«Морской сборник», его роль в общественной жизни России накануне Великих реформ 60-х годов XIX века

ст. н.с.

ГРМ (филиал Мраморный дворец)

«Морской сборник», его роль в общественной жизни России накануне Великих реформ 60-х годов XIX века.

Быстротечное время все дальше уносит нас от эпохи реформ императора Александра II. Но, несмотря на прошедшие полтора столетия, которые отделяют нас от этого времени, они по-прежнему остаются в центре внимания многих историков. Причем каждый раз находится новый аспект исследования, позволяющий нам взглянуть по-новому на хорошо известные факты. В научных работах и статьях последних лет упоминаются следующие причины Великих реформ: антикрепостнические выступления крестьянства, осознание частью общества и бюрократии того, что крепостничество является тормозом для дальнейшего развития страны, борьба революционеров 1860-х годов против существующего строя, поражение в Крымской войне, показавшее всю фальшивость блеска николаевской России. В целом с этими выводами можно согласиться, однако о некоторых из этих составляющих следует сказать особо.

Наиболее серьезное влияние на начало Великих реформ императора Александра II вызвало поражение в Крымской войне. Российская империя оказалась в сложной ситуации, существовала реальная угроза превращения ее во второстепенную державу с отсталой экономикой, финансами, вооруженными силами и фактически парусным флотом. Все это заставило Зимний дворец повернуться лицом к реформам. Следует отметить и такой факт: быть или не быть реформам зависит не только от «духа времени», но и от направления, в котором будет развиваться страна. Однако когда именно надо проводить реформы, какими они должны быть – могли решать только российские самодержцы, на которых в свою очередь оказывало влияние их ближайшее окружение. Историк высказал мысль, суть которой заключается в том, что в высших эшелонах власти, среди министров и советников, окружающих императора, было естественным появление людей, которым виднее интересы их класса и государства в целом. В XIX веке проблема отмены крепостного права воспринималась Романовыми как своего рода фамильная задача, поставленная еще императрицей Екатериной II. Вот почему, говоря о причинах Великих реформ, нельзя сбрасывать со счетов характер, взгляды и позицию не только Царя-Освободителя, но и его брата – Великого князя Константина Николаевича.

Заявленная тема предполагает обращение к явлению, по-своему уникальному, возможно, единственному в мировой истории – влиянию ведомственного, специального издания «Морской сборник» на глобальные реформы 60-х годов XIX столетия в разных областях жизни России, вызвавших неоднозначный отклик даже у своих современников. Это попытка проследить путь, который прошло издание, завоевавшее большое влияние и популярность, а так же осветить основные причины, благодаря которым «Морской сборник» сыграл важную роль в общественной жизни страны. Рассматривая данную проблему, невозможно обойти вниманием позицию и деятельность человека, возглавлявшего Морское ведомство – великого князя Константина Николаевича – одного из видных сторонников реформ императора Александра II, активного деятеля этой эпохи, которую иногда называют «эпохой русского Возрождения». Аналитический ум, образованность, неукротимая энергия и, наконец, близость к престолу, определили место великого князя во главе «прогрессивной» партии. Морское ведомство, возглавляемое Константином Николаевичем, было в те времена своеобразным центром, где рождались многие важнейшие начинания. Его популярность объяснялась не только смелой критикой, которой подвергали в этом ведомстве недостатки (равно как и действенными мерами по их устранению), но и грандиозным размахом начинаний, идущих дальше узковедомственных проблем: административное управление, официальная печать, образование, суд, финансы, казенное хозяйство, крестьянский вопрос. Именно эти проблемы и являлись «болевыми» точками российской действительности того времени. Очень часто первые шаги к Великим реформам делались именно в стенах ведомства, возглавляемого великим князем. Вокруг этой неординарной личности в середине 50-х годов XIX века сгруппировались молодые офицеры и чиновники, которых в обществе стали называть «константиновцами». Некоторые из них впоследствии даже стали

занимать министерские должности: и были министрами народного просвещения, – возглавлял министерство финансов, стал министром юстиции. Правда, не все «константиновцы» после своего перехода в другие министерства сохранили свои либеральные взгляды, но под руководством великого князя Константина Николаевича, они держались «единой командой». Наверное, это можно объяснить тем, что их определенное «преимущество» заключалось в том, что, находясь на службе в Морском ведомстве, «константиновцы», в отличие от своих единомышленников из других министерств или ведомств, не были связаны опекой императора и жестким контролем своего начальства. Поэтому их позиция в период, предшествовавший реформам 1860-х годов, была более независимой, они чувствовали поддержку и «покровительство» своего шефа, во многом разделявшего их взгляды.

