Еще раз к вопросу о функциях профессионального союза (к 100-летию Российских профсоюзов)

ЕЩЕ РАЗ К ВОПРОСУ О ФУНКЦИЯХ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО СОЮЗА (К 100-ЛЕТИЮ РОССИЙСКИХ ПРОФСОЮЗОВ)

М.А. Драчук

The article is devoted to the problems connected with modern functions of Russian trade-unions, their legal and economic status. The author gives some practical recommendations and advises for improvement of legal position of employees in the direction of choosing the model of the representative.

Достаточно давно в трудовом и административном право многих государств разработана и легализована такая форма ассоциации граждан, как профессиональный союз. Этой модели объединения, предложенной в XIX в. Великобританией, люди доверили защиту и представительство своих трудовых прав, следующих по своей значимости за естественными. Однако в последние годы российская правовая наука, особенно в свете ставших доступными достижений зарубежных исследователей и законодателей, по-новому рассматривает роль и значение профсоюзов, чему по какой-то странной причине последние оказывают нешуточное противодействие. Настоящая статья, не ставя перед собой цели всеобъемлющего анализа функций профессиональных союзов в России и за рубежом, посвящена в основном той проблематике, которая обозначилась сегодня из-за введения в нормы российского трудового права множества форм возможного представительства интересов работников организации. Кроме того, немного внимания хотелось бы уделить практике современного профсоюзного движения, которое уже много лет играет значительную роль в политической жизни страны.

Итак, профессиональные, или трудовые, союзы изначально были созданы с целью участия в регулировании общественных отношений, связанных с использованием рабочей силы по найму через присоединение к чужому бизнесу (капиталу). Тем не менее, как мы знаем из истории, постепенно у трейд-юнионов возникли и другие, сопутствующие направления деятельности, ряд которых явно не соответствовал специальному статусу профессионального союза как особой формы общественного объединения. В частности, российское право до сих пор говорит о таких направлениях профсоюзной практики, как защита окружающей среды и экологических прав граждан, участие в реализации жилищной политики государства, оздоровление граждан и их детей, развитие санаторно-курортного лечения, учреждений отдыха, туризма, массовой физической культуры и спорта и т. п. (см. ст. ст. 15, 20, 22 Федерального закона от 01.01.01 г. «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» с изм. и доп. [1]). Однако из всех «непрофильных» функций профессиональных объединений граждан самую значительную роль приобрела такая деятельность, как участие в политической жизни государства.

Вначале, как мы помним, вхождение профсоюзов в политическую систему было обусловлено остротой социальных проблем трудящихся, где механизм «бархатной революции» не мог принести незамедлительной пользы. Забастовка как сугубо экономическое средство воздействия на работодателя превратилась в синоним митинга, шествия и демонстрации как средств выражения политической воли человека. До сих пор отголоски истории можно встретить во многих коллективных договорах, где на время действия соглашения работники обязываются не проводить забастовок, митингов, стачек, голодовок и т. д. Однако уже после того, как во всем мире некий приемлемый баланс между интересами работников, предпринимателей и государственных органов был достигнут, многие профсоюзы, вернее, их органы управления, не пожелали расставаться с имеющимися у них возможностями, которые раскрывает политика, поэтому отдельные государства стали принимать и по сей день принимают законы, четко разводящие по функциям и целям деятельности профессиональные союзы и политические партии.

Это получается не всегда. В Новой Зеландии, убедившись в серьезности произошедшей с профсоюзами трансформации, данную организационно-правовую форму ассоциации граждан (равно как и все другие) отменили, указав лишь на действие в стране международного принципа свободы объединения в целях, соответствующих законодательству и не ущемляющих ничьи права и законные интересы. В Российской Федерации, в ее новейшем законодательстве была предпринята попытка четко разделить формы общественных объединений с указанием на конкретные цели их создания и единственно возможные направления деятельности. Так, в Федеральном законе от 01.01.01 г. «Об общественных объединениях» (с изм. и доп.) [2] в ст. 5 дано легальное понятие общественного объединения [3], а в ст. 7 закреплены все возможные формы таких объединений. В соответствии со ст. 7 Закона общественные объединения могут создаваться в одной из следующих организационно-правовых форм: 1) общественная организация; 2) общественное движение; 3) общественный фонд; 4) общественное учреждение; 5) орган общественной самодеятельности; 6) политическая партия.

Профессионального союза среди форм общественных объединений нет. Однако это можно считать скорее недоработкой законодателя, поскольку по ст. 2 Федерального закона «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» профсоюз – это добровольное общественное объединение граждан, связанных общими производственными, профессиональными интересами по роду их деятельности, создаваемое в целях представительства и защиты их социально-трудовых прав и интересов. Эта проблема разрешается в соответствии с п. 3 ст. 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, где сказано, что некоммерческие организации могут создаваться в любых формах, предусмотренных законом. Однако тем же в ГК РФ сказано, что в учредительных документах некоммерческих организаций должны быть определены предмет и цели их деятельности (п. 2 ст. 52), т. е. правоспособность таких ассоциаций имеет специальный характер. Следовательно, каждое общественное объединение может осуществлять только такую деятельность, для которой оно создано и которая определена законом для данного вида объединения.

Если же речь идет о политической партии, то в соответствии с п. 1 ст. 3 Федерального закона от 01.01.01 г. «О политических партиях» [4] это должно быть общественное объединение, созданное в целях участия граждан Российской Федерации в политической жизни общества посредством формирования и выражения их политической воли, участия в общественных и политических акциях, в выборах и референдумах, а также в целях представления интересов граждан в органах государственной власти и органах местного самоуправления. Когда же мы создаем профсоюз, то, как уже было сказано выше, это будет объединение граждан, связанных общими производственными, профессиональными интересами по роду их деятельности, создаваемое в целях представительства и защиты их социально-трудовых прав и интересов. Соприкосновение данных функций в принципе возможно, однако если организация будет одновременно и политической, и профессиональной, она не может называться ни политической партией, ни профессиональным союзом.

