История области в архивных документах ОГУ "ЦХИДНИКО"
К 60-летию образования Калининградской области
В архивных фондах ликвидированных структур КПСС, находящихся на государственном хранении в областном Центре хранения и изучения документов новейшей истории, содержится уникальная документная информация об истории нашего края с послевоенного времени по 1991 год. Уникальной её можно назвать потому, что наряду с сухими официальными Указами, постановлениями, распоряжениями хранятся документы – "расшифровки" протокольной части. Это материалы к протоколам заседаний партийных бюро, секретариатов, активов, конференций, а также справки, информации, переписка комитетов партии и комсомола с вышестоящими органами по всем проблемам освоения и развития области. Кроме того, информации о политическом настроении населения в разные годы, личные дела номенклатурных работников – партийных, советских, хозяйственных руководителей, дела по приёму в партию, персональные дела.
Благодаря этому массиву документов мы имеем возможность узнавать историю области в лицах, историю без прикрас, далёкую от газетной лакировки советских времён. Такова особенность документов ликвидированных организаций КПСС, беспристрастно сохранивших бывшую действительность не только в победных строчках рапортов, но и в документах с грифом "секретно", отражающих поиск причин, по которым не выполняется запланированное, и алгоритма действий "по изжитию недостатков", по улучшению жизни области.
В этих документах, многие из которых уже рассекречены, отражено множество тем:
- от некоторых фактов довоенного прошлого области до послевоенного её развития;
- от управления новой областью военными до перехода власти от военных к органам КПСС и советской власти;
- от особенностей совместного проживания немецкого населения и русских переселенцев до политики заселения области советскими людьми;
- от отношения новых жителей к восточно-прусскому культурному и архитектурному наследию до строительства новой советской области.
И многие другие темы, ставшие актуальными в постсоветское время для местных историков и краеведов и зарубежных исследователей, которые легли в основу ряда исследований и научных работ, сделанных по документам ЦХИДНИКО.
Особое место среди архивных фондов, рассказывающих о ранней истории области, занимает фонд № 000 "Политотдел Калининградского городского гражданского управления", в котором отложились документы за гг. о деятельности колонны паровозов № 40 особого резерва Народного комиссариата путей сообщения, её партийной и комсомольской организации.
Это письма, телеграммы политотдела 1-го Военно-эксплуатационного Управления Народного комиссариата путей сообщения и Центрального управления военного сообщения Красной Армии 3-го Белорусского фронта о недопущении нарушений воинской и трудовой дисциплины,
о выполнении планов производственных работ; приказы начальника колонны, политдонесения, информации по организации перевозок, о реализации 4-го Государственного займа, о социалистическом соревновании коллективов паровозных составов; протоколы собраний, заседаний бюро первичной парторганизации колонны; переписка с парторганизациями; дела по приёму в партию и др.
В фонде имеется всего 7 дел. Однако они содержат информацию о различных сторонах жизни бойцов – машинистов, помощников машинистов, кочегаров, кондукторов, начиная со времени формирования колонны в 1944 году из разных депо, получения подвижного состава в Москве в начале 1945 года, участия в составе 3-го Белорусского фронта в боях на территории Севера Восточной Пруссии, дислокации в Инстербурге, где они жили и работали до конца 1947 года. Если в военное время перевозили военные грузы к передовой, а оттуда раненых, обеспечивали бесперебойную работу железнодорожных коммуникаций и снабжение фронта всем необходимым для боя и жизни, то после апреля 1945 года деятельность стала мирной. Кроме перевозки демобилизованных воинов, трофейного имущества, других грузов, личный состав занимался так называемой распрессовкой: переводом узкой западноевропейской колеи и колёсных пар западноевропейских вагонов на общесоюзную, широкую колею. Тем самым увеличивался парк подвижного состава. Этот вид работы включался и в договоры по социалистическому соревнованию между коллективами составов. Особенно интенсивно заключались и выполнялись соцдоговоры в честь 10-летия Дня железнодорожника.
Интересны помесячные сводки политдонесений в политотдел Военно-эксплуатационного управления-1 НКПС, включающие сведения от производственной деятельности до отражения случаев ЧП. За 1945 год, кроме ранения по неосторожности и случая дезертирства, чрезвычайные происшествия в основном отсутствовали. В феврале-марте были случаи желудочных инфекций в результате употребления сырой воды. Кстати, сводка включала происшествия от крушений поездов до суицидов среди бойцов. Самоубийств не было, а крушения предотвращались, за что личный состав награждался. Кстати, больше всего наград было получено в победном апреле 1945 года, когда пал Кенигсберг.
