Общественный контроль за милицией:
правовые аспекты и практический опыт[1]
[2]
Правовые основы осуществления общественного контроля за деятельностью органов внутренних дел.С 1996 года в Государственной Думе РФ продолжается эпопея, связанная с принятием федерального закона об общественном контроле за органами милиции, учреждениями уголовно-исполнительной системы и другими местами принудительной изоляции.
Возможен ли общественный контроль за деятельностью милиции до того, как этот закон будет принят, а созданный им механизм заработает? По нашему мнению, да, возможен.
Как известно, в соответствии со ст. 2 Конституции РФ, человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства. Кстати, обратим внимание: только один раз и только в этой статье в Конституции применяется понятие «обязанностей государства».
В соответствии со ст. 18 Конституции РФ, права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими, они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Что такое «непосредственно действующие права и свободы»? Это значит, что они: 1) в иерархии правовых ценностей не только занимают первое место, но и при наличии противоречий между ними и другими правовыми ценностями применяются в качестве источника права; 2) реализуются через повседневную деятельность органов государственной власти, их должностных лиц и граждан.
Одним из таких конституционных прав является гарантированное ч. 4 ст. 29 Конституции РФ право каждого свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Указание этой же нормы на то, что перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом, означает, что именно федеральный закон о сведениях, составляющих государственную тайну, может устанавливать пределы реализации этого права.
Общественный контроль по своей правовой природе является частым случаем законного поиска, получения, передачи и в необходимых случаях – распространения информации. Особенностью общественного контроля является следующее: 1) объектом общественного контроля являются органы власти и должностные лица; 2) субъектом общественного контроля выступают представители независимого от органов власти и местного самоуправления – гражданского общества, которые имеют двойственный статус – они выступают, одновременно и в личном качестве, как граждане, реализующие свое право, предусмотренное ст. 29 Конституции РФ, так и в качестве представителей некоего формального определенного сообщества – общественной правозащитной организации; 3) общественный контроль осуществляется не в личных, корпоративных или в государственных, а в общественных интересах; 4) передача и распространение информации сопряжена с оценкой соответствия практики деятельности подконтрольного органа общественным ожиданиям.
Право гражданина на участие в общественном контроле вытекает из двух принципов, закрепленных в статье 3 Конституции РФ: 1) носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ; 2) народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления. Представление о народе, как источнике власти, должно включать в себя не только право народа на формирование органов власти и их подотчетность народу, но и право народа на текущий контроль за теми институтами, которые создаются властью для осуществления ею своих обязанностей. В этой части основным предметом контроля будет являться то, насколько практика деятельности этих органов обеспечивает реализацию, защиту и восстановление интересов народа.
Но могут ли отдельные граждане, наделенные полномочиями общественной организацией, на законных условиях считать себя представителями народа, если этот народ их не избрал и никакими полномочиями не наделял? Представляется, что формула о том, что «народ осуществляет свою власть непосредственно» как раз и означает, что любая группа лиц, относящая себя к народу, вправе выдвинуть своего представителя для участия в «осуществлении власти» либо (хотя это и не очень удобно) коллективно участвовать в осуществлении власти. Это право каждого гражданина рассматривать себя, как часть многонационального народа, и в соответствии со своими интересами, политическими взглядами и нравственными принципами участвовать в непосредственном осуществлении власти, может быть ограничено только в том случае, если реализация этого права вступает в конфликт с конституционными правами и законными интересами других лиц. Так как в этом случае возникнет спор о содержании и пределах реализации права, то такое ограничение может иметь место только по требованию заинтересованного лица и в судебном порядке. Описанные выше конституционные основы общественного контроля вполне согласуются с нормами Закона РФ от 01.01.01 г. «О милиции». Так, статья 3 среди принципов деятельности милиции устанавливает, что милиция решает стоящие перед ней задачи во взаимодействии с общественными объединениями, трудовыми коллективами и гражданами, а деятельность милиции строится в соответствии с принципами уважения прав и свобод человека и гражданина, законности, гуманизма, гласности.
