Я тебя больше не люблю

Я тебя больше не люблю.

Эта фраза может разбить любое, даже самое закаленное сердце. Неужели именно поэтому мужчины так боятся ее произнести? Попробуем узнать истину у тех, кому однажды пришла в голову смелая мысль сказать эти жестокие слова

перед вами два рассказа молодых людей — две модели расставания по-мужски. Ни в первом, ни во втором случае роковые слова так и не бы­ли произнесены вслух...

Исповедь Игоря

Не то чтобы я заново влюбился. Просто мне стало ясно, что я больше не люблю женщину своей мечты. Все. Было и премию...

Разрыв произошел, и довольно быст­ро, но эту пресловутую фразу я произ­нести так и не решился. Хотите узнать, как это было? Вам неожиданно выпада­ет пара дней одиночества. Вам не надо ни о ком беспокоиться. Вы наслажда­етесь прогулками вдоль реки. Вам при­ятно просто заговорить с незнакомой девушкой в баре и предложить ей что-нибудь выпить. В гостях вам легко, как никогда. Вы замечаете, как это здоро­во, когда вас больше не приветствуют словами: «А вот и наша парочка!» или «Ну, как дела у наших голубков?», а про­сто: «Привет, Игорь!» Слегка навеселе вы возвращаетесь домой, ставите кас­сету, затягиваетесь сигаретой и смот­рите в окно. На улице уже светает... И тут вам в голову приходит мысль о ва­шей подруге и то, как она сказала, от­правляясь в командировку: «Когда я вернусь, мы должны больше времени уделять друг другу». Уже одна мысль об этом выводит вас из расслабленного ничегонеделанья. Больше времени друг другу? Зачем? Вы даже не уверены, хочется ли вам вообще ложиться с ней в постель. Взгляд беспомощно сколь­зит по комнате, будто ищет ответа на

вопрос. Вы рассматриваете фотогра­фию на стене, которую она подарила вам на день рождения: она, еще ма­ленькая девочка, показывает родите­лям язык. Теперь это кажется смеш­ным. Просто смешным. И ничего более. Это произошло, и возврата на­зад нет: «Я ее больше не люблю». Вы слышите свой голос, и вас это настоль­ко ошеломляет, что вы произносите вновь: «Я ее больше не люблю». Облег­ченно вздохнув, вы наливаете себе гло­ток водки. Почему вы раньше не доду­мались до этого? Неожиданно вам снова становится хорошо, и будущее вновь ласково улыбается вам: «Ты бу­дешь свободен! Ты познакомишься с другими женщинами! Ты заживешь!» Проблема только в том, что вы не име­ете представления, как объяснить все это своей подруге. И не толь­ко это. Вам вдруг становится страшно даже при мысли о том, что предстоит расстать­ся: «Как это сделать? Я не знаю, как поступают другие в подобных ситуациях!» Исто­рии взаимоотношений, кото­рые вас лично не касаются, кажутся бесполезными и по­верхностными. Вы припоми­наете: с одним из ваших друзей недавно случился подобный «приступ». В один прекрас­ный день он тоже решил, что все должно измениться, и на­писал своей подруге письмо. Сказал, что их связь не име­ет больше смысла («обыденность и привычка...»), и заодно объяс­нил, что есть некая Алена («ты ее не зна­ешь...»). К этому новоявленный Сирано де Бержерак приложил сентименталь­ное стихотворение Пабло Неруды s отослал письмо и... в этот же вечер его охватила паника. «Какой же я идиот, — стонал он вам в телефонную трубку, — и с Аленой ведь у нас больше ничего нет...» И что (в принципе) он любит только ее и хочет попытать счастья еще раз. Должно быть, это выглядело довольно странно, когда он на следую­щий день с отверткой копошился у почтового ящика и, к счастью для не­го, выловил свое злополучное посла­ние. «Ну я-то не отношусь к людям, ко­торые легко теряют самообладание, — успокаиваете вы себя. — Мне ведь очень нравится мое теперешнее состо­яние. Я принял решение. Я го­тов расстаться с ней!» Однако со своим новым состоянием вы сжиться сразу не можете и не­медленно срываетесь. Вы напи­ваетесь каждый вечер. Почему-то воспоминания о ваших с ней лучших днях становятся все на­вязчивей. «Вполне вероятно, что я никогда не найду больше такую, как она, — думаете вы. — Что это на меня наехало?» Дру­зья, конечно, будут смотреть на меня с укором: «Ты хочешь рас­статься с такой великолепной женщиной? А я даже не знаю, что им ответить. По крайней мере ничего вразумительного >. Но вы берете себя в руки. Вам и