Принято считать, что идея о необходимости выйти из узкого круга дел морского ведомства принадлежала не великому князю, а его либеральному окружению, и в первую очередь , официально состоявшему при особе генерал-адмирала с 1854 по 1859 год в качестве секретаря. Адъютант великого князя И..А. Шестаков так объяснял сложившуюся ситуацию: «Плодовитый мыслями, но ленивый в изложении их, требовавшем усидчивого труда, великий князь сообщал их наметившемуся в деловой редакции секретарю (т. е. Головнину. – В. А.) и через час, много два получал свою идею в крови и плоти, т. е. на бумаге и в чернилах, готовую для сообщения кому заблагорассудится».1 Головнин в беседах с великим князем Константином Николаевичем убеждал последнего, что после 30-летней эпохи правления императора Николая I, когда поддержание внешнего могущества государства достигалось ценой чрезмерного напряжения народных сил, теперь, с точки зрения секретаря великого князя, для правительства настало время сосредоточиться исключительно на вопросах государственного управления. Естественно, что, соблюдая такт и существующую субординацию, он формулирует программу не от своего имени, а приписывает ее разработку своему шефу – великому князю Константину Николаевичу. Генерал-адмирал вместе с секретарем рассматривал вопросы, связанные с необходимостью преобразований, намечал основные шаги для составления программы действий. В итоге образовался круг основных проблем, требующих скорейшего рассмотрения:

1. Отмена крепостного права.

2. Преобразование суда и судопроизводства.

3. Преобразование полиции.

4.Веротерпимость.

5.Отмена всех постановлений, препятствующих процветанию
земледелия, торговли и промышленности.

6.Наведение порядка в финансах, предоставление местным властям
права самостоятельно заниматься делами.

7.Упрощение системы управления.

8.Свобода мысли и слова.

Головнин убеждал великого князя, что именно Морскому ведомству необходимо не только стать своего рода полигоном для осуществления на практике различных политических и административных идей, но также заняться подготовкой либералов к правительственной деятельности. Он предупреждал своего патрона, что если правительство само не станет заниматься этими реформами или упустит время, то последствия для страны могут быть ужасными. Эта настойчивость секретаря, убеждавшего великого князя в приоритете общегосударственных реформ перед узковедомственными, принесла свои результаты. Данная программа во второй половине 1850-х годов стала руководством к действию для Константина Николаевича. В 1857 году в политике Морского министерства происходит поворот от решения ведомственных задач, связанных в первую очередь с возрождением флота, к постановке глобальных проблем общегосударственных реформ. Это видно даже в позициях, которые занимал великий князь не только как глава Морского ведомства, но и как активный сподвижник реформ своего старшего брата. В Главном комитете по крестьянскому делу он отстаивал идею освобождения крестьян с землей, в комитете по делам раскольников проявил себя сторонником веротерпимости, а в Финансовом комитете настаивал на отмене винных откупов и т. д. В реформаторской деятельности самого Морского ведомства на первый план, как правило, стали выдвигаться такие преобразования, которые могли стать прообразами будущих общегосударственных реформ. В качестве примера можно сослаться на реорганизацию административной структуры Морского ведомства на началах децентрализации, либо на преобразование морских учебных заведений с отделением общего образования от специального и др.

Великий князь в июле 1857 года учредил при аудиторском департаменте особый комитет по пересмотру Свода Морских Уголовных Постановлений и поручил ему составить проект Морского Судного Устава на новых современных началах. Для сбора материалов в заграничную командировку в 1858 году был послан генерал-аудитор флота . Результатом командировки был составленный им проект Устава морского судоустройства. Это были основные начала судебных уставов 1864 года. Морское ведомство впервые оглашало их в России официально на всеобщее обозрение. Великий князь, выйдя за рамки подлежащих его непосредственному ведению вопросов морского управления, фактически поставил вопрос о судебной реформе.

