Архив Валаамского монастыря в Финляндии

*

АРХИВ ВАЛААМСКОГО МОНАСТЫРЯ В ФИНЛЯНДИИ.

Отечественная история. 2008г. №4. С. 83-88.

Судьба Свято-Преображенского Валаамского монастыря сурова и затейлива, как и архипелаг островов в северо-западной части Ладожского озера, где он был создан новгородцами в незапамятные времена. Затерялась во времени дата его основания, но зато хорошо известны годы его неоднократного разорения и запустения, так же как и возрождения из пепла к новой жизни. В XX в. волею судеб занесенный в Финляндию монастырь стал настоящим донатором для Финляндской Православной Церкви (с 1918 г.), передав ей не только свои святыни, иконы, картины, книги, церковную утварь, облачения и другие ценности, но также и свой дух демократизма "мужицкого монастыря".

По преданию, Валаамский монастырь возник в IX-X вв.[1] Из "Жития Авраамия Ростовского" следует, что в 960 г. преп. Сергий Валаамский основал на острове Валаам монастырское братство[2]. По другим версиям, монастырь был создан в XII в. или в XIV-XV столетиях[3]. Последняя датировка представляется наиболее вероятной в силу того, что именно в XIV-XV вв. на Руси шло интенсивное монастырское строительство и возникло большинство древнерусских обителей.

Созданный на границе со шведскими владениями, мужской монастырь был обречен на тяготы пограничного существования, неоднократно переходя из рук в руки. В 1581 г. при захвате монастыря шведами погибли 34 инока[4], а в Смутное время в 1611 г. шведы и вовсе поселились на острове на месте сожженного ими монастыря. Только в 1715 г. по указу Петра Великого монастырь был вновь восстановлен: иноки возвратились на пепелище и заново отстроили храмы и кельи. В 1717 г. началось возведение главного Спасо-Преображенского собора, к сожалению, погибшего от пожаров и бурь в XIX в. На его месте в 1887 г. начал строиться новый пятиглавый каменный храм с 70-метровой четырехъярусной колокольней. Одна за другой выросли церкви в честь Успения Богоматери, св. апостолов Петра и Павла, Живоначальной Троицы и иконы Богоматери "Живоносный источник". К 1900 г. в монастыре и скитах насчитывалось уже 14 храмов[5].

XIX в. - счастливое время для Валаама. Благодаря игумену Дамаскину, возглавившему монастырь в середине столетия, в монастыре развернулось бурное строительство, обустраивались скиты, расширялось и укреплялось монастырское хозяйство. Иноки жили по самому строгому уставу Саровской пустыни: вспахивали и засевали по-

*, доктор исторических наук, профессор Московского государственного академического художественного института им. .

Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ, проект Nа.

С. 83

ля, разводили скот, устраивали уникальные оранжереи, разводили сады, возделывали огороды. Каждый инок обязан был ежедневно выполнять определенный объем работы, отмечаемый в особых "тетратках". Одна из них начинается следующими словами: "В эту тетрадь должны быть записованы по благословению настоятеля Валаамского монастыря все работы по иконописному мастерству, с обозначением, кто именно и чем занимался в продолжение недели"[6].

Постепенно в монастыре были созданы церковноприходская школа, живописная и иконописная мастерские, фотолаборатория. Кроме того, монахи вели наблюдения за маяками, регулярно отсылали в Николаевскую физическую обсерваторию метеорологические сводки. При монастыре начали действовать смоляной, кожевенный, кирпичный, свечной и другие заводы и мастерские. Монастырь приобрел пароходы для связи с большой землей. В Санкт-Петербурге и Москве появились его часовни и подворья. Казалось, что кипение жизни никогда не покинет этот суровый, но обихоженный тяжким трудом монахов и послушников край.

К концу XIX столетия Валаамский монастырь стал одной из самых крупных и почитаемых обителей России. К этому времени он представлял собой фактически маленькое островное государство, которое занимало территорию в 3076 десятин и 1039 5/8 квадратных саженей на острове Валаам и 2800 десятин на островах Тихвинском, Сергиевском и Германовском[7]. Из третьестепенного, коим он был в начале XIX в., монастырь стал первоклассным, и на его содержание ежегодно отпускалось из государственной казны 1878 руб. 85 коп[8]. К 1900 г. монастырь имел больницу на 20 мест, церковноприходскую школу, в которой ежегодно обучалось не менее 50 человек, преимущественно детей окрестных крестьян[9]. Свои рыбные ловли в Якимварском и Кюменском приходах монастырь отдавал в аренду Финляндской казне, за что ежегодно получал по 19229 финских марок[10].

