Московский межевой институт в годы СССР

Государственный университет по землеустройству

Реферат по предмету: «История ГУЗа»

На тему: «Московский межевой институт в годы СССР.»

Выполнил: стгр.

Проверил:

Москва, 2007

МОСКОВСКИЙ МЕЖЕВОЙ ИНСТИТУТ В ПЕРВЫЕ ГОДЫ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ

ИНСТИТУТ В ГОДЫ РЕВОЛЮЦИИ

И ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ (1917—1921)

Начало 1917 г. ознаменовалось бурны­ми революционными событиями и свер­жением царского режима. К власти при­шло Временное правительство.

Следует заметить, что с конца XIX в. среди студентов Константиновского ме­жевого института бывали волнения. Так, в 1890 г. осенью студенты протестовали против угнетающего режима обучения в институте. Группа воспитанников оказа­ла неповиновение воспитателям. В ответ конференция института приняла реше­ние об их наказании, в том числе исклю­чении из института 12 воспитанников. Управляющий межевой частью, которо­му принадлежало решающее слово, огра­ничился исключением четырех студен­тов, в том числе -Бруевича (1873—1955), и меньшими наказаниями для прочих [12].

В объяснительном письме к директору один из студентов убедительно рассказал о царящей в институте скуке, зубрежке, вражде между воспитанниками и воспита­телями, объяснял причины, толкающие воспитанников к порочным занятиям, пьянству (ЦГАДА, ф.1360, оп.1, 378/435).

-Бруевич впоследствии стал профессиональным революционером, управляющим делами Совета Народных Комиссаров, близким соратником , ученым. Он хорошо знал землеустройство.

Родился в Москве в семье землемера. После исключения из Константиновс­кого межевого института окончил Курс­кое землемерное училище, затем рабо­тал частным землемером, а после этого в 1894—1896 гг. служил младшим земле­мерным помощником в Межевом ведомстве. В архивах имеются заявле­ния -Бруевича на имя импе­раторов Александра III (ЦГАДА, ф.1294, оп.2, 74691, л.2) и Николая II (ЦГАДА, ф.1294, оп. 75074, л.2) о прие­ме и увольнении со службы.

Знание межевого дела позволило -Бруевичу в 1919 г. оказать со­действие и получить поддержку В. И. Ле­нина в учреждении Высшего геодези­ческого управления России. Декрет о создании этого управления был подпи­сан 15 марта 1919 г. «для изучения тер­ритории РСФСР в топографическом от­ношении, в целях поднятия и развития производительных сил страны — эко­номии технических сил и денежных средств, и времени»[2].

Первым председателем коллегии Выс­шего геодезического управления (ВГУ) был профессор Межевого института, преподаватель землеустроительного про­ектирования и геодезии СМ. Соловь­ев, его сменил другой преподаватель -Бруевич — брат революци­онера, привлекший к работе в ВГУ дру­гих коллег из института: , , и др.

-Бруевич закончил Константиновский межевой институт в 1890 г., получив звание межевого инже­нера. Его фамилия была занесена на мраморную доску лучших выпускников инженерного отделения. За отличные успехи был командирован в Московс­кий университет для слушания курса по математике в 1890/91 учебном году. Не­которое время -Бруевич (1870—1956) работал старшим земле­мерным помощником в Межевой кан­целярии. В архивах ЦГАДА (ф.1284, № 000, л.9) имеется уведомление управляющего межевой частью Министер­ства юстиции сенатора , что «коллежский секретарь Бонч-Бруе-вич освобожден от обязательной службы в Межевом ведомстве за полученное на казенный счет образование в Константиновском межевом институте с заме­ной ее обязательной военной службой и исключением из чинов Межевого ве­домства» (23 ноября 1893 г.).

В 1914 г. -Бруевич был про­изведен в генерал-майоры, в 1918 г. организовывал оборону Петрограда, был назначен председателем Высшего военного совета. В этом же году подал в отставку и вернулся к педагогической деятельности, читал лекции по геодезии в институте.

С 1919 г. его деятельность связана с ВГУ, а с 1924 г.— с работой Государ­ственного технического бюро «Аэро­съемка», которое он возглавлял [11, с. 47—48], и учебно-методической дея­тельностью МИИГАиК.

В 1901—1904 гг. студенты Константиновского межевого института активно участвовали в студенческом движении, охватившем все вузы Российской Импе­рии. О революционных настроениях го­ворит такой факт: в Государственном литературном музее в дни празднования 150-летия со дня его рож­дения экспонировалось ранее неизвест­ное письмо за подписью 123 студентов Константиновского межевого института по случаю отлучения писателя от церк­ви. В нем, в частности, говорится: «Этим позорным актом она (реакция) сплетает Вам лишний венок славы, отмечает Вас как лучшего сына России. Позвольте нам, студентам Межевого института, воспользоваться данным случаем и вы­разить вместе с сожалением по поводу гнусного и бессмысленного гонения на Вас и Ваши идеи искреннее сочувствие» [И, с. 35].

Студенты института в период первой русской революции (1905—1907 гг.) принимали участие в революционном движении в Москве. На митингах в ин­ституте в октябрьские дни 1905 г. высту­пали большевики -Сте­панов, .

В одном из бюллетеней Московского комитета Российской социал-демокра­тической рабочей партии указывалось: «октября 1905 г. — Университет продолжает быть оцепленным войска­ми. В Межевом институте общий ми­тинг» [27, с. 224].

Железнодорожники узла Курской до­роги вместе с рабочими других предпри­ятий Лефортовской части г. Москвы 18 октября (по старому стилю) 1905 г. собрались на революционный митинг в Межевом институте. После бурных де­батов трудящиеся по призыву ­мана решили пойти в Таганскую тюрьму освобождать политических заключен­ных. Во время этой демонстрации про­теста Бауман был убит.

Во время похорон Баумана у Красных ворот к демонстрации присоединились студенты Межевого института. Они хоте­ли встретить процессию тремя залпами из берданок, но руководители похорон предупредили студентов, что выстрелами могут воспользоваться черносотенцы и начать стрелять в демонстрантов. Тогда «межевики» влились в ряды почетного караула, следовавшего за гробом погиб­шего большевика [34, с. 232—233].

В институте распространялись лис­товки. Среди них были и листовки орга­низационного бюро союза межевых слу­жащих. В музее института сохранилась секретная копия представления прокуро­ра Ярославского окружного суда С. Виссарионова прокурору Московской судебной палаты и министру юстиции от 01.01.01 г. за № 000 (ЦГАДА, ф. 1285, оп. 236, л. 205). В ней сказано, что в ночь на 13 мая 1907г. в г. Ярославле чинами общей полиции были произведены обыс­ки в квартирах у состоящих при Ярос­лавской губернской чертежной уездных землемеров Дерябы, Булындина и млад­шего землемерного помощника Ярослав­ской межевой канцелярии Булаха.

У Дерябы были найдены 276 экземп­ляров проекта «Устава профессиональ­ного союза межевых служащих», 260 эк­земпляров воззвания организационного бюро названного союза «К служащим межевого ведомства», 40 почтовых бан­деролей, заготовленных для отсылки в разные города России лицам Межевого ведомства, 4 протокола заседаний орга­низационного бюро союза межевых слу­жащих, состоявшихся в Москве 28—30 декабря 1906 г., протокол заседания «Временного центрального бюро» этого союза в г. Ярославле от 01.01.01 г., рукописный проект «Устава Все­российского союза землемеров», проект «Устава Восточно-Сибирского союза межевых техников» и другие материалы.

Целью союза межевых служащих, ко­торый создавался на конспиративных началах, являлась их организация для защиты и удовлетворения профессио­нальных нужд, а его центр в целях конс­пирации был переведен из Москвы в Ярославль. Ввиду наличия признаков преступления по ст. 124 Уголовного уло­жения, как сказано в представлении прокурора, эти материалы были направ­лены начальнику Ярославского губернс­кого жандармского управления.

В 1910—1911 гг. в Константиновском межевом институте опять имели место волнения, связанные с реакционной де­ятельностью министра народного про­свещения Льва Аристидовича Касео, преподававшего ранее, до 1908 г., в Ме­жевом институте гражданское право и процесс.

Следует заметить, что в то время ин­ститут не был подчинен Министерству народного просвещения и потому дей­ствия непосредственно Ме­жевого института не касались. Происхо­дившие студенческие волнения нужно считать выражением общего протеста против реакции, надвинувшейся в эти годы на Россию.

К началу 1917 г. институт имел доста­точно большой кадровый потенциал, включающий более 70 преподавателей, служащих и почти 500 студентов (табл. 22). Это был привилегированный вуз.

Однако в 1917 г. в стране создалась сложная обстановка, возникли много­численные препятствия для нормально­го хода учебного процесса. В частности, резко подорожали продукты питания, многие студенты голодали и были вы­нуждены искать работу.

