Колосов леса

Колосов леса. – М., Знание 1989. – 48 с.

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

Как уже было сказано, Советский Со­юз можно назвать страной лесов. В лес­ной зоне живет большая часть населе­ния страны. Дерево всегда было важ­ным материалом в хозяйстве, строитель­стве и быту. Лес связан с историей, культурой, бытом народов нашей страны.

Первые леса на Земле появились око­ло 400 млн. лет назад. С первобытных времен деревья и леса были почитаемы человеком как нечто священное, как вели­кий дар матери-природы. Многие десятки тысяч лет лес был пристанищем людей, их домом. Лес давал им не только укры­тие, но и пищу. Покинув пещеры, люди строили свои жилища, применяя дерево, из него они сооружали загоны для ско­та и долбили челны, изготавливали ору­дия труда и охоты. Дерево горело в их очагах в холодную пору.

У многих народов деревья обожествля­лись и становились предметом культа. В те далекие времена существовали свя­щенные рощи и дубравы. Эллины вери­ли, что в лесах и рощах обитают ним­фы-дриады, которые покровительствовали и оказывали помощь всем, кто чтит лес, кто выращивает деревья и ухаживает за ними. Со временем родилась традиция высаживать деревья в определенные дни года, и эти дни становились своеобраз­ными праздниками.

В Египте во времена фараонов деревья почитались еще и потому, что уже тогда были там редки. Хроники рассказывают, что фараон Рамзес III гордился своими военными успехами и тем, что повелел заложить плантации деревьев. Писцы так записали его слова: «Я засадил боль­шие земли деревьями. Сделал это, чтобы земля хранила влагу, а люди могли отдох­нуть в их тени».

Некоторые религии призывали своих приверженцев непременно высаживать деревья. Например, Коран требует от каждого мусульманина, чтобы он за свою жизнь «выкопал семь колодцев и посадил 70 деревьев».

Но дело, собственно, не в религиях, а в том, что люди всегда сознавали, как важен лес для нашего существова­ния на Земле.

Вначале лесов было много, поэтому никто из людей не представлял, что это богатство когда-нибудь может исчерпать себя. Наоборот, на первых порах разви­тия человеческого общества дремучие чащи мешали — затрудняли сообщение, занимали плодородные земли, столь нужные для сельского хозяйства. Поэтому их уничтожали, чтобы расчистить площа­ди для пашен, строительства селений и дорог.

В лесных районах России издревле из бревен строили избы, надворные построй­ки, остроги, крепостные стены и даже дворцы. Лес был и основным источником топлива.

Со времени зарождения в России лес­ного хозяйства как отрасли (первая четверть XVIII века) более 150 лет почти все общегосударственные лесные законополо­жения и заботы относились к выделению, охранению, рациональному использо­ванию, возобновлению и разведению ко­рабельных рощ. Обусловлено это было государственными потребностями в лесе для кораблестроения военного и торго­вого.

Выделение сначала заповедных лесов по жалованным грамотам (с XVI века), затем заповедных пород и заповедных расстояний вдоль сплавных рек (с 1702 го­да) и, наконец, дикорастущих корабель­ных лесов и корабельных рощ (с 1765 го­да) неразрывно было связано с социаль­ным и экономическим развитием нашей страны.

В лесных законах Петра I с 1703 го­да впервые для государственных нужд были выделены заповедные древесные породы.

Деревья заповедных пород в заповед­ных расстояниях (а деревья дуба и вне их) предназначались только для госу­дарственных нужд, преимущественно для военного кораблестроения.

С 1765 года все бывшие заказные казенные леса получили официальные на­звания корабельных лесов и корабельных рощ. Но хотя им уделялось особое вни­мание, в дореволюционный период они нещадно эксплуатировались. До 80-х го­дов XIX века они удовлетворяли потреб­ности кораблестроения в древесине.

Всем своим военно-морским победам в начале XVII века и до 80-х годов XIX века Россия в значительной мере обя­зана русскому лесу. На строительство кораблей в европейской части страны бы­ли вырублены лучшие корабельные ле­са, коренные древостой дуба, сосны, лист­венницы.

Поэтому с усиленной эксплуатацией корабельных лесов были попытки и их сохранения, составлялись проекты их возобновления и разведения. В 1801 го­ду Лесной департамент даже разработал два проекта, в каждом из которых пре­дусматривалось разведение 300 корабель­ных дубовых рощ: для Черноморского, Балтийского и Астраханского флотов. Ежегодно предполагалось создавать по од­ной роще, а через каждые 10 лет еще по одной резервной, чтобы через 300 лет иметь по 330 корабельных рощ с 300-лет ним оборотом рубки. Были подобраны даже площади для 44 таких рощ и нача­то их разведение. Аналогичный проект был разработан и в 1817 году. Но все эти проекты не были утверждены царским правительством, не подкреплены ассиг­нованиями и в целом были частично ошибочными. Не могли они быть осу­ществлены еще из-за полного отсутствия специалистов. Только в 1803 году было открыто первое в мире и в нашей стране высшее лесное учебное заведение — Царскосельское лесное училище, ныне Лесотехническая академия им. С. М. Ки­рова.

Многие корабельные леса, располо­женные вдоль основных рек в европей­ской части страны, в течение почти 200 лет снабжавшие отечественное кораб­лестроение высококачественной древеси­ной, были вырублены еще до Великой Октябрьской социалистической револю­ции, что, несомненно, сказывается и на со­временном состоянии наших лесов. Об­щая лесистость прибрежных территорий и сегодня еще в два-три раза меньше лесистости отдаленных от рек районов. Но благодаря усилиям многих поколений лесоводов десятки бывших корабельных рощ частично сохранены, в большей ме­ре возрождены и знамениты сегодня своей высокой продуктивностью - Они явля­ются хранителями и образцами богатей­шего лесокультурного опыта, учебными или опытными объектами высших и сред­них учебных заведений, научно-исследо­вательских институтов и опытных стан­ций. К ним относятся Линдуловская лист­венничная корабельная роща под Ленин­градом, Теллермановекие дубравы и Ши­пов лес, Корабельное лесничество Жито­мирского лесхоззага, Тульские засеки, Бузулукский бор, Буда-Кошелевские дуб­равы и Хреновский бор, Большесурская и Фащевская опытные дачи и многие другие.

Лишь в годы Советской власти стало возможным принять меры не только по сохранению, но и увеличению площади лесов.

РАССКАЗЫ

О ПРОФЕССИЯХ

Какой он, лес!

С запада на восток, от Балтики до берегов Тихого океана, простираясь на 10 тыс. км, пересекая хребты Урала, Сибири и Дальнего Востока, растут леса умеренного пояса. Они сосредоточены в основном между 50 и 70° с. ш. Зона ле­сов граничит на севере с тундрой и на юге со степной зоной и полупустынями. Лесная зона разделяется на две подзоны: северную подзону смешанных лесов с пре­обладанием хвойных пород и южную под­зону смешанных лесов с преобладанием лиственных пород.

Что же такое тайга? Тайга — это название леса, образованного одним или немногими видами деревьев из группы еловых, иногда с примесью немногочис­ленных лиственных пород. Она представ­ляет собой особую географическую об­ласть, природа и жизнь в которой зна­чительно отличаются от других областей земного шара. Ель, сосна, лиственница, кедр, пихта — основные породы тайги. К ним примешиваются береза, осина, ольха, а на востоке — тополь. Густые массивы чистой ели, кедровых лесов или лиственницы тянутся нередко на огромные расстояния. Отсюда названия — ель­ник, кедровник и т. п. В таежном кед­ровом лесу чаще всего наблюдается единственный ярус, так называемый под­лесок отсутствует, много болот.

Для тайги характерен резко конти­нентальный климат с продолжительной зимой и коротким теплым летом; подзо­листые и болотные типы почв; почти сплошные, в большинстве вечнозеленые леса с большим количеством ценных пуш­ных животных.

Деревья в тайге растут густо и беспо­рядочно. Их высокие пышные кроны об­разуют зеленый «потолок», сквозь кото­рый с трудом пробиваются солнечные лу­чи. В глубине таежных лесов царит по­лумрак, сырой воздух летом наполнен ароматом хвои. Растения удивительно переплетаются между собой и создают фантастические формы. Стволы и нижние ветви хвойных деревьев часто покрыты плотным покровом серо-голубых лишай­ников. Иногда можно видеть, как упавшие деревья, нагромождаясь друг на друга, образуют завалы. Их ветви, тесно соеди­нившись между собой, создают непрохо­димые преграды. По таким таежным ле­сам трудно двигаться без дорог и троп. В дремучих таежных лесах причуд­ливо соседствуют молодой подрост и ве­ковые деревья, валежник с буреломом, живые и мертвые растения. Иногда тай­га неожиданно сменяется лиственными лесами из березы и осины, появивши­мися на месте вырубок и гарей.

В зависимости от состава лесообразующих пород и с учетом густоты леса раз­личают темнохвойную тайгу, древостой которой образованы елью, пихтой, иногда сибирским кедром, и светлохвойную с господством лиственницы и сосны. На большей части территории лесной зоны преобладает темнохвойная тайга, которая захватывает Архангельскую область. Ко­ми АССР, Урал и Западную Сибирь. В Вос­точной Сибири господствует светлохвойная тайга. В европейской тайге, где кли­мат мягче, чем в Сибири, преобладают ель и сосна с примесью березы, ольхи, осины, черемухи.

Тайга Восточной и Западной Сибири имеет существенные различия. Огром­ные пространства Западно-Сибирской низ­менности заболочены. Возвышенные участки ее заняты урманами — гус­тыми темнохвойными лесами из ели, пихты, кедра. Под густыми ветвями всег­да сыро и сумрачно. Здесь мало кустар­ников, цветов и трав, но на болотах мно­го клюквы, брусники, черники и других ягод.

Иной вид имеет восточносибирская тайга. Гористый рельеф, суровый, резко континентальный климат Восточной Си­бири влияют на характер ее раститель­ности; тайга здесь светлая, мало валеж­ника, мхов, лишайников. Под ярким солн­цем, закаленные сибирскими морозами, овеянные сухими ветрами, растут могу­чие деревья. Это царство лиственницы. Она любит много света, не выносит сырых мест, поэтому в глубоких падях и до­линах рек лиственница встречается редко, там господствуют ель и пихта. Их гус­тые кроны тесно смыкаются ветвями и мало пропускают света. В таких лесах зимой и летом царит полумрак.

