Лекция для родителей

для родителей

на тему: «Причины детского воровства»

педагога-психолога

ÌÑ(Ê)ÎÓ "Óñòü-Íåðñêàÿ ñïåöèàëüíàÿ (êîððåêöèîííàÿ) îñíîâíàÿ

îáùåîáðàçîâàòåëüíàÿ øêîëà VII-VIII âèäà"

школы VII-VIII вида

Паскал Виктории Викторовны

п. Усть-Нера, 2012 г.

Освоение социальных норм, нравственное развитие ребенка происходит под влиянием окружающих — сначала родителей, а потом и сверстников. Все зависит от шкалы предлагаемых ценностей. Если родители своев­ременно не объяснили своим детям разницу между по­нятиями «свое» и «чужое», если ребенок растет слабо­вольным, безответственным, не умеет сопереживать и ставить себя на место другого, то он будет демонстриро­вать асоциальное поведение.

Ребенок, не получивший в семье навыка доверитель­ного, интересующегося, принимающего общения, вряд ли попадет в благополучную компанию.

Когда родители замечают, что их любимый ребенок, который вроде бы ни в чем не нуждается, потихоньку таскает у мамы из сумочки деньги, они обычно впадают в панику. Между тем, по свидетельству специалистов, детское воровство — очень распространенная семейная проблема.

В сознании большинства взрослых намертво спаяны два мифа: ребенок — невинный ангел, а воровство — при­мета криминального мира, для нормальных людей далекого и чуждого. Когда ребенок попадается на краже родители обычно чувствуют себя совершенно растерянными. Одни при этом впадают в истерику, собираясь то ли застрелиться самим, то ли спустить всех собак на свое незадачливое чадо, другие предпочитают сделать вид, что ничего не произошло, потому что как реагировать — не знают. Специалисты считают, что единственно правильной реакцией на воровство не существует: она зависит от причин, по которым ребенок ворует.

Анализируя поступки детей, можно выделить три наиболее часто встречающиеся причины воровства (М. Крав­цова, 2001):

1.Сильное желание владеть понравившейся вещью, вопреки голосу совести (импульсивность).

2.Серьезная психологическая неудовлетворенность ребенка.

3.Недостаток развития нравственных представлений и воли.

Так же можно выделить четыре основные причины детской лжи. Чаще всего ребенок прибегает к помощи лжи, чтобы достичь следующих целей:

1.Избежать неприятных для себя последствий.

2.Добыть то, чего иным способом получить не может или не умеет (обычно это внимание и интерес окру­жающих).

3.Получить власть над окружающими (иногда ото­мстить им).

4.Защитить что-то или кого-то значимого для себя (в том числе и право на свою личную жизнь).

Как видим, причины совершения детьми данных проступков лежат в сфере эмоционального неблагополучия во многом сходны. Поэтому большое внимание следует уделить работе с родителями ребенка, так как часто именно в семье находится «корень проблем».

ИМПУЛЬСИВНОСТЬ

Первая причина воровства — сильное желание владеть понравившейся вещью — связана с детской импульсивностью (А. Фенько, 2002). Ребенок может украсть потому, что это сделать очень легко, а удержаться от соблазна, наоборот, трудно.

Обычно события разворачиваются следующим обра­зом. Ребенку очень нравится какая-то вещь, и он не мо­жет побороть соблазн.

(2001) приводит такой пример. В начале учебного года во втором классе случи­лось ЧП. У Васи пропала с парты купленная в школьном буфете шоколадка. Вася очень расстроился, поэтому учительница сочла необходимым провести расследование, в ходе которого выяснилось: шоколадку съел Паша. В свое оправдание: Паша сказал, что нашел шоколадку на полу и ре­шил, что она ничья. При этом Паша нарушил пра­вило: все найденное в классе надо отдавать учи­телю, если самостоятельно не можешь найти хозяина.

На самом деле мальчик все прекрасно знал. Он также знал, что Васю бесполезно просить поде­литься. Родители давали Паше деньги только на обеды и не поощряли самостоятельные покупки шоколадок, конфет и жвачек, а Паше так хотелось попробовать такую шоколадку. Он утешал себя мыслью, что Вася купит себе новую и вообще он и так ест их каждый день. Он ворует шоколадку и при этом испытывает целую гамму чувств. Радость обладания желанной вещью — только одно из них. Одновременно он испытывает страх быть застигнутым на месте преступления, стыд, боязнь разоблачения.

