Возвращение

Елена Рудова

«Возвращение».

Пьеса в одном действии.

Действующие лица.

Он.

Она.

Женщина, убирающая территорию.

Автор.

Зритель.

Женский голос за сценой, читающий страницы дневника.

Картина первая.

Морской пейзаж. На пляже пустынно. На сцене автор.

Автор. Она никогда не вернётся в родной город, не пройдёт его тихими тенистыми улочками. А море, по которому она так скучает, покажет своим детям в какой – нибудь другой стране, где ничто не напоминает о прошлом. И только, когда она вспоминает его, глаза горят таинственным лучистым светом, появляется нежный румянец на бледном лице, и вся она как будто озарена изнутри.

Женский голос за сценой читает стихи

И ветра свист пророчит чью-то горесть,

И мною недописанная повесть

Останется в объятиях стола…

Но всё равно тревожно и упрямо

Стучит в висок с настойчивостью странной

Одна лишь мысль: «мне не забыть тебя».

Автор (продолжая).

В этой истории не будет имён. Кому нужны имена, даты, названия городов? Подобное могло произойти где угодно, когда угодно и с кем угодно. Просто встретились два человека со своей судьбой, со своими радостями и горестями, и даже я, автор, до конца не могу предположить, как развернётся действие. А вот и мой первый зритель.

На сцене появляется зритель.

Зритель (Обращаясь к автору, несколько вызывающе) Ну, чем порадуете на этот раз? Очередной коктейль из драк, убийств, мафиозных разборок?

Автор. Я расскажу вам историю о любви.

Зритель (не скрывая разочарования) О любви? Опять о любви? Сколько можно! Что нового здесь можно сказать? Сходятся, расходятся, страдают от неразделённых чувств! Что ещё можно придумать?

Автор. Не всё так просто. Бывает разная любовь. Есть любовь, которую человек, несмотря ни на что, проносит через всю жизнь...

Зритель (прерывая автора). Так только в сказках бывает, да и то не во всех. Надоело. Опять разведёте бодягу со своими высокими чувствами. Вы нам действия, действия давайте, чтобы только и успевали за героями следить! А любовь – это уже отжившая материя.

Автор. Ваше дело. Не хотите слушать, не надо.

Зритель. Да, ладно, давайте про вашу любовь. Может, действительно, что-то новое скажете. Только предупреждаю, что если мне станет скучно, я просто уйду. Договорились?

Автор. Я тоже хочу вас предупредить: очень вас прошу, не вмешивайтесь ни во что, ничего не пытайтесь изменить, пусть всё идёт, как идёт. И давайте уйдём отсюда, не будем мешать нашим героям.

Зритель. Вот ещё новости! Если мы уйдём, то, что же я, скажите на милость, здесь увижу?

Автор. Ну, хорошо, хорошо, тогда хотя бы пройдём в сторонку, а то наше присутствие здесь совершенно неуместно.

(берёт под руку зрителя, и они уходят в боковую часть сцены)

Появляется Он. Проходит вперёд, на ходу скидывая ботинки, но потом передумывает и надевает ботинки снова. Всматривается вдаль.

Он. Надо же, на море полный штиль. Только вода холодная, и плавать как-то не хочется.

(Садится на пляжный лежак.)

Он. Я приехал сюда, чтобы привести в порядок свои мысли, отдохнуть. Я режиссёр.

За плечами уже несколько больших работ. Конечно, не Чехов, не Достоевский, но тоже неплохо. То, что ценится сейчас зрителем, что гарантирует отличный заработок. Пусть пока сериалы, ну и что? Всё главное ещё впереди… Всё настоящее… А пока надо как-то переждать, перетоптаться. Меня уважают на студии, ценят мою интуицию, мой талант, мою способность предчувствовать, что будет особенно хорошо идти в данный момент.

Он (Делает паузу, потом в сердцах). Боже мой, но как трудно делать то, что ненавидишь!

