ЭВОЛЮЦИЯ ПРОНИКНОВЕНИЯ КИТАЙСКОГО ФАРФОРА
В РОССИЮ XVI – XVIII ВВ
И. В. Волкова,
Амурский гуманитарно-педагогический государственный университет
Фарфор – одно из величайших китайских изобретений. Посуда из этого природного материала, не только соединяет сугубо практическое применение с декоративными функциями, но и несет на себе след богатейшей культурной традиции. Фарфор и все связанные с ним традиции и ритуалы внесли огромный вклад в развитие мировой цивилизации, став одним из важнейших воплощений китайской культуры в целом.
Наибольшей известностью пользуются изделия, выполненные в Цзиндэчжэне - городе, расположенном в восточной части Китая, в провинции Цзянси, считающемся всемирной столицей фарфора. Сияющий, белоснежный, покрытый разноцветной росписью цзиндэчжэньский фарфор считался одним из прекрасных и бесценных произведений искусства, а в Европе в XVI - XVII веках его называли «белым золотом». Старинный фарфор из Цзиндэчжэня отличался тем, что был «белоснежным как яшма, чист как зеркало, тонок, как бумага и издавал высокий, чистый звук». Формы посуды и роспись отличались невероятным разнообразием. В Цзиндэчжэне было изобретено много видов фарфора – кобальтовый, полихромный, прорезной, покрытый красной или голубой глазурью, который затем обжигался при очень высоких температурах. Столетиями цзиндэчжэньский фарфор вывозили в разные страны по Великому Шелковому и по Морскому Керамическому путям. Он превратился в важный объект торговли и культурного обмена.
Среди произведений китайского экспортного искусства, фарфор представляет наиболее значительную часть. На протяжении нескольких веков именно фарфор создавал представление о стране, ее обитателях, их образе жизни и нравах. Сам материал, до начала XVIII в. недоступный европейцам, порождал множество легенд. Ему даже приписывали магические свойства. Так, например, считалось, что отравленная еда меняет зеленоватый цвет изделий мастерских Лунцюаня [2, с. 5].
Слухи о «волшебных» свойствах фарфора проникая в Европу из Леванта только способствовали созданию еще большего ареола тайны вокруг этих необычных предметов. Первоначально в Европе фарфор никак не мыслился в качестве посуды для простых смертных, его изображали на живописных полотнах для придания особого блеска сценам из Евангелия или из жизни богов-олимпийцев.
Помимо своих «чудесных» свойств, фарфор в те времена мог определенно символизировать «вечный» материал: его почти невозможно было уничтожить, он не окислялся, как металлы, не темнел и не ржавел, с него легко удалялись загрязнения. Он не трескался, когда в него наливали кипяток, и не раскалялся от этого, как металл. Его оправляли в драгоценные металлы, что лишний раз подчеркивало особую ценность необычайных предметов, и должно было защитить их от случайных повреждений, трещин и сколов [4, с. 9].
Исторически Россия являлась одним из важнейших торговых направления для Китая. Изделия из китайского фарфора запечатлены на многих полотнах русских художников XVII - XVIII веков [2, с. 5].
Первый фарфор, поступавший в Европу и Россию в XIV – XV вв., относился к двум видам ранней экспортной продукции Китая, прежде всего – это селадоны и кобальты. Селадоны – европейское название изделий мастерских Лунцюаня, покрытых светло-зеленой глазурью теплых или голубоватых оттенков. Считающийся сегодня традиционным китайский сине-белый фарфор (так называемые кобальты), расписанный окисью кобальта подглазурным способом, появился позднее селадонов, как предполагают в XIV столетии.
В возникновении сине-белого декора исключительно высокую роль сыграли мусульманские колонисты и купцы, явившиеся основными его заказчиками, а активный товарообмен между Китаем, Средним и Ближним Востоком, Юго-Восточной Азией и Индией чрезвычайно способствовал его распространению. Даже сама краска на основе окиси кобальта, которыми расписывали керамику в Поднебесной, в начале была привозной из Ирана и назвалась «мусульманская синяя». Китайский фарфор, как и восточная поливная посуда в целом, относились к дорогостоящему импорту XIII–XV веков. В Россию эти произведения ввозились также как и в Европу – с торговыми караванами и дипломатическими миссиями. Таким образом, китайский фарфор поступал в Россию не позднее, чем это происходило в Западной Европе, а возможно и раньше, т. е. с конца XIII–XIV столетий. Военные столкновения русских княжеств с Золотой Ордой тоже приводили к обмену памятниками материальной культуры. Следовательно, фарфор могли привозить непосредственно из Китая через Золотую Орду.
Уже в ранний период китайский фарфор не столько фигурировал в качестве товара в международной торговле, сколько составлял или входил в дипломатические дары «на высшем уровне». В России в XVI веке основной центр торговли, а вместе с ним и дипломатические связи, из Новгорода Великого переместились в Москву [4, с. 9-12].
