Отдельные теоретические аспекты
соотношения избирательного права и избирательного процесса
Содержание вопроса понятия избирательного права является традиционным, ему посвящена обширная монографическая и учебная литература. Правильное его решение во многом обуславливает решение иных вопросов, связанных с важнейшими аспектами правового регулирования избирательного процесса в современной России. Термин «избирательное право» используется в научной литературе достаточно часто, однако, до сих пор нет единого, строго определенного понятия избирательное право.
Понятие избирательное право рассматривается в «широком» и «узком» смысле. В «широком» смысле – как система норм, регулирующих отношения, связанные с выборами и отзывом депутатов и выборных должностных лиц; комплексный правовой институт (подотрасль конституционного права)[1] либо совокупность норм и правил, регулирующих избирательный процесс (включая избирательное право в «узком» смысле).[2] В «узком» смысле под избирательным правом понимается конституционное право гражданина избирать и быть избранным в выборные органы государственной и муниципальной власти[3] либо совокупность норм, закрепляющих эти права и регулирующих порядок их осуществления и защиты.[4]
рассматривает «избирательное право» и «избирательную систему» через понятие «институт выборов». «Конституционно-правовой институт выборов – это совокупность правовых норм, регулирующих процесс избрания кандидатов в представительные органы и выборные должности».[5] По мнению автора: «К предмету его регулирования относятся основные принципы избирательного права; требования, предъявляемые к избирателям и кандидатам на выборные должности; порядок формирования и деятельность органов, непосредственно осуществляющих организацию и проведение выборов; статус субъекта избирательного процесса – граждан и их объединений; процедура избирательной кампании и голосования; порядок определения результатов выборов; способы обжалования нарушений в ходе избирательной кампании и голосования, опротестования результатов выборов».[6]
По мнению , комментарий к данному определению «избирательного права» «охватывает большую часть составляющих понятия «избирательная система», за исключением ответственности выборных лиц за свою деятельность перед избирателями и гарантий избирательных прав граждан как важного института».[7] Данное замечание обусловлено его принципиальной позицией по определению понятия «избирательной системы» как упорядоченной совокупности элементов, институтов, предполагающих включение в нее и правовых норм, и отношений, и порядка организации и проведения выборов.[8]
под избирательным правом понимает «один из основных институтов конституционного права, состоящий из правовых норм, санкционированных законом правил и сложившихся на практике обычаев, регулирующих порядок предоставления гражданам права участия в выборах и способ формирования представительных органов власти».[9]
По мнению указанное определение является не полным, так как не включает органы местного самоуправления и ответственность выборных лиц перед избирателями.[10] Данное замечание не является обоснованным. Следует ли в определении избирательного права выделять уровни выборов в представительные органы (государственной власти и местного самоуправления), а также констатировать специальную форму ответственности выборных лиц перед избирателями, тогда как в данном определении речь идет о совокупности санкционированных законом правил.
Известно, что в теории конституционного права и юридической практике термин «избирательное право» рассматривается в объективном и субъективном смысле. Объективное и субъективное избирательное право тесно взаимосвязаны. Объективное избирательное право демократически развитых государств как правовая категория представляет собой систему юридических норм, сформулированных в законодательных и иных нормативных правовых актах, закрепляющих общественные отношения.[11]
определяя тесную взаимосвязь объективного и субъективного избирательного права характеризует объективное избирательное право как: нормативную форму (наряду с правосознанием и юридической практикой) бытия субъективных избирательных право – нормативный источник избирательных прав граждан, нормы объективного права как носители модели правового поведения (правомерного и неправомерного) субъектов избирательных правоотношений; объективное избирательное право не только указывает на объем и содержание правомочий обладателей избирательных прав, но и определяет порядок (процесс) их осуществления; в объективном избирательном праве фиксируются гарантии охраны и защиты избирательных прав граждан (в частности, меры юридической ответственности); объективное избирательное право служит официальным критерием оценки законности поведения субъектов избирательных правоотношений.[12]
, рассматривают избирательное право в объективном смысле как совокупность законодательных актов и других правовых норм, регулирующих статус избирателей, избирательную систему, иные отношения, формирующиеся в ходе избирательного процесса. В качестве синонимов используются так же термины «избирательное законодательство», «законодательство о выборах».[13] Аналогичную позицию занимают и другие авторы. Так, ограничивая содержание объекта избирательного права выборами, определяет его как совокупность норм, регулирующих общественные отношения «в сфере осуществления народовластия – выборов в органы государственной власти и выборные органы местного самоуправления».[14] понимает под избирательным правом совокупность норм, регулирующих «порядок и условия формирования выборных органов, замещения выборных должностей».[15]
Между тем более правильным с научной точки зрения является определение выборного права (права избирать – активное избирательное права и право быть избранным – пассивное избирательное право) как одного, но не единственного элемента субъективного избирательного права, наряду с правом граждан на участие в референдуме.[16]
определяет, что объективное избирательное право регулирует избирательную систему в «широком» смысле, но не во всем ее объеме. Избирательная система, по мнению автора, регулируется не только правовыми нормами, но и корпоративными нормами общественных объединений, участвующих в выборах, обычаями и традициями, нормами политической морали, этики и др. Избирательное право состоит из отдельных норм иных отраслей права – трудового, гражданского, административного, уголовного, судебно-процессуального, что позволяет называть их поливалентными, т. е. имеющими отношение к двум и более отраслям права.[17]
Избирательное право в субъективном смысле достаточно емкое понятие. В литературе по данному вопросу единства взглядов не существует. Имеющиеся разногласия обусловлены общей дискуссией о принадлежности конституционным правам свойств субъективных прав. В литературе сложились и существуют две противоположные точки зрения. Сторонники одной из них рассматривают их лишь как элементы правоспособности;[18] нормы объективного права;[19] право избирать и быть избранным в органы государственной власти и местного самоуправления;[20] правомочия принадлежащие конкретным субъектам правоотношений;[21] правомочия, установленные нормами объективного избирательного права.[22] Указанные авторы, отрицая за избирательными правами качества субъективных прав личности, выдвигают ряд доводов, основанных на одном исходном положении: субъективное право существует только в рамках конкретного правоотношения; «при вступлении в правоотношение объективное право трансформируется в субъективное».[23] Данное толкование субъективного права проистекает из его противопоставления объективному праву.
