценты. Но проценты надо было выхаживать ногами, по десять-пятнадцать раз навещая своих компаньонов по бизнесу. Это было очень сложно, учитывая, что ежедневно целую рабочую неделю надо было быть на работе с утра до вечера, оставались только выходные дни. Накладывало отпечаток ещё то, что не было транспорта у Анатолия Никитича. Поэтому, с половиной клиентов пришлось расторгнуть договора и с большим трудом вернуть основной долг. А клиентов подбирать с учётом их местожительства, чтобы можно было попутно по пути на работу или с работы навещать их. Стало намного легче, не надо было идти пешком в район «Сахзавода», или завода «Атлант» к своим клиентам. В то время не было ещё в городе Изобильном маршрутных такси, не было организовано обслуживание горожан легковыми такси. Но подсчитав за год весь отчёт своей работы и полученный доход от кредитования предпринимателей, Анатолий был ошарашен. Все организационные моменты поиска потенциальных клиентов, составление договоров, вытаскивание из клиентов процентов за оборот денег за год дали лишь 6% прироста. Анализируя записи по каждому клиенту, причина сразу бросается в глаза, слишком много клиентов, а финансовая сумма для кредитования слишком мала. Получается так, что движений и суеты больше чем надо, а толку никакого. Всё это – мышиная возня. Знакомая бабушка, так же занимающаяся ростовщичеством, подсказала возможность заниматься по-настоящему:

- Тебе надо достроить дом, пусть и саманный, но он должен выглядеть хорошо. Провести газ, свет, телефон, воду, сделать водяное отопление. Денег надо ещё много. А ты только ходишь и ходишь по городу, пользы совсем мало. Я тебе подскажу один путь заняться кредитованием серьёзнее, но для этого надо, может быть, подписать свой дом под гарантию получения большой суммы денег.

Подумав несколько дней и ночей, Анатолий Никитич в душе был готов и подписать свой дом недостроенный, и получить заветную сумму денег, уж если ходить по городу, так чтоб польза была ощутима. Знакомых у Анатолия в городе Изобильном с каждым годом становилось всё больше и больше. Однако с большим денежным мешком среди них не было, но время работал. Однажды на проходную мясокомбината, приехал ранее незнакомый кавказец, невысокий, но плотного телосложения. Это была разведка. Случилась эта встреча, конечно же, не без помощи знакомой старушки, ростовщицы. Происходивший между Анатолием и приехавшим получасовой разговор расценивался как, «устный договор о намерениях» Окончание переговорного процесса было назначено на второй день по адресу. Однако прибывший туда в условное время Анатолий продолжал разговор уже с другим человеком в салоне легкового автомобиля.

- Денег у меня хватает, - сказал он, - но то, что дают банки и государственные и частные, меня не устраивает. Во-первых, огласка, светиться не хочется, а во-вторых, низкий процент за использование чужих средств, он равен 8% годовых. Если же я начинаю заниматься с частниками, с предпринимателями, то процент за использование чужих денег, в таком случае, определяется в 10% ежемесячных. Тогда, через десять месяцев, сумма должна удваиваться. Но мы не можем работать вслепую. И ты, и я должны знать, что мы можем иметь от этого. Некоторые мои знакомые работают по схеме 6 на 4. Мне, хозяину денежной массы, шесть процентов, а помощнику, то есть тебе – четыре. Но я подумал и пришёл к выводу, что правильно будет разделить десять процентов с оборота денежной массы, пополам, по пять процентов. Ты получаешь ровно столько, сколько получаю я. Тебя никто не собирается обманывать, это исключено. Ты берёшь сумму вначале в пределах ста тысяч рублей. Занимаешься… Итак, до потолка, а потолком определяется в пределах триста тысяч – больше этих денег твой недостроенный домишко не стоит. Если ты думаешь, что справишься с этой работой, мы сейчас подписываем договор на сумму триста тысяч, а для получения такой большой суммы ты подписываешь свой дом, как гарантия.

