Желаем ли образ великодержавного завтра?

ЖЕЛАЕМ ЛИ ОБРАЗ ВЕЛИКОДЕРЖАВНОГО ЗАВТРА?

Н. Хананашвили, член Общественного совета г. Москвы

Гостинник: Поведай мне, пожалуйста,

о всех своих приключениях во время

последнего плавания.

Мореход: Я уже рассказывал тебе о своем

кругосветном путешествии, во

время которого попал я в конце концов на

Тапробану, где был вынужден сойти

на берег. Там, опасаясь туземцев,

укрылся я в лесу; когда же я наконец из

него выбрался, очутился я на широкой

равнине, лежащей как раз на экваторе.

Гостинник: Ну, а там что с тобой приключилось?

Мореход: Я неожиданно столкнулся с большим

отрядом вооруженных мужчин и женщин,

многие из которых понимали наш язык.

Они сейчас же повели меня в Город Солнца.

Т. Кампанелла. Город Солнца.

В последние годы из разных источников, как государственных, так и окологосударственных исходит множество стратегически претенциозных текстов. Честно говоря, темп их возникновения таков, что справиться силами небольшой лаборатории, которой является Лаборатория исследований и социально-правового анализа (ЛИСА), весьма затруднительно. Тем не менее, проанализируем относительно новый текст, который был создан усилиями специалистов под эгидой Института современного развития (ИНСОР). Называется разработка: «Россия XXI века: образ желаемого завтра»[1].

Просмотрим предлагаемый текст, отмечая и нумеруя моменты, требующие, на взгляд автора данного анализа, некоторого экспертного комментария. Уже сейчас скажу, что таких замечаний набралось около трёх десятков. Попробуем также разделить эти замечания, исходя из структуры документа, имеющего четыре раздела.

Итак,

РАЗДЕЛ I.

РОССИЙСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ В XXI ВЕКЕ: КРАТКИЙ КУРС

1. «Назревшая модернизация требует стратегического согласия в обществе» (выделено в самом тексте – Н. Х.). Всё правильно. Только откуда в нынешнем обществе возьмётся стратегическое согласие, если присутствует властная монополия, не желающая слышать никого и ничего? «Общество» в нашей стране предержащие слышат тогда, когда оно выходит на забастовки, голодовки и перекрывает автотрассы. А в ситуации протеста и «непрерывного пожара» какие ж стратегии? Только – тактические кости, подбрасываемые для усмирения, или присылаемый издалека ОМОН, разгоняющий недовольных.

В России сегодня не выработаны процедуры и механизмы обретения этого самого стратегического общественного согласия.

2. Стр. 7. Одной из реальных опасностей названа дезинтеграция страны. «Цена вопроса – само существование страны». Замечание верное. Однако, раз так, то чем она отличается от ситуации конца 1990-х, когда приход к власти В. Путина аргументировался именно этой опасностью? И предъявление этой угрозы в качестве таковой означает, что выстраивание «административной вертикали» ничуть не снизило угрозу. Следовательно, результат активнейшей деятельности руководства страны в течение десятилетия неутешителен – НУЛЕВОЙ.

2. Стр. 7. Цитата:

«Поскольку текущая конъюнктура располагает скорее к инерции, модернизацию приходится проводить «от желаемого завтра», во многом опираясь на интуицию и политическую волю. Это усиливает необходимость отказаться от технократических иллюзий, сводящих всё к экономике, технологиям и ручному управлению.

Данная ситуация требует крайне осторожного отношения к привычным методам реализации особо крупных проектов».

Три замечания:

А) КАК МОЖНО ИЗМЕНИТЬ ИНЕРЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ С ПОМОЩЬЮ ИНТУИЦИИ? Не очень научный подход, тем более, что «технократические иллюзии» сводят всё не только к экономике и технологиям, но к современному менеджменту (вовсе не непосредственно ручному) и к расширению кругозора за пределы экономической и научно-технической «технократии».

Б) Когда мы говорим о «привычных методах реализации проектов», возникает вопрос: а Россия вообще-то освоила какие-то другие методы, кроме репрессивно-силовых? Насколько мне известно, нет. Проектная культура в нашей стране находится на уровне, асимптотически приближающемся к нулевому. Так что до поры, пока не будет освоена, хотя бы на каком-то первичном уровне культура «непривычного» нам проектирования, браться за изменение будущего попросту опасно.

В) С помощью «политической воли» осуществляется модернизация в стиле Петра I или Сталина; однако на такие «подвиги» у России не хватит человеческих ресурсов, находившихся в свободном, немилосердно царском распоряжении.

3. Стр. 8. «Попытки привычной для России модернизации ресурсно-мобилизационного типа» исчерпаны не только на этапе «социалистического строительства» (как сказано в тексте), но и после современного «капиталистического» строительства. Да и ресурсов не осталось, не только «идеологических веры и энтузиазма», но и человеческих, из-за этих самых этапов «строительства».

4. Стр. 8. «Величие и процветание страны более не может обеспечиваться за счёт граждан, политическими и экономическими ограничениями. Развитие обеспечивается на базе свободы и права. Только на этой основе возможно и удовлетворение державных, геополитических, силовых и прочих амбиций».

Двойная парадоксальность фразы заключается в том, что, во-первых, необходимо ещё в дне сегодняшнем обнаружить эти – свободу и право, хотя бы – отчасти; во-вторых, на основе «свободы и права» не могут существовать перечисленные «амбиции». Сочетание свободы и права, как императивное правило, успокаивает страну, ограждая её от неумеренных амбиций, противоречащих принципам свободы и права, поскольку принципы эти не могут существовать, если угрожают свободе и праву соседей, а геополитические, державные и разные силовые амбиции «величия» – очевидная угроза для окружающих нас соседних стран.

Продолжив на мгновение тему парадоксов, стоит сказать, что само по себе величие – есть существенная угроза самому субъекту, ею обладающему или ею же грезящему. Таковы законы истории.