Я всегда был подающим надежды. Сначала подающим надежды музыкантом. Когда ещё в детстве мама, услышав от учителя музыки, что из меня вполне может получиться новый Рихтер, так усиленно взялась за дело, что напрочь отбила у меня не только желание становиться знаменитым, но и вообще заниматься музыкой. После школы с лёгкостью поступил на режиссёрский факультет и стал подающим надежды режиссёром. Была интересная дипломная работа, ещё несколько короткометражек…А потом тишина, застой, как остановка дыхания, когда сдавливает сердце резкой болью. Тут ещё жена со своими претензиями… Только что ты дышал, и вот, как рыба на берегу, с искажённым лицом силишься хотя бы ещё раз вдохнуть полной грудью…

Он не замечает, как сзади подходит Она.

Она. Вода тёплая…(Видит его удивление и повторяет). Нет, правда, тёплая.

Он смотрит на неё недоумённо.

Она. Я помешала вам, простите. Просто мне показалось, что вы никак не решаетесь окунуться.

Он (как будто выдавливает из себя слова). Мне не хотелось купаться, я не люблю утреннее море, оно какое-то жесткое.

Она (с улыбкой) Значит, мне, действительно, показалось, простите.

Она поворачивается, чтобы уйти в сторону домиков.

Он (как будто цепляясь за последнюю надежду) Подождите…

Она останавливается.

Он (волнуясь) Откуда вы появились? Я даже не заметил, как вы подошли ко мне (пытается шутить)…Уж не из пены ли морской вы возникли?

Она не отвечает, пожимает плечами и уходит.

Он (размышляя вслух) Что меня так поразило в ней? Есть в ней что-то непрогнозируемое, неузнаваемое, непонятное, что вызывает тревогу. Ведь первая начала разговор, а потом сделала вид, что ничего не произошло, и исчезла так же неожиданно, как появилась. Хотя о чём это я? Мне сейчас совершенно ни к чему чужие истории.

Он достаёт из кармана небольшую тетрадку.

(рассматривая тетрадь) Странно! Нашёл вчера на берегу. Похоже на дневник. Но я не читаю чужих писем и чужих дневников, так что так до конца и не понял, что это.

Мимо проходит женщина, убирающая территорию.

Он (обращаясь к ней) Вы случайно не знаете, чья эта тетрадка? Вроде дневник. Может, кто-то спрашивал у вас?

Женщина (с вызовом). Мало тут болтается придурочных!

Он. Почему придурочных?

Женщина (с иронией). Так вы же сказали, что дневник! Ну, так станет нормальный человек свою жизнь на бумаге описывать, а потом ещё везде бросать, чтобы и другие прочитали. Тьфу! Стыдоба одна!

Он (с раздражением). Какая стыдоба? Может, действительно, потерял кто-то…Хорошо бы вернуть…

Женщина (с пренебрежением). Вот вы и возвращайте.…А вообще мой вам совет: бросьте вы её подальше, а то хлопот не оберётесь. Может, её специально подкинули, чтобы потом людей шантажировать. Тут, знаете ли, курорт…Всякое случается…

(Женщина уходит. Он листает тетрадь.)

Сначала читает вслух сам, потом постепенно его голос сменяется женским голосом за сценой.

Из дневника.

Голос женщины.

Какой фантастический день! Я бегу к автобусу, но он ещё так далеко, а чудес, как известно, не бывает! Автобус трогается с места, я по инерции продолжаю бежать, но вдруг он останавливается, как по волшебству, и я успеваю вскочить на подножку, автоматически хватаясь за протянутую руку. Уже в автобусе вижу своего спасителя. Хоть не коня, но автобус на ходу остановил. Мне это очень понравилось. У меня начинаются зачёты, мне не до знакомств, но какие добрые у него глаза…

Мой институт рядом с морем. Боже, как я люблю море! Я так редко попадаю в его объятия, но не представляю себе жизни без него…

Автобус тормозит возле alma mater. Скашиваю глаза, но моего романтического героя нет рядом.

…Возвращаюсь домой после удачного трудового дня, вся под впечатлением от сданных зачётов. Ужасно довольна собой. … И вдруг снова он…Это уже неспроста….

Он закрывает тетрадь, встаёт, прохаживается по пляжу.

Он. Ох, эти женщины! Любят они все свои переживания записывать в дневник. Хотя, наверное, какой-то резон во всём этом есть. Может быть, если бы я писал, смог бы хоть что-то проанализировать и понять в своей жизни. Но не дано. А, впрочем, если бы всё было так просто понять, наверное, все бы начали вести дневники. Пора на завтрак, а то там никто ждать не будет. (Уходит)

На сцену выходит автор, за ним зритель.