не надо оправдываться. Если чувство го­ворит, что наступил конец, не имеет смысла быть благоразумным и тем бо­лее слушать советы. «Когда она вернет­ся, — думаете вы, — я приглашу ее на ужин и спокойно ей объясню, что слу­чилось». Вы даже заготовили фразу, ко­торая кажется вам особенно эффект­ной: «Мы уже давно с тобой ходим по кругу». Вы хотите заодно признаться, что сейчас охотнее бы пошли на кон­церт в одиночестве или уехали куда-ни­будь на выходные: «Мне ведь тоже нуж­но время для себя». И так далее. Все так и было на самом деле. Обычный на­бор шаблонов, чтобы только не сказать эту проклятую фразу: «Я больше тебя не люблю». У мужчин, по-моему, с таким признанием гораздо больше проблем, чем у женщин. Для меня эта ситуация стала одной из самых сложных в жизни.

Исповедь Олега

Сказать другому человеку в лицо: «Я тебя больше не люблю» ?Да я скорее откусил бы себе язык, чем сказал это! Все дело, вероятно, в том, что мужчина часто смотрит на женщину, как на жер­тву. Обидеть ее можно, бросить — нет. Отчасти причина и в том, что мужчи­ны, в отличие от женщин, так и не на­учились говорить о своих чувствах. «Мы — инвалиды чувства», — сказал как-то один мой друг. Он прав. Я не смог бы целый день, взявшись за руки, бродить по улицам и пытать друг друга: «Чувствуешь ли ты то же, что и я?» ...Поговорить начистоту — об этом не могло быть и речи, когда мы встрети­лись вновь после двухне­дельного перерыва. Она смотрела на меня свои­ми большими печальны­ми глазами, но с ее губ не сходила гордая улыбка. Она покрасила волосы и зачесала их назад. Я как-то не рассчитывал на то, что она будет так хорошо выглядеть. Мы обнялись и поцеловались. Все бы­ло, как всегда, когда мы долгое время не виде­лись. Обычно нам сразу хотелось уединиться, но сейчас я сопротивлялся. Я не хотел, как это уже часто бывало, снова под­даться минутной слабо­сти и, соответственно, оставить все, как есть. Когда я нехотя ответил на ее поцелуй, она, ко­нечно, сразу же это заме­тила. «Что случилось?» — спросила она меня. Я молчал. «Ты должен сказать это сейчас, — думал я, — скажи ей это наконец». Я не мог. Я не хотел при­чинять ей зла. «Просто я страшно хочу есть, — сказал я, — пойдем поедим чего-нибудь». — «Я хочу знать, что случи­лось, — настаивала она и ждала. — Ты меня больше не любишь, — произнесла она в конце концов. — Да, в этом все де­ло. Ты просто меня больше не любишь. Скажи же об этом наконец». Она замол­чала и принялась плакать. Я подошел к ней, хотел обнять. «Оставь меня», — сказала она, не глядя на меня. Я взял свою куртку и собрался уходить. Я по­нял, что нам предстоит болезненно-длинное расставание.