И все таки одно из важнейших мест в преобразовательской деятельности Морского ведомства занимали вопросы, связанные с изданием ежемесячного журнала «Морской сборник». Инициатива этого издания принадлежала вице-адмиралу , который в 1847 году возглавлял Морской ученый комитет, в задачу которого входило распространение военно-морских технических знаний на флоте. Первоначально программа журнала предполагала обзоры изобретений, знакомство читателей с различными мероприятиями, так или иначе связанные с морским делом, публикацию сведений о плавании судов и эскадр, отчеты о крушениях. В издании так же рассматривались вопросы, связанные с состоянием иностранных флотов, освещались биографии известных морских офицеров, печатались литературные произведения, библиографические обзоры, указы и распоряжения правительства. Однако вскоре из предложенной адмиралом Литке программы «Морского сборника» было решено изъять статьи на общеполитические темы, статистические сведения о состоянии российского флота и военных портах, а также указы и распоряжения правительства.

Первым редактором «Морского сборника» был назначен член Морского ученого комитета капитан I ранга , которому поручалась и цензура статей. 15 ноября 1848 года вышел первый номер журнала. Первоначально журнал издавался небольшими книжками (4-6 лист.) и заключал по преимуществу переводные статьи из иностранных морских журналов по разным морским вопросам, не выходя за рамки Морского ведомства.

И, тем не менее, журнал вызвал большой интерес среди моряков: во-первых, это было единственное в России периодическое издание такой направленности, и, во-вторых, оно сосредоточило систематические сведения по различным аспектам морской тематики.

После вступления в конце 1853 года в управление Морским ведомством генерал-адмирала великого князя Константина Николаевича, сторонника либерально-демократических реформ в России, общая направленность и содержание журнала начинают меняться. Вполне возможно, что это изменение произошло не без участия . Свободный от цензуры (до 1858 года) «Морской сборник» становится трибуной первой гласной оппозиции правительственному курсу, теперь он состоит из 5 главных отделов:

1 Постановления и распоряжения правительства

2  Официальные статьи и известия

3  Гидрографический отдел
4 Отдел учено-литературный
5 Библиографический отдел

К числу несомненных заслуг великого князя Константина Николаевича следует отнести расширение круга вопросов, рассматриваемых на страницах журнала. Благодаря инициативе великого князя это сугубо ведомственное издание становится образцом для всех остальных. Генерал-адмирал считал, что «Морской сборник» способствует совершенствованию образования морского офицера, которое нельзя считать законченным, даже когда он оставил школьную скамью Морского корпуса. С этой целью была введена обязательная для флотских офицеров подписка на журнал на льготных условиях, просуществовавшая до 1860 года.

С началом Крымской войны годов «Морской сборник» широко освещал ход военных действий на фронтах. Можно сказать, что это было единственное издание, посылавшее на фронт своих корреспондентов. Кроме этого здесь публиковались письма из осажденного Севастополя, а так же сестер милосердия Крестовоздвиженской общины и других участников военных действий. На страницах издания можно было познакомиться со списками раненых офицеров и рядовых, которых не было ни в одном периодическом издании.

«Морской сборник» очень быстро завоевал доверие общества своей критической направленностью и демократизмом. Причем не только у морских и военных читателей, но и у сугубо гражданских. «Получили №2 «Морского сборника», - пишет в своем дневнике 6 марта 1855 г., - и с наслаждением читаем все статьи в нем, даже хозяйственные распоряжения; во всем слышится правда, свобода мысли, откровенность, полная доверия; дышится отраднее, точно читаешь об чужом государстве; и как такое направление быстро принесло успех, вызвало жизнь, благородное рвение на пользу общую, привлекало к деятельности прекрасных честных людей, как благотворно оно воспитывает всех своим влиянием! Слава Богу, это радостное, великое явление поможет Бог всем добрым деятелям на пользу общую!.. Это такого рода направление, которое есть ключ ко всем прекрасным преобразованиям. Взывается ко всем за советом, выслушивается со вниманием всякое замечание, жалоба, отдается все на общий суд».2

Приведенная цитата свидетельствует, что «Морской сборник» становится своего рода зеркалом, в котором отражались взгляды общества (не только западников, но и славянофилов) на средства и методы государственного управления. При помощи этого издания Морское министерство пыталось установить контакт с общественным мнением и использовать его в интересах государства. Как видим, Морское ведомство явилось не только первым государственным учреждением, которое заявило о необходимости преобразований в стране, но и приступило к их осуществлению.

Журнал начинает выступать в роли инициатора прогрессивных преобразований в различных областях общественной жизни Российского государства. Издание провозглашает необходимость реформ суда и школы, отстаивает новые принципы комплектования и организации вооруженных сил страны, высказывается против крепостнических форм труда в промышленности, настойчиво выступает за отмену телесных наказаний.