Таким образом, возникает вопрос – как следует рассматривать сегодняшние попытки российских профсоюзных функционеров «прорваться во власть»? Исключительно как нарушение действующего законодательства и дезинформацию граждан, вступающих в такие профсоюзы. Хотя по ст. 15 Федерального закона «Об общественных объединениях» последние свободны в определении своей внутренней структуры, целей, форм и методов своей деятельности, однако в своем уставе любое объединение обязано обозначить выбранную учредителями организационно-правовую форму ассоциации и цели ее создания (пп. 1 ч. 1 ст. 20 Закона). При несоблюдении указанных требований в регистрации такого объединения должно быть отказано (ст. 23 Закона), а уже созданное объединение подлежит ликвидации за нарушение общественным объединением прав и свобод человека и гражданина (в частности, права на информацию), а также за неоднократные или грубые нарушения общественным объединением Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов или иных нормативных правовых актов либо систематическое осуществление общественным объединением деятельности, противоречащей его уставным целям (ч. 1 ст. 44 Закона «Об общественных объединениях»).

Итак, профсоюзы должны заниматься уставной деятельностью, которая, по международным и зарубежным канонам состоит из следующих функций (основных направлений деятельности):

- представительство интересов работников и их коллективов;

- защита (охрана) интересов работников и их коллективов;

- консультационная деятельность и информационный обмен (как посредством обмена информацией между профсоюзом и работником, так и через информационное взаимодействие профсоюза и работодателя, одного или нескольких).

В российской науке трудового права последняя функция не выделяется, вероятно, в силу того, что информационное трудовое право как отдельная подотрасль до настоящего времени не получила в нашей стране никакого признания и почти никакого законодательного закрепления. Это неправильно и не соответствует позиции того же самого Трудового кодекса РФ, который закрепляет информационные функции такого акта, как коллективный договор (коллективное соглашение). Хотя данная аналогия на первый непривычный взгляд российского юриста непонятна, но и профессиональный союз, и коллективный договор – это разные формы проявления одного и того же права – права граждан на объединение (ассоциацию). Поэтому информационный обмен, который присущ коллективному договору, должен присутствовать и у деятельности профессионального союза, в том числе и в его учредительных документах.

Тем не менее, дополнительно к защитной и представительской функции (именно такая их последовательность отличает российское профсоюзное право от зарубежного, где последовательность обратная) иногда выделяют функцию нормативную, организационную, производственно-экономическую и культурно-воспитательную [5]. В принципе, это совершенно правильно, ведь «отдельные функции профсоюзов существуют не сами по себе, не изолированно, а в определенной системе. Они связаны между собой, взаимодействуют, оказывают влияние на состояние и развитие друг друга» [6], и при ином подходе [7] эти возможные направления деятельности профсоюзов будут представлены однобоко.

Тем не менее, исторически и юридически системообразующей функцией профессиональных союзов в России выступает защитная, так как именно она, по сути, объективно формирует комплекс их прав и обязанностей, закрепляемых в законодательстве.

Защитная функция профсоюзов, по мнению , с которым соглашается автор, может рассматриваться в двух аспектах: «в широком смысле – это деятельность профсоюзов, направленная на выявление и формирование интересов трудящихся, закрепление их прав, а также обеспечение соблюдения прав и интересов трудящихся.… В узком (собственном) смысле – это деятельность профсоюзов, направленная на предупреждение нарушений и восстановление прав трудящихся, а также на соблюдение их интересов» [8]. Источником защитной функции профсоюзов выступает защитная функция всего трудового права в целом как отрасли; о последней говорили в свое время , и другие ученые [9]. Позиция социальной направленности трудового законодательства разделяется и в современных авторских работах [10].

Защитная функция, имея множество конкретных направлений ее реализации [11], по мнению , реализуется в четырех основных формах: участия в отношениях социального партнерства на всех уровнях, участия в применении установленных условий труда в организации, участия в разрешении трудовых споров и в форме осуществления профсоюзного контроля за соблюдением законодательства о труде и правил охраны труда [12]. На последней форме хотелось бы остановиться особо.

В силу ст. 370 Трудового кодекса РФ российские профессиональные союзы имеют право на осуществление контроля за соблюдением работодателями и их представителями трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. Уполномоченные (доверенные) лица по охране труда профессиональных союзов имеют право беспрепятственно проверять в организациях соблюдение требований охраны труда и вносить обязательные для рассмотрения должностными лицами предложения об устранении выявленных нарушений требований охраны труда. Работодатели, в свою очередь, обязаны в недельный срок с момента получения требования об устранении выявленных нарушений сообщить соответствующему органу профсоюзной организации о результатах рассмотрения данного требования и принятых мерах. Для реализации этих прав профессиональные союзы могут самостоятельно формировать собственные инспекции труда для осуществления профсоюзного контроля за соблюдением трудового законодательства.