Законом об установлении нового по­ложения Межевого института (Собра­ние узаконений и распоряжений прави­тельства, ст. 2683, 1916 г.) хозяйствен­ные расходы предусматривалось опре­делять в сметном порядке. В смете на 1917 г. не смогли предугадать неудержи­мого роста цен. Например, на отопление и освещение института сметой предус­матривалосьруб. В действительности, затраты на отопление и освеще­ние в ценах 1917 г. составилируб. Директору института пришлось хода­тайствовать перед Управлением меже­вой части Министерства юстиции, а уп­равляющему межевой части — перед Временным правительством о разреше­нии покрыть перерасход по хозяйствен­ным нуждам института за счет экономии средств, отпущенных на жалованье пре­подавателям.

Большие события произошли в жизни института после февральской револю­ции и накануне Октября. На экстренном заседании совета Константиновского межевого института 3 марта 1917 г. было выражено доверие Временному прави­тельству. Была создана советская комис­сия, куда вошли 7 преподавателей (включая директора ) и студенты. На заседании совета ин­ститута 15 марта 1917 г. директор доло­жил о подготовке правил для студентов. Но уже 5 мая 1917 г. на общем собрании студентов единогласно была принята ре­золюция, что «...собрание находит про­ект правил для студентов совершенно неприемлемым и предлагает выработать новые правила на началах демократиза­ции высшей школы» (ЦГАДА, ф. 1295, оп. 4, 793, 1917 г., л. 18). Еще раньше, 21 марта 1917 г., по поручению общего студенческого собрания от совета ста­рост за подписью его председателя ми­нистру юстиции нового правительства была послана теле­грамма, в которой говорилось, что Ме­жевой институт в «настоящем виде как по профессорскому составу, так и по по­рядкам, господствующим в нем, не удовлетворяет требованиям времени. Такое положение ненормально. Мы ждем Вашего содействия делу реоргани­зации института на началах свободной автономной высшей школы» (ЦГАДА, ф. 1295, оп. 4, 793, л. 22).

В январе 1917 г. советом Константи­новского межевого института был из­бран директором и утвержден в должно­сти профессор геодезии Николай Нико­лаевич Веселовский (1862—1922). Он закончил Межевой институт в 1882 г. и был занесен на мраморную доску луч­ших выпускников инженерного отделения. Еще два года обу­чался на дополнительных курсах, а после этого, до 1888 г., сначала служил земле­мерным помощником, а затем препода­вателем математики и физики в Псковс­ком землемерном училище. С 1888 г. ра­ботал в институте, преподавал геодезию. С 1905 г. — старший преподаватель (про­фессор) геодезии. С середины 1916 г., после кончины директора , исполнял обязанности директора инсти­тута, а с января 1917 г. стал выборным ректором (директором). В этой должнос­ти он проработал недолго, так как не был переутвержден Временным правитель­ством. Освобожден по личной просьбе 1 мая 1917 г. (Из 8 его детей 2 сына впос­ледствии стали известными профессора­ми МИНГАиК и МВТУ.)

В мае 1917 г. исполняющим обязанно­сти директора был назначен профессор института Константин Алексеевич Цветков (1874—1954). Это выпускник института 1896 г., известный ученый и педагог. участвовал в по­лярной экспедиции адмирала С. О. Ма­карова на судне «Ермак», при его актив­ном содействии 17 февраля 1908 г. был открыт Оптико-механический инсти­тут — первое в России учреждение по изготовлению различных геодезических инструментов и оптических приборов. С 1890 г. работал младшим, а затем стар­шим преподавателем института по аст­рономии. (С 1907 г. младшим препода­вателем по астрономии был назначен его брат, Михаил Алексеевич Цветков — непременный член Богородской уезд­ной землеустроительной комиссии, ме­жевой инженер и ученый агроном I раз­ряда, титулярный советник) [39, с. 1].

В это время в должности инспектора института был .

После февральской революции 1917 г. при участии , , и других преподавателей института были разработаны и 4 мая 1917 г. советом ин­ститута утверждены новые учебные пла­ны земельного и геодезического отделе­ний (табл. 23, 24).

Необходимость в новых планах воз­никла в связи с тем, что после свержения царизма и прихода к власти Временного правительства началась подготовка к проведению радикальных земельных преобразований. Учебный план меже­вых инженеров предусматривалось раз­делить на два направления: земельное — для обучения землемерному делу и практике крупных земельных преобразо­ваний (реформ) и геодезическое — для подготовки геодезистов, способных производить разнообразные топографо-геодезические работы, инженерно-стро­ительные изыскания и соответствующие измерения. Поэтому в учебном плане зе­мельного отделения, рассчитанном на 4 года обучения, преобладали земельно-правовые дисциплины (энциклопедия и история права; отрасли права: государ­ственное, административное, гражданс­кое, земельное, межевое и землеустрои­тельное; земельная политика; земельное дело в западных государствах), а также технолого-экономические дисциплины (сельскохозяйственная экономика и оценка земель, лесная таксация, почво­ведение и земледелие, статистика земле­делия, сельские дорожные мостовые и гидротехнические сооружения). А в учебном плане геодезического отделе­ния большое место занимали математи­ческие и физические дисциплины, гео­дезия и картография, астрономия, ме­теорология и земной магнетизм, общее начало строительного искусства, инже­нерно-геодезические изыскания и др.

Занятия по новым учебным планам на­чались 15 сентября 1917г. Первый курс института разделился на 2 отделения: зе­мельное — 39 и геодезическое — 45 чело­век. Всего в институте на четырех курсах учебу начали около 500 студентов.

После Октябрьской революции 1917 г. без колебаний встал на сторону советской власти. Своим авто­ритетом и активностью он создал в ин­ституте такую обстановку, что учебные занятия не прекращались ни на один день.

В октябре 1918 г. в Межевом институ­те были созданы три факультета (отделе­ния):

земельное (декан профессор Б. И. Сы­ромятников);

геодезическое (декан профессор );

инженерно-мелиорационное (декан профессор ).

В учебных планах геодезического и инженерно-мелиорационного отделе­ний в 1919 г. из 33 предметов 17 совпада­ли, поэтому изучались студентами со­вместно.

Землеустройство в России в это время приобретает глубокий политический смысл. Его главной задачей становится проведение в жизнь Декрета о земле, принятого 2-м Всероссийским съездом Советов 26 октября (8 ноября) 1917 г.

Перед землеустройством была постав­лена задача практической передачи экс­проприированных земель в пользование трудового крестьянства. Одним из важ­нейших положений Декрета о земле, со­ставленного на основе крестьянского наказа, была отмена в стране права част­ной собственности на землю, ее недра, леса и воды. Крестьянство получило бо­лее 150 млн га угодий, а также помещи­чий инвентарь, скот, постройки, осво­бодилось от ежегодных арендных плате­жей, достигавших 700 млн руб. Была ликвидирована огромная задолжен­ность крестьян Крестьянскому позе­мельному банку, которая в 1914 г. со­ставляла 1326 млн руб. Крестьянам пре­доставлялось право самим выбирать ту или иную форму землепользования: подворную, хуторскую, общинную, ар­тельную в соответствии с решениями, принятыми в отдельных селениях и по­селках [48].

В крайне сложных условиях первых послереволюционных лет были подго­товлены и изданы нормативные акты, в которых получили дальнейшее развитие основные положения Декрета о земле. Важнейшее значение имели декрет ВЦИК «О социализации земли», опуб­ликованный 19 февраля 1918 г., а также положение «О социалистическом земле­устройстве и мерах перехода к социалис­тическому земледелию», утвержденное ВЦИК 14 февраля 1919 г.

В первые послереволюционные годы профессорско-преподавательский со­став института участвовал в разработке российского земельного законодатель­ства. Так, например, научная работа профессора «Положение об общественной обра­ботке земли» вошла в по­ложение «О социалисти­ческом землеустройстве и мерах перехода к соци­алистическому земледе­лию».

В работе над Земель­ным кодексом РСФСР и другими нормативными актами о земле и земле­устройстве принимали участие профессора ин­ститута , , ­гин, , и др.

В положении «О соци­алистическом землеуст­ройстве и мерах перехода к социалисти­ческому земледелию» была поставлена задача — способствовать обобществле­нию единичного землепользования. В результате в России с 1918 по 1921 г. чис­ло коммун возросло с 975 до 3313, сельс­кохозяйственных артелей — с 604 до, товариществ по совместной об­работке земли — с 622 до 2514. В 1921 г. всего было коллективизировано 227,9 тыс. крестьянских дворов (около 1 %), а зе­мельная площадь обобществленных хо­зяйств составляла 1 млн 223,4 тыс. деся­тин. За период с 1918 по 1921 г. возросло и число совхозов — с 3101 до 4391, общая площадь которых превысила 2 млн де­сятин. В этот период основным содержанием землеустройства был отвод земель коллек­тивным и советским хо­зяйствам.

Периоде 1917 по 1921 г. характеризовался частой сменой ректоров инсти­тута. В связи с новыми выборами уже с 9 октября 1918 г. должность ректора стал исполнять Никанор Матвеевич Кислов (1859— 1928). Выпускник инсти­тута 1881 г., он первым был занесен на мрамор­ную доску лучших воспи­танников инженерного отделения. Был оставлен на дополнительных кур­сах, в Московском университете изучал математику, экспериментальную и мате­матическую физику, учился у знаменито­го физика — профессора . С 1885 г. штатный преподаватель инсти­тута, а с 1904 г. старший преподаватель (профессор) математики, астрономии, метеорологии, земного магнетизма. В дальнейшем стал основателем отече­ственной школы прикладной оптики и оптического приборостроения.

