Гонка без финиша
Гонка без финиша
Современный мир развивается быстрее, чем обновляется содержание образования. Именно поэтому одной из наиболее актуальных задач во многих развитых странах становится сегодня обеспечение условий для перехода от “образования на всю жизнь” к “образованию в течение всей жизни”.
Об этом шла речь на зональном совещании Северо-Западного федерального округа в Архангельске. Впервые были вынесены на обсуждение основные положения Концепции непрерывного образования, над которой последние несколько месяцев работала группа специалистов под руководством экс-замминистра образования Юрия Шленова.
Рынок и образование
Представляя на совещании в Архангельске Концепцию непрерывного образования, Юрий Шленов назвал ситуацию с образованием, сложившуюся в стране, рыночной, поскольку современное образовательное пространство России федеральным ведомством сегодня контролируется не полностью. Образовательные услуги предлагаются не только государственными образовательными учреждениями, но и множеством организаций, в том числе и не имевших отношения к образованию ранее. Образовательные программы плохо соотносятся друг с другом, нет единой системы поведения на рынке в новых условиях.
Сегодня у нас есть два вида образования: формальное и неформальное. Формальное завершается получением документа государственного образца. Образовательные учреждения, которые его выдают, имеют жестко сформированную связь по уровням, с продуманными и формализованными процедурами непрерывности обучения и наращивания образовательного потенциала. Выпускники этих учреждений на любой стадии обучения могут стать участниками рынка труда, обладающими достаточной компетентностью на своем уровне.
Неформальное образование - это всевозможные дополнительные курсы, которые сегодня никак между собой не сопрягаются, не связаны и, видимо, не сравнимы, а также самообразование. Неформальное образование не завершается получением документа государственного образца. Однако оно частично компенсирует “пробелы” формального образования.
В рамках концепции предполагается создать сопряженные стандарты и программы по блочно-модульному принципу, четко прописать, какому уровню что принадлежит. Но в образовательном законодательстве о неформальном образовании сегодня нет ни слова. Потребуются соответствующие поправки в закон.
С каждым годом в России увеличивается объем платных образовательных услуг. В этом нет ничего плохого, заметил Ю. Шленов, - значит, растет активность населения. Но это означает также, что необходимо разрабатывать адекватную правовую основу платного образования, проводить мониторинг качества услуг и активные маркетинговые исследования динамически развивающегося рынка, повышать конкурентоспособность государственных структур.
Еще одна группа задач связана с деятельностью зарубежных провайдеров образовательных услуг, которые сегодня очень активны в России. Фигурируют весьма крупные суммы, инвестируемые в российское образование, - более 100 млн долларов в год. В отличие от европейских государств в России эта активность не конкурирует с системой формального образования, но тем не менее не может не учитываться. Образовательные проекты различных стран, организаций, фондов, реализуемые в нашей стране, с одной стороны, обеспечивают финансовую поддержку профессорско-преподавательского корпуса и поднимают уровень учебной и научно-методической работы, проводимой в системе образования, привносят в Россию иную культуру, иной менеджмент, что исключительно полезно для нас. С другой стороны, как бы российскому образованию не потерять своей самобытности. По прогнозам специалистов, активность зарубежных провайдеров образования будет расти. С учетом того, что Россия подписала Болонское соглашение, которое ставит целью создание единого европейского образовательного пространства, надо думать, как сохранять свои позиции, эффективно используя те зарубежные средства, которые поступают в Россию. Пока же целевая координация этой деятельности отсутствует.
Незабытое старое
Одна из моделей образования в течение всей жизни, предлагаемых концепцией, не ограничивает человека в обучении определенным сроком времени. Он может поучиться, потом прервать обучение и пойти на производство, потом опять поучиться - очно или заочно. Таким образом, он пройдет все ступени профессионального образования и приобретет опыт работы.
Уже сегодня на похожих принципах работает Севмашвтуз, филиал Санкт-Петербургского государственного морского технического университета в Северодвинске (Архангельская область). Здесь с 1990 года действует многоуровневая система подготовки: рабочий - техник - бакалавр - инженер. Общая продолжительность обучения - 5-5,5 лет. В рамках основной формы обучения “завод - втуз” предусматривается получение в течение первых трех лет рабочей профессии 2-3-го разряда по соответствующей специальности, на третьем курсе - защита дипломного проекта и присвоение квалификации техника-технолога. После 4,5 лет обучения студенты могут получить диплом бакалавра, защитив выпускную работу. И еще один год обучения посвящен завершению профессиональной подготовки дипломным проектом с присвоением квалификации специалиста-инженера. По сути, эту модель можно назвать корпоративной, потому что 70% выпускников Севмашвтуза идут работать на базовые предприятия Государственного российского центра атомного судостроения, расположенные в Северодвинске и Снежногорске (Мурманская область).
