Трансграничный регион как социокультурный феномен: дальневосточная модель

  На правах рукописи

ТРАНСГРАНИЧНЫЙ РЕГИОН КАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН: ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ МОДЕЛЬ

24.00.01 – теория и история культуры

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата культурологии

Челябинск – 2011

Работа выполнена на кафедре культурологии и социологии ФГОУ ВПО «Челябинская государственная академия культуры и искусств»

Научный руководитель:	доктор культурологии, доцент
Официальные оппоненты:	доктор культурологии, профессор кандидат культурологии, доцент
Ведущая организация:	ГОУ ВПО «Челябинский государственный университет»

Защита состоится «23» июня 2011 г. в 12.00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 210.020.01 по защите докторских и кандидатских диссертаций по специальностям 09.00.13 и 24.00.01 при ФГОУ ВПО «Челябинская государственная академия культуры и искусств» а, ауд.206 (конференц-зал).

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГОУ ВПО «Челябинская государственная академия культуры и искусств». Электронная версия автореферата размещена «23» мая 2011 г. на официальном сайте ФГОУ ВПО «Челябинская государственная академия культуры и искусств». Режим доступа: www. *****

Автореферат разослан «23» мая 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат культурологии,

доцент

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Проблема регионализации, в том числе трансграничной, в течение последних десятилетий превратилась в одну из центральных проблем современного гуманитарного знания вследствие распада биполярного мира и выхода региональных образований на первый план общественной жизни. Трансграничные области, имеющие рубежи с национальными государствами, принадлежащие к разным культурам и цивилизациям, ощущают на себе наиболее сильное влияние границы во всех отношениях.

Трансграничное сотрудничество, выстраивающее собственные социокультурные связи «поверх» формализованных границ, существует в разных формах, начиная от простейших локальных приграничных контактов до трансграничного кросскультурного взаимодействия.

Актуальность темы обусловлена слабой разработанностью теоретических и практических аспектов изучения механизмов трансграничной организации социокультурного пространства сотрудничества. Очень часто трансграничное сотрудничество обозначается как приграничное или пограничное. Соответственно, обозначаются и приграничные (пограничные) и трансграничные регионы. Основное отличие состоит не в географическом положении, а в особом статусе территории, создающем специфическую социально-экономическую, политическую и социокультурную общность. Именно с такой точки зрения мы рассматриваем приграничный (пограничный) регион как часть трансграничного региона.

В современном научном знании изучение трансграничных регионов ведется в разных аспектах – в геополитическом, социологическом, историческом, демографическом, экологическом. В последнее время наметилась еще одна важная составляющая – социокультурная, фиксирующая сохранение трансграничного региона как самостоятельного, самодостаточного явления на «стыке» взаимодействующих национальных культур. Россия геокультурно вся пригранична и является сосредоточением различных цивилизационных окраин, а Дальний Восток является наиболее ярким образцом социокультурной трансграничности российской и китайской сопредельной территории.

Трансграничное взаимодействие российского Дальнего Востока с китайским охватывает все основные сферы его жизнедеятельности. При этом ключевую роль в кросскультурном сотрудничестве играют торгово-экономические связи, ибо их легче всего наладить между сопредельными и прилегающими к ним внутренними частями различных стран. Фундаментом трансграничного взаимодействия являются исторические традиции и опыт взаимодействия в прошлом.

Нынешнее трансграничное состояние российского Дальнего Востока представляет собой, прежде всего, эффективный способ преодоления многих политических, экономических и социокультурных тупиков, оставшихся со времен «железного занавеса», недоверия к дальневосточному региону со стороны центральной власти и недооценки его роли в Азии. Трансграничный регион являет собой основу для разнообразных сценариев развития, обусловленных, с одной стороны, тенденцией к гомогенизации и унификации, а, с другой стороны, к его гетерогенности, усилению процессов, ведущих к разнообразию и многогранности.

Существующая противоречивость региональной идентификации дальневосточного региона Азии вместе с установкой российского Дальнего Востока на приоритетную связь с «материнской» Россией затрудняет процесс самоидентификации его жителей. Социокультурное развитие здесь всегда проходило и проходит в таких формах, что фактически разделяет регион на несколько территориальных фрагментов, которые и формируют трансграничные «зоны перехода».

Актуальность темы исследования обусловлена необходимостью изучения трансграничности как условия формирования толерантного сосуществования на границе национальных культур России и Китая, ибо трансграничный регион являет собой «лабораторию» кросскультурного взаимодействия.

Степень научной разработанности проблемы

Проблема трансграничного социокультурного взаимодействия России и Китая в ХХ-XXI веке как самостоятельная проблема не получила освещения при наличии большого массива работ, рассматривающих отдельные разномасштабные аспекты данного взаимодействия.