Правовая и техническая инспекции профсоюзов и их должностные лица (профсоюзные инспекторы по охране труда) – самостоятельные субъекты трудового права, со своим собственным комплексом прав и обязанностей. Они наделяются полномочиями по решению учреждающих их профсоюзов. В обязательном порядке такие инспекции создаются на уровне общероссийских профсоюзов через утверждение соответствующих положений общероссийскими профессиональными союзами и их объединениями. Межрегиональное, а также территориальное объединение (ассоциация) организаций профессиональных союзов, действующие на территории субъекта Российской Федерации, также могут создавать правовые и технические инспекции труда профессиональных союзов, которые действуют на основании принимаемых ими положений в соответствии с типовым положением соответствующего общероссийского объединения профессиональных союзов. И хотя государственно-властные функции профсоюзных инспекций отозваны в 1993 году (с принятием Основ законодательства Российской Федерации об охране труда), у таких инспекций по Трудовому кодексу РФ (ст. 370) и нормам Федерального закона «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» (ст. ст. 19, 20) сохранился достаточно широкий круг прав по взаимодействию с государственными органами надзора и контроля за соблюдением законодательства о труде.

Так, профсоюзные инспекторы труда, уполномоченные (доверенные) лица по охране труда профессиональных союзов в установленном порядке имеют право беспрепятственно посещать организации независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, в которых работают члены данного профессионального союза или профсоюзов, входящих в объединение, для проведения проверок соблюдения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, законодательства о профессиональных союзах, а также выполнения условий коллективного договора, соглашения; осуществлять контроль за соблюдением работодателями трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права; проводить независимую экспертизу условий труда и обеспечения безопасности работников организации; принимать участие в расследовании несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; получать информацию от руководителей и иных должностных лиц организаций о состоянии условий и охраны труда, а также о всех несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваниях; защищать права и интересы членов профессионального союза по вопросам возмещения вреда, причиненного их здоровью на производстве (работе); предъявлять работодателям требования о приостановке работ в случаях непосредственной угрозы жизни и здоровью работников; направлять работодателям представления об устранении выявленных нарушений законов и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, обязательные для рассмотрения; осуществлять проверку состояния условий и охраны труда, выполнения обязательств работодателей, предусмотренных коллективными договорами и соглашениями; принимать участие в работе комиссий по испытаниям и приему в эксплуатацию производственных объектов и средств производства в качестве независимых экспертов; принимать участие в рассмотрении трудовых споров, связанных с нарушением законодательства об охране труда, обязательств, предусмотренных коллективными договорами и соглашениями, а также с изменениями условий труда; принимать участие в разработке законов и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права; принимать участие в разработке проектов подзаконных нормативных правовых актов об охране труда, а также согласовывать их в порядке, установленном Правительством Российской Федерации; обращаться в соответствующие органы с требованием о привлечении к ответственности лиц, виновных в нарушении законов и иных актов, содержащих нормы трудового права, сокрытии фактов несчастных случаев на производстве.

Данная конструкция – профсоюзного инспектирования деятельности работодателя – не является собственно российской разработкой. За рубежом также довольно распространенным явлением в профессиональном союзе является учреждение в составе его органов так называемых профсоюзных инспекций труда, как правило, правовой и технической. Целью их создания является проверка деятельности работодателя в части обеспечения работнику безопасных условий работы и соблюдения в отношении трудящегося законодательства о труде. Кстати, закрепленный в трудовом праве многих государств (в том числе и России) механизм взаимодействия профсоюзных инспекций, работника и работодателя представляется крайне удачным. В то время как работник занимается непосредственным осуществлением своей работы, независимая от его просьб и отдельных поручений профсоюзная инспекция проверяет условия труда работника, соблюдение им и работодателем техники производственной безопасности, правильность нормирования труда работника и соответствие норм его труда уровню его заработной платы, своевременность прохождения работником профессионального обучения, отсутствие дискриминации этого работника по отношению к прочим и т. п. Обнаружив недостатки организации труда либо нарушение законных прав и интересов работника, уполномоченный профсоюзный инспектор организует комплекс мероприятий по восстановлению нарушенных прав работника (или их группы) – обращается к работодателю или его уполномоченному представителю, в орган управления профсоюзом и/или в госинспекцию труда (компетентный орган административной практики, занимающийся управлением в области наемного труда и его охраны). По поручению органов управления профсоюзом осуществляется дальнейшая передача дела в комиссию по трудовым спорам или в суд, может быть организовано внеочередное общее собрание (конференция) членов профсоюза и т. д. В определенных случаях допустимо также обращение к учредителям хозяйственных обществ для решения вопроса о продолжении исполнения лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа, своих полномочий.

При таком подходе работник защищен, как представляется, наилучшим образом, так как профсоюзный инспектор, во-первых, восполняет недостаток знаний работника в трудовом законодательстве и актах об охране труда, а во-вторых, «отвлекает на себя» личное негативное отношение к «возмутителю спокойствия» со стороны работодателя. Единственное, что требуется профсоюзу для участия в такой схеме взаимодействия – это наличие в своем составе собственных или привлеченных со стороны специалистов в области технических знаний, права, экономики и управления, в т. ч. управления персоналом. Однако следует иметь в виду вот какой момент.

Право найма на работу внешних специалистов, требуемых для инспектирования деятельности работодателя в области использования наемного труда, у профсоюза без статуса юридического лица отсутствует. Это вытекает из смысла тех положений Гражданского кодекса РФ, согласно которым работник рассматривается в качестве кредитора организации, и легального определения работодателя по нормам ТК РФ как физического либо юридического лица. При этом профессиональный союз в России становится субъектом права с момента его создания, то есть после проведения первого общего собрания его учредителей, где решается вопрос утверждения устава и определения персонального состава органов управления. Соглашаясь с в том, что правосубъектность профсоюза нужно рассматривать в общеправовом и отраслевом (собственно трудовом) аспектах, не могу разделить его позицию о возникновении данного свойства с момента формирования имущественной базы как обязательного условия для «решения тех задач и выполнения тех функций, ради которых, собственно, и существует профсоюз» [13]. Безусловно, уведомительный (необязательный) тип государственной регистрации профессиональных союзов позволяет говорить о существовании указанных организаций с правами юридического лица либо без таковых. Наличие либо отсутствие гражданской правосубъектности, приобретаемой при государственной регистрации профсоюза, не влечет никаких ограничений их трудовой правоспособности. Общие (статутные) права, указанные в Трудовом кодексе РФ и Федеральном законе от 01.01.01 г. «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности», равным образом могут быть реализованы любым профсоюзом независимо от наличия или отсутствия у него прав юридического лица.