- Ну, я же не могу сразу найти клиентов на 300 тысяч рублей, - сказал Анатолий, - будет идти время, а за это время вырастут проценты сумасшедшие. И что получится? Я только буду восполнять ваши 5%. Надо выработать иную стратегию действия. Предложенная вами тактика меня не устраивает. Мне тоже хочется заработать немножко денег, мне они, очень нужны. Так как я всю свою сознательную жизнь сочинял стихи, писал рассказы, поэмы и теперь их надо издать, чтобы хоть частичка людей знала, что жил такой человек на свете и творил, был художником, вот его незамысловатые вещи. А сейчас я сделать это не могу. Даром ни издательство, ни типография не работают, а требуют за свою работу больших денег. Чтобы издать одну книгу в размере шести условных печатных листов надо не меньше тридцати тысяч рублей. Это и компьютерный набор и вёрстка, изготовление оригинал-макета, техническая редактура, корректура, дизайн обложки и издания, и отпечатывание в типографии, и стоимость бумаги, и клея, и красок. Сейчас весь объём издания книги дорого стоит, земляк. А, может быть, на белом свете я и жил ради этих, нескольких стихов, из моих сочинений. Не потому что мотался по горам, да по степям всю свою сознательную жизнь, окончил техникум, два высших учебных заведения, помог родить шестерых детей своим жёнам официальным.

- Ну, и как вы себе представляете процесс занятия кредитным бизнесом? – спросил земляк.

- Я представляю так, - ответил Анатолий. - Нахожу клиентов, определяюсь с суммой займа. Составляем расписку, я беру у вас деньги затребованные клиентом под расписку, он подписывает расписку, получает деньги. А я подлинник расписки отдаю вам. Это и будет основанием для расчётов с людьми, и получаемыми процентами за использование денежной массы. Я живу в степи, в моём саманном доме нет ни решёток на окнах, ни сейфов в комнатах! Двери филёнчатые входные, пни ногой и всё, разлетится она в разные стороны. Когда-то, в 1995 году, я взял два миллиона, тогда были такие деньги, в подотчёт из кассы мясокомбината, мы тогда летели в Архангельск, Северодвинск на сдачу нескольких секций с мясом. Ну, один миллион я расходовал: билеты, питание, гостиницы, покупки. А один миллион остался неизрасходованным. Прилетели в Минводы. Можно было сходить в туалет в здании аэровокзала. Сели уже в автобус, вечерело, забежал бы за автобус, да и все дела. Нет, надо было мне отправиться в подземный туалет. А в туалете, как только я встал у писсуара, мне вывернули руки, подставили к виску пистолет, очистили все карманы. Вырывали вместе с карманами деньги, оставшиеся от поездки. Я долго думал, как они узнали, что у меня есть деньги. Одет был в новую кожаную куртку, пыжиковую шапку и тёплые ботинки на меху. А ехали мы в марте месяце, в Архангельске стояли морозы минус 18-22 градуса, а в Минводах тепло доходило до 10-12 градуса. Они меня, и вычислили сразу. «Приехал северянин отдыхать «на юга», а без денег «на юга» не ездят». У меня до сих пор ещё долг висит по кассе мясокомбината, но осталось мало. Я хочу сказать так, земляк, трудно выплачивать долг, ещё труднее и обиднее выплачивать долг, когда ты не воспользовался денежной суммой сам, а её расходовали другие и нечестным путём… Мне надо выжить, вам - преумножить своё финансовое состояние. Но сделать это так, чтоб не было обидно для обеих сторон.