Было бы неправильно думать, что тайга — это сплошной массив леса. Со­временная тайга не представляет собой цельного зеленого покрова. Ее прерывает река, болото или вырубка, иногда посреди леса неожиданно открывается поселок или даже город. В тайге построены желез­ные, автомобильные и лесовозные дороги. Ожили большие и малые таежные реки. По их водным просторам часто плывут вереницы огромных плотов — это лес идет на новостройки. Тишину когда-то нетро­нутого леса нарушают теперь заводские и тепловозные гудки, смех и песни лю­дей, шум мотора, гудок автомобиля, рокот пролетающего самолета и вертолета. Тайга стала районом крупнейших заго­товок «зеленого золота» — леса.

В европейской части СССР к югу от тайги лежит подзона смешанных лесов. В этой полосе к хвойным и мелколист­венным породам тайги присоединяются отдельными деревьями или небольшими сплошными массивами широколиствен­ные породы: дуб, липа, клен, ясень и др. Болот здесь значительно меньше, чем в тайге, а на юге они почти совсем исче­зают.

Смешанный лес в отличие от тайги светлый, солнечный. Иногда участки его состоят из однородных деревьев: то изумрудных елей, то веселой березы, то трепетной осины или сосны, а иногда все эти деревья растут вперемежку. Лиственный лес, вкрапленный в зону сме­шанных лесов, по своему облику значи­тельно отличается от хвойного. Первое, что обращает на себя внимание, — это значительное разнообразие древесных по­род. Наряду с основными лесообразующими породами — дубом и липой, встре­чаются ясень, вяз, граб, бук, ильм и много других. Вторая особенность лист­венного леса — его многоярусность. Под пологом крупных деревьев располагаются деревья меньшей высоты — рябина, чере­муха, дикая яблоня, еще ниже — бога­тый подлесок, в состав которого входят кустарники — орешник, калина, круши­на, жимолость. Третья особенность — от­сутствие мохового покрова и развитие на сравнительно плодородной почве бога­той травянистой растительности. Широколиственные породы не поднимаются к северу за параллель Ленинграда. Дуб и липа, наиболее характерные представители широколиственных распускают весной свои крупные листовые почки на 15—20 дней позже, береза и осина, и поэтому на севере, где лето короткое и быстро надвига осень, не успевают развить семян. Береза же и осина, являясь деревьями-скороспелками, за короткое лето имеют возможность завершить все свои жизненные процессы.

Все породы смолистых деревьев — сосна, ель, пихта, кедр и другие — называются красным лесом или краснолесьем. Отличительное их качество состоит в том, что вместо листьев они имеют иглы, которые не теряют зимой, а меняют их постепенно весной и в начале лета; осенью же иглы становятся полнее, свежее и зеленее, следовательно, встречают зиму во всей красе и силе. Все остальные породы деревьев, теряющие свои листья осенью и возобновляющие их весной, как-то: дуб, клен, ясень, граб, вяз, осокорь, липа, береза, осина, ольха и другие — называются черным лесом или чернолесьем.

Лее и кусты, растущие около рек местам, которые заливаются полой водой, называются уремой. По большим средним рекам, берега которых часто песчаные, урема состоит предпочтительно из вяза, осокоря, ракиты или ветлы достигающих огромного роста и объема, к этим деревьям примешиваются черемуха, рябина, орешник и крупный шиповник.

По берегам небольших и быстрых рек, протекающих по черноземному грунту урема состоит из берез, осин, ольхи, черемухи и рябины, кустов калины, жимолости, боярышника, тальника, смородины и других пород.

Всего в лесах Советского Союза произрастает около 1500 видов деревьев и кустарников. Господствующее положение занимают хвойные породы.

Велики просторы нашей Родины, разнообразна и ее природа. На многие сотни, а иногда и тысячи километров раскинулись лесные богатства. Мы коснулись лишь части их, но без этого рассказа нельзя представить и суть работы людей, посвятивших свою жизнь леса.

Лесная нива

Лесничий

Большая часть лесов СССР находится в ведении органов лесного хозяйства — лесхозов, которые занимаются выра­щиванием леса, уходом за ним, заготовкой и переработкой древесины и так называе­мой не древесной продукции — лесных плодов, орехов, грибов, лекарственных трав и других даров леса. Но непосредст­венная работа в лесу осуществляется в лесничестве, которое возглавляет лесничий.

Династия Коминых в лесном хозяйстве Иркутской области пользуется заслужен­ной популярностью. Дело в том, что не одно уже поколение этой большой семьи связало свою жизнь с лесом, но, пожалуй, лишь одному удалось стать лесничим в столь молодом возрасте.

Владимиру Комину нет еще и тридца­ти. С детства рос в лесу, но профессию выбрал не сразу. После окончания техни­кума работал организатором спортивной работы в Уковском совхозе, но удовлетво­рения не было. Тяга к лесу и семейные традиции перетянули. После недолгих раздумий принял предложение возглавить Уковекое лесничество Алзамайского лес­хоза. Немало было сомневающихся в спо­собностях молодого лесничего, но не про­шло и года, как стало возможным го­ворить о заслуженном у людей авторитете Владимира.

— Уважительный, — говорили одни.

— Справедливый, — подтверждали другие.

— Молодой, но дело знает, — согла­шались третьи.

Владимир Комин сначала долго не соглашался, чтобы о нем писали.

— Есть люди более заслуженные, чем я. А мой стаж пока не позволяет быть героем вашего очерка.

Со временем разговоры о необходимос­ти и сущности профессии лесничего вытес­нили сомнения. Рассказчиком Владимир оказался интересным и неравнодушным.

— Наше дело имеет древнюю историю. Уже в XIV—XVII веках учреждались засеки» — заповедные леса военного зна­чения по южной границе леса Русского государства. В «засечных лесах» деревья были повалены широкой полосой в сторону возможного нашествия врага, что дела­ло их непроходимыми для конного войска. Всем, кроме ратников охраны, запреща­лось входить в «засечные леса», и тем самым в них сберегалась богатая фауна, как в современном заповеднике.

Обширные мероприятия по охране при­роды, носившие общегосударственный характер, были проведены при Петре I. Особенно большое внимание уделялось охране лесов. Так, в малолесистых райо­нах запрещалось использовать лес на дрова, и приказано для отопления разрабаты­вать торф. Один из указов предусматривал охрану лесов по берегам рек в 20—50-вер­стной полосе. Леса эти как водоохранные и корабельные были объявлены заповедны­ми. Под угрозой сурового наказания запрещалось рубить дубовые леса помещи­кам на их землях. Были заложены город­ские леса в Москве и Петербурге, «Апте­карский» (ботанический) сад в Петербурге, загородный сад в Таллинне (Ревеле) и многое другое.

— Сейчас работа лесничего стала более содержательной?

— Мне кажется, что самое инте­ресное — это сажать и выращивать новые леса. Прежде чем посадить маленькие деревца, надо подумать о размещении их на площади, о сочетании древесных пород. Ведь если сделать это неумно, например, посадить березу рядом с лиственницей сибирской, то растения скоро начнут мешать друг другу, потому что и береза и лиственница — быстрорастущие и светолюбивые породы и между ними скоро наступит острая, непримиримая борьба за существование. Если посадить березу с елью, тогда другое дело: ель теневыносли­ва, растет медленно, займет в лесу второй ярус и будет жить в мире со своей быстрорастущей соседкой.

Но и после того как молодой лес поса­жен, с ним немало хлопот: то появились сорняки, и нужно подумать, какие средст­ва лучше применить, чтобы поскорее избавиться от них. то обнаружатся страш­ный враг лесов — личинки майского жука или другие вредные насекомые, то забрел сохатый и пообкусал вершинки. Лесные посадки все равно, как дети: о них нужно постоянно заботиться до тех пор, пока они не окрепли и не возмужали. Но зато как радуешься, когда деревца подрастут, сом­кнутся кронами, будто друг с другом за руки возьмутся. Тогда они могут уже и сами за себя постоять.

Лесничий строит в лесу дома для рабочих и лесной охраны, дороги, мосты, осушает болота. Лесничий должен быть и землемером — ведь ему постоянно при­ходится делать съемки, местности, чертить планы. Лесничий немного архитектор и художник — ему положено составлять проекты новых лесов, которые должны быть не только производительными, но и красивыми,

— И все один?

— Нет, конечно. В лесничестве рабо­тают лесоводы, лесники, рабочие. Леса у нас большие, работы много, одному здесь не справиться.

— Мы привыкли считать тайгу не­объятной, но сейчас много говорят и пишут о том, что в местах традиционных лесо­заготовок для лесорубов работы почти не осталось.

— К сожалению, это так. Мы были уве­рены в неисчерпаемости лесных богатств. Но, например, местному Кимияьтейскому леспромхозу их хватит всего на три года. Лес добирают по косогорам, по лощинам, по берегам речек и ручьев, а это озна­чает, что ручейки пересохнут и будущим лесам негде будет брать влагу. А новому лесу расти тридцать лет. Нельзя считать и выходом планируемый вахтовый способ заготовки леса в Тофаларской тайге, пожалуй, еще единственном нетронутом месте Иркутской области. Ведь там бога­тейшие и вековые кедровники.

— Приходится вступать в конфликт с леспромхозом?

— Только при нарушении правил пользования лесами. Мы обязаны следить, чтобы вырубка была в границах отведен­ных делянок. Заготовка леса не должна создавать пожароопасной обстановки. Представьте, что лесорубы мешающий им молодняк свалили трактором. Такой лес не вывозится, а сухая сосна от малейшего огонька вспыхивает как порох. Казалось бы, красный цвет сухих сосновых иголок уже должен предупреждать об опасности пожара, но очень часто допускается преступное равнодушие. План не должен вытеснять совесть.

— Для противодействия необходимы права.

— Если не помогают предупреждения и штрафы, органы лесного хозяйства в праве приостановить работы, если они представляют опасность для состояния и воспроизводства лесов.

Запрещена также незаконная рубка и подсочка Лесов.

Так что лесничего можно считать го­сударственным контролером по охране лесов.