Автор. Ну, что вы заладили, как попугай, что да как! Смотрите, сами во всём разбирайтесь.

Зритель. Так значит, я правильно понял, что он попросту сбежал от всех. (С иронией). Приехал развеяться и отдохнуть, пережить свои не самые лучшие дни! Знаем всё это, слыхали подобное. Сейчас подхватит какую-нибудь красотку, закрутит с ней курортный роман, а то на тебе (передразнивая, паясничая) не могу, ненавижу, никто не понимает…

Автор. Послушайте, как можно жить со сплошными стереотипами! Тут в себе бы разобраться, а вы, походя, в чужих судьбах всё по полочкам собираетесь расставлять. Простите, но мне тут с вами некогда, как вы изволили выразиться, бодягу разводить, у меня работа. Прощайте!

Зритель. Здравствуйте, пожалуйста! Сначала, смотрите, смотрите, а теперь прощайте. Ну, уж нет: если остался, то во всём сам до конца разберусь. В конце концов, что значите вы, авторы, без читателей и зрителей! Пустое место. Кому вам тогда всю вашу галиматью показывать...

Автор. (перебивая, устало). Успокойтесь, я вас не гоню, хотите остаться, оставайтесь…

Зритель. Вот это другое дело. Пойдёмте, я вам ещё кое-что объясню.

Уходят.

Картина вторая.

Пляж. Несколько лежаков стоят на сцене. На дальнем плане декорация с изображением моря.

Он (прохаживаясь). Утро следующего дня было пасмурным и холодным. Мне упорно не хотелось залезать в прохладную воду, но казалось, что морской воздух полезен для меня, и я снова пошёл к морю. Её появление опять стало для меня полной неожиданностью. Она спокойно прошла мимо, на ходу скидывая халатик и странно загребая песок, как будто пробуя его на ощупь. На её лице читалось удивительное сочетание восторга и покоя. Она была в нескольких шагах от меня, и я мог разглядывать её, не боясь спугнуть. Мне так хотелось, чтобы она сняла свою синюю шапочку. Я был уверен, я просто наверняка знал, что когда она снимет её, волосы тёплой волной хлынут ей на плечи.

Он внимательно вглядывается в глубь сцены, туда, где она, по его предположениям может быть.

Она выходит откуда-то сбоку, на ходу накидывая на себя полотенце. Проходит мимо него, слегка кивая головой в знак приветствия.

Он (силясь её остановить). Вы случайно не занимаетесь моржеванием? Вода с утра не располагает к купанию, а вы плаваете каждый день, как будто боитесь что - то упустить. (Он пытается шутить, видя, как напрягается её лицо).

Она приостанавливается на мгновение, как будто старается найти достойный ответ на его слова.

Она. Я же не спрашиваю вас, зачем вы приехали сюда. Мне казалось, что каждый человек имеет право на личную жизнь.

Ещё некоторое время она стоит как бы в нерешительности, думая, стоит ли продолжать неприятный разговор, потом уходит.

Он. Сказала, как отрезала. Я вернулся к себе, выпил немного холодного молока и снова взялся за тетрадь. Мне почему-то казалось, что здесь я найду ответы на мучившие меня вопросы.

Опять начинает читать сначала сам, а потом продолжает читать женский голос за сценой.

Из дневника.

Он подошёл ко мне прямо на остановке. Стоит рядом, мнётся, хочет что-то сказать, но, видно, не решается. Ну, какие же глаза, я забываю обо всём на свете…

Оказалось, что он, так же, как и я, любит море и музыку. А ещё играет на гитаре. Мы съездили вместе на выступление бардов. Я счастлива, забросала его своими стихами…

Ты для меня был соткан весь из света,

Из музыки – и то не мой каприз…

Я лучшим для тебя была поэтом,

Ты самый лучший в мире гитарист…

…Он такой нежный и бережный, он понимает, что я не готова пока к активным отношениям и делает всё, чтобы я не была похожа на зажатого волчонка. Всё же страх. Страх, страх окружает меня со всех сторон, во всём чувствуется напряжённость, и я знаю: будет взрыв и страшный взрыв.

Мы из разного мира,

Мы из разного теста,

Как бы здорово было –

Ты жених, я невеста…

(После чтения этих строк вся сцена погружается в темноту)

Картина третья.