На том и остановились. Анатолий ходил по Изобильненскому рынку, заводил разговоры в отношении денег, выяснял, кто бы их мог взять в долг. Затем наведывался на квартиру предполагаемого клиента. Справлялся у соседей «что за люди ваши соседи?» Выяснял у соседей, родственников, сведения о клиенте. Интересовало и семейное положение, и доходы, и межсемейные отношения членов, и тяга к спиртному, к наркотикам. Однако первоначальный опыт принёс массу разочарований. Предполагаемые клиенты то снимали квартиру, не имея своих, то проживали не там, где были прописаны, то были прописаны, вообще даже не в Ставропольском крае… Взятые деньги возвращали до той поры, пока ежемесячная выплата процентов за использование денег не начинала превышать сумму основного долга. Клиенту казалось, что он выплатил взятые на себя обязательства и больше ничего не должен был. Поэтому, через год, сама система претерпела координальные изменения. Предполагаемый клиент должен иметь не жильё, как раньше считал Анатолий, а имел на учёте транспортное средство. После нескольких случаев, с которыми пришлось столкнуться после завершения судебных разбирательств и предъявленных судебных исков выяснилось, что ни квартиру, ни дом, нельзя изъять по российскому законодательству. Транспортное средство изъять можно, если оно зарегистрировано в МРЭО ГАИ на должника. Тогда в дело пошли уже не расписки о получении денег с паспортными данными клиента, номеров телефонов и местом его проживания, а долговые соглашения, где указывалась взятая сумма кредита под залог автомобиля (паспорт транспортного средства), под залог материальных ценностей (живой скот, свиньи, пчелосемьи), будущего урожая зерновых культур или лука. С луком и случилась неприятная история, длившаяся несколько лет. Это луковая история началась весной 2003 года. На небосклоне кредитного бизнеса появился луковод, уроженец Средней Азии, . У них было пять братьев и одна сестра. Старшим из братьев был Родион, Владимир был вторым сыном у матери, очень дружная корейская семья была достаточно обеспеченной и пользующейся доверием у городского населения. Во дворе у Владимира Кима стояло три автомашины, все с правым рулём японского производства. Анатолию предоставили возможность увидеть все три земельных участка, занятых луком, с которыми занимался Ким Владимир. Показали трактора, сельскохозяйственный инвентарь, прицепные сельхозмашины, которыми владел предполагаемый клиент. Первый год прошёл отлично. Взятые деньги в сумме пятидесяти тысяч в апреле перед посевом лука вернулись уже в октябре после реализации урожая. Исправно и ежемесячно выплачивалась Кимом процентная ставка за использование чужих денежных средств. Сначала 2004 года в марте месяце опять начал заявлять о намерении получить кредит на выращивание лука. Но поскольку с клиентом уже работали в прошлом году, то к нему и отношение было не такое осторожное, как к новичкам. Техника оставалась в наличии, автомашины также были на ходу. Кредит запрашивался в два раза выше прошлогоднего, 100 тысяч рублей. Но когда встретился Анатолий Никитич с хозяином финансов, то он запретил выдавать такую большую сумму денег в одни руки. «Для выращивания лука достаточно и полсотни тысяч рублей» - сказал он. Когда сам Анатолий начал расспрашивать луководов о величине денежных трат при выращивании лука на одном гектаре, то оказалось, что хозяин был прав. Ким завышал уровень кредита, который мог бы неоплачиваемый осенью при уборке урожая. Каждый месяц Ким оплачивал процентную ставку за использование денежных средств, но когда подошло время уборки урожая лук, то на Ставрополье пришли ливневые дожди. К плантациям, занятым