Многие культурологи и социологи затрагивают вопрос о социокультурном пространстве, которое структурируется по государственным границам: , Ф. Бродель, Э. Гидденс, , Г. Зиммель, , Д. Холл, А. Тойнби, и др.

Большое значение для нашего исследования имеют работы, посвященные проблеме границ в пространстве культуры: (центр культуры – граница), (граница – общение); (пограничные культуры); («дополнительность» границ) и др.

Межцивилизационность российского социокультурного пространства глубоко проанализировано в трудах , , С. Хантингтона, , и др.

Глокальные процессы как симбиотическая связь глобального и локального в регионах, находящихся в трансграничном состоянии, рассмотрены в работах З. Баумана, , Р. Робертсона, , ; Дальний Восток как «глобальные ворота» – , и др.

Гетерогенный характер процессов кросскультурного взаимодействия заставил нас обратить внимание на системный подход к исследованию социокультурных явлений в работах , , А. П. Назаретяна и др.

В теории социокультурных систем как особых образований, складывающихся на границах, заслуживают внимания работы (геокультурное пространство), (морфология социокультурных систем), (геоэтнокультурная система) и др.

Современное состояние российской социокультурной системы как институционального механизма культурной регионализации отражено в работах , , и др.

Специфика «трансграничного» феномена как современной формы социокультурного сотрудничества рассматривается в работах следующих ученых: , , Дж. Розенау; экономистов: , , историков: , ; географов: , , ; политологов: , ; экологов: П. Я Бакланова, , и др.

Типология регионов, в основу которой была положена степень развития трансграничных связей разработана , М. Ван дер Вельдом, Р. Мартином, О. Мартинез и др.

Трансграничное сотрудничество российских регионов развивается по двум направлениям:

- северо-западная часть России, взаимодействующая с еврорегионами, описана в трудах , , с Беларусью – ; с Украиной – , Р. Дацкива, , российской анклавной частью – Калининградской областью: Р. Анисевича, , В. Словинска и др.

- азиатская часть – П. Я Бакланова, , , , и др.

Процесс изменения социокультурной идентичности жителей приграничных регионов в связи с активизацией интеграционных процессов рассматривали , , и др.

Феномен маргинальности исследовали следующие ученые: К. Додд, Ф. Гидденс, А. Керкхофф, , Т. Мак-Кормик, Р. Парк, Э. Стоунквист, , В. Тэрнер, , П. Штомпка и др.

Российско-китайские отношения рассматриваются в работах таких ученых, как: , , , , , , Т. Холцленер и др.

Особую группу материалов по истории русской эмиграции составляют статьи, которые регулярно публикуются в газете «Хэйлунцзян жи-бао», а также ряд публикаций китайских ученых, занимающихся проблематикой российско-китайского взаимодействия: У Вэй, Ши Гохуа, Цзэн Ичжи, Пань Дэли, Ши Фан, Ли Сингэн, Ли Синьмэй, Ван Чжичэн, Ли Чуньян, Чжан Шаоцзе, Ван Шэцзинь, Ли Шусяо, Чжу Юньчжэн и др.

Специфические подходы к изучению данной проблемы содержатся в ряде наук (политологии, регионоведении, этнографии, истории и т. д.). Между тем ее целостное исследование требует формирования собственно культурологического подхода как междисциплинарного, способного синтезировать историческое, этнографическое, философское, геополитическое и другие знания.

Объектом диссертационного исследования является социокультурный трансграничный регион Дальнего Востока.

В качестве предмета исследования определены классифицирующие и системообразующие признаки трансграничного региона как феномена кросскультурного взаимодействия.

Целью данной работы является культурологический анализ дальневосточного региона как трансграничного социокультурного образования. Конкретизация и реализация цели осуществляется в ходе решения следующих задач:

1.  Рассмотреть концепт «граница» как «смысловое поле» трансграничья;

2.  Сформулировать понятие трансграничный регион, выявить его сущностные характеристики через родо-видовые, структурно-функциональные и классификационные признаки;

3.  Раскрыть идентификационную специфику социокультурной идентичности жителей дальневосточного региона;

4.  Проанализировать специфический комплекс маркирующих факторов трансграничного региона, формирующий тип «дальневосточника»;

5.  Определить трансграничные качества дальневосточного региона на основании российско-китайского кросскультурного взаимодействия.

Теоретико-методологические основы и методы исследования.

Методологической основой исследования выступает комплекс подходов и методов. Изучение трансграничного региона как специфического феномена потребовало обращения к структурно-функциональной методологии, которая рассматривает исследуемый объект как адаптивную систему, в которой все части служат удовлетворению потребностям системы как целого, обеспечивая ее существование во внешнем пространстве.