Анализируя поступок ребенка в данном примере предполагает возможные последствия содеянного. Скажем, Паша после кражи обнаружива­ет что он не может свободно пользоваться присвоенной вещью, если не объяснит факт ее появления. Если его родители бдительны, это может быть совсем непросто и очень неприятно. Еще через некоторое время ребенок может стать свидетелем горя бывшего хозяина украден­ной вещи. Горя, которое причинил лично он, в этом у Паши нет сомнений. Он слышит, как единодушно осуж­дают вора окружающие люди, и его еще сильнее охва­тывают стыд и страх разоблачения. Этого может быть достаточно, чтобы ребенок больше никогда не захотел присвоить чужую вещь, — даже если он уверен, что его не поймают. Если же воришку уличат и он пройдет все стадии разоблачения и прилюдных извинений, это, как правило, станет уроком на всю жизнь. Важно только правильно выбрать меру наказания. С одной стороны, не подорвать у ребенка веру в то, что он все-таки лю­бим, что он может быть прощен и сможет вновь добиться уважения окружающих и доверия друзей. С другой стороны, ребенок должен почувствовать, насколько его проступок серьезен.

Такие кражи чаще всего не имеют последствий, они обычно не повторяются. Их отличают некоторые особен­ности.

Ребенок прекрасно понимает, что совершает нехороший поступок, но сила искушения так ве­лика, что он не может устоять У такого ребенка уже достаточ­но сформированы нравственные представления, поскольку он по­нимает, что брать чужое нельзя. Он осознает, что, идя на поводу своих желаний, наносит вред другому человеку, но находит различные оправдания своему поступку. Такое поведение напоминает поведение человека, заб­равшегося в чужой сад, чтобы съесть немного фруктов: «Съем несколько яблочек, от хозяина не убудет, а мне уж очень хочется». При этом человек не считает, что со­вершает нечто предосудительное. Ему, конечно, было бы очень неловко, если бы его застали «на месте преступле­ния». И скорее всего, ему неприятна мысль, что кто-то вот так же может покуситься на его собственность.

,еМУ

Итак, самая распространенная причина детского во­ровства — это детская импульсивность. Всем маленьким детям тяжело контролировать свои желания. Если пя­тилетнему ребенку хочется взять пирожное, лежащее на столе, то единственное, что может его остановить, это страх наказания. Если же он уверен, что никто этого не заметит, бесполезно требовать от него проявления «сознательности». Даже если он знает, что нельзя брать чужое, он может непроизвольно это сделать, если вещь ему очень понравилась.

Произвольное поведение, подчиненное внутренним со­циальным нормам, обычно формируется к 6-7 годам. Но « некоторых детей с этим возникают трудности. Обычно эти дети более подвижны, возбудимы, им трудно не толь­ко сдерживать свои желания, но и просто спокойно сидеть на уроке и внимательно слушать учителя. Причиной им­пульсивности могут быть и серьезные психические откло­нения (например, умственная отсталость), и особенности темперамента (повышенная активность), и временные невротические реакции на какие-либо психические трав­мы (развод родителей, переезд, поступление в школу). Импульсивное воровство («не мог удержаться», «очень захотелось») иногда путают с клептоманией.

Импульсивных детей необходимо строго контролиро­вать и приучать к ответственности. Ребенок, даже им­пульсивный, никогда не совершит поступка, за которым немедленно последует наказание. Поэтому нельзя делать вид, что ничего не произошло, но не стоит и раздувать случившееся до масштабов вселенской катастрофы. Если ребенок взял что-то у сверстников или в чужой семье, то сама по себе процедура выяснения обстоятельств кражи (с участием потерпевших и их родителей), извинения и возвращения похищенного достаточно болезненна. Не­приятное воспоминание, которое останется у ребенка от такого разбирательства, поможет ему в следующий раз удержаться от соблазна.

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТЬ

Вторая причина воровства — психологическая неудовлетворенность ребенка — включает множество разнооб­разных мотивов. Прежде всего, это связано с нарушени­ем материнской или отцовской привязанности и, в связи с этим, затруднениями в общении с родителями. Детям кажется, что их не любят родители и мало обращают на них внимания. Когда они присваивают себе их вещи или берут деньги, то это символический акт воссоединения с родителями, которые начали отдаляться.

Дети воруют для того, чтобы привлечь внимание ро­дителей или воспитателей, причем делают это именно в тех случаях, когда взрослые очень болезненно воспри­нимают воровство ребенка. Деньги или купленные на них сладости он может воспринимать как символическое за­мещение родительской любви или радости в его жизни. В этом случае детские кражи говорят о том, что ребенок не получает достаточно внимания или что отношения в семье напряженные и супруги объединяются вместе только перед лицом «общей опасности» — воровства.