Заботясь о расширении издания, великий князь добился от своего Августейшего брата – императора Александра II в 1855 году увеличения ассигнований для «Морского сборника» до 30000 рублей. В беседах с отмечал, что интерес к «Морскому сборнику» непрерывно растет, а материалы, публикуемые на его страницах, перепечатываются другими изданиями.

Успех издания во многом объяснялся тем, что в этот период редакции журнала удалось собрать вокруг себя многих талантливых авторов. В авторский коллектив входят писатели , , ученые , , педагоги , , .

Правда, следует отметить, что многочисленный коллектив журнала не был идейно однородным. Так, например, в журнале одновременно печатались консервативные охранительные заметки пастора Задергольма о воспитании и статья «Вопросы жизни» ; сообщения о поимке и жестоком наказании беглого матроса и гневные статьи поляка Сигизмунда Сераковского против телесных наказаний и арестантских ротах. С другой стороны, это явление можно истолковать и как плюрализм мнений, попытку издателей представления страниц журнала в качестве площадки для дискуссий. Тема освободительной борьбы так же находила отражение на страницах «Морского сборника». Публикация статей, связанных с проблематикой общественного движения, не только «оживила» официальное издание, но и расширила его рамки, определила программу и характер его выступлений, впрочем, так же как и саму позицию флотского руководства, возглавлявшего журнал. Стремление к объективной, демократической направленности журнала стало являться своего рода тенденцией, прослеживающейся на протяжении последующих лет.

Роль «Морского сборника» в середине 1850-х годов не ограничивалась только критическими выступлениями, он смело высказывался не только за необходимость перемен, но и агитировал общественное мнение за безотлагательное решение насущных вопросов. К этому следует добавить, что журнал помимо постановки теоретических вопросов, связанных с необходимостью будущих преобразований, сам находил их решение. Причем, выдвигаемые им проблемы, часто выходя за рамки ведомственных проектов, приобретали значение первого публичного обсуждения, служили своего рода основой предстоящих реформ. В качестве примера можно привести инициативу журнала в деле реформ суда и школы. Свободный от общей цензуры, журнал ввел в сферу печатного обсуждения вопрос о школьной реформе, впервые в 1850-х годах дал обществу возможность публично высказаться по вопросам воспитания и образования. Не имевшее до этого времени такой возможности, общество . Поэтому нет ничего удивительного в том, что именно в «Морском сборнике» концентрируются лучшие педагогические силы страны. Многие общественные и политические деятели, ученые, писатели и педагоги предоставляли изданию для публикации свои статьи. в письме к 5 (17) мая 1856 года рекомендуя в «Современник» статью* , писал: « …Пожалуйста, если успеешь, вели выпечатать из 7-го (майского) № «Морского сборника» статейку Даля о воспитании. Это вещь необыкновенная…».3

Статьи Пирогова «Вопросы жизни», «Школа и жизнь» были посвящены проблеме гуманизации процесса воспитания и явились первым в России по времени и общественной значимости публичным ударом по николаевскому курсу «просветительной» политики царизма, основанной на знаменитой триаде графа – «православие-самодержавие-народность». Как педагог Пирогов являлся поборником общего гуманитарного образования, необходимого для каждого человека; школа, по его мнению, должна видеть в ученике прежде всего человека и потому не должна прибегать к таким мерам, которые оскорбляют его достоинство (розги и т. п.). Выдающийся представитель науки, человек с европейским именем, Пирогов выдвигал знание как элемент не только образовательный, но и воспитательный.

Появление в «Морском сборнике» этих статей известного хирурга вместе со статьями финского ученого Бема «О воспитании» вызвали оживленные толки не только в обществе, но и в высших сферах. Публикация флотским журналом педагогических статей Пирогова в определенной степени способствовала его назначению на пост попечителя сначала Одесского, затем Киевского учебного округа. Кроме того, следует отметить, что его статьи положили начало широкому наступлению на сословно-крепостническую систему воспитания, раскрыв многие ее недостатки. Причем следует заметить, что первоначально не хотел пропускать статью «Вопросы жизни» в печать, ссылаясь на то, что основные идеи, высказанные автором статьи, идут вразрез с общепринятой точкой зрения в обществе и могут быть неправильно истолкованы. Великий князь выступил в защиту автора статьи: «Читал с величайшим интересом и вполне разделяю прекрасные мысли Пирогова».4 «Честь и слава Пирогову, - писал Чернышевский, - за прекрасное и решительное выражение таких здравых убеждений, полная честь и «Морскому сборнику» за помещение таких статей» 5.