С февраля по июнь 1919 г. обязаннос­ти ректора института исполнял Михаил Николаевич Сергеев (1883— 1963), а с июня 1919г. по март 1921 г.—извест­ный ученый Феодосии Николаевич Красовский (1

в 1900 г., окончив институт с золотой медалью, был остав­лен на дополнительных курсах, стажиро­вался на Главной астрономической об­серватории в Пулкове. С 1903 г. млад­ший, с 1911 г. старший преподаватель, а с 1916 г. ординарный профессор институ­та. С 1917 г. до конца жизни заведовал ка­федрой высшей геодезии Московского межевого института, а затем МИИГАиК. Был директором в ЦНИИГАиК, замес­тителем начальника ВГУ, членом колле­гии ГУГК. Его именем названы эллипсо­ид, школа в г. Галиче, ЦНИИГАиК.

В 1917 —1918 гг. Императорский Константиновский межевой институт стал называться сначала Межевым, а за­тем Московским межевым институтом.

Перед институтом была поставлена за­дача—в сравнительно короткие сроки подготовить высококвалифицирован­ных специалистов-землеустроителей, способных осуществить социалистичес­кие преобразования в области земле­пользования, землеустройства и сельс­кохозяйственного производства. Однако на пути выполнения этой задачи возни­кали определенные трудности, вызван­ные революцией, разрухой и начавшей­ся гражданской войной, крайне недо­статочным финансированием высшего образования, постоянными скачками цен и общей нестабильностью. Труд­ность заключалась и в неоднородности профессорско-преподавательского со­става по идеологическому мировоззре­нию, научному уровню, происхождению и образованности. Многие профессора и преподаватели придерживались класси­ческих (впоследствии названных «бур­жуазными» и даже «вредительскими») концепций развития землепользования и землеустройства, другие проповедова­ли новое, пролетарско-крестьянское на­правление, основанное на разрушении вековых форм землевладения и земле­пользования, трудового крестьянского хозяйства и переходе к коллективным формам ведения производства.

Был взят курс на изменение социаль­ного состава преподавателей и студен­тов. Нужно было подготовить научно-педагогические кадры, преданные со­ветской власти, способные успешно решать проблемы землеустройства, опи­раясь на марксистско-ленинское учение о земле, а также привлечь на учебу в ин­ститут детей из рабочих, крестьян, тру­довую интеллигенцию. Быстро решить этот вопрос было невозможно из-за ма­лограмотности населения. Потребова­лись определенное время и соответству­ющая подготовительная работа.

В 1918 г. был разработан новый Устав института. В его основу были положены следующие принципы: пролетаризация студенчества и создание советских науч­но-педагогических кадров, приближе­ние учебных программ к запросам совет­ского землеустройства, современного этапа преобразования землепользова­ния и землеустройства [32, с. 6].

В январе 1919 г. в институте была орга­низована ячейка Российской Коммуни­стической партии большевиков, кото­рая стала руководить всей студенческой жизнью и повела за собой преподавате­лей и студентов. Видное место в коллек­тиве заняли преподаватели и профессо­ра-коммунисты , П. А. Ко­бозев, , . К работе в институте при­влекались также ^академик ­жановский — сор'атник , видный деятель Советского государства, революционер .

После революции в институте на зем­леустроительном факультете продолжали преподавать многие старшие профессо-ра-земельники — , И. Б. Но­вицкий, , и др. Чуть позже к ним присоединились профессо­ра и преподаватели новой советской школы землеустройства: , , И. Д. Шу-лейкин, и др.

К работе на геодезическом отделении были привлечены впоследствии акаде­мики (с 1918 г. про­фессор, заведующий геологическим ка­бинетом, лектор по геологии и гидроло­гии, с 1920 г. заместитель ректора), (в 1922 г. читал курс «Регулирование водного стока. Мос­ты»), (с 1922 г. читал лекции по геологии), ­кий (профессор, с 1924 г. читал курс «Составление и редактирование карт. Организация географо-геодезических обследований», с 1917 по 1931 г. — прези­дент Географического общества СССР). В 1918—1930 гг. географические дисцип­лины в ММИ преподавали видные уче­ные, профессора Московского универ­ситета , (впоследствии член-корреспондент АН СССР), , . В 1923 г. ра­ботавший в институте доцент ­рианов выполнил рисунок Государ­ственного Герба СССР. Он был также конструктором первого отечественного светящегося компаса (1907г.), организа­тором первой советской картографичес­кой фабрики (1919 г.), автором художе­ственного оформления первого «Атласа СССР» (1928 г.), защитного шрифта Гознака (1928 г.), основателем учебных дисциплин «Составление, оформление и издание карт» и картографических ла­бораторий института (1920 — 1937 гг.).

В 1919 — 1920 гг. земельный факультет ( был закрыт, так как Главпрофобр принял решение, что он «не может быть отнесен к высшим техническим учебным заведе­ниям» (ЦГАОР, ф. 1565, on. 4, ед. хр. 67, л. 47). Его заменил созданный в 1919 г. землеустроительный факультет (одно время он назывался факультетом земле­устройства и переселения). Первым де­каном его стал профессор ­гин, вторым — профессор .

Первый учебный план землеустрои­тельного факультета был разработан под руководством профессоров -совского, и представ­лял собой синтез земельно-правовых, инженерно-технических и экономичес­ких дисциплин. Учебные планы земле­устроительного и геодезического фа­культетов в 1919 г. в целях ускорения вы­пуска инженеров-землеустроителей и инженеров-геодезистов были рассчита­ны по общему для всех вузов распоряже­нию Главпрофобра на 3,5 года обучения при 48-часовой недельной нагрузке. Од­нако уже с 1923 г. были опять введе­ны 4-годовые учебные планы.

В 1919г. для чтения лекций по теоре­тической астрономии и гравиметрии был приглашен профессор МГУ , впоследствии акаде­мик, внесший существенный вклад в подготовку инженеров-геодезистов.

ЗЕМЛЕУСТРОИТЕЛЬНЫЕ ОРГАНЫ И ПЛАНЫ ПОДГОТОВКИ ЗЕМЛЕУСТРОИТЕЛЬНЫХ КАДРОВ В 1921—1930 гг.

В 1921 г. гражданская война в России закончилась. Страна на основании ре­шений X съезда РКП(б) в марте 1921 г. перешла от политики военного комму­низма к новой экономической политике (нэпу), повлиявшей на решение вопро­сов землепользования, землеустройства и землеустроительного образования.

С марта 1921 г. по 30 января 1924 г. в должности ректора института работал Сергей Александрович Новиков, окон­чивший в 1915 г. физико-математичес­кий факультет Московского универси­тета по специальности «Биология». Он был членом РКП(б). Все последующие ректоры института до его разделения в 1930 г. также были членами Компартии. В 1921 г. по инициативе ячейки РКП (б) в институте был открыт рабочий факуль­тет, на котором обучались в 1925/26 учебном году 576 студентов дневного и 191 студент вечернего отделений. Его де­каном стал профессор (ЦГИАМ, ф. 1905, оп. З, ед. хр. 392), впоследствии академик, известный уче­ный в области транспорта. В ноябре 1921 г. этому факультету было присвое­но имя видного деятеля Коммунисти­ческой партии и Советского правитель­ства . В конце года посетил Московский межевой институт.

Формировались новые землеустрои­тельные органы. Как известно, дорево­люционная организация землеустрои­тельных учреждений была следующей. Межевая часть входила в состав Мини­стерства юстиции. Заведование всеми межевыми учреждениями лежало на уп­равляющем межевой частью, при кото­ром состояло центральное управление.

Местными межевыми учреждениями являлись губернские чертежные, кото­рые были отделениями губернских прав­лений. При губернских чертежных име­лись межевые архивы, в которых храни­лись межевые дела данной губернии.

В 1905 г. было образовано Главное уп­равление землеустройства и земледелия, а в 1906 г. — Комитет по землеустрои­тельным делам в центре, губернские и уездные землеустроительные комиссии на местах. Непосредственное ведение всех землеустроительных дел было воз­ложено на уездные комиссии и их не­пременных членов. При каждой губерн­ской землеустроительной комиссии со­стоял технический штат производителей землеустроительных работ — старших землемеров и землемеров. Весь техни­ческий персонал подчинялся губернско­му землемеру, который заведовал земле­устроительными работами в губернии.

После февральской революции поста­новлением Временного правительства от 01.01.01 г. были учреждены зе­мельные комитеты «для подготовки зе­мельной реформы и для разработки неотложных временных мер». Поэтому не случайно образованное в мае 1917г. при Межевом институте отделение, предназ­наченное для подготовки кадров земель­ной реформы, было названо земельным.

Во главе земельных комитетов стоял Главный земельный комитет, затем шли губернские, уездные и волостные. Структура комитетов и их состав отли­чались большой пестротой, в них вклю­чали представителей различных партий, крестьянских организаций, местной ад­министрации. Существовали земельные комитеты недолго. Летом 1917 г. «земле­устройство» превратилось в массовый стихийный захват крестьянством поме­щичьих земель, скота и инвентаря.