Сторонники другой точки зрения (преимущественно представители науки конституционного права) высказываются за признание за ними качества субъективных прав. Ныне в литературе данную позицию занимают большинство авторов. В данном случае отправным элементом для выявления юридической природы избирательных прав служит тезис о том, что «они опосредуют отношения и связи граждан с государством».[24] Правильной, в этой связи, является позиция , определяющего избирательные права как разновидность субъективных основных прав человека и гражданина, в связи с чем, по мнению автора, они обладают чертами, присущими, с одной стороны, всем субъективным правам вообще, а с другой – выступают носителями особых (конституционных) признаков».[25] пишет, что «как бы вы не рассматривали и не определяли субъективное право, несомненным и бесспорным остается одно: оно всегда означает для лица определенную правовую возможность, дозволенность, управомоченность, особое разрешение или полномочие, исходящие от государства и гарантируемые им. Данный признак является родовым, общим для всех типов субъективного права: разница лишь в объеме, характере и степени гарантированности этих возможностей».[26]
Анализ позиций сторонников и противников признания за избирательными правами характера субъективных прав позволяет согласиться с выводом, что субъективный характер избирательного права выражается в том, что, «во-первых, они принадлежат личности, а во-вторых, выступают как вид и мера ее возможного правового поведения».[27] Возможность правового поведения (правовая возможность), означает:
1) возможность принимать участие в выборах (активное избирательное право) или возможность быть избранным (пассивное избирательное права);
2) возможность правового бездействия при осуществлении активного или пассивного избирательного права;
3) возможность требовать от обязанных лиц создания надлежащих условий для осуществления избирательных правовых возможностей;
4) возможность обладателя избирательных прав прибегнуть к помощи государства за защитой избирательных возможностей.[28]
Позитивное (положительное) право существует в форме упорядоченной (систематизированной) совокупности письменных юридических документов (источников права в объективном смысле), в которых сформулированы признанные в качестве обязательных к исполнению правила поведения, регламентирующие конкретные избирательные действия и процедуры, содержание которых составляет субъективное избирательное право или право в субъективном смысле.[29] Таким образом, соотношение объективного и субъективного избирательного права следует рассматривать как соотношение формы и содержания публичного политического права. Объективное избирательное право является источником субъективного избирательного права и включает в себя совокупность юридических норм, определяющих права, обязанности и ответственность участников избирательного процесса на всех стадиях его организации и осуществления.
Из приведенных определений избирательного права следует, что в юридической литературе его принято рассматривать, как гарантированное государством право граждан участвовать в выборах, и в данном контексте различают активное и пассивное избирательное право.
Активное избирательное право определяется как прямое или опосредованное (косвенное) право граждан обладать при достижении установленного законом возраста решающим голосом в избрании членов выборных органов государственной власти и местного самоуправления либо «принимать участие в отзыве членов и руководителей выборных органов».[30] В Российской Федерации активное избирательное принадлежит гражданам, достигшим 18 лет, место жительства которых расположено в пределах избирательного округа. В соответствии со ст. 32 Конституции это право возникает при отсутствии обстоятельств, исключающих участие граждан в выборах (недееспособность, нахождение в местах лишения свободы по приговору суда). Активное избирательное право реализуется путем голосования гражданина на выборах либо во время кампании по отзыву избранного лица, а важнейшей предпосылкой его реализации является включение гражданина в соответствующие списки избирателей.