Теоретическую базу исследования составили работы отечественных и зарубежных авторов по проблемам истории и развития трансграничья в целом и дальневосточного трансграничного региона в частности: , , О. Мартинеза, , Р. Робертсона и др.

Сложность объекта исследования обусловлена междисциплинарностью подходов к его изучению: культурологический, деятельностный, системный. Исследуемая проблематика предполагала использование культурологического подхода, который представляет трансграничный регион как область культурно-исторического взаимодействия двух отдельно взятых национальных культур России и Китая в процессе установления закономерностей их своеобразия и сходства. Деятельностный подход подразумевает изучение всех видов деятельности людей в рамках трансграничного региона, а также их результатов, воплотившихся в специфическом комплексе материальных, художественных и духовных ценностей населения Дальнего Востока. Основой системного подхода является анализ взаимосвязи и взаимозависимости элементов и форм, дополненный автором исследования элементами теории синергетики по отношению к социокультурному трансграничному региону Дальневосточья как самоорганизующейся системе.

Сравнительно-культурологический анализ позволил найти сходство и отличие социокультурных спецификаций трансграничного региона как таксономической единицы, идентифицируемой в единообразии процессов и связей дальневосточного трансграничного региона с глобальным целым. Методы анализа и синтеза, применимые к различным документам и текстам, содействовали выявлению и интерпретации основных тенденций развития дальневосточного трансграничного региона. Метод моделирования способствовал построению логики процессов, берущих начало на территории трансграничного региона и продолжающихся за его пределами.

Эмпирическая база исследования. Значительную практическую базу создали работы отечественных и зарубежных ученых по проблемам становления и развития рубежей трансграничья, межкультурного взаимодействия, приграничного и трансграничного сотрудничества, социокультурной идентификации жителей трансграничного региона, миграционным процессам; международные договоры Российской Федерации с Китайской Народной Республикой и двусторонние соглашения на уровне регионов сопредельных приграничных районов; а также публикации российских и зарубежных средств массовой информации, электронные ресурсы, материалы научно-практических конференций.

Автором осуществлен перевод с китайского и английского языка более 50 статистических материалов, научных и аналитических публикаций, интервью политических и культурных деятелей Китая. Значительную ценность представляют используемые материалы китайского сегмента Интернет, в частности, «Китайского информационного интернет-центра», газеты «Жэньмин жибао он-лайн», агентства «Синьхуа», а также интернет-страницы культурных и образовательных порталов приграничных с Россией административно-территориальных образований КНР и др.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:

- раскрыта неоднородность и динамика границы в культурно-исторической ретроспективе научной мысли, что выявило движение границ от простых «линий» к сложным регионам и многомерным конструкциям, в которых граница не сводится к простой сумме взаимодействующих культур, а порождает трансграничный регион как специфический феномен;

- сформулировано понятие «трансграничный регион», который маркирует глокальное пространство и являет собой особую форму взаимодействий сопредельных государств и культур;

- выделены отличительные свойства идентичности как территориальной «инаковости» самого трансграничного региона, которая сформирована «самобытностью» и «своеобразием» транслируемых ценностей;

- рассмотрен феномен и содержание социокультурной идентичности дальневосточного региона – маргинальности, которая интенсифицирует трансграничное взаимодействие в одних случаях, а в других – под воздействием разных социокультурных ориентаций сворачивает его;

- прослежена динамика кросскультурного диалога России и Китая от ассоциативного обмена до двуязычного освоения культурных форм и определены основные тенденции и перспективы социокультурных процессов дальневосточного трансграничья.

Основные положения, выносимые на защиту:

В соответствии с целью и задачами диссертационного исследования на защиту выносятся следующие положения:

1. Регионо-формирующая и регионо-форматирующая природа границы, раскрывающаяся через совокупность философских, социологических, геополитических, историко-культурных и социокультурных интерпретаций, представляется многоуровневой и многозначной, что позволяет самой границе, понимаемой в качестве феномена культуры, выступить «смысловым полем» трансграничного региона. С одной стороны, граница реальна, являя собой историко-географическую или политико-административную сущность, и может быть отражена на карте, с другой стороны, ирреальна, то есть это трудноопределимая, динамичная, ментальная конструкция.

2. Трансграничный регион (от лат. trans (trans-border) – простирающийся через пространство, или cross (cross-border) – скрещенный, гибридизированный) является потенциальным регионом: разделен суверенитетом соседствующих государств, обладает комплексом национальных, региональных, зональных элементов с собственными характеристиками, отражает их историко-культурное своеобразие, взаимодействует между сопредельными приграничными регионами для сохранения, управления и развития своего «жизненного» пространства, форматируется государственной административно-территориальной границей. Термин «потенциальность» образован от латинского potential – скрытый, не проявляющийся, но готовый обнаружиться при определенных условиях. Социокультурное пространство трансграничного региона формируется как единое «глокальное» поле и представляет собой динамическую структуру, позволяющую социокультурному разнообразию двух сопредельных приграничных культур функционировать как единому целому.

