Публичные призывы к насильственному захвату, насильственному удержанию власти или насильственному изменению К. с. РФ наказываются штрафом. либо арестом, либо лишением свободы на срок до 3 лет (ст. 280 УК).
Каждое государство характеризуется определенными чертами, в которых выражается его специфика. Оно может быть демократическим или тоталитарным, республикой или монархией и т. д. Совокупность этих черт позволяет говорить об определенной форме, определенном способе организации государства или о государственном строе. Этот строй, закрепленный конституцией государства, становится конституционным строем. Таким образом, конституционный строй – это форма организации государства, закрепленная в его конституции.
Стр. 214-218 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 67-68 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
29. Полномочия президента.
Стр. 286-287 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 107-110 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
30. Социально-экономические права и свободы.
Стр. 105-109 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 74-77 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
31. Конституционные характеристики государства в его взаимоотношениях с религией (светское, клерикальное, теократическое).
5. Светское государство
Конституционная характеристика государства как светского означает отделение церкви от государства, разграничение сфер их деятельности. Так, ст. 7 Конституции Италии устанавливает, что государство и католическая церковь независимы и суверенны в принадлежащей каждому из них сфере. Их отношения регулируются Латеранскими пактами, заключенными еще в 1929 году и частично пересмотренными в 1984 году. Изменения пактов, одобренные обеими сторонами, не требуют процедуры пересмотра Конституции. Согласно части третьей ст. 8 Конституции отношения некатолических конфессий с государством регулируются законом на основе соглашений с их соответствующими представителями.
("15") Светский характер государства не препятствует ему в интересах обеспечения прав религиозных меньшинств оказывать их церквам и религиозным общинам материальную помощь из государственного бюджета.
Противоположностью светскому государству является государство теократическое, в котором государственная власть принадлежит церковной иерархии. Таким государством была, например, Монголия до 1921 года, а сегодня является Ватикан. Впрочем, это чрезвычайно редкий случай.
Несколько чаще встречается клерикальное государство, которое с церковью не слито, однако церковь через законодательно установленные институты определяющим образом влияет на государственную политику, а школьное образование в обязательном порядке включает изучение церковных догматов. Примером может служить Иран.
Ряд вполне демократических государств, вполне обеспечивающих свободу совести, имеют тем не менее официальную церковь, у которой с государством существуют организационные связи. Например, в Швеции, где один из четырех основных законов – Форма правления 1974 года в п. 6 § 1 гл. 2 провозглашает свободу религии, а в § 2 запрещает принуждать гражданина к раскрытию его религиозных убеждений, действует официальная Шведская церковь евангелически-лютеранского вероисповедания. Хотя в последние десятилетия многие организационные связи этой церкви с государством отпали, доныне Правительство определяет число священнослужителей, размеры их вознаграждения, утверждает бюджет церкви и его статьи, решает вопросы о слиянии приходов, назначает настоятелей соборов и епископов. Должности епископов устанавливаются Риксдагом (парламентом) по представлению Правительства*. Политическая роль религиозных общин и церквей и связанные с этим правовые институты рассматриваются в настоящей главе ниже (§ 4).
* См.: Чернышева и демократия. Опыт Швеции. М.: Наука, 1994. С. 34-40.
32. Понятие выборов, их социально-политическая роль.
Стр. 173-200 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 83-99 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
33. Порядок внесения изменений в конституции.
Стр. 71-75 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 28 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
34. Гарантии конституционных прав и свобод.
Стр. 129-138 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
35. Политические права и свободы.
Стр. 129-138 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
36. Правовой статус иностранных граждан и лиц без гражданства.
Стр. 98-105 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
37. Виды и статус территориальной автономии.
Стр. 222-224 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
2. Территориальная автономия
("16") Это понятие означает самостоятельность самоуправляющихся территориальных единиц в рамках конституции и/или закона*. Решения органов публичной власти или населения этих единиц, принятые в пределах установленных конституцией или законом автономных прав, не могут быть отменены органами государства или органами публичной власти более крупной единицы, в которую входит данная.
