ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
Неофициальный перевод
(Верховный Суд Республики Бурятия)
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
(Жалоба N 4265/06)
ДМИТРИЙ РОЖИН против РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Постановление от 2 октября 2012 г.
г. Страсбург
Данное решение станет окончательным при обстоятельствах, изложенных в пункте 2 Статьи 44 Конвенции. Оно может быть подвержено редакционной правке.
По делу Дмитрий Рожин против Российской Федерации,
Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:
Нина Вайич, Председателя Палаты,
Анатолий Ковлер,
Пер Лоренсен,
Элизабет Штейнер,
Ханлар Гаджиев,
Мирьяна Лазарова Трайковска,
Юлия Лафранк - судей,
а также при участии Серен Нильсен, Секретаря Секции Суда, заседая за закрытыми дверями 2 октября 2012 г., принял следующее решение, которое было принято этим числом:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 4265/06), поданной 8 декабря 2005 года в Европейский Суд по правам человека (далее – Европейский Суд) против Российской Федерации гражданином Российской Федерации Дмитрием Игоревичем Рожиным (далее – заявитель) в соответствии со Статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция). 28 марта 2011 года заявитель представил еще одну жалобу относительно условий содержания в исправительной колонии № ИК-13 в Свердловской области в период между 15 августом 2005 года и 17 февралем 2006 года.
2. Заявитель был представлен Л. Чуркиной, адвокатом, практикующим в городе Екатеринбург. Власти Российской Федерации были представлены Г. Матюшкиным, Уполномоченным по правам человека.
3. Заявитель утверждал, в частности, что он содержался в переполненных камерах и что его содержание в период с 3 по 15 августа 2005 года было незаконным.
4. 30 августа 2010 года жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации. Суд также принял решение рассмотреть жалобу одновременно по существу и по приемлемости (пункт 1 Статьи 29).
ФАКТЫ
I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА
5. Заявитель, 1980 года рождения, проживает в городе Екатеринбург.
А. Уголовные судопроизводства в отношении заявителя
6. 6 марта 2003 года заявитель, следователь прокуратуры, был обвинен в злоупотреблении служебных полномочий. В частности, он обвинялся в том, что подделал решение суда об освобождении подозреваемого в изнасиловании, и последующее укрывательство и воровство соответствующего уголовного дела. В точно неустановленный день к заявителю была применена мера пресечения в виде подписке о невыезде.
7. С 27 января по 5 февраля 2004 года заявителя, которому был поставлен диагноз рак мочевого пузыря, положили в больницу.
8. 9 февраля 2004 года Верх-Есетский районный суд города Екатеринбург заключил заявителя под стражу на время расследования. Суд полагал, что так как заявитель не уведомил следователя о том, что он лег в больницу, это являлось нарушением меры пресечения в виде подписке о невыезде. Заявителя арестовали в тот же день.
9. 5 марта 2004 года Свердловский Областной Суд отменил решение от 9 февраля 2004 года в кассационном порядке. Кассационный суд пришел к заключению, что выводы суда и его решение заключить заявителя под стражу были "преждевременными". 10 марта 2004 года заявитель был освобожден.
марта 2004 года заявитель был госпитализирован, где ему сделали операцию. 24 марта 2004 года он был выписан из больницы.
марта 2005 года Ленинский районный суд города Екатеринбург признал заявителя виновным и приговорил его к одному году лишения свободы в исправительной колонии. Заявитель был заключен под стражу в тот же день.
июня 2005 года Областной Суд оставил судебное решение без изменения в кассационном порядке. Заявитель и его адвокат участвовали в слушании посредством видеоконференцсвязи.
В. Условия содержания под стражей
1. Следственный изолятор № ИЗ-66/1 в городе Екатеринбург
13. С 9 февраля по 10 марта 2004 года и с 15 марта по 3 августа 2005 года заявителя заключили под стражу в ИЗ-66/1 в городе Екатеринбург.
(а) Период с 9 февраля по 10 марта 2004 года
14. Согласно заявителю с 9 февраля по 10 марта 2004 года он содержался в камере № 000, которая была сильно переполнена. Камера была наполнена постельными клопами и другими насекомыми. Еда была очень низкого качества. Ему не была предоставлена медицинская помощь.