под луком Ким Владимира, нельзя было даже подъехать на внедорожнике. Через неделю Владимир позвонил Анатолию. «Плохо дело, лук начал гнить прямо в земле». А через месяц над плантациями большинства луководов стоял стойкий запах гниющего лука, брошенные поля были заражены на многие годы вперёд. Сам заёмщик, , от сложившийся ситуации, не нашёл лучшего выхода, как окунуться в омут пьянства. После месяца безудержного застолья у него открылась внутреннее кровотечение, и он попал под нож хирурга. Однако предварительный диагноз – прободная язва желудка - не подтвердился, оказалось, что больной страдал варикозным расширением вен пищевода и разрыв венозных узлов был следствием длительного употребления алкоголя. В ночь на 12 января 2005 года умер. Оставшиеся долги, которые успел сделать , легли на его наследников. Начался тяжёлый судебный процесс, продолжавшийся в течение трех лет. Техника: сельскохозяйственная, по обработке земли и возделыванию лука, была продана женой, Ким Анной Николаевной. Оставшаяся иномарка «Тойота-Чайзер», после кончины отца, была продана дочерью Ким Луизой Владимировной. Земельные участки, расположенные в посёлке Передовом в СХП (колхозе) «Правда» перешли в наследство второй дочери Ким Елены Владимировны, проживающей в станице Стодеревская, Курского района, Ставропольского края. Вынесенные постановления о наложении ареста районным отделом судебных приставов на имущество, подлежащее государственной регистрации на гараж, летнюю кухню и незаконченное строительство жилого дома, на основании исполнительного листа Изобильненского районного суда было опротестовано. И только, когда дочь покойного, Ким Елена, решила переоформить земельные участки. То по постановлению о наложении ареста районным отделом судебных приставов, процесс оформления наследства был заблокирован регистрационной палатой. В нужный момент был наложен арест на переоформление земельного участка судебным приставом - исполнителем – Яицкой Мариной Владимировной. Поданный повторный судебный иск в районный суд займодавца Анатолия достиг своего апогея, основной долг 63328 рублей, вырос за эти годы в 214768 рублей за счёт госбанковского процента использования чужих денежных средств и процентов ставки рефинансирования. Судебный процесс гражданского иска закончился мировым соглашением между должницей и займодавцем. Жена покойного выплатила единовременно сумму основного долга 63328 рублей, а займодавец отказался от дальнейших требований и подписал обязательство. Скоро сказывается эта история с бизнесом кредитования. А на самом деле можно выкинуть из жизни пять лет. Дело из районного суда дважды передавали мировому суду и обратно. Ответчица саботировала появление на судебных заседаниях, судья явно импонировал ответчице, неоднократно оскорбляя и унижая в судебной комнате заявителя. Ко всему прочему, подключился бывший председатель районного суда , ныне подвизавшийся в адвокатских услугах. Конечную точку поставила судья районного суда , которой было передано на рассмотрение повторное исковое заявление о взыскании основного долга, процентов за использование чужих денежных средств, а также процентов ставки рефинансирования, установленных Центробанком. Пришли иные времена, на президентский Олимп России избран юрист Дмитрий Анатольевич Медведев. В правоохранительных органах, прокуратуре, судах и отделениях судебных приставов произошли существенные подвижки в лучшую сторону. Появились обязательные сроки рассмотрения дел в районных судах, месяц. Прокуратура в месячный срок должна разобраться с обращением к ним граждан. Дали новые, более действенные полномочия судебным приставам.