5. Стр. 9. В списке требуемых ценностей и идей нет такой ценности, как необходимость партнёрства. Если культивировать только качества, важные для человеческого капитала, то возникнут проблемы с сочетанием личных амбиций, без способностей к совместному действию, опирающемуся на партнёрскую коммуникацию и коллективные действия. Собственно, поэтому человеческий капитал недостаточен, необходим ещё и определённый уровень социального капитала. Неумеренное историческое шараханье из стороны обезличенного коллективизма к индивидуальной свободе ничего хорошего не сулит.

6. Начало текста свидетельствует об осознании авторами необходимости опоры на свободного человека, человеческий капитал; в дальнейшем же, при описании «желаемого общественного строя» (стр. 11) происходит возврат к человеку, как ресурсу. В этом случае человек – средство, а не цель.

7. По отношению к содержимому раздела становится не совсем понятным его название. О чём этот «краткий курс»? Здесь, скорее, некоторые фрагменты аналитических соображений…

РАЗДЕЛ II. ИННОВАЦИОННЫЙ ПРОРЫВ

По поводу данного раздела замечаний нет, поскольку в нём, в основном – правильные слова – о необходимости прорыва. Однако посмотрим, как эти слова будут обрисовывать будущее дальше.

РАЗДЕЛ III. РОССИЯ: XXI ВЕК. ПОЛДЕНЬ

8. Стр.22. Цитата:

«Россия – федеративная республика с сильной президентской властью и сильным двухпалатным парламентом».

Данная позиция, пожалуй, требует довольно значительного объёма комментариев.

А) Понятно, что написанное – это мечта, высказанная в форме утверждения. Даже для не очень искушённого в политике человека эта фраза сегодня выглядит смешно, поскольку правдой в ней является разве что серёдка, про президентскую власть, да и то – условно, поскольку силён не институт, а власть конкретного человека. Без опоры на какой-то элемент данного выражения достижения справедливости всего выражения не достичь.

С отменой выборов губернаторов называть РФ федерацией стало просто как-то и неловко. Сегодня РФ – практически унитарное государство, империя. Только колониями у этой империи сегодня являются собственные территории, из которых хищнически растаскивалось и продолжает растаскиваться сырьё.

Про сильный же парламент говорить ещё меньше оснований. Парламент (см. итал. и исп. parlare – говорить, фр. – parler) – место, где необходимо говорить, что-то обсуждать. Когда же нынешний руководитель Госдумы отчебучил фразу: «Парламент – не место для дискуссий» (в стиле ), стало понятно, что ею он себя точно обессмертил. В результате сегодня парламент – «гиблое место», в котором разве что время от времени развлекают публику партии «разрешённой оппозиции», да снуют между рядами «дежурные» депутаты, тыкая карточками для голосования вместо отсутствующих соратников, не считающих даже нужным являться на работу. Достойное, «сильное» «присутственное» место, хотя бы и в отсутствие присутствия… Качество работы парламента видно и из количества поправок к регулярно и в избытке принимаемым законам.

Теперь – о президенте. В чём силы нынешнего президента? За прошедший десяток лет наворочено много чего «разного», не очень умного и толкового (достаточно взглянуть на многоступенчатые «реформы», посменно затихающие через год-другой, да расследования крупнейших терактов, чтобы понять: властная верхушка не заинтересована в серьёзном публичном расследовании, скрывает почти всё, касающееся ответственности высших должностных лиц за происходящее и произошедшее).

В стране с незавидной регулярностью происходят разве что катастрофы. В сам же момент таких трагедий – начальников на месте просто нет. Где начальство, ау! Оно – только на «раздачу слонов» является, бодро напутствовать награждаемых и строго отчитывать подчинённых гораздо.

Больше – ничего! Можно напомнить момент, когда одновременно «рвануло» в трёх местах: Саяно-Шушенская ГЭС, теракт в Назрани и открытие авиасалона, где погиб лётчик-испытатель. Премьер полетел на открытие авиасалона: выигрышный же момент, покрасоваться и сказать несколько бравых и бодрых слов! Только, вот незадача: трагедия случилась. На СШ ГЭС полетел «первый министр» А. Шойгу, в Назрань – глава МВД Р. Нургалиев. А где Президент РФ Д. Медведев? Если забыли, напомню: в Сочи отдыхал. И продолжил отпуск…

Если внимательно просмотреть список «подвигов» предыдущего президента за срок его полномочий, вы не найдёте в нём ни одного успешного управленческого действия. Анализ итогов президентства В. Путина, проведённый в начале 2008 года рядом экономистов, свидетельствует, что успешных реформ нет, есть только несколько «скорее успешных» реформ[2]. Список этот – перед вами:

- налоговая реформа (бюджету средств в отсутствие запредельно высоких цен на энергоресурсы не хватает. Расслоение общества растёт. В чём тогда успешность?);

- развитие фондового рынка (как известно, российский фондовый рынок в период кризиса рухнул катастрофически, индексы упали примерно вчетверо, и до сих пор фондовый рынок остаётся крайне волатильным и неустойчивым, оперируя при этом вовсе не значительными средствами, в основном – спекулятивного характера);

- бюджетная политика (размеры нынешнего бюджетного дефицита таковы, что накопленные резервы средств Фонда национального благосостояние и Фонда будущих поколений хватит разве что на год-два. Время от времени вспыхивающие «бюджетные» катастрофы лидерам страны приходится разруливать в ручном режиме, как в Пикалёве. Но на все дыры и АвтоВАЗы и катастрофы, при нынешнем уровне коррупции и неэффективности управления ресурсами, миллиардов не хватит. Вряд ли такая политика выглядит даже относительно успешной.);

- банковская реформа (банки России устояли только потому, что государство выделило им огромные средства, из всё того же «Фонда будущих поколений». А банки их успешно конвертировали и, в период разовой девальвации рубля, слегка подзаработали. Интересно, что по этому поводу скажут «будущие поколения»?);

- формирование рынка земли (здесь-то и вовсе – лучше помолчать. В России как не было, так и нет земельного кадастра. Оттого и происходят повсеместно и постоянно скандалы с «земельным рейдерством», «коммерческими поджогами» и со сносом «незаконно возведённых строений», таких, как, например, посёлок «Речник»);

- реформа трудовых отношений (потребность в ручном управлении, в том же Пикалёве, свидетельствует о совершеннейшем беспорядке и о беспредельном самоуправстве собственников в сфере трудовых отношений).