Воровство может быть оценено как месть и наказание родителей за то, что не уделяют внимания ребенку, не посвящают ему свое время и не принимают его.

Бессознательно ребенок восстанавливает справедли­вость. Мотивируя тем, что родители украли у него лю­бовь, внимание, принятие, заботу, он украдет то, что значимо для них, например деньги. Также может быть мест и за нанесенные обиды, боль.

Приведем пример из работы А. Фенько (2002), который она назвала «бунт против одиночества».

Мама 12-летнего Виталика обратилась к пси­хологу-консультанту с очень деликатной пробле­мой. Уже несколько раз сын попадался на кражах. Но если раньше он таскал вещи из дому и деньги из маминой сумочки, то в последний раз украл боль­шую сумму у знакомых, которые пришли в гости. Кража раскрылась, и всем взрослым было страш­но неловко. Своего родного отца Виталик почти не помнил.

Пять лет назад его мама второй раз вышла за­муж, и они переехали из маленького подмосковного городка в огромную квартиру на Чистых Прудах, с книжными шкафами до потолка и остатками фа­мильного серебра в буфете. Новый мамин муж был сыном крупного ученого и сам тоже делал блестя­щую карьеру. Вскоре в семье родился младший брат. Мама была поглощена заботами о малыше и к тому же изо всех сил старалась соответствовать высо­кому культурному уровню своего нового окружения: читала книги, училась в вечернем институте, а через некоторое время устроилась работать бухгал­тером, поскольку, несмотря на научные успехи мужа, денег в семье не хватало. Разумеется, време­ни на старшего сына у нее практически не остава­лось. Он с трудом привыкал к новой обстановке: плохо спал, неважно учился и был замкнутым и не­разговорчивым, в отличие от своего младшего брата, купавшегося в лучах родительской любви и из­лучавшего ответную жизнерадостность.

Единственным человеком в семье, с которые Виталик общался, была бабушка. Именно у нее он впервые два года назад украл часы. Бабушка заметила пропажу, но сделала вид, что ничего не случилось. Она вообще жалела Виталика, понимая, что не он любимец в семье. Но вскоре мальчик украл деньги из письменного стола отчима. Эта кра­жа тоже скоро раскрылась. Отчима больше всего волновало, на что именно Виталик потратил деньги. Выяснилось, что половину он прокутил в «Макдональдсе», а половину подарил другу, «пото­му что его мама — медсестра и ей приходится ра­ботать по ночам».

Все остальные кражи носили такой же «нерас­четливый» характер. Чаще всего Виталик дарил деньги и вещи, взятые из дому, нищим на Курском вокзале. Психотерапевт рекомендовал родителям выдавать Виталику определенную сумму на карманные расходы, а остальные деньги хранить в недоступном для него месте. Он также посоветовал
один раз в месяц всей семьей делать в доме ревизию: отбирать старые вещи, относить в ближайшую благотворительную организацию. Виталика назначили ответственным за это. А главной рекомендацией для родителей было — проявлять к сыну побольше любви и внимания.

Попытки ребенка восстановить утраченную связь с родителями достаточно часто становятся причиной воровства. Когда родители слишком поглощены собственными проблемами, ребенок чувствует себя одиноким заброшенным. Ему начинает казаться, что родители уделяют ему меньше внимания, чем другим детям, или что его не любят, или что к нему несправедливы. И тогда он может взять у мамы из сумки деньги или какую-то вещь, но всегда таким образом, что пропажа легко обнаружи­вается. Сами деньги ребенку не очень-то и нужны. Он бессознательно стремится привлечь внимание родителей, пусть даже это будет гнев, возмущение и наказание. Ког­да тебя наказывают, это все же лучше, чем когда тебя вообще не замечают.

Тех детей, которые с помощью воровства добиваются внимания родителей, шумные скандалы и строгие нака­зания лишь убеждают в правильности избранной ими стратегий. В таких случаях психологи советуют игнори­ровать факт воровства или относиться к нему как к ря­довому событию.

Иногда полезно вместо скандала похвалить ребенка за какие-нибудь успехи или сделать подарок, о котором он давно мечтал. Даже если в ответ на ваше великодушие ребенок не признается в краже, то он надолго запомнит ощущение стыда и неловкости.