И, как немой свидетель, стоит у развилки дорог на Новотроицкую, Староизобильненскую и город Изобильный жёлтый двухэтажный дом Блудова, более 1200 м2 общей площади, из камня. Сколько же надо заниматься мздоимством, чтобы поставить такой особняк простому судье, даже с учётом и работающей жены в нотариальной конторе, Лесечко Людмилы Фёдоровны. с заполнением деклараций людям, занимающих государственные посты. Ох, как прав! А эпопея с выдачей кредита для выращивания лука Киму Владимиру закончилась плачевно для самого Анатолия. В погашение процентов хозяину, во избежание изъятия его саманного дома, ушла уйма денег. Немалая сумма потребовалась для оплаты услуг адвоката, составлению исковых заявлений, оплаты госпошлин в суде.

Как говорил его дед, Семён, после окончания НЭПа:

- Наплевать – торговать, лучше побираться…

Теперь вспоминая свой ненавязчивый бизнес, при встрече с хозяином, он сразу же переходит на противоположную сторону улицы, так спокойнее ему.

Второй негативный случай произошёл с хорошенькой, милой женщиной, Скопинцевой Татьяной Васильевной. Молодая и энергичная, Татьяна Васильевна, сразу же решила заниматься швейным производством. Сняла дом под офис в центре города Изобильного, по переулку Ленина, установила закупленные швейные машинки, оверлоги. Оснастила швейный цех необходимыми инструментами. Уже через три дня, пять женщин кроили, шили и оверложили края разных расцветок тканей. Однако прошёл месяц, и оказалось, что цех не даёт прибыли. Причина была найдена, место не бойкое, поэтому швейное ателье решено было перевести в магазин «Дарья». На третьем этаже, к тому времени, помещение как раз сдавалось в аренду. Бизнес, по расчётам Скопинцевой Татьяны, должен раскрутиться: район РЭО, трасса, перекрёсток дорог, людей больше, чем в центре, а им-то надо одеваться. Оборудовали швейное ателье, поработали пару месяцев и снова прежний отрицательный баланс предпринимательской деятельности. Анализ показал, что раскройщица кроила, швеи шили на машинках, оверложили, гладили швейные изделия, отдавали заказчикам, получая деньги от них за произведённую работу. Однако деньги попадали в карман производителей работ, а не предпринимателя. «Дважды наступить на грабли может только Татьяна Васильевна Скопинцева» - смеялись знакомые. Однако Татьяне было не до смеха. Надо было погасить долговые обязательства перед займодавцами, а долгов накопилось более ста восьмидесяти тысяч. Наученный предыдущим плачевным опытом Анатолий, отдавая Скопинцевой деньги, в сумме сорока пяти тысяч, составил долговое соглашение, в котором указал, что основная долговая сумма в сорок пять тысяч рублей выдана под залог автомобиля ВАЗ-21063, 1993 года выпуска. Татьяна Васильевна, смеясь, подписала долговое соглашение, в надежде на то, что ей удастся вести успешный предпринимательский бизнес. А когда дважды обожглась со швейными делами, то плакала, негодуя на нанятых рабочих. Предприниматель не может быть спокойным за своё дело, за успешный бизнес, если не включается сам в рабочий процесс. Рабочие, нанятые Скопинцевой, работали на себя, а не на предпринимателя. Проконтролировать работу швей хозяйке не удавалось, потому что пока она поднималась в скворечник на третьем этаже, они успевали убрать левые изделия. Помимо всего, начиная предпринимательское производство, хозяйка даже не удосужилась составить бизнес-план, коротенький, на трёх страничках. Что, чего, откуда, сколько, куда, за что?

Анатолий, как только услышал о банкротстве швейного ателье Скопинцевой, пришёл к ней на работу. Показал долговое соглашение и в тот же день переоформил транспортное средство на своё имя, оплатив все расходы по переоформлению автомобиля в ГАИ. Наученная горьким опытом неудачного предпринимательства, Татьяна Васильевна до конца дней своих не забудет, когда её называли в глаза «хозяйкой», а за спиной, на оборудовании Татьяны работали на себя, злорадно смеясь и радуясь, обзывая «дурёхой», да вращая пальцем у виска.

Третьим, по отрицательному счёту, было финансовое сотрудничество с предпринимателем Волобуевой Верой Васильевной, она занималась частной торговлей нижнего белья, трикотажных изделий, детскими вещами и обувью. Когда стало известно, что взятые ею деньги под 10% ежемесячной выплаты могут уйти вместе с должницей Верой Васильевной, а сумма основного долга была немаленькая, шестьдесят тысяч рублей. Анатолию пришлось выезжать и рано утром на снимаемую Верой квартиру, и поздно вечером, и буквально пасти её. Наконец она появилась, рассказала, что сын проиграл большую сумму денег, на игровых автоматах, и поэтому, пришлось продать свой дом. Из основного долга я смогу выкроить в этом месяце только тридцать тысяч, а ещё тридцать попозже выплачу, – говорила Вера Васильевна в присутствии своей матери-старушки…

