Контракт

Контракт

Часы показывают 22:22 хоть желание загадывай… И загадаю! Чтоб тебя заказчик! Какого я за это взялся!? Кэпа завалить - это вам не татушки похабные рисовать! Позарился на цену передурок! Вот сиди теперь со своим кольтом, биноклем и ножами на этом холме и смотри, как цель рассекает перед тобой в какой-то паре сотен метров, но она не досягаема… Идиот! А ведь все так хорошо начиналось…

Проснулся я поздно - выспался так, что теперь хоть неделю не спи. В Баре умял отбивную с рисом, мне там даже кофе перепал, небывалая роскошь должен я сказать. Потом я довольный и сытый поплелся за контрактом, взял, разумеется, самый дорогой. Думал, легко будет: исполню что-то в стиле «один выстрел – один труп».

Даю бесплатный совет: «Никогда, никогда так не думайте!»

Затем я начал приготовления. Разобрав свою ларку - для непосвящённых lr300 - я осмотрел каждую ее деталь и почистил. Затем,  разумеется, собрал. Та же учесть постигла и Colt 1911. Ну и в сотый раз, отрегулировав все ремни разгрузки и убедившись, что ничего не бренчит, я отправился на Армейские склады.

Выйдя за пределы Дикой территории, я снял автомат с плеча и взял в руки, мало ли что. Сегодня, впрочем, как и обычно, шел дождь. Даже скорее бежал. Такого ливня не было очень давно. Люди далекие от Зоны скажут, что постоянный дождь – это ужасно, невыносимо, может даже аргументируют. Но я смотрю на жизнь по другому и сравниваю зараженную территорию вокруг ЧАЭС с Лондоном, и радуюсь тому, что радиоактивная пыль почти всегда прибита к земле. Кроме того, практически все аномалии изменяют траекторию капель, обнаруживая себя.

И тут я заметил одну из таких аномалий: капли в определенном месте пространства как-то странно отскакивали, образуя тем самым почти человеческий силуэт. И он приближался ко мне достаточно быстро, оставляя за собой четкую цепочку следов. Думать было некогда, я тут же взял на прицел место, где должна была находиться грудь кровососа, и выстрелил. В окружающее пространство брызнули фонтанчики черной крови, мутант упал на колени, постепенно обретая свою «текстуру».

- Извини, парень, не твой день, - произнес я, целясь кровососу в голову и нажимая на спусковой крючок.

Кровосос, как он есть: высокий, сутулый, злобный тип, лежал перед моими берцами. Видать молодой был, раз так подставился… Стоп… Молодой… А где?!?

И тут я услышал тяжелое дыхание, приближающееся с характерным шлепаньем по грязи. Я попытался резко развернуться и всадить остатки магазина в мутанта, но я успел повернуться только лишь градусов на тридцать - сорок пять, потом направление моего движения резко изменилось, а если честно я исполнил сложнейший цирковой трюк: «наемник – морда - грязь». Не успел я полностью погрузиться в весьма неприятную жижу, как сильные жилистые руки потянули меня вверх. Вероятно, обладатель этих рук хотел заключить меня в объятья и страстно «поцеловать» за то, что я избавил его от такого бестолкового ученика. Но, раз в моем вкусе были исключительно самки человеческого рода, мне пришлось отказаться. Со всей дури, которую «Свобода» выкуривает за месяц, я зарядил кровососу ногами в живот. Хватка «сосателя» ослабла, и я высвободился из жарких объятий. Быстро нашел взглядом валяющуюся недалеко Ларку, отпрыгнул в ее сторону, затем выполнил кувырок, чтобы поднять ее. Когда оказалось у меня в руках, я нажал на курок, но она лишь тихо щелкнула. Заклинило! И это когда на тебя несется не фиговая туша с не фиговой скоростью. Аккуратно уронив Ларку на сырую травку, я исполнил кувырок назад вместе с мутантом, использовав его массу и кинетическую энергию в лучших традициях айкидо. Получилось так: я уложил кровососа на лопатки и ногами придавил его руки к земле. И снова думать было некогда, поэтому я нанес злобному типу очень-очень много ножевых ранений в область груди и горла. Как говориться: «Абзац котенку».

Хотя я и понимал, что убил двух представителей уникальной фауны Зоны исходя из соображений самообороны, мне все равно было не по себе. Ведь любое живое существо имеет право жить, каким бы ужасным с точки зрения человека оно не было. Да, да, именно с точки зрения человека! Кто сказал, что человек - царь природы? Правильно, человек. Как это благородно, возомнить себя главным на планете и творить на ней все, что вздумается. Человек скажет, что Зона опасна. Я же, что опасен Человек…

Тщательно вытерев нож сначала о траву, а потом о штанину, я отправил его в ножны и подобрал свою Ларку. Проверил магазин – патроны есть, нажал на спуск – щелчок, дернул затвор – ага, вот оно че Михалыч… Окончательно обидевшись на буржуйскую оружейную промышленность, только утром чистил. Полный разочарования я направился к ближайшему дому.

В доме было сухо – это хорошо, в комнате был стол – это отлично. Единственное что портило сию прекрасную картину – недостаточная освещенность. Но, не смотря на это, я разобрал винтовку. И увиденное меня совершенно не радовало: ствол был забит грязью, да вообще все было забито грязью…

- Мда… - пробурчал я. – Так мы с тобой контракт не выполним.

