И увидел мужик красоту,
Даль окинул расчетливым взглядом,
Помолился двуперстно Христу
И сказал: «Лучше места – не надо».
(В. Ситников)
Глава I. КРАСНЫЙ ОСТРОВ
Над Красным островом – знойное солнце.
Трава, на которой сижу, оглядывая чудную панораму с угора, выгорела.
Лишь голубеют колокольчики, да пестреет угнетенный жарой конюшок, как называют борщевик.
А там, внизу, за рекой – волнуется благоухающее зеленое разнотравье. Нынче раньше обычного поспели овсяница и лисохвост, пырей и клевер, манжетка и тмин, таволга и полевица, множество других трав, присущих заливному лугу. Отсюда, от Дома культуры Морозовицы хорошо просматривается весь остров, от его правобережья, очерченного Югом, до левого ближнего берега, где струится Шарденьга.
Если смотреть вверх по течению, то видно деревню Щекино, а за лесом – Якутинскую телевышку. Остров испещрен вкрапинками кустарника и морщинами стариц. Он живет своей жизнью.
Ярко-синее небо в сочетании со светлой зеленью луга под щебетанье птиц создают ощущение умиротворенности и какого-то ожидания. Да, конечно, впереди сенокос, тяжелый, но радостный для каждого крестьянина труд. Это, как ни странно звучит, - своеобразный праздник, особенно на Красном острове, где под духмяными травами не раз зарождалась и новая человеческая жизнь. Поверить в это нетрудно, стоит вдохнуть напоенный сочными ароматами воздух…
Но есть и другие мысли. История этих мест неразрывно связана с Устюгом и более древним Гледеном. Есть что посмотреть туристу. Но вот пока еще гостей, и простых и именитых, везут через Морозовицу, чтоб осмотреть Троице-Гледенский монастырь и знаменитый иконостас собора, везут без остановки мимо Красного острова, мимо того чуда природы, благодаря которому, думаю, появился и сам Великий Устюг, и Гледен, и Морозовица, и проект Деда Мороза, и конечно, иконостас.
Что такое Красный остров для устюжан?
Это примерно то же, что Красная площадь для Москвы. Житница кормов, где почва по содержанию гумуса близка к черноземам, дающая до пяти тысяч тонн сена, это 2200 гектаров луга, способных прокормить тысячное поголовье коров. Такое обстоятельство позволило колонистам славянам содержать на заросших в те времена лесом берегах Юга, Сухоны, Двины коров, лошадей, овец, свиней, обеспечивать себя хлебом и рыбой. Город мог стать только у такой природной житницы, и он возник здесь. Это был Гледен. Устюжане же – это поселенцы, живущие в долине Юга, пойме Малой Двины и Сухоны. Гледен был лишь крепостью, где поселенцы спасались от набегов. Лишь позднее, после грабежей города, обветшания стен и после того, как Юг подмыл часть защитных сооружений, жители с горы Гледен переселились в Черный Прилук, посад, в котором соорудили свою крепость – Городище. Часть же гледенцев основала новые деревни, возможно, и Морозовицу. Впрочем, еще немало времени города существовали вместе, хотя жителей звали одинаково – устюжане. Таких случаев в русской истории немало. Взять вологодский Белозерск, основанный братом Рюрика Синеусом в девятом веке. Вначале белозеры укрепились на северном берегу озера. Теперь город стоит напротив.
Но варяги были и на берегах Сухоны, в устье Юга. Об этом свидетельствуют и скандинавские источники. По сведениям краеведа почетного гражданина Устюга Николая Михайловича Кудрина, в эстонском городе Тарту хранится труд о походах викингов, в котором говорится об их заходе в устье Юга и о том, что они встретили поселение. В скандинавских сагах Русь прозвали Гардарики – страна городов. Городов, то есть огороженных для защиты от врагов или варягов, чтоб не застали врасплох.
Само происхождение слова Гледен не так просто. По мнению академика , (на которого ссылается Кудрин), на языке местных аборигенов, зырянских племен, поселение называлось Гелдеин, - осыпь в устье реки.
По-славянски это звучало как Гледен. Вспомним, что, к примеру, Стокгольм назвали по-русски Стекольня, а Биармию стали звать Пермью.