Слышен нарастающий гул, как будто едет тяжёлая техника. Луч прожектора. Появляются зритель и автор.

Автор. Почему вы здесь? Я же просил вас тихонько стоять в стороне и ни во что не вмешиваться!

Зритель. А что она имела в виду, говоря о разном мире? Почему они из разного мира?

Автор. Помните, я говорил вам, что это не совсем обычная история любви. Вы просто наблюдайте, и вам всё станет понятно. Не вмешивайтесь ни во что, очень прошу, это ведь моя история, а не ваша.

Зритель. Что-то грустная получается история. Страх, боль! Вы бы поженили поскорее главных действующих лиц, а там пусть живут, как им вздумается.

Автор. Жизнь – нелёгкая штука, в ней не бывает всё по мановению волшебной палочки.

Э, брат, да вы приуныли. Может быть, вам, действительно, лучше уйти?

Зритель (возмущённо). Ну, уж нет! Теперь мне вдвойне интересно разобраться в этой истории, всё понять до конца! Мне кажется, что этот режиссёр, и эта таинственная девушка, в конце концов, заведут самый обычный курортный роман, а дальше всё, как у всех…

Автор. Я Вас предупредил…Надоели ваши прогнозы! Ещё одно слово, и я просто вычеркну Вас из своей пьесы…

Зритель (испуганно). Нет, нет, я буду вести себя очень тихо! Я хочу остаться…Я…

(прикладывая палец к губам). Тише, давайте уйдём отсюда.

Они уходят в боковую дверь.

Картина четвёртая.

Пляж. Лежаки. Она сидит на одном из них и внимательно всматривается в глубь зрительного зала.

Он выходит и видит её. Тихонько подходит к ней. Она слышит шаги и вздрагивает.

Он (обращаясь в зрительный зал). Она вздрогнула не от испуга, а оттого, что как будто ждала увидеть на моём месте кого-то другого.

Она (в голосе чувствуется волнение). А что вы делаете здесь так рано?

Он (несколько возмущённо). Точно такой же вопрос я могу задать вам…

Она (после небольшой паузы). Вы писатель?

Он. Нет, я режиссёр. А почему вы спросили?

Она. Вы смотрите, наблюдая. Мне кажется, что так смотрят только писатели. Ну, ещё, может быть, философы…

Он (в зал). Она рассмеялась каким-то странным смехом, суетливо стянула шапочку, и волосы тёплой волной хлынули ей на плечи. У меня сразу пересохло в горле. Она как будто ждала чего-то, чего-то боялась, о чём-то хотела и не хотела спросить.

Она (решительно.) Давайте договоримся: пусть будет всё, как есть. Случилось то, что люди встретились на каком-то пространстве, пересеклись их пути, но пересекаются они не всегда для того, чтобы идти параллельно. Мне ни к чему случайные знакомства.

Он (с волнением и обидой в голосе). А что странного в том, что я хочу познакомиться с симпатичной женщиной, узнать, как её зовут? Почему её так тянет к морю в столь ранний час? Да мало ли о чём ещё можно спросить! А вы в одночасье даёте мне понять, что я опоздал, ещё не начиная движения, опоздал, ещё не успев даже вздохнуть, как следует, опоздал, даже не понимая, что со мной начинает происходить.

Он пытается взять её за руку. Она резко вскакивает.

Она. Я же попросила вас ничего не предпринимать!

Он. Но почему? Я что-то сделал не так, чем-то обидел вас?

Она, хватая лежащее на лежаке полотенце, качает головой и быстрыми шагами уходит в глубь сцены. Он делает движение по направлению к ней, но потом останавливается.

Он (в сторону зала). Я почувствовал какую-то сильную обиду, как будто обманулся в своих ожиданиях, причём обманулся совершенно неожиданно. От этого все мои чувства были обострены до предела, и было желание рвануться за ней, догнать, что-то предпринять! Но я почему-то продолжал сидеть на песке, как будто обезноженный, разбитый, и от всего этого опять вставало неразрешимой проблемой моё пребывание здесь, вся бесполезность предстоящей работы, двусмысленность отношений с женой, и не было ответа ни на один вопрос. А так хотелось понять…

Постепенно темнеет на сцене, опять за сценой нарастающий гул, возможно соответствующее музыкальное сопровождение, в котором слышится что-то тревожное, непонятное.