Пассивное избирательное право – право граждан, достигших на день выборов установленного законом возраста быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления. Базовые условия осуществления активного и пассивного избирательного права во многом совпадают.[31] Между тем пассивное избирательное право имеет боле сложный правовой режим «и, в отличие от активного избирательного права, характеризующегося режимом наибольшего электорального благоприятствования, более ограниченный характер, который в основном связан с возрастными критериями и, в некоторых случаях, с дополнительными ограничениями… В отличие от активного избирательного права…, для реализации пассивного избирательного права, в том числе права выдвигать свою кандидатуру на выборах в порядке самовыдвижения, недостаточно лишь волеизъявления лица, желающего быть кандидатом, - лицо должно отвечать определенным требованиям, установленным непосредственно Конституцией…».[32] Соответственно, в отличие от активного избирательного права, пассивное реализуется в первую очередь самим кандидатом, при поддержке гораздо меньшего числа граждан, но посредством более сложной процедуры и может завершиться избранием кандидата.[33]
По мнению употребление в зарубежной и отечественной науке понятий «активное» и «пассивное» избирательное право едва ли может быть признано удачным. Правильнее было бы, по мнению автора, говорить о двух разновидностях избирательного права: о праве избирать и праве быть избранным. «Данная замена понятий оправдана не только с точки зрения русского языка, они понятны для всех россиян и не требуют каких-либо разъяснений. Более того, в период феодализма в ряде государств граждане делились на активных и пассивных. Даже в первой Конституции Франции 1971 г. граждане делились на активных и пассивных. Активные были наделены всем комплексом прав, а пассивные в ограниченно объеме. Стоит ли сейчас пользоваться этим архаизмом?».[34]
Данное критическое замечание автора не имеет теоретического, а также практического значения. Понятия «активное» и «пассивное» право необоснованно отнесены к категории архаизмов, так как изначально в теории отечественного права употреблялись в существующем на сегодняшний день значении, т. е. как право избирать и право быть избранным.
Не претендуя на определение понятия «избирательного права» позволю отметить, что оно является совокупностью конституционно-правовых норм, юридической системой, образующей важнейшую составляющую конституционного права Российской Федерации. Очевидно, при этом, что выборы – политический институт и процесс в рамках избирательного права как юридической системы, т. е. выборы – это фактическая сторона организации власти, осуществления принципов политической свободы в области организации и функционирования власти. Как справедливо заметил : «Политические права граждан, записанные в Конституции, есть юридическая форма политической свободы».[35] Это позволяет одновременно рассматривать избирательно право как отрасль публичного права, непосредственным образом связанную с политической деятельностью.
Так называемая политическая (публичная) составляющая избирательного права и обуславливает возможность его рассмотрения в двух измерениях – формально юридическом и политико-правовом. Хатченкова рассматривает «избирательное право» в формально-юридическом смысле, как кодекс гарантий развития политической свободы граждан в публично-правовой сфере общественных отношений, т. е. в отношениях населения и власти. В политико-правовом смысле как каталог прав и обязанностей избирателей.[36] Аналогичной точки зрения придерживается и , определяя, что в формальном смысле национальное избирательное права представляет собой кодификацию юридически признанных условий и гарантий становления и развития политической свободы граждан в публично-правовой сфере общественных отношений. Юридическое значение его заключается в том, что оно вносит определенность в их взаимные отношения и ставит границы вмешательства государства в жизнь политического общества и, наоборот, защищает само государство от несанкционированных действий граждан в процессе формирования и осуществления власти. В политико-правовом смысле национальное избирательное право представляет собой каталог прав и обязанностей, которыми наделяются индивидуальные и коллективные участники избирательного процесса на отдельных стадиях его организации и проведения.[37]
По мнению указанный подход к определению «избирательного права» не может рассматриваться серьезно, поскольку с редакционной точки зрения неправомерно называть избирательное право кодексом гарантий и каталогом прав избирателей, а с содержательной и правовой точки зрения он не вписывается в научные рамки.[38] Возможно, следует согласиться с в некачественности указанных определений в части редакционного и правового критериев их оценки. В свою очередь, с позиции теоретической значимости, по своему содержательному наполнению данные определения являются логичными и полными. Избирательное право и избирательный процесс определяют (отражают) политологические, социологические, культурно-исторические характеристики власти, ее структуру взаимоотношений между личностью и государством. Избирательное право и ее система позволяют просматривать не только декларируемую, но и реальную политическую структуру, ее институты, нормы, ценности и правосознание общества и государства.
Правильной представляется, в этой связи, характеристика избирательного права, данная : «Являясь совокупностью конституционно-правовых норм, избирательное право образует важную составную часть конституционного права Российской Федерации, его важнейший институт и регулирует такие важные общественные отношения, как отношения, складывающиеся при выборах Президента Российской Федерации, депутатов законодательных (представительных) органов власти Федерации и ее субъектов, а также при выборах в исполнительные органы власти и органы местного самоуправления».[39] Таким образом, избирательное право обосновано определяется как совокупность конституционно-правовых норм,[40] регулирующих наиболее важные общественные отношения, отношения возникающие при выборах депутатов,[41] а также регламентирующих право конкретного гражданина избирать и быть избранным.