Иене Кореей, психотерапевт

Чувство вины в такой ситуации совершен­но излишне. Оставайтесь самим собой, И никаких спасительных двусмысленостей!

Ситуация такова: все в общем-то идет хорошо, а любовь неожиданно уш­ла. Как такое может случиться? ЙЕНС КОРСЕН Неужели это действи­тельно так важно? Вопрос о причинах случившегося не следует ставить во гла­ву угла, ибо даже если вы знаете ответ на него, это вряд ли что-то изменит. ВШЕ Как вынести этот приговор: «Я те­бя больше не люблю!» — страдающей стороне, чтобы не ранить ее? И вооб­ще, можно ли расстаться благородно? ЙисДа, если будете до конца честны. Например, следующим образом: «Мне очень тяжело, но я в последнее время заметила/заметил, что моя любовь к тебе прошла». Это высказывание од­нозначно и предполагает, что все ста­рания сохранить эту связь обречены на не­удачу. Другому нечего к этому добавить. ЕШЕ В теории, может быть, такое объяснение приемлемо. Но на прак­тике ни один человек не удовлетворится подоб­ным объяснением. ЙДС Безусловно. «Поче­му ты меня больше не любишь? Что я не так сделала/сделал?» — само собой, такие вопросы возникнут. Стратегия со­стоит в том, чтобы ни в коем случае не отвечать на них, иначе этот вечер вопросов и ответов выль­ется в агрессивные и безрезультатные споры. Причины охлаждения чувств не столь важны. Иногда чувства исчезают сами собой. Тот, кто пы­тается дать объяснения, делает это исключительно потому, что чувствует за собой вину и хочет хоть как-то оправдаться. В дан­ной ситуации это чувство совершенно излишне. В конце концов мы не отве­чаем за спасение души своего партне­ра.

ЕШЕ Однако когда долгое время нахо­дишься с человеком, автоматически чувствуешь ответственность за него. заключается в том, чтобы быть благородным и чест­ным по отношению друг к другу. Поэ­тому я считаю аморальным приводить какие-то обоснования при расстава­нии. В лучшем случае из этого рожда­ются ложные надежды. Даже если партнер в будущем попытался бы ула­дить дело, любовь не возвратилась бы. Несмотря ни на что. ЕШЕ Что же тогда делать, если не объ­ясняться?

самим собой. У вас проблемы, и вы сами страдаете от это­го. Это надо показать. Можно и попла­кать. В конце концов угасание любви — глубоко печальное событие. Печаль­ное и непредсказуемое. Знак судьбы. Мы не можем на все повлиять. «Я не знаю, почему, мне самому очень боль­но, что мои чувства так изменились, но, к сожалению, это так». ELLE И в заключение сухо сообщить: «Нам надо расстаться»? ЙЛС Нет. Человек, которого бросают, в большинстве случаев оказывается в роли жертвы, превращается в малень­кого ребенка. Пассивное страдание мо­билизует детские страхи, сохранивши­еся в подсознании с незапамятных времен. В связи с этим лучше, конечно, не сразу ломиться в дверь, а дать по­страдавшей стороне время успокоить­ся, подумать.

BLUE А что, если пострадавшая сторона скажет: «Ничего, все уладится, давай попробуем еще раз»? готов жить без положитель­ных эмоций со своим партнером, мо­жет пойти и на такой шаг...

ELUE...сознавая, что это все равно ни­чего не принесет.

вероятность, ч т о другой партнер с течением времени поймет, что без любви ничего не по­лучится, и сам станет инициатором перемен. И таким образом избавит себя от психологической драмы. 1ULE Как вести себя после разрыва? Й. К.По-дружески, не допуская дву­смысленности. Помогать в повседнев­ных делах. По возможности избегать объяснений. Покинутые слабы и склон­ны истолковывать каждый жест в coop ветствии со своими надеждами. А по­тому не стоит давать хоть проблеск надежды там, где ее, скорее всего, быть уже не может.