Следовательно (и в этом проф. абсолютно прав), профсоюз без образования юридического лица – это та ассоциация, которая может использовать только возможности своих членов, причем на добровольной основе (в том числе и при инспектировании качества и состояния трудовых правоотношений). Поэтому, как логичное следствие сказанного, подавляющее большинство профсоюзов в России – юридические лица.

Защитная функция профсоюзов очень близко подходит к таким явлениям в трудовом праве, как дифференциация и дискриминация, первое из которых допустимо, а второе – прямо запрещено законом. Во всех странах мира в настоящее время ведется борьба с такими явлениями, как «принудительный юнионизм» и дискриминация работников по признаку принадлежности к профсоюзу, где в последнем случае членам профсоюза оказываются либо необоснованные предпочтения, либо устанавливаются необоснованные ограничения. Законодателем пока еще не доведено до логического завершения правило о корпоративной (избирательной) защите работников в индивидуальных трудовых отношениях. В одной из работ по данной теме – статье «Трансформация прав профсоюзов – реальность или миф?» вновь поднимается вопрос соответствия самой идее профсоюза выступление последнего в защиту прав только своих членов. Такое положение вещей с 1996 года в нашей стране узаконено, что как раз и позволяет многим деятелям подойти к мысли о частноправовой природе профсоюзного представительства: платишь взносы – получаешь помощь, обратился за помощью «за бесплатно», не являясь членом профсоюза – извини. Но при этом (получается, только для внешнего лоска) и Конституция, и новый Трудовой кодекс РФ декларируют полный запрет дискриминации по признаку принадлежности либо непринадлежности к общественным объединениям, а именно запрет на ограничение в правах или на получение каких-либо преимуществ. Как это следует понимать в свете того, что цивилизованные страны (каковой Россия, наверное, станет нескоро) на уровне правоприменения узаконивают решения судов, по которым «в трудовых договорах не может проводиться размежевание между лицами наемного труда, которые являются членами профсоюза, и которые являются членами других профсоюзов или вообще к ним не относятся»? [14] Ответ однозначен, но пока разговоры о необходимости при расторжении всех трудовых договоров по инициативе работодателя учитывать позицию профсоюза, действующего в организации, ведутся только на уровне теории права. Судебная практика четко сформировала позицию «невмешательства», и при рассмотрении трудовых дел судьи стараются обходить все острые углы поверхностным использованием общей формулы «работник всегда прав», до смешного ущемляя этим, как не парадоксально это звучит, права работодателя и не прибегая к анализу актов профсоюзных органов без крайней на то необходимости. Однако, если обратиться к правилам разрешения иерархических коллизий нормативных актов, то следует признать незаконность применения юридических норм, противоречащих международным и конституционным. Но в этой связи нужно также отметить, что и сами профорганы отказывают в рассмотрении вопросов увольнения работников – не членов данного профсоюза на основании п. 1 ст. 11 Федерального закона от 01.01.01 г. Таким образом, вместо того, чтобы нормативно вывести функцию представительства профсоюзов из их защитной функции, законодатель пытается полностью заменить последнюю первой. Это не соответствует существу трудового права.

Проблема была бы разрешена адекватно, если бы по аналогии с нормами германского права в России представителем работников в организации признавался не орган первичной профсоюзной организации, а некий «третий» субъект – производственный совет или совет трудового коллектива, который участвовал бы в регулировании трудовых отношений всех работников, а профсоюзы (один или несколько) участвовали в борьбе за места в данном представительном органе. Таким способом устраняется любая возможная дискриминация по признаку принадлежности к общественному объединению. Лично у меня имеется подозрение в том, что раньше, когда мы заимствовали нормы зарубежного трудового законодательства (в основном германского), именно эта модель подразумевалась, однако «представительный орган работников» заменили на «выборный профсоюзный орган» в силу особой профсоюзной монополии, имевшейся в Союзе ССР. Сегодня, когда профсоюзов может быть множество, нужно возвращаться к понятию представительного органа работников, законодательно наделяя его соответствующими правами и обязанностями в отношении работников организации или ее структурного подразделения, одновременно изымая эти права у профсоюзов и их органов управления.

В связи с этим станет более понятной и другая модель, заимствованная из зарубежного трудового права и наконец-то возвращенная в Трудовой кодекс РФ, – это учет мнения представительного органа работников, чаще представленного в кодексе как «учет мнения выборного профсоюзного органа». Эта модель имеет непосредственное отношение к защитной функции профсоюза, хотя адресована, как будет сказано ниже, вовсе не ему.

Раньше, как писал , представлялось допустимым «различать права и связанную с этими правами деятельность профсоюзов по обеспечению трудовых прав работников: а) совещательного характера; б) разрешительного; в) договорного; г) контрольного; д) управленческого; е) представительственного характера» [15]. По нормам Трудового кодекса РФ теперь можно говорить в основном о наличии «совещательных» прав у профсоюза, а количество «разрешительных» прав очень сократилось. Такой случай, по сути, остался только один: с предварительного согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа допускается (помимо общего порядка) увольнение по инициативе работодателя в соответствии с пунктом 2, подпунктом "б" пункта 3 и пунктом 5 статьи 81 Трудового кодекса РФ руководителей (их заместителей) выборных профсоюзных коллегиальных органов организации, ее структурных подразделений (не ниже цеховых и приравненных к ним), не освобожденных от основной работы (ст. 374 Трудового кодекса РФ).