Итак, одни авторы рассматривают избирательное право как правовую категорию, определяя ее как систему правовых норм, сформулированных в законодательных и иных нормативных правовых актах, регулирующих общественные отношения, деятельность субъектов, устанавливающих их права и обязанности в сфере отправления власти народа.[42] Другие не дают определения избирательному праву, но приводят понятие «выборы», понимая под ним совокупность правовых норм, регулирующих процесс избрания кандидатов в представительные органы и на выборные должности.[43] Третьи относят избирательное право к числу основных институтов конституционного права, состоящего из правовых, санкционированных законом правил и сложившихся на практике обычаев, регулирующих порядок предоставления гражданам права участия в выборах и способ формирования представительных органов власти.[44] Остальные к категории отношений, регулируемых конституционно-правовыми нормами избирательного права справедливо относят отношения, возникающие при реализации гражданами права на участие в референдуме.[45] Неслучайно, что в ч. 3 ст. 3. и в ч.2 ст. 32 Конституции Российской Федерации говориться не только о выборах, но и о референдуме как высшем непосредственном выражении власти народа, о праве граждан на участие в референдуме.
Вопрос об отнесении права избирать, права быть избранным и права на участие в референдуме и избирательным правам практически не вызывает споров. Чего нельзя сказать об отзыве как одной из форм досрочного прекращения полномочий депутата (выборного должностного лица). Зиновьев рассматривает избирательное право как совокупность юридических норм, закрепляющих права граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти, а также право отзыва избирателями избранных лиц, не оправдавших их доверия.[46] возражает против такого подхода к определению понятия «избирательное право». Это понятие, по мнению автора размывает объект регулирования и без достаточных на то оснований относит к нему вопросы отзыва. Выборы и отзыв, как утверждает , обладают определенным сходством, обусловленным их принадлежностью к правовым формам непосредственной демократии, которые, однако, нельзя рассматривать как однопорядковые, в том числе и с точки зрения механизма юридической регламентации. Они являются самостоятельными институтами народовластия. В первую очередь, выборы – это императивный институт народовластия, необходимость свободного и периодического использования которого прямо предусмотрена Конституцией России и федеральным законодательством, в то время как отзыв депутата (выборного должностного лица) не рассматривается ни Конституцией, ни федеральными законами в качестве обязательного условия их статуса. Во вторую очередь, если выборы являются необходимым атрибутом народовластия, регулярно востребуемым государством и обществом в строго фиксированные сроки, обеспечивающие реальную их периодичность, то институт отзыва, даже будучи закрепленным законодательно, выступает в качестве факультативного инструмента демократической организации государственной власти, вследствие чего его фактическое применение не является обязательным. В третью очередь, оценивая выборы и отзыв с юридической точки зрения, невозможно не увидеть, что основания, технология, строки и последствия их использования характеризуются различиями.[47]
отвергая позицию говорит о недопустимости отождествления двух основных форм демократии – непосредственной и представительной. Непосредственная демократия, по мнению , называется так ввиду того, что осуществляется минуя органы государства посредством референдума. Представительная демократия реализуется избирателями через своих представителей – депутатов и иных избираемых лиц. Избиратели поручают и доверяют им осуществлять от своего имени государственную власть и нести ответственность за данную деятельность перед ними. Поэтому, как считает , нельзя право отзыва выводить из сферы избирательной системы и норм избирательного права.[48]
Следует отметить, что институт отзыва, сформированный в Западной Европе (Германия XII в., Франция - XIX в.), в начале XX в. возник в России, и как элемент императивного мандата (наряду с наказами избирателей депутатам, обязательностью их отчетов перед избирателями) существовал в Советском государстве. Активным сторонником императивного мандата был , который неоднократно подчеркивал: «Какое бы то ни было выборное учреждение или собрание представителей может считаться истинно демократическим и действительно представляющим волю народа только при условии признания и применения права отзыва избирателями своих выборных. Право отзыва необходимо еще и для того, чтобы интересы удержания своих мандатов не могли противодействовать осуществлению воли народа на отзыв его представителей.».[49]
В Советском государстве действовало соответствующее законодательство об отзыве депутатов. В Законе СССР от 01.01.01 года «О порядке отзыва депутатов Верховного совета СССР» право отзыва депутатов характеризовалось как одно из основных положений социалистического демократизма, влекущие за собой подотчетность избирателям.[50]
В современной литературе и законодательной практике отношение к отзыву неоднозначное. До недавнего времени считалось общепризнанным, что императивный мандат депутата слагается из трех элементов: наказы, отчеты и отзыв. И сейчас некоторые российские ученые придерживаются этого стереотипа, но есть и такие кто вообще отрицает императивный мандат. Так, в начале 90-х годов саратовские авторы и отказались от института отзыва депутатов. Аргументировалось это тем, что «отмена права отзыва повысит ответственность депутата в выборе определенной позиции, а значит, сделает его более свободным. Такая отмена повысит ответственность и самих избирателей, которые будут знать, что выбирают депутатов на все пять лет. Это заставит их тщательнее, качественнее избирать из кандидатов именно достойного. Наличие же права отзыва в какой-то мере «расслабляет» избирателей при голосовании, создавая потенциальную возможность «в случае чего» держать за эту «ниточку» и должным образом наказать непокорного, неугодного для каких-то групп депутатов».[51] Таким образом, суть данного аргумента против отзыва сводится к тому, что право отзыва становиться орудием давления избирателей на неугодного, инакомыслящего депутата.[52]
Данная позиция нашла свое отражение в законодательстве: Конституция РФ 1993 года упразднила это право избирателей. Отсутствует оно в действующих федеральных законах (применительно к выборам Президента Российской федерации и депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации).