* В данном случае мы говорим именно об автономии территориальной. Вообще же автономия – понятие общеуправленческое, которое означает ограниченную самостоятельность в рамках системы управления. Можно в этой связи говорить, например, об автономии предприятия, входящего в состав более крупной коммерческой структуры, об автономии первичной или региональной ячейки общественного объединения и т. д.
Объем территориальной автономии может быть различным. В этой связи обычно выделяют две ее формы: государственную (законодательную) и местную (административную). Государственная форма территориальной автономии характеризуется тем, что носитель ее имеет внешние признаки государства – парламент, правительство, иногда конституцию, гражданство и т. п., причем в общегосударственной конституции обычно определяется сфера законодательной компетенции автономного парламента. Местная форма автономии таких признаков не имеет, а круг автономных прав территориальных единиц определяется, как правило, обычным законом. Конституции и законы в большинстве случаев предусматривают, что автономные единицы вырабатывают (иногда также сами принимают) основополагающие нормативные акты, определяющие их внутреннее устройство (конституции, уставы, положения, хартии самоуправления и т. п.).
Территориальным единицам со значительной долей инонационального населения или населения, отличающегося иными особенностями своего быта, обусловленными, скажем, островным положением территории, предоставляется подчас особый автономный статус, характеризуемый в соответствующих случаях как национально-территориальная автономия. Такой автономией пользуются населенные шведами Аландские острова в Финляндии, островные и приграничные области Италии, населенные неханьскими народами автономные области Китая, населенный эскимосами остров Гренландия в Дании, остров Занзибар в Танзании и др.
В частности, Аландским островам, представляющим собой одну из губерний Финляндии, гарантирована их территориальная целостность, они имеют свой парламент и свое правительство с гарантированной компетенцией, свое гражданство (граждане Аландов автоматически состоят в финском гражданстве, но не наоборот: прочие финские граждане, даже поселившись на Аландах, гражданства аландского автоматически не приобретают). Впрочем, Президент Финляндии имеет право вето в отношении аландских законов. Закон об автономии Аландов принимается финским парламентом 2/3 голосов и одобряется таким же большинством в аландском парламенте.
Примечательно, что автономная Гренландия в 1985 году вышла из Европейского экономического сообщества, в котором Дания продолжила сохранять свое членство.
Во многом сходна с финской и датской система территориального устройства Объединенной Республики Танзании, которая в литературе обычно характеризуется как федерация. В действительности оснований для такой характеристики нет, несмотря на договорное происхождение этого объединенного государства. Материковая часть страны – Танганьика – не имеет своих особых органов власти, которые бы действовали наряду с общегосударственными. В сущности Танзания – унитарное государство с автономией Занзибара.
Весьма своеобразной была до последнего времени автономия Шотландии в составе Великобритании. Шотландия не имела собственных законодательных и исполнительных органов, однако в соответствии с Актом об унии 1707 года за ней признавалось право иметь собственную правовую и судебную систему, свою (пресвитерианскую) церковь, специальное представительство в Палате лордов (в Палате общин Шотландия представлена на общих основаниях). Ныне Шотландия обрела свои парламент и правительство.
Правда, надо при всем этом иметь в виду, что в условиях авторитарных и тем более тоталитарных режимов автономия, даже если провозглашена конституционно, представляет собой фикцию, выхолощенную юридическую форму. Впрочем, даже и в странах с либеральными и демократическими режимами автономия подчас сводится на нет или во всяком случае существенно ограничивается посредством финансового рычага: своих финансовых средств у самоуправляющихся территориальных единиц часто не хватает, а центр дает средства под определенными условиями.
Довольно часто слово «автономия» употребляют для обозначения автономных территориальных единиц. Это не более, чем канцелярит – чиновничий жаргон, не имеющий ничего общего с грамотной профессиональной речью юриста. Автономия – это статус, предполагающий определенную совокупность прав, а не территория.
38. Социально-культурные права и свободы.
Стр. 116-119 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
39. Формы государственного устройства.
Стр. 214-244 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 73-77 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
40. Мажоритарная избирательная система.