(b) Период с 15 марта по 3 августа 2005 года
(i) Описание, предоставленное властями Российской Федерации
15. Согласно властям Российской Федерации 15 марта 2005 года заявителя поместили в камеру № 000, размером 30 кв. м., она была оборудована двенадцатью спальными местами. Согласно данным системы учета заключенных, которые были представлены властями Российской Федерации, количество заключенных, находившихся в камере в рассматриваемый период, варьирует от 13 до 27 человек, с тремя исключениями, когда в камере содержалось двенадцать заключенных 1 апреля, 11 июня и 2 августа 2005 года.
16. Камера была оборудована естественной и искусственной вентиляцией, которая была в хорошем рабочем состоянии. У камеры было два окна, крытые металлическими решетками, которые не препятствовали доступу дневного света. Искусственное освещение соответствовало применимым техническим требованиям, и работало с 6:00 утра до 22:00 вечера. В ночное время использовались низковольтные лампочки, чтобы поддержать освещение в камере. Туалет был расположен в углу камеры около входной двери и был отделен от жилой площади камеры кирпичной стеной, которая была один метр высотой и гарантировала личное пространство человеку, использующего его. Расстояние между туалетом и обеденным столом составляло 3 м. Самое близкое спальное место от туалета было расположено на расстоянии в 2.5 м.. Заявителю всегда предоставлялось отдельное спальное место, простыни и столовые приборы. Один раз в день около часа заявителю разрешалось заниматься физическими упражнениями. Камеру дезинфицировали один раз в месяц.
17. Во время рассматриваемого периода заявитель встречался со своей семьей и родственниками шесть раз.
(ii) Описание, предоставленное заявителем
18. Согласно заявителю, количество спальных мест было недостаточно, и заключенные должны были спать по очереди. Простыни, полотенца и столовые приборы предоставили заявителю его семья. Свет был постоянно включен. Камера была наполнена постельными клопами и вшами. Потолок протекал. В камере не было никакой вентиляции. Все заключенные курили, а заявителю, который был некурящим, приходилось дышать табачным дымом. Предположительно ему отказали в медицинской помощи.
2. Исправительная колония № ИК-13 в Нижнем Тагиле
(а) Описание, предоставленное властями Российской Федерации
19. Согласно властям Российской Федерации 4 августа 2005 года заявителя доставили в исправительную колонию № ИК-13 в Нижнем Тагиле, его разместили в дисциплинарную камеру, размером 8 кв. м, где он находился до 15 августа 2005 года, вместе с двумя другими заключенными. В камере было четыре спальных места. Условия гигиены в камере соответствовали применимым стандартам. Камера была оборудована естественной и искусственной вентиляцией в хорошем рабочем состоянии. Камера была хорошо освещена. Через окно поступало достаточно дневного света. Туалет был отделен от остальной части камеры стеной, которая была 1.1 м. высотой и гарантировала личное пространство человеку, использующего его. Заявителю разрешалось два часа в день заниматься физическими упражнениями.
августа 2005 года заявитель был перемещен из дисциплинарной камеры в общежитие № 3 секции № 19. Общежитие было размером 23.1 квадратный метр, в нем было шесть спальных мест. Количество заключенных, находившихся в общежитие, всегда было шесть человек. Заявителю предоставили отдельное спальное место, простыни и столовые приборы. В спальне было две ванные комнаты. В первой ванной комнате было три раковины и два туалета, а во второй было четыре раковины и три туалета. Также была отдельная душевая комната. Общая площадь секции № 19 колонии-поселения составила 2 498 квадратных метров, на этой территории также размещались баскетбольные и волейбольные площадки, и был специальный участок, обустроенный для тяжелой атлетики и для тренировки на брусьях. Заявитель мог свободно передвигаться по территории колонии-поселения.
(b) Описание, предоставленное заявителем
21. Согласно заявителю в дисциплинарной камере, где он содержался с 4 по 15 августа 2005 года, не было никакого доступа к естественному свету. Окно было покрыто металлическими решетками и ставнями. Еда была очень низкого качества. Заявителю разрешались короткие ежедневные прогулки, а всю остальную часть дня он должен был оставаться на ногах. Днем кровати собирались и закреплялись к стене. Камера была наполнена мышами. Потолок протекал. Туалет был расположен на расстоянии в 0.1 метра от ближайшей кровати.
22. В общежитие № 3 находилось семь заключенных, в то время как спальных мест было только шесть. Заявитель признал, что у него было свое спальное место и простыни.