Несомненно, что Гледен как укрепление существовал раньше Устюга и, конечно, раньше той даты, что указывает Вычегодско-Вымская летопись, согласно которой Всеволод Большое Гнездо основал в 1178 году. А его сын Константин, спустя 34 года, якобы заложил Устюг.
Чтоб понять историю, необходимо коснуться конкретных сведений из летописей. История эта очень любопытна, и, думается, создание исторического киносериала еще впереди.
Глава II. ГИБЕЛЬ КРЕПОСТИ ГЛЕДЕН
Над гледенской стороной нет ни облака,
В легкой дымке кружевной храмов облики.
Только эта тишина переменчива.
Были, были времена переменчивы,
Густо полнились леса дымом-копотью,
Замирали голоса в конском топоте.
Да, вся история Гледена и судьбы населявшего народа густо замешаны на тяжелом труде, битвах, здесь зарождались характеры.
Слишком приманчив был богатый край для новгородских ушкуйников, для татар казанских, вятчан, просто вольных людей, желающих поживиться за счет оседлых славян. Напомним, что Гледен был одним из восьми форпостов славянских на реке Юг.
Это Халезское в устье реки Шарженьга, это Кичменгский в устье Кичменьги, это Сосновец, на Ёнтале, Подгорбунское, основанное в восьмом веке, Колотовское, Осиновец, Орловец, и, наконец, сам Гледен. В нынешнем Великостюгском районе были и другие городки, например, на Лузе городок Рахлей. Осталось описание его укреплений за 1645 год.
«Городок Рахлей, окруженный с трех сторон бояраками к озеру рубле огороднями коих 33 огородни, в испод для осадного времени мшены избы, обломы и бойницы бревенчатые, из городка в башне проезжие ворота к озеру Палемскому. Да в городке был тайник и анбар казенный. В том же городке церковь Николы Чудотворца». Макет подобного городка есть в музее Подосиновца.
Так вот Гледен должен был время от времени защищаться, и потому был наготове. История сохранила множество фактов осады города, чаще нападавшие уходили несолоно хлебавши, но иногда им удавалось взять укрепление, ограбить его, жителей обложить данью.
Особо трагичен конец крепости Гледен. В 6944 году, или в 1436 от Рождества Христова, родственник Великого князя ,– «посла с Костромы великому князю разметные, а сам пойде в Галич и после по вятчан звать их на Устюг ратью» (в самом Устюге крепости еще не было). На Николин день Василий Косой был в Кичменгском Городке (19 декабря), а первого января подошел к Гледену. Девять недель Косой стоял под крепостью, но взял лишь на целованье.
Что это такое?
И сейчас по праздникам в каждом православном храме прихожане целуют крест. Это как клятва на верность христианству. Таким же образом раньше скрепляли клятвы и обещания. Вероятно, Василий Косой обещал при входе в Гледен не нарушать спокойствия граждан, не грабить. Ему поверили, и… многие были казнены.
Косой же, обрадовавшись победе, достигнутой обманным путем, возомнил себя непобедимым и решил после зимовки в Устюге совершить поход на Москву. Но в этом предприятии вышла осечка. Под Ярославлем его взяли в плен, увезли в Москву, где великий князь 21 мая велел ему «очи вынуть».
Косой стал слепым. Не забыли этого союзники его, вятчане, которые волею судьбы под Ярославлем не смогли помочь в битве Косому, опоздали. Они решили отомстить и сожгли Гледен, даже не прося выкупа, людей всех «избили», и оставшиеся «разобрелися на лес». В тот же год построено городище с крепостными стенами. Таким образом, крепость перенесена за Сухону на Черный посад. Но Гледен еще раз упоминается в летописи в 1466 году, когда устюжане «переняли» вятчан под городом под Гледеном». Те возвращались после очередного разбоя с Двины. Кстати, не раз до того вятчане и устюжане вместе грабили волжских болгар и двинян. Не раз вплоть до 1418 года, когда, соблюдая интересы московского князя, устюжане с огнем и мечом прошлись по вятской земле. Тогда у Вятки, у Рахздерихинского оврага, погибло 4000 воинов. Устюжане отступили, взяв тела убитых воевод Анфала и Нестора. Позднее на месте битвы поставлена часовня, куда вела девичья тропа из устюжских земель «поминать буйны головы». Но битва эта завершилась лишь поколение спустя разорением Гледена.