Связи китайских мастеров с иностранцами отразились и на тематике декора экспортных изделий из фарфора, среди которых выделяются несколько групп: изделия форма и декор которых выполнены в китайских традициях и принципиально не отличались от продукции, шедшей на местный рынок; предметы, воспроизводившие иностранные образцы, и фарфор, отражающий в своих росписях впечатления китайских художников от европейцев, которых они могли наблюдать в Гуанчжоу, или от произведений западного искусства.
Примером наиболее ранних изделий, выполненных в традиционной для Китая манере, может послужить блюдо, расписанное кобальтом с изображением в центре ланей на фоне пейзажа. Такие блюда пользовались большой популярностью в Европе. Для этих изделий характерен определенный набор мотивов: изображения ваз на подставках, предметов даосских и буддистских «драгоценностей», цветущих деревьев, подвесок и пр., а также определенные композиционные принципы расположения декора. У сосудов, как правило, радиально расходящиеся поля, прерываемые горизонтальными поясками из изображений грибов «линчжи», у блюд чаш – по стенкам и борту – овальные или фигурные картуши с заключенными в них растительными орнаментами, иногда пейзажами с фигурками людей или животных. Эти сюжеты нередко изображаются на дне изделия.
Появление новых форм характерно уже для фарфора XVII в. Источники заимствования были самыми разнообразными; это немецкие и голландские фаянсы и стеклянные изделия, французские и английские металлические изделия, ближневосточная керамика и пр. С развитием экспорта в XVIII в. в Китай прислали не только деревянные модели, но и подробные рисунки предметов. Ассортимент форм на протяжении почти полутора столетий менялся – помимо отдельных предметов появились сервизы для чая, кофе или шоколада, большие обеденные сервизы, каминные гарнитуры, бритвенные тазики и т. д. [3, с. 14-15].
В Россию издавна поступал дальневосточный фарфор, но доказать это документально чрезвычайно сложно из-за того, что памятников сохранилось крайне мало. Многие дары посольств XVII в. дошли до наших дней и хранятся в Оружейной палате Московского Кремля, но они почти не содержат фарфора. К редким образцам относится нюрнбергский кубок 1630 г. с чашей китайского фарфора периода Ваньли (1573–1620) с синей росписью и веткой коралла, укрепленным на затейливом основании из золоченого серебра. Малочисленность сохранившихся памятников исследователи связывают еще и с тем, что фарфор хотя и продолжал оставаться исключительно дорогим и редким, но в России он не имел экстраординарного статуса и уступал по значимости драгоценным металлам. Допетровская Русь не разделяла западного увлечения восточным фарфором. В домах среднего достатка обычно использовалась деревянная утварь, которая для состоятельных людей резалась монахами и была позолоченной. Металлическая посуда (оловянная и серебряная) была большой редкостью.
Однако уже в XVII в., согласно имущественным описям, фарфоровая посуда не являлась особенной редкостью в домах русского боярства. В это время развивалось и свое собственное, гончарное и майоликовое производство, поддерживаемое царскими заказами, и сосредоточенное в московском и гжельском регионах. Русский мир был довольно замкнут и самодостаточен, но с началом петровских преобразований, развернувших русское общество лицом к Западу, новые обычаи, навыки, стремления стали быстро распространятся, изменив и «вкус» к фарфоровому искусству.
С началом царствования Петра I фарфор находил все большее распространение в России. Первоначально его ввозили через сибирско-монгольскую границу (китайский караван был государственной регалией). С заключением в 1689 г. Нерчинского торгового договора контакты с Китаем стали активно развиваться. В 1692 г. было осуществлено успешное посольство в Пекин голландца на русской службе И. Айвза, после чего, с 1696 г., Россия получила разрешение регулярно отправлять за китайскими товарами караван.
В дальнейшем тесные заграничные контакты и путешествия Петра I еще более способствовали нарастанию интереса и общего количества фарфора в России. Петр I неоднократно выписывал из-за границы фарфор и фаянс для украшения своих дворцов. Причем фарфор заказывал и приобретал не только сам царь, но по его примеру и многочисленные приближенные [4, с. 34-36]. Китайский фарфор можно было видеть в домах и во дворцах таких петровских сановников, как Ф. Лефорт, , . Фарфор стал предметом роскоши и объектом коллекционирования и первым крупным собранием стала коллекция князей Черкасских в Москве [1, с. 116]. Своя «фарфоровая коллекция» имелась в каждом состоятельном доме, а самой грандиозной владел . Именно в петровское время появляются специальные «художественные» агенты, формировавшие коллекции знатных русских вельмож. К ним принадлежал Г. Брандт, (коллекция канцлера ), Л. Измайлов (фарфор Петра I и герцога Голштинского). В Россию привозили модные в то время гарнитуры ваз, тарелки и блюда разных размеров, чашечки с блюдцами, которые служили, прежде всего, чисто декоративным целям. Мотивы росписи дальневосточного фарфора были стандартными для экспортной китайской и японской продукции того времени – это цветы и птицы, мифологические персонажи (драконы, цилини, фениксы), сюжетные композиции – фарфор «с китайскими личинами», т. е. фигурками людей. Был популярен китайский фарфор, расписанный в гамме «зеленого» и «розового семейств», или с кобальтовой росписью.