Наиболее серьезный повод для беспокойства дает ре­бенок, который периодически крадет деньги или вещи, принадлежащие его родным или близким друзьям семьи. Чаще всего кражи такого рода совершают подростки и младшие школьники, хотя истоки подобного поведения могут находиться в раннем детстве.

Обычно в процессе разговора с родителями выясняется, что в раннем детстве ребенок уже совершал кражу, тогда с ним «разобрались» домашними средствами (к сожалению, часто очень унизительными для ребенка). И только в подростковом возрасте, когда воровство начинает выходить за пределы семьи, родители понимаю что ситуация выходит из-под контроля, и обращаются за помощью к психологу.

Опыт психолога (2001, 2002) под­тверждает, что в семьях ворующих детей наблюдается эмоциональная холодность между родственниками. Ре­бенок из такой семьи либо чувствует, что его не любят либо в раннем детстве пережил развод родителей, и, хотя отношения с отцом сохраняются, он чувствует отчужден­ность, даже враждебность между родителями.

О причинах детского воровства известный педиатр Б. Спок (1990) пишет следующее: «Например, крадет се­милетний мальчик, хорошо воспитанный сознательны­ми родителями, имеющий достаточно игрушек и других вещей и небольшие карманные деньги. Крадет он, веро­ятно, небольшие суммы денег у матери или товарищей, авторучки у учителей или карандаши у соседа по парте. Часто его кража совершенно бесцельна, потому что у него может быть такая же вещь. Очевидно, дело в чувствах ребенка. Его как будто мучает потребность в чем-то, и он пытается удовлетворить ее, беря у других вещи, которые на самом деле совсем ему не нужны. Что же ему нужно. В большинстве случаев такой ребенок чувствует себя несчастным и одиноким. Может быть, ему не хватает родительской ласки или он не может найти друзей сред своих сверстников (это чувство покинутости может в никнуть даже у ребенка, который пользуется любовью и уважением товарищей). Я думаю, тот факт, что воруют чаще всего семилетние дети, говорит о том, что в этом возрасте дети особенно остро чувствуют, как они отдаля­ются от родителей. Если они не находят настоящих друзей то чувствуют себя покинутыми и никому не нужны­ми. Вероятно, поэтому дети, ворующие деньги, либо раздают их товарищам, либо покупают конфеты для все­го класса, то есть стараются «купить» дружбу товарищей по классу. Мало того, что ребенок несколько отдаляется от родителей, но и родители часто бывают особенно при­дирчивы к детям в этом не очень привлекательном воз­расте. »

В раннем подростковом периоде ребенок мо­жет также почувствовать себя более одиноким из-за возросшей застенчивос­ти, чувствительности и стремления к независи­мости.

В любом возрасте одна из причин воровства — не­удовлетворенная потреб­ность в любви и ласке. Другие причины индиви­дуальны: страх, ревность, недовольство» (Б. Спок, 1990).

Если же, несмотря на положительные усилия родителей, кражи продолжаются, необходимо посоветоваться с детским психиатром.

Психологический портрет ворующего ребенка: прежде всего, это неуверенные в себе, уязвимые дети, которым необходима поддержка и эмоциональное принятие со стороны близких. В этом основная беда, ведь своим поведением такие дети, наоборот, все дальше и дальше отталкивают от себя окружающих, настраивают их про­тив себя.

Больше всего родных злит и раздражает, что совер­шивший проступок ребенок как бы не понимает, что он сделал, он отпирается и ведет себя как ни в чем не быва­ло. Такое его поведение вызывает у взрослых праведный гнев: украл — покайся, проси прощения, и тогда мы бу­дем пытаться наладить отношения. В результате между ним и близкими вырастает стена, ребенок представляет­ся им монстром, не способным к раскаянию.

Такие кражи не имеют своей целью ни обогащение, ни месть. Чаще всего ребенок почти не осознает, что он сделал. На гневный вопрос родных: «Зачем ты это сде­лал?», он совершенно искренне отвечает: «Не знаю». Взрослые не могут понять, что кража детей — крик о помощи, попытка достучаться до них.

Часто родители сами провоцируют воровство путем немотивированных запретов или оставляя на видном месте драгоценности, вещи как предмет соблазна. Поощрением воровства служат также жестокое наказание и сообщение окружающим о воровстве ребенка. Нередко воруют дети, родители или воспитатели которых уверены, что они лучше знают, «что ему в действи­тельности нужно», и без достаточных оснований отказы­вают в покупке модной одежды, предметов увлечений (кассет, билетов на концерты и т. д.). Это заставляет ре­бенка чувствовать себя «белой вороной» среди сверстни­ков, что для подростка очень тяжело. Причиной воровства в этом случае является систематическое пренебрежение потребностями ребенка.