На фоне стихающей музыки начинает звучать женский голос за сценой.

Из дневника.

…Телефонный звонок прорезает ночную тишину. Я слышу, мама повторяет как заклинание:

- Ни в коем случае не пускать…

В город вводят войска. Беспорядки. Горят костры, есть жертвы. Как он, что он делает сейчас?

Мы видели с ним один сон. Едем в какой-то машине, спрыгиваем на ходу, куда-то бежим.

Сон становится явью…Самое время бежать, но только с ним. Я готова куда угодно, только вместе, но…мы из разного мира…

Я уйду внезапно, без огласки,

Вдруг исчезну, словно не была..

Где же ты, мой принц из доброй сказки,

Тот, которого я так ждала…

Я уйду, когда следов не сыщещь,

Заметёт, завьюжит – вот и всё…

На столе оставлю пачку писем,

В вазе – обручальное кольцо.

Я жду от него поступка, не могу решать за него. Пока он прикрывает меня собой, он всё время рядом, хотя и очень рискует, но не понимает, что мне пора уезжать. Ему кажется, что он сможет всё устроить. Сегодня опять прицепились двое, шли, как шавки по следу, кричали в спину, еле удалось отвертеться.

Сцена погружается в темноту.

Картина пятая.

Обстановка гостиничного номера.

Он (в сторону зала). Она не пришла на следующий день. Я напрасно прождал её, гуляя по пляжу. День был тёплый, весь санаторий высыпал на пляж, кто-то ныл, кто-то кого-то звал, а я в костюме, с каким-то умопомрачительным галстуком выглядел совершенно нелепо на фоне отвислых животов и голых торсов. Я ушёл к себе, пролистал новый сценарий, который захватил с собой, прочитал некоторые сцены. То, что казалось мне раньше интересным, вызывало сейчас тошноту и чувство отвращения. Обилие пресных, никому не нужных фраз.

Стук в дверь.

Он. Входите, не заперто.

Женщина входит в номер.

Женщина. Вы позволите убрать у вас?

Он. Конечно, пожалуйста, я сейчас выйду…

(потом, как будто что - то вспомнив, обращается к ней)

Он. Скажите, пожалуйста, а вы случайно не знаете тут одну молодую женщину? Она всегда плавает по утрам в любую погоду, и видимо, заплывает далеко, потому что возвращается нескоро…

Женщина (перебивает его). Очень надо знать! Разве нормальный человек бросает семью, детей, и несётся, как оглашенный в тёплые края!

Он. А у неё есть семья?

Женщина (смотрит на него, как на больного). А Вы думаете, что она одна-одинёшенька на всём белом свете? Или Вы чересчур наивный человек, или ещё тот ловелас, который подходы ищет. Вы спросите у неё самой, спросите…Хотя, конечно, ей правду-то говорить невыгодно, тогда и романы крутить не так интересно будет.

Он (взволнованно). А Вы что-то о ней знаете? Ведь наверняка она не в первый раз сюда приезжает. Мне кажется, что она знает здесь каждый камешек.

Женщина (с ухмылкой) Ну да, ну да!

Он (еле сдерживаясь). Что Вы всё намёками! Если вам что-то известно, говорите открыто, а, нет, нечего тут сплетни распускать! Ваша работа не людей по косточкам разбирать, а за отдыхающими мусор убирать!

Женщина (поджимая губы). Очень нужно! Не я начала, вы сами спросили! Чего уж на других валить! А мусор я не всегда убирала. Тоже, знаете, серьёзными вещами раньше занималась. Никто не знает, как у него завтра жизнь сложится. Может, и вы на такой помойке окажетесь, что мало не покажется!

А ваша эта красавица сюда уже несколько лет подряд приезжает, и всё одна. А что сказать! Наверное, тоже не всё с головой в порядке. Непонятно мне всё это, да и размышлять на эту тему ни сил, ни времени нет. Разрешите откланяться!

Она хватает какие-то пакеты и, что-то бормоча про себя, уходит.

Он остаётся один.

На сцене небольшая перестановка; берег моря с лежаками, морской пейзаж. На лежаке сидит Она. Опять всматривается вдаль.