3. Идентификационными признаками трансграничного региона является маргинализация населения, сущность которой заключается не в образовании слоя маргиналов, разрушающих трансграничный регион, а в сквозной маргинализации жителей, что проявляется в исчезновении жесткого структурирования на «чужих» и «своих» с определенными «жизненными мирами» и в образовании многомерно дифференцированной социокультурной практической деятельности с условными и размытыми границами, играющими роль двойного противовеса: с одной стороны – разъедают административное устройство государств, с другой – локально интегрируют «поверх» национальных границ.

4. Идентичность жителя трансграничного региона можно определить как маргинальную, детерминированную особенностями природно-ландшафтного, историко-социального, производственно-хозяйственного, социокультурного развития конкретной территории, возникающего в лоне культурных контактов «переходных зон», на границах культурных миров. Черты трансграничной самоидентификации дальневосточников не сводятся к каким-либо уникальным этническим чертам, а носят сугубо ценностные и поведенческие отличия, которые сохраняют наряду с дальневосточной идентификацией национальную, религиозную и языковую, что способствует становлению трансграничного региона как многонационального и поликультурного образования.

5. Дальний Восток как социокультурный регион представляет собой экспликацию кросскультурных взаимоотношений двух стран – России и Китая, имеющих специфические особенности в области образования, культуры и искусства: музыки, литературы, архитектуры, и т. д. Социокультурный фактор кросскультурных взаимодействий состоит в перманентно протекающем обмене элементами культурных традиций и заимствованиями между разделенными государственной границей национально разнородными или однородными социумами. Как раз такая взаимосвязь протекает интенсивнее на трансграничной территории, где соседствующие социумы объединены необходимостью адаптации к условиям их естественной среды сосуществования.

Теоретическая значимость исследования. Проведенное автором исследование обогащает и расширяет представление о сущностных смыслах трансграничного региона как социокультурного феномена, его характеристиках, статусе, функциях в процессе его становления и развития. В целом результаты исследования открывают перспективы для углубления научного направления, связанного с развитием кросскультурного взаимодействия.

Практическая значимость исследования. Основные результаты могут быть использованы в содержании учебных курсов по проблемам регионалистики, культурной политики регионов РФ, а также при создании научно-методических пособий, социально-культурной деятельности, преподавании курсов культурологии и истории региона.

Апробация результатов исследования. Отдельные положения и результаты исследования были опубликованы в 17 работах, общим объемом 3,5 п. л., в том числе 3 статьи в журналах, рекомендованных ВАК Минобразования и науки РФ.

С изложением основных результатов автор выступал на кафедре культурологии и социологии, а также на семинаре-практикуме аспирантов и соискателей Регионального института философских и культурологических исследований ФГОУ ВПО «ЧГАКИ»; на международных, региональных, всероссийских научно-практических конференциях: «Культура и коммуникация» (Челябинск, 2007, 2008); «Мировоззренческие и философско-методологические основания инновационного развития современного общества: Беларусь, регион, мир» (Минск, 2008); «Философия как способ постижения динамики современного мира» (Минск, 2010); «Молодежь в науке и культуре XXI века» (Челябинск, ); «Философия, Вера, Духовность: истоки, позиция и тенденции развития» (Воронеж, 2008); «Болгария и культурное многообразие Европы» (София, Болгария, 2008); на Международной заочной научно-практической конференции «Cosmology across cultures» («Космология в лоне культуры») (г. Гранада, Испания, 2008); «Национальная философия в контексте современных глобальных процессов» (Минск, 2010).

Материалы диссертационного исследования использованы при подготовке спецкурса «Имидж региона в современном мире» для студентов специальности 032401 – «Реклама» ФГОУ ВПО «Челябинская государственная академия культуры и искусств».

Структура диссертационной работы

Структура диссертации определяется спецификой темы исследования и логикой изложения. Работа состоит из введения, двух глав, включающих 5 параграфов, заключения, списка литературы и приложения. Общий объем работы составляет 195 страниц; список использованной литературы включает 307 наименований, 58 из которых на иностранных языках. Приложение содержит фотографии и схемы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во Введении обосновывается актуальность темы исследования, рассматривается степень разработанности проблемы, формулируются цели и задачи исследования, раскрываются основные положения и результаты исследования, положения, содержащие его новизну и выносимые на защиту, выявляется практическая значимость работы, описывается апробация полученных результатов.