В плане пропитания монастырь не только не зависел от большой земли, а, напротив, снабжал ее плодами своих трудов, отправляя на пароходах в период навигации один за другим грузы рыбы, свечей, фруктов (в основном, яблок), церковного вина и т. п. С большой земли на Валаам шли книги, газеты, чай, сахар, плащи, карманные часы для братии и другие продукты и вещи, которые невозможно было производить на северном острове. Но, самое главное, на Валаам ехали толпы паломников, ему покровительствовала царская семья, там, среди потрясающей воображение природы искали вдохновения писатели, художники, композиторы, в том числе , , и др. Если в 1802 г. в монастыре было всего 82 насельника[11], то через столетие (в 1900 г.) на Валааме насчитывалось уже 782 человека: 191 человек монашествующей братии, 101 послушник и 490 человек, "проживающих для приобщения к монашеской жизни по законным видам"[12].

Когда в 1918 г. остров Валаам отошел к Финляндии, монастырь открыл новую страницу своего существования. Советской России он был не нужен, даже вернув остров после русско-финляндской войны 1х гг. в пределы СССР, советское правительство не стремилось сохранить Валаамский монастырь. Большая часть иноков решила уехать подальше в Финляндию, чтобы продолжить жизнь монастыря на новом месте. Не сразу, но было найдено и куплено поместье в местечке Хейнявеси, где и возник Ново-Валаамский монастырь, существующий до сих пор. И хотя постепенно ушли из жизни русские монахи (похороненные на скромном, но очень достойном кладбище рядом с новой обителью), на их место заступили финские иноки. Конечно, восемь монахов, живущих в Ново-Валаамском монастыре сегодня, не могут сравниться по количеству с прежним числом братии. Однако при монастыре существуют Институт реставрации и Народная академия. Из года в год растет число паломников со всего мира, желающих посетить Ново-Валаамский монастырь. Деятельность монастыря по развитию туризма в Финляндии была недавно отмечена грантом в 1 млн. евро.

Наследие старого Валаама в Финляндии еще не выявлено, не учтены все культурные ценности, вывезенные в 1940 г. и переданные в самые отдаленные уголки страны

С. 84

в приходы православных церквей. Ждут своих русскоязычных исследователей огромный монастырский архив и библиотека, состоящая примерно из 14 тыс. томов. Собрать разрозненные данные и сведения, проанализировать и дать оценку историческому материалу, кроющемуся в архивных источниках, а также выявить, зафиксировать и провести атрибуцию икон и других церковных памятников валаамского происхождения в Финляндии призван научный проект, поддержанный Российским гуманитарным научным фондом (проекта). Российские специалисты получили самый теплый прием в Ново-Валаамском монастыре, были допущены к архиву, библиотеке, ризнице. Мы посетили несколько православных храмов в разных городах страны, где есть иконы и церковная утварь из Валаама. Богатство церковных древностей Валаамского монастыря поражает и своим великолепием, и уровнем мастерства иконописцев и художников, резчиков по дереву, мастеров декоративно-прикладного искусства. Архив Валаамского монастыря, безусловно, заслуживает отдельного скрупулезного изучения.

Анализ состава описей Валаамского монастыря, вывезенных и сохраненных исторических материалов, показывает, что в целом хронологические рамки документов охватывают период с середины XVIII в. до середины XX в. Здесь можно обнаружить как уникальные материалы, так и типичные для любого монастыря стандартные документы. Акты (1гг.) и указы (1гг.) составляют основную часть огромного комплекса входящих дел. Записные книги входящих и исходящих бумаг (с 1782 по 1969 гг.) фиксируют в основном строительную и хозяйственную жизнь монастыря во всех ее подробностях. В них, в частности, много документов из вышестоящих церковных ведомств и других монастырей (особенно Коневского) по самым разным вопросам, например, о присылке новых послушников, покупке или продаже книг, свечей, чая, сахара, яблок, церковного вина и мн. др. Среди уведомлений, присланных из Финляндской духовной консистории, нам попалось и крайне любопытное дело о самозванце, выдававшем себя за представителя Синода и ездившего по монастырям Черниговской епархии якобы с проверкой. Второй Хлестаков действовал прямо по комедии , представляясь ревизором и получая не только соответствующий прием, но и, по-видимому, дорогие подарки и деньги. Чтобы избежать подобных инцидентов в будущем, Консистория рассылала по епархиям предупреждения с требованием проверять документы у всех прибывающих в монастыри с какой бы то ни было официальной миссией.

