Последний вояж

Последний вояж

В октябре нынешнего года на Хабаровском железнодорожном вокзале среди прочей публики прогуливались несколько молодых людей, старавшихся не привлекать к себе внимания. Они поджидали гостей, которые должны были объявиться с поездом, следовавшим из Омска во Владивосток. Гости, впрочем, об этом не подозревали. Но на теплый прием им надеяться не приходилось, учитывая груз, который они везли. Гости прибыли в Хабаровск по расписанию. Но началась эта история гораздо раньше.

…Сотрудники Регионального управления ФСКН РФ по Хабаровскому краю еще прошлой зимой были осведомлены о появлении крупных партий опия. Откуда и кто их доставлял, оставалось загадкой. Зелье отличалось высоким качеством и чистотой. Взять след организаторов преступного бизнеса не удавалось, хотя оперативники работали, не покладая рук. Понимали: этот источник наркоотравы особенно опасен. Наконец, удалось выяснить, что к делу причастен кавказский криминал. Но и только.

В июле сотрудники Дальневосточного транспортного УВД в поезде, следовавшем из Омска в Приморье, обратили внимание на молодую женщину. Милицейское чутье подсказало, что с ней что-то не так. При осмотре в сумке приезжей обнаружились… два с половиной килограмма опия, 800 граммов героина и 10 литров вещества-прекурсора, используемого при изготовлении наркотиков. Пассажирку задержали, к работе немедленно подключились наркополицейские. Но курьерша молчала, как партизанка. Безработная жительница Омска, Надежда Семякина, (теперь она осуждена к шести годам лишения свободы, и приговор вступил в законную силу), похоже, не так опасалась сурового наказания, как собственных подельников.

Оперативники ФСКН были уверены, что это звено того самого опиумного трафика. И принялись тщательно изучать подноготную задержанной. Проверка, проведенная в Омске, показала, что Семякина ездила по маршруту Омск – Приморье… несколько десятков раз. На тягу к морской романтике это мало походило.

Все, связанное с Семякиной, подвергалось скрупулезному анализу. В одной из ее записных книжек, наряду с другими абонентами, был указан телефон некоего Алика. Его проверили в числе других. Выяснилось, что этот 37-летний кавказец зарабатывал перегоном машин из Владивостока в Омск. Потом он это занятие оставил. Но его доходы, как ни странно, резко возросли: бывший перегонщик покупал дорогие автомобили, обзавелся коттеджем и приусадебным хозяйством. Оперативников ждало неожиданное открытие. Оказалось, что поездки Алика в Приморье совпадали с вояжами Семякиной по тому же маршруту. Во Владивосток на поезде она отправлялась одна, а возвращалась вместе с «кавалером».

Алик оказался под пристальным вниманием наркополицейских. Вскоре не оставалось сомнений об источниках его благосостояния. Но уличить осторожного наркодельца пока не удавалось.

Семякина оказалась в Хабаровском следственном изоляторе. Алик, лишившийся проверенного наркурьера, принялся подыскивать замену.

В сентябре 2007 года он снова отправился в поездку в Приморье, не зная, что каждый его шаг под контролем оперативников. В Хабаровске, на перроне, был зафиксирован его контакт с неким молодым человеком, ехавшим из Омска в другом вагоне. До Владивостока парочка добиралась уже в одном купе. Брать ее нужно было только при полной уверенности, что «товар» при ней. А такой уверенности не было. Пришлось выжидать.

И тут случилось неожиданное. Алик и его спутник по прибытии во Владивосток, ловко скрылись от наблюдения, растворившись в толпе. Неудача оказалась тем досадней, что она косвенно подтвердила преступный промысел «сладкой парочки»: вскоре дала о себе знать крупная партия того самого высококачественного опия. Оперативники ломали голову, где и в чем они просчитались? А тем временем занялись установлением и изучением нового фигуранта. Вскоре стало ясно, почему подозреваемым удалось ускользнуть.

…Алик в поисках нового подельника связываться с кем попало опасался. Его выбор пал… на бывшего сотрудника одной из правоохранительных структур Омска. 26-летний Дима, жадный до денег и равнодушный к любому труду, весьма подходил на эту роль. Моральные принципы его не отягощали. Зато он неплохо разбирался в специфике оперативно-следственной работы. Во Владивостоке опытный Дима, не исключавший возможности слежки, решил подстраховаться и применил для этого свои прежние профессиональные навыки.

