Как заткнуть сырьевую дыру?
Сегодня много говорят о кризисе, о его последствиях, о способах выживания в трудные экономические времена. Однако существует мнение, что кризис – это далеко не единственная и даже не главная проблема лесопромышленных предприятий. О том, какие проблемы ждут лесную отрасль в будущем и чего не замечают напуганные кризисом лесопромышленники, мы беседуем с генеральным директором Череповецкого фанерно-мебельного комбината Евгением КОРОТКОВЫМ.
- Евгений Николаевич, ваше предприятие, вероятно, острее многих почувствовало кризис, ведь он застиг вас в процессе реализации крупного инвестиционного проекта?
- К сожалению, это так. В конце прошлого и в начале нынешнего года из-за падения спроса на нашу продукцию, ситуация была очень сложная. Например, фанеры делали 1000 кубов в месяц вместо 7000 кубов. Потребовалось много усилий, чтобы как-то выровнять ситуацию. И особенно сильно пострадали те предприятия, которые имели инвестиционные программы, да еще с кредитами в западных банках. Та помощь, которую предоставило государство, до нашего уровня не дошла. Субсидии по процентным ставкам на кредиты, взятые на развитие производства, касались только рублевых кредитов, причем только взятых в 2009 году, у нас же только валютные кредиты западных банков. Собственно говоря, для реального производства государством ничего особенного предпринято не было. Все это привело к тому, что все деревообрабатывающие предприятия оказались в очень трудных условиях.
- Однако сейчас рынок фанеры и древесных плит несколько оживился?
- Да определенное оживление есть, особенно у предприятий, ориентированных на экспорт. Дело в том, что на Западе падение производства имеет все-таки гораздо меньшие размеры, чем в России. В самом начале кризиса, в условиях роста цен западными предприятиями были сделаны немалые запасы материалов, в том числе и фанеры. Несмотря на падение спроса на продукцию, предприятия продолжали работать, а значит, «проедать» сделанные ранее запасы. Сейчас они подходят к концу, поэтому на этом фоне рынок немного оживился. Кроме того, есть понятие сезонного оживления рынка, которое обычно происходит осенью. И все же я хотел бы заострить внимание на том, что некоторый экономический подъем в нашей отрасли заставил нас столкнуться с очень серьезной сырьевой проблемой.
- В чем причина этого сырьевого дефицита?
- Могу назвать три основные причины. Во-первых, повышение вывозных пошлин на круглый лес, во многом подкосившее экономику лесозаготовительных предприятий. Во-вторых, отмена покупки предпринимателями леса на аукционах и заготовки по договорам купли-продажи. А ведь мелкие предприниматели, частники, обеспечивали существенную долю объема сырьевой заготовки. Сейчас они перестали столько заготавливать, их оттолкнули - и уже получилась сырьевая дыра. Конечно, сейчас в Вологодской области принимаются определенные меры, но они сработают только через 2-3 месяца, да и в принципе не обеспечивают 100-процентное решение. Ну и в-третьих, конечно, кризис, который разорил многих лесозаготовителей. И это только крупные причины, не считая мелких, которые в каждом регионе свои. И хотя в Вологодской области объем лесозаготовок упал лишь на проценты, тогда как, например, в Ленинградской он снизился в разу, сырьевая проблема у вологодских деревообработчиков налицо.
- Чем может грозить лесной промышленности нехватка сырья?
- Просто придет время, когда цены на сырье поднимутся очень быстро и поднимутся они до предела окупаемости. А это станет сдерживающим фактором для развития деревообработки. Давайте посмотрим на примере нашего комбината. Как мы отработали в этом году? Это смотря как оценивать. Если смотреть, что мы сделали по производству плиты, когда все «упали» на 50 процентов, а мы на 50 процентов нарастили объемы выпуска плит, можно нам поаплодировать. Однако мы это сделали за счет введения новых мощностей, которые отработали только на 70 процентов, а должны были отработать на 100 процентов как минимум. Вот сейчас мы идем с плюсом, но если не будет сырья - мы стоим. Получается, что мы месяц - работаем, месяц - стоим. Поэтому покупаем сырье везде, где только можно, в том числе и за пределами нашей области. Как у нас говорят, «когда сырья нет, лущим все, включая телеграфные столбы».
- Какой выход вы видите из этой «сырьевой дыры»?
- На мой взгляд, надо давать деревообработчикам леса в аренду. Конечно, предприятию, которое занимается переработкой и берет в аренду леса, придется немало вложить в это направление – организовать соответствующую структуру, обзавестись техникой, построить дороги… Однако уже через 2-3 года предприятие сможет начать нормальную заготовку. Практика показывает, что надеяться на кого-то, кроме себя, очень сложно.
- У есть леса в аренде?
- Есть – в Никольском, Череповецком и других районах. При этом мы сами строим лесные дороги, а кроме того, нанимаем мелкие предприятия, которые осваивают эти леса. Есть аренда и у наших дочерних предприятий.
Хотелось бы еще подчеркнуть, что аренда аренде рознь. Сегодня в Вологодской области очень много лесов зарезервировано под инвестиционные проекты, а остальным желающим аренда дается, так сказать, на дальнем востоке нашей области, в мало доступных местах. Понятно, что брать в аренду такие леса бессмысленно, поскольку не оправдывает себя экономически. А между тем, надо бы поддержать свои предприятия, которые сейчас работают и сами инвестируют в производство, сами развиваются. Все-таки у нас в Вологодской области довольно сильная лесная индустрия и многие вологодские предприятия имеют хороший потенциал для развития, только надо поддержать их в хороших начинаниях.