Таким образом, в современных условиях на федеральном уровне императивный мандат стал свободным. Свободный мандат освобождает депутатов законодательного (представительного) органа публичной власти или выборное лицо от ответственности перед избирателями своего округа, так как они считаются представителями всей нации (народа) и потому отвечают только перед народом.
Между тем, Федеральным законом от 6 октября 2003 года «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (с последующими изменениями и дополнениями, гарантируется избирателям возможность отзыва депутатов представительных органов и должностных лиц выборных органов (ст. 24).
Отзыв получил свое законодательное закрепление в конституциях и уставах некоторых субъектов Российской Федерации, уставах их муниципальных образований. В их развитие во многих субъектах были приняты специальные законы о порядке отзыва, как меры конституционно-правовой ответственности депутатов и выборных должностных лиц. Так, например, Законы Республик Алтай, Бурятия, Дагестан, Северная Осетия-Алания и других субъектов.
Данное право субъектов Федерации вытекает и из анализа норм Федерального закона от 6 октября 1999 года «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации». Хотя такое право прямо не было предоставлено субъектам Федерации в отношении депутатов, однако было признано, что законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта РФ устанавливает порядок проведения выборов в законодательный орган государственной власти субъекта Федерации (ч.1 ст. 5).
Одновременно, в указанном законе содержалось прямое указание на право отзыва высших должностных лиц органов исполнительной власти субъектов (п. «к» ч. 1 ст.19). Однако в связи с изменением порядка формирования органов исполнительной власти субъектов РФ (высших должностных лиц исполнительной власти) институт отзыва указанного лица упразднен.
Большую роль в признании института отзыва сыграл Конституционный Суд Российской Федерации, рассмотревший в декабре 1996 года дело о проверке конституционности Закона Московской области от 01.01.01 года «О порядке отзыва депутата Московской областной Думы», суть которого заключалась в следующем. Избирателями одного из округов Московской области в соответствии с указанным Законом была применена процедура отзыва в отношении депутата Московской областной Елисеевой. Последняя с таким решением не согласилась и обратилась за защитой своих прав в суд, посчитав незаконным применение по отношению к ней положений упомянутого закона. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации направила в Конституционный Суд Российской Федерации запрос о проверке конституционности примененного к закона.
выделил два момента. Во-первых, Конституционный Суд РФ фактически вышел за пределы предмета запроса, рассмотрев вопрос о допустимости самого института отзыва депутата. Как это видно из особых мнений судей , , в этом вопросе мнения судей разошлись. Первые трое судей выступали против института отзыва на том основании, что он противоречит основам конституционного строя (), что он не согласуется с ролью и назначением представительной системы в демократическом государстве (, ).
, напротив, настаивал на допустимости отзыва. Он является одним из институтов непосредственной демократии, выступает формой реализации конституционного права граждан на управление делами государства, расширяет возможность граждан по формированию дееспособного, авторитетного состава представительных (законодательных) органов власти, служит гарантией усиления позитивной юридической ответственности депутатов. В этой связи в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации[53] четко определено, что отсутствие на федеральном уровне «отзыва депутата не препятствует в настоящее время установлению этого института законом субъекта Федерации».