Первая глава «Трансграничный регион как предмет культурологического исследования: проблема концептуализации» содержит изложение исходных теоретико-методологических позиций заявленного диссертационного исследования. Рассмотрение сущности трансграничного региона неизбежно приводит к необходимости изучения «границы» как социокультурного феномена.

В первом параграфе «”Граница” как культурообразующее основание трансграничного региона» была положена в основу междисциплинарная категория границы: рубежи естественные (между сушей и водой), искусственные (политические, религиозные), языковые, социальные, международные и т. д.

Граница интегрирована положением «между» в физическом, географическом и социокультурном пространстве и носит преимущественно смысловой характер, противопоставляя «своего», «другого» и иного. Граница маркирует «свое» пространство, являясь его пределом.

«Иной» же предстает тем, кто преступает границы. Исходя из данных утверждений, мы рассматриваем социокультурные границы «иного» как область наиболее интенсивного общения культур. Иной становится агентом границы, производя «свое» пространство, где культуры могут не только обмениваться опытом, но и ведут диалог, по большей части обогащающий друг друга, но иногда и стремящийся к сохранению собственной обособленности.

Смысловая граница разобщенности находит свое выражение в особом типе границ – государственных, которые маркируют территорию, тем самым определяя свой суверенитет. Они отделяют одно территориально-политическое образование от другого. Граница прошла исторический путь трансформации от контактных/буферных границ-линий до границ-зон и сегодня существует несколько трактовок этого феномена: граница-линия (boundary), «легитимная» граница-полоса (border), граница-окраина (margin), «метафизическая» граница-предел (limit), «подвижная» граница-фронтир (frontier), «раздробленная» граница-периферия (periphery).

Для трансграничного региона дискурс границы представляется возможным со всеми вышеназванными модификациями границы. Трансграничье представляет собой пространственно интегрированную форму трансгрессивного взаимодействия, которое пересекает границы национальных административных практик и старается сформировать, вопреки этим границам, осознание связанности, взаимозависимости и общих интересов. Трансграничье имеет некоторые общие импликации со следующими понятиями: «детерриторизация», «транслокальность», «транснационализм» или «транснациональное социальное пространство», воссоздавая трансграничность как новую социокультурную форму кросскультурного взаимодействия.

Любая граница выполняет свои «фундаментальные» функции – контактные и барьерные, вопрос только в их соотношении. С конца ХХ века наметилось преобладание контактной функции государственной границы, которое напрямую связано с влиянием интеграционной тенденции в международных отношениях, превращающей границу из защитного рубежа в линию межрегионального взаимодействия, или даже контактные зоны, в которых происходит активное взаимодействие трансграничного населения сопредельных государств.

Процесс становления трансграничья протекает в направлении глобальных трансформаций и взаимодействует с такими явлениями как глобализация, регионализация, интеграция.

Изменение международных отношений после распада биполярного мира постепенно приводит к стиранию административных государственных границ, усложняя взаимосвязи, которые, в частности, выходят за рамки государств в региональное пространство. В связи с этим регионализацию можно рассматривать как условие трансформации и взаимодействия смежных государств, и понимание региона может базироваться на представлениях о территориях, сформированных в виде социокультурных систем.

Во втором параграфе «Социокультурный трансграничный регион: содержание понятия и его актуализация в современной гуманитарной науке» раскрывается тема трансграничных пространств. Само понятие «трансграничный регион» на протяжении исторического времени меняло свое социокультурное наполнение, связанное с «интегрирующим» характером трансграничных взаимоотношений и сотрудничеством приграничных областей граничащих государств. В последнее десятилетие появилась целая классификация трансграничных пространств, или пространств-границ: геополитические «буферы», пограничные «регионы-скрепы», регионы-фронтиры, трансграничные регионы, выделяемые по признаку функционирования границы.

Трансграничный характер географического положения региона в культурном отношении приобретает смысл «жизни на границе». Глобализация, интеграция и регионализация, вылившиеся в глокализацию, стали причиной ослабления ранее совпадавших в большинстве случаев культурных национальных и государственных границ, следствием чего является усиление социокультурных связей «поверх» национальных границ, ведущее к прозрачности национально-государственных границ и к образованию трансграничных региональных структур, целью которых является интеграция взаимодействующих культур.

Сущность трансграничного региона определяется его включенностью в различные социокультурные образования. Трансграничный регион обладает рядом характерных черт: имеет общность исторических судеб проживающего населения; обладает географическим единством территории; представлен различными мировыми религиями при отсутствии явной доминанты; является носителем свойственной только данному региону ментальностью, которую мы определяем маргинальной, и особенностями региональной культуры (материальной и духовной); способен генерировать и реализовывать устойчивые оригинальные экономические, политические и социокультурные стандарты и формы для своего ареала распространения; отличается многонациональным по составу населением и большим количеством языков; адаптирует «инородное» население при кросскультурном взаимодействии сопредельных государств.