— Пожалуй, для выполнения столь важных функций опыта и приобретенных навыков недостаточно? Необходимы и спе­циальные знания.

— Поэтому пришлось съездить в Ново­сибирск и поступить еще в один техникум.

— Почему не в институт?

— Не хватает времени. Знания нужны сейчас, а институт я отложил на потом. Думаю поступать в юридический, ведь и лесам нужна правовая защита. А сейчас пока очень хорошо помогает моя жена Оля — она у меня дипломированный техник-лесовод.

— Та семейственность, которая себя оправдывает?

— Что поделаешь, если чуть не каждый Комин работает в лесу? Им и достается от меня больше, чем другим. Приходится иногда дома извиняться. А без знаний даже у родни авторитета не заработаешь.

А лесничему они нужны самые разные. Ему приходится не только растить и охранять леса, защищать ах от всяких бедствий, лечить деревья, умело проводить рубки ухода за лесом и санитарные рубка, но и охранять полезных диких животных, птиц, рыб, насекомых, бороться с вредителями.

— Представителю вашей профессии приходится встречаться и о опасностью, ведь тайга остается тайгой?

— Мы не задумываемся об этом. Рабо­та есть работа. Приходится, и заночевать в тайге, а со зверем встретиться. Конечно, смелость и находчивость нужна, иначе как справиться, например, с пожаром. Расте­рялся, оказался неумехой — и лес сгубил, и сам можешь погибнуть. Пришел рабо­тать в лес — изучи и знай его, полюби как свой, дом, относись по-хозяйски, — и все будет в порядке. Не забывай с ува­жением относиться к людям — всегда помогут. Человек в лесу не одинок. С такими заповедями живем и работаем.

— Спорт помогает?

— Есть на кого равняться. Известный в прошлом сильнейший по тем временам тяжелоатлет Василий Алексеев в молодые годы был лесорубом, трелевщиком и сплавщиком леса, а позже закончил лесотехнический институт. Известный миру борец Александр Медведь родился и вырос в семье лесника. Прославленный баскетболист Крумнньш сам был лесни­ком. Да что там спортсмены, говорят, и Сократ немало потрудился в лесу.

— У лесничества, кроме насущных за­бот, хватает и других дел?

— Мы заготавливаем застывшую смо­лу — камедь, чагу — березовый гриб, кед­ровый орех. Это существенная добавка к зарплате работников лесного хозяйства.

— В прошлые времена кедровое масло ценилось на вес золота.

— Оно и сейчас не менее ценное.

С кедровой тайгой русский человек знаком давно. Уже первые жители Севера и ходоки из Великого Новгорода, продви­гаясь на восток, за Урал, в Югру — Си­бирь, более восьмисот лет назад охотились в кедровниках, собирали орехи и полу­чали ценную древесину. Четыреста лет назад дружинники Ермака, перевалив Урал и выйдя по рекам в Сибирь, уви­дели, что там, в Сибири, «великое мно­жество кедровых и сосновых лесов, а в них в изобилии водится ценный пушной зверь» — соболь, белка, куница, колонок, лисица, горностай, а также лось, бобр, медведь, росомаха и всякая пернатая дичь. Здесь же на исходищах сибирских рек «дебрь плодовитая», пригодная «на жатву и скотопитательные места», и много различные травные цветы», лечебную и пищевую пользу которых описал первый ученый-врач Иоганн Мессершммдт, послан­ный в Сибирь Петром Первым изучать природные особенности и ценности тогда загадочной и малоосвоенной Сибири. В 1701 году Семен Ремезов составил первую карту части кедровых лесов. Уже тогда под страхом смертной казни запрещалось жечь сибирские кедровые леса, где производится соболиный лов. О продаже кедровых орехов в Персию и Швецию писал современник Петра Перво­го Иван Посошков в своей книге «О скудо­сти и богатстве».

В кедровой тайге лучшая охота. Если вкус кедрового целебного масла известен сейчас немногим, то уж что такое кедро­вый орех — знают все. Из древесины изготавливают лучшие карандашные лафеты, удивительной красоты мебель и художественные изделия. Кстати, кедро­вые бочки гарантируют свежесть пищевых продуктов долгое время. Поэтому так волнует сохранность кедровников. Необхо­димо создать и новые леса. Кедр — символ долголетия и красоты тайги, которую мы призваны охранять и беречь.

Убежденность в словах Владимира Комина позволяла ему верить. Я горжусь своей профессией и предан ей, но смотрел на уверенного в своей правоте, истинно по-мужски красивого лесничего и чуть завидовал ему, ибо знал, что общение с лесом сделало его таким. В тайгу пришел молодой хозяин, который знает, что нужно для будущего. А пока он думает о созда­нии школьного лесничества. Уверен, мальчишки и девчонки пойдут за Влади­миром, у них есть пример для подража­ния.

Лесовод

Двор Уковского лесничества вплотную примыкает к лесу. Прохожу мимо трактора, автомобиля, производственных построек. На минутку останавливаюсь полюбоваться на чувству­ющих здесь себя вольготно белок. В хоро­шо натопленном чистом помещении нас встречает уже знакомая техник-ле­совод Ольга Комина.

В лесничество Оля была направлена после окончания техникума. Думала отра­ботать свое время и вернуться в родные края. Но вышла замуж, родился сын Мишка, — и судьбы другой не желает. С мужем, лесничим Владимиром Коминым, полное взаимопонимание на работе и дома. Помогает мужу, свое Дело знает, ведет хозяйство, начали строить свой дом, и жалеет Оля подружек по техникуму, которые так и не стали работать по спе­циальности. Уверена, что к выбору про­фессии, как и к жизни нужно подхо­дить серьезно.

— Романтика работы лесовода в раскрытии тайн живой природы. Пред­ставьте, что совсем недавно в Индии найде­но дерево, листья которого несут сильный электрический заряд, ощутимый для че­ловека и заставляющий метаться стрел­ку компаса за двадцать метров от ство­ла. А на Филиппинах растут деревья чан-га, плоды которых, если их поджечь, горят голубоватым пламенем. Ботаники утверждают, что это так называемые неф­теносные деревья. Разве не интересно?

А будничные наши дела в сохране­нии той самой природы. Но опять же не так, как в Индии, где члены доброволь­ного общества по охране леса (называю­щегося «Обними дерево») при угрозе вы­рубки бегут в лес и обхватывают руками свои деревья и не дают пилить лесорубам. Наши задачи более реальны.

— Оля, лесовод — это широкое поня­тие и узкая специальность. Поясните, пожалуйста.

— Профессия лесовода многогранна. Высшая наша квалификация — инже­нер лесного хозяйства. Ее можно получить в институте, где даются углуб­ленные знания по физике и химии древе­сины, ботанике, физиологии растений, почвоведению, геологии, метеорологии, ге­нетике, селекции, дендрологии. Каза­лось бы, разноплановые науки, но биоло­гические знания позволяют понять жизнь растительного мира, метеорология помога­ет устранить вредное влияние погодных и климатических условий на лес. С помощью генетики и селекции удается сохранить зеленое богатство в наиболее жизне­стойкой и продуктивной форме, а геология и почвоведение позволяют не только да­вать рекомендации по использованию ле­сов, но и прогнозировать их будущее с учетом мирного сосуществования и лесного, и сельского хозяйства, и. добывающей промышленности.

А взять такую экзотическую профес­сию, как лесопатолог, которой у нас в Алзамайском лесхозе обладает Надеж­да Степановна Козлова. В ее обязанности входит «лечение» леса. А это означает, что нужно определить болезнь деревьев и провести «лечение», а иногда и назна­чить «хирургическое вмешательство», то есть там, где это необходимо, провести санитарные рубки. Вроде бы и незаметная работа, а позволяет сохранить лесные запасы, да и некоторых безответственных лесорубов призвать к порядку.

Если же говорить об узкой специа­лизации, то здесь показательна роль лесо­водов-лесоустроителей. Основная фигу­ра лесоустройства —инженер-таксатор.. Подобные специалисты должны раз­ведать, какие в лесу древесные породы и где они растут, каков их запас, высота, возраст, диаметр, описать подрост и под­лесок, почвы, вычислить объемы валеж­ника и сухостоя, отметить участки, по­раженные вредителями. В зависимости от этих условий они разграничивают лес. Все эти сведения наносят на специальные лесные карты-планшеты и планы лесона­саждений и записывают в таксационные описания, прилагаемые к картам. С по­мощью этих материалов лесоустроители рубят просеки, разграничивающие лес­ные кварталы, лесоводы ориентируются в лесу, находят нужный участок леса, пла­нируют свои работы по уходу за ним и определяют допустимый размер пользо­вания лесными богатствами, объем лесо­заготовок, места охоты, сбора ягод и гри­бов, пастьбы скота, сенокошения. Установ­лено, что повышение на один процент точности отводимого в рубку леса позво­ляет, например, только в Вологодской об­ласти экономить в год 700 гектаров ле­са.

Лесоустроительные экспедиции, в кото­рых работают таксаторы, располагаются в городах и крупных населенных пунктах. В лес они выезжают на летний период, но тут их ждут и лесные завалы, и ре­ки, и болота, и непогода. Зимой и осенью обрабатывают полученные материалы по месту расположения экспедиций-

— Экспедиционные условия предъ­являют, видимо, к человеу и особые тре­бования?

— Работник лесоустройства должен быть крепким, выносливым, способным переносить все трудности походной жизни. Лесоустроители, как и геологи, должны уметь совмещать умственную работу с самым упорным физическим трудом, ми­риться с отсутствием элементарных бы­товых удобств. Помимо знаний в области лесоводственных наук, лесоустоитель должен хорошо владеть навыками следопыта,, уметь обращаться с оружием, раз­вести в любую погоду костер, выбрать место и разбить лагерь, приготовить пи­щу, оказать помощь пострадавшему. Еже­дневно он с рюкзаком на плечах прохо­дит до 20 км. Это не просто прогулка, это движение по узким просекам и визи­рам, по чащобам и завалам, переходы че­рез горние реки, ручьи и болота. И еже­годно на новом месте,

— Такие же требования я к технику-лесоводу?

— У нас нет экспедиционной работы, но расслабляться нельзя.