Многие ученые выступили с критикой такой ситуации, указав на возможность множественных нарушений работодателем прав работников без «согласительного» профсоюзного контроля. Однако «учет мнения» представительного органа работников – это более цивилизованная процедура взаимодействия субъектов социально-партнерских отношений, не ограничивающая прав работодателя как собственника и организатора бизнеса и в то же время не заставляющая представителя работников искать компромисс между интересами работников и экономически и юридически обоснованными аргументами второй стороны. Например, при принятии правил внутреннего трудового распорядка основным заинтересованным лицом в их содержании выступает, безусловно, работодатель. Работникам любое ограничение их прав может показаться несправедливым, хотя в конечном счете эти «несправедливости» направлены на общее благо, объяснить которое не всегда удается. Для этого должен быть адекватный представитель коллектива, который может указать не на «несправедливость», но на экономическую нецелесообразность документа, его юридическую неграмотность, возможные последствия и т. д. Поэтому в соответствии со ст. 372 Трудового кодекса РФ работодатель в предусмотренных законом случаях перед принятием решения направляет проект локального нормативного акта, содержащего нормы трудового права, и обоснование по нему в выборный профсоюзный орган, представляющий интересы всех или большинства работников данной организации [16]. При этом выборный профсоюзный орган не позднее пяти рабочих дней с момента получения проекта указанного локального нормативного акта направляет работодателю мотивированное мнение по проекту в письменной форме. В случае, если мотивированное мнение выборного профсоюзного органа не содержит согласия с проектом локального нормативного акта либо содержит предложения по его совершенствованию, работодатель может согласиться с ним либо обязан в течение трех дней после получения мотивированного мнения провести дополнительные консультации с выборным профсоюзным органом работников в целях достижения взаимоприемлемого решения.

При недостижении согласия возникшие разногласия оформляются протоколом, после чего работодатель вправе принять локальный нормативный акт, содержащий нормы трудового права, который может быть обжалован в соответствующую государственную инспекцию труда или в суд, а выборный профсоюзный орган работников имеет право начать процедуру коллективного трудового спора в порядке, предусмотренном законом. Очень даже логичная и правильная процедурная модель. Нужно только иметь в виду, что «непредставительный» профсоюз, т. е. объединяющий менее половины работников коллектива, должен высказывать свое мнение по своим членам в составе какого-то иного, более легитимного органа, которым наиболее удачно выглядит «иной представительный орган работников», пусть даже сформированный несколькими профсоюзами или одним профсоюзом и работниками вне профсоюзного членства в определенной пропорции.

В этой связи следует более подробно проанализировать положения ст. 29 Трудового кодекса РФ (ч. 2), согласно которой интересы работников внутри организации при проведении коллективных переговоров, заключении и изменении коллективного договора, осуществлении контроля за его выполнением, а также при реализации права на участие в управлении организацией, рассмотрении трудовых споров работников с работодателем может представлять первичная профсоюзная организация (наравне с другими представителями работников). На основании ч. 1 ст. 31 Трудового кодекса РФ при отсутствии в организации первичной профсоюзной организации, а также при наличии профсоюзной организации, объединяющей менее половины работников, на общем собрании (конференции) работники могут поручить представление своих интересов указанной профсоюзной организации либо иному представителю. Обе эти нормы в совокупности дают основание думать, что право коллектива работников выбирать своего представителя в коллективных трудовых правоотношениях имеется только тогда, когда в организации один профсоюз (первичная профсоюзная организация) объединяет менее половины всех работников; в ином случае именно профсоюз . В принципе это правильно, так как избрание работниками любого другого представительного органа при наличии объединяющего большинство из них профсоюза привело бы к аналогичным результатам голосования на общем собрании (конференции) работников, где у членов профсоюза имеется большинство голосов. Но далее в Трудовом кодексе РФ, в частности, в ст. 37, указано, что при проведении коллективных переговоров, если в организации нет «профсоюза большинства», на общем собрании (конференции) следует выбирать не «иной представительный орган работников», а… один из действующих органов имеющихся малочисленных первичных профорганизаций. И если такая профорганизация одна, ее орган управления становится представителем коллектива в силу закона. Это в корне неправильный подход к роли и функциям профессионального союза.

Следовательно, наиболее легитимным действительно был бы какой-то особый представительный орган работников, избираемый всеми и представляющий всех без исключения. Как мы знаем из истории, такой эксперимент наша страна уже пыталась провести, введя в положения Закона СССР «О трудовых коллективах и повышении их роли в управлении предприятиями, учреждениями, организациями» от 01.01.01 г. [17] понятие «совет трудового коллектива». Указанный орган был наделен собственной компетенцией, однако в его состав законодатель включил 50 % представителей работодателя, чем «загубил на корню» идею возрождения транснациональной модели производственного совета, полностью состоящего из работников и потому являющегося только их представительным органом.

Что же касается профсоюза, то членство в нем давало бы работникам дополнительные возможности, похожие на «адвоката в складчину». Это юридическая и консультативная помощь, заключения специалистов об условиях труда работников, правильности его нормирования и оплаты, особое, не требующее специального отдельного поручения представительство интересов работника перед работодателем, а также опосредованное влияние на нормотворческий процесс через вхождение в «наиболее представительные» профсоюзы.