Как видим, из относительно успешных реформ нет ни одной, которая такое наименование носила бы по праву.

Неплохо бы ещё вспомнить «не очень успешную» административную реформу 2003 года, после чего бюрократия в России утроилась, и госкорпорации, создав которые в 2007 и израсходовав на это около 1 трлн. Рублей (наших с вами, сограждане!), властители страны уже в конце 2009 года говорят о необходимости их реорганизации в разгосударствлении… Пардон, а где деньги, истраченные столь бездарно?!

И откуда же в таком случае видимость их «относительной успешности»? Ответ прост: в большинстве случаев всё сводится к многочисленным успешным пресс-конференциям руководства страны. К управлению страной это, правда, отношения не имеет…

Теперь – взглянем на более объективные показатели качества управления. Одним из центральных показателей, используемых в настоящее время, является показатель ИРЧП – Индекс развития человеческого потенциала[3]. Так вот, за период годов его величина возросла с 0,762 до 0,802. Казалось бы, хорошо! Однако при этом Россия потеряла в общем списке стран ряд позиций, опустившись с 57-го на 67-е место! А в 2008-м (с данными за 2006 год) заняла 73 место, с показателем 0,806. Это означает, что нас за этот период времени 16 стран обошли[4].

И президент нынешний, вторя прошлому, хочет что-то принципиально изменить? Полноте, это невозможно!

Сила государства – не в способности вопреки воле людей сломать дома в посёлке «Речник» или в Южном Бутове, а в готовности к обсуждению возникающих проблем. Это и есть «мягкая сила». Иначе государство больше напоминает «слона в посудной лавке».

9. Стр. 24. Цитата:

«Приход цифрового телевидения радикальным образом изменил картину на рынке СМИ».

Это и в самом деле произойдёт, однако, скорее всего и к сожалению, вовсе не так, как планируют авторы. Они полагают, что снижение контроля со стороны государства за СМИ приведёт к их демократизации и разнообразию. Подозреваю, что это не просто не совсем так. Это – совершенно ошибочно: при таком отпускании всех «на волю» произойдёт экономическая радикализация информации. Она, собственно, и сейчас является жёстко экономическим товаром, а контент, зачастую – ужасающим, поскольку ориентирован на запросы «масс», а им нужны «хлеб и зрелища». Так что и в воображаемом будущем ждите «Дом-122» и «ШКОЛА-945», там увидимся…

10. Стр. 35-36. Цитата:

«Укреплению доходной базы бюджетов всех уровней способствовало полное вовлечение в хозяйственный оборот земли, недвижимости, недр, водных и других природных ресурсов на основе их рыночной оценки».

Простите, что это, как не «технократические иллюзии, сводящие всё к экономике, технологиям и ручному управлению», заклеймённые выше (см. стр. 7)? Противоречие, из которого чем дальше, тем сложнее будет выбираться. Хозяйственный оборот ресурсов – это возврат к ресурсной модели.

Яркий пример. Сугубо рыночная оценка недр, без учёта цивилизационно-ценностной составляющей, уже сегодня приводит к хищнической эксплуатации озера Байкал. Тот самый Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат (БЦБК), эта «шашлычная у золотого прииска», споры о котором ведутся с конца 1960-х. Уже давно и огромному большинству здравомыслящих людей ясно, что вода – один из самых ценных природных ресурсов. Но получение сиюминутной прибыли из источника практически неиссякаемого (20% мирового запаса доступной пресной воды) для нынешних властителей – важнее.

11. стр. 37. Цитата:

«…страна должна обеспечивать своих граждан равными возможностями и условиями для жизни, труда, отдыха и потребления, где бы они не (выделено мной – Н. Х.) проживали».

Тяжёлая оговорка: вместо частицы «ни» использована «не», и всё встаёт на свои, привычные нам сегодня, места. Там хорошо, где нас нет! Всё хорошо, значит, мы там не проживаем!

12. Ещё одна цитата со стр.37:

«Стирание межрегиональных различий в уровне жизни явилось дополнительным стимулом для перемены знака в «утечке мозгов».

Спрашивается: с какой это стати случится стирание межрегиональных различий в уровне жизни, если не произойдёт кардинальное перераспределение финансовых ресурсов и потоков с центростремительной на центробежную тенденцию? Федеральный уровень забирает средства у регионов, те, в свою очередь, обдирают муниципалитеты. За последние 10 лет структура формирования федерального и региональных бюджетов круто изменилась. На границе тысячелетия в регионы уходило до 60% средств бюджетов, в центре оставалось 40%. Сегодня ситуация более соответствует принципам обратной пропорции. На федеральный уровень остаётся 65%, регионам – 35%. Муниципальным образованиям остаются крохи. До тех пор, пока не будет реализован принцип субсидиарности в бюджетировании (с желательной пропорцией федерального, регионального и муниципального хотя бы как 1:1:1), ожидать стирания различий нельзя. В нашем же случае сейчас мы имеем не муниципальное управление, а бесправный муниципальный уровень, который живёт на подачки от региональных властей; кто активнее «выбивает фонды» (господи, чем не времена застоя?), тот и лучше себя чувствует. С той только разницей, что сегодня у нас нет идеологической основы, а идеологию заменяют деньги. Отсюда и царство коррупции, с его «откатами» и «правовым нигилизмом».

Вся вертикаль власти, разумеется, довольна, но вот развитию страны такие патерналистско-иждивенческие конструкции способствовать никак не могут. Значит, слова о стирании межрегиональных различий – так, благопожелание необоснованное.

13. Стр. 38. Цитата:

«Военный бюджет анализируется парламентом досконально. Комитеты по обороне Государственной Думы и Совета Федерации обладают необходимыми финансовыми и политическими инструментами для определяющего влияния на военную политику государства. Они располагают всей информацией, чтобы анализировать и направлять развитие российских Вооружённых Сил. Тем самым обеспечивается подлинный гражданский контроль над военной сферой».

Прошу прощения за ёмкую цитату, но без приведения текста полностью мог выпасть смысл всего абзаца. А теперь – два комментария.