Вместе с тем статьи 37 и 38 данного закона в качестве субъектов контроля и надзора не указывают граждан, общественные правозащитные объединения или общественных инспекторов. Однако мы должны понимать, что контроль выборных органов, установленный ст. 37 Закона от 01.01.01 года, и общественный контроль, представления о котором начали складываться во второй половине 1990-х годов, - различные правовые институты не только в силу различия субъектов, но и в силу различной правовой природы. Если контроль за милицией со стороны Президента РФ, Федерального Собрания РФ и Правительства РФ является реализацией нормы п. «в» ст. 71 Конституции РФ о том, что в ведении Российской Федерации находится «регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина», то общественный контроль является реализацией иных норм Конституции – о том, что народ является источником власти и вправе осуществлять свою власть непосредственно. Эта норма не получила должного развития в Законе «О милиции». В то же время не следует забывать о том, что общественный контроль за деятельностью милиции является одной из форм взаимодействия с общественными объединениями, трудовыми коллективами и гражданами.
Таким образом, неразвитость и слабость правовой базы для осуществления общественного контроля за деятельностью милиции не означает, что такая база вовсе отсутствует или не может быть использована при практике осуществления общественного контроля.
Практика осуществления общественного контроля за милицией в г. Москве
В 2002 году начальником ГУВД г. Москвы стал генерал Владимир Васильевич Пронин, имевший за спиной опят нескольких десятилетий службы на руководящих органах милиции. Он провозгласил новый курс развития московской милиции, главным элементом которого стал тезис о том, что борьба с преступностью и обеспечение правопорядка в столице должна начинаться с наведения порядка в рядах самой московской милиции. «Иногда я приходил на службу, - рассказывает , - и 5 минут читал сводку происшествий по городу, а затем полчаса – кто и что из моих подчиненных натворил». В 2003 году им издается приказ о запрете на улицах г. Москвы необоснованных проверок документов. В 2005 году создается Совет при ГУВД г. Москвы по взаимодействию со средствами массовой информации и общественными объединениями. В состав этого совета были включены и руководители двух правозащитных организаций – Комитета «За гражданские права» и организации «Свобода воли», которые начали с лета 2004 года осуществлять систематический общественный контроль за деятельностью московской милиции.
Неожиданные посещения отделов милиции стали практиковаться Комитетом «За гражданские права» с 2000 года. Одновременно практиковалось знакомство с соблюдением прав человека в отделениях милиции в ходе плановых посещений, когда сотрудники Комитета посещали милицию в качестве защитников, представителей, ходатаев по делам конкретных лиц. К лету 2004 года таких посещений было осуществлено около 100, однако их эффективность была весьма низкой, так как сотрудниками милиции правозащитники воспринимались в качестве чуждой и, в основном, враждебной силы. Сами же участники посещений отправлялись в отделение милиции, будучи твердо убеждены, что за стенами отдела процветают коррупция, произвол и пытки. Отсюда вытекала и главная задача – поймать, направить материалы в прокуратуру, добиться наказания.
Летом 2004 года после известных событий с Германом Галдецким[3] (на волне этих событий друзьями Германа после покушения на него и была создана общественная организация «Свободы воли») был осуществлен первый системный рейд по проверке соблюдения прав человека сотрудниками Управления внутренних дел в московском метрополитене. Характерно, что сотрудники прокуратуры г. Москвы, будучи приглашены на этот и последующий рейды, категорически отказались принять в них участие. Две группы общественных инспекторов, по 6 человек каждая, в течение примерно 5 часов посещали комнаты милиции в метрополитене и наблюдали за деятельностью сотрудников милиции на обслуживаемой территории. Были выявлены случаи хамства, грубости, необоснованного задержания граждан. Каждый участник рейда был снабжен «папкой участника», в которой находились Конституция РФ, Закон о милиции, выдержки из некоторых приказов МВД, в частности Устава патрульно-постовой службы, бланки протоколов нарушений прав граждан, приказом по Комитету «За гражданские права» о проведении общественного рейда, нагрудного знака участника общественного рейда. Одновременно в офисах организаций находились два диспетчера, которые должны были в случае каких-либо сложностей, с которыми могли столкнуться участники рейда, в частности задержания общественных инспекторов, войти в контакт с руководством ГУВД, СМИ и депутатами, которые обеспечивали политическое сопровождение рейда.