В октябре Алик и Дима снова отправились в турне по привычному маршруту. Оперативники, чтобы невзначай не спугнуть хитрых «конспираторов», решили взять их «под колпак» на территории ЕАО – ведь до Владивостока «товар» никуда не денется. Наркополицейские вместе с сотрудниками транспортной милиции незаметно подсели в поезд в Биробиджане. И тут выяснилось, что… Алик исчез. Дима беззаботно путешествовал в одиночестве и налегке, зелья при нем явно не было.

В случившемся разобрались быстро. Двенадцатью часами раньше, на территории Амурской области, у Алика и Димы проверил документы милицейский наряд – безо всякой задней мысли, как и у прочих пассажиров. Но по-звериному осторожным наркодельцам этой случайности оказалось достаточно. Проводник вагона видел, как Алик сошел на станции Бурея с объемистой сумкой в руках.

Дима прокатился до Владивостока и тут же отправился в обратный путь. В Бурее они встретились с Аликом, избавившимся от наркоты, и вернулись в Омск вместе. Крупная партия зелья не прошла, но это вовсе не означало успеха операции.

Оставшись без «навара», наркоторговцы не стали медлить и почти сразу отправились в следующую поездку. Оперативники знали наверняка, что с ними крупная партия зелья. Но, учитывая, с какими изворотливыми преступниками пришлось иметь дело, торопиться было нельзя.

Фигурантов отслеживали от самого Омска. Ехали они в разных вагонах и старательно скрывали свое знакомство. Общались лишь на станциях, под видом случайных встреч, выйдя на перрон размяться. Оперативникам было ясно, что Алик контролирует и опекает своего напарника. Но ясно было и другое: вряд ли такие скользкие типы станут всю дорогу держать наркотики при себе. Устраивать осмотр купе оперативники не спешили. Обстоятельства подсказали, что брать подозреваемых нужно в Хабаровске.

Едва поезд остановился, Дима собрался, как обычно, прогуляться по перрону. Но глотнуть свежего воздуха он не успел. Опера тут же вернули его в купе и осмотрели багаж. В нем, среди прочего, обнаружилось несколько объемистых пакетов. Об их содержимом легко было догадаться по характерной упаковке - чтобы, в случае чего, служебная собака не учуяла запах наркоты.

Алик снова продемонстрировал звериное чутье. Выйдя на перрон и не увидев напарника, он насторожился. И среагировал мгновенно: как был, без верхней одежды, нырнул в толпу, надеясь затеряться в ней. Но не учел здешних холодов. К тому же, человек в таком виде неизбежно бросается в глаза. За несколько секунд до отправления поезда Алик все же заскочил в свое купе за вещами. Тут его поджидали. Наконец-то на руках изворотливого наркобарыги защелкнулись наручники.

У наркокурьеров изъяли 4 килограмма высококачественного опия. Вскоре прорисовалась общая картина наркосиндиката.

…В бытность свою перегонщиком машин, Алик во Владивостоке как-то намекнул землякам-кавказцам: дескать, хотелось бы зарабатывать побольше. Те не остались равнодушными к просьбе. Предложили переключиться на поставки опия, а заодно дали координаты цыганских наркодельцов в Омске, готовых обеспечить «товаром». Но самолично рисковать Алик не хотел. Сперва предложил возить наркотики своей знакомой, Надежде Семякиной. А после ее ареста, решил лично сопровождать нового курьера, держась при этом, по возможности, в тени.

Омская цыганская наркогруппировка снабжалась зельем из Средне-Азиатских республик. Алик получал свой «груз» и переправлял с подручными во Владивостк. Там участники кавказской ОПГ разбавляли опий всякой дрянью (для веса) и отправляли в «розничную торговлю» по Дальнему Востоку, включая Хабаровский край. Огромные барыши вполне сравнимы с тем вредом, который зелье причиняло наркоманам.

Алик и Дима дожидаются суда в Хабаровском СИЗО. Их преступная группировка, включая Семякину, за год успела перевезти двадцать килограммов чистого опия. Алику, как организатору наркотрафика, грозит до двадцати лет лишения свободы. Но это вовсе не финал дела. Он наступит лишь тогда, когда по заслугам получат главные вдохновители ликвидированного канала наркоотравы. Судя по результатам расследования, ждать этого осталось недолго.

Кирилл Партыка.