Однако, вернув половину основного долга, Волобуева той же ночью отвезла мать к сестре Наде в Новотроицкую станицу, а сама, переночевав у деверя в хуторе Спорном, выехала в Москву, работать на Черкизовском рынке. Уже после побега должницы Волобуевой Веры Васильевны, Анатолий узнал о многочисленных случаях заимствования денег ею у предпринимателей, простых людей. Она заняла деньги у стариков из хутора Беляева, которые продали корову. Позаимствовала денежную сумму у пожилого человека, с которым выезжала на его автомашине для реализации товара по населённым пунктам района. Взяла дорогие тюлевые шторы в специализированном магазине «Ануш», обещая заплатить потом. В Пятигорске, «под ей-богу», взяла на тридцать тысяч товару у своего знакомого предпринимателя, уверяя, что в следующий раз привезёт с процентами…

Но самый неприятный случай и последний произошёл с супругами Серебряковыми. Они брали под проценты деньги в долг уже два или три раза. Жили недалеко от Анатолия, к ним домой можно было ходить попутно, идя даже в магазин, за покупкой. Оба раза выплачивались и проценты в срок, и возвращались деньги основного долга. В последний раз супружеская чета приехала вдвоём. Запросили тридцать пять тысяч сразу. А потом через месяц ещё десять.

- На кого будем оформлять документы? - спросил Анатолий.

- Нам без разницы, хоть на Александра, хоть на Ларису Юрьевну, – отвечала хозяйка.

Составлены расписки, выданы деньги, поставлены подписи. Ровно десять месяцев всё шло нормально, выплачивали процентную ставку своевременно. Через десять месяцев супруги Серебряковы согласно договоренности должны были вернуть основной долг Анатолию. На неоднократных встречах с ними, давались обещания, просьба потерпеть, должны вот-вот прийти деньги от родственников. Но оказалось, что задолжала, как стало известно, крупные суммы в страховые компании:

1) «Наста» - сорок пять тысяч рублей, руководителем группы был Губарев Владимир, проживающий в городе Ставрополе, он сам оплатил долг, оставив у себя трудовую книжку

2) -резерв» задолжала 97 страховых полисов, что было приравнено к 97000 рублям. Этим вопросом занималась служба безопасности компании, но долг не был погашен.

3) Скандальная история со страховыми полисами отмечена с участием Серебряковой Ларисой в -Юг». Закончившийся суд так и не смог доказать официально, сдавали ли Серебрякова в кассу корешки страховых полисов, или они были утрачены.

4) Страховая компания «Альфа-страхование» сама погасила долг , в сумме тридцати тысяч рублей.