23. В камерах и общежитиях колонии-поселения не поддерживалась надлежащая температура. Было очень холодно зимой и слишком жарко летом в помещении. Они были наполнены мышами. Полы были гнилыми. Потолок был покрыт плесенью и грибком.
февраля 2006 года заявитель был освобожден, отбыв свое наказание.
С. Гражданские иски, поданные заявителем
1. Жалоба в отношении исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле
июня 2006 года Чкаловский районный суд города Екатеринбург рассмотрел частично иски заявителя к исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле. Что касается утверждений заявителя относительно отсутствия медицинской помощи в рассматриваемый период, суд отклонил их как необоснованные. Суд отметил, что заявитель мог проконсультироваться с медицинскими специалистами и в медицинской части колонии и в муниципальной амбулаторной поликлинике и в больнице, где он проходил осмотр и делал операцию в декабре 2005 года. Что касается содержания заявителя в дисциплинарной камере с 4 по 15 августа 2005 года, суд отметил следующее:
“Довод [заявителя] о том, что его право на нормальные условия заключения... было нарушено администрацией исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле, был подтвержден. Согласно письмам из прокуратуры Нижнего Тагила... от 01.01.01 года и 25 октября 2005 года, было установлено в ходе проверок, что 4 августа 2005 года по прибытию [в колонию-поселение] [заявителя] поместили в карантинное отделение... в нарушении части 2 статьи 79 Уголовно-исполнительного кодекса. На основании выводов проверок прокуратура Нижнего Тагила направила письмо начальнику [Областного Управления исправительных учреждений]. В ходе проверки было установлено, что карантинное отделение, где содержался заявитель, располагалось в дисциплинарной камере, где условия заключения были близки к условиям, установленные в тюрьмах, то есть условия заключения в карантинном отделении были одинаковыми с условиями в дисциплинарной камере.
...
Довод [заявителя], что личное пространство, предоставленное ему, в то время когда он находился в карантинном отделении, было [ниже установленных законом стандартов], был подтвержден. Согласно частям 1 и 2 Статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы не может быть менее двух квадратных метров. Согласно выводам прокуратуры Нижнего Тагила... от 01.01.01 года..., размер карантинного отделения, где содержался [заявитель], составлял 8 квадратных метров. В карантинном отделении вместе с заявителем находились от 2 до 3 человек. Этот факт не оспаривался администрацией исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле. Из этого следует, что личное пространство, предоставленное заключенным, было ниже 2 квадратных метров, что нарушало Статью 99 Уголовно-исполнительного кодекса....
...
Учитывая вышесказанное…, суд решил
Считать незаконными следующие действия администрации исправительной колони № ИК-13 в Нижнем Тагиле:
1. Заключение [заявителя] под стражу в условиях, которые не соответствовали нормальному режиму отбытия срока;
...
3. Личное пространство, предоставленное [заявителю] во время его содержания в карантинном отделении, не соответствовало установленным законом требованиям”.
августа 2006 года Областной суд оставил судебное решение от 01.01.01 года без изменения в кассационном порядке.
2. Иск на компенсацию морального вреда в связи с заключением заявителя под стражу в следственный изолятор ИЗ-66/1 и в исправительное учреждение № ИК-13 в Нижнем Тагиле
27. В июле или августе 2006 года заявитель подал иск на компенсацию морального вреда в связи с (a) его предположительно незаконным заключением под стражу и предполагаемым отсутствием медицинской помощи в следственном изоляторе ИЗ-66/1 с 9 февраля по 10 марта 2004 года, и (b) его незаконным заключением под стражу в исправительном учреждении № ИК-13 в Нижнем Тагиле с 4 по 15 августа 2005 года, и предполагаемым отсутствием медицинской помощи в рассматриваемый период.
декабря 2006 года Ленинский районный суд города Екатеринбург отклонил иск заявителя. В частности суд признал, что заключение заявителя под стражу с 9 февраля по 10 марта 2004 года в следственный изолятор ИЗ-66/1 не было незаконным даже при том, что соответствующее постановление суда было впоследствии отменено в кассационном порядке. Суд также отклонил утверждения заявителя об отсутствии медицинской помощи в исправительном учреждении № ИК-13 как необоснованные. Что касается иска на компенсацию морального вреда в связи с незаконными действиями администрации исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле суд отметил следующее:
“Даже при том, что согласно решению Чкаловского районного суда города Екатеринбург [от 01.01.01 года], действия администрации исправительной колонии были признаны незаконными, [суд] не видит причин для того, чтобы компенсировать моральный вред [заявителю]. Факторы, которые должны быть учтены для такой компенсации, является наличие физического и умственного страдания, незаконность действия (бездействие), и связь между действием и полученным вредом, преднамеренным поведением со стороны правонарушителя.