Разделяя эти выводы, указывает, что противники отзыва отождествляют два взаимосвязанных, но различных по содержанию явления: функционирование и ответственность органов представительной системы и деятельности и ответственности отдельно взятого депутата представительного учреждения. Это, по мнению автора, разные вещи. Отзыв того или иного депутата фактически не оказывает влияния на функционирование указанного органа в целом. Во-вторых, Конституционный суд Российской Федерации справедливо обратил внимание на необходимость более четкого формирования в законодательстве субъекта Федерации оснований отзыва депутата.[54]
Безусловно, между выборами, референдумом и отзывом много общего, так как они все выражаются в непосредственном волеизъявлении граждан, обладающих избирательной правосубъектностью и потому выступает конституционной формой непосредственной демократии, будучи особым началом участия граждан в управлении делами государства. Как проявление непосредственной (прямой) демократии они связаны с процессом формирования и нормального функционирования органов представительной и исполнительной власти, соответствующих выборных должностных лиц. Они связаны общим способом волеизъявления – свободное голосование, схожими процедурами голосования и его правовыми последствиями. Решение избирателей является окончательным и не подлежит утверждению со стороны какой-либо государственной или муниципальной инстанции.[55]
В этой связи следует согласиться с утверждением о том, что избирательное право граждан – понятие комплексное. Его образуют (при всей условности терминологии) выборное, референдумное и отзывное право,[56] а так же с мнением о том, что «Выборы депутатов и их отзыв – это две стороны одной и той же медали – свободы. Несомненно, без права свободы отзыва ущербна свобода выборов. Вне всякого сомнения, право отзыва выборных лиц является неотъемлемой частью избирательного права и важнейшим составляющим элементом гарантий избирательных прав граждан. Во всяком ином подходе к праву отзыва сказывается, прежде всего, политика и, в меньшей мере, заблуждение».[57]
Но продолжим анализ содержания избирательного права в части соотношения категорий «избирательное право» и «избирательная система». Анализ работ отечественных и зарубежных авторов, посвященный вопросам «избирательного права» и «избирательной системы» наглядно демонстрирует различные подходы к данной проблематике. Так, отождествляет понятия «избирательное право» и «избирательная система», определяя их как суть одного и того же понятия.[58] Аналогичного мнения придерживаются и другие авторы. характеризует указанные два понятия как собирательные, включающие в себя пять различных подсистем, устанавливающих порядок избрания Президента Российской Федерации, депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, глав администраций субъектов Российской Федерации, депутатов законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления. Каждая из данных подсистем, по мнению , регулируется отдельными правовыми актами, при существовании общих для всех источников права. Различия между ними проявляются при определении права быть избранным, порядка определения результатов голосования и иных условий.[59] Другие авторы констатируя и раскрывая их связь, тем не менее не отождествляют их, рассматривая избирательную систему как совокупность общественных отношений, возникающих в процессе формирования органов государственной власти в целом (содержание), а избирательное право как совокупность норм, регулирующих наиболее существенные из этих отношений (правовая форма выражения данных отношений).[60] Третьи рассматривают избирательное право как регулятор избирательной системы.[61] Четвертые определяют избирательную систему как комплексное понятие, включающее в себя, как составную часть, избирательное право.[62]
В целом, дискуссия сводится не столько к содержанию указанных категорий, сколько к возможности их соотношения как целого и частного. Так авторы, определяющие избирательное право и порядок определения результатов выборов (мажоритарный и пропорциональный методы определения результатов выборов) как составные части избирательной системы, отождествляют избирательную систему с правовой системой, соответственно состоящей из упорядоченной совокупности элементов. Между тем, аргументация правильности такого подхода сводится к тому, что все элементы слиты воедино. Такую аргументацию нельзя признать удачной. Речь не идет об упорядоченности, взаимозависимости, единстве и других признаках системы, речь идет о содержании понятия «избирательная система», ее качественном наполнении.
В этой связи обоснованным является определение избирательной системы, в широком смысле, как системы общественных отношений, связанных с выборами органов публичной власти; и в узком смысле как способ определения, результатов голосования.[63] В этой связи, справедливо определяет объектом регулирования избирательного права – власть, осуществляемую в государственно-правовых формах и формах местного самоуправления.[64]
Между тем признает неудачным данное утверждение, рассматривая в качестве объекта избирательного права отношения, возникающие в процессе формирования органов государственной власти и местного самоуправления.[65] Однако если отношения это объект избирательного права, то, что следует рассматривать в качестве предмета правового регулирования?