В связи с предпринятой советской властью реорганизацией правитель­ственных органов Управление межевой частью постановлением Народного Ко­миссариата Юстиции от 01.01.01 г. было передано в ведение Народ­ного Комиссариата Земледелия, создан­ного на базе бывшего Министерства земледелия. Вместе с Управлением ме­жевой частью в состав Наркомзема по­ступили и подчиненные управлению ме­стные межевые учреждения: Межевая канцелярия в Москве, губернские и об­ластные чертежные (61), межевые ко­миссии для размежевания башкирских земель (в городах Уфе, Перми и Орен­бурге), комиссии для ограничения зе­мель забайкальского казачьего войска (в Чите) и закавказская межевая часть в со­ставе межевых учреждений 5 губерний Закавказья [22, с. 19—21].

Находившиеся в ведении Управления межевой частью учебные заведения — институт и 14 землемерных училищ — были при передаче управления в Наркомзем выделены и переданы в Народ­ный Комиссариат Просвещения.

Из-за несоответствия устройства и по­рядка деятельности Управления Меже­вой частью новым условиям названное управление приказом Наркомзема от 5 января 1918 г. было упразднено и вместо него для объединения и направления де­ятельности местных межевых учрежде­ний и землемерных организаций обра­зован Центральный землемерно-технический отдел (ЦЗТО). Подбор основного рабочего персонала отдела, преимущественно из межевых инжене­ров, был завершен во второй половине февраля 1918 г. С этого времени предва­рительная разработка и последующее осуществление мер по организации зем­леустройства фактически сосредоточи­лись в ЦЗТО под руководством коллегии Наркомзема и Главного земельного со­вета (ликвидирован 9 августа 1918 г. по­становлением коллегии Наркомзема).

На Наркомзем правительство возло­жило задачи по осуществлению земель­ной реформы в связи с национализаци­ей земли, поэтому в структуре комисса­риата помимо ЦЗТО существовал также отдел текущей земельной политики, за­нимавшийся преимущественно прове­дением временного уравнительного рас­пределения нетрудового земельного фонда, и переселенческое управление, выяснявшее возможности колонизации (переселения).

В декабре 1918 г. состоялся Первый всероссийский съезд земельных отде­лов, комитетов бедноты и сельскохо­зяйственных коммун, которым был взят курс на коллективизацию земледе­лия и выработан Проект положения о социалистическом землеустройстве и мерах перехода к социалистическому земледелию, утвержденный 14 февраля 1919г.

Уже 3 мая 1919г. для осуществления намеченного и организации социалис­тического землеустройства при Наркомземе был образован Центральный отдел землеустройства (ЦОЗ), объединивший ЦЗТО, переселенческое управление и отдел землеустройства (циркуляр ЦОЗ, № 10 от 3 мая 1919 гмая 1919 г. Наркомземом было также утверждено «По­ложение о земельных отделах губернс­ких, уездных и волостных исполкомов», которое определило структуру землеуст­роительных органов на местах.

Губземотделы организовывали зе­мельные преобразования в пределах гу­берний и состояли из управления общи­ми делами и подотделов: землеустрой­ства, сельского и лесного хозяйства.

Подотделы землеустройства разделя­лись на отделение землеустройства, землемерно-техническую часть, земельно-учетное и переселенческое отделение, открываемое по мере необходимости.

В уездах землеустройство осуществля­лось уездными земельными отделами исполкомов со структурой, аналогичной губземотделам. Исполнительным орга­ном уездного земельного отдела являлся подотдел землеустройства.

На волостные земельные отделы возла­галось исполнение распоряжений выс­ших земельных органов и содействие им в проведении в пределах волости необхо­димых мероприятий. Работающие в во­лости специалисты, командированные уездным или губернским земотделами или центральными отделами Наркомзема, участвовали в заседаниях волостного земельного отдела по касающимся их вопросам с правом решающего голоса. И наконец, возлагаемые на сельские сове­ты обязанности по проведению в жизнь земельной реформы и организации сель­ского хозяйства на социалистических на­чалах исполнялись ими под непосред­ственным контролем и руководством во­лостных и уездных земотделов.

Губернские мелиоративные (гидро­технические) или другие подотделы вре­менно передавались подотделам земле­устройства.

Поддержание постоянной живой свя­зи между центральными и местными землеустроительными органами возла­галось особым наказом от 01.01.01 г. на инструкторов по землеустройству, представляющих о своей деятельности на местах отчеты Центральному отделу землеустройства.

Предполагалось, что заведующими отделами и отделениями губернских и уездных землеустроительных и земель­но-технических подразделений и их за­местителями (помощниками) должны быть межевые инженеры или техники с высшей подготовкой по межевой или геодезической специальностям. В ис­ключительных случаях, при невозмож­ности подыскать кандидата с означен­ной подготовкой, допускалось долж­ность заведующего и его помощника замещать техником со средней земле­мерной подготовкой.

Заведующие геодезическими и карто­графическими работами в губерниях, их помощники и геодезисты должны были назначаться Наркомземом из лиц, имев­ших высшую геодезическую подготовку. Все прочие должности по губернской землемерно-технической части могли замещаться лицами, прошедшими спе­циальную землеустроительную подго­товку по решению Наркомзема.

Как видно, создание системы землеус­троительных органов с целью претворе­ния в жизнь Декрета о земле и централи­зованного выполнения политических установок государства в области земле­пользования и землеустройства потре­бовало большого числа землеустрои­тельных кадров. В это время стала четко прослеживаться тенденция разделения межевиков на два направления: землеус­троительное (для осуществления зе­мельной реформы, перераспределения земель, рационального устройства тер­ритории, образования новых и упорядо­чения существующих землевладений и землепользовании и т. д.) и геодезичес­кое (для топографо-геодезического и картографического обеспечения земле­устроительных работ).

В этой связи наряду с Центральным отделом землеустройства при Наркомземе с 1919 г. начало функционировать также Высшее геодезическое управле­ние как самостоятельный государствен­ный орган по изучению территории Рос­сии в топографическом отношении.

Для осуществления положений Дек­рета о земле правительство сделало став­ку на ускоренную подготовку землеуст­роителей. По данным Наркомзема, для проведения земельных преобразований в России в 1919—1921 гг. требовалось не менее 4,5—5 тыс. землеустроителей со специальным образованием, фактичес­кое же их число в 1919 г. было чуть более 3 тыс. человек.

Средний годовой выпуск межевых ин­женеров в Московском межевом инсти­туте в 1917—1919 гг. составил только 17 человек, поэтому был взят курс на разви­тие землеустроительного образования, центром которого вновь стал институт.

Число подготавливаемых специалис­тов по землеустройству к середине 1924 г. значительно возросло. Инженеров-зем­леустроителей начали готовить не только в Московском межевом, но и в Воронеж­ском (с 1922 г.) и Омском (также с 1922 г.) сельскохозяйственных институтах. Сред­нюю специальную подготовку землеуст­роителей (техников-землеустроителей) осуществляли 26 техникумов России, в том числе 15 землеустроительных. С 5 по 9 января 1925 г. в Москве состоялось со­вещание заведующих землеустроитель­ными техникумами. На нем присутство­вали заведующие 11 техникумов.

С 15 по 21 декабря 1927 г. отдел техни­кумов Главпрофобра Наркомпроса в со­ответствии с указанием Совнаркома об увеличении числа специалистов по зем­леустройству совместно с Наркомземом провели в Москве второе совещание за­ведующих землеустроительными техни­кумами [5, с. 153—154]. В нем приняли участие представители 9 землеустрои­тельных техникумов: Московского, Ле­нинградского, Пензенского, Саратовс­кого, Костромского, Новочеркасского, Пермского, Псковского и Самарского.

Совещание приняло решение укре­пить материально-техническую базу и улучшить финансовое обеспечение зем­леустроительных техникумов, сочло не­обходимым расширить подготовку пре­подавателей для этих техникумов при Межевом институте и в других высших землеустроительных учебных заведени­ях, ликвидировать переподготовку и по­вышение квалификации преподавате­лей техникумов при губернских центрах как малоэффективные и открыть цент­ральные курсы в Москве. Нецелесооб­разной признали подготовку землеуст­роителей среднего звена на краткосроч­ных спецкурсах; готовить их рекомен­довано в техникумах.

Согласно расчетам Земплана при пла­нировании потребности в землеустрои­тельных кадрах в России на период с 1924 по 1928 г. общая потребность в зем­леустроителях в 1928 г. должна была со­ставлять не менее 7170 человек, в том числе губернский (областной) админис­тративно-технический аппарат — 200, уездный (окружной) — 200, ревизоры — 150, участковые землеустроители — 850, землеустроители-исполнители (оперативный состав) — 5770 человек [50, с. 106-107].

В 1923/24 году наличный состав сла­гался из губернского аппарата — 510 че­ловек, уездных специалистов — 490, гу­бернских ревизоров — 200, участковых землеустроителей — 221, оперативно-технического персонала, состоявшего на постоянной службе, — 3244 человека и привлеченных в качестве сезонных ра­ботников из безработных и техников по­левых районов Высшего геодезического управления — 876. Всего технического персонала по землеустройству числи­лось 5541 человек.