После того как лес достигнет опреде­ленного возраста, его вырубают. Опреде­лить способ вырубки — сплошной, посте­пенный или выборочный — должен лесо­вод. Он же следит, чтобы при лесозаго­товках сохранялся подрост, не повреждал­ся при валке деревьев. После вырубки на лесосеке происходит процесс лесовостановления, формирования нового моло­дого поколения леса. С учетом всех тре­бований и подбирается технология разра­ботки лесосеки. После окончания лесоза­готовок устанавливается площадь, на которой необходимо создать лесные куль­туры, определяется технология этих ра­бот.

Создание лесных культур — сложное дело, которое требует большого умения, опыта и знаний. Первая задача тут — за­готовка лесных семян. От их качества зависит будущее насаждение, ибо, как гласит народная пословица: «От дурного семени не будет хорошего племени». С этой целью лесхозы заготавливают ты­сячи тонн семян различных древесных и кустарниковых пород.

Как это непросто, нужно испытать са­мим. Чтобы собрать семена с хвойных деревьев, нужно обязательно найти высо­кое и стройное дерево, так как хороший результат дают лишь взрослые элит­ные экземпляры. Затем надо добраться до шишек на краю веток — самых зрелых.

— Каскадер какой-то, а не лесовод.

— Собранные семена используются для создания лесных культур. Иногда семена высевают на специально подго­товленной площади, а иногда в питомни­ках, откуда саженцы уже попадают на место «постоянной прописки».

— И все вручную?

— Это просто невозможно. Отведенные участки пашут, почву рыхлят, боронуют, уничтожают сорняки. Посадка сеянцев производится специальными лесопосадоч­ными машинами, а семена высеивают лес­ными сеялками.

— Теперь можно и отдохнуть!

— И после посадки сеянцы нуждаются в уходе. Все как в хорошем плодовом саду. Лесовод следит, чтобы хорошо раз­вивались наиболее крепкие саженцы. Иногда, кроме естественного прорежива­ния, необходимо и вмешательство че­ловека.

— Мы уже говорили, что лес восста­навливается за тридцать лет.

— Значит, каждый лесовод имеет воз­можность вырастить за свою жизнь це­лый лес. Какая другая профессия позво­лит сделать это?

— Многие наши читатели живут там, где лесов нет и профессия лесовода для них не очень-то привлекательна.

— Это заблуждение. В степных зонах леса сохраняют почву от эрозии. На Край­нем Севере лес оберегает тундру. Во мно­гих городах работают лесоводы, так как лесопарковые зоны заслуженно зовутся «легкими» или «поставщиками кислоро­да» для городов. Вот какая нужная у нас профессия! Ведь недаром звание за­служенного лесовода есть в каждой нашей республике.

— Оля, а не тяжела для женщины такая работа?

— Не больше, чем другая. Для меня лучше и интересней нет. Когда мы всей семьей собираемся, мама Володи не раз­решает говорить о работе. Представьте ее положение: муж — лесник, сын — лесни­чий, невестка — лесовод. Но мы все равно не удерживаемся, ведь такая рабо­та — наша гордость и наша жизнь. Дру­гой и не нужно.

Лесник

Нет никакого смысла кричать «Ау». Мы прекрасно знаем из песен В. Высоц­кого, что водится в старых муромских лесах, но где найти лесника Бориса Семеновича Козлова, не знает никто.

— В лес пошел, — говорит Елена Ва­сильевна Козлова. — Может, заночует, а то и дня на три задержится. Ему что лес, что дом родной. Под каждым кусти­ком и постель и обед. Беспокойный он у меня. Прослышал, что туристы прошли, народ шебутной, ненадежный — и костер оставят, и деревья без толку пова­лят, Да и других забот хватает, мало ли дел у лесника. А я вот по дому хлопочу. Хозяйство на кордоне большое. Дом крепкий, рубленый, из потемневшей от времени древесины. Елена Васильевна, или тетя Лена, как она со смущением по­просила не называть, доит корову Катьку, на очереди коза Машка, затем нужно на кормить борова Ваську, кур, а в загоне наперегонки бегают пес Звонок с лисенком Малышом, который меньше всего соответ­ствует своему имени.

— Нашли подранком, хозяин на себе принес. Стоял теленочек маленький, дро­жал, а в глазах слезы то ли от боли, то ли от обиды, а может, от страха. Без мам­ки ведь остался. Жалко нам его стало, из бутылочки как ребенка выкормили, вон какой вымахал, настоящим быком стал.

Удивлению нашему не было конца. Боров Васька оказался диким кабаном, которого также маленьким нашел лесник. Старый медведь решил полакомиться ка­банятами, но мать не дала семейство в обиду. Сама погибла, но и медведь ушел, несолоно хлебавши и изрядно помятым.

— Подождем сына, а потом и ужинать сядем. Игорь на лошади в поселок поехал грибы сдавать, да и младший с ним увя­зался. Надо форму к школе купить, сей­час ведь каникулы. Они у меня самостоятельные, добрые помощники растут.

Скоро будут. Звонок навстречу убежал. Бесполезная для леса собака, да на кордо­не с ней веселей. Пока утром свои вла­дения обегал, упустил и сыновей и хозяи­на. С Борисом собаки надежные, охот­ничьи, Туча да Буран.

Вот и сыновья пришли. Ребята, Игорь и Иван, сначала стесня­лись незнакомых людей, но впечатления от нечастой поездки переполняли их, и скоро, взахлеб, перебивая друг друга, они стали делиться ими, показывать покуп­ки, примерять обновки.

— Дети есть дети, — счастливо сму­щалась Елена Васильевна, хлопоча над ужином.

Кушайте, кушайте, пожалуйста. Все свое, домашнее. Картошечка рассып­чатая, капуста сладкая да хрустящая. Вот грибочки, компот из смородины лесной. У вас в городе такого нет. Осоловелые от хлебосольства, мы слушали рассказ хозяйки о том, как она познакомилась с мужем..

Шла Леночка по улицам города, где прожила всю свою семнадцатилетнюю жизнь. Шла и дивилась красе весеннего Архангельска. Словно впервые деревянные домишки с резными наличниками. Радовалась распустившейся листве на деревьях, недолгому северному солнышку. Ничто не предвещало беды. Трое пьяных заезжих рыбаков (как выяснилось позже, списанных за пьянство и лень с корабля) появились на дорожке внезапно. Куражась, с бранью и хохотов приставали к девчонке, крики о помощи только распаляли их. Откуда взялся юный морячок в военной форме. Лена и не увидела. Опомнилась лишь тогда, когда хулиганы с проклятиями и стонами валялись на земле, а матрос вытирал её слезы. С тех пор Лена и Борис уже не расставались, а как закончилась военная служба, поженились и приехали на родину моряка, вскоре ставшего лесником, так как еще до флота он успел получит диплом о среднетехническом образовании. Вот уже 16 лет Козловы живут на кордоне, здесь родились и Игорь, и Иван здесь обрела Елена Васильевна свое счастье.

Заспавшихся гостей утром разбудил лесник Борис Семенович Козлов. Уже первое впечатление от фигуры хозяина дома подтверждало рассказ Елены Васильевны. Высокий, стройный, широкий в плечах, сорокалетний мужчина двигала споро и ловко, но без суеты, бесшумно и уверенно.

— Надежный мужик, — невольно мелькнула мысль, но была услышана

— Сила! — с восхищением выдохнул мой спутник Саша Климачев, фотокорреспондент из районки. Несмотря на то, что его громоздкую фотоаппаратуру от которой он изгибался интегралом, всю дорогу нес я, спорить с Сашиным определением не приходилось.

Против обычного разговор с журна­листами повел лесник. Борис Семенович расспрашивал о наших делах-заботах, столичных новостях, театральных премь­ерах, интересовался книжными новинка­ми, чем немало смутил меня. Саша вооб­ще сник, ведь он собирался снимать «лесного» человека, а тут в глухомани живет человек, эрудиция и смелость мыш­ления которого под стать литературному или театральному критику.

Видя нашу растерянность, Борис Се­менович рассмеялся:

— Мы в лесу работаем, нам дичать нельзя. Здесь и так хватает «природолюбов», которые будто в палеолите ро­дились.

— Вы имеете в виду туристов?

— На этот раз все обошлось без заме­чаний. Организованные группы не вызы­вают беспокойства. Другое дело «дикие», вот уж точно иногда как «дикари». Костер — так из целых деревьев, да еще забудут потушить. После них, как на свалке, — консервные банки, бумага, бутылки кругом.

И других забот хватает. То горе-охотники забредут в неположенное им время, то кто-то рыбу вздумает ловить варварскими способами.

— Но разве это ваша забота?

— Это забота каждого честного чело­века, я же, кроме того, государственный инспектор лесничества. Знаете, как меня браконьеры зовут? «Возмутителем спо­койствия». Что ж, я горд, если они потеря­ли покой. Иногда зовут хозяином, вклады­вая барский смысл. Но я приехал сюда насовсем, здесь живу и работаю, здесь растут мои сыновья и их друзья, могу ли

в этом случае относиться к лесу не по-хозяйски? А что думают оставить своим детям те, для которых лес как бездон­ный карман? Вот у Малыша убили мать, осиротили лосенка. Лосиха была перво­телка, да и Малыш бы погиб.

Когда я вижу, что губят лес, кроме законного возмущения, всегда испытываю недоумение: как же умные люди не за­мечают, что под собой сук рубят? Не мо­гу ни понять, ни простить бездушных и преступных людей.

— Сурово.

— Иначе нельзя. Лесник на участке один, не всегда вызовешь подмогу, а у браконьера соучастники, техника и зако­ны он знает. Жизнь потребовала лесника новой формации — знатока своего дела, человека, влюбленного в природу, грамот­ного, уверенного в себе, мобильного... Словом, такого, интеллект и моральная сила которого могли бы противостоять численному и техническому превосходству браконьера.

— Когда говорят о лесниках и лесору­бах, подразумеваются две противостоя­щие силы.

— В корне неверная мысль. Сотрудни­ки. Лес нуждается в обновлении. Вырубка так же необходима, как и восстанов­ив. Есть, конечно, заповедники — памятники природы, они неприкосновенны, большая часть лесных богатств идет нужды человечества. И при разумном пользовании эти запасы неисчерпаемы. В точной Антарктиде найдены остатки лесов, росших там около трех миллионов назад. Принимайте за шутку или нет, я хочу, чтобы на моем участке также грез три миллиона лет рос лес.