Учитывая материал [имеющийся у суда], суд не считает, что [заявитель] перенес физическое или умственное страдание в результате нарушения его прав как установлено в решении Чкаловского районного суда города Екатеринбург”.
D. Ходатайство заявителя о снятии судимости за уголовное преступление
29. В точно неустановленный день заявитель подал ходатайство о снятии судимости. Он ссылался на отзывы о его положительном характере, то, что у него есть работа и семья.
октября 2006 года Чкаловский районный суд города Екатеринбург отказал в удовлетворении ходатайства заявителя.
31. 6 декабря 2006 года Областной суд оставил решение от 01.01.01 года без изменения в кассационном порядке.
II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРАВО
А. Условия содержания заявителя под стражей до суда
32. Статья 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 01.01.01 года предусматривает, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.
33. Более того, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации (статья 22 данного федерального закона).
34. Статья 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации от 8 января 1997 года с изменениями предусматривает, что норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров. Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены.
В. Виды лишения свободы
35. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации предусматривает пять основных видов уголовных учреждений для осужденных преступников: колония-поселение, исправительная колония общего, строгого или особого режима и тюрьма.
36. Условия отбывания лишения свободы для осужденного в колонии-поселении являются самыми умеренными. В частности, осужденные не живут в камерах или бараках, а в неохраняемых общежитиях. Они имеют право свободно перемещаться на территории колонии поселения в течение дня. Число и продолжительность семейных посещений не ограничены, также могут получать посылки и деньги из дома. Осужденным, не допускающим нарушений установленного порядка отбывания наказания и имеющим семьи, по постановлению начальника колонии-поселения может быть разрешено проживание со своими семьями на арендованной или собственной жилой площади, находящейся в пределах колонии-поселения или муниципального образования, на территории которого расположена колония-поселение. Они не носят униформу и могут иметь при себе деньги. Перевод осужденных на другую работу, в том числе в другую местность, может осуществляться администрацией предприятия, на котором они работают, по согласованию с администрацией колонии-поселения. Осужденным разрешается заочно обучаться в образовательных учреждениях высшего и среднего профессионального образования, расположенных в пределах муниципального образования, на территории которого расположена колония-поселение.
37. В тюрьмах устанавливается строгий режим. Осужденные к лишению свободы содержатся в тюрьмах в запираемых общих камерах. Осужденным разрешается пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью полтора часа. Количество семейных свиданий и посылок ограничено. А также осужденным разрешается ежемесячно расходовать денежные средства.
38. По прибытию в исправительное учреждение осужденный может быть помещен в карантинное отделение сроком на пятнадцать дней. Условия содержания в карантинном отделение такие же, как и во всем исправительном учреждение.
ПРАВО
I. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ
39. В жалобе от 8 декабря 2005 года заявитель жаловался на условия содержания под стражей в СИЗО ИЗ-66/1 города Екатеринбурга с 9 февраля по 10 марта 2004 года и с 15 марта по 3 августа 2005 года, и на условия содержания под стражей в исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле с 4 по 15 августа 2005 года. Кроме того, в его доводах от 01.01.01 года, заявитель жаловался на условия содержания под стражей в исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле с 15 августа по 17 февраля 2006 года. Он ссылался на Статью 3 Конвенции, которая предусматривает следующее:
«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».
А. Приемлемость жалобы
40. Европейский Суд отмечает, что жалоба заявителя касается двух отдельных периодов содержания под стражей, то есть, (1) с 9 февраля по 10 марта 2004 года, когда он был освобожден до проведения судебного заседания, и (2) с 15 марта 2005 года, когда его снова заключили под стражу, по 17 февраля 2006 года, когда он был освобожден отбыв свое наказание. В этой связи Европейский Суд напоминает, что, когда заявитель освобождается, а впоследствии повторно заключается под стражу, Суд не считает, что такие отдельные периоды заключения под стражу составляют длящуюся ситуацию (см. Постановление Европейского Суда от 10 января 2012 года по делу “Ананьев и другие против Российской Федерации” (Ananyev and Others *****ssia), № 000/07 и 60800/08, § 79; и, mutatis mutandis, Постановление Европейского Суда от 01.01.01 года по делу “Идалов против Российской Федерации” (Idalov *****ssia), № 000/03, §§ 128-30). Суд соответственно рассмотрит, выполнил ли заявитель шестимесячное правило относительно каждого такого периода.