Становление трансграничного региона напрямую связано с распадом диаспор; под влиянием межкультурной интеграции жители стали сближаться внутри региона на фоне нивелирования существенно различающихся между собой по языку и культуре народов, что и привело к появлению у них общих черт.

Трансграничный регион является системой открытого типа и представляет собой динамическую структуру, позволяющую социокультурному разнообразию функционировать как единому целому. Само же социокультурное пространство трансграничного региона формируется как единое «глокальное» поле, где развертываются культурные формы человеческой жизнедеятельности.

Социально-психологические факторы обусловливают трансграничную ментальность (как национальную, так и наднациональную, связанную с той культурой, которая развилась в данном регионе) и влияют на формирование трансграничного самосознания, образуют определенный тип человека.

В третьем параграфе «Территориальная идентичность трансграничья: качественные характеристики» доказывается, что появление особого человека, детерминированного особенностями природно-ландшафтного, историко-социального, производственно-хозяйственного, социокультурного развития конкретной территории, является одним из определяющих условий и результатов формирования трансграничного региона. Территориальная идентичность трансграничья маркирует как связь, которую ощущает житель определенного региона в сочетании с местом его жизни, так и особый тип личности, в деятельности которого находит свое выражение «душа региона» на стыке двух культур. Результатом такой идентификации стал определенный тип личности, который называют маргинальным (от латинского marginalis – пограничный, периферийный, находящийся на краю).

Статичная неопределенность положения маргиналов – между границ – приобретает движение в процессе межкультурного взаимодействия. Граница в динамике становится «фронтиром», а маргиналы выступают основными агентами фронтира.

Автором выделяются три фазы «маргинализации» трансграничного человека, сознательно принимающего активное участие в культурной жизни и традициях двух разных народов:

1. Разделение – открепление личности или целой группы от занимаемого ранее места и от определенных культурных обстоятельств.

2. Порог (limen) – отсюда лиминальность. В этой фазе «переходящий» субъект получает черты двойственности, поскольку пребывает в той области культуры, у которой очень мало или вовсе нет свойств прошлого или будущего состояния. Это некие точки бифуркации.

3.Восстановление новой идентичности, образование новой структуры – маргинальной. Индивид попадает через щели структуры в лиминальность и через окраины, грани и границы структуры прорывается в маргинальность, где может быть обретен новый опыт. После этого маргинал «в ситуации вне структуры» образует свою новую структуру.

Маргинальный человек обладает таким специфичным свойством как транзитность. Транзитность предполагает передачу культурами опыта друг другу, тем самым происходит просеивание через грубые или тонкие «сита» принятий и противодействий со стороны культур-воспреемников. Маргинальный человек дальневосточного трансграничного региона наиболее прочно аккумулирует многообразные элементы прямо или опосредованно взаимодействующих культур.

Межкультурное взаимодействие – неотъемлемая часть «маргинализации» жителя трансграничного региона, успешность и результат которого напрямую зависят от характера протекания процесса социально-психологической адаптации этнической группы к новому социокультурному пространству.

Таким образом, ситуация маргинальности возникает на основе противоречия систем ценностей двух культур, в которых участвует индивид, и проявляется в двусмысленности, неопределенности его статуса и роли. Маргинальность определяется как состояние людей, поставленных на грань двух культур, участвующих во взаимодействии этих культур, но не примыкающих полностью ни к одной из них. Маргинальный человек является продуктом естественного культурного процесса. Он становится определенным образом маркированным: не отрицая своей национальной принадлежности, он становится еще и региональным репрезентантом взаимопроникающих культур. Маргинальный человек находится на перекрестке двух или более миров одновременно и обладает следующими свойствами: полиморфностью, толерантностью, лабильностью, «культурной гибридностью», билингвизмом, самосознанием, транзитностью. Маргинальный человек способен вбирать в себя различные элементы других культур, не разрушая их, а шлифуя, притирая друг к другу и пролагая дорогу к культурному симбиозу, выявляя потенциальные общие точки роста социокультурных взаимодействий.

Во второй главе «Дальневосточный трансграничный регион как социокультурный феномен» рассматривается формирование трансграничного региона Дальнего Востока в кросскультурном взаимодействии на историко-культурном материале освоения региона в прошлом и современных социокультурных контактов.

В первом параграфе «”Дальневосточник” как отображение особого регионального типа жителя трансграничья» дальневосточная региональная идентификация рассматривается как процесс, имеющий свою историю. Отношения России с государствами Восточной Азии, в частности с Китаем, были и остаются формой межцивилизационного взаимодействия. Для России Китай – не просто соседнее государство. Он представляет собой крупнейшую из сопредельных восточноазиатских цивилизаций; его северные рубежи, как и дальневосточные, и южносибирские районы России, являются контактными зонами межцивилизационного общения.