А летние документы 1945 года отражают работу по усилению физкультурно-массовой работы в колонне, назначению физруков, участию в спортивных состязаниях, по подготовке к смотру красноармейской художественной самодеятельности железнодорожных войск. Кстати, в отчёте Главному политическому управлению Красной Армии о составе комсомольской организации колонны паровозов особого резерва НКПС № 40 на 01 июля 1945 года из 38 комсомольцев – все вольнонаёмные, все – рядовой состав, вступивших в комсомол с 1941 по 1945 годы – 26, женщин – 16, с неполным средним образованием – 16, с начальным – 22[1].
Война не дала молодым людям получить даже среднее образование. Однако из приказа Народного комиссара путей сообщения начальнику Отдела колонн паровозов особого резерва НКПС от 01.01.01 г. и других документов видно, что самообразованию, культурно-массовой работе и в военное время уделялось достаточное внимание. Паровозные колонны обеспечивались библиотеками с железнодорожной, массово-политической и художественной литературой, а через полевые почты – свежими газетами и журналами[2].
Особое внимание уделялось настроению и дисциплине личного состава колонны паровозов № 40. В политдонесении за май 1945 года начальнику политотдела Военно-эксплуатационного управления-1 НКПС[3] после отчёта о выполнении основных эксплуатационных измерителей, о лучших показателях по колонне в результате выполнения договоров по социалистическому соревнованию, об организации помощи лучшими работниками отстающим давалась оценка политико-моральному состоянию, состоянию дисциплины. В мае имели место 9 случаев нарушения производственной и воинско-трудовой дисциплины (против 6 в марте), на виновных были наложены взыскания:
выговоры – за плохой уход за паровозом 2, за допущение брака 1; за допущение выпивок – 2 ареста; за плохой уход за паровозом – 2 перевода на низшую должность; за пьянки – 2 случая отдачи под суд военного трибунала. Кстати, в марте был всего лишь единичный случай, когда нетрезвый машинист прибыл в депо принимать поезд. Пьянки считались основным злом в нарушении дисциплины. Командному составу было дано указание при обнаружении у работников спиртных напитков уничтожать напитки. Удовлетворительная дисциплина объяснялась в донесении помощником начальника колонны по политчасти тем, что в мае прибыло 132 человека в кондукторские бригады и поездных мастеров, работавших ранее в тылу. Далее освещалась работа партийной (из 23 коммунистов), комсомольской (38 человек) и профсоюзной организаций колонны.
Офицерам и бойцам, командирам и работникам железнодорожного транспорта разъяснялась ответственность за поведение в быту, в работе "на территории Восточной Пруссии – части фашистского логова"[4] в соответствии с передовой газеты "Правда" от 01.01.01 года "Советский человек за рубежом родной страны". С личным составом должны были проводиться политинформации, беседы и громкие читки по этой статье.
Страницы рукописных текстов протоколов собраний партийной организации колонны
паровозов[5], написанных более 60 лет назад, беспристрастно воссоздают взаимоотношения между людьми в боевой и мирной обстановке. Они могут создать впечатление у неискушённого исследователя сплошного негатива. Однако надо принимать во внимание специфику партийных документов, отражающих как раз борьбу со всеми проявлениями недостатков, мешающих нормальной жизни.
Несмотря на незначительное количество дел в фонде, документы показывают временной период, захвативший и войну, и мирный период восстановления области, отошедшей к Советскому Союзу. О событиях, отражённых в них, рассказывают и другие архивные документы. Например, показательны воспоминания ветерана Великой Отечественной войны, участника становления Калининградской области Василия Андреевича Скворцова[6]. Придя на эту землю с оружием в руках, после демобилизации из рядов Советской Армии он остался в Инстербурге, с 15 октября 1946 года работал на железной дороге. В своих воспоминаниях, записанных работником Центра на аудиокассету, он описал состояние немецких железнодорожных путей, рассказал об их переводе на общесоюзную колею, о самоотверженном труде калининградцев по восстановлению разрушенного войной хозяйства, в частности, Южного вокзала. Этот фонодокумент может служить иллюстрацией к документам фонда № 000, рассказывающим о деятельности колонны паровозов № 40.
К сожалению, большая часть документов фонда находится в плохом физическом состоянии. Запланирована работа по созданию на них фонда пользования, поэтому документы исследователям временно не выдаются.
Заместитель директора ОГУ "ЦХИДНИКО"
21.03.2006
Опубликовано в Калининградской правде, 2006, 25 апреля.
[1] Ф.2005.Оп.1.Д.2.Л.48-48об.
[2] Ф.2005.Оп.1.Д.3.Л.74,81.
[3] Ф.2005.Оп.1.Д.2.Л.50-55.
[4] Ф.2005.Оп.1.Д.3.Л.72.
[5] Ф.2005.Оп.1.Д.1.
[6] Коллекция фонодокументов ОГУ "ЦХИДНИКО". Опись 1. Ед. хр. 50. Ед. уч. 94.