1. Содержание под стражей с 9 февраля по 10 марта 2004 года
41. Что касается жалобы заявителя об условиях его содержания под стражей с 9 февраля по 10 марта 2004 года в СИЗО ИЗ-66/1, Европейский Суд напоминает, что российская правовая система не предусматривает эффективного средства правовой защиты для такой жалобы (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу “Ананьев и другие против Российской Федерации”, § 119), и поэтому эти шесть месяцев должны отсчитываться с конца ситуации, на которую жалуется заявитель. Таким образом, заявитель должен был представить жалобу не позднее, чем 10 сентября 2004 года. Однако, поскольку она была подана 8 декабря 2005 года, а это значит несвоевременно, она должна быть отклонена в соответствии со Статьей 35 §§ 1 и 4 Конвенции.
2. Содержание под стражей с 15 марта 2005 года по 17 февраля 2006 года
42. Европейский Суд напоминает, что во время его содержания с 15 марта 2005 года по 17 февраля 2006 года, заявителя помещали в два разных исправительных учреждения. Первый раз, с 15 марта по 3 августа 2005 года он содержался под стражей в СИЗО ИЗ-66/1 города Екатеринбург, и затем с 4 августа 2005 года по 17 февраля 2006 года он содержался под стражей в исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле. В последнем учреждении он провел период с 4 по 15 августа 2005 года в дисциплинарной камере, в условиях схожими с обычной тюрьмой. С 15 августа 2005 года по 17 февраля 2006 года он был помещен в общежитие колонии-поселения. Заявитель жаловался на условия его содержания под стражей относительно периода между 15 марта и 15 августа 2005 года в жалобе, поданной 8 декабря 2005 года, тогда как жалоба относительно периода между 15 августа 2005 года и 17 февраля 2006 года была представлена 28 марта 2011 года.
43. Учитывая вышесказанное, Европейский Суд полагает, что поскольку заявитель подал свою жалобу относительно его содержания под стражей (1) с 15 марта по 3 августа 2005 года и (2) с 4 по 15 августа 2005 года в течение шести месяцев после окончания упомянутого периода, он выполнил шестимесячное правило. Далее Европейский Суд напоминает, что эта часть жалобы не является явно необоснованной в значении подпункта "a" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.
44. Что касается периода содержания заявителя под стражей с 15 августа 2005 года по 17 февраля 2006 года, Европейский Суд отмечает, что жалоба была подана спустя больше, чем пять лет после того, как все закончилось. Из этого следует, что эта жалоба подана несвоевременно и должна быть также отклонена в соответствии со Статьей 35 §§ 1 и 4 Конвенции.
В. Существо жалобы
1. Доводы сторон
45. Власти Российской Федерации утверждали, что условия содержания заявителя под стражей в СИЗО ИЗ-66/1 с 15 марта по 3 августа 2005 года были в соответствии со Статьей 3 Конвенции. Заявитель не находился в камере все время. Он мог встречаться со своим адвокатом и/или семьей. Он мог принимать участие в следственных мероприятиях и использовать свое право молиться в специальном для этого месте. Кроме того, он мог покидать камеру, чтобы воспользоваться душем и постираться. В некоторых следственных изоляторах у заключенных есть возможность работать в различных мастерских при СИЗО. Описывая условия содержания заявителя в следственном изоляторе (см. параграфы 15-17 выше), власти Российской Федерации полагались на данные системы учета заключенных, официальные поэтажные планы камер в следственном изоляторе. Ссылаясь на показания, данные администрацией исправительной колонии ИК-13, где заявитель отбывал свой тюремный срок после его осуждения, власти Российской Федерации утверждали, что условия содержания заявителя под стражей с 4 по 15 августа 2004 года были совместимы со стандартами, установленными в Статье 3 Конвенции.
46. Заявитель утверждал, что условия его содержания под стражей в СИЗО ИЗ-66/1 и исправительной колонии № ИК-13 были далеки от стандартов, установленных в Статье 3 Конвенции. Он утверждал, что описание властей Российской Федерации условий его содержания под стражей были неправильными. Он утверждал, что за все время рассматриваемого периода он содержался в переполненных камерах и у него не было своей собственной кровати или постельных принадлежностей. Далее он предоставил показания заключенных, которые находились с ним в одних камерах в следственном изоляторе и колонии-поселении, которые содержали подобные описания условий содержания под стражей.