— И все же бывают трения с лесозаготовителями?

— К сожалению. Сейчас много говорят, что древесины для промышленности не хватает. Но лесорубы оставляют в делян­ках сотнями кубов заготовленных, но не вывезенных деревьев. Через несколько лет эта древесина не будет годна и на дрова. Бывают недорубы на отведенных участках, иногда мощной техникой уничтожается подрост. Штрафы незначительны, а убытки, пожалуй, на миллионы рублей. Ведь на загубленных делянках леса не будет, по крайней мере лет десять. Выход один — хозрасчет.

— Как?

— Он воспитывает хозяйское отношение. Перешедшие на самофинансирование леспромхозы должны быть особенно заинтересованы в том, чтобы получить максимальную прибыль из каждого кубометра леса, снизить непроизводственные расходы, куда входят и штрафы за нерациональное использование древесины.

— Вы экономист?

— Я лесник, что обязывает знать многое. Должность лесника требует определенной теоретической подготовки, по биологическим и техническим данным, которое лесники приобретают в лесных школах, школьных лесничествах, ПТУ и на специальных занятиях в лесхозах. И все же одних теоретических знаний, которые получает человек, решивший стать лесником, мало. Есть таланты, которые проявляются только непосредственно при прикосновении с делом. И среди них профессия лесника.

Лес, в котором трудишься, знать приходится досконально. И никакие книги личного знакомства с ним не заменят. Более того, в густом незнакомом лесу еще до того, как приступить к делу, можно так запутаться, что и обратную дорогу не найдешь. И компас не поможет. На­правление он показывает, но перед зава­лами, чащобами и болотинами бессилен. Опытный лесник идет по лесу, ориенти­руясь по просветам крон и еле видимым промежуткам между стволами деревь­ев. Они заметны и летом и зимой. Даже в сумерки по ним не собьешься с пути. Но чтобы сделаться таким следопытом, нужно не раз пройти свои угодья, познако­миться чуть ли не с каждым деревом.

Вообще наблюдательность — это про­фессиональное качество лесника.

Лес может научить многому. Каза­лось бы, всем известное дерево — береза. А знаете ли вы, что ее сок повышает ра­ботоспособность, улучшает сон, способ­ствует заживлению ран, благотворно вли­яет на кожу, помогает при язвенной бо­лезни желудка, при нарушениях работы печени. Березовые почки заставляют за­быть о заболеваниях пищеварительной, мочевыделительной системы, о боли в суставах. Березовый гриб — чага — ста­ринное народное средство против рака.

Вот такое «медицинское» отступление, и так можно рассказать о любом пред­ставителе лесного братства.

— Мы уже знаем, что объем работ у вас очень большой. Неужели все при­ходится делать одному?

— Помогает жена, дети. На особенно тяжелые и массовые работы привлекают­ся рабочие, среди них трактористы, шофе­ры, мотористы, вальщики. Многие из них хотели бы стать лесниками, но пока ва­кантных мест нет. Наша профессия — почетная. Требует особых качеств, зна­ний, навыков. Хороший лесник своевре­менно назначит в рубку заболевшее де­рево, не даст пропасть валежине и суши­не, залесит малоприметные прогалины, что остались после лесозаготовок или бу­релома. Он присматривает за птичьими гнездовьями и звериными жилищами, учитывает лесную живность, обитающую в его кварталах, охраняет ценные расте­ния. Леснику положено знать, где на­ходятся лесные сенокосы и где допускает­ся пастьба скота без ущерба для леса. Да и про ягодные и грибные места он осве­домлен лучше, чем кто-либо из местных жителей. Лесной страж заранее предуга­дывает, на каком участке в сухую жаркую пору вероятнее всего может возникнуть лесной пожар и как без промедления до­браться к месту происшествия, не задох­нувшись на полпути от дыма.

В случае надобности лесник умеет лов­ко спилить подгнившее или зависшее от ветра дерево и повалить его именно туда, куда следует, не повредив при этом вокруг ничего живого. Он подчищает просеки и подновляет различные лесные строения. Без плотницкой сноровки этого не сдела­ешь, поэтому лесник в совершенстве вла­деет бензопилой и топором. Да и столярное дело ему знакомо, так как он постоянно ремонтирует лесоустроительные знаки и лесные указатели. Лесник в ответе за рабо­ты, что происходят в его кварталах, а раз так, то ему надлежит знать и лесохозяйственные механизмы, применяемые для ухода за лесом.

— Мы представляли профессию лес­ника много проще.

— Она так же сложна, как сам лес, весь комплекс протекающих в нем разно­образных процессов.

Сажать деревья и ухаживать за молод­няком, проводить различные рубки (са­нитарные, лесовосстановительные), ко­сить, скирдовать сено, заготавливать корье, хворост, лекарственные травы, яго­ды, грибы, делать противопожарные по­лосы, проходы в зимнем лесу, оборудо­вать кормушки для зверей, искусствен­ные гнездовья — да разве перечислишь все обязанности лесника.

Надо охранять лес от пожаров, потра­вы, браконьеров, шефствовать над школь­ным лесничеством, налаживать связи с соседними совхозами и колхозами. Чтобы справиться со всем этим, нужна не толь­ко физическая закалка (в день пройдешь тридцать-сорок километров), но и мастер­ство, сметка, мужество (где охрана, там и нарушения, угрозы, а то и выстрел в спину). И конечно, главное — большая, деятельная любовь к лесу, которая застав­ляет все делать качественно, от души.

Мы бы много могли рассказать о рабо­те Козлова Бориса Семеновича. Неделя, проведенная вместе с ним в лесу, проле­тела как один день. Но все слова помер­кнут перед истинным великолепием ле­са, романтикой будничных забот лесни­ка и его незаурядной личностью.

Чем сто раз услышать, лучше раз увидеть и посвятить себя столь нужному и благородному делу.

Лес рубят...

Лесозаготовительная промышленность — отрасль лесной промышленно­сти. Она осуществляет заготовку, вывоз­ку и сплав леса.

В дореволюционной России лесная промыш­ленность была в основном добывающей, а не об­рабатывающей. Лес вывозился за границу пре­имущественно в необработанном виде. Рубка и заготовка его велась примитивным способом. Господствовал тяжелый ручной труд. Произ­водительность труда лесных рабочих была исключительно низкой. На лесозаготовках ра­бочие использовали свой инструмент, свой транспорт, сами строили себе жилье — курные избушки-знмницы.

Широкое развитие лесозаготовки получи­ли только при Советской власти по мере эконо­мического роста страны - Современная техника дает возможность не только выполнить план заготовки древесины, но и претворить в жизнь Закон об охране природы.

Предприятия лесной промышленности оснащены разнообразной техникой — различными типами тракторов и авто­мобилей, механизированными лебедка­ми и погрузочными кранами, бензомотор­ными пилами и электропилами. Лесоза­готовители сами себе строят узкоколей­ные и автомобильные дороги для достав­ки древесины к месту дальнейшей транс­портировки или переработки.

Заготовка древесины состо­ит из валки деревьев, трелевки (доставки их к лесовозным дорогам на верхние склады) и затем вывозки леса с помощью тракторов, автомашин или железнодорож­ного транспорта на нижние склады, рас­положенные у сплавных рек или железно­дорожных путей.

Нижние лесные склады — это террито­рии, оборудованные и приспособленные для приема древесины с лесовозных до­рог. Здесь лес разделывают, сортируют, частично перерабатывают и затем погру­жают в железнодорожные вагоны, на платформы или баржи.

В лесной промышленности занято боль­шое количество рабочих самых разных профессий. О них наш рассказ.

Мастер леса

Когда человека знаешь с детства, рас­сказывать о нем трудно. Все кажется привычным, обычным. Все... кроме профес­сии. Виктор Егоров, старший мастер леса Кимильтейского леспромхоза сме­ется:

— Я и сам не знал, что моя работа столь многогранна. Вырос в лесу и с дет­ства знал, что буду работать в леспром­хозе, начал свою деятельность с машинис­та парового крана — грузил лесоматериа­лы в вагоны и не думал, что буду зани­маться лесозаготовкой.

Рабочее место мастера леса — все вы­деленные под вырубку делянки, на кото­рых работают подчиненные ему лесозаго­товительные бригады. Ответственность большая. Что лес рубить надо, спорить не приходится. Лес — это 25 тысяч видов продукции, используемой практически во всех сферах человеческой деятельности, С другой стороны, убрать урожай древесины, когда он поспел, — значит, освободить, место и помочь развитию следующего по­коления зеленых насаждений. Все это так. Вопрос лишь в том, как рубить!

Резкое сокращение сырьевой базы за­ставляет полностью пересмотреть методы работы. Мы научились снимать лес не только сплошнолесосечным к рубками, как раньше, но и выборочно, помогая лесоводам в уходе за насаждениями, участвуя в санитарных рубках. При этом все виды выборочных, постепенных рубок стараемся ставить на промышленную основу. В результате берем с отведенно­го участка леса практически всю древеси­ну, оставляя гнить разве что пни да мел­кие сучья. Мы начали забывать само слово «отходы». Из всякого рода обрезков, некондиционных остатков производим высокосортную технологическую щепу. К сожалению, леса осталось мало. Да и когда он здесь появится, если раньше мы лес рубили, не задумываясь о будущем. — Егоров с горечью показывает на раскинув­шуюся впереди делянку.

Печальная картина. Ни один есте­ственный, природный бурелом не срав­нится с этим зрелищем. Полусгнившие стволы, поваленные как попало, разбро­санные сучья, вывороченные пни, искале­ченные деревца создают впечатление та­инственного и страшного взрыва. Немой памятник уступок лесорубов во имя пре­словутого плана. Мастер Егоров, рискуя поломать ноги, все хотел найти на этом кладбище хоть какие-нибудь признаки подроста и будущего восстановления. Там нашел ободранный кедрачок, потом еще где-то пихточку.

— Показательный пример — как ра­ботать не надо. А в прошлые времена та­кие случаи были не редки. Придется очи­щать, а на очистку лесосек требуется до 20 % трудовых затрат. Что ж, надо рас­считываться за свои ошибки.