Важным является вопрос об определении места избирательной системы и избирательного права в системе права. Как правило, избирательное право ассоциируется с институтом,[66] под отраслью[67] или самостоятельной отраслью права.[68] рассматривает избирательное право как отрасль публичного политического права.[69] как специальную отрасль, в том числе по поводу организации людей и их взаимоотношений между собой.[70] полагает, что избирательное право не образует самостоятельной отрасли права, а его предмет является частью предмета конституционного (государственного права).[71] высказывает мнение, что объективное избирательное право представляет собой подотрасль конституционного (государственного) права и со временем сможет развиться в самостоятельную отрасль права.[72]
В свою очередь отмечает, что для подобной трансформации избирательного права нет объективных предпосылок, оно всегда будет, если не составной частью избирательной системы, то политико-правовым институтом конституционного права России, так как отрасль права отличается одна от другой предметом, методом и объектом правового регулирования.[73]
Избирательное право есть составная часть избирательной системы. Они находятся в органическом единстве, исключающем их отнесение к различным правовым институтам конституционного права, в противном случае одно без другого лишается смысла. Между избирательной системой и избирательным правом существует неразрывная связь, не позволяющая их ни противопоставлять, ни отождествлять.[74] Чтобы объединить определенную группу правовых норм в самостоятельную отрасль права решающие значение имеет ответ на вопрос, способны ли эти нормы в комплексе урегулировать соответствующий круг общественных отношений.[75] определяет, что избирательная система шире избирательного права. Создание же отдельной отрасли избирательного процессуального права нецелесообразно, в свою очередь процессуальные нормы хорошо укладываются в рамки избирательной системы.[76]
Анализ указанной дискуссии позволяет сделать вывод, что избирательное право и избирательная система, как самостоятельные правовые категории тесно связаны между собой. Между тем, подробно не раскрывая концептуальную составляющую указанной дискуссии, и не претендуя на определение понятий «избирательное право» и «избирательная система» следует отметить, что избирательную систему можно рассматривать как самостоятельное политико-правовое явление юридической действительности аккумулирующее однородные общественные отношения, связанные с выборами органов публичной власти (избирательная система в широком смысле), и характеризующее способ (порядок) определения результатов голосования (избирательная система в узком смысле). В данном контексте избирательная система регулируется нормами объективного избирательного права, как отдельного правового института конституционного права.
ПРИМЕЧАНИЯ:
[1] Самсонов средства защиты избирательных прав граждан. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. Волгоград. 2000. С.6.
[2] Баглай право зарубежных стран/ Под общ. ред. , ,
М., 1999. С. 350.
[3] , , Конституция Российской Федерации. СПб., 1995. С. 94-95 и др.
[4] Самсонов средства защиты избирательных прав граждан. Автореф. дисс… канд юрид. Наук. Волгоград 2000 С. 350 и др.
[5] Сравнительное конституционное право. М., 1996. С. 368.
[6] Там же С. 368.
[7] , Поляшова система России: теория, практика и перспективы. Издательство «Юридический центр Пресс», 2003. С. 41.
[8] Там же С. 41.
[9] Конституционное право зарубежных стран / Под общ. ред. , , М., 2000. С. 188.
[10] Зиновьев же. С. 42.
[11][11] Кочев право. Общие понятия и институты. Пермь, 1999. С. 144-145; конституционные средства защиты избирательных прав граждан. Автореф. дисс. канд. юрид. наук Волгоград 2000. С.8.
[12]Самсонов средства защиты избирательных прав граждан. Волгоград, 2000, С.12.
[13] , Туманов энциклопедия конституционного права. М., 1998. С. 160-164.
[14] Козлов право и избирательные системы. В кн.: Конституционное право. Учебник. Под ред. . – М.: Новый юрист, 1998. С.333.
[15] Арановский право зарубежных стран. – М.: Форум – Инфа – М., 1998. С. 292.
[16] Самсонов. же. С. 26.
[17] Например, ст. Уголовного кодекса Российской Федерации, ст. ст. 5.1. –Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. В зарубежном праве существуют случаи обратного характера, когда уголовно-правовые санкции устанавливаются избирательными нормами. Например, в Избирательном кодексе Франции содержится перечень уголовно-правовых норм, предусматривающих разнообразные составы преступлений и проступков, возможных в избирательном процессе. Санкциям в Кодексе отведена глава. См.: конституционное государственное право зарубежных стран. Т. 1-2. С 363.
[18] Кочев право. Общие понятия и институты. Пермь, 1999. С. 144-145;
[19] Чечот право и формы его защиты. Ленинград, 1968. С 16-17
[20]Заботин права граждан Российской Федерации и роль органов внутренних дел в их реализации. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. М., 2001. С. 9-10.
[21] , Ищенко в первый раз. М., 1999. С. 8. и др.
[22] Самсонов средства защиты избирательных прав граждан. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. С. 8.
[23] Зиновьев . Соч. С. 43.
[24] Воеводин статус личности в России. М., 1997. С. 156.
[25] Самсонов. . Соч. С. 38-39.
[26] Матузов . Права. Демократия. Теоретические проблемы субъективного права. Саратов, 1972. С. 97.
[27] Зиновьев . Соч. С. 44.
[28] Самсонов . Соч. С. 40.
[29] Веденеев. восемнадцатый. Новое избирательное право. Очерки по истории выборов и избирательного права. Учебное пособие. Под ред. , , Калуга-Москва, издательство Фонд «Символ» - РЦОИТ 2002, С 684.
[30] Избирательное право и избирательный процесс в Российской 39., Зиновьев . соч. С. 44.
[31] Шергин избирательное право: условия его приобретения при выборах глав исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации// Вестник ЦИК РФ, 1996. №20. С. 46-53.
[32] , Лысенко право: понятие, принципы и система. Избирательное право и избирательный процесс в Российской Федерации. Учебник для вузов/ отв. ред. М.: Издательство НОРМА, 2003. С. 28.