Северодвинск - город обособленный, молодые специалисты с “Большой земли” сюда уже давно не едут. В Севмашвтузе представлены 32 специальности и направления - все, что необходимо предприятиям города. По семи специальностям завод-втуз готовит кадры совместно с учреждениями среднего профобразования по согласованным учебным планам. Вузы договорились с техникумами без создания университетского комплекса - жизнь заставила. Представители производств в один голос говорят, что им не нужны бакалавры - нужны инженеры, техники, квалифицированные рабочие.
Студенты Севмашвтуза подписывают договоры с четырьмя крупными заводами города, которые выплачивают им приличную стипендию - чуть больше тысячи рублей. А вот преподаватели вуза от предприятий не получают ничего. Ситуация критическая: закаленные социализмом преподаватели-бессребреники стареют, а молодежь за копейки работать не идет. Производства и рады бы поддержать вузы, да нынешнее законодательство делает это совершенно для них невыгодным и даже убыточным.
Юрий Шленов говорил о перекосе, к которому привело существующее положение вещей. Сегодня промышленные предприятия создают свои корпоративные университеты и… переманивают туда лучших преподавателей высшей школы, предлагая им достойную зарплату. Получается, что предприятия конкурируют с вузами - вместо того чтобы сотрудничать. Корпоративные интересы преобладают над государственными.
Сейчас готовятся поправки в законы, предлагающие обязать предприятия 1,5 процента от фонда заработной платы вкладывать в подготовку и переподготовку специалистов, прорабатываются вопросы налоговых льгот. Конечно, в нашей стране провести поправку в закон не легче, чем корабль построить. Но на этом же зональном совещании говорили об опыте Республики Татарстан, где в 2003 году начат федеральный эксперимент по совершенствованию региональной модели системы дополнительного профессионального образования.
Не дожидаясь решений на федеральном уровне, Кабинет министров республики еще в 2001 году принял постановление “Об участии предприятий и учреждений Республики Татарстан в эксперименте по разработке региональной модели системы дополнительного профессионального образования”. Был утвержден список из 73 предприятий и учреждений разных отраслей промышленности, агропромышленного комплекса, сферы обслуживания. И начиная с 2004 года они предусматривают в бюджете обязательные затраты на подготовку, повышение квалификации и профессиональную переподготовку кадров в размере не менее 2 процентов от расходов на оплату труда работников. Эти затраты включаются в себестоимость продукции - при условии заключения договоров с государственными и негосударственными образовательными профессиональными учреждениями, получившими государственную аккредитацию и имеющими соответствующую лицензию. Таких в республике насчитывается 87. Эти рамочные долгосрочные договоры определяют направления сотрудничества, виды реализуемых программ и, что особенно важно, объем денежных средств, запланированных на весь срок действия договора.
Развитие социального партнерства - общемировая тенденция. По данным, приведенным Юрием Шленовым, в мире к 2005 году затраты компаний на обучение работников вырастут до 30 миллиардов долларов в год. Непрерывное воспроизводство кадров - задача общая: и системы образования, и работодателей, и общества.
Электронные университеты
Ректор МЭСИ Владимир Тихомиров привел другие интересные цифры. США тратит 25 миллионов долларов в год на переобучение, Россия - всего 7. Между тем при нынешних темпах обновления технологий работающее население должно переобучаться каждый год. Особенно сильный кадровый голод испытывают страны, где экономика на подъеме. Одно из решений здесь - создание “электронного университета” (английское слово е-learning, наверное, более точно передает смысл этого понятия). Развитие этого вида обучения - задача политической важности. Недаром в Государственной Думе недавно начал работу экспертно-консультационный совет по вопросам электронного обучения. Почему это важно? 73% россиян проживают в малых городах. В некоторых населенных пунктах, от райцентра и ниже, только 0,5-3% населения имеют высшее образование. Тогда как по стране - 12%. После окончания вузов в больших городах назад возвращаются только 2-3% выпускников. Таким образом, происходит “утечка мозгов” из провинции. 80-90% экономики любой развитой страны составляет экономика малого и среднего бизнеса, который строится на родовых отношениях. Если сын навсегда уезжает из родного города, то и для отца бизнес может потерять смысл. Такая “утечка мозгов” - острая социально-политическая проблема: она разрушает генофонд, отрицательно влияет на приток инвестиций в регион. Ведь инвестиции идут туда, где есть интеллектуальный ресурс.