Таким образом, были организованы и несколько последующих рейдов в ОВД «Марьинский парк» и другие отделы милиции. Типичная реакция сотрудников милиции укладывалась в рамки одного из трех вариантов: 1) «Приходите, смотрите, мы ничего не нарушаем; очень хорошо, что Вы пришли; надеюсь, Вы подтвердите, что мы никого не били, не пытали, незаконно не содержали»; 2) «Подождите, мы должны согласовать с вышестоящим начальством, что с Вами делать, как начальство распорядится, так мы и поступим»; 3) «Мы Вас никуда не пустим, никуда звонить не будем, никого из руководства не позовем, покиньте помещение. Вы мешаете работе органов внутренних дел». Надо отметить, что по результатам каждого из рейдов на имя начальника ГУВД направлялся краткий доклад, в котором указывались выявленные нарушения, выявленный положительный опыт, а также проблемы, которые данный отдел не имел возможности решить самостоятельно.
Примерно через полгода после начала систематически проводимых рейдов, из ГУВД г. Москвы раздался звонок: начальник Инспекции по личному составу управления кадров ГУВД предложил, чтобы в каждом из проводимых нами рейдов участвовал сотрудник инспекции, который имел бы талон на проведение полной проверки подразделения. Первоначально мы предположили, что таким образом ГУВД решило свести на нет весь смысл проведения рейдов: о нашем посещении в отделе будет заранее известно, а главная функция сотрудника Инспекции сведется к тому, что он будет поддакивать местному милицейскому начальству и говорить участникам рейда о том, что без ущерба для работы отдела они могут проверить только наличие таблички у входа в отдел, наличие фуражки на голове дежурного и наличие умывальника в туалете.
Однако уже первые совместные рейды показали, что мы серьезно ошибались относительно целей и стиля работы наших новых партнеров. И первый год, когда объект для посещения мы определяли самостоятельно, и сейчас, когда этот объект определяется совместно, наше появление в отделе всегда является неожиданным и внезапным. Сотрудники Инспекции неизменно проявляют принципиальность и твердость в оценке выявленных нарушений. Более того, не раз и не два возникали ситуации, когда правозащитники заступались перед сотрудниками Инспекции за того или иного сотрудника милиции, допустившего незначительное нарушение, и просили не наказывать его, если проверка всех других составляющих его работы показывала, что человек явно находится на своем месте.
Первые полгода совместных рейдов между правозащитниками и сотрудниками инспекции нередко вспыхивали дискуссии по конкретным вопросам: насколько законным с точки зрения ч.2 ст.11 Закона «О милиции» является задержание человека и проверка у него документов; присутствуют ли в действиях российского гражданина нарушение пресловутой статьи 19.15 Кодекса об административных правонарушениях; не нарушен ли порядок приема заявлений о преступлениях сотрудником, которому заявление поступило на улице в устной форме от гражданина, который отказался проследовать в дежурную часть отдела? Однако, очень скоро у всех участников рейдов выработалось общее понимание этих проблем, и тому, кто не знал, какое удостоверение – ГУВД Москвы или правозащитной организации - лежит в кармане того или иного участника рейда, очень трудно было понять, наблюдая за его действиями, кем является этот человек – правозащитником из Комитета «За гражданские права» или полковником с Петровки, 38.
Итак, рейд обычно проходит следующим образом. 4-5, реже 6-7 граждан подходят к посту №1 и просят пропустить их в дежурную часть, так как у одного из них похитили сотовый телефон (паспорт, бумажник). «Паспортов у нас при себе не имеется. Подождать на улице своего товарища мы не можем, так как все являемся свидетелями. В ходе разговора с сотрудником, дежурящем на контрольно-пропускном пункте (КПП), мы выясняем, может ли попасть в отделение милиции человек, не имеющий никаких документов (а для того, кто неожиданно для себя стал потерпевшим, – это типичная ситуация), насколько сотрудник КПП вежлив с гражданами, которых он видит впервые.
Дежурная часть. Просим дать нам бумагу и ручку, чтобы написать заявление. Пока один из нас пишет заявление, другие осматривают уголок заявителя и проверяют его соответствие требованиям Приказа МВД РФ № 000, касающегося порядка приема сообщений о происшествиях, наблюдают за тем, как сотрудники дежурной части общаются с другими посетителями или задержанными, чем они заняты по ту сторону прозрачного стекла, имеются ли нагрудные знаки у заходящих в дежурную часть сотрудников патрульно-постовой службы (ППС). Наконец, заявление написано. Подаем его в окошко и следим за судьбой заявления: будет ли оно немедленно внесено в Книгу учета сообщений о происшествиях, будет ли выдан заявителю талон – уведомление.