Группу характерных и традиционных монастырских дел представляют также дневники поминовений за 1гг., паспортные (за 1гг.) и почтовые книги (за 1гг.). Большое место в архиве занимают послужные списки священников и монахов, сохранившиеся за 1гг., списки умерших в монастыре (1гг.), инвентарные и другие списки (монастырских дел, лиц, приходящих на исповедь, и проч.).

Детальная проработка списочного состава братии монастыря позволяет проследить динамику роста числа иноков, их социальное происхождение, возрастные рамки, уровень грамотности и образования, виды послушаний, биографические данные о времени поступления в монастырь и продвижения по иерархической лестнице монашеских чинов. Основная часть иноков вышла из среды экономических крестьян, мещан и "цеховых" мастеров, не имела образования, что, по-видимому, и послужило поводом для характерного прозвания Валаамского монастыря "мужицким". Так, в частности, игумен Иннокентий в 1802 г. дал о себе следующие сведения в Санкт-Петербургскую духовную консисторию: "российской нации", из мещан, в 1765 г. поступил в монастырь послушником, в 1772 г. поставлен в монашество в том же монастыре, с 1765 г. по 1782 г. имел разные послушания, в 1782 г. был определен ключником в Александро-Невской лавре и в том же году произведен в иеромонахи в Валаамском монастыре, с этого времени "правил казначейскую должность", а в 1801 г. был посвящен в игумена[13].

Как и в любом крупном учреждении XIX - начала XX в., в монастыре тщательно собирали и хранили финансово-отчетные документы, поэтому здесь можно найти огромный массив счетов, квитанций, расписок и т. п. Большую ценность представляют

С. 85

строительные чертежи, подробнейшие описи храмов, часовен, ризниц и утвари, составленные в разные годы. Особенно подробна опись 1912 г. Так, например, описание соборного храма в честь Преображения Господня начинается сведениями о его сооружении в 1гг. по благословению игумена Дамаскина. Далее идет детальное описание всего сооружения и находящихся в нем предметов культа. Вот, в частности, как описан фундамент: "Храм сей зданием каменный двухэтажный, фундамент его по окна нижнего этажа вышиною более трех аршин из серого валаамского гранита, а выше идет натурального вида кирпичная кладка"[14]. Мощный, монументальный и очень высокий собор доминировал не только над Валаамом, но был виден издалека с Ладожского озера. Зайцев, описывая свое паломничество, отмечал, что Валаам "белел собором" как только судно вышло на простор Ладожского озера. Вблизи же Спасо-Преображенский собор своей "грандиозностью" произвел на него двойственное впечатление: "Огромный и роскошный, но такой холодный! В Валаамском строительстве, к сожалению, совпавшем с бедною художнически эпохой середины и конца XIX в., есть вообще дух грандиоза. Нечто от Александра III, нечто связано и с игуменом Дамаскином, ненасытной и мощной фигурой"[15].

Заслуживают пристального внимания также и материалы мемуарного характера, официальная и частная переписка игуменов Дамаскина (за 1гг.) и Иоанафана (за 1гг.), а также письма монашествующей братии за разные годы. В письмах игумена Дамаскина явственно проступает незаурядная личность, чувствуется и сильный напористый характер, и ясный цепкий ум, и дипломатичность опытного церковного политика. Их отличают также своеобразие речи и сложившийся литературный стиль, при этом о. Дамаскин часто говорил о себе, что он человек "необразованный".