2. Мнение Европейского Суда
(а) Общие принципы
(i) Условия содержания под стражей
47. Общие принципы относительно условий содержания под стражей заявителей хорошо установлены в прецедентном праве Европейского Суда и кратко изложены ниже (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу “Ананьев и другие против Российской Федерации”):
139. Европейский Суд напоминает, что статья 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества. Она в абсолютных выражениях запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, или наказание, независимо от обстоятельств или поведения жертвы (см., в частности, Постановление Большой Палаты по делу "Лабита против Италии" (Labita v. Italy), жалоба N 26772/95, § 119, Reports 2000-IV). Для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы (см., в частности, Постановление Европейского Суда от 01.01.01 г. по делу "Ирландия против Соединенного Королевства" (Ireland v. United Kingdom), § 162, Series A, N 25).
140. Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня суровости, обычно включает в себя реальные телесные повреждения или интенсивные физические и нравственные страдания. Тем не менее, даже в отсутствие этого, если обращение унижает или оскорбляет лицо, свидетельствуя о неуважении или умалении человеческого достоинства, или вызывает чувства страха, тоски или неполноценности, способные повредить моральному или физическому сопротивлению лица, оно может характеризоваться как унижающее человеческое достоинство и подпадать под действие статьи 3 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Притти против Соединенного Королевства" (Pretty v. United Kingdom), жалоба N 2346/02, § 52, ECHR 2002-III, с дополнительными отсылками).
141. В контексте лишения свободы Европейский Суд последовательно подчеркивал, что для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции испытываемые страдания и унижения в любом случае должны выходить за пределы неизбежного элемента страдания или унижения, связанного с содержанием под стражей. Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в условиях, которые совместимы с уважением его человеческого достоинства, и способ, и метод исполнения этой меры не должны подвергать его страданиям и трудностям, превышающим неизбежный уровень, присущий содержанию под стражей, и с учетом практических требований заключения его здоровье и благополучие должны быть адекватно защищены (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты по делу "Кудла против Польши", §, и Постановление Европейского Суда от 01.01.01 г. по делу "Попов против Российской Федерации" (Popov *****ssia), жалоба N 26853/04, § 208 <*>).
142. При оценке условий содержания под стражей следует учитывать совокупное влияние этих условий, а также конкретные утверждения заявителя (см. Постановление Европейского Суда по делу "Дугоз против Греции" (Dougoz v. Greece), жалоба N 40907/98, § 46, ECHR 2001-II). Длительность содержания под стражей в данных условиях также должна учитываться (см., в частности, Постановление Европейского Суда от 8 ноября 2005 г. по делу "Альвер против Эстонии" (Alver v. Estonia), жалоба N 64812/01).
(ii) Оценка доказательств и установление фактов
48. Европейский Суд напоминает, что утверждения о жестоком обращении должны быть подкреплены соответствующими доказательствами. При оценке доказательств Европейский Суд, как правило, применяет стандарт доказывания "вне всякого разумного сомнения". Однако доказывание может строиться на совокупности достаточно надежных, четких и последовательных предположений или аналогичных неопровергнутых фактических презумпций (см. Постановление Большой Палаты по делу "Салман против Турции" (Salman v. Turkey), жалоба N 21986/93, § 100, ECHR 2000-VII).
(b) Применение этих принципов в данном деле
(i) Содержание под стражей с 15 марта по 3 августа 2005 года
49. Что касается содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе ИЗ-66/1 с 15 марта по 3 августа 2005 года, Европейский Суд отмечает, что согласно доводам властей Российской Федерации во время рассматриваемого периода заявителю было предоставлено не больше, чем 2.30 квадратных метров личного пространства. В определенные дни камера была настолько переполнена, что такое пространство составляло меньше чем 1.11 квадратных метров на одного заключенного. Из информации, предоставленной властями Российской Федерации, следует также, что заявителю не предоставили отдельное спальное место в течение большей части времени, пока он находился там. В течение четырех с половиной месяцев заявитель должен был провести, по крайней мере, двадцать три часа в день в таких условиях.