Он. Разговор с этой женщиной вывел меня окончательно из себя, и всё накопившееся за это время раздражение, весь свой гнев я обратил в сторону незнакомки. Как всегда, на пляже в это время никого. Тем лучше. Я скажу ей всё сразу. А потом уйду, вернусь к тому, что для меня привычно и понятно. Я готовился к длительному выступлению, но когда увидел её на прежнем месте, всё ушло куда-то в песок. Просыпалось через мельчайшие дырочки карманов. И ничего не осталось, кроме глупого восторга, испытанного в первый день.

Подходит к ней, присаживается рядом.

Она (не поворачиваясь к нему). А вы знаете, что здесь недалеко есть маленький островок. По преданию, на нём укрылись дочь местного царя и её возлюбленный, которым не разрешили пожениться из-за…(Она помолчала) Никто ещё не смог до него добраться, сколько смельчаков ни пыталось это сделать…

Он. А вы?

Она. Я тоже пыталась…но это… Наверное, не судьба… Да и вообще. Жизнь очень сильно отличается от легенд. Становится холодно… Надо уезжать… Ещё один год…

Он. Какой год? (в сторону) Я, как за соломинку, хватался за каждое слово, пытаясь понять. Она не ответила. Просто повернулась и посмотрела на меня таким долгим пристальным взглядом, от которого мне стало не по себе. Вдруг разом что-то хлынуло в душу, и такая тоска охватила меня, ощущение какой-то потери! И до боли в груди захотелось удержать этот миг! Я как будто потерял ощущение реальности! Совершенно неожиданно для себя схватил её за плечи и прижал к себе, ощущая такую близость, какую не чувствовал ни с одной женщиной!

Она (отстраняясь, с укоризной). К чему всё это! Вы, наверное, всё неправильно поняли!

Он (с чувством). Я понимаю, что выгляжу нелепо! Я ничего не знаю о вас, даже имени не знаю, но мне кажется, что именно вам я могу довериться так, как никому другому! Меня давно никто не слушал. У всех свои заботы, свои проблемы. Я всегда старательно избегал лёгких заработков, фильмов-однодневок. Мне казалось, что размениваться нельзя ни при каких обстоятельствах. Но когда жена, устав от вечного безденежья, забрала дочь и ушла к родителям, я решил пересмотреть свою жизнь. Принял предложение старого друга и стал делать то, что ненавидел. Отношения с женой внешне наладились, но до сих пор осталось чувство, что она так и не вернулась в мою жизнь. Если люди живут в одном доме, это ещё не значит, что они живут вместе. Жизнь, как кадры из фильма: ни к чему не обязывающие отношения сменяются другими. Расставания, как оборванный билетик, в руках контролёра. Значит, так надо, чтобы без надрыва, легко и просто, как все. А мне так хочется быть просто самим собой! Мне нужны не деньги и слава, а нужно понимание, что я всё делаю правильно, что я кому-то нужен…

Она (взяв его за руку, некоторое время сидит молча). Вы знаете, за всё хорошее надо платить. Каждому даётся возможность быть счастливым, но не все этот шанс используют. А вообще, главное, быть в ладу со своим сердцем.

Она поднимается, отряхивая песок с одежды.

Он (снова берёт её за руку): Я не смогу вас отпустить…

Она (с нежностью). Теперь у вас всё наладится. Я вам обещаю. Только не ходите за мной, пожалуйста, это совсем не то, что вам нужно…поверьте…Да, за все несбывшиеся дни заплачено сполна…

Она идет вперёд, не оглядываясь.

Он (с чувством ей вслед). Я не пытался её преследовать, потому что понимал, что этого делать нельзя. Я просто смотрел, как она уходила, и думал о том, что завтра будет новый день, и я увижу её снова и обязательно скажу о своих чувствах.

Картина шестая.

Обстановка гостиничного номера.

Он открывает бутылку коньяка и, потягивая напиток из стакана, тянется к дневнику.

Звучит женский голос за сценой.

…Я знала, что так случится. Мы как заложники в городе Смерти. Никто не знает, откуда ждать беды. Где друг, где враг – не различишь. Смешно сквозь слёзы: особый режим в городе – носи паспорт, но паспорт в кармане – это погибель. Я хочу, чтобы это поскорее кончилось, но, если уехать, я его больше не увижу. Как последний крик отчаяния – мои стихи ему:

Мы встретились с тобою слишком поздно

И ничего не в силах изменить…

Пусть рядом быть нам просто невозможно –

Ты есть на свете – и мне легче жить…

Он. Я машинально перелистывал страницы дневника, думая о своём, и вдруг одна из записей привлекла моё внимание.