Поэтому я полагаю, что на сегодняшний день законодателю следует уйти от закрепления прав представительства работников на локальном уровне за органами первичных профсоюзных организаций. Это вовсе не исключает прав профсоюза на представительство интересов его членов ни за пределами организации-работодателя, ни даже в таких пределах, но при условии наличия подавляющего большинства членов профсоюза среди работников организации. Ведь с позиций и теории зарубежного права, и общей логики профсоюзная монополия начинает вредить не только работодателю, но и самим работникам, лишая их множества возможностей из-за отсутствия у них профсоюзного членства.

Имеется в Трудовом кодексе еще ряд положений. которые выглядели бы более удачно, если бы относились не к органам профсоюзов, а к единому представительному органу работников. Так, по ч. 7 ст. 377 Трудового кодекса РФ оплата труда руководителя выборного профсоюзного органа организации может производиться за счет средств организации в размерах, установленных коллективным договором. Это прямое нарушение принципа независимости профсоюза, однако логичное следствие обособления коллективом своего представителя за свой счет (как мы знаем, коллективным договором работодатель «выменивает» отказ работников от забастовок, поэтому «зарплата» представителю коллектива выглядит логичной, так как к ней причастны все работники, однако это никак не соответствует профсоюзной логике, следовательно, это плата не за управление профсоюзом, а именно за представительство коллектива, поэтому оно не должно связываться с профсоюзной деятельностью).

Еще одна часть прав профсоюзов, осуществляемых внутри конкретной организации, о которых мы еще не говорили – это (ст. 377 Трудового кодекса РФ):

право на безвозмездное получение выборными профсоюзными органами первичных профсоюзных организаций, действующими в организации, помещения для проведения заседаний, хранения документации, а также право размещения информации в доступном для всех работников месте;

в организации численностью свыше 100 человек право безвозмездно получить в пользование как минимум одно оборудованное, отапливаемое, электрифицированное помещение, а также оргтехнику, средства связи и необходимые нормативные правовые документы;

по коллективному договору – получить в бесплатное пользование (!!! – это снова авт.) принадлежащие работодателю либо арендуемые им здания, сооружения, помещения и другие объекты, а также базы отдыха, спортивные и оздоровительные центры, необходимые для организации отдыха, ведения культурно-массовой, физкультурно-оздоровительной работы с работниками и членами их семей;

в случаях, предусмотренных коллективным договором, получить от работодателя денежные средства на культурно-массовую и физкультурно-оздоровительную работу;

получить выгоду от бесплатного перечисления членских взносов работодателем при наличии письменных заявлений работников, являющихся членами профессионального союза.

Все эти права, если их проанализировать подробно, – это все-таки права представителя работников, а не органа профсоюза, так как могут повлечь за собой дискриминацию работников. То же самое можно сказать и в отношении ряда прав, существующих сегодня у профсоюзов вне конкретной организации. В эту группу входят права по заключению коллективных соглашений в системе отношений социального партнерства, право высказывать мнение и вносить предложения по вопросам принятия правовых актов в сфере труда, право на содействие занятости, на участие в подготовке и повышении квалификации профсоюзных кадров, на создание сети юридических служб и консультаций, некоторые права в области охраны окружающей природной среды. За пределами хозяйственной и персональной сферы организации (ч. 3 ст. 29 Трудового кодекса РФ) интересы работников в социально-партнерских отношениях при проведении коллективных переговоров о заключении и об изменении соглашений, разрешении коллективных трудовых споров по поводу заключения или изменения соглашений, осуществлении контроля за их выполнением, а также при формировании и осуществлении деятельности комиссий по регулированию социально-трудовых отношений на сегодняшний день могут и должны представлять соответствующие профсоюзы, их территориальные организации, объединения профессиональных союзов и объединения территориальных организаций профессиональных союзов в силу прямого указания закона. Их представительность (репрезентативность) обусловлена, во-первых, численностью и территорией действия профсоюза, а во-вторых, отсутствием в трудовом праве аналога общего собрания (конференции) работников организации – это был бы как минимум референдум, организация которого не может быть возложена ни на одну из сторон социально-партнерских отношений.

В целом, даже при отсутствии у таких профсоюзов поручения от большинства работников территории или отрасли, они обязаны выступать в защиту общего интереса, хотя это не вполне справедливо по отношению к членам таких профсоюзов – ведь на их взносы получают выгоды и преимущества другие работники – не члены профсоюзов и их объединений. Поэтому, руководствуясь нормами международного права и опытом зарубежных государств, следует более четко разграничить права у «представительных» и «непредставительных» профсоюзов, дав последним меньше возможностей (что вытекает из отсутствия у них должного числа представляемых) и отличный стимул для привлечения в свои ряды новых участников на началах равенства, справедливости и высокого профессионализма.