А) Для того, чтобы парламент мог анализировать военный бюджет досконально, было бы вовсе нелишним сделать две вещи:

- сформировать более прозрачный для чтения даже в закрытом режиме бюджет и

- научить парламентариев его анализировать. Боюсь, сегодня это в парламенте вряд ли вообще кто-то умеет, да и в обозримом будущем, сомнительно, что что-либо изменится к лучшему; да и во всей стране таких специалистов – несколько десятков.

Б) «Подлинный гражданский контроль» – это вовсе не контроль со стороны Госдумы и Совфеда (с их стороны может быть контроль парламентский, то есть государственный), и даже не от Счётной палаты РФ, а только со стороны профильных неправительственных организаций! Честно говоря, странно слышать о подобной трактовке термина «гражданский контроль».

14. По поводу той же 38-й стр. Несколько странно выглядит сочетание высокоточного вооружения, действующего за сотни километров, со складами тяжёлого вооружения на «угрожаемых направлениях». Составители текста, поступают подобно плохим генералам, которые мыслят категориями «прошлых войн», в то время, когда надо готовиться к войнам будущим, а они, если и предстоят, будут принципиально иными, в которых «складов тяжёлого вооружения» вовсе и не нужно.

15. Стр. 42. Цитата:

«Для гражданского контроля над деятельностью полиции и специальных служб создан независимый государственный орган (так в тексте! – Н. Х.) – Комитет гражданских расследований, который по требованию граждан расследует деятельность правоохранительных органов, если есть подозрения в их противоправности».

Смысл написанного огорчает. Во-первых, если государственный орган, то причём здесь гражданский контроль? Это нонсенс. Примерно такой же, как и «независимость государственного органа». При этом слова «требования граждан» выглядят как в приснопамятных 30-х прошлого столетия звучал перл «по просьбам трудящихся», после которого зачастую и расстреливали.

16. Стр. 42. Заголовок подраздела. «Великая держава XXI века».

По-моему, этим сказано всё, можно не комментировать… Такая формула – анахронизм, негодный для века начинающегося.

17. Стр. 44. Возможность уважения «за военную силу» выглядит непригодно для Европы начала XXI века, что уж говорить о более или менее отдалённом будущем. Военной силы теперь либо опасаются и боятся, либо принимают ответные оборонительные упреждающие и предупредительные меры. При этом оригинально, хотя и противоречиво, звучит соображение об уважении за силу с переговорами о вступлении в НАТО (стр.43).

18. Стр. 45. Совершенно непонятно и пугающе выглядит фраза «предотвращение масштабных войн в условиях начавшегося быстрого передела мира». Это, простите, о чём и где? И кто это планирует?

19. Стр. 46. Цитата:

«Взаимодействие с постсоветскими странами строится на продвижении конкретных российских экономических, военных, демографических, гуманитарных интересов и соображений безопасности…».

Остаётся большой и агрессивно-содержательной загадкой, что подразумевается под «продвижением… военных интересов… и соображений безопасности»?

РАЗДЕЛ IV. ИЗ ТРЕВОЖНОГО НАСТОЯЩЕГО В ЖЕЛАЕМОЕ БУДУЩЕЕ: ПЕРВООЧЕРЕДНЫЕ ШАГИ

Россия – страна с тёмным прошлым,

трудным настоящим и светлым будущим.

Вечно-зелёная отечественная поговорка.

20. Стр. 48. Цитата:

«…нам представляется ошибочным жестко делить общество на тех, кто поддерживает и тех, кто не поддерживает модернизацию».

Замечание справедливое. Остаётся добавить к нему следующее. Модернизацию в здравом уме не поддерживают только те, кто заметно выигрывает от нынешнего status quo. Если авторы не отваживаются произнести, то можем назвать – это значительная часть чиновничества. Общество же вообще лучше не делить. Однако нет сомнений, что есть те, кто считает в нынешних условиях модернизацию возможной и реальной, и те, кто уверен, что у нынешней власти с применяемыми ею методами управления вряд ли что получится.

А с точки зрения конструирования действий для «желаемого завтра» было бы важным сформулировать такую задачу: включение граждан и различных их групп и объединений в процессы создания желаемого завтра. Тогда и не придётся никого делить на противостоящие группы.

21. Стр. 48. Цитата – заголовок:

«От какого ценностного наследства мы должны отказаться?».

Поскольку имеется ввиду и далее в тексте первым же пунктом фигурирует ресурсно-сырьевой способ существования, то мгновенно возникает вопрос: как быть с ранее звучавшими позициями про вовлечение сырьевых ресурсов в рыночный оборот.

А также – куда девать планы по освоению арктического шельфа, зафиксированные в «Концепции – 2020»[5]? А это ведь – в чистом виде ресурсно-сырьевые и, заметьте – гигантские инвестиции (не говоря уж о «Северном потоке» и ВСТО)! Если названные позиции не свернуть, в ближайшее время локомотив расходов, с очевидными и мощнейшими группами профильных лоббистов, будет не остановить…

Второй вопрос к этому же заголовку: правильно ли следует понимать, что авторы материала видят только одну-единственную ценность, от которой необходимо отказаться? То есть достаточно убрать препятствие в виде «ресурсно-сырьевого способа существования», как всё вмиг изменится и наладится? Боюсь, что это – большое заблуждение. Беда никогда не приходит одна, даже в ситуации с дорогами…

22. Стр. 49. В негативном ключе фигурируют понятия: «культ государственничества и великодержавия», как идеологическое содержание «ресурсно-сырьевого способа существования» (стр. 48). Мысль разумная, однако этот пассаж вступает в прямое противоречие с ранее обозначенными императивами – в описании «желаемого будущего» – напомню, один из разделов даже называется «Великая держава XXI века» (стр. 42).

23. Стр.53. Цитата:

«…параллельно должен начаться новый этап административной реформы и реформы государственной службы…».

Постойте реформировать, господа! Остановитесь! Подведите итоги этапа предыдущего!

Кто и что сделал?

Что получили в итоге? Пока что ничего хорошего та же административная реформа или реформа органов местного самоуправления России не принесла.

Кто и какую должен нести ответственность (хотя бы – политическую) за то, что предыдущие шаги не привели к требуемому положительному результату?