В зависимости от того, как ведут себя сотрудники дежурной части, участники рейда после этого либо раскрывают себя (это происходит, когда нарушений в отделе так много, что требуется незамедлительная реакция), либо просят объяснить, почему и за что задержаны граждане, находящиеся в камере для административно задержанных (так называемом обезьяннике), можно ли посмотреть книгу задержанных, можно ли заглянуть в книгу учета сообщений о происшествиях (КУСП).
Но рано или поздно, сотрудник Инспекции предъявляет служебное удостоверение и талон на проведение полной проверки. После этого мы осматриваем здание отдела. Нас интересует:
- есть ли таблички на дверях кабинетов;
- нет ли в отделе комнат, ключи от которых «потерялись» и в которых обычно происходит неформальное общение сотрудников с задержанными; если такие комнаты есть, а ключей найти не удается, то дверь в комнату взламывается;
- не завалялись ли за сейфами и шкафами противогазы, бейсбольные биты, спинки от стульев, пластиковые пакеты;
- не проводятся ли в кабинетах сотрудников уголовного розыска беседы с гражданами, которые якобы пришли в отдел добровольно, но покинуть отдел никак не могут, пока не расскажут оперуполномоченному что-нибудь настолько интересное, что оно сможет украсить любой квартальный отчет;
- имеется ли в отделе уголок по вопросам социальной защиты сотрудников;
- ведется ли в отделе личный прием граждан руководством отдела и есть ли следы такого приема в книге личного приема (в одном отделе нам рассказали, что за книгу личного приема отвечает заместитель по милиции общественной безопасности, который уехал в отпуск и так полюбил эту необычную книжку, что забрал ее с собой, то ли в Египет, то ли на Кипр);
- работает ли освещение и вентиляция в камерах для следственно-арестованных;
- нет ли в этих камерах и в камерах административно задержанных (КАЗ) лиц, которые находятся там в нарушение всех разумных сроков;
- кто и за что задержан из числа лиц, находящихся в КАЗ, занесены ли все задержанные в соответствующую книгу, есть ли у задержанных претензии к сотрудникам милиции;
- соблюдается ли график работы канцелярии, лицензионно-разрешительного отдела и других служб;
- соблюдаются ли правила заполнения КУСП, вносятся ли в книгу телефоны заявителей, передаются ли исполнителем материалы, соблюдаются ли сроки; при знакомстве с КУСП практикуется обзвон 4-5 заявителей, чтобы узнать, насколько они довольны проведенной работой;
- что хранится в подвале, не устроен ли там склад забытых вещдоков, изъятых у граждан паспортов и иных документов и т. д.
Иногда рейд заканчивается, иногда участники рейда направляются в общественные пункты охраны порядка для знакомства с работой участковых уполномоченных.
Вряд ли следует переоценивать эффективность подобных рейдов, которые проводятся лишь 4 раза в месяц, охватывают обычно не более 5-6 отделов, однако думается, что почти двухлетняя практика их проведения сыграла не последнюю роль в том, что количество жалоб на московскую милицию медленно, но стабильно снижается, а большинство типичных нарушений встречаются все реже и реже.
Перспективы развития общественного контроля за милицией в г. МосквеОднако для кардинального изменения ситуации 2 лет общественного контроля, конечно же, мало. Необходимо выполнение, по крайней мере, следующих условий:
- становление общественного контроля за милицией, как системы, в которую будет включено несколько независимых групп общественных инспекторов с тем, чтобы каждое подразделение хотя бы раз в месяц становилось объектом общественного контроля;
- дополнение системы планового общественного контроля системой экстренного посещения органов внутренних дел;
- повышение заработной платы и улучшение социально-бытовых условий службы в милиции до такого уровня, чтобы основной приток сотрудников милиции шел за счет жителей Москвы;
- стабилизация кадрового состава милиции с тем, чтобы основной контингент сотрудников составляли те, кто имеют стаж службы не менее 10 лет;
- изменение критериев оценки милиции, с тем, чтобы главным в них становилось отношение к милиции со стороны: 1) граждан, непосредственно столкнувшихся с ее работой (потерпевших, подозреваемых, обвиняемых, доставленных и т. д.; 2) граждан, оценивающих работу милиции по отзывам своих родных и друзей, а также на основании собственных наблюдений;
- принятие комплекса мер, исключающих анонимность сотрудников милиции: наличие у каждого сотрудника, имеющего право на задержание и доставление граждан, читаемого нагрудного знака, введение практики выдачи гражданам талонов, подтверждающих, что их останавливали, проверяли документы, доставляли куда-то и т. д.