Фундаментом трансграничного сотрудничества является опыт взаимодействия в прошлом. Русские появились на Дальнем Востоке в XVII в., но политическое и социокультурное влияние российского государства оставалось там весьма ограниченным вследствие недостаточности ресурсов, направлявшихся на освоение нового края. В течение длительного времени рассматриваемый регион не выделялся в качестве самостоятельной трансграничной единицы. В большой степени и поныне данный регион расценивается как символ большого геокультурного и природного разнообразия и богатства.

Положение Дальнего Востока России носит следующие положительные для развития региона факторы: близость к экономически мощным регионам бассейна Тихого океана; территория, позволяющая потенциально организовать наземное сообщение между основными полюсами региона; большие запасы природных ресурсов; экологическая чистота региона.

Среди сложностей следует отметить: чрезвычайно низкую плотность населения; суровый климат, существенно поднимающий себестоимость производства товаров и этим гарантирующий их низкую конкурентоспособность и рентабельность вкладывания капитала; малая культурная известность региона не только в мире, но и в России; отсутствие мест мировой культурной значимости; слабость научной деятельности, малое количество проводимых фундаментальных исследований и недостаточное использование результатов научной деятельности; «вымывание» высокопрофессиональных специалистов различных областей в центральные регионы России и зарубежные страны.

Анализ же культуры Дальнего Востока выявляет размывание традиционных ценностей, сопровождающееся выработкой новых, что способствует формированию маргинальной культуры людей, безответственных к своей судьбе и окружающему миру. Значительная активность западной и восточных культур, интенсивно воздействующая на молодежь, лишь усиливает ее деструкцию.

Социокультурные процессы на Дальнем Востоке в условиях экономической и культурной недостаточности привели к тому, что социокультурная идентификация размывается, наработанные за почти двухсотлетие традиции и ценности трансформируются, яркие представители дальневосточников мигрируют, а связи Дальнего Востока с центральной Россией слабнут – все это маргинализирует дальневосточный трансграничный регион, в котором региональная идентичность играет роль двойного противовеса: с одной стороны – сосуществует с устойчивой национальной идентичностью, с другой – создает «фронтирность» на локальной территории, расширяя региональную идентичность. Идентичность Дальневосточья маркирует связь, которую ощущает житель трансграничного региона с местом его жизни, и формирует маргинального человека, детерминированного особенностями географического, коммуникационного, миграционного, экономического, политического, социокультурного развития конкретной территории.

Во втором параграфе «Трансграничная специфика дальневосточного региона в контексте российско-китайского кросскультурного взаимодействия» рассматриваются социокультурные факторы кросскультурного взаимодействия населения трансграничного региона, которые состоят в перманентно протекающем обмене элементами культурных традиций и заимствованиями между разделенными государственной границей национально разнородными или однородными социумами. Такая взаимосвязь протекает интенсивнее на той территории, где соседствующие социумы объединены необходимостью адаптации к условиям их естественной среды сосуществования.

Трансграничные связи российского Дальнего Востока охватывают все основные сферы жизнедеятельности, при этом основную роль в региональном сотрудничестве играют торгово-экономические связи, так как их наиболее легко наладить между сопредельными и прилегающими к ним внутренним частям различных государств, что и создает сущностную основу глокализации.

Пространство трансграничного региона становится наполненным и мобильным в зависимости от того, как субъекты (политики, предприниматели, деятели науки, искусства, образования) взаимодействуют на данном пространстве социокультурных границ на трех уровнях: пространстве взаимодействия национальных государств, пространстве регионального взаимодействия, пространстве локального взаимодействия.

Конструктивное социокультурное взаимодействие трансграничного региона играет не только важную роль в развитии кросскультурного сотрудничества через взаимное обогащение, но и становится неотъемлемым механизмом подкрепления социокультурного баланса в мире.

В Заключении подведены общие итоги исследования, намечены перспективы возможных исследований в будущем и сформулированы рекомендации для сфер практической культуры и образования.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях автора

Статьи, опубликованные в рецензируемых научных изданиях, включенных в реестр ВАК МО и НРФ:

1.  Емченко, социокультурных рубежей в рамках трансграничного региона [Текст] / // Вестн. Таджик. гос. нац. ун-та. – Душанбе, 2009. – №6 (54). – С. 167-169.

2.  Емченко, человек в контексте культуры трансграничного региона [Текст] / // Вестн. Челяб. гос. ун-та. – Сер. Философия. Социология. Культурология. – 2009. – №11(149). – С.47-51.