С каждым годом махинации Серебряковой становились всё более изысканными. Даже у лучшей своей подруги Новиковой Татьяны Владимировны, с кем и за столом сидели, и в баню ходили, она заняла 20000 рублей и ни процентов, ни основного долга подруга не дождалась. Вместо того, чтобы вернуть долги, хотя бы людям, предоставившим Серебряковой денежные кредиты, она всячески уклонялась и добровольно не желала этого делать. Приобрела одну иномарку, разбила её, продала! Приобрела вторую ВАЗ 21113, владела ею по генеральной доверенности, но доверенность по сроку заканчивалась, и пришлось оформлять автомашину на своего меньшего сына, которому едва исполнилось шестнадцать лет. Поскольку Серебрякова, не выплачивала четыре года по долговому соглашению, ни копейки. Анатолий начал готовить исковое заявление в районный суд с просьбой взыскать с в пользу Анатолия Никитича 134920 рублей. Из которых основной долг обрастал Госбанковскими процентами за пользование чужими денежными средствами и процентами ставок рефинансирования Центробанка, сюда же вошли судебные расходы. Однако ездила с голливудской улыбкой по городу на приобретённой ВАЗ 21113, не беспокоясь ни о чём. Даже обращение по создавшейся обстановке ко вновь назначенному прокурору района Рудакову Александру Владимировичу не возымело действия. Ответ был лаконичен до предела: Согласно запросу для определения имущественного положения должника в банк Изобильненского отделения Сбербанка России № 000 у должника имеется расчетный счёт с остатком вклада 11 рублей 75 копеек. Согласно ответу Ставропольпромстройбанк в городе Изобильном у должника отсутствуют счета в вышеуказанных отделениях. Транспортные средства, согласно ответу ГИБДД – не значатся. Техника, согласно данным Гостехнадзора – не зарегистрирована. Недвижимости, согласно данным ГУПСК «Крайтехинвентаризация» и Управления Федеральной регистрационной службы по Ставропольскому краю – не зарегистрировано. Установлено, что в базе данных страховой компании должник значится, как неработающий. Согласно базу данных ГУ УПФ по Изобильненскому району информация в отношении – отсутствует. 03.07.2009г судебным приставом-исполнителем был сделан запрос в МРЭО ГИБДД о собственнике автомашины ВАЗ 21113, госномер № о 569 рр 26. Согласно полученному ответу, данный автомобиль зарегистрирован за Серебряковым Олегом Александровичем, 11.05.1993 года рождения, за сыном должницы. В соответствии с п.6 ст. 69 Федерального закона от 01.01.2001г «Об исполнительном производстве» обратить взыскание на указанную автомашину не представляется возможным, ввиду того, что она на праве общей собственности не принадлежит должнице. Заместитель прокурора района, юрист 1 класса ёв.

Вот тебе бабушка и Юрьев день! писал своё обращение к прокурору, то имелось в виду проверить правильность действий и решить вопрос о привлечении к уголовной ответственности за мошенничество Серебрякову Ларису Юрьевну, 22 марта 1967 года рождения. За то, что Серебрякова обманным Изобильного, перечислено было: кому, когда, сколько. За то, что Серебрякова путём махинаций нанесла ощутимый ущерб страховым компаниям «Наста» - 40000 рублей, -резерв» -97000 рублей, -Юг» - 60000 рублей и «Альфа-страхование» - 30000 рублей. Итого на сумму 227000 рублей. Уходит от ответственности за уплату долгов и укрывает материальные средства, путём задолжала крупные суммы денежных средств, гражданам города переоформляя их на шестнадцатилетнего сына.

Об этом прокуратура хранила глубокое молчание, излив всю мощь на судебных приставов-исполнителей. Как говорится: «В огороде бузина, а в Киеве дядька»…

Но на этом дело не закончилось, когда подошло время реализовывать арестованное имущество ответчика судебными приставами-исполнителями, то вдруг стал проявлять активность муж Серебряковой Ларисы – Александр Иванович. Он поздним вечером приехал на такси к дому Анатолия Никитича, вызвав его, в тёмном месте, у входных ворот, громко говорил о необходимости заключения мирового соглашения, иначе будут сложности у Анатолия.

- Это нереально говорить о процентах. Ну, и что, если есть решение районного суда, и исполнительный лист. Называй цифру, мы её оплачиваем и всё, я с этой женщиной лёгкого поведения разойдусь, и буду жить нормальной жизнью.