Следует отметить, что все эти меры способны дать какой-то серьезный эффект только в комплексе.
Принятие федерального законодательного акта о контроле за деятельностью правоохранительных органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, если не ослабеет поддержка этого закона Кремлем, можно ожидать в году. Однако, его принятие породит несколько серьезных проблем. Которые очевидны уже сегодня:
- недостаток людей, которые могли бы выступать в качестве общественных контролеров;
- отсутствие методических материалов по общественному контролю (выше мы схематично описали процесс общественного контроля отдела милиции, однако проверка соблюдения прав человека в медвытрезвителе, изоляторе временного содержания, подразделении экологической милиции, отделе вневедомственной охраны или в полку ППС будут иметь свою и весьма существенную специфику);
- недопустимость привлечения к мероприятиям общественного контроля в качестве инспекторов лиц, которые будут стремиться использовать возникающие у них в процессе контроля контакты и связи для решения личных проблем; осуществление общественными правозащитными объединениями мер по обеспечению собственной безопасности от лиц, которые способны дискредитировать эти организации;
- необходимость включения в орбиту общественного контроля 2 структур МВД, не подчиненных ГУВД г. Москвы: транспортной милиции и органов федеральной миграционной службы.
Представляется, что развитие общественного контроля за деятельностью милиции будет идти по нескольким направлениям:
- формирование корпуса общественных инспекторов, имеющих право в любое время без предупреждения прибыть в подразделение органа внутренних дел и наблюдать за соблюдением прав человека в нем; опыт нашей работы показывает, что в Москве для эффективной работы таких инспекторов должно быть около 100 человек, в Московской области – около 70;
- создание общественных советов при начальниках окружных управлений внутренних дел;
- привлечение правозащитной общественности к работе в советах в общественных пунктах охраны порядка;
- привлечение работниками прокуратуры общественных инспекторов к посещениям изоляторов временного содержания;
- закрепление групп общественных инспекторов за спецприемниками для административно задержанных и депортируемых иностранных граждан;
- привлечение правозащитников к подготовке сотрудников милиции в образовательных учреждениях МВД и ГУВД г. Москвы;
- участие представителей правозащитных организаций в подведении итогов работы в органах внутренних дел;
- правозащитная экспертиза ранее принятых и вновь принимаемых ведомственных нормативных актов, затрагивающих права и свободы граждан;
- создание в г. Москве должности уполномоченного по правам человека и формирование в структуре ГУВД г. Москвы должности уполномоченного по соблюдению прав граждан сотрудниками ГУВД г. Москвы.
Дата заполнения _________________________ Город ____________________
Учреждение, где происходило заполнение ____________________________________ Место работы (учебы) _________________________________________________
Уважаемые друзья! Комитет «За гражданские права» проводит исследование, направленное на изучение проблем, связанных с соблюдением прав и свобод граждан в деятельности органов внутренних дел, применения сотрудниками милиции недозволенных методов ведения дознания и следствия, пыток, жестокого и унижающего обращения, путей повышения авторитета и доверия населения к сотрудникам милиции. Будем признательны Вам за ответы на вопросы настоящей анкеты.
Анкета.