[33] усматривает неточность понятия «права быть избранным» в том смысле, что пассивное избирательное право не влечет обязанности избирателей голосовать за конкретного кандидата, а предлагает право быть избранным при наступлении определенных фактов (наличия предусмотренных избирательной формулой голосов избирателей, поданных «за» данную кандидатуру; отсутствия нарушений избирательного законодательства, которые могли бы послужить основанием признания выборов недействительными и т. п. См.: Астафичев . Соч. С. 32.
[34] Зиновьев право России: проблемы теории и практики. М.: СПб., 2000 С. 150.
[35] Фарбер государственное право. Изд-во Саратовского университета, 1979, С. 182.
[36] Хатченкова право: история и современность. Тверь, 1999. С.19-26.
[37] Веденеев восемнадцатый. Новое избирательное право. Очерки по истории выборов и избирательного права. Учебное пособие. Под. Ред. , , Калуга - Москва, Издательство Фонд «Символ» - РЦОИТ. 2002. С. 683.
[38] Зиновьев . соч. С.41.
[39] , Кутафин право России. М., 1996. С.301.
[40] Там же, с. 301-302.
[41] Советское государственное право/Под ред. , М., 1980. С. 412.
[42] Конституционное право/Под ред. С.338
[43]См.: Сравнительное конституционное право/Под ред. , , М., 1996. С.368.
[44]Конституционное право зарубежных стран/ Под общ ред. , , . С.188.
[45] Самсонов средства защиты избирательных прав граждан. Автореф. дисс…канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. С.10 и др.
[46] Зиновьев право России: проблемы теории и практики. М; СПб, 2000. С.149-150; Самсонов средства защиты избирательных прав граждан. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. С.10 и др.
[47] См.: Князев российское избирательное право: понятие, принципы, источники. Владивосток, 1999. С. 19-23.
[48] Зиновьев же. С. 47-48.
[49] Ленин . Собр. Соч. Т. 35. С.106 – 107.
[50] См.: Ведомости Верховного Совета СССР, 1959. № 44.
[51] Малько мандат: прошлое и настоящее//Правоведение, 1992. №2. С.14.
[52] Будет ли у нас настоящий парламент?//Народный депутат, 1992. №7. С. 28-29; , Синюков отзыва//Народный депутат. 1992. № 8.
[53] См.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1997. № 1.
[54] Анализ рассматриваемого Постановления Конституционного Суда РФ дан в статье См.: Белкин об отзыве депутата//Правоведение, 1997. №2.
[55] Вопросы права на участие в выборах, права на участие в референдуме и права на отзыв в настоящей статье не рассматриваются, так как они составляю предмет отдельного самостоятельного исследования.
[56] Самсонов . соч. С.32.
[57] Зиновьев система России. С.49.
[58] Куприц право стран народной демократии. М., 1960. С.104.
[59] См.: Баглай право Российской Федерации. М., 2000. С.350-549.
[60] См.: Ким избирательное право. М. 1965. С. 20-27; Страшун право социалистических государств. М., 1963. С. 14-17; Уманский государственное право. М., 1960. С.404 и др.
[61] Страшун и принципы социалистического избирательного права//Ученые записки ИМО. Вып. С.206 и др.
[62] Судариков избирательно право в СССР Автореф. дисс… канд. юрид. наук. М., 1961. С.3-4; Зиновьев система России. С. 6-7; Лысцов избирательно право: от империи до федерации. Воронеж, 1998. С.125 и др.
[63] См.: Страшун и виды избирательных систем // Избирательное право и избирательный процесс в Российской Федерации. М. Норма, 2003. С.106.
[64] Веденеев избирательное право Российской Федерации: проблемы развития и механизмы реформирования//Вестник ЦИК РФ. 1997 № 2. С.78.
[65] Зиновьев . соч. С.53.
[66] Сравнительное конституционное право. С.386.
[67] Постников и пропорциональная избирательные системы: плюсы и минусы//Народный депутат. 1993. № 12. С.14.
[68] Лысенко проблемы развития российского избирательного права// Государство и право. 1995. № 8. С.14-15.
[69] . Указ. соч. С.78.
[70] Горбунов -правовые аспекты совершенствования избирательной системы в Российской Федерации на современном этапе. Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М. 2000. С.8.
[71] Заботин права граждан Российской Федерации и роль органов внутренних в их реализации. Автор. дисс… канд. юрид. наук. М. 2001. С.6; Избиратель и закон /Под ред. Щербакова , 1999. С.47.
[72] Рябов срока выборов будет нарушением Конституции. К вопросу об избирательной реформе в Российской федерации//Бюллетень ЦИК РФ. 1995. №1 (27). С. 9.
[73] Зиновьев . соч. С.54.
[74] Советское государственное право/Под ред. С.412.
[75] Лысцов избирательное право: от империи до федерации. Воронеж, 1998. С.7.
[76] Постников пропорциональная избирательные системы: плюсы и минусы//Народный депутат. 1993. №12. С.13.