Заслуга журнала перед педагогической наукой заключалась не только в том, что педагогическая дискуссия, поднятая этим изданием, рассматривала процесс воспитания не как узко педагогическую проблему, но и связывала ее с проблемой кардинального переустройства личности и общества. Так уж сложилось, что «Морской сборник», сам того не желая, этими статьями в определенной мере, подготовил оппозиционное, антиправительственное направление общественно-педагогического движения 60-х годов XIX века.

В педагогических выступлениях «Морского сборника» отчетливо прослеживается традиция демократического просветительства. Идея гуманистического воспитания, предложенная Пироговым на страницах журнала, идея борьбы с крепостнической школой, защита права общества на участие в деле народного образования — все это делало выступления журнала значительным явлением общественной и педагогической жизни.

На страницах «Морского сборника» впервые гласно обсуждались основы предстоящих реформ, как в Морском ведомстве в частности, так и в России в целом. На его страницах в 1856 году развернулась настоящая педагогическая дискуссия, в которой приняли активное участие , , . Все общество с интересом следило за обсуждением вопроса о воспитании, которым открывались статьи общего содержания.

Коль скоро мы коснулись проблемы воспитания, нельзя не сказать и о заслугах журнала в области воспитания флотского офицерства в духе передовых идей и требований времени, его борьбе за распространение просвещения в матросской среде. Во главе просветительского движения в русском военно-морском флоте стоял «Морской сборник», являясь своего рода ориентиром в деле большого общественно-педагогического движения. По вопросам специального морского образования писали , , -Корсаков, .

Душой журнала был сам великий князь Константин Николаевич, которому часто приходилось выступать не только в роли редактора, но и заниматься поиском авторов для будущих статей. Ему удалось привлечь к сотрудничеству с «Морским сборником» многих известных писателей и литераторов. Он пристально следил за изданием этого журнала, обращал внимание на любые огрехи, на недопустимость большого количества опечаток. Константин Николаевич считал, что редактирование журнала не может быть коллегиальным и не должно заменяться Ученым комитетом с предоставлением ему права оценивать статьи вместо редактора. Разъясняя барону свою позицию по этому вопросу, великий князь отмечал, что редактор должен не только распоряжаться изданием, но должен и отвечать за него, а Ученому комитету следует только осуществлять высшее наблюдение в морском и цензурном отношении.

До 1858 года «Морской сборник» не подлежал общей цензуре. Но отсутствие общей цензуры не означало отсутствие цензуры вообще. Великий князь Константин Николаевич, , Морской Ученый комитет тщательно просматривали поступающие материалы, и, тем не менее, этот морской журнал находился в несравненно лучших условиях, чем остальные специальные и литературные издания. Об этом говорят и сами материалы, и многочисленные отзывы современников. в конце 1855 года, оценивая значение «Морского сборника», писал: «Заслуженное уважение, которым начал пользоваться «Морской сборник», и многие, в высокой степени интересные особенности этого издания поставляют в обязанность каждому журналу, желающему беседовать со своими читателями об истинно важных явлениях нашей литературы, посвятить разбору «Морского сборника» особенную и подробную статью»6

Ни в одном из ведомственных журналов того времени не было такого большого количества интересных и разнообразных материалов. Чернышевский отмечал, что «Морской сборник» по праву является одним из лучших наших журналов как по учено-литературному достоинству статей, так и по важности публикуемых в нем официальных документов».7 Одну из причин такой популярности данного издания видел в высоком покровительстве и руководстве журналом со стороны Его Императорского Высочества Великого Князя Константина Николаевича. В этом писатель был не одинок. В уже цитировавшемся дневнике также отмечается большая заслуга Константина Николаевича в деле предполагавшихся реформ, причем автор часто его роль оценивает значительно выше, чем брата-императора. Вера Сергеевна именно великого князя считает первым человеком в императорском доме, который осознал необходимость преобразований и сумевший убедить в этом Государя.