Потрясающее впечатление производят воспоминания монаха Нестора, ставшего позднее игуменом Ново-Валаамского монастыря. Особенно подробно он описывает перипетии бегства братии с Валаама в 1940 г. Простыми и искренними словами он передает страх, отчаяние, борьбу за выживание покинувших свой приют иноков, горячее стремление обрести новое пристанище, суровый быт и тяжелую работу по обустройству на новом месте, к которым, впрочем, им было не привыкать. Ничего не приукрашивая, давая нелицеприятную оценку действиям монастырских и полицейских властей, передавая ругань и ссоры простых иноков, описывая чудовищную давку, в которой пришлось ехать многие километры нелегкого пути, он не утаивает и своих промахов, делает ироничные замечания по поводу той или иной своей "глупости". Подкупает читателя сам стиль изложения - простонародный и непритязательный. Будучи незаурядным человеком, поэтом и отчасти доморощенным философом, Нестор в своих воспоминаниях как бы смотрит со стороны прожитых лет на события своей жизни и в то же время не упускает ни одной детали, бытовой или психологической. Приведу небольшой отрывок из его описания драматичного переезда братии в Финляндию: "От переживаний и впечатлений большая часть наших отцов ткнулась на пол во всем своем гардеробе и забылась кошмарным сном. А в восемь часов утра нас уже разбудил неестественный крик. Все вскочили в ужасе, думали, что налет бомбометов..."[16].

Крайне любопытны уже упоминавшиеся "тетратки" с записями выполнявшихся работ. Так, при игумене Дамаскине, суровом и рачительном, о. Иоанн внес в "Тетрадь для записывания по иконописному мастерству" все свои дела за январь 1857 г. Он не только писал картины на финифти[17], но и выполнял массу химических и технических работ ("растворял серебро, плавил цинк для гальванических батареек, составлял золотой раствор для золочения, приделал электромагнит к гальванопластике"[18]), ставил химические опыты ("делал опыт: из воды выделял горощый гасъ"), занимался электричеством ("установил електрическую машинку у отца Николая"[19]). Среди этих работ изготовление газопроводных труб, лепка форм для гальванической отливки рамок на финифтяные образы и многое другое.

К разряду уникальных материалов относятся также сводки метеорологических наблюдений, регулярно посылаемые из монастыря в Николаевскую физическую обсерваторию, селекционные опыты монахов, материалы по устройству школы и иконопис-

С. 86

ной мастерской, фотолаборатории, оранжерей с подведением труб с горячей водой. Благодаря разысканиям русских и финских исследователей был составлен поименный список иконописцев Валаамского монастыря XIX - начала XX вв., куда вошли знаменитый Алипий (Константинов) и еще 52 художника[20]. Сохранилось и письмо игумена Гавриила от 01.01.01 г. к , в котором он напоминает художнику о его посещении Валаама, о его работе над пейзажем, бережно хранимым теперь в обители, а также просит помочь монастырской школе рисования и живописи приобрести "гипсовые антики" в Академии художеств. Он призывает художника "соединить свое знаменитое имя с скромною школою, быть ее ктитором", обещая, что к привычному "людскому прославлению присоединится скромная иноческая молитва не только как о знаменитом художнике, но и как о добром человеке"[21].

Архив содержит документы о комплектовании монастырской библиотеки и частных библиотек иноков на протяжении XIX-XX вв. Монастырь регулярно выписывал газеты и журналы. В 1900 г., например, он получал газеты "Новое время", "Свет", "Церковные ведомости", "Финляндскую газету", а также многочисленные журналы, среди которых были не только религиозные издания, но и "Крестьянское хозяйство", "Плодоводство", "Русская старина", "Народное образование", "Нива", "Природа и люди"[22].

Примечательно, что многие явления монастырской жизни запечатлены на фотографиях, прекрасно сохранившихся до наших дней в фото-архиве Ново-Валаамского монастыря. Отдельный альбом хранит снимки членов императорской фамилии, посещавших монастырь. На фотографиях запечатлены виды острова и архитектурные сооружения монастыря, портреты игуменов и монашествующей братии, паломников и именитых гостей Валаама, сценки из монастырской жизни, занятий в школе рисунка и живописи, работы в мастерских, на заводах, в садах, а также быта и отдыха иноков. Примечательно, что ряд болыпеформатных фотографий конца XIX - начала XX в. украшают помещения Ново-Валаамского монастыря наряду с портретами духовных лиц и живописными полотнами и др. Например, в маленькой свечной мастерской на стенах висят фотоснимки, запечатлевшие работу монахов на свечном заводе на острове Валаам, они как бы подчеркивают преемственность и нерасторжимую связь старого и нового монастырей.