В первую очередь нам предстоит ре­шить проблему — как рубить, чтобы через столетие-другое на этом же месте вы­растал именно лес, а не непонятно что. Оказывается, и здесь не надо делать ни­каких открытий. Финны, у которых мы покупаем все то, что, непонятно почему, не можем из дерева делать сами, могут по­мочь нам освежить в памяти забытые вместе с прадедами постепенные и выборочные рубки. Сколько надо сосне, чтобы вырасти и созреть для топора? Сто лет, никак не меньше. Вот и делится вся территория ЛПХ на 100 делянок, и каждый год по одной, не более, осваивается. Пока лесорубы дойдут до последней, на первой уже поспел для них урожай. И никаких трат на переселение, новое строительство и дороги. В полном смысле таежное хозяйство, что твой колхоз-совхоз. И люди другие, с иным отношением. Потому что теперь они уже не жнут, где не сеяли, а жнут именно то, что посеяли. А это уже нравственность, не один только голый расчет. Не перекати-поле с топором, а хозяин.

Наши коллеги из Укарского леспромхоза берут лес за 80-90 километров от нижних складов, мы уже задумываемся о заготовке леса вахтовым способом. Куда дальше? Будущее поколение лесозаготовителей будет работать в новых условиях, думаю, у них таких проблем не будет. Мы должны решить их сейчас.

Леспромхозы сегодня выбирают в лесу то, что получше. А должны использовать все. В том числе и древесину лиственных пород. Осина и береза – это что, не сырье?! У нее в народном хозяйстве тоже есть применение. И вот здесь, я думаю, должен быть применен принцип кооперирования. Из нескольких леспромхозов в один можно вывозить, скажем, березу. В тот, где развитое производство тарной дощечки. Может быть кооперировано использование или отгрузка опилок, стружек. Никакого местничества, а только экономически выгодная деятельность, рациональное использование каждого кубометра леса – вот чем должны руководствоваться все.

Пока никто не вывозит короткомерную древесину, обломавшиеся стволы. Говорят, что ее не уложишь на прицеп. На стандартный – да, не уложишь. Но разве нельзя «дышало» прицепа сделать короче? Можно было бы говорить и о других мерах сведения до минимума потерь древесины и перехода в конце концов на безотходный метод работы. Но это частности. А главное в том, чтобы каждый труженик – директор это или сборщик сучьев – должен проникнуться ответственностью за судьбу нашего леса. А если все останется так, как сегодня, то мы доработаемся, что называется, до ручки! Этого допустить нельзя!

Не подумайте, что я сгущаю краски.

Просто хочется, чтобы каждый пришед­ший работать в лес, ясно представляя свои высокие задачи. Трудностей у нас немало, поэтому в лесной промышлен­ности работают люда, сильные и телом и духом. Где молодому человеку, как ни здесь, проверить свои возможности?

Специфика труда в лесной промышлен­ности заключается в том, что приходится всегда работать на открытой местности. Лесозаготовителей не останавливают ни трескучие морозы, ни дожди, ни комары. Конечно, все это хорошо оплачивается и на пенсию у нас люди идут на 5 лет раньше, хотя об этом молодежь и не заду­мывается.

На мастера леса при таких условиях работы ложатся дополнительные заботы. Нужно мобилизовать бригады на труд, обеспечить их всем необходимым. При­ходится быть и психологом, и администра­тором, и хозяйственником.

Авторитет мастера добывается тру­дом. Нужно уметь помочь отремонтиро­вать и трактор, и бензопилу, разобраться в электрооборудовании, спланировать и проконтролировать работу, проследить за выполнением техники безопасности.

Если спросите: не тяжело ли? Отвечу: трудно. Но в лесу все забываешь. В лю­бое время года чистейший воздух, уди­вительная красота, ради которой стоит жить и трудиться. А главное все же — люди. Все они мастера своего дела.

Лесоруб

Еще до выезда в лес я слышал, что на Буграх работает бригада, славящаяся своим вальщиком.

Вальщик леса — основная профессия на лесозаготовках. Когда-то де­ревья рубили топорами, с тех времен и поя­вилось слово «лесорубы». Работу настоя­щего мастера отличали расчет и точность удара, определенный наклон топора и мак­симальная сила. В Австралии и сейчас проводятся соревнования лесорубов. По­бедитель окружается не меньшим поче­том, чем спортсмен-чемпион.

Валили лес и лучковыми и простыми двуручными пилами. Эти времена канули в прошлое.

Сейчас вальщик работает бензо - или электропилами, помогая себе направить ствол дерева в нужную сторону гидравли­ческим клином.

Мне приходилось видеть в работе и специальную лесоуборочную машину — харвестер — с оригинальным рабочим ор­ганом новой конструкции: он за две-три секунды срезает дерево почти полуметровой толщины. Кабины у этой машины ком­фортабельные: имеют хорошую звуко - и теплоизоляцию, в них поступает кон­диционированный воздух, и водитель-оператор даже в 40-градусный мороз мо­жет работать в легкой и удобной одежде.

Новая техника требует особого отноше­ния. Оператор ЛП-49 , работающий в Нижнеудинском леспром­хозе «Тайшетлес», один из первых освоил новую машину и почти в два раза уве­личил производительность труда. И если учесть, что Михаил Михайлович валит и трелюет лес на крутых склонах, то его успехи становятся еще более значимыми. Здесь требуются и мастерство и опыт. А их передовику производства не занимать. И не может работать иначе, так как гордится своей профес­сией.

прие­хал в Кимильтейский леспромхоз с Кар­патских гор. «Новичку» поручили доби­рать лес на крутых склонах Бугров. Опыт, выучка и мастерство вальщика скоро по­могли заслужить авторитет и в новом кол­лективе.

— Не знаю, то ли цирковое, то ли юве­лирное искусство просятся для сравнения с его работой, — восхищается мастер Егоров.

— Валка леса на склонах отличается особенностями. Деревья растут по законам природы, а спилить их нужно так, чтобы легли комлями вниз и одно к другому. Тогда их и убрать легче. Не каждому ветерану такое удается, а Михаил справ­ляется как бы играючи.

Когда мы с Виктором Егоровым при­шли на делянку, где трудился Тютюнников, было обеденное время. Но рабочий день шел своим чередом. Оказывается, сломался трактор, и пока тракторист Александр Вураков его ремонтировал, Михаил решил сделать задел. Бригада ра­ботает на подряде, упущенное время не вернешь. Во время работы к вальщику подхо­дить нельзя. Высоченные деревья, под ко­торыми фигурка рабочего казалась совсем маленькой, шумели кронами. Но вот по стволу пробежала дрожь, вершина кач­нулась, будто раздумывая, куда падать дереву, и с треском, ломая сучья, сосна устремляется к земле. Гул прокатывается по лесу, а вальщик уже у другого дерева.

Во время обеда просим Михаила Тютюнникова рассказать о работе лесору­бов.

— Обычно заготовка леса ведется малыми комплексными бригадами, состоя­щими из трех-шести человек. Бывает и больше, но не всегда это лучше, так что будем придерживаться классической схемы.

Основную работу выполняет вальщик.

Техника валки деревьев сводится к подпилу дерева со стороны, на которую оно должно упасть, и опиливанию с про­тивоположной стороны. Сталкивают дере­во с пня при помощи валочного рычага, лопатки, клиньев и гидроклиньев. Свален­ные деревья формируют в пачки.

Валка ведется с помощью бензомотор­ной пилы или электропилы. Применение последней затруднено, так как для ее рабо­ты необходимо иметь передвижные электростанции или питание от местной электросети.

Вальщик леса должен знать, в какой последовательности следует производить разработку лесосеки, технические условия на лесоматериалы, устройств и двигателей, правила технической эксплуатации пилы, правила по технике безопасности и подготовке рабочего места около спиливаемых деревьев. Кроме того, он должен знать, как лучше всего разместить кабели (при работе электропилами) на лесосеке и содержать их в исправном состоянии.

В некоторых леспромхозах вальщик выполняет работы, связанные с обрубкой сучьев, и распиливает срубленные деревья.

Несмотря на механизацию валки леса, на лесозаготовительных работах вальщики еще затрачивают много ручного труда на вспомогательных работах, вальщику леса, например, приходится переходить от дерева по глубокому снегу с механической пилой, а это нелегко и занимает много времени.

Так как заготовка леса ведется и в зимний период, при довольно низкой температуре, поэтому вальщик леса должен иметь хорошее здоровье.

Спиленные деревья доставляют к лесо­возной дороге, где их грузят на автомаши­ны. Летом леса вывозят мало, так как тяжелые машины очень быстро разбива­ют дороги.

Вывозка спиленных деревьев из ле­са — трелевка — ведется при помощи специальных трелевочных тракторов, ко­торыми управляют трактористы-трелевщики,

В их распоряжении мощные гусе­ничные, обладающие высокой прохо­димостью машины. Они предназначе­ны для трелевки деревьев волоком, что позволяет снизить нагрузку, передавае­мую на трактор.

Для удобства трелевки кабина с дви­гателем вынесена вперед, а за ней уста­новлены лебедка и погрузочный щит, на который при помощи лебедки подтягива­ют спиленные деревья.

Но так работают не везде, как вы знае­те. Приходят новые машины, которые выполняют работу и вальщика, и трелев­щика, а управляет ею оператор.

Иногда трактористам приходится вы­полнять работы, не связанные с трелевкой леса, — на строительстве дорог, по транспортировке различных грузов и т. д., а поэтому они должны уметь вы­полнять различные работы при помощи устанавливаемых на тракторах все возможных навесных орудий, бульдозер­ных приспособлений, механизмов и при­цепных устройств.

Тракторист на трелевке и вывозке ле­са должен знать устройство, принцип рабо­ты и правила эксплуатации тракторов средней и большой мощности, их навесных механизмов и прицепных устройств, прин­цип работы двигателей, электрооборудова­ние трактора, правила эксплуатации дви­гателя и электрооборудования.

Трактористу необходимо знать основ­ные виды топлива и сорта смазочных ма­териалов, методы обнаружения неисправ­ностей и устранения их, порядок замены быстро изнашивающихся деталей, кон­струкцию трособлочного оборудования, основы слесарного дела и электротехники, систему сигнализации и правила техники безопасности.