Для усиления этого состава уже в 1924— 1925 гг. предполагалось привлечь на постоянную службу 1000 безработных специалистов (из них 876 на сезонную работу) и, кроме того, ежегодно привле­кать молодых специалистов из Москов­ского межевого института — 75 человек, землеустроительных факультетов Воро­нежского и Омского сельскохозяйствен­ных институтов — по 20, из 26 технику­мов — 400.

Следует заметить, что в 1914 г. состав технического персонала по землеуст­ройству и межеванию в России был до­веден до 7200 человек. Кроме того, по государственным земельным имуще -ствам, Переселенческому управлению и Удельному ведомству, а также занимаю­щихся частным землемерным трудом в это время числилось еще около 4000 че­ловек. Таким образом, общий состав землеустроительного персонала был ра­вен примерно 11 тыс. человек.

10—12 тыс. землеустроителей предус­матривалось выпустить к 1930 г., в том числе из вузов—1723, техникумов — 4227, окончивших курсы — 4050.

Для подготовки землеустроителей Наркомзем и Наркомпрос наметили следующие основные пути:

увеличение числа специальных выс­ших и средних землеустроительных школ с постепенной заменой оканчива­ющими эти учебные заведения лицами лиц землеустроительной службы низ­шей квалификации;

увеличение приема и выпуска из этих учебных заведений;

открытие временных курсов по про­граммам средних специальных землеус­троительных учебных заведений (от 2 до 8 мес) для обучения землеустроительно­го персонала без квалификации;

обучение землеустроителей на других курсах, способствующих повышению политической сознательности и про­фессионального мастерства, ликвида­ции политической безграмотности.

К последним относились организо­ванные в 1гг.:

краткосрочные курсы политграмоты и аграрной политики для землеустроите­лей в губернских и некоторых уездных (окружных) городах;

нормальные повторительные курсы продолжительностью 2—3 мес при зем­леустроительных вузах и техникумах;

постоянные курсы усовершенствова­ния работников по землеустройству для лиц, занимающих старшие администра­тивно-технические должности (заведу­ющих губотделами землеустройства, подотделами, специалистов губернского масштаба).

В 1924 г. Всесоюзный профессиональ­ный союз работников земли и леса ут­вердил учебный план повторительных курсов для землеустроителей, состав­ленный при участии профессоров ин­ститута и ­гина.

Программа курсов включала следую­щие предметы.

1. Экономика землеустройства.

2.  Кадастр и регистрация.

3.  Основы составления землеустрои­тельного проекта.

4.  Земельное законодательство и зем­леустроительный процесс.

5.  Агрономия в землеустройстве.

6.  Землеустройство и устройство лесов местного значения.

7.  Основы высшей математики.

8.  Применение мензульных топогра­фических съемок при землеустройстве.

9.  Использование существующих три­гонометрических и астрономических се­тей, привязка землеустроительных ра­бот к этим сетям в общегосударственных целях. Построение рабочих третьекласс­ных сетей при землеустройстве.

10. Ориентирование съемочных работ при землеустройстве по истинному ме­ридиану и способы его определения.

11. Методы общественной работы землеустроителей.

К курсам 1924 — 1925 гг. уже были изда­ны пособия «Опреде­ление истинного азимута земного предме­та» и «Кадастр и регист­рация», «Мензульные съемки» и др. (Землеустроитель, 1925, № 1, с. 76—77).

В январе 1925 г. был утвержден типо­вой учебный план землеустроительного техникума, выработанный на совещании заведующих землеустроительными тех­никумами при Главпрофобре (табл. 25).

С 1926 по 1930 г. существовали крат­косрочные 2-месячные курсы для земле­устроителей. С 10 января 1929 г. такие курсы были открыты при Московском межевом институте, их закончили 195 человек (табл. 26). Ленинграде, Саратове и Новосибирске и поднять свой образовательный уровень до уровня, получаемого в землеустрои­тельных техникумах. 4 /С 1921 по 1928 г. роль землеустройства еще более возросла, так как проведен­ные национализация земли и пере­стройка сельского хозяйства в 1917— 1921 гг. не дали ожидаемых экономичес­ких результатов. Был взят курс на развитие крестьянского хозяйства и па­раллельно на организацию рациональ­ного и эффективного использования зе­мель коллективных сельскохозяйствен­ных предприятий.

Партийные хозяйственные работники и особенно ученые института понимали значение землеустройства для сельского хозяйства. Формулируя основные его за­дачи в период восстановления народно­го хозяйства страны, Д. Зайцев писал: «Большое значение имеет вопрос земле­устройства сельскохозяйственных кол­лективов. На него нужно на местах обра­тить особенное внимание. Ибо землеус­тройство в их экологическом развитии играет решающую роль, а до тех пор, пока не землеустроен тот или иной кол­лектив, он не мцжет фактически органи­зовать многопольный сево-оборот и пе­рейти к интенсификации всего хозяй­ства» [13, с. 49]. Раскрывая пути зе­мельно-хозяйственного строительства, профессор П. Месяцев указывал: «Зем­леустроитель, агроном и партийный ра­ботник—вот три силы, которые, дей­ствуя одновременно и в контакте, смогут обеспечить нормальные условия для бы­строго развития производительных сил земледелия» [29, с. 17].

Все признавали важность земельного вопроса, а также то, что для проведения земельных преобразований нужен ос­новной закон — Земельный кодекс.

В 1921 — 1922 гг. вопросы регулирова­ния земельных отношений и землеуст­ройства в России трижды обсуждались на всероссийском уровне: в декабре 1921 г. — на I Всероссийском съезде зе­мельных органов по вопросам земель­ной политики и землеустройства, в фев­рале 1922 г. — на Всероссийском съезде землеустроителей и мелиораторов, в марте 1922 г. — на Всероссийском съезде. В 1927— 1929 гг. землеустроителям с низшим специальным образованием или без специального образования была предоставлена возможность учиться на 8-месячных курсах при четырех земле­устроительных техникумах — в Москве, агрономов. Во всех этих съездах актив­ное участие принимали преподаватели и студенты Московского межевого инсти­тута.

Наркомзему было поручено разрабо­тать новый земельный закон, учитываю­щий все необходимые изменения, выте­кающие из условий новой экономичес­кой политики и требований уско­ренного развития сельскохозяйственно­го производства. В соответствии с этим в мае 1922 г. III сессией ВЦИК был утвер­жден Закон о трудовом землепользова­нии, а 30 октября 1922 г. IV сессией ВЦИК принят и с 1 декабря 1922 г. вве­ден в действие Земельный кодекс РСФСР, содержащий разделы о земле­устройстве и переселении.

С 1923 г. землеустройство касалось в основном вопросов создания условий для развития крестьянского хозяйства. В 1921 — 1927 гг. в индивидуальном секто­ре были устранены недостатки земле­пользования на площади 83,4 млн га, разделены землепользования крупных селений на площади 30,5 млн га, ликви­дированы узко-, много - и мелкополосица с разверстанием земель на поля сево­оборотов на площади 29,6 млн га.

Несмотря на сокращение числа кол­лективных хозяйств в этот период, в об­щественном секторе произведено зе­мельно-хозяйственное устройство объе­динений с товарищеской формой земле­пользования на площади 4,4 млн га, землеустройство совхозов и государ­ственных земельных имуществ на пло­щади соответственно 4,7 и 7,1 млн га [14, с. 8].

Несколько изменилась в это время и структура землеустроительных органов. Центральный их аппарат в 1924 г. состо­ял из отдела землеустройства Управле­ния землеустройства и мелиорации Нар-комзема (Управмелиозема). Начальни­ком Управмелиозема был , впоследствии назначенный на долж­ность ректора Московского межевого института. При ВЦИК была образована Особая коллегия высшего контроля по земельным спорам для рассмотрения зе­мельных дел в порядке обжалования ре­шений предыдущих инстанций.

Отдел землеустройства состоял из трех подотделов: планового, земельной реги­страции и земельно-технического, имел управляющего, помощника, секретаря и 6 районных уполномоченных для непос­редственной связи с местными землеус­троительными учреждениями, их реви­зии и инструктирования. Всего в отделе работало 30 сотрудников, в том числе 26 специалистов по землеустройству.

Губернский (областной) аппарат со­стоял из 7 специалистов: заведующих от­делом землеустройства, подотделом землеустройства, техническим исполне­нием, специалистов по земельной реги­страции, спорным земельным делам, инструментальной камере, заведующего плано - и актохранилищем (архивариу­са). При губернских отделах землеуст­ройства состояли губернские ревизоры землеустройства и оперативный состав землеустроителей, разделяемых в зави­симости от квалификации, стажа и спо­собностей на три разряда, а также земле­меров-практикантов.

По данным на 1 июня 1924 г., всего по РСФСР без автономных республик в со­ставе губернских аппаратов землеуст­ройства работали 510 специалистов, числились 200 губернских ревизоров, а оперативный персонал составлял 3244 техника с учетом как работающих по землеустройству трудового землепользо­вания, так и по землеустройству госземимуществ и колонизационного фонда.

Уездный аппарат включал одного уез­дного землеустроителя при каждом уез­дном земельном управлении и еще по одному специалисту в некоторых уездах, всего 490 человек.