Пришлось соорудить небольшой тайничок и спрятать штурмовую винтовку в его чреве. Немного подумав, патроны к ней я тоже оставил. Как-никак лишний вес.

Наемник без основного оружия становиться менее опасен всего лишь на двадцать процентов, это в обычной обстановке, без явного численного преимущества противника. В моем же случае процентов эдак на сорок. Ведь я шел на Барьер и цели мои были далеко не миротворческие, а бойцов там далеко не парочка… Ладно хватит ныть, на месте разберусь. Благо до того места назначения было не далеко…

… Вот уже пять часов я лежу не подвижно на холмике напротив Барьера и жду удобного случая: либо атаки «Монолита», либо зазевавшегося патруля «Свободы». А ведь трындят про то, что если ты посмотрел на часы и них горят четыре одинаковые цифры, загаданное желание сбудется.

Вдруг сзади меня хрустнула ветка, но ни шагов, ни сопения, ни тем более рычания я не услышал, и это не могло ни радовать. Через мгновение справа в пяти метрах от моей позиции на землю бесшумно плюхнулся долговец, ну как бесшумно, кроме меня его никто не слышал. Меня он не заметил.

Наконец-то за все время рейда я мог подумать и принять более менее обдуманное решение. Первое, что пришло мне в голову, изучить его амуницию. По всему было видно, что это снайпер, как минимум об этом красноречиво «горланил» его Винторез. Так раз «Долг», значит квад, а то и несколько. Надо бы его друзей поискать.

После весьма непродолжительных поисков я обнаружил еще троих снайперов и двенадцать штурмовиков, сидящих в секрете, ну как в секрете, никто их кроме меня не видел…

Итак, что бы убрать Кэпа, мне в идеале нужна снайперская винтовка, ну или на худой конец – автомат. А вот в пяти метрах от меня находиться «мечта», и что бы овладеть ей, нужно убрать долговца.

И снова я распоряжаюсь чужой судьбой. Как это ни прескверно, но я готов убивать, если есть такая необходимость. Интересно получается, когда я убиваю, мне плохо, а вот убивать я готов. А все Зона, она меняет людей, и очень сложно сказать в какую сторону. В плохую или хорошую…

Перекатившись на левое плечо и направив пистолет в голову неудачливого снайпера, я сказал:

- Ну, здравствуй, родной!

Вздрогнув,  снайпер посмотрел в мою сторону, надо сказать, что ему несказанно повезло. О такой смерти в Зоне можно только мечтать, как бы это цинично ни звучало. Умереть, не успев это осознать, – величайшее счастье.

Столкнув уже безликое тело долговца вниз по склону, я взял его Винтарь и занял свою прежнюю позицию. Кэп не заставил себя долго ждать и через пару секунд вышел из своего командирского вагончика, дабы сделать то, что он уже не успеет. Сверившись с дальномером и учитывая дистанцию, ветер и, конечно же, дождь, я выдохнул и мягко выжал спуск. Голова Кэпа откинулась назад, а затем все его тело завалилось на спину.

Задание выполнено, никто даже не заметил ни смерти Кэпа, ни меня.

Но я почему-то не мог начать свой отход… В «Долге» говорят, что квад - это один организм. А как же организм может полноценно существовать без своей четверти? Вот и я говорю: никак. Сместив прицел в сторону арьергарда долговцев, я трижды нажал на спуск, тем самым избавив «организм» от «мучений». Ну и напоследок, я решил помочь «Свободе».

- Эй, погранцы, «Долг» с тыла! – проорал я.

После чего, быстро скатился вниз по склону, нашарил у убитого снайпера рацию и передал в эфир все, что я думаю о вражде «Долга» и «Свободы».

Закончив свой монолог, я на максимальной скорости, которую позволяла развивать Зона во время дождя, направился сначала к тайнику, а затем на Дикую территорию.

«Мясорубки» во время дождя искрили. От «Каруселей» и «Трамплинов» капли отскакивали. Так что до теплого и сухого «Орлиного Гнезда» я добрался быстро, и уже в баре я отправил сообщение о выполнении контракта. Убедившись, что деньги поступили на мой счет, я откинулся в кресле, закрыл глаза и начал слушать тишину, размышляя о том, что я делаю…

Я – наемник. Я берусь за любую работу, плата за которую меня устраивает. Я совершаю поступки, противоречащие моему внутреннему миру, и считаю это нормальным. И я люблю Зону за то, что она есть, это единственное место на земле с такой высокой концентрацией жизни на Земле. Все то лицемерие, ту наигранность и то ощущение обязанности кому-то Зона уничтожила, оставив лишь самую суть. Нет здесь менеджеров с душой поэта, нет клерков жаждущих приключений. Здесь люди становятся теми, кем они являются. Подлец будет подлецом, храбрец – храбрецом. И никогда настоящий сталкер, почувствовавший, дыхание здешней жизни, не будет ставить себя выше того, что его породило.

Зона меняет людей, оставляя на них свой отпечаток, упрощая их жизнь почти до абсурда. Но в здесь человек не всепоглощающий вирус, он остается человеком, неважно плохим или хорошим…