50. В этом отношении Европейский Суд отмечает в более ранних делах против Российской Федерации, если заявители располагают менее чем 3 кв. м. личного пространства, перенаселенность должна рассматриваться настолько серьезной, чтобы являться самой по себе нарушением статьи 3 Конвенции (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу “Ананьев и другие против Российской Федерации”, § 145). По мнению Европейского Суда эти соображения сохраняются в данном деле. Суд соответственно находит, что содержание заявителя в следственном изоляторе ИЗ-66/1 с 15 марта по 4 августа 2005 года в переполненных камерах, где ему не предоставили отдельную кровать, составляло жестокое и унижающее достоинство обращение в нарушении Статьи 3 Конвенции. Соответственно имело место нарушение этого положения.
51. Ввиду вышеизложенного, Европейский Суд не считает необходимым рассматривать остальные доводы сторон относительно других аспектов условий содержания заявителя под стражей во время рассматриваемого периода (см. упомянутое выше Постановление Европейского Суда по делу “Идалов против Российской Федерации”, § 102).
(ii) Содержание под стражей с 4 по 15 августа 2005 года
52. Европейский Суд отмечает, что было установлено в ходе внутригосударственных судебных разбирательств, начатых заявителем, что личное пространство, предоставленное ему во время содержания в дисциплинарной камере в исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле, было меньше 2 квадратных метров. Заявитель должен был делить камеру размером 8 квадратных метров вместе с 2 - 3 другими заключенными в течение, по крайней мере, 22 часов в день (см. параграф 25 выше).
53. Европейский Суд далее принимает во внимание вывод внутригосударственных судебных властей, что условия содержания заявителя под стражей не удовлетворяли установленному законом требованию относительно личного пространства, предоставленного заключенным. Далее Суд отмечает отсутствие личного пространства для заключенных, использующих туалет, который был отделен от остальной части камеры 1.1-метровой стеной в высоту, и ограничение в действиях вне камеры. Однако, принимая во внимание совокупный эффект тех условий и, в частности, краткость пребывания заявителя в дисциплинарной камере исправительного учреждения, Европейский Суд не полагает, что условия содержания заявителя под стражей, хотя совсем не соответствующие, достигли предела серьезности, требуемой, чтобы характеризовать обращение как жестокое или унижающее достоинство в пределах значения Статьи 3 Конвенции. Поэтому, не было никакого нарушения этого положения (cм. Постановление Европейского Суда от 01.01.01 года по делу “Фетисов и другие против Российской Федерации” (Fetisov and Others *****ssia), № 000/07, 6023/08, 11248/08, 27668/08, 31242/08 и 52133/08, § 138).
II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 5 КОНВЕНЦИИ
54. Заявитель жаловался, что он находился под стражей с 4 по 15 августа 2005 года в нарушение применимых внутригосударственных инструкций. Европейский Суд рассмотрит эту жалобу в соответствии со Статьей 5 § 1 (a) Конвенции, которая предусматривает следующее:
“1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:
a) законное содержание под стражей лица, осужденного компетентным судом”.
55. Власти Российской Федерации утверждали, что содержание заявителя под стражей во время рассматриваемого периода соответствовало требованиям, установленных в Статье 5 § 1 (a) Конвенции. Они далее отметили, что обычно осужденные помещались в карантинное отделение по прибытию в исправительное учреждение. Однако, ввиду отсутствия карантинных отделений в исправительной колонии № ИК-13 в Нижнем Тагиле, заявителя поместили в камеру тюремного типа, что нарушило применимые внутренние положения.
56. Заявитель поддержал свою жалобу.
А. Приемлемость жалобы
57. Европейский Суд напоминает, что, прежде всего, национальные власти обязаны предоставить возмещение в связи с любым предполагаемым нарушением Конвенции. Таким образом, вопрос о том, может ли заявитель считаться жертвой указанного нарушения, сохраняет значение на всех этапах конвенционного разбирательства (см. в числе многих примеров Постановление Европейского Суда по делу "Силиадин против Франции" (Siliadin v. France), жалоба N 73316/01, § 61, ECHR 2005-VII). Заявитель лишается статуса жертвы, если национальные власти признали прямо или по существу нарушение Конвенции, а затем предоставили соответствующее и достаточное возмещение в связи с ним (см., например, Постановление Большой Палаты по делу "Скордино против Италии (N 1)" (Scordino v. Italy) (N 1)), жалоба N 36813/97, § , ECHR 2006-V).