3.  Емченко, регион: социокультурные характеристики [Текст] / // Вестн. Бурятск. гос. ун-та. – Сер. Филос., Соц., Полит., Культурол. – Улан-Удэ, 2011. – №14 а. – С. 227-230.

Публикации в других изданиях:

4.  Емченко, основания существования трансграничного региона на Дальнем Востоке [Текст] / // Молодежь в науке и культуре XXI века / под ред. , . – Ч. II. – Челябинск: Изд-во Челяб. гос. акад. культуры и искусств, 2007. – С. 198-202.

5.  Емченко, особенности трансграничного сотрудничества российского Дальнего Востока [Текст] / // Культура-искусство-образование: новые аспекты синтеза теории и практики. М-лы XXVIII науч.-практ. конф. проф.-препод. состава акад. – Челябинск: ЧГАКИ, 2007. – С. 333-335.

6.  Емченко, восприятия религиозных традиций в рамках рансграничного региона Дальнего Востока [Текст] / // Узбекистан-Россия: перспективы образовательно-культурного сотрудничества: Сб. науч. тр. Т.2 /Редкол.: и др.; Мин-во высш. и средн. спец. образ. Респ. Узбекистан, Мин-во по делам культуры и спорта Респ. Узбекистан, Ташкентский Гос. ин-т культуры им. А. Кадыри, Челяб. гос. акад. культуры и искусств. – Ташкент, 2008. – С. 38-44.

7.  Емченко, регион как феномен социокультурной ситуации XXI века [Текст] / // Мировоззренческие и философско-методологические основания инновационного развития современного общества: Беларусь, регион, мир / под ред. . – Минск: Право и экономика, 2008. - С. 493-495.

8.  Емченко, тип личности как феномен культуры трансграничного региона [Текст] / // Мир науки, культуры, образования. – Горно-Алтайск. – 2008. – №4 (11). – С. 82-84.

9.  Емченко, социокультурного при-, по-, трансграничья в современности [Текст] / // Молодежь в науке и культуре XXI века / под ред. . – Челябинск: Изд-во Челяб. гос. акад. культуры и искусств, 2008. – С. 269-271.

10.  Емченко, идентификации трансграничного региона: социокультурный аспект (на примере Дальнего Востока России и Северо-Востока Китая) [Текст] / // Философия, вера, духовность: истоки, позиция и тенденции развития: монография / под общей ред. . – Кн. 16. – Воронеж: ВГПУ, 2008. – С. 180-190.

11.  Емченко, и роль трансграничного сообщества в этносоциальной структуре общества [Текст] / // Система ценностей современного общества. Сб. м-лов III Всерос. науч.-практ. конф. / под ред. . – Новосибирск: ЦРНС – Изд-во СИБПРИНТ, 2008. – С. 135-139.

12.  Емченко, Д. Г. Modus vivendi границы в современности [Текст] / // Язык и культура / Сб. м-лов III междунар. науч.-практ. конф. / под ред. и др. – Челябинск: Челяб. гос. акад. культуры и искусств, 2008. – С.

13.  Емченко, на карте и в культуре: современное состояние [Текст] / // Пограничные процессы в литературе и культуре: сб. ст. по м-лам Междунар. науч. конф., посвящ. 125-летию со дня рожд. Васю Каменского / общ. ред. , . – Пермь: Изд-во Перм. ун-та, 2009. – С. 93-94.

14.  Емченко, как особая форма социокультурного трансграничного сотрудничества [Текст] / // Вестник института педагогических исследований: Теор. и пр-ка педаг-ки и псих-гии проф. и общ. образ-я / ФГОУ ВПО ЧГАКИ. Вып. 31. – Челябинск: Изд-во ЧГАКИ, 2009. – С. 9-12.

15.  Емченко, трансформация границ в современности [Текст] / Д. Г. // Молодежь в науке и культуре XXI века / под ред. . – Челябинск: Изд-во Челяб. гос. акад. культуры и искусств, 2009. – С. 66-71.

16.  Емченко, идентификация человека трансграничного региона [Текст] / // Вестник Челяб. гос. акад. культуры и искусств. – 2009. №1 (17) – С. 67-70.

17.  Емченко, регион и дальневосточная маргинальность [Текст] / // Молодежь в науке и культуре XXI века / под ред. . – Челябинск: Изд-во Челяб. гос. акад. культуры и искусств, 2010. – С. 59-62.

ТРАНСГРАНИЧНЫЙ РЕГИОН КАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН: ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ МОДЕЛЬ

24.00.01 – теория и история культуры

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата культурологии

Формат 60х84 1/16 Заказ №____	Объем 1,0 п. л. Тираж 100 экз.

Челябинская государственная академия культуры и искусств

Челябинск, а

Отпечатано в типографии ЧГАКИ. Ризограф