В Европе и в России до начала XVIII в., за редким исключением, не было принято пользоваться фарфором при употреблении пищи. На традиционном европейском официальном столе господствовало серебро. Но, начиная со второй половины XVII столетия, появляются первые «гарнитуры» из дальневосточного фарфора – наборы тарелок, чашек с блюдцами и ваз, которые выставляют в буфетах-сервантах вместе с серебряной посудой или ставят на десертный стол «с конфектами» [4, с. 36-39].
На протяжении ХVIII и XIX вв. китайский фарфор становится неотъемлемой частью быта и оформления интерьеров в России. С изменением моды, художественных стилей и вкусов набор предметов меняется, но они постоянно присутствуют в царских дворцах и дворцах русской знати.
Среди сюжетов росписей по содержанию можно выделить несколько групп: религиозные, жанровые, мифологические и аллегории, геральдические, пейзажи. На протяжении XVIII в. соотношение этих групп менялось, вместе с тем они обогащались рядом новых сюжетов.
Самые ранние европейские сюжеты, появившиеся на китайском фарфоре XVII в. – религиозные.
Среди жанровых композиций выделяются такие, где скопированы гравюры с картины какого-либо художника, как, например роспись тарелки «Гуси брата Филиппа», повторяющая гравюру с картины Н. Ланкре, иллюстрирующую басню Лафонтена, или роспись с изображением вышивальщицы, повторяющей гравюру Б. Пикара.
Целый ряд жанровых сцен демонстрирует восприятие китайцами жителей европейских факторий на территории Гуанчжоу. Один из лучших предметов такого рода – восьмиугольное блюдо с «галантной сценой», расписанное в гамме «зеленого семейства» начала XVIII в.
Особую группу европейских сюжетов составляют геральдические [3, с. 15]. К интересным памятникам применения фарфорового искусства, этой группы, относится аптечная посуда, выполненная в Китае. Она присутствует в значительном количестве в большинстве отечественных музейных собраний. Прежде всего, это цилиндрические банки «альбарелло» и другие сосуды, украшенные геральдическими двуглавыми орлами, и расписанные в гамме «зеленого семейства» периода Канси. Их изготовление было приурочено к реорганизации московских аптек, предпринятой Петром I в 1701 г. Аптечная посуда петровского времени явилась первым российским опытом использования геральдического декора в заказном «ост-индском» фарфоре, а в данном случае – конкретного примера наложения на восточные изделия модной и распространенной на западе художественной схемы – гербового изображения [4, с. 108]. Они интересны не только своим сюжетом, но и тем, что позволяют проследить, как менялось его изображение на протяжении первой половины XVIII в.
Помимо гербов, в росписях встречаются псевдогеральдические изображения, разного рода эмблемы и символы, а также предметы с монограммами [3, с. 16].
В аннинское время (1730–1740-е гг.) в России расцвел вкус к Востоку. В 1731 г. китайские послы появились в Москве с поздравлением восшествия на престол Анны Иоанновны. Посольство было успешным и на следующий год прибыло в Петербург вторично. Петербургском двору в подарок были преподнесены многочисленные драгоценные товары из Китая, в том числе и фарфор. Популярность чая, кофе и шоколада достигает апогея популярности в придворной среде. Отсюда присутствие в описях многочисленных кофейных чашек и специальной посуды для употребления этого напитка. В основном, это полусферические чашки без ручек, со слегка отогнутыми бортами, на низкой кольцевой ножке.
В 1730-х гг. в европейской эстетике происходили заметные изменения, все больше проступают черты нарождающегося рококо с его любовью к асимметрии. В фарфоровом искусстве в России, как и в Европе, вплоть до середины 1740-х гг. абсолютно преобладает дальневосточная стилистика. Фарфор становится обязательной принадлежностью аристократической обстановки.
В 1730-х гг. широко была распространена практика отбирать изделия для двора из приходивших каждые три года с караванами китайских товаров, а затем продавать остальную часть, и в том числе фарфор, через аукционы, проводившиеся иногда даже в Зимнем дворце. А фарфор в то время имел хороший сбыт среди людей, подражавших европейским обычаям.