Стр. 191-194 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 93-95 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
41. Избирательная система: понятие и виды.
Стр. 173-200 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
("17") Стр. 83-99 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
42. Форма и структура конституций.
Стр. 58-64 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 21-32 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
43. Конституционно-правовой статус и социально-политическая роль парламента.
Стр. 259-278 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 117-124 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
44. Конституционно-правовой статус политических партий.
4. Институционализация политических партий и их конституционно-правовой статус
Усложнение форм и методов деятельности политических партий, возрастание их роли в обществе закономерно приводят к их юридической институционализации. Если конституции XIX века ни одной буквой не упоминали о политических партиях, хотя партии уже тогда играли весьма заметную роль в политической и государственной жизни, то ныне регулирование их статуса образует полноценный конституционно-правовой институт.
Институционализация политических партий проявляется в двух взаимосвязанных процессах: конституционализации, то есть включении в конституции основных принципов их статуса, v. законодательной институционализации, в результате которой правовое положение партий определяется законом достаточно детально.
Законодательная институционализация обычно включает правовое регулирование следующих элементов статуса политических партий:
понятия политической партии, определения места и роли партий в политической системе и государственном механизме;
условий и порядка создания и прекращения политических партий;
требований к идеологии и программным положениям партий;
требований к их организационному строению и порядку деятельности;
финансово-экономической базы партий;
взаимоотношений с публичной властью, прежде всего участия в выборах и в деятельности представительных органов государства и местного самоуправления.
В условиях коммунистических однопартийных систем и соответственно авторитарных и тоталитарных политических режимов правящие круги, всячески подчеркивая ведущую роль единственной государственной партии в обществе, часто избегают регламентировать ее статус. Выражено или молчаливо они исходят из того, что партия выше всякого закона, а следовательно, никаких законодательных границ ее власти устанавливать не следует. В недавнем прошлом так было и у нас.
Почти все принятые после Второй мировой войны демократические конституции содержат в том или ином объеме положения о политических партиях. Конституционные принципы получают свою конкретизацию и развитие в текущем законодательстве – специальных актах о политических партиях (например, в Германии), в избирательных законах (например, в Мексике) и др. Такое законодательство развивается и в тех странах, где конституционализация политических партий места не имеет. Иногда законы регулируют лишь какую-то одну сторону статуса партий, например их финансирование, как это сделано, в частности, в соответствующих законах Швеции 1965 года, Финляндии 1969 года, США 1974 года.
("18") В ряде стран Восточной Европы акты, регулирующие статус политических партий, были приняты вскоре после падения социалистической власти. В Румынии, например, Декрет Совета Фронта национального спасения о порядке регистрации и деятельности политических партий и общественных организаций от 01.01.01 г. был издан уже через неделю после свержения коммунистического режима и взятия Фронтом власти.
Обратимся к конкретным примерам конституционно-правового регулирования статуса политических партий.
В Конституции Японии о политических партиях специально не говорится; в части первой ст. 21 установлено лишь: «Гарантируется свобода собраний и объединений...». А вот Основной закон для ФРГ в ст. 9 особо говорит об объединениях (союзах и обществах) и в ст. 21 о политических партиях. Согласно ч. 1 ст. 21 «партии участвуют в формировании политической воли народа. Они основываются свободно. Их внутренний строй должен соответствовать демократическим принципам. Они должны публично давать отчет о происхождении и использовании своих средств, а также о своем имуществе». В этих положениях просматривается стремление избежать повторения недавнего прошлого, когда гитлеровцы, опираясь на поддержку определенных групп крупного капитала, создали массовую партию, основанную на беспрекословном подчинении вождю (фюреру), и установили с ее помощью террористическую диктатуру. Этим же продиктовано и содержание ч. 2 данной статьи Основного закона: «Партии, которые по своим целям или по поведению своих сторонников стремятся нанести ущерб основам свободного демократического строя или устранить его или поставить под угрозу существование Федеративной Республики Германии, противоконституционны. Вопрос о противоконституционности решается Федеральным конституционным судом».