В связи с этим скажу еще несколько слов о профсоюзном представительстве. Вообще под представительством, как мы знаем, следует понимать особое правовое отношение, при котором праву представителя совершить определенные юридические действия от имени и в интересах представляемого соответствует обязанность представляемого признать правовые последствия таких действий представителя [18] в пределах содержания поручения (договора) или в силу и в пределах прямого указания закона (юридической нормы). При этом, хотя любая форма профсоюзного представительства существенно отличается от гражданско-правового, «имеет специфические основания возникновения» [19], последнее не означает, что мнение некоторых современных ученых [20], с 1928 года повторяющих за положение о том, что «профсоюзное представительство ничего общего, кроме названия, не имеет с представительством в области гражданских отношений» [21], не подкрепленное никакими доказательными аргументами, следует принимать за истинное. А это, в свою очередь, означает, что в силу закона профсоюзы и их объединения легально действуют от имени и в интересах работников Российской Федерации, ее субъектов, муниципальных образований, отдельных отраслей и профессий, если объединяют большинство работников территории, отрасли, профессии. То есть, такой «представительный» профсоюз может быть один; остальные могут только присоединяться к нему. То же самое в организации: нет поручения большинства – нет легитимности профсоюзного представительства. И следует заметить, что в нормах современного российского права сделано все для того, чтобы уйти от этой темы. Так, по ст. 3 Федерального закона от 01.01.01 г. «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» общероссийский профсоюз – это добровольное объединение членов профсоюза – работников одной или нескольких отраслей деятельности (а сколько их, этих работников? – авт.), связанных общими социально-трудовыми и профессиональными интересами, действующее на всей территории Российской Федерации или на территориях более половины субъектов Российской Федерации либо объединяющее не менее половины общего числа работников одной или нескольких отраслей деятельности (снова автор: одна отрасль подменяет собой всю рабочую Русь), а межрегиональный профсоюз – это добровольное объединение членов профсоюза – работников одной или нескольких отраслей деятельности, действующее на территориях менее половины субъектов Российской Федерации. Территориальная организация профсоюза – это вообще добровольное объединение членов только первичных профсоюзных организаций одного профсоюза (курсив мой – М. Д.), действующее на территории одного субъекта Российской Федерации, либо на территориях нескольких субъектов Российской Федерации, либо на территории города или района. Ну и так далее. Нет в России легитимных представителей работников, есть только легальные. И потому, как мне кажется, комплекс предоставленных им прав не соответствует степени правомочности деятельности подобного рода представителей. Однако, как я уже говорила выше, никому, кроме профсоюзов, не может быть поручено представительство интересов работников по соответствующей отрасли или территории, если только государство не возьмет на себя обязанности по проведению процедуры, аналогичной референдуму. До этого момента законодателю следует просто уточнить требования к профсоюзам, которые рассматриваются в качестве представителей трудящихся, ужесточив критерии «репрезентативности».

Есть еще одна проблема, которая связана с представительской функцией профсоюза. Как известно, с позиций гражданского законодательства любое общественное объединение вправе определять в своем уставе условия и порядок приобретения, утраты членства, включая условие о запрете быть членом других общественных объединений (профсоюзов) под страхом исключения из объединения, а граждане, в свою очередь, имеют право вступать в такие общественные объединения на условиях соблюдения норм их уставов. При этом в силу закрепления в ст. 1 Гражданского кодекса ГФ принципов равенства, свободы, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления прав участников гражданско-правовых отношений возможно сформулировать уставные условия вступления в члены общественного объединения таким образом, чтобы большинство граждан было лишено возможности вступить в такое объединение, например, ограничить численность его членов либо установить недосягаемый размер вступительного взноса, ибо «государство обеспечивает профсоюзам подлинную свободу их внутриорганизационной деятельности, не вмешивается в нее, не подвергает правовой регламентации отношения членов профсоюзов с их организациями и руководящими органами последних» [22], и выявление воли профсоюза как общественной организации происходит в неправовых формах [23]. Получается, что в этом случае решение компетентного органа общественного объединения об отказе гражданину в приеме в его члены должно быть признано судом законным и обоснованным.

В связи со сказанным выше попытаемся решить вопрос: так может ли профсоюз все-таки отказать работнику в защите его трудовых прав при наличии соответствующего заявления о приеме в члены профсоюза? Мне кажется, что ответ здесь может быть только отрицательным, и вот почему. Представьте себе ситуацию, когда в организации создан профсоюз, вступительный взнос в который составляет один миллион рублей. По смыслу ст. 1 Гражданского кодекса РФ такой подход легален. Трудовой кодекс РФ эту проблему оставляет без внимания.

В юридической науке существует несколько подходов к возможности субсидиарного применения в трудовом праве норм гражданского законодательства. Некоторые ученые (например, , А. Эрделевский и другие) в разное время говорили не только о возможности, но даже о необходимости применения межотраслевой аналогии, но не безусловно, а «только в ряде случаев» и «при идентичности способов правового регулирования» [24], когда «нет нормы в трудовом праве» и имеется «сходство подлежащих нормированию трудовых отношений с гражданско-правовыми» [25]. И именно такой случай запрета применения норм гражданского права в трудовом по аналогии я бы имела в виду при решении вопроса об отказе работнику в профсоюзном членстве, так как здесь при формальном сходстве регулируемых отношений имеется различие на уровне принципов правового регулирования, вытекающих из особенностей отраслевого предмета и метода. Профессиональный союз по смыслу Конституции РФ, специального закона и общих начал трудового законодательства ограничен в установлении таких условий приема граждан в его члены, которые могут помешать работникам обратиться за защитой своих трудовых прав, особенно в свете нынешнего законодательства, в котором, как уже говорилось выше, все права представительства интересов работников организации так или иначе осуществляет орган первичной профсоюзной организации, созданной и действующей у данного работодателя. Единственным, на мой взгляд, законным обоснованием расчета величины членских взносов в профсоюз может быть экономическое обоснование необходимых затрат на осуществление его уставной деятельности. В ином случае в государственной регистрации такого профсоюза должно быть отказано, а деятельность уже созданных профсоюзов по решению полномочных органов подлежит прекращению. В конечном счете, защита и представительство интересов отдельных работников и их коллективов являются конечной целью и обязательным нормативным условием создания и деятельности любого профессионального союза, и потому, как правильно указывает , «никто не может быть… ограничен в желании вступить в профсоюз… на своем предприятии» [26]. Иное положение вещей, возможно, будет более-менее законным, однако только в случае, если мы разделим функцию представительства интересов коллектива работников между профсоюзными организациями и представительными органами работников организации-работодателя, когда при необоснованных ограничениях возможности вступления в профсоюз в него просто никто не пойдет и он будет вынужден либо ликвидироваться, либо изменить свою политику.