Звучит Её голос.

…Сегодня я услышала историю про таинственный остров, который находится так далеко от берега, что никому ещё не удавалось добраться до него. Мне рассказал об этом один старик, местный житель, наверное, эта легенда передаётся из уст в уста, обрастая новыми подробностями…Какая разница! Главное, что теперь я знаю тайну: тот, кто доберётся до этого острова, сможет вернуть любовь…Мы познакомились у моря, может быть, оно поможет нам встретиться… Я, наверное, схожу с ума, но хоть одним глазком ещё раз, только раз…

Он (взволнованно). Я ещё и ещё раз возвращался к этой записи. Всё стало таким понятным и простым, все факты были налицо. Первым моим желанием было сорваться с места и бежать к ней! Просить прощения за то, что прочитал, что влез в душу, да мало ли о чём можно сказать! Мне стало так легко, потому что я понял причину, которая заставляла её снова и снова возвращаться в эти места, бросая всё! И я поразился силе этого Чувства.

Ничего, ничего, утро всё расставит по своим местам. Всё будет хорошо (повторяет эту фразу несколько раз).

Он (ходит из угла в угол). Ночь прошла в тревоге. Несколько раз я порывался бежать куда-то, но останавливал себя, призывая к терпению. (Ложится на кровать). Бутылка была выпита до дна, и под утро я забылся тяжелым, тревожным сном. Мне снилось море, и Она рядом. Так близко, что перехватывало дыхание.

Появляются автор и зритель. Они смотрят на спящего.

Зритель (взволнованно). Может быть, его разбудить? Он же всё проспит! Ну, сделайте же что-нибудь, вы же автор! От вас зависит их дальнейшая судьба!

Автор (возмущённо). Вы опять вмешиваетесь? Слушайте, неужели вы так ничего и не поняли?

Зритель. Понял. Я всё понял.

Автор. Тогда оставьте их в покое. Всё равно он уже ничего не успеет.

(Становятся в сторонке.)

Он (вскакивая). Я проспал завтрак. На ходу надевая рубашку, чувствовал, как отчаянно колотится сердце, готовое выпрыгнуть из груди.

(На сцене снова берег моря).

Пляж был практически пустынным. Её нигде не было. Я прошёл по всем знакомым мне местам, но её нигде не было. Я вспомнил её вчерашние слова. «Ещё один год» - сказала Она. Как же я не почувствовал, что это были слова прощания! Прощания с морем, с мечтой, с надеждой.

Меня опять, как удавкой, захлестнуло чувство непередаваемой тоски. Я почувствовал себя маленьким, обездоленным, потерянным на этой огромной земле. Хотелось упасть на землю, закрутиться в жгут, сжаться, чтобы было не так больно. И вдруг я вспомнил!

(Слышен Её голос за сценой). Теперь у вас всё наладится. Я обещаю…

Он. Я вдруг понял, что буду делать. Пошлю подальше эту галиматью с мафиозными разборками и буду снимать фильм о ней, об этой женщине, которая пронесла своё чувство через всю жизнь, которая продолжает верить и ждать, несмотря ни на что. Теперь я даже не сомневался. Она доплывёт! И сразу стало легче, отпустило дыхание. Я подошёл к самой воде и долго стоял, вдыхая её аромат.

(Он начинает снимать рубашку и проходит вперёд, невидный залу.)

Зритель (взволнованно) Полез в воду, поплыл! Остановите его! Вы ведь уже не знаете, как он поведёт себя! Вы просто пустили всю ситуацию на самотёк.

Автор. Нет, теперь – то я в нём уверен, как никогда. Она научила его тому, что он должен делать. (Всматривается внимательно в собеседника). Э, батенька! Да вы никак плачете?

Зритель (украдкой вытирая слёзы). Просто в глаз что-то попало. Пойдемте, становится очень холодно.

Автор. Накиньте что-нибудь. Ветер сегодня свежий, дует с моря. Ветер перемен.

Занавес.