Наконец, ребенок может воровать от безвыходности: если у него вымогают деньги путем угроз или он страда­ет наркозависимостью. Задача воспитателя — построить такие отношения с ребенком, чтобы в подобных ситуа­циях он мог обратиться за помощью к взрослым, а не скрывал от них тяжесть своего положения.

НЕРАЗВИТОСТЬ НРАВСТВЕННЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ И ВОЛИ

Третьей важной причиной детского воровства яв­ляется неразвитость нравственных представлений и воли, то есть стремление самоутвердиться. Когда в се­мье ребенку не хватает самостоятельности и родите­ли не передают ему ответственность, тогда он находит деструктивный способ самоутверждения — украсть. Эти дети начинают воровать, чтобы не чувствовать своей неполноценности, чтобы убедить самих себя и окружающих в своей хитрости, ловкости, смелости, «крутизне».

Нельзя, но очень хочется. Воровство может быть так­же потребностью пережить острые ощущения, посколь­ку в семье чрезмерные требования к послушанию, пра­вильному поведению, и у ребенка возникает желание самоутвердиться.

Воровство как способ самоутверждения тоже являет­ся свидетельством неблагополучия ребенка. Он таким образом хочет обратить на себя внимание, завоевать рас­положение кого-либо (различными угощениями или кра­сивыми вещами).

Э. X. Давыдова (1995) отмечает, что условием счастья такие дети называют хорошее отношение к ним родите­лей, одноклассников, наличие друзей и материального достатка.

Например, маленький ребенок, укравший дома день­ги и накупивший на них конфет, раздает их другим де­тям, чтобы таким образом «купить» их любовь, дружбу, хорошее отношение. Ребенок повышает собственную зна­чимость или пытается обратить на себя внимание окру­жающих единственно возможным, по его мнению, спо­собом.

Не найдя поддержки и понимания в семье, ребенок начинает воровать вне семьи. Создается ощущение, что он делает это назло вечно занятым и недовольным родителям или мстит более благополучным сверстникам.

Воровство не планируется и часто совершается «глупо» - почти на виду или в тех случаях, когда вора легко вычислить. Например, ребенок просит разрешения вернуться в группу во время прогулки, чтобы сходить в туалет, и в это время крадет. Естественно, вора легко определяют. Примечательно то, что подобные глупости могут делать вполне интеллектуально развитые дети в возрасте старше пяти лет. То есть тогда, когда они вполне могли бы отдавать себе отчет, что будут уличены.

Будучи пойманными, дети переживают случившее­ся. Они действительно выглядят очень расстроенны­ми, страдают из-за своего позора и преисполнены от­чаяния от того, что их родители и друзья могут отвернуться от них.

Возможно, всех воришек отличает недостаточное развитие воли. Но если в описанных случаях дети понимали что совершают нечто предосудительное, то некоторые дети присваивают себе чужое, даже не задумываясь о том как это выглядит в глазах окружающих, ни о последствиях. Они берут понравившиеся им ручки, угощаются без спроса чужими конфетами. Совершая «кражи» дети не ставят себя на место «жертвы», не представляют себе ее чувства, в отличие от ребенка, мстящего кражей своим «обидчикам».

Подобное поведение детей является следствием серь­езного пробела в их нравственном воспитании. Ребенку с ранних лет надо объяснять, что такое чужая собствен­ность, что без разрешения брать чужие вещи нельзя, об­ращать его внимание на переживания человека, утратив­шего какую-либо вещь.

Иногда родители сами подталкивают детей к воров­ству своими бессознательными установками.

Многие родители хотят видеть своего ребенка сильной личностью. Однако ребенок может иметь свое представ­ление об исключительности и выбрать для воплощений родительской мечты свой собственный путь. Например! решить, как Максим, что он слишком умен, чтобы подчиняться правилам.

Иногда ребенок начинает воровать из «классовых» соображений, завидуя более обеспеченным детям и стремясь отомстить «богатеньким». Такое возможно, например, если подобная «классовая ненависть» культивируется у него в семье. Как правило, родители вскоре теряют контроль над юным «суперменом». Ребенок убеждается в своей безнаказанности и начинает верить в что законы существуют не для него. Но рано или по­лно он попадает в поле зрения правоохранительных ор­ганов.