Таким образом, профсоюз может быть абсолютно жизнеспособным, если, во-первых, он является многочисленным и объединяет в своем составе большинство работающих в конкретной организации; во-вторых, пытается найти конструктивный подход в отношениях с работодателем, способен убедить его в необходимости совместной работы, то есть выступает с позиций готовности к сотрудничеству и юридической корректности. И кроме того, современный профсоюз должен быть ориентирован на представительство интересов не только членов объединения, но на реализацию законодательной политики в области труда и занятости, поскольку этот вид ассоциирования граждан – особый, и усмотрение последних в определении условий создания и деятельности профессионального союза регулируется не только гражданским, но и трудовым, административным и международным правом.

___________________

Федеральный закон от 01.01.01 г. «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» // СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 148; 2002. № 12. Ст. 1093; № 30, Ст. 3029, Ст. 3033; 2003. № 27 (Ч. 1). Ст. 2700; № 50. Ст. 4855; 2004. № 27. Ст. 2711; 2005. № 19. Ст. 1752.

Федеральный закон от 01.01.01 г. «Об общественных объединениях» // СЗ РФ. 1995. № 21. Ст. 1930; 1997. № 20. Ст. 2231; 1998. № 30. Ст. 3608; 2002. № 11. Ст. 1018; № 12. Ст. 1093; № 30. Ст. 3029; 2003. № 50. Ст. 4855; 2004. № 27. Ст. 2711; № 45. Ст. 4377.

Под общественным объединением понимается добровольное, самоуправляемое, некоммерческое формирование, созданное по инициативе граждан, объединившихся на основе общности интересов для реализации общих целей, указанных в уставе общественного объединения.

Федеральный закон от 01.01.01 г. «О политических партиях» // СЗ РФ. 2001. № 29. Ст. 2950; 2002. № 12. Ст. 1093; № 30. Ст. 3029; 2003. № 26. Ст. 2574; 2003. № 50. Ст. 4855; 2004. № 52 (часть I). Ст. 5272; 2005. № 1 (часть I). Ст. 9; 2005. № 30 (часть I). Ст. 3104.

См., например: О функциях советских профсоюзов // В сб.: Роль советских профсоюзов в регулировании трудовых отношений рабочих и служащих (материалы теоретической конференции). М.: Профиздат, 1972. С. 45-59.

О правовом положении российских профсоюзов в переходный период // В сб.: Российское трудовое право на рубеже тысячелетий: Всероссийская научная конференция. Часть 2 / Сборник материалов под ред. , . В 2-х частях. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2001. С. 78.

Например, считает, что все иные функции, кроме защитной (и представительской как ее подвида) у профсоюзов объективно исчезли в наши дни. См. об этом: Муромцев и классификация функций профсоюзов на современном этапе // Вестник Омского университета. 1998. Вып. 2. С. 103-105.

К вопросу о профсоюзах как субъектах советского трудового права // В сб.: Проблемы трудового права и права социального обеспечения. М.: Институт государства и права АН СССР, 1975. С. 88.

Подробный обзор и анализ литературы по данному вопросу см. в работе: Пашков функции советского трудового права // Правоведение. 1977. № 5. С. 67-78.

См., например: Иванов право переходного периода: некоторые проблемы // Государство и право. 1994. № 4. С. 54; Киселев право России. Историко-правовое исследование. Учебное пособие. М.: Изд-во НОРМА, 2001. С. 282-287 и другие работы.

См.: Смолярчук союзы и правовое регулирование трудовых отношений // Советское государство и право. 1969. № 12. С. 51.

Аппаков проблемы реализации защитной функции профсоюзов в переходный период // Правоведение. 1998. № 2. С. 104.

Курс российского трудового права в 3-х томах / Под ред. , , . Т.1. Общая часть / Под ред. . СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского ун-та, 1996. С. 443.

Цит. по: Процевский прав профсоюзов – реальность или миф? // Вестник Омского университета. 1997. Вып. 1. С. 107.

Скобелкин действий администрации с ФЗМК как юридическая гарантия трудовых прав рабочих и служащих // В сб.: Роль советских профсоюзов в регулировании трудовых отношений рабочих и служащих (материалы теоретической конференции). М.: Профиздат, 1972. С. 141.

Это означает, что при его отсутствии или «непредставительности» речь идет об ином представительном органе работников.

Ведомости Верховного Совета СССР. 1983. № 25. Ст. 382.

Кузьмишин возникновения представительства и полномочия в гражданском праве // Журнал российского права. 2000. № 8. С. 103.

Гинцбург профсоюза и трудовое правоотношение // Советское государство и право. 1970. № 11. С. 57-59.

См., например: Муромцев . соч. С. 105; Аппаков . соч. С. 103.

Догадов положение профессиональных союзов в СССР (очерки профсоюзного права). Л., 1928. С. 26.

, Шиглик и профсоюзы в развитом социалистическом обществе. М.: Профиздат, 1979. С. 60.

Цепин как субъекты трудового права // Советское государство и право. 1972. № 8. С. 38.

О субсидиарном применении норм гражданского права к трудовым правоотношениям // Советская юстиция. 1963. № 14. С. 18.

Предмет и система советского трудового права // Советское государство и право. 1940. № 2. С. 66.

Защитники получили оружие // Социальная защита. 1996. № 4. С. 23.