Покуда все эти вопросы останутся без ответа, шагать в направлении новых реформ, трансформаций и модернизаций и бессмысленно, и даже вредно. Непроанализированные ошибки обрекают систему на их повторение и использование методов, уже апробированных, но продемонстрировавших отрицательный результат их верификации. И, самое главное, для новых управленческих веяний будут использоваться те же негодные процедуры их внедрения.

24. Стр. 59. Цитата:

«…нужно принять решение о прямом финансировании системы пенсионного обеспечения из федерального бюджета…».

Ещё одна, очевидно пагубная идея. На основе такого подхода России никогда не избавиться от методологически дефектного взгляда и подхода, когда каждое нынешнее поколение кормит поколение предыдущее.

А сейчас ещё и в значительной мере проедает фонды «национального благосостояния» и «будущих поколений». В чём же тогда состоит национальное благосостояние, если его тут же и проедаем, как голодающие, выкапывающие картофель, поскольку «очень кушать хочется»?

Средства от управления «государственным имуществом», как правило, очень невысоки. Проанализировав проект бюджета г. Москвы на 2010 год (в самом бюджете практически ничего к лучшему не изменилось), автор готов утверждать – смехотворно малы. Эффективность управления этими средствами ничтожна (в годовом исчислении – доли процента по акциям, находящимся в собственности города).

Мало того, что такой подход означает по сути проедание бюджетных средств, поступающих от налогов, но и риск потери мотивации настоящего поколения должным образом трудиться… не на себя.

А пенсионное обеспечение должно финансироваться из Пенсионного фонда, а не из бюджета. Может, тогда стоит расформировать Пенсионный фонд, если он не способен выполнить своей основной функции?

25. Стр. 60. Цитата:

«В системе школьного образования первоочередной мерой является внедрение института «автономного учреждения» с обязательным главенством управляющего совета».

Вот уже несколько лет действует ФЗ «Об автономных учреждениях», однако до сих пор во всей стране практически крайне мало людей, которые понимают, как тысячи и тысячи ныне государственных и муниципальных учреждений будут успешно жить и развиваться в виде автономных – при отсутствии должного количества специалистов, овладевших необходимым набором управленческих знаний, умений и навыков. Школы многие десятилетия жили в условиях «централизованных бухгалтерий», когда за них вёлся весь учёт и отчётность.

Кроме того, как не было, так и нет в стране системы подготовки, переподготовки и повышения квалификации столь необходимых кадров! Равным образом обстоит дело и с муниципальным уровнем управления, что, естественно, крайне негативно отражается и на качестве реализации ФЗ-131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»[6].

Второе замечание относится к применяемому авторами документа методу. Метод столь же традиционен, как и бессмыслен. Ключом к улучшению системы образования объявляется… игра в новые организационные формы. Соглашусь с тем, что управляющие советы полезны для повышения качества управления каждой конкретной школы. Однако в ситуации системного управленческого бессилия власти и крайне бедной управленческой же и коммуникативной культуры в обществе думать, что завтра управляющие советы смогут изменить систему образования – предел необоснованности.

В качестве аналогии можно привести автомобиль. Для успешного вождения, наверное, необходим руль, удобный для водителя; но одним рулём управление не ограничивается…

26. Стр. 60. Цитата:

«Требуется… выработать эффективную процедуру привлечения на российский рынок труда временных трудовых мигрантов с тем, чтобы этот процесс начинался ещё в странах «выхода».

Декларативность, характерная для большинства российских «стратегий» и «программ», неизбежно отражается и на результативности. Само по себе выражение «эффективная процедура» бессодержательна, она не имеет социально-технологического наполнения. Можно, повинуясь недоброй российской (да и мировой) традиции, создать ещё одну контору, которая, на основе объективно действующих законов Паркинсона, начнёт осваивать бюджетные средства, как это случилось с госкорпорациями. А можно вытроить хороший системный международный проект. Только вот с проектной культурой у нас, мягко говоря, не очень… Да и проекты эти, по определению, необходимо финансировать на основе механизма гранта. А как использовать грант, если он отменён в нынешнем Бюджетном кодексе с 2008 года? Значит, субсидии, столь же безадресные, сколь и непрозрачные.

И кроме того, здесь, в этом месте текста необходимо не говорить о необходимости «эффективных процедур», а уже предъявлять их: это же уже конкретные и первоочередные шаги. Только вот предъявлять-то пока нечего. Кстати, замечу, что в Концепции демографической политики РФ на период до 2025 года[7] раздел, посвящённый иммиграции, является самым слабым, сформулирован исключительно декларативно, без какой-либо социально-технологической расшифровки.

27. Стр. 63. Цитата:

«В сфере обороны и безопасности необходим чрезвычайно жёсткий гражданский контроль, основой которого является парламентский».

Опять авторы путают контроль государственный с парламентским. Это – принципиально разные вещи. Не надо «путать своих овец с государственными». Налицо непонимание необходимости комплексного сочетания трёх видов контроля: государственного, корпоративного и общественного.

28. Стр. 64-65.

Ключевые противоречия Россия–ЕС и Россия–США лежат не столько в технической, сколько в гуманитарной сфере.

Это, впрочем, не означает, что «западному миру» не над чем работать, но там – другого порядка вопросы, в их странах демократия работает хотя бы на уровне основных институтов. Если приходишь в суд – то ты по крайней мере знаешь, что это «не игра в одни ворота», если идёшь на выборы, то уверен, что результаты будут тщательно проверены, и тебе не наврут, глядя чистыми и невинными глазами ЛДПРовца Чурова, а соблюдение и справедливость процедур отслеживается досконально и проверяется самими гражданами, знающими, что результат exit polls не должен существенно расходиться с фактическими итогами. Если проводишь что-то через парламент, то будь уверен: обсудят дотошно и детально. У нас же этих институтов нет в принципе. Есть – вывески с надписями: «СУД», «ВЫБОРЫ», «ПАРЛАМЕНТ». А институтов – нет. Вместо суда – сговор исполнительных структур с судебными, вместо выборов – игра с напёрсточником, с известным результатом, вне зависимости от воли избирателей. А вместо парламента – «не место для дискуссий».