В целях приближения землеустрои­тельной помощи к населению была организована участковая землеустрои­тельная служба. Участковые землемеры-землеустроители руководили земель­ным и землеустроительным делом в пре­делах своего участка. На 1 мая 1924 г. был открыт 221 такой землеустроитель­ный участок, а к 1927—1928 гг. их плани­ровалось иметь 850.

Таким образом, в 1924 г. весь техни­ческий состав по землеустройству без центрального отдела землеустройства состоял из 4655 специалистов. По квали­фикации 5 % этого состава (230 человек) имели высшее специальное землеустро­ительное образование, 35 % (1655 чело­век) — среднее землеустроительное, ос­тальные 60 % составляли лица с низшей специальной подготовкой, окончившие землеустроительные курсы или имею­щие некоторые познания, полученные практическим путем [50, с. 105].

Задача подготовки кадров землеустро­ителей вновь была выдвинута на первый план.

В 1928 г. в состав землеустроителей входили уже примерно 7500 человек, из них 8 % были лица с высшим специаль­ным образованием, 52 % — со средним специальным (бывшие землемерные училища и современные землеустрои­тельные техникумы), 32 % — с низшим специальным образованием (курсы) и 8 % — без специального образования [5, с. 108-109].

РАЗВИТИЕ ИНСТИТУТА В гг.

Деятельность Московского межевого института, как и других вузов России того времени, с 1921 г. регулировалась декретом СНК от 01.01.01 г. «О высших учебных заведениях РСФСР (положение)».

Институт находился в ведении Глав­ного комитета профессионально-техни­ческого образования (Главпрофобра) Наркомпроса. Ректоры назначались Главпрофобром и были подотчетны ему. Одновременно деятельность ММИ увя­зывалась с необходимостью готовить кадры землеустроителей для Управме-лиозема Народного Комиссариата Зем­леделия.

Делами вуза (учебно-научными, ад­министративно-хозяйственными и др.) ведали правление института под предсе­дательством ректора и совет вуза. Дея­тельность преподавателей института, кото/рые относились к категории науч­ных работников, регулировалась поста­новлением Наркомпроса от 01.01.01 г. и «Положением о научных работ­никах вузов».

21 января 1924 г. было принято новое «Положение о научных работниках ву­зов», утвержденное Декретом СНК в развитие и дополнение декретов от 01.01.01 г. (СУ, 1920, №82, ст. 406), 6 декабря 1921 г. (СУ, 1922, № 1, ст. 5) и нового «Положения о вузах» от 3 июля 1922 г. (СУ, 1922, № 43, ст. 518).

С 1922 г. в институте функционирова­ло только два факультета: землеустрои­тельный и геодезический. Инженерно-мелиорационный факультет был пере­веден в Тимирязевскую, бывшую Пет­ровскую, сельскохозяйственную акаде­мию.

Решение о создании двух факультетов послужило началом специализации ме­жевых инженеров, что соответствовало давнему желанию научных работников института и широких профессиональ­ных кругов. Удалось существенным об­разом пересмотреть учебные планы ин­ститута. Факультеты были разделены по специализациям.

Землеустроительный факультет (де­кан профессор ) имел следующие специализации: земельно-техническую, земельно-правовую, зе­мельно-экономическую и колонизаци­онно-переселенческую.

На геодезическом факультете были следующие специализации: астрономо-геодезическая, топографическая, инст-рументоведение и инженерных изыска­ний.

Курс на пролетаризацию вуза соглас­но уставу 1918 г. не замедлил сказаться. После революции в числе студентов ин­ститута появились женщины. Сначала их было несколько, затем целая женская группа.

Из 828 студентов приема 1922 и 1923 гг., относительно которых имеются сведения, 126 были рабочими или деть­ми рабочих, 360 — из крестьян, 234 — дети служащих, 108— интеллигенция и др. Около 50 % студентов состояли в профсоюзах, примерно 20 % являлись членами РКП(б) и РКСМ или кандида­тами в них. На личные средства жило большинство студентов (452 человека), 87 человек жили на средства родителей, остальные — на стипендию. Источни­ком заработка многих студентов являлся тяжелый физический труд, так как бюд­жет большинства из них составлял всего 7—10 руб. в месяц [31, с. 89].

Преподаватели института также зара­батывали немного (100—150 руб. в ме­сяц), большинство из них нуждались и подрабатывали на стороне.

В 1921—1922 гг. на землеустроитель­ный факультет, который после Октябрь­ской революции стал ведущим в вузе, был небывалый наплыв абитуриентов. По сравнению с довоенным временем число студентов возросло в три с лиш­ним раза. Прием студентов увеличился со 150-160 человек в 1916 г. до 400-450.

На 1 января 1924 г. в институте обуча­лись 1300 человек. Вместе с тем в связи с увеличением в вузе прослойки рабочих и крестьян с низкой базовой общеобразо­вательной подготовкой многие студенты отчислялись за академическую неуспе­ваемость. Так, например, весной 1924 г. в институте прошла «академическая чи­стка», в результате которой 200 студен­тов были отчислены, и контингент обу­чающихся стал составлять 1100 человек. Особенно трудно студентам было осваи­вать математические, геодезические и землеустроительные дисциплины.

Увеличение числа студентов вызвало нехватку преподавателей, аудиторий и инструментов, поэтому руководство ин­ститута постоянно обращалось в выше­стоящие органы с просьбами оказать вузу финансовую помощь.

В период с 1921 по 1928 г. число иного­родних студентов, обучающихся в ин­ституте, постоянно возрастало. После 2-го курса студенты землеустроительно­го факультета направлялись на произ­водственную полевую практику в губземотделы, а оттуда — в уезды на конк­ретные землеустроительные участки (с середины июня по сентябрь) помощни­ками землемеров землеустроительных отрядов для проведения работ по межселенному и внутриселенному землеуст­ройству, упорядочению земель в инди­видуальном секторе, разбивке участков на широкие полосы для перехода от трехпольного к многопольным севообо­ротам с травосеянием.

Студенты 3-го курса земфака вторую производственную практику с мая по сентябрь проходили в качестве самосто­ятельных исполнителей землеустрои­тельных работ, а некоторые, наиболее способные, даже возглавляли землеуст­роительные отряды, получая по 50 руб. и более в месяц.

В прохождении производственной практики студентам геодезического фа­культета института содействие оказыва­ли Наркомзем и Высшее геодезическое управление. Начиная с 1923 г. студенты геофака работали в региональных под­разделениях В ГУ, землемерно-техни-ческих отделах губерний по составлению планово-картографического материала, на топографо-геодезических работах и по проведению различных измерений земель. В среднем в год на практику уез­жали до 250 студентов.

В период с 1924 по 1930 г. вновь отме­чалась частая смена ректоров института. С апреля 1924 г. по апрель 1925 г. инсти­тут возглавлял Петр Алексеевич Кобозев (1878 — 1941) — видный советский дея­тель и военный работник в период инос­транной интервенции и гражданской войны, бывший председатель Дальнево­сточного ревкома (1922—1923 гг.), ра­ботавший в ММИ с 1923 г. профессо­ром, а впоследствии — заведующим ка­федрой фотогеодезии, член Коммунис­тической партии с 1898 г.

С апреля 1925 г. по январь 1927 г. в должности ректора работал Иван Алек­сеевич Миртов (1890 — 1931) — выпуск­ник института 1917 г., ранее возглавляв­ший Управление землеустройства и ме­лиорации Наркомзема, а с конца 1924 г. профессор института, преподававший исторический материализм, член Ком­мунистической партии с 1907 г.

С января 1927 г. по февраль 1928 г. ректором института был Мартын Ива­нович Лацис (Ян Фридрихович Судрабс) (1888 — 1938) — советский государствен­ный и партийный деятель, член колле­гии ВЧК с 1918 г., бывший председатель Всеукраинской ЧК (1919 — 1921 гг.), при­шедший в институт с партийно-хозяй­ственной работы, член Коммунистичес­кой партии с 1905 г.

С апреля 1928 г. по апрель 1929 г. рек­тором института работал Рейнгольд Иосифович Берзин (1888 — 1939), со­ветский военный деятель, участник гражданской войны, член Коммунисти­ческой партии с 1905 г.

Как видно, учитывая особо важный, политический характер землеустройства и землеустроительного образования, в то время к руководству институтом при­влекались только коммунисты, стоящие на страже советской власти.

Последним ректором до разделения института в 1930 г. был Николай Тимо­феевич Козырев. Он возглавлял Мос­ковский межевой институт с мая 1929 г. по июнь 1930 г., был членом Коммунис­тической партии с 1918 г., профессором института.

Учебный процесс в 1921 —1928 гг. шел своим чередом по утвержденным учебным планам. Приемные экзамены проходили летом. Большая часть абиту­риентов шла на землеустроительный фа­культет. Конкурс на геодезический фа­культет был небольшим, ввиду чего в 1921/22 учебном году на 2-м курсе гео­фака учились всего 13 студентов. К 1926/ 27 учебному году благодаря большой ра­боте сотрудников факультета удалось полностью укомплектовать 1-й курс не­обходимым контингентом (80 человек) [11, с. 49].