Трактористам приходится проезжать через населенные пункты и по дорогам, а поэтому они должны знать правила дорожного движения. Многие трактори­сты леспромхозов умеют управлять авто­мобилями различных марок.

Вот, пожалуй, и все, что можно сказать. Если суховато, то извините, я вальщик леса, а не рассказчик. Наша работа дол­гих разговоров не терпит.

— В штабелях мы видим чистые, обра­ботанные хлысты. Кто же обрубает сучья.

— Есть такая профессия — обруб­щик сучьев. Он и работает с помощью сучкорезки — своеобразной бензопилы. Как правило, сейчас мы стараемся сов­мещать профессии, поэтому обязанность сучкоруба выполняет тот, кто чуть осво­бодился от своих дел.

Грузят лес на машины погрузчиками. В некоторых леспромхозах используют автокраны, мачтовые лебедки. Удобнее всего погрузчик. ЛГГ-49 вы в работе виде­ли. Своими клешнями он берет хлыст и укладывает, как нужно, легко и точно, словно у него не тяжелый и неудобный груз, а спичка.

Мы все ждем прихода на лесоразработки новых и мощных машин, но, честно, немножко жаль того времени, когда человек вступал в единоборство с деревом. А сейчас установка МЛ-3, назначенная для трелевки леса с крутых склонов, сделала и эту проблему простой и разрешимой.

Только не подумайте, что наша работа стала более легкой и менее ответственной. Мощная техника в неумелых руках может принести больше вреда, чем пользы. Наше рабочее место — живая природа, перед которой мы всегда в долгу, как бы бережно к ней не относилась.

Тот, кто любит и технику и лес, кт боится трудностей, кто хочет поработать на благо людей, пусть приходит к нал дело всегда найдется.

Лесовозы

Так называют себя водители могучих МАЗов, КрАЗов, «Уралов», которые т, же и именуют, объединяя себя и машину в единое целое.

В Карелии я видел, как громоздкие и неуклюжие на первый взгляд машины ка­ким-то чудом разворачиваются на неболь­шой площадке среди болотистой местности и подруливают под погрузку. удивился моему вос­хищению:

— Обычная работа. Не в болото же лезть.

О кавказских дорогах ходит много легенд. Но водитель Котэ Гогоберидзе пожал плечами в ответ на выраженный мною ужас и сказал:

— Э-э, дорогой. Приделай к машине крылья и научи летать, будут и так лес переносить. Я не буду, я шофер.

В Краснодарском крае мне приходи­лось видеть, как над горами плыли буко­вые деревья, несомые вертолетом. В гор­ных районах для перевозки леса исполь­зуют и канатные дороги. Но все же основ­ным видом лесовозного транспорта стал автомобильный. Высокопроходимые ма­шины вывозят лес и из считавшихся ра­нее труднодоступными районов. Всеместное использование автомобилей позво­ляет в иных местах даже заменить сплав леса, последствия которого для экологии, пожалуй, еще полностью нами не осозна­ны. Наиболее опасен молевой сплав, то есть отдельными бревнами, россыпью, применяемый обычно для хвойных пород. Он возможен даже в условиях разветвлен­ной мелкой речной сети в период весен­него паводка. Обычно на малых и сред­них реках молевой сплав прекращается, когда на порогах и перекатах глубина становится недостаточной, на крупных сплавных реках иногда продолжается даже осенью. На судоходных реках молевой сплав, как правило, запрещен, а если разрешается, то только по обонованному (огражденному) молепроводу.

Котельный сплав — промежу­точный вид сплава леса между молевым и плотовым. При этом лесоматериалы, не связанные между собой, заключают в спе­циальные плавучие ограждения из бре­вен (оплотники), соединенных кусками цепей или троса. Этот способ сплава нашел широкое применение на небольших озе­рах и водохранилищах, где нет течения. Особенно широко он применяется в Ка­рельской АССР. Оплотник делают в одно или два бревна из сухостойных хвойных пород. Тягой для перемещения кошелей служат буксирные суда (пароходы, тепло­ходы) или чаще варновальные катера (т. е. катера, снабженные лебедкой и яко­рем).

Первое место в транспортировке леса водным путем на большие расстояния занимает плотовой сплав. В за­висимости от режима и условий плава­ния — глубины, характера течения, ширины сплавного хода, влияния волн, применяют различные типы плотов. Пло­ты бывают речные, озерные и морские. Последние должны быть особенно прочны­ми. Обычно плот формируют на очень большого числа (до тысячи и более) пуч­ков бревен, которые соединяют сначала в секции.

В прямоугольных секциях пучки бре­вен располагают вдоль движения, образуя по нескольку продольных и поперечных рядов.

Эффективным способом транспортировки плотов оказалась комбинированная буксировка плотов двумя теплоходами, из которых один буксирует, второй толкает его и помогает первому управлять плота­ми на опасных участках реки.

Сплав леса в сравнении с другими способами транспортировки наиболее дешев, но, кроме засорения и отравления водоемов, есть у него и другой недоста­ток — сезонность, то есть, возможен он только по водной глади, свободной ото льда.

Ничего, не имея против плотого­нов, людей отчаянной смелости, удиви­тельной ловкости и силы, мне ближе водители лесовозов, за которыми, как планируется, будущее.

Мой собеседник , или дядя Коля, так как я вырос у него на глазах и не раз поездки с ним в лес превращались в настоящий праздник.

из семьи потом­ственных шоферов, сам 15 лет возил лес и с трудом дал уговорить себя сменить могучий МАЗ на автобус. Разработка ле­са все дальше отодвигалась от поселка, все трудней стало доставлять людей на работу. Николай Дмитриевич, водитель 1-го класса, успешно справляется и с этой задачей. Он гордится своей работой, вахтовый автобус на базе «Урала» послу­шен его рукам, но чувствуется, что скуча­ет по тем временам, когда за спиной был многотонный груз, не всегда вписываю­щийся в крутые повороты, при спуске давящий всей своей тяжестью, а на подъе­ме старающийся опрокинуть машину. Мастерство и особая профессиональная чуткость позволяет водителям лесовозов вывозить древесину, из которой потом лю­ди строят дома, делают мебель и много-много другого.

Мы едем по размытой дождями доро­ге, то и дело вспугивая рябчиков и глу­харей, вышедших на обочину пособирать камушки. Оранжевый цвет автобуса сли­вается с фоном осенней листвы, да и пти­цы привыкли к технике в лесу, вот и вспархивают, чуть ли не из-под колес. Пользуясь удобным моментом, я включаю магнитофон и расспрашиваю Николая Дмитриевича о специфике работы водите­ля-лесовоза.

— Дороги у нас большей частью грунтовые, поэтому лес летом вывозится мало. Основная работа зимой, когда землю скуют морозы, тогда зимник не хуже асфальта. Жаркая пора наступает, ведь древесину, заготовленную и летом, и зи­мой, нужно вывезти вовремя.

Лес в основном вывозится хлыстами или иногда бревнами, то есть раскряже­ванным, если позволяют условия подго­товить его на месте.

Перевозка хлыстами требует особых навыков водителя, ведь в пачке, погру­женной на машину с прицепом, несколько целых, но без сучьев деревьев, длиной не один десяток метров. Даже мощный ав­томобиль становится тяжелее в управ­лении. Нужно чувствовать груз, он и длин­номерный и тяжелый. Хоть и кажется, что все учтено при погрузке, но кто знает, как он поведет себя на дороге со сложным рельефом.

Привез лес на нижний склад, разгру­зился и. если собрался снова в рейс, зна­чит, привыкай опять к машине, ведь она существенно облегчилась и стала в управ­лении другой.

В дороге может быть всякое. Умение видеть и предвидеть далеко вперед — одно из профессиональных качеств водителя. Сейчас на дороге глухари да рябчики, а вдруг выскочит лось или медведь? Столкновение с этими жителями лесов к добру не приведет. Выехал из леса — смот­ри как бы человек под колеса не попал, ведь смена обстановки для водителя до­вольно резкая. Настоящий шофер слы­шит машину, как свой организм. Но бы­вает поломка, и помощи ждать неоткуда. Должен сам уметь исправить. Если это не­возможно, случается и в лесу заночевать, машину не бросишь, да и куда в сорока­градусный мороз пойдешь? Жди, когда завтра люди на работу поедут, привезут и запчасти и помощь.

Еще одно можно сказать: и машина и лес беспечности и лихачества не любят. Водитель должен быть уверен в своей, машине, уважать других водителей, ведь они тоже нужную работу делают. Кроме того, человек, работающий на лесовозе, знает, что от его труда зависят многие. Так что, если кто готов принять на себя двойную ответственность, пусть прихо­дит к нам. Водители — народ дружный, в обиду не дадут, научат, подскажут, а все дальнейшее только от человека за­висит.

На этой оптимистической ноте мы и закончили свой разговор, и Николай Дмитриевич, поставив автобус в гараж, поспешил к себе домой на улицу Лесную, где ждут его жена Полина Васильевна и внук Артемка. Дорога, кажется легче, когда тебя ждут.

Что из леса делают

Монолог

кандидата технических наук

в записи журналиста

На многих телезрителей произвел впечатление репортаж В. Цветова из Япо­нии об использовании в этой стране леса на 102%. Но стоит вдуматься, и столь удивительная информация не кажется такой уж фантастичной. Еще Генри Форд говорил: «Не уделяем ли мы больше внимания использованию отходов производ­ства, чем устранению самой возможности отходов? Следует избегать получения отходов и стружек, а не заниматься их переработкой!» Увы, человечество не прислушалось к мнению американского миллионера и не превратило отходы в доходы.

Существует такое изречение: «Век древесины столько же впереди нас, сколь­ко и позади». Оно совершенно справед­ливо.

С древнейших времен человек использует древесину для самых разнообразных целей. Древесина — самый универсальный и распро­страненный природный материал на Земле. Не без основания говорят о том, что в истории материальной культуры общества так называе­мый каменный век был одновременно и веком древесины. Шли века, сменялись эпохи ма­териальной культуры, но древесина не потеря­ла своего огромного значения в жизни чело­века.

Состоит она из целлюлозы, лигнина, золообразующих минеральных и органи­ческих экстрактивных веществ. Измене­ния в соотношении этих четырех ве­ществ и различия в строении древесины приводят к тому, что есть древесина лег­кая и тяжелая, гибкая и жесткая, твер­дая и мягкая.