58. В данном деле Европейский Суд отмечает, что национальные судебные власти недвусмысленно признали, что содержание заявителя под стражей в камере тюремного типа было незаконно (см. параграф 25 выше). Однако, заявителю не была выплачена никакая компенсация в этом отношении. Национальные судебные власти просто утверждали, без проведения никакого анализа или деталей, что заявитель не понес никакого физического или умственного страдания в результате нарушения его прав (см. параграф 28 выше). Европейский Суд полагает, что в сложившейся ситуации дела заявителю не было предоставлено соответствующее и достаточное возмещение и может все еще утверждать, что был "жертвой" в пределах значения Статьи 34 Конвенции.
59. Европейский Суд напоминает, что эта часть жалобы не является явно необоснованной в значении подпункта "a" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.
В. Существо жалобы
60. Европейский Суд напомнил, что выражения "законный" и "в порядке, установленном законом", содержащиеся в пункте 1 статьи 5, отсылают к национальному законодательству и устанавливают обязательство соблюдать его материальные и процессуальные нормы (см. Постановление Европейского Суда по делу "Худоеров против Российской Федерации" (Khudoyorov *****ssia), жалоба N 6847/02, § 124, ECHR 2005-X (извлечения)).
61. В данном деле Европейский Суд отмечает, что соответствие содержания заявителя под стражей с применимыми внутригосударственными законами подвергались фактически внутригосударственному судебному надзору. 23 июня 2006 года районный суд признал, что заявитель незаконно находился в камере тюремного типа в течение десяти дней. Решение районного суда было оставлено без изменения Областным судом 15 августа 2006 года. Европейский Суд не видит причины отступать от выводов национальных судов и приходит к заключению, что государственное право не было соблюдено. Таким образом, содержание заявителя под стражей с 4 по 15 августа 2005 года не “соответствовало процедуре, установленной законом”. Соответственно, было нарушение Статьи 5 § 1 (a) Конвенции.
III. ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ
62. Наконец, заявитель жаловался на нарушения Статей 5, 6 и 8 Конвенции в связи с его заключением под стражу до начала судебных разбирательств и уголовным судопроизводством в отношении него.
63. Однако, в свете всего имеющегося материала, и поскольку вопросы, на которые жаловался заявитель, находятся в пределах компетентности Европейского Суда, Суд находит, что они не раскрывают наличия нарушения прав и свобод, изложенных в Конвенции или ее Протоколах. Из этого следует, что эта часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии со Статьей 35 §§ 3 (a) и 4 Конвенции.
IV. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ
64. Статья 41 Конвенции предусматривает:
"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
А. Ущерб
65. Заявитель потребовал евро в качестве компенсации материального ущерба за потерю заработной платы и вред, причиненный его здоровью. Он также потребовал евро в качестве компенсации морального вреда.
66. Власти Российской Федерации посчитали требование заявителя чрезмерным и необоснованным. Они далее утверждали, что признание нарушения составит достаточную справедливую компенсацию.
67. Европейский Суд не видит причинно-следственной связи между установленными нарушениями и требуемым материальным ущербом; поэтому Суд отклоняет это требование. Что касается морального вреда, понесенного заявителем, Европейский Суд полагает, что страдание и разочарование заявителя не могут быть компенсированы одним лишь установлением нарушения. Оценивая указанные обстоятельства на справедливой основе, он присуждает заявиевро в качестве компенсации морального вреда.
В. Расходы и издержки
68. Заявитель не потребовал возмещения расходов и издержек. Соответственно, Суд не присуждает заявителю ничего в этом отношении.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
69. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО
1. Признал жалобы относительно условий содержания заявителя под стражей с 15 марта по 15 августа 2005 года и предполагаемое незаконное содержание заявителя с 4 по 15 августа 2005 года приемлемыми, а остальную часть жалобы не приемлемой;
2. Постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в СИЗО ИЗ-66/1 города Екатеринбурга с 15 марта по 03 августа 2005 года;
3. Постановил, что нет нарушения статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в исправительной колонии ИК-13 города Нижнего Тагила с 04 по 15 августа 2005 года;
4. Постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции;
5. Постановил, что:
(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявиевро (семь тысяч пятьсот евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любые налоги, начисляемые на указанные суммы;
(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
6. Отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 23 октября 2012 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
Председатель
Палаты Суда
НИНА ВАИЧ
Секретарь
Секции Суда
СЕРЕН НИЛЬСЕН