Некоторые дети воруют многократно. Среди них есть те кто не чувствует ни любви, ни даже симпатии со сто­роны окружающих людей и уже не надеется их когда-либо ощутить. Они полагают, что в глазах людей им не­чего терять. В этом случае неразоблаченная кража — чистый выигрыш. Такие воруют обдуманно и осторож­но, принимают меры, чтобы не быть застигнутыми на месте преступления, придумывают правдоподобные ле­генды, оправдывающие появление у них вещей. Из-за «пустяков» стараются не рисковать.

Особенно обидно бывает встречать среди детей этой категории тех, кто на самом деле любим, но кого взрос­лые из теоретических соображений решили воспитывать «в строгости — чтобы не избаловать».

В этом случае, необходимо повысить самооценку ре­бенка, дать ему понять, что есть люди, которые его лю­бят, которым небезразлична его судьба и что все плохое еще может быть исправлено и забыто.

Некоторые дети воруют, чтобы «отомстить» родителям, заставить их изменить отношение к себе. Это может происходить в тех случаях, когда взрослые, демонстрируя на людях свои родительские чувства, на само деле игнорируют ребенка, отдавая все свои силы и во мя карьере — «светской» жизни, другим детям в семь экзотическому крокодильчику в террариуме. Кражам» ребенок сигнализирует окружающим: у нас все совсем не так хорошо, как они говорят, они «все врут», помоги­те мне. Одновременно это является сигналом и для роди­телей: если вы не измените свое поведение, я не позволю вам притворяться перед окружающими, что вы хорошие родители.

Дети идут на воровство либо в собственной семье, либо вне ее. Причем такой поступок яв­ляется объективно обусловлен­ным: ребенок хочет что-либо купить или добиться чьего-либо расположения (например, в классе, в компании старших детей), поэтому начинает ре­шать свою проблему крими­нальным образом. В подростко­вом возрасте сильно развито желание «быть как все». Ребенок говорит себе: «У всех есть деньги, и это позволяет им покупать сладости, игрушки, мелочи, общаться и веселиться. Я тоже хочу быть как все. Чем я хуже?»

Естественно, далеко не все дети, лишенные денег, идут на грабеж, но практика показывает, что случаи эти стали привычными практически в любой школе. Особенно если в семье есть проблемы кража может быть способом мести не только родителям, но и другим людям. Например, ребенок может украсть вещь, которую он просил на время, но получил отказ. «Я у тебя просил, и ты не дал. Так вот тебе!». Такая месть может закрепиться и стать патологической привычкой. Чаще это происходит с детьми, которые не выражают открыто свои обиды, негодование, оскорбленное само­любие. Отрицательные эмоции требуют выхода и находят его в кражах и других подобных поступках (например, порче вещей обидчика). Если научить ребенка открыто выражать свои чувства приемлемыми способами, потреб­ность красть вещи постепенно уменьшится и исчезнет.

Часто целью ребенка, крадущего деньги, становится подкуп ровесников, которые готовы общаться с ним, только если у него есть сладости или игрушки. В этом случае причиной воровства является одиночество ребен­ка в кругу сверстников, его неумение строить с ними дру­жеские и приятельские отношения.

Это особенно бывает свойственно детям, которых дет­ский коллектив отторгает из-за физических или других недостатков: полноты, маленького роста, заикания и т. д. В подобных случаях нужно, прежде всего, помочь ребен­ку завести друзей, научить его обходиться в отношени­ях с ровесниками без подкупа, повысить его самооценку и укрепить в нем уверенность, что он может быть инте­ресен сам по себе.

Подросток может красть по требованию своей группы. В этом случае прекратить кражи можно только оторвав ребенка от асоциальной компании.

В психиатрии описаны случаи, когда люди крадут для того чтобы испытать сильные чувства, даже несмотря на то, что эти чувства — тревога и страх. Если вдуматься, это не так уж и удивительно. Ведь известно, что по меньшей мере, некоторым из тех, кто воевал, трудно приспособиться к мирной жизни именно потому, что она лишена такого острого ощущения опасности и необходимости борьбы за жизнь.

Кража может быть интересным приключением для скучающего, ничем не занятого ребенка и свидетельство­вать, что в обычной жизни он не находит применения своим силам (о таких случаях принято говорить «с жиру бесится»). «Лечение» в таком случае сводится к тому, чтобы освободить ребенка от излишней опеки, дать ему возможность вкладывать собственные силы в борьбу за свою жизнь и благополучие.