Еженедельная газета
Храма Святителя Николая Чудотворца в селе Никольское
Выпуск 37, 29 марта 2009
СРЕТЕНИЕ
«О, роде неверный…»
«Почему же мы не смогли изгнать его?» спрашивают ученики у Иисуса. И отвечает им Иисус: «И бес изгонится только молитвою восторга». Обратите внимание, он не сказал, что этот бес изгонится какими либо силами. Какими либо небесными прикосновениями. Молитва и пост относятся к врачу, они не относятся к тому, кто им нужен. Кто постится? Врач постится. Он находится в состоянии внимания. Состоянии чуткости. Вот что такое пост. Внимание и чуткость – очень просто.
Что такое молитва? Молитва – это любовь. Это состояние любви. Когда течет твоя душа в мою. Когда я люблю тебя. Тогда молитва сама вырывается из моего сердца. Когда мы с вами иногда мирно и ласково общаемся за чаем, то мы просто не называем это, но это молитва. Потому что течет твоя душа в мою. Молитва это перетекающее тепло. Но это касается врача. Иисус не говорит (я еще раз хочу подчеркнуть) ни о каких особенных небесных силах. Он говорит, если вы будете в состоянии любви и в состоянии внимания. А Любовь и внимание это нераздельные вещи! Когда любовь, тогда внимание, тогда чуткость. То! то вы сможете его изгнать. Вопроса: «Как»? У вас не будет тогда. Вы будете знать как. Вам подскажет ваше сердце. Так как оно сейчас подсказало мне, и я его только что изгнал – этого нечистого духа.
Мы с вами и слышим и не слышим это. Потому что нас нет-нет, а потягивает на факирство, нас потягивает на фокусы. Понимаете, когда мы с вами что - нибудь, там освящаем, крестим, нас очень потягивает на фокусы. Был один предмет - стал другой. Был не освященный – стал освященный. Был простой - стал особенный. А Иисус, Он хочет, что бы мы, вот в том простом, что мы есть, обрели то великое что мы есть. В этом же случае, в другом месте, когда отец обращается к нему (отец несчастного сына) и говорит: «Твои ученики не смогли этого сделать!» То Иисус восклицает: «О роде неверный и развращенной доколе буду с вами?!» В вас нет веры.
Вот мне интересно, а вы поверили сейчас тому, что я здесь сказал? Тому, что если вы будете в состоянии любви, то вы сможете творить чудеса. И вы не будете задумываться об этом, как это сделать. Боюсь, что нет. Мы не верим, мы не верим и не замечаем, что мы не верим очень многим вещам. Мы не верим простым вещам. Странные какие то сейчас образы приходят в голову. Типа того, что мы не верим снегу, который идет, веточкам на деревьях, воздуху, которым дышим. Мы не доверяем, что их достаточно. Мы не верим что их достаточно. Мы не верим, что достаточно солнечного луча, одного, что бы обрести всю полноту знания о божественном. Мы не верим, что ближнего рядом с нами достаточно, я продолжаю ту же мысль, - чтобы увидеть всю полноту божественного. Верите вы? Не верите. Не вижу я. Вы скажете: нет - нет, вы нам знамение покажите, знамение дайте. «Сей род ищет знамение», - говорит Иисус. И знамения не будет у него. Иного кроме знамения Иона пророка, кроме... образ Иуды - это образ самого Иисуса, образ того кто находясь в этой плоти не боится смерти, кто находясь в этой плоти - живой, и вечно живой. Если бы мы услышали слова, которые услышал однажды Филипп на тайной вечере, когда он спросил у Иисуса: «Господи покажи нам отца» и Иисус сказал: «И видел ты его, и сейчас перед тобой».
Как бы мне хотелось, что бы вы услышали эти слова, которые звучат всегда. Где бы вы ни были, вы можете услышать эти слова: «И видишь ты его и сейчас перед тобой».
На что бы не смотрели ваши глаза. Смотрят ли они на природу. Услышьте эти слова: «И видишь ты его и сейчас перед тобой». Видите ли вы человека, любого человека, самого искаженного человека, и вы можете услышать те же самые слова: «И видишь ты его и сейчас перед тобой. Верите ли вы в это? Не знаю. Боюсь, что нет.
Боюсь, что сейчас, что мысли сомнения приходят в вашу голову: «Это как это?! Я буду смотреть на какого-нибудь разбойника, хама и Бог будет передо мной?»
«Да, и Бог будет перед вами» Разве не об этом все христианство? Разве не об этом хочет нам сказать Иисус?