Заслуживают внимания в данной связи положения ст. 11 болгарской Конституции, которая гласит:
«1. Политическая жизнь в Республике Болгарии основывается на принципе политического плюрализма.
2. Ни одна политическая партия или идеология не может объявляться или утверждаться в качестве государственной.
3. Партии содействуют формированию и выражению политической воли граждан. Порядок образования и прекращения политических партий, а также условия их деятельности регулируются законом.
4. Не могут образовываться политические партии на этнической, расовой или вероисповедной основе, а также партии, которые ставят своей целью насильственный захват государственной власти».
Очевидна обусловленность ч. 4 цитированной статьи важной для Болгарии проблемой турецко-мусульманского меньшинства. Несмотря на указанное запрещение, это меньшинство создало свою партию-Движение за права и свободы, которое в болгарском парламенте имеет определенный вес. Формально, однако, эта партия, как видно из ее названия, строится не на этнической и не на вероисповедной основе, поскольку защита прав и свобод представляет общенациональный, а не этнический и не вероисповедный интерес. Попытка оспорить в Конституционном суде правомерность существования этой партии успеха не имела.
В некоторых восточноевропейских странах (например, в Болгарии, Хорватии) законодательство о политических партиях предписывает создавать партийные структуры только по территориальному принципу, фактически запрещая тем самым создание их по производственному принципу, то есть по месту работы. В условиях коммунистических тоталитарных режимов именно производственный принцип, по которому создавались первичные партийные организации, обеспечивал беспрекословное повиновение партийных масс руководителям: предприятия, учреждения и т. п. возглавлялись директорами, состоявшими в номенклатуре партийных комитетов, и всякое недолжное, с их точки зрения, поведение члена партии грозило ему не только партийными, но и административными наказаниями вплоть до увольнения с работы. В западных же странах такой проблемы не было, соответственно нет обычно и препятствий для создания партийных организаций по производственному принципу.
Германский Закон о политических партиях 1967 года в числе прочего подробно определяет организацию партий, стремясь обеспечить ее максимальную демократичность.
Законодательство зачастую определяет порядок использования политическими партиями средств массовой информации, прежде всего электронных – радио и телевидения, причем приоритет отдается ведущим партиям (Великобритания, Германия, Франция, Индия).
45. Способы, порядок и условия приобретения гражданства.
Стр. 89-94 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
46. Конституционный статус личности: понятие и структура.
Стр. 51-64 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
47. Правительство Италии: порядок его формирования, компетенция, ответственность.
Стр. 455-458 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
48. Республика: понятие и виды.
Стр. 252-258 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
("19") Стр. 71-72 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
49. Федеративное устройство Германии.
Стр. 438-439 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
50. Формы правления в зарубежных странах.
Стр. 245-258 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 68-73 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
51. Правительство и кабинет Великобритании.
Стр. 400-402 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
52. Контрольные функции парламента.
Стр. 265-267 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
53. Основной закон Германии 1949 г.
Стр. 430-434 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
54. Особенности судебной системы США.
Стр. 376-377 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
55. Монархия: понятие и виды.
Стр. 247-252 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 68-71 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
56. Парламент Италии: порядок формирования, компетенция, ответственность.
Стр. 450-453 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
57. Федеративное устройство США.
("20") Стр. 362-363 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
58. Конституция Франции 1958 г., порядок ее изменения.
Стр. 408-411 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
59. Специфика британской конституции.
Стр. 384-386 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
60. Правовой статус органов конституционного контроля.
Стр. 76-85 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
61. Особенности правового статуса монарха Великобритании.
Стр. 398-400 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
62. Компетенция парламента.
Стр. 263-268 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
Стр. 123-124 «Конституционное право зарубежных стран», Москва, «МЭСИ», 2007 г., 184 стр.
63. Конституция США и порядок ее изменения.
Стр. 356-359 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
64. Парламент Франции: порядок формирования, внутренняя организация и компетенция.
Стр. 416-422 «Конституционное (Государственное) право зарубежных стран», Москва, «Проспект», 2005 г., 552 стр.
preview_end()
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