С 1924 г. геодезическая направлен­ность Московского межевого института усиливалась. Приказом Реввоенсовета СССР от 5 сентября 1924 г. геодезичес­кий факультет Военно-инженерной ака­демии с 15 октября 1924 г. был закрыт, вместо него для подготовки военных геодезистов при ММ И было создано Во­енно-геодезическое отделение (ВГО). С 1924/25 учебного года указанное отделе­ние на правах факультета Московского межевого института начало свою работу [26].

В 1927 г. на ВГО были введены три спе­циализации: астрономо-геодезическая, фотограмметрическая и картографичес­кая. Обучение по специализациям велось начиная с 3-го курса раздельно. Система подготовки была следующей: общеобра­зовательные и социально-экономичес­кие дисциплины изучались вместе со сту­дентами геодезического отделения, а цикл военных наук читали преподавате­ли Военной академии им. . Прием на 1 - й курс ВГО ежегодно состав­лял 15—18 человек, а общий контингент обучающихся — 50 студентов.

Ведущая роль в постановке обучения слушателей ВГО принадлежала про­фессорам института -му, , ­ву, , и др. В Пулковской обсерватории, где студенты ММИ практиковались, для слушателей ВГО читали лекции известные ученые, члены-корреспонденты , , и профессор .

Памятным событием в истории воен­но-геодезического отделения института стало посещение 30 июня 1925 г. Предсе­дателем Реввоенсовета СССР, наркомом по военным и морским делам ­зе Пулковской обсерватории и его бесе­да со слушателями ВГО, находившими­ся там на практике по астрономии и гео­дезии. В 1932 г. ВГО было возвращено в Военно-инженерную академию.

В 1926 — 1927 гг. в Московском меже­вом институте были, введены новые учебные планы в соответствии с указа­ниями Главпрофобра, исходя из 36-ча­совой недельной нагрузки и 4—5-летне­го срока обучения.

В 1925 г. постановлением СНК РСФСР было утверждено «Положение о Государственных квалификационных комиссиях», которым устанавливался порядок представления и защиты дип­ломных проектов и работ: студенты, за­кончившие теоретический курс обуче­ния и выполнившие все практические работы, могли в течение двух лет, рабо­тая на производстве, готовить диплом­ные проекты и представлять их к защите. Этим правом широко пользовались сту­денты института, которые по заданию партии и правительства после оконча­ния теоретического курса направлялись для проведения земельных преобразова­ний.

В связи с кардинальными изменения­ми в землепользовании и землеустрой­стве, произошедшими в 1921 —1928 гг., назрела необходимость в теоретической разработке основных вопросов в этой области. В связи с этим в 1922 г. был об­разован Государственный научно-ис­следовательский институт землеустрой­ства и переселения (первоначально Колонизационный институт). В 1922— 1928 гг. в работе этого института прини­мали участие , Н. Тт. Огановский, , П. А. Ко­бозев, , ­лаевский, , и другие известные ученые, в том числе из Московского межевого института.

Бурные диспуты, споры и дискуссии о путях развития землеустройства велись на съездах, конференциях, страницах журналов, в стенах института.

При участии профессоров землеуст­роительного факультета ММИ были со­зданы различные общественные земле­устроительные организации. Работали бюро и секретариат Всесоюзной земле­устроительной секции Всесоюзного профессионального союза работников земли и леса (Всеработземлеса), сама землеустроительная секция при этом профессиональном союзе, объединяю­щая землеустроителей, мелиораторов и геодезистов.

С 12 по 16 мая 1924 г. в Москве в Ко­лонном зале Дворца труда проходила Первая всесоюзная землеустроительная конференция Всеработземлеса. На ней выступали председатель ЦК Всеработ­землеса , председатель Наркомпроса , ректор ММИ , начальник Уп-равмелиозема Наркомзема ­тов и др. 16 мая заседание конферен­ции проходило в актовом зале Москов­ского межевого института. Зал был полон. Помимо участников в зале при­сутствовали преподаватели и студенты института.

По решению конференции начато из­дание журнала «Землеустроитель», явля­ющегося печатным общественно-про­фессиональным и научно-производ­ственным органом всесоюзной и московской секций Всеработземлеса. Главным редактором журнала стал про­фессор Московского межевого институ­та .

В состав секретариата землеустрои­тельной секции от Межевого института вошли профессора , , кандидатами — профессор и студент ММИ Алексеев.

О том, как заканчивался этот съезд, можно прочесть на страницах журнала «Землеустроитель» (№ 2—3, 1924 г., с. 33): «Дружно, мощно и стройно льют­ся звуки Интернационала в стенах Ме­жевого института. Поют с подъемом. Чувствуется, что тяжелое прошлое голо­да, холода — позади, впереди открыва­ется широкая дорога общественной и профессиональной деятельности земле­устроителя, улучшение его служебного положения и быта. Звуки Интернацио­нала зовут к этой деятельности молодое поколение землеустроителей и геодези­стов, идущее на помощь и смену старо­му».

До переизбрания в состав Централь­ного бюро научно-технических сил при УК Всеработземлеса входили профессо­ра ММИ , , и студенты земфака и геофака Я. И. Ба-раш.

С 14 по 19 мая 1924 г. было созвано 3-е совещание землеустроителей РСФСР. Ос­новными докладчиками были М. И.Ла­цис — член коллегии НКЗ, Н. П. Ру­дин — зам. начальника Управмелиозе-ма, — начальник Управ-мелиозема, профессор Московского ме­жевого института.

12 декабря 1928 г. коллегией Нарком­зема было утверждено «Положение о конкурсе на лучшие проекты по земле­устройству колхозов, массивов трактор­ных колонн и лучшие проекты по земле­устройству совхозов», премия составля­ла от 200 до 1000 руб. В 1929 г. Наркомзем провел этот конкурс. В жюри вошли два преподавателя земфака ММИ.

С 1927/28 учебного года в Московском межевом институте при факультете зем­леустройства и переселения был открыт экстернат. Условия зачисления на него были следующие:

для окончивших землемерные учили­ща, землеустроительные техникумы или бывших студентов землеустроительных факультетов — стаж не менее трех поле­вых кампаний (каждая не менее 6 мес), с тем чтобы половина этого времени была использована на крестьянское землеуст­ройство;

для всех прочих — не менее пяти поле­вых кампаний в роли самостоятельного землеустроителя (а не помощника).

Наличие указанных условий должно было быть подтверждено документами и справками.

Плата за экстернат устанавливалась из расчета 50 руб. за полугодие. Зачетная книжка высылалась после первой оплаты.

Учебный план экстерната утвердили 15 марта 1927 г. В виде исключения эк­стернам, живущим далеко от Москвы, разрешалось сдавать в других вузах сле­дующие предметы: общее учение о праве и государстве и Конституцию СССР; по­литэкономию; высшую математику; ос­новы ботаники; бонитировку почв (часть 1, химия); хозяйственное и трудо­вое право; исторический материализм; механику и гидравлику; лесную такса­цию; земледелие; основы животновод­ства; историю ВКП(б); организацию сельского хозяйства.

Всего надо было получить 42 зачета. Срок обучения — 3 года.

ЦК Союза сельхозрабочих предоста­вил возможность экстернам института проживать в своих общежитиях и на зап­рос ММ И 17 декабря 1927 г. ответил письмом следующее: «Центральное бюро Земсекции Союза сельхозрабочих СССР сообщает, что тов. землеустроите­лям, прибывающим в Москву по делам экстерната, будет предоставлено обще­житие при Центральном доме специали­стов (Большой Златоустенский пер., д. 6, 3 подъезд, 4 этаж) *на условиях 50%-ной скидки оплаты общежития».

С октября 1927 г. факультет землеуст­ройства и переселения Московского ме­жевого института, созданный на базе факультета землеустройства, деканом которого стал профессор , начал выпуск журнала «Вестник земле­устройства и переселения». Сначала это был печатный научно-производствен­ный орган Всесоюзного переселенчес­кого комитета при ЦИК СССР, факуль­тета землеустройства и переселения Московского межевого института и Госу­дарственного научно-исследовательского института землеустройства и переселения Главнауки. С десятого номера (1928 г.) вместо факультета одним из учредителей журнала стал Межевой институт.

В 1927 г. под общей редакцией ­кова, и ­на вышло пособие для учащихся курсов по повышению квалификации специа­листов землеустройства «Сборник по вопросам землеустройства», выпущен­ное по заказу и изданное землеустрои­тельным сектором Центрального дома специалистов сельского и лесного хо­зяйства.

С 1925 г. начал выходить журнал «Гео­дезист», в котором профессор ММИ в течение ряда лет был одним из редакторов, а профессорско-преподавательский состав института принимал весьма активное участие.

С 1927 г. после длительного перерыва, вызванного первой мировой войной, ре­волюцией и последовавшими годами разрухи, было возобновлено печатание «Трудов Московского межевого инсти­тута». Первый выпуск трудов был посвя­щен вопросам геодезии, статьи принад­лежали перу профессоров геодезическо­го факультета ММИ.

Преподаватели и студенты землеуст­роительного факультета с 1926 г. начали активно сотрудничать с ГосНИИ земле­устройства и переселения. Они вели со­вместную научно-исследовательскую работу и имели возможность заработать и провести производственную практику.