Считаете ли Вы, что авторитет и доверие к милиции со стороны населения г. Москвы (Московской области) являются:1.1. Высокими (население в основном доверяет милиции и уважает ее сотрудников)
1.2. Средними (значительная часть граждан уважает и доверяет сотрудникам милиции)
1.3. Низкими (большинство населения не доверяет милиции и не уважает ее сотрудников)
1.4. Крайне низкими (подавляющее большинство населения не доверяет милиции и не уважает ее сотрудников)
2.1. Полностью
2.2. В большей части, да
2.3. В зависимости от ситуации
2.4. В основном, нет
2.5. Полностью не доверяю
Приходилось ли Вам лично обращаться в милицию за помощью в защите своих прав, свобод и законных интересов?В течение последнего года | Более года назад | Более 5 лет назад | |
3.1. Да | |||
3.2. Нет | |||
3.3. Не помню |
да | нет | |
Задержанного за административное правонарушение | ||
Доставленного в принудительном порядке | ||
Подозреваемого (обвиняемого) | ||
Арестованного | ||
Свидетеля | ||
Заявителя |
Пытки | |
Коррупция | |
Низкая заработная плата сотрудников милиции | |
Негативные публикации средств массовой информации о деятельности милиции | |
Плохое техническое оснащение милиции | |
Грубость и хамство со стороны сотрудников милиции | |
Сознательная дискредитация деятельности милиции со стороны преступного мира | |
Сложившееся ранее недоверие россиян к деятельности милиции (полиции) | |
Криминальная субкультура общества | |
Иная причина (укажите какая): |
Если данная причина не влияет на авторитет и доверие к милиции со стороны населения, вместо цифры, соответствующей месту, поставьте прочерк
Приходилось ли Вам лично сталкиваться со стороны сотрудников милиции с такими проявлениями, как:Да, ежегодно | Да, но не чаще 1 раза в несколько лет | Да, но давно | Нет | |
Пытки | ||||
Необоснованное применение физической силы | ||||
Необоснованное применение резиновой палки и других спец. средств | ||||
Необоснованное применение оружия | ||||
Грубость | ||||
Унижающее обращение | ||||
Превышение должностных полномочий | ||||
Незаконное изъятие паспортов | ||||
Вымогательство денег или вещей | ||||
Иные нарушения (указать, какие) |
Мне не помогли | Мне помогли в незначительной мере | Мои права были частично восстановлены | Мои права были полностью восстановлены | |
Никуда не жаловался | ||||
Обращался к вышестоящему начальнику | ||||
Обращался в Управление собственной безопасности | ||||
Обращался в Инспекцию по личному составу | ||||
Обращался на телефон доверия милиции | ||||
Обращался в дежурную часть | ||||
Обращался в прокуратуру | ||||
Обращался в суд | ||||
Не помню или не знаю, куда обращался | ||||
Обращался в МВД РФ | ||||
Обращался к мэру или губернатору | ||||
Обращался в Администрацию Президента РФ | ||||
Поместил сообщение в Интернете | ||||
Обратился в СМИ |
Да, ежегодно | Да, но не чаще 1 раза в несколько лет | Да, но давно | Нет, не приходилось | |
Пытки | ||||
Необоснованное применение физической силы | ||||
Необоснованное применение резиновой палки и других спец. средств | ||||
Необоснованное применение оружия | ||||
Грубость | ||||
Унижающее обращение |
Повысить зарплату | Изменить программу подготовок и обучения сотрудников милиции | Усилить ответст- венность сотрудников | Обеспечить контроль общества за деятельностью милиции | Изменить функции милиции | Улучшить социальные условия жизни сотрудников милиции | Иное (указать, что) | |
Применение пыток | |||||||
Необоснованное применение физической силы | |||||||
Необосногванное применение резиновой палки и других спец. средств | |||||||
Необоснованное применение оружия | |||||||
Грубость | |||||||
Унижающее обращение |
В течение последнего года | Более года назад | Более 5 лет назад | |
Раскрытие преступления, совершенного в отношении Вас или другого человека | |||
Пресечение совершаемого преступления | |||
Розыск пропавшего человека | |||
Розыск пропавшего имущества | |||
Оказание помощи лицам, находящимся в беспомощном или болезненном состоянии | |||
Правовое просвещение | |||
Иное (указать, что): |
Благодарим Вас за сотрудничество!
[1] В Сборнике «Контроль за соблюдением прав человека в закрытых учреждениях России», Российский исследовательский центр по правам человека, Москва, 2006.
[2] Председатель Комитета «За гражданские права», член Общественного совета при начальнике ГУВД г. Москвы.
[3] Герман Галдецкий, студент Московского Института электронного машиностроения, в 2004 г. расследовал случаи насилия милиционеров по отношению к девушкам в московском Метро, вскрыл целую систему организованного милицейского беспредела; получил серьезные травмы в результате совершенного на него нападения, госпитализирован с огнестрельным ранением в голову. В последствии эмигрировал в Литву.