Поэтому именно здесь, на уровне сущностном, содержательном, а не формальном, нужно значительно расширять сотрудничество со странами «развитой демократии» (если быть корректным, их стоило бы назвать странами с более устойчиво динамичной демократической культурой), вырабатывая общие и единые стандарты взаимоотношений и проектного партнёрства. Интеграция, выстраиваемая через гуманитарную сферу, значительно более сильный и устойчивый процесс, поскольку сама сфера является инструментом более мощного порядка.

Да, напоследок – пара замечаний.

1) Первоочередные шаги должны кардинально отличаться от политических нано-технологий президента нынешнего.

2) Несколько странно, согласитесь, звучит откладывание расширения НАТО на восток, если в некоей перспективе (как это ранее следует из текста) Россия планирует вступить в этот альянс.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

или

СЕМЬ ШАГОВ К ТОЧКЕ СТАРТА

Итак, рассмотрены лишь наиболее рельефные моменты, вызвавшие желание их комментировать. Многое из того, что написано в данном материале, вполне можно было бы назвать благодушными и безобидными разговорами, совершенно не основанными на реалиях дня. Вот только авторы материала – люди достаточно серьёзные, обладающие хорошим знанием реальности и претендующие на реалистичность и реализуемость своих предложений.

Собственно, с сожалением могу сказать, что данная работа некоторым образом напоминает большинство выпущенных нынешней властью документов[8]. Нарисована красивая картинка некоего светлого будущего, только, вот, с реализацией потом неизбежно возникнут проблемы. В ближайшем или несколько отдалённом будущем существуют вполне себе гуманизированные люди, которые вроде бы должны со временем стать настолько цивилизованными, что просто завидки берут. Но откуда они там такие возьмутся? В нашей стране ни одного приличного проекта гуманизирующего общество инвестирования до сих пор представлено и осуществлено не было. Можно сказать, что и текст «Образа желаемого завтра» – не исключение.

И вот тут-то (у многих – значительно раньше) возникает мысль, что картинка-то нарисована приятная, а пути до неё – как до Геркулесовых столбов, вглубь истории, «пилить да пилить», и даже неизвестно, обнаружим ли точку, опираясь на которую можно начать двигаться в нужном направлении.

Говоря же о дне нынешнем, сложно представить себе стратегии, написанные нашими современниками – о светлом будущем – притом, что сами они являются свидетелями (и деятелями) эпохи нынешней, в которой реально выполняемые нынешними властями действия, ну, никак не могут вести в предначертанном направлении.

Инерция развития страны, в особенности – такой огромной как Россия, с её слабо налаженными коммуникациями, весьма велика. Авторы материала полагают, что вполне реально и, в исторически кратчайшие сроки, возможно сменить одну «ценность» на другие. Такое впечатление, будто им неизвестно, что менталитет, который, собственно и формируется на основе определённой совокупности ценностей, изменить труднее всего.

Невозможно мечтать о политической культуре – и практически тут же просто бесстыдно подтасовывать результаты выборов и всячески препятствовать свободному волеизъявлению граждан.

Невозможно нагромождать розовые картинки очередных мегапроектов и стратегий – и через несколько дней «в ручном режиме» устраивать нагоняй своим подчинённым, не способным не то, чтобы к стратегическим свершениям, но даже и к тому, чтобы после очередной экстренной катастрофы жертв не оказалось в полтора больше, чем в первый её момент. Это я – про пожар в «Хромой лошади». Там в самом начале от пожара погибло 102 человека. Мало кто обратил внимание на то, что общее число жертв уже давно перевалило за 150 (на сегодня объявленное число погибших – 155). И всё потому, что как не было, так и нет в Перми никакого высокотехнологического медицинского центра, обещанного по «нацпроекту» «Здоровье», и нетранспортабельных раненых развозили по столицам. А в больнице г. Бологое, принимавшей раненых из «Невского экспресса», как не было медикаментов и оборудования, так до сих пор и нет. Основная причина – итогом любой катастрофы становится наказание «крайних», которыми, как правило, оказываются стрелочники, а вовсе не извлечение системных уроков. Так что, если и можно говорить о существовании «Страны невыученных уроков», то это, к несчастью – Россия.

Способ изображения собственных разработок, таким образом сформулированных, хотя, порою и радует глаз, выглядит примерно так же, как «Город Солнца» Томмазо Кампанеллы…

России же, для выживания и сохранения целостности в ближайшем будущем необходимы не утопии, а технологии, основанные на твёрдых ценностях и неукоснительно соблюдаемых принципах и процедурах, шаг за шагом осваиваемых, внедряемых, распространяющихся и, через некоторое время, становящихся привычными элементами национальной культуры. Вот только когда и успеем ли?

Полностью соглашаясь с авторами и в вопросах инерции нашего развития, и в части необходимости политической воли (которой сегодня ни на что конструктивное почему-то не находится), хочу очень коротко, воздержавшись от интуитивного восприятия действительности, предложить несколько первоочередных шагов, которые и в самом деле демонстрировали стране (и зарубежью, как ни странно, тоже) решимость идти в направлении «желаемого завтра».

Всего предложений будет семь: пять институциональных, одно – проектно-технологическое и одно субъектно-ценностное.

Начну перечисление институциональных предложений с трёх выше упоминавшихся понятий: суд, выборы, парламент.

1.  Суд. Знаковых и эффективных действий может быть множество, но назову – два: разовое и системное.

А) К разовым следует отнести прекращение второго дела «по ЮКОСу», как очевидно и открыто дискредитирующего не только систему государственного управления, но и всю систему правосудия.

Б) К системным – постепенный вывод судебной системы из зависимости от исполнительной власти. Успех данного направления деятельности определяется двумя ключевыми индикаторами:

- сокращение дел, направляемых гражданами и организациями в ЕСПЧ в Страсбурге;

- снижение масштабов жалоб граждан на препятствия в подаче таких заявлений.

2.  Выборы. Стоит назвать четыре действия аналогичного (разового и системного) характера. Одно – разового, три – системного.