Интересно читать старые предания. Стоит упомянуть еще одно.
Начало Смутного времени. Лжедмитрий привел множество грабителей. Часть польско-литовского вольного люда дошла до Холмогор, потом решили разграбить Устюг, а поначалу зажечь слободы и Троице-Гледенский монастырь, а с горы Гледен осмотреть, как лучше воевать Городище. Устюжане во главе с воеводой Михайло Нагим сделали вылазку и отогнали их. Те послали людей, чтоб поджечь Троице-Гледенский монастырь. Устюжане на лыжах сделали еще вылазку, поймав двух поляков, и монастырь отстояли, после чего, допросив пленных, послали на поляков воеводу Гаврилу Пушкина с воинством. И побежала Литва от стен монастырских. Гнали их до Кичменгского Городка, освободив триста пленных, оставшиеся поляки бежали до Галичских пределов.
Еще из истории.
Смотрю на карту или межевой план, выполненный для музея Ольгой Борисовной Зенковой, и вижу Сухону, омывающую Гледен до 1807 года. Тогда деревня Коромыслово была на левом берегу Сухоны. В старом русле отмечены лишь три острова от Пухово до монастыря там, где сейчас поле Дресва. Параллельно идет столбовая дорога на Никольск, на острове Красном обозначены деревни и пожни. Из тех деревень: Козаково, Поневино, Отеговский Починок, Фешово, дольше других существовала последняя. Но из нее 20 лет назад, как мне сказали, выехал последний житель – Прокопий Мокиевский. Исчезли и многие деревни на коренном берегу. Это Катеринино, Стеблиха, Осечкино, Медведево и др.
Интересно также рассматривать план-схему поймы рек, напечатанную в книге «Великий Устюг». Думается, Гледен сам по себе увял бы после 1807 года, так же, как он возник в девятом веке, после того, как Сухона от Красной Горы ушла к нему на Юг.
Немного об археологии. В 1986 году в долине Юга и Малой Северной Двины работала Онежско-Сухонская экспедиция АН СССР. Открыто примерно 20 средневековых поселений, удалось даже найти селища более ранние, относящиеся к концу первого тысячелетия нашей эры. Тогда здесь обитали племена древних коми. Раскоп был сделан, и на Морозовице прямо у тропинки, ведущей в деревню Пестово, вдоль края заросшей старицы были обнаружены останки двух жилых построек. Расчищен развал печи-каменки, найдены бронзовый перстень, стеклянные бусинки, накладка от пояса, фрагменты замка, височное кольцо, с тремя металлическими бусинками – типичное украшение русских женщин XII-XIII веков. На другом участке найдены обломки стеклянных браслетов, нож, навесной замок. Это селение находилось всего в 600 м от древнего Гледена. И возникло в то же время, что и крепость Всеволода. Раскопки на Морозовице, других местах Верхней Двины позволяют считать, что конец XI века – это время колонизации славянами края, время возведения постоянных жилищ.
В хозяйствах колонистов большое значение имело скотоводство. Об этом свидетельствует анализ костей животных из раскопов, проведенный кандидатом биологических наук . И еще об украшениях. Любопытно, но некоторые украшения напоминают те, что изготовлялись на Волыни, в средней и южной Руси. Через 11 лет был раскоп соборного дворища в Устюге. Найдены подобные же предметы и даже находка эпохи неолита. Раскопки велись под руководством Ильи Валерьевича Папина из центра «Древности Севера».
Но стоит сказать, что и местные жители находили старинные предметы. В возрасте пяти лет нашел медный кинжал Василий Ситников, нашел там, где обитали стрижи на крутом берегу, там раньше протекал Юг, а теперь это недалеко от Шарденьги. Завершая историческую часть повествования о Морозовице и окружающих деревнях, стоит заметить, что население этих мест не знало ни татарского ига, ни крепостного права. В Устюге существовало вече и жил вольный народ. Если порядки кому-то не нравились, то уходили в Сибирь и дальше.
Из очерка «Морозовица - дочь Гледена» опубликованного отдельной брошюрой в 2000 году.