В 1755 году монопольная торговля с Китаем, бывшая прежде государственной регалией, уступила место частной. В 1750-х гг. европейский фарфор начинает вытеснять дальневосточный. Это объясняется тем, что Мейсен и Вена выпускают фарфоровую продукцию в большом количестве, в тоже время организовываются многочисленные фабрики по всей Европе. В 1744 г. основывается первая в России Невская порцелиновая мануфактура.
В фарфоровом искусстве этой поры параллельно сосуществуют две художественные традиции: восточные изделия, по-прежнему популярны и продолжают активно изготавливаться в Китае в период Цяньлун (1736–1795) и европейские, которые все более активно освобождается от восточных влияний. Несмотря ни на что, восточная стилистика оставалась необычайно популярной в елизаветинскую эпоху, совпавшую с расцветом европейского рококо.
Блестящим достижением елизаветинской эпохи стало открытие состава фарфора выдающимся русским ученым , послужившее началом организации фарфорового дела в России. К раннему периоду деятельности завода относится и серия скульптурных фигур в восточных одеждах (китайцев и арапов). Интересно и решение фарфоровых шахмат в виде персиян в чалмах. Наиболее же удачными считаются небольшие вещи «виноградовского» периода, прежде всего табакерки, многие из которых, следуя дальневосточной традиции, повторяли форму граната, яблока, раковины, виноградной грозди, заимствуя эти мотивы уже из известного европейского «ориенталистического» арсенала.
Царствование Екатерины II является ярким примером разнообразного использования восточного фарфора в классицистическом интерьере.
На рубеже 1770-х гг. рококо исчезает. Происходит своеобразная переориентация – «китайский стиль» основывается уже не на французской, а на английской художественной традиции. Прежде всего, это «восточные» интерьеры и комплексы сооружений Царского Села 1780-х гг., выполненные по проектам Ч. Камерона, в которых раскрывается «экзотическая» сторона творчества мастера.
К началу царствования Екатерины II в дворцовом хозяйстве накопилось значительное количество дальневосточного фарфора. Основное применение эффектный дальневосточный фарфор находит в украшении интерьеров, причем не только китайских залов и кабинетов, но и других дворцовых помещений. В них использовались крупные декоративные предметы: большие напольные вазы и блюда. Это были старинные произведения и современные, периода Цяньлун (1736–1795) [4, с. 180-205].
Таким образом, рассмотрев эволюцию проникновения китайского фарфора в Россию XVI – XVIII вв., можно отметить, как менялся его традиции в соответствии с изменениями моды и спроса на фарфор в Европе и России. Так, Дальневосточный экспортный фарфор XVII – начала XVIII вв., поступавший в Россию, принадлежал, как правило, к дворцовому убранству, отчего носил роскошный и дорогой, репрезентативный характер. Это относится и к раннему европейскому фарфору, преподносившемуся царскому двору в качестве дипломатических подарков. В царствование Петра I, коренным образом изменившего русский уклад жизни, начинает меняться среда жизни, обстановка помещений – появляются «китайские» и «лаковые» интерьеры, украшенные многочисленным восточным фарфором; целиком изменяется и русская застольная культура – с распространением модных напитков, чая, кофе и шоколада, фарфор впервые появляется на русском столе [4, с. ].
В середине XVIII столетия складываются основные типы парадных многопредметных фарфоровых столовых и десертных сервизов с настольными украшениями в виде фарфоровых фигур, составлявших тематические композиции. Дальневосточный фарфор вытесняется европейским, но продолжает использоваться в украшении интерьеров.
Для декора изделий конца XVI – XVII вв., как правило, характерно, включать лишь единичные иноземные мотивы и некитайские формы. В декор фарфора конца XVII – XVIII вв. все чаще включаются европейские мотивы, причем, повторяя их, мастер бессознательно копирует манеру изображения, характерную для того или иного изобразительного стиля [3, с. 18].
Так, художественные традиции Востока, Западной Европы и России соединяются, образуя неповторимое своеобразие китайского экспортного фарфора.
ЛИТЕРАТУРА:
1. Арапова фарфор в собрании Эрмитажа. Конец XIV – первая треть XVIII в.: каталог выставки. Л.: «Аврора», 19с., илл.
2. Белое золото: классика и современность китайского фарфора: каталог выставки / авт. ст.: Цао Гоцин и др.; пер. с кит.: О. Каширина, Т. Пан – СПб.: «Славия», 20с., илл.
3. Китайское экспортное искусство из собрания Эрмитажа. Конец XVI – XIX в.: каталог выставки / Го. Эрмитаж; сост. и др. СПб.: Изд-ва Гос. Эрмитажа, 20с., илл.
4. Трощинская фарфор эпохи классицизма [текст]. М.: «Москва», 20с., илл. ISBN:-1