А) Для исправления ситуации необходимо провести полное, широкомасштабное и непредвзятое расследование нарушений и преступлений, допущенных и совершённых в ходе осенних выборов. Как непосредственный наблюдатель за этими выборами, могу сказать, что уголовно-правовая ответственность должностных лиц, допустивших нарушение избирательных прав граждан – будет вполне достаточной мерой для начала процесса исправления самого механизма обеспечения конституционных избирательных прав.

Б) Очевидно, что изъятие графы «против всех» и уничтожение нижнего порога явки для признания выборов состоявшимися – являются мерами последовательными и логичными для устранения каких-либо препятствий к махинациям. Впрочем, их не обязательно восстанавливать. Вполне достаточно реализовать три действия: отменить (запретить) досрочное голосование, сделать урны для голосования прозрачными и обеспечить (и разрешить) видеосъёмку в месте голосования.

В) Вывести участковые комиссии (и всю систему ИК) из подчинения органам исполнительной власти. Хорошо известно, что УИКи в подавляющем большинстве случаев состоят либо из педколлективов, либо из сотрудников системы ЖКХ, больниц и др. учреждений. Необходимо выработать другую формулу их формирования. Наверное, лучше всего – из представителей всех участвующих в выборах незапрещённых партий.

Г) Вернуть комбинированный способ формирования Государственной Думы – по партийным спискам и одномандатным округам. Монополия плоха всегда, касается это биологии, экономики или политики. Именно такой подход позволит более успешно формировать политическую культуру.

3.  Парламент. Можно, в качестве знаковых, предложить три решения, все три – системообразующие.

А) Те «политические нанотехнологии», когда снижается обязательное количество членов партии с 50 до 40 тысяч, никого ни в чём не убеждают. Шаги должны делаться такие, чтобы была видна «политическая воля» – т. е., в качестве первого шага, обозначающего наличие политической воли, требуется хотя бы возврат к положению «до 2000 года» (от перечисления всех отправных положений воздержусь, займёт много места).

Б) Необходима прямая ответственность каждого депутата за голосования. Однако это – не о праве отзыва, а об обязательности персонального голосования и запрете на передачу электронных депутатских карточек кому бы то ни было. Самый простой способ – биометрические данные для рабочего места в зале, где проходит голосование.

В) Недопустима ситуация, когда «Дума – не место для дискуссий». Но данный ляпсус произнесён не случайно. Имея некоторый опыт работы с депутатами в Госдуме, могу ответственно заявить: работавшие там «депутатами» люди не умеют вести дискуссию, мало что читают и почти ничего не пишут.

При показе очередных кадров кинохроники дебатов в британском парламенте меня всякий раз охватывает тихая и светлая зависть. Поэтому одной из системовосстанавливающих задач должна быть задача обучения межличностной коммуникации. Для начала – хотя бы на уровне Государственной Думы, но, поскольку такая культура важна и для всего нашего общества, то, хотя бы для сохранения страны, такое обучение должно стать пронизывающим все уровни российского образования.

4.  СМИ. Здесь – три предложения. Первое и третье – системного характера, второе – прикладное.

А) Используя расхожую фразу о «четвёртой власти», мы забываем, что медиа – действительно, сильнейшее оружие. Но сегодня страна имеет не самостоятельные СМИ, как влиятельную силу, а прислугу исполнительной власти. Возможно, слова прозвучать на первый взгляд и парадоксально, но уверен, что защита прессы должна быть более мощной чем защита судейского корпуса. Обоснование этого очень простое. Суд стоит на страже справедливости. СМИ обязаны способствовать доступности информации, предоставлять таковую, делать происходящее в обществе доступным и понятным гражданам. Таким образом, очевидно, что свобода информации является одним из краеугольных для общества, рассчитывающего на успешность развития. Если рассмотреть две ценности (принципа): прозрачность и справедливость, то. несомненно, принцип прозрачности является первичным, поскольку без него справедливость, как таковая, неопределима.

Б) Второе предложение – прикладное и является прямым следствием первого. Наблюдать за тем, как перед репортёрской камерой захлопывается дверь очередного, очевидно провинившегося чиновника, не просто неприятно: это преступно по отношению к праву граждан на информацию, зафиксированному в Конституции РФ, т. е. антиконституционно. Поэтому любой отказ чиновника любого уровня от предоставления доступной информации прессе (возможно – в определённым образом регламентированной форме) является законным основанием для его немедленного увольнения.

В) Третье предложение, хотя и является системным, тем не менее, вытекает из рисков злоупотребления всевластием со стороны прессы. Опираясь на принцип сдержек и противовесов, можно отметить три элемента, обеспечивающих требуемый баланс. И все три элемента – контроль: государственный, внутрикорпоративный (сами СМИ, журналистские объединения и др. родственно профильные сообщества) и общественный (гражданский).

5.  НКО и МСУ.

НКО.

Пример с различием развития экономики Италии на севере и юге страны, приведённый в своё время Р. Патнэмом[9], показывает, что первична активность граждан как таковая, не обязательно экономическая. И, учитывая, что таким фактором, резко увеличивающим общую вовлечённость населения в активную деятельность, является фактор участия граждан в социально ориентированной деятельности, не важно, связана она с широким спектром интересов по месту жительства или экстерриториальна, но определяется заинтересованностью того или иного человека в решении какой-то конкретной проблемы. Пока же власть скорее имитирует активность по части восстановления действующих институтов гражданского общества в своих, поражённых ранее, правах.

Полноценным же это взаимодействие может быть названо только тогда, когда во всех пяти функциональных направлениях (оказание услуг, создание и продвижение социально-инновационных решений, осуществление правозащитной деятельности и гражданского контроля, а также коммуникации власти и НКО) не будет сформирована динамично и устойчиво развивающаяся система равноправных партнёрских отношений.

И, поскольку в ситуацию 2000 года в этом вопросе уже не вернуться (по целому ряду причин), необходимо сформулировать набор ближайших действий, которые должны быть осуществлены. Таковыми можно назвать:

А) Формирование полноценного механизма социального заказа (разгосударствление сферы социальных услуг, но на основе не ныне действующего ФЗ-94, а его модификации, в которой основным критерием при определении победителя конкурса станет не стоимость оказываемых услуг, а их эффективность);

Б) Возвращение понятия «грант» в Бюджетный кодекс РФ, расширение его применения в Налоговом кодексе РФ и включение данной формы договора в гражданский кодекс РФ;

В) Формирование системы гражданского контроля (начиная от расширения сферы применения конкурсных механизмов и создания прозрачных процедур их проведения и заканчивая внедрением всего комплекса социальных технологий, обеспечивающих гражданский контроль: мониторинг, расследования, исследования, экспертизу – с одновременным решением задачи формирования системы оценки в социальной сфере).