При изучении «Морского сборника» перед современным читателем невольно встают вопросы: Что же определяло общественно-политическую позицию журнала в х годах? Что обусловило его инициативную роль в деле буржуазных реформ и преобразований? Наверное, отправной точкой в решении этих вопросов являлся флот, а точнее, та среда, которую представлял журнал. Поэтому, отвечая на эти вопросы, в первую очередь необходимо проследить те изменения и сдвиги, которые намечались и происходили в отечественном военно-морском флоте в то время. «Морской сборник» должен служить верной картиной современной жизни и деятельности нашего флота и морского министерства и, не скрывая недостатков наших… не хвастаться тем, что есть хорошего»,8 - обращался к редакции журнала великий князь. В связи с необходимостью реформы, в Морском ведомстве родилась идея изменить принцип набора рекрутов для прохождения службы на флоте. С этой целью было решено внимательным образом изучить быт и нравы населения, проживающего вблизи морских побережий, а также в бассейнах крупных судоходных рек. С 1856 г. в «Морском сборнике» стали появляться талантливые бытовые и этнографические статьи и очерки молодых литераторов, членов известной «литературной экспедиции», снаряженной на средства Морского ведомства и по настоянию великого князя Константина Николаевича для ознакомления с окраинами России: , , (1-я часть "Фрегата Паллады"), , -Чужбинского, , и др. Собранный ими обширный материал «заставил» редакцию в 1858 и 1859 гг. издавать по две книжки в месяц или по одной, объемом 40 и более листов. Упомянутая экспедиция продолжалась с осени 1855 года до начала 1860-х годов. Следует отметить, что для осуществления этого плана великому князю приходилось преодолевать сопротивление определенных министерских кругов, не желавших отпускать своих служащих на благо Морского ведомства. Можно сказать, что материалы данной «литературной» экспедиции в определенной степени явились своеобразным предвестником Великих реформ.

Во второй половине 50-х годов XIX века центральное место в общественно-политической борьбе занимали вопросы, связанные с отменой крепостного права. Передовые круги российского общества прекрасно отдавали себе отчет в том, что необходимо срочно принимать меры для предотвращения назревающего социального взрыва. Именно поэтому в различных областях общественной жизни государства намечались и происходили перемены, с помощью которых правительство стремилось избежать потрясений. Поэтому не случайно, что в первую очередь преобразования коснулись военно-морского флота, реформы в котором стали жизненно необходимым явлением. Именно на флоте особенно ясно проявилась отсталость крепостной России, задержавшейся в своем морском развитии на целую эпоху. Война продемонстрировала неизбежность замены парусного флота. Гибель Черноморского флота поставила под угрозу и безопасность правящих классов, способствовала падению авторитета и самой императорской власти. Именно поэтому правительство вынуждено было начать раньше, чем в других учреждениях, ряд реформ по Морскому ведомству.

Вполне возможно, что роль, которую играл «Морской сборник» в формировании общественного сознания, была связана с решением правительственных кругов рассматривать это печатное издание как своего рода попытку создать своеобразную охранительную литературу, иными словами создать альтернативу элементам, группировавшимся в России вокруг редакции журнала «Современник», а за рубежом – «Колокола» Герцена и Огарева. Ведь не секрет, что данные издания читали и в Зимнем дворце, и в Министерстве внутренних дел, а позже в учрежденных Редакционных комиссиях. Конечно, было бы странным говорить о том, что «Современник» и «Колокол» могли оказывать серьезное влияние на правительственный курс, но, безусловно, их позиция учитывалась как составная часть общественного мнения. И тогда получается, что задача «Морского сборника» заключалась еще и в том, чтобы ослабить революционный лагерь, отвлечь внимание общественности от его изданий. Эта версия косвенно подтверждается высказыванием императора Александра II, произнесенным в первые дни своего царствования по поводу деятельности своего брата, великого князя Константина Николаевича: «Я должен благодарить вас за вашу неусыпную деятельность в вашей службе и прошу всех министров брать с вас пример и ввести ту же публичность в своих делах».9 Не лишним будет напомнить, что император Александр II согласился увеличить ассигнование на издание этого журнала до 30 тысяч рублей, вместо 2 тысяч, отпускавшихся ранее из экономических сумм Ученого комитета.

До 1858 года с формальной точки зрения «Морской сборник» был подчинен Морскому ученому комитету под председательством барона , но фактически, благодаря деятельности великого князя Константина Николаевича, журнал все более и более выходил из-под влияния барона. Ученому комитету разрешалось лишь осуществлять наблюдение за журналом, но ни в коем случае не вмешиваться в дела редакции. Выход статей «Морского сборника» за рамки узковедомственной направленности огорчал бывшего наставника великого князя – адмирала , считавшего, что содержание этого издания не должно выходить за пределы круга интересов Морского ведомства. Его так же волновала чрезмерная политизация взглядов главы Морского ведомства. Это привело даже к охлаждению отношений между бывшим воспитателем и его подопечным.