В архиве Ново-Валаамского монастыря сохранились описания коллекции икон и картин (в том числе портретов духовенства), богослужебных книг, церковной утвари и облачений, произведений декоративно-прикладного искусства. Сегодня эти богатства находятся не только в самом монастыре, но и в церковном музее г. Куопио, в православных церквах Хельсинки, Лиексе и других городов. Можно смело утверждать, что наследие Валаамского монастыря до сих пор продолжает питать всю Финляндскую Православную Церковь.

Давая оценку архива Валаамского монастыря в Финляндии в целом, следует подчеркнуть его уникальность, заключающуюся не только в наличии в нем ценных документов, но и в том, что в нем собраны и бережно сохранены самые разнообразные материалы, в подробностях раскрывающие жизнь одного из крупнейших русских монастырей буквально за каждый день его существования на протяжении всего XIX - начала XX в. И хотя в последние годы вышло несколько капитальных изданий, посвященных Валаамской обители[23], колоссальный по своему объему архив монастыря в Финляндии еще не изучен, и данный обзор - только первый шаг в этом направлении.

Примечания

[1] В Отчетах Валаамского монастыря XIX - начала XX вв. в Духовную консисторию обычно говорилось, что "об основании монастыря положительных сведений не имеется, по преданию же он основан в 10-м столетии" (Архив Ново-Валаамского монастыря в Финляндии. Еа: 114, л. 1).

[2] Эта версия основания монастыря была наиболее популярной в первой половине XIX в. до появления поддельной "Оповеди" . Однако редакция "Жития Авраамия Ростовского", указывающая датой основания 960 г., относится ко второй половине XVI в., а в списках известна лишь с XVIII сто-

С. 87

летия. Подробнее см.: Житие Авраамия Ростовского // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып 2. Ч. 1. Л., 1988. С. ; "Сказание о Валаамском монастыре" - неизвестное сочинение второй половины XVI в. // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы РАН (Пушкинский Дом). Т. 47. СПб., 1993. С. и др.

[3] Часть исследователей, в том числе финских, склоняется к более ранней датировке: Kirkinen H. Karjala idan kultturipiirissa. Helsinki, 1963; idem. Karjala idan ja lannen valissa. Helsinki. 1970; idem. Finland in Russian Sources up to the Year 1323 // Scandinavian Journal noi History. 1982. Vol. 7. N 4. P. Однако другая (большая) часть отдает предпочтение более поздней датировке и веско аргументирует свою точку зрения: Lind J. Hvornar biev Valamo klosteret grundlagt? // Historisk Tidskrift for Finland. 1979. P. ; Sources and Pseudo-Sources on the Foundation of the Valamo Monastery // Scandinavian Journal of History. 1986. Vol. 11. N 2.

[4] См.: , Валаам: от апостола Андрея до игумена Иннокентия. М., 1991. С. 14.

[5] Архив Ново-Валаамского монастыря. Еа: 114, л. 1 об.

[6] Там же. Вк: 10, N 239, л. 2.

[7] Там же. Еа: 114, лоб.

[8] Там же, л. 3.

[9] Там же, л. 3 об.

[10] Там же, л. 2 об.

[11] Там же. Ва: 1. N 2, л. 27 об. (Ведомость о монашествующих за 1802 г.).

[12] Там же. Еа: 114, л. 5 об.

[13] Там же. Ва: 1, N 2, л. 28.

[14] Там же. Go: 6/1, л. 5.

[15] Святая Русь. М., 2000. С.

[16] Архив Ново-Валаамского монастыря. Разные записи, воспоминания и стихотворения игумена Нестора (без шифра), л. 3.

[17] Там же. Вк: 10, N 239. л. 3.

[18] Там же, лоб.

[19] Там же, л. 3 об.

[20] Valamo - Pietari. Valamon luostari. 2003. P.

[21] Там же. Р.

[22] Архив Ново-Валаамского монастыря. Аа: 65, N 8, л

[23] См.: , Указ. соч.; Валаам Христовой Руси. М., 2000; Онуфрий (Малахов), иеродиак. Причал молитв уединенных. Валаамский монастырь и его небесные покровители преподобные Сергий и Герман. СПб., 2005.