Есть и ряд других актуальных направлений (например, то же развитие процедур и культуры межсекторной коммуникации – между властью и обществом), однако названные представляются наиболее доступными, с точки зрения инструментальной, нормативно-правовой и процедурной реализации.

МСУ.

Что же касается местного самоуправления, то, поскольку с принятием ФЗ-131 беда только усугубилась, необходимо изменить несколько ключевых элементов.

А) Поставить задачу движения к равно пропорциональному финансированию всех уровней управления (федерального, регионального местного). В связи с этим наверняка появится множество вопросов. Практически центральным является вопрос: а кто будет качественно управлять финансами на муниципальном уровне? Именно этот вопрос возникал у меня и при анализе проекта будущего ФЗ-131 – в годах. Было совершенно непонятно, как, вводя огромное количество новых чиновников муниципального уровня, власть не беспокоится о качестве их подготовленности к управлению? Нынешнее положение даёт полновесный ответ на мой недоумённый вопрос: а они в качестве управленцев власти и не нужны. Они нужны как выбивалы (не путать с «вышибалами») денег из бюджета вышестоящих субъектов. А точнее – для развития коррупции, построенной на системе «заносов» и «откатов».

Основополагающим индикатором улучшения положения со сбалансированностью бюджетов станет доля средств, передаваемых с одного уровня управления на другой в виде межбюджетных трансфертов (в том числе, субсидий и субвенций).

В связи с этим – есть вторая взаимосвязанная с первой задача:

Б) Формирование системы широкомасштабной подготовки, переподготовки и повышения квалификации управленческих кадров хотя бы для нужд муниципального управления (МСУ) и управления государственными и муниципальными учреждениями.

«Тихой сапой» сейчас прокрадывается в Госдуме законопроект, по которому все бюджетные учреждения будут теперь разделены на казённые, бюджетные и автономные. Однако и в этом законопроекте нет ни слова о необходимости гигантской работы по переобучению чиновников. Следовательно, и в этом случае нас ожидает рост мздоимства, поскольку нехватку знаний и финансовых средств неумехи-управленцы «для простоты» будут компенсировать коррупционными схемами за счёт бюджетных же – нет, наших с вами, читатель! – средств.

Позиция проектно-технологическая.

6.  Национальный проект «Менеджмент».

Если и необходим нашей стране какой-то «национальный проект», то это – проект «менеджмент». В нынешней системе управления катастрофически не хватает грамотных управленцев (об этом сказано и в некоторых предыдущих пунктах перечисления, когда раскрываются позиции об оценке в гражданском контроле и о МСУ).

Формирование в нашей стране управленческой культуры, которая вовсе не ограничивается так называемой «технологией одного окна» – это одна из краеугольных задач сохранения (а если и удастся – то успешного и устойчивого развития) России.

Подробное раскрытие данной позиции является задачей самостоятельного и масштабного проекта. В его основе – освоение современной проектной культуры.

Сама по себе культура – это тоже результат выполненных, проанализированных, методологически и методически описанных точечных экспериментов, распространения новых методов и подходов, закрепления их в виде норм, правил и стандартов и укоренения – в качестве привычно и традиционно используемых и передаваемых из поколения в поколение процедур. Как видно – путь не близок. Но – «нельзя пройти пути, не сделав первый шаг»…

Завершающий (отнюдь не по значимости) пункт перечисления – субъектно-ценностный.

7.  Дети.

Данный пункт, прошу прощения у «следующего поколения», оказался последним в этом списке совершенно не по значимости. Собственно, поэтому он и назван ценностным. Значимость его как раз самая что ни на есть первоочередная. Причина такой значимости проста:

всё, что мы планируем на будущее – бессмысленно, если при этом мы не учитываем абсолютный императив внимания к субъектам, которые в этом самом будущем будут жить в нашей стране и управлять ею.

Пока же, учитывая, что, несмотря на отчаянную активность неправительственных организаций, государственной воли на создание системы защиты прав детей у государства как не было, так и нет*.

Однако без учёта этого «фактора» никакого внятного и желаемо прогнозируемого будущего у нашей страны нет.

[1] http://www. *****/files/Obraz_gel_zavtra_0.pdf.

[2] Статья с анализом результативности реформ периода президентства В. Путина была размещена на портале «Экономисты добавили президенту Медведеву еще одно "И": ему нужно будет бороться и с инфляцией»: http://www. /russia/07may2008/imedvedev. html#2.

[3] http://ru. wikipedia. org/wiki/%D0%98%D0%A7%D0%A0.

[4] http://dic. *****/dic. nsf/ruwiki/144266.

[5] Собрание законодательства Российской Федерации, 2008, №47, ст. 5489.

[6] Собрание законодательства Российской Федерации, 2003, №40, ст. 3822.

[7] Указ Президента РФ № 000 от 01.01.01 г. Собрание законодательства Российской Федерации, 2007, №42, ст. 5009.

[8] См. статью: . «Послание – 2009. «Далекая радуга»: http://www. *****/biblioteka/Statji/DrudStat/DrugStat. html или http://*****/materials/publications/wp-id_769/.

[9] 130. Чтобы демократия сработала. М., Издательство «Ad Marginem», 1996// Серия «Библиотека МШПИ» (Вып. №3). — 287 с.

* Если, конечно, не считать таковой начало работы над Национальным Планом действий в интересах детей на период до 2015 года. В России, несмотря на обязательства по выполнению Конвенции о правах ребёнка, в течение более чем 10 лет нет такого собственного Национального плана. Работа группы экспертов в рамках деятельности Уполномоченного при Президенте РФ по правам ребёнка даёт некоторый шанс на «возникновение государственной воли» в данном вопросе – хотя бы к началу 2011 года.