Однако вскоре идеи и начинания великого князя, связанные с публикациями журнала на темы реформ дает результаты: материалы журнала начинают убедительно говорить о том, что взгляды властей по этому вопросу меняются. Если раньше существующий режим подавлял, или во всяком случае

«порицал» всякую инициативу в деле реформ, отстаивая консервативные позиции, то теперь уже сама власть вынуждена выступать с инициативами буржуазных преобразований, пытаясь взять инициативу в свои руки. На страницах «Морского сборника» во второй половине 50-х годов XIX века впервые нашли отражения настроения правящих кругов, отчетливо обозначающие вехи новой политической линии самодержавия - «правительственного либерализма».

Это прекрасно видно на примере подготовки судебной реформы. В ее разработке журналу также принадлежит немаловажная роль. «Морской сборник» начал ранее других изданий обсуждение этой насущной проблемы и продолжал рассматривать эти вопросы даже тогда, когда остальным органам печати было запрещено выступать по вопросам преобразования отечественного суда. Вопросами, связанными с судоустройством и судопроизводством в плане реорганизации флота, журнал стал уделять пристальное внимание после окончания Крымской войны. В это время руководители Морского ведомства начинают осознавать, что для устройства на флоте правильного суда нужны не частичные преобразования или частичные усовершенствования в рамках существующих судебных уставов и учреждений, а необходим поиск новых принципов организации судебного дела.

Выступления журнала по вопросам судебной реформы и предполагаемой деятельности в этом направлении Морского ведомства показывает, что они были более последовательны и решительны, чем программа преобразований суда, предложенная правительством. «Морской сборник» решительно предлагал отказаться от старых принципов организации суда, выступая в качестве защитника новых форм судопроизводства, в отличие от проектов II отделения Собственного Его Императорского Величества Канцелярии и министерства юстиции в конце 1850-х годов. Все «официальные» проекты не шли дальше частичных усовершенствований судебной системы. Программа реформ, предложенная журналом в начале 1860-х годов, была первой программой преобразования отечественного суда на принципах буржуазного права. Ее обсуждение имело большое общественное значение и способствовало ускорению общей судебной реформы.

Генерал-аудитор флота по этому поводу писал: «...действующие у нас законы общего уголовного судопроизводства, не могли быть пособием и источником для более определенного разъяснения сего предмета».10

Появление на страницах морского журнала статей о необходимости реформы судопроизводства на флоте ставило в тупик цензуру и давало возможность другим печатным изданиям высказываться по вопросам судебной реформы. Проект устава, написанный Глебовым и опубликованный «Морским сборником», провозглашал «... самостоятельность судов, публичность судопроизводства, устность или словесность судебных приговоров, обеспечение кассационным судом законных правил и обрядов

судопроизводства». 11

Еще раз подчеркнем, что этот проект являлся первым официальным гласным документом о преобразовании одного из ведомственных судов Российской империи на принципах буржуазной юриспруденции. Известный юрист писал по этому поводу: « Напечатанный в «Морском сборнике», он (проект – А. В.) обратил внимание общества, печати и ученых кругов на основы, условия и способы осуществления преобразования общих судов империи».12

Практически одновременно с подготовкой реформы военно-морского суда журнал начал рассматривать вопросы, связанные с отменой телесных наказаний. На страницах журнала за 1861 год отмечалась мысль, что «Морской сборник» не может не восстать против жестокого обращения с нижними чинами и не разделяет мнения тех, кто не желает отказаться от применения розог и линьки.

Борьба, которую вел журнал против телесных наказаний, была борьбой против крепостничества, против деления людей на «секущих и секуемых», она имела ярко выраженный демократический характер. Смелые, порой резкие протесты «Морского сборника» против телесных наказаний на флоте находили полную поддержку со стороны великого князя Константина Николаевича. Несмотря на свое высокое положение в обществе, не боясь кривотолков и сплетен, он открыто называл телесные наказания злом, разрушающим народную нравственность и способствующим росту недоверия населения к законной власти. Именно поэтому журнал получил активную поддержку со стороны представителей прогрессивной интеллигенции. Во втором номере «Современника» за 1858 год была напечатана статья «Чудо «Морского сборника», подробно рассказывающая о духовно-нравственном возрождений армейского офицерства, находящегося под влиянием этого флотского издания. За публикациями «Морского сборника» пристально наблюдал и . В своем «Колоколе» он отмечал, что «Морской сборник» своей деятельностью вносил значительный вклад в общее дело борьбы за освобождение податного населения от побоев.