Разве не мы так любуемся этой мыслью, что в последнем грешнике Бог? Разве не об этом нам так хотел сказать Федор Михайлович? «И милость к падшим призывал»… и Пушкин туда же? Разве не об этом вся наша литература? Которая, на самом деле, продолжает писать Евангелие. Которая говорит о маленьком человеке. И вдруг у нас открываются глаза, когда мы в маленьком человеке видим великое, неописуемое, необъяснимое, когда вдруг перед нами открывается ценность маленького человека. Вот тут захватывает наше дыхание и мы чувствуем, что мы прикасаемся к чему то божественному. Но мы не верим в это до конца. Нет. Ну, божественно, ну как-то да. Помните, мы тут смеялись на днях, когда пытались выяснить количество этого божественного. Сколько его там? Сколько двадцать два процента? Двадцать три? А сколько божественного в червяке? Надо вычислить. Наверное на процента три потянет. В человеке побольше. В ангеле - еще побольше. В Иисусе – все. О, шкала! Я говорю, и вы чувствуете – чушь какая то, ложь какая то. Явная ложь. А разве не этим всем мы занимаемся каждый день? Разве мы не высматриваем количество божественного вот в этом и вот в этом. Вот в этом не освященном меньше, в освященном больше. Чего больше? Чего меньше? Это же бред нашей головы. Но мы так увлеклись этим бредом. Мы так увлеклись этой игрой. «Где больше божественного» - называется игра. Мы увлеченные ею. И в этой эйфории, вот этого увлечения, мы просто уже настоящего не видим. И поэтому Иисус говорит: «Да, вы не верите, вы не верите, что Я вас люблю!». Отец говорит: «Да не верю, но помоги моему неверию». Мне кажется, что это единственное неверие, которое в нас есть – это неверие, что нас любят. И мы не верим, что нас любят. Поэтому мы чувствуем себя одинокими, страждущими, несчастными. Если нам сказать, что каждая клеточка этого мира тебя любит, то вы не поверите в это. А ведь это так. Если ты это вдруг почувствуешь, то у тебя захватывает дыхание, тебя переполняет радость, мысль исчезает, потому что она не умещается, некуда! Там нечему поместится – все заполнила радость от осознания, что каждая клеточка этой вселенной любит меня! И есть любовь, то есть по-простому, желает мне счастья. Вот этой вере, хочет Иисус, что б мы открылись, ее почувствовали. Она очень проста, она очень близкая. Эта вера, есть встреча с Богом. Если вообще можно выразится так. Если мы с вами спросим, у тех, кто осмелился сказать: «Я встретился с Ним!» А где ты Его встретил? В чем ты Его встретил? И вдруг этот святой скажет: «Да вот, в тете Маше, она из соседнего подъезда». Поверите ли вы ему? Какая тетя Маша? Какой Иисус из Назарета? Нет, в Иисусе из Назарета не может быть ничего хорошего, и в тете Маше из соседнего подъезда, и в веточке дерева. А он скажет: «В веточке дерева встретил я Его».
-Как это так? И ничего особенного? И знамения не было? И даже куст не горел и не сгорал? Да ну, наверное-то куст был объят огнем? Или, наверное, куст, был объят огнем, а веточка горела и не сгорала?
-Да не было там никакого огня, была просто веточка.
-Нет, это что-то не то, пойду дальше искать.
Так и будешь дальше искать, долго будешь искать, а вернешься все равно к веточке. И все равно, вдруг однажды почувствуешь и подумаешь: «Чего я ходил, бродил? Чего искал? Оно рядом было и любило меня. И я это был? Последняя находка, самая чудная! Я – это был»
Поверите в это? Прямо здесь и сейчас? Почти шанс. Не ходить далеко. Не искать неопалимую купину. Пожалуйста.
«И в тот же час дух немой вышел из тела. И стал он здоров!» Какая радость!
Аминь!
Дорогие Друзья!
Мы рады поделиться с Вами большой радостью. Совсем скоро наш с Вами Храм запоет звонкими колоколами! Мы искренне благодарим всех, кто помогает этой большой радости произойти. Мы Благодарим также всех тех, кто заботится о том, чтобы в нашем Храме было тепло и светло: согревает своими объятиями, светит своими улыбками и помогает с оплатой электроэнергии. Мы по-прежнему нуждаемся в Вашей поддержке и заботе.
Спасибо Вам! Радуйтесь, Дорогие!
Любящий Вас батюшка.
