«Левые» и «радикальные»: политика и молодёжь

 

УДК 364-053ББК 60.55+88.5я43 064

Организация работы с молодежью: современные социальные технологии и перспективы развития: материалы Всерос. науч. практ. конф. Санкт-Петербург, 24-25 ноября 2011 г. / под ред. . - СПб.: ФГБОУВПО «СПГУТД», 20с.

ISBN 0659-9

В сборнике представлены тезисы докладов участников Всероссийской научно-практической конференции (Санкт-Петербург, 24-25 ноября 2011 года). Авторами рассмотрены различные теоретические и практические вопросы социальной работы с молодежью, история становления работы с молодежью в нашей стране и за рубежом, проблемы социальной работы с различными категориями молодежи в современных условиях, место социальной работы в системе государственной молодежной политики.

Тезисы докладов и выступлений издаются в авторской редакции.

УДК 364-053ББК 60.55+88.5я43

ISBN 0659-9

О ФГБОУВПО «СПГУТД», 2011

 

, Субцельный A. A.,

Национальный исследовательский университет — Высшая школа экономики в Санкт-Петербурге

«ЛЕВЫЕ» И «РАДИКАЛЬНЫЕ»: ПОЛИТИКА И МОЛОДЁЖЬ

Принято считать, что именно молодёжь - понятие, безусловно, сложное и растяжимое, но мы просто очертим его возрастными рамками, условно определив его, таким образом, как некую часть населения в возрасте от 18 до 30 лет - представляет собой наиболее важный ресурс (кадровый, прогестный и проч.) для политического активизма. Что, впрочем, и неудивительно: откуда ещё, как не из молодёжной среды различным организациям и сообществам рекрутировать в свои ряды рядовых носителей тех или иных идей и будущих деятелей авангарда, а может быть даже в перспективе и идеологов? Однако здесь заявляет о себе вполне закономерное «но», суть которого заключается в общем мнении, гласящем, что, в частности, «российское студенчество...[- это] опора стабильности»[1], и действительно, на фоне протестных настроений, исходящих от молодых людей, учащихся в университетах Западной Европы, отечественные получатели высшего образования смотрятся, по меньшей мере, бледно, в то время как именно они наиболее органично выглядели бы бьющими витрины после предложений отменить стипендии[2], учитывая сопутствие благоприятных условий для консолидации[3].

С другой стороны, отдельные исследователи говорят нам, что всё не так однозначно, что хотя «среди "новых" примет современной молодежной жизни часто называется расширяющаяся политическая и гражданская апатия...именно этот тезис вызывает основную критику»[4]. Более того, одно из последних исследований ФОМ, посвящённое динамике политических и социально-экономических взглядов российской молодежи, показывает, что число молодых людей, сталкивающихся с ситуациями, вызывающими желание принять участие в акциях протеста, и допускающих для себя лично возможность непосредственного участия, неуклонно увеличивается с 2009 года, притом, что корреляция с трендом изменения материального благосостояния респондентов и их семей неоднозначна и свидетельствует скорее в пользу роста протестных настроений при сопутствующем частичном восстановлении материального

благосостояния после мирового финансового кризиса[5].

Всё это наталкивает нас на ряд небезынтересных выводов, часть из которых имеет смысл оформить в гипотезы. Первая из них гласит, что в целом, всякий отдельный представитель молодёжной среды особого интереса к политике, борьбе за власть, идею и т. д. не испытывает, но его протестное настроение, в виду ряда обстоятельств, не находит соответствующего институционального выражения в виде требований и акций различных партий и объединений. Вторая же гипотеза продолжает логику первой, относится к российской действительности и заключается в следующем: число радикальных молодёжных движений в ближайшем будущем будет расти. Здесь на всякий случай следует прояснить несколько моментов. Во-первых, относительно роста сообществ: запрос со стороны молодёжи есть, но количество «привлекательных» организаций со «свежим» именем и новой программой, готовых дать внятный ответ на этот запрос — невелико2. Во-вторых, появившиеся сообщества будут тяготеть именно к радикальному характеру своих практик, что обусловлено закрытостью парламента в нашей стране и отсутствием в нём партий, способных выражать взгляды радикальных меньшинств. А в отсутствие оной возможности радикально настроенные элементы становятся внесистемной оппозицией.

Необходимо немного сказать и о «левизне» будущих молодежных движений (не зря же в заголовке присутствует слово «левые»). Выше уже было отмечено, что материальное положение молодёжи в целом можно охарактеризовать как не выказывающее тенденций к резкому ухудшению на данный момент. Но с учётом всё растущей вероятности второй волны рецессии и огромных трат (Олимпиада в Сочи, Чемпионат Мира по футболу и т. д., и т. п.), запланированных правительством на ближайшие годы, велик риск удручающего падения доходов населения и последующей неспособности государства компенсировать данное снижение повышенными социальными выплатами. В случае реализации такого негативного сценария, рост популярности «левых» и «леворадикальных» идеологий не подвергается сомнению, что только подкрепляется опытом Запада (социальные лозунги в Греции и Испании, протесты на Уолл-стрит с леворадикальными лозунгами и т. д.).

Но вопрос о степени распространенности радикальных практик в России, тем не менее, остаётся открытым. Определённо, что когнитивный радикализм будет находиться на достаточно устойчивом уровне, а вот, что касается готовности к радикальной борьбе с существующим порядком и претворению максималистских установок в жизнь, то без соответствующих исследований пока что трудно сказать что-либо на этот счёт.

[1] Кашин О Культуры студенческих волнений в России просто нет // «Коммерсантъ FM», 21.10.2011.

[2] Достаточно сделать краткий мониторинг крупнейших новостных сайтов, введя в графу «поиск» запрос «студенческие протесты», чтобы убедиться в этом, получив список результатов, ссылающихся на опыт Великобритании, Испании, Греции за последние несколько лет.

[3] Студенты, как многочисленная группа, составляющая значимую долю молодёжи, как правило, ещё не обременены семейными обязанностями, способны (или должны быть способны) достаточно легко организовываться в группы на базе своих ВУЗов и платформе особой студенческой среды, предполагающей определённый уровень внутригрупповой солидарности.

[4] Динамика политических и социально-экономических взглядов российской молодежи: весна 2011г. Опрос «ФОМнибус» 14-15 мая. 100 населенных пункта, 43 субъекта РФ, 1000 респондентов. // http://bd. *****/pdf/d20dpisevrml

[5] Опрос населения ВЦИОМом (2007 год) говорит о том, что наибольшей узнаваемостью пользуется движение «Наши» (что неудивительно) и НБП, существующая с 1993 года // ВЦИОМ, 26. Какие молодежные организации и движения Вы знаете? - 14.10.2007.