17 апреля 1863 года был объявлен указ Государя Правительствующему Сенату об отмене телесных наказаний. Появлению этого документа в немалой степени способствовал «Морской сборник».

Позиция журнала, позволившего себе выходить далеко за рамки узковедомственной направленности, вызывала недовольство не только консерваторов, но и определенной части военных. Так, военный министр , которого никак нельзя отнести к противникам реформ, сделал серьезное внушение редактору «Военного сборника» : «Юридически нельзя, конечно, обвинить редакцию «Военного сборника» в перепечатывании напечатанного уже в «Морском сборнике», но повторяю еще раз, что «Морской сборник» не должен служить образцом для «Военного сборника» - «Морской сборник» грешен во многом, и я весьма желаю, чтобы «Военный сборник» не следовал его путем… «Морской сборник» до сих пор шел по такой дороге, по которой «Военный сборник» следовал за ним только в начале своего существования, и далее не мог идти».13 Приведенное высказывание было реакцией министра на оправдание редактора «Военного сборника» в связи с тем, что опубликованные в журнале материалы, вызвавшие нарекания цензора, в действительности принадлежат флотскому изданию.

Суммируя все вышесказанное, можно сделать вывод, что «Морской сборник» явился первым периодическим изданием в России, поставившим вопрос о необходимости буржуазных преобразований: передовая русская общественность использовала его трибуну для борьбы с консерватизмом, в частности с крепостнической идеологией. Журнал смело выносил на обсуждение различного рода вопросы, связанные с необходимостью преобразований в обществе, которые в других периодических изданиях быстро «прикрывались» при помощи цензуры.

Великий князь Константин Николаевич добился того, что журнал стал необычайно интересен: на его страницах происходило широкое обсуждение предметов, касающихся не только морской части, но и различных сторон жизни общества, с этой целью не только допускалась, но и поощрялось свободное обсуждение насущных проблем.

С эпохой 1855—1863 гг. совпадает наибольший успех журнала среди частных подписчиков, не имевших отношение к флоту: с 500 в 1853 году до 1677 в 1857 году.

В конце 1862 - начале 1863 года журнал начинает утрачивать свое общественное значение. После 1864 года «Морской сборник» вновь становится специальным журналом, публикуя, помимо официального отдела, преимущественно статьи, связанные с морской тематикой: материалы о судостроении, вооружении судов, кораблевождении, минной части, гидрографии, гидротехнике, артиллерии, военно-морской администрации и хозяйстве, морском законодательстве. То есть, возвращается к своей первоначальной программе. Как ни грустно констатировать, но получается, что, выполнив свою задачу – подготовив общественное мнение к Великим реформам, правительство утратило к нему свой интерес. Поэтому можно сказать, что это уникальное издание в определенной степени разделило судьбу многих либеральных начинаний правительства Александра II.

* Имеется в виду заметка «Мысли по поводу статьи о воспитании, в «Морском сборнике» 1856 г. январь», напечатанная в майском (7) номере «Морского сборника» за 1856 г (тстр. 179-189. Часть неофициальная). В очередной номер «Современника» эта статья не вошла, но была перепечатана (возможно, также не без рекомендации Тургенева) в майском номере «Москвитянина» (1856, №2 кн.2 стр.156-164).

1 Шестаков обыкновенной жизни Ч. II // ОР РНБ. Ф. 856. Ед. хр. 2. С. 366-367.

2 Дневник Веры Сергеевны Аксаковой. М., 2004. с. 94-95.

3 Тургенев. собрание сочинений и писем в 30 томах. Письма в 18 томах. Издание второе, исправленное и дополненное. Письма т.3 (). Издательство «Наука» Москва 1987г. с.91.

4 Цитирую по: Воронов. князь Константин Николаевич: становление

государственного деятеля // «Русский мир». М., 2002. с. 91.

5 Чернышевский собрание сочинений в 15 томах. Гослитиздат 1949 г. Т.3. С. 689.

6 Там же. Т. 2. с. 580

7 Там же. Т.2. с.580.

8 РГАВМФ. Ф. 410. Оп. 2. Д. 983. Л. 2-2об

9 Дневник Веры Сергеевны Аксаковой. М., 2004.с.90

10 «Введение или объяснительная записка к проекту устава морского судоустройства и судопроизводства». «Морской сборник» 1860.№5 кн.2.с.24.

11 Там же. с. 31

1 2 «Отцы и дети судебной реформы» Москва 1914 г. с.16

13 ЦГВИА Ф.167.Оп.1. Д.64.Л.78-84

 

.