Электронный кампус имитирует действующий университет. Мобильный Интернет позволяет учиться в любых условиях. По мнению Владимира Павловича, в России сложилась благоприятная ситуация для электронного обучения. Число компьютеров на душу населения растет.
- Если эту нишу не займем мы, ее быстро заполнят наши зарубежные коллеги, - подчеркнул он. - А обучение за границей - это, по сути, вывоз капитала. Уже сегодня таким образом из России вывозится два бюджета образования.
Конечно, одного насыщения техникой для “занятия ниши” не достаточно. Владимир Тихомиров рассказал о системном подходе МЭСИ к организации e-learning в России. Кстати, за разработку научно-методических и организационно-технических основ создания Федеральной университетской сети дистанционного обучения для учебных заведений высшего профессионального образования профессору В. Тихомирову была присуждена премия Правительства Российской Федерации в области образования за 2000 год.
Трудный переход
Главная проблема состоит в том, что люди, получив образование, считают себя подготовленными для жизни в мире. А этого мира уже не существует. Для того чтобы перейти от “образования на всю жизнь” к “образованию в течение всей жизни”, надо изменить мировоззрение людей.
В России это особенно сложно из-за низкого уровня гражданского менталитета населения. Этот показатель определяли во многих странах по четырем критериям: общегражданская активность, участие граждан в политической деятельности, доверие к правительству, отношение к социально незащищенным членам общества. Если в США он равен 1, то в России - 0,1. В частности и поэтому все реформы в России проходят так тяжело.
- Если мы хотим реально, а не на бумаге, создать систему непрерывного образования, надо, чтобы каждый человек пришел к осознанию того, что он хочет (а не обязан) учиться, - подчеркнул Юрий Шленов.
Он назвал принципы построения такой системы. Формирование соответствующего образа мышления
у членов общества, когда каждый гражданин считает личной задачей совершенствование своего образования. Опережающий характер образовательных программ - то есть они должны обеспечивать приобретение компетенций, которые на данный момент, может быть, даже избыточны. И, наконец, объединение всех образовательных ресурсов общества, консолидация усилий. Проводимая работа должна быть ясна и понятна всем - от детей до пенсионеров. Функциональные возможности системы должны быть очевидны для потенциальных потребителей, а критерии качества образования одинаково приемлемы для всех участников процесса.
Структура управления системой непрерывного образования исходя из ее общенационального характера должна включать федеральный орган, например, национальный общественный совет. Именно в этом случае будет обеспечено межведомственное, межотраслевое взаимодействие, именно в этом случае возможна быстрая ориентация системы на приоритетные направления развития экономики страны, быстрая адаптация к изменяющимся условиям как внутри России, так и в мире. Подготовка решений по узловым вопросам может быть возложена на экспертно-аналитические группы, создаваемые по конкретным направлениям образовательного процесса. Они же формируют предложения по развитию социального партнерства.
Региональные структуры могут быть организованы аналогично: в
центре должен находиться региональный ресурсный центр - центр сбора и распространения информации, центр организации образовательной деятельности. Оценка качества образовательных программ может быть поручена учебно-методическим объединениям.
Не должны отстраняться от процессов подготовки профессиональных кадров и предприятия отрасли - они могут и должны участвовать, например, в формировании обучающих программ, в отборе специалистов и их дополнительной целевой подготовке непосредственно на предприятиях, в целевом повышении квалификации и переподготовки и т. п.
- Россия вплотную подошла к черте, за которой общество справедливо может поставить вопрос о соответствии образовательной отрасли его запросам, - сказал в заключение Юрий Шленов. - Создание системы непрерывного образования - это, по сути, системное решение проблемы повышения качества жизни через повышение образовательного уровня, которое позволит России перейти от сырьевой экономики к экономике знаний и достичь цели, поставленной Президентом России: удвоить ВВП за десять лет.