Видя, как Александр напрягается от возбуждения, или от употребления какого-то допинга, Анатолий только тогда понял причину и возможности угрозы своему здоровью. В доме никого не было, работал только не выключенный телевизор. Соседей не было дома, так как никто из них пока не жил постоянно и, закончив в дневное время работу по строительству, торопились по квартирам проживания. Уж больно агрессивно и настойчиво диктовал свои условия . Даже заныло сердце у Анатолия от предчувствия беды. Среагировав на создавшуюся ситуацию и обстановку, Никитич сменил разговор в корне, отказавшись от решения суда, наличие исполнительного листа в 134920 рублей, сказал Александру:

- Давай так, Саня, я понимаю ваше семейное положение, забрали старшего сына в армию, так как не удалось его отмазать. Ты ногу сломал, теперь прыгаешь на костылях. Она, сама, без работы, который год. Раз мировая, значит мировая, отдайте мне деньги, живые деньги, которые ушли вам в основном долге и те деньги, которые я расходовал на судебных заседаниях. Всего это составляет пятьдесят две тысячи рублей. Больше мне не надо и копейки. Одномоментно, разово и я подпишу все документы на предмет того, что не буду иметь претензий к Серебряковой.

На этом разошлись, Александр пошёл к ожидавшей его автомашине, а Анатолий нырнул в калитку и быстро пошёл в дом. Ругая себя, старого человека, за опрометчивость своего поведения. Откуда он мог знать, кто нажимает на кнопку звонка. Ведь он выскочил на улицу, даже не успев одеться, в трусах и майке, думая, что приехал кто-то из детей, родственников. Тем более, он ожидал среднего сына, медика, возвращавшегося из Африки с очередной командировки. Ожидал младшую дочь с внучкой, они должны были приехать на виноград и яблоки, повидаться с дедом. Внучку ещё дед Анатолий не видел, ей уже скоро два годика. Судя по тому, как нагло и бесцеремонно вёл себя Серебряков Александр, приехав поздним, тёмным вечером, карманы его не были пусты, всё было продумано до мелочей. Если бы Анатолий не почувствовал угрозы сразу же, выскочив за ворота, мог быть плачевный исход, причём достаточно было лишь толкнуть железную калитку, встроенная защёлка надёжно закроет её и никто знать не будет, что по ту сторону, во дворе, за глухими воротами лежит последний переселенец из Семиречья, бездыханный и холодный…

На следующий вечер, но ещё засветло, Александр подъехал на такси, позвонил, ожидая выхода из дома хозяина. Анатолий ждал его, вышел одетым, хотел взять с собой диктофон, но в последний момент передумал, само появление диктофона в его руках могло спровоцировать приехавшего Серебрякова, на озлобление и неадекватное поведение.

- Ну, что скажешь, Анатолий Никитич? - Обратился Александр.

- Я жду, что ты скажешь, Александр? - Ответил Анатолий, – мне говорить нечего, я нигде не был, обстановки не знаю.

- Сегодня приезжали приставы-исполнители, вывезли описанное имущество, кроме кузова старой автомашины, его заберут после резки сваркой с последующей сдачей на металлолом. Я сказал, этой, Яицкой, что мы нашли общий язык с тобой, что мировое соглашение сделано. А она ответила, что колесо реализации описанного имущества запущено и назад хода не бывает.

- Ну, и сколько ты привёз денег, какую сумму вернуть смогут приставы - исполнители после реализации описанного имущества? – спросил Анатолий.

- Я привёз тридцать пять тысяч, вот считай. Семнадцать тысяч переведут тебе на счёт судебные приставы – исполнители.

Анатолий, не торопясь пересчитал купюры по пятьсот рублей, их оказалось семьдесят.

- Так, всё правильно, тридцать пять тысяч.

- Верни мне расписки долговые и всё, – заявил Серебряков.

- Александр, расписки лежат в деле районного суда, на руках они никогда не остаются. Был же суд, полтора года назад, там, на суде и определили сумму для выплаты, она равняется 135 тысяч рублей без малого. А сейчас документы готовятся в районный суд, повторно, там цифра достигает уже порядка двухсот тысяч.

- Это нереально, нереально. Не говори мне даже о процентах. Это нереально, – возмущался Александр с пеной на губах, - я не знал, что Лариса должна тебе деньги, я бы сразу рассчитался с тобой, без проблем.