В составе ГосНИИ землеустройства и переселения в 1926 г. был сформирован землеустроительный сектор, который проводил экспедиционные обследова­ния при участии преподавателей земфа-ка ММИ (, ­мова, , ) и студентов старших курсов земфака (август—октябрь) в ряде областей России (Псковской, Самарс­кой).

В 1927 г. аналогичные обследования состояния землепользования и землеус­тройства были проведены под общим научным руководством профессора в Саратовской (руково­дитель работ ), Смолен­ской (руководитель ), Ярославской (руководитель ­ров) губерниях.

Под руководством профессора проведены исследова­ния по организации и методам проведе­ния земельного кадастра с участием , , И. Ф. Го-лубева, , ­евского, . Результаты этих исследований нашли отражение в учебном процессе.

Под руководством профессора была составлена «Инструкция по производ­ству землеустроительных работ» (в части процессуальной и правовой) по догово­ру с Наркомземом.

В 1928 г. ученые института совместно с Госземколонитом вели следующие ис­следования:

«Основные начала обще­союзного законодательства о земле­пользовании и землеустройстве»;

«Новые формы зе­мельно-хозяйственных отношений, вопросы кодификации земельного зако­нодательства и др.»;

«Критерий для оценки ра­циональности расположения усадьбы в отношении полевых угодий»;

«Генеральный план землеустройства»;

«К учению об едином госземфонде».

Под руководством в 1927—1928 гг. были разработаны «Инструкция по производству опытного када­стра», «Инструкция по производству по­чвенных исследований при опытном ка­дастре».

При ГосНИИ землеустройства и пере­селения функционировала также Зе­мельно-городская секция и Опытная ла­боратория (ст. Лосиноостровская Се­верной железной дороги).

Большую работу провел институт по исследованию проблемы оптимальных размеров земельных отводов при земле­устройстве (руководитель -ко, группа в составе , , ).

Профессора Московского межевого института оказывали учебно-методи­ческую помощь факультетам землеуст­ройства Воронежской и Омской сельс­кохозяйственных академий, а затем и открывшемуся земфаку Белорусской сельскохозяйственной академии.

При изучении землеустроительных дисциплин в институте студенты земфа­ка пользовались трудами различных уче­ных. Наиболее широко использовались учебники профессоров (ТСХА) «Землеустройство (Теория и практика)»; (Ленинградс­кий СХИ) «Землеустройство» (по Зе­мельному кодексу РСФСР), ­расова. в 1925 г. была издана книга «Основы землеустройства (Экономика, техника, организация)», а в 1926 г. — пособия для земельных ра­ботников, землеустроителей, работни­ков села (учителей, судей и пр.) и студен­тов «Введение в землеустройство» и для землеустроителей, агрономов и студен­тов «Основы землеустройства». В 1928 г. преподавал на земфаке Белорусской сельскохозяй­ственной академии.

Однако предпочтение отдавалось на­учным трудам профессоров -ницына, , М. М Шуль­гина, , .

Большое значение для преподавания имели в то время труды -цына.

Александр Александрович Ржаницын в 1890 г. окончил курс Константинов-ского межевого института и в качестве одного из наиболее одаренных учеников был оставлен при нем для подготовки к профессорской деятельности. К сожале­нию, Межевой институт не удержал его, и по окончании подготовки -ницын уехал в провинцию для препода­вания в средних землеустроительных школах и практической работы.

Вскоре после Октябрьской революции он вернулся в Москву и вновь обратился к преподавательской деятельности.

В 1927 г. профессор издал две книги «Внутриселенное зем­леустройство» и «Междуселенное зем­леустройство». В 1928 г. была напечата­на его крупная работа «Теория и прак­тика землеустройства. Руководство для землеустроителей, агрономов и уча­щихся».

В том же 1928 г. профессор И. Д. Шу-лейкин издал учебник «Землеустройство колхозов».

В 1929 г. вышел учебник профессора «Землеустроительное проектирование», который стал исполь­зоваться студентами всех вузов и техни­кумов по этому курсу, а выпустил книгу «Земельная регистрация на Западе и в СССР».

Математические вопросы землеустро­ительного проектирования изучали по учебнику профессора В. Киркора «Зем­леустроительное проектирование (его математические основы)», изданному в 1925 г., а также работам профессоров , Л. Синельникова, В. Лу­нева, , опубликованным в журнале «Землеуст­роитель» (№ 4, 5, 6, 10, 11, 1926 г.).

В 1928 г. в Московском межевом инсти­туте были изданы «Лекции по землеустро­ительному проектированию» ­риянова, широко используемые в учеб­ном процессе.

В 1927 г. профессор Воронежского СХИ в работе «Землеуст­роительные науки и классификация наук. Введение в изучение землеустрои­тельных наук» одним из первых сформу­лировал понятие «землеустройства» как системы научных знаний. В период с 1917 по 1930 г. у ученых Московского межевого института, других вузов и на производстве складывалось различное понимание землеустройства, что влия­ло на пути развития аграрного сектора экономики и особенно на землеустрои­тельное образование, учебные планы подготовки инженеров-землеустроите­лей.

Начало дискуссиям положила тео­рия однократности землеустройства , изложенная в работе «Понятие землеустройства» (Петроград, 1917 г.). В ней он писал, что «Землеуст­ройство устанавливается для того, чтобы быть осуществленным и, исчерпав этим свое содержание, прекратить дальней­шее существование» (с. 286).

В период нэпа началась борьба раз­личных школ и землеустроительных те­чений. В это время сформировалась так называемая административно-правовая школа землеустройства, которую возгла­вил профессор Московского межевого института . Его взглядов при­держивались , ­нов и др. Понимая землеустройство как «основанную на установленных в законе началах деятельность государственной власти, направленную на преобразова­ние существующих земельных прав от­дельных владельцев с целью создания самостоятельных поземельных владе­ний», они настаивали на усилении изу­чения землеустроителями юридических, земельно-правовых дисциплин.

Второе направление, технико-геодези­ческое или социально-техническое, про­слеживалось в научных трудах В. Кирко­ра, , В. Лунева, а также профессоров геодезического факультета ММИ, которые считали, что землеуст­роительные дисциплины должны иметь прежде всего математическую и геодези­ческую направленность.

С 1925 г. в Московском межевом ин­ституте зародилась социально-эконо­мическая теория землеустройства, осно­воположником которой стал профессор (см. Социально-эконо­мическая теория землеустройства. Вве­дение в экономику землеустройства/ «На аграрном фронте», № 5—6, 7—8, 1925 г.). Он доказывал, что землеустрой­ство имеет объективный социально-экономический характер и в условиях плановой экономики должно быть организовано и осуществляется государст­венными органами в целях приспособле­ния территории для народнохозяйствен­ных целей и хозяйственного использова­ния сил природы. Его взглядов при­держивались , , другие ученые, которые считали, что учебный план под­готовки инженеров-землеустроителей должен быть наполнен экономическими и организационно-хозяйственными дис­циплинами.

Особое место занимали труды про­фессоров , , которые можно отнести к «описа­тельному» течению в землеустройстве.

С 1925 г. начала развиваться «воро­нежская» землеустроительная школа (профессора , и др.). При кафедре техники земле­устройства и землеустроительного проектирования землеустроительного фа­культета Воронежского СХИ в апреле 1926 г. было образовано Опытно-иссле­довательское бюро по землеустройству, которое исследовало вопросы участко­вого землеустройства и землепользова­ния в Центрально-Черноземной зоне.

В программном отношении работа бюро была увязана с ГосНИИ землеуст­ройства и переселения и его Централь­но-Черноземным отделением. Имелось также Уральское отделение этого инсти­тута.

Борьба различных течений приводила к тому, что учебный план землеустрои­тельного факультета менялся почти каждый год. Наконец, в 1926/27 учебном году был принят новый учебный план, который являлся наиболее приемлемым для подготовки инженеров-землеустро­ителей того времени (табл. 28).

Наркомпрос сообщил о намерении придать этому учебному плану устойчи­вость и не менять его в ближайшие годы без крайней надобности. Со своей сто­роны и факультет на собрании препода­вателей и заинтересованных лиц при­знал учебный план приемлемым и под­лежащим проведению без изменений в течение ближайших пяти лет.

С осени 1926 г. учебный план был пол­ностью введен в действие на всех четы­рех курсах земфака.

В период сплошной коллективизации (1928 — 1932 гг.) землеустройство было направлено на создание землепользова­нии колхозов и совхозов. Характер зем­леустройства в это время определялся директивами XV съезда партии по пяти­летнему плану развития народного хо­зяйства, в которых указывалось на необ­ходимость форсировать работу по зем­леустройству, являющемуся предпо­сылкой внедрения коллективных форм хозяйствования.

Процесс сплошной коллективизации сельского хозяйства способствовал об­разованию социалистических сельско­хозяйственных предприятий и их земле­устройству. Если за период с 1919 по 1927 г. было землеустроено 5129 колхо­зов на площади 1410,6 тыс. га, то только в полевую кампанию 1928 г. —хо­зяйства на площади 3039,4 тыс. га [57, с. 44-52].

гектаров.

Список литературы:

1) «От Землемерной школы до Университета» , . 1999

2) www. *****

3)www. *****