Каждому школьнику известно, что из целлюлозы делают бумагу, искусственные волокна для тканей, пленки, лаки, взрыв­чатые вещества. Лигнин используется при бурении нефтяных скважин, в цемент­ной и резиновой промышленности. Экст­рактивные вещества служат сырьем для многих нужных продуктов переработки— красок, эфирных масел, жиров.

Казалось бы, кому нужна кора? Бо­лее восьми миллионов кубометров коры ежегодно дают в отходы целлюлозно-бумажное и лесопильное производство. По объему как раз пирамида Хеопса. Половина пирамиды сжигается, другая вывозится в отвалы. В последнее время, ученые и специалисты нашли применение и этим отходам.

Издревле ивовая кора использовалась в медицине и кожевенном производстве, Но оказывается кора ели приносит меньше пользы кожевникам, ее применяют при изготовлении древесностружеч­ных плит, которые дешевле обычных Советские ученые разработали ценный строительный материал из коры. Королит (такое он получил название) может быть применен в строительстве малоэтажных домов как конструкционный и теплоизо­ляционный материал. Если из коры сде­лать «подушку» под дорогу, то даже в верных областях дорожное покрытие га­рантировано от проседания.

То, что считалось прежде отходами, может послужить в качестве покрытия спортивных площадок и для очистки во­ды от нефти. Удобрения из коры дают до 11% прибавки к урожаю.

Хвоя и листья деревьев могут исполь­зоваться для удобрения почв, а также в качестве добавок в корма скоту. Недавно мне пришлось увидеть в Алзамайском мехлесхозе, что в Иркутской области, как из пихтовой лапки получают масло, имеющее особую ценность в медицинской практике. Воистину, нет в природе ничего беспо­лезного. Вот вам и «лишние» 2%.

В настоящее время из древесины — этого замечательного природного полиме­ра — делают доразличных про­дуктов и изделий. При этом все большее значение приобретают продукты и изде­лия, получаемые не из натуральной дре­весины, а путем глубокой химической и химико-механической переработки древес­ного сырья, в том числе и древесных отходов деревообрабатывающих произ­водств.

Деревообрабатывающая промышлен­ность включает в себя более 80 произ­водств, которые можно подразделить на пять групп:

— производство пиломатериалов и стандартное домостроение;

— производство клееных слоистых ма­териалов;

— производство древесностружечных и древесноволокнистых плит;

— производство изделий из древе­сины;

— специальные производства.

Первая группа — производство пиломатериалов — лесопиление потребляет сырье в виде бревен-пиловочника. В технологическом процессе преоб­ладает механическая обработка режущим инструментом на лесопильных рамах, ленточнопильных, круглопильных и фре­зерных станках. Основная продукция представляет собой полуфабрикат: доски, брусья, гвоздевые щиты, тарные ящики, строительные детали, шпалы.

Прежде всего — о пиломатериалах, часто называемых в обиходе досками. В таком виде древесину используют и как полуфабрикат для переработки в другие изделия (например, из досок и брусков из­готовляют оконные рамы), и как готовые изделия (например, из досок делают пол или забор). Пиломатериалов нужно очень много. Одно время предполагали, что их заменят древесные плиты и пластики. Однако этот прогноз оказался ошибочным: наоборот, производство и потребление пи­ломатериалов за последние годы возрос­ли, спрос на них не удовлетворяется, так как увеличение их выпуска ограни­чивается недостатком сырья.

Пиломатериалы люди изготовляют с не­запамятных времен. Еще в захоронениях еги­петских фараонов найдены тонкие деревянные пластины. Практически в любых архитектур­ных памятниках мира различных стран и наро­дов имеются детали, изготовленные из пилома­териалов. Морские суда также сооружались из пиломатериалов. Правда, пиломатериалами их можно назвать условно, поскольку их не выпиливали, а вытесывали (отсюда все еще бы­тующее название досок — тес). Петр I, будучи озабочен необходимостью экономичного расхо­дования лесоматериалов, запретил тесать плас­тины, а повелел их выпиливать. Сохранился указ, предписывавший топить баржи, если они были изготовлены из тесаных пластин.

В СССР пиломатериалы выпускаются для потребления внутри страны (внутри­союзные) и для продажи за границу (экспортные). Внутрисоюзные делятся на пиломатериалы общего назначения и спе­циальные (для вагоно - и судостроения, сельскохозяйственных машин, авиапромышленности). Пиломатериалы изготов­ляют из древесины хвойных и листвен­ных пород.

Вторая группа — производство клееных слоистых материа­лов. Древеснослоистые пластики служат кряжей. Технологический процесс вклю­чает в себя гидротермическую обработку древесины (проварка или пропарка), ме­ханическую обработку (лущение шпона) и склеивание. Продукция представляет собой очень ценные полуфабрикаты: лу­щеный и строганный шпон, клееную фане­ру разного назначения, древесные сло­истые пластики, столярные плиты и др.

Пиленая фанера была известна еще в глубокой древности. Сейчас из фанеры из­готавливают свыше 2 тыс. изделий. Ее применяют в промышленном и жилищ­ном строительстве, судостроении, вагоно­строении, автомобилестроении, самолето­строении, в мебельном и тарном произ­водстве и пр. Один кубометр обыкновен­ной трехслойной фанеры заменяет в строи­тельстве 2—3 кубометра пиломатериа­лов. Древеснослоистые пластики служат полноценными заменителями цветных металлов. Из них изготавливают под­шипники скольжения, шестерни и дру­гие ответственные детали машин. Произ­водство клееных слоистых материалов оснащено весьма сложным оборудова­нием. Мощные лущильные станки, плав­но развертывающие березовый кряж на тонкий шпон, сложные, автоматически управляемые клеильные прессы и су­шильные установки по виду и по слож­ности конструкций ничем не уступают са­мому сложному оборудованию современ­ной металлургии и машиностроения.

Третья группа — производство древесностружечных и дре­весноволокнистых плит, изго­товляемых из отходов лесопиления, фа­нерного производства, а также из низкосортной древесины. В последние годы производство древесных плит как в нашей стране, так и за рубежом развивалось очень быстрыми темпами. Основная сфера применения древесных плит — мебельное производство, жилищное и промышленное строительство (облицовка стен, изготовление встроенной мебели, дверных полотен перегородок и панелей), машиностроение, вагоностроение, судостроение и др.

Древесностружечными плитами называют плиты, полученные путем горячего прессования древесных частиц, смешанных со связующим веществом. В качестве сырья для их выработки используются дрова и отходы деревообрабатывающих производств. Технологически процесс включает измельчение древесины, смешивание стружки или волокон со связующим веществом — клеем и прессование — склеивание стружечно-клеевой массы. Продукция — плиты различной плотности и толщины, служащие эффективным заменителем пиломатериалов. Древесноволокнистые плиты — это листовой материал, изготовленный и древесных волокон, соединенных между собой путем перемешивания, переплетения и прессования.

Четвертая группа — производство изделий из древесины. В качестве основного сырья используются древесные полуфабрикаты — продукция деревообрабатывающих производств: пиломатериалы, лущеный и строганный шпон, клееная фанера, древесностружечные и древесноволокнистые плиты. Технологический процесс характеризуется, развитой точной механической обработкой, разнообразными операциями склеивания, сборки и отделки. Продукция это группы производств представляет собой полностью законченные изделия, годные к непосредственному употреблению строительные изделия (оконные и дверные блоки), мебель, музыкальные инструменты, лыжи, теннисные ракетки и другой спортивный инвентарь, карандаши, канцелярские и чертежные принадлежности спортивные и прогулочные суда, корпус радиоприемников, телевизоров, часов и др.

В настоящее время производство изделий из древесины оснащено современными машинами, станками, оборудованием, автоматическими и полуавтоматическими линиями. В технологических процессах используются новейшие достижения науки и техники. Так пропитка и крашение древесины осуществляются с помощью ультразвуковых колебаний, сушка и склеивание древесины – с помощью токов высокого напряжения. Для сокращения продолжительности сушки и отвердения покрытий на древесине используют инфракрасное и ультрафиолетовое излучение и облучение ускоренными электронами.

Последняя пятая группа – специальные производства. В качестве сырья используются полуфабрикаты деревообрабатывающих производств: пиломатериалы, лущеный шпон, клееные заготовки, фанера. Древесина здесь подвергается только механической обработке режущим инструментом. Продукция этих производств представляет собой совершенно готовое изделие, пригодное для непосредственного употребления. К этой группе можно отнести катушечно-челночное, колодочное, бондарное, обозное, древесной муки, спичечное и другие производства.

Казалось бы, простое дело – изготовление спичек, но человечество их изобрело только в конце XVIII века. Головки у них были покры­ты бертолетовой солью и начинали гореть лишь после того, как их смачивали серной кислотой. Первые фосфорные спички появились в 80-х го­дах XVIII века во Франции. Сначала это бы­ли тоненькие стеклянные трубочки, заполнен­ные кислородом, в которых помещались также кусочек бумаги или нитка и фосфорные соеди­нения. Чтобы получить огонь, трубочку нужно было сломать. А известные по рассказам бабу­шек спички с фосфорной головкой зажигались о любую шершавую поверхность, могли от тре­ния воспламениться и в кармане.

Лишь в середине прошлого века были созданы спички, которыми мы пользуемся и поныне. Идеальным материалом для их изготовления служит осина, древесина ко­торой обладает достаточной прочностью, чтобы не ломаться при чирканье, и порис­тостью — хорошо пропитывается пара­фином, поддерживающим горение. Мы знаем спички из прессованной макулату­ры и отходов очистки хлопка, но до сих пор равноценной замены осине не на­шлось. Лишь в последнее время ей на помощь пришел ближайший родствен­ник — тополь.

Лесоперерабатывающая промышлен­ность заслуживает отдельной книги, но думается, даже из этого небольшого об­зора ясно, сколь велика роль древесины, возможности которой далеко не исчер­паны. Советские ученые, например, про­вели исследования и доказали возмож­ность получения синтетической нефти из опилок. Кто и что дальше? Дерзайте.

КРУГЛЫЙ СТОЛ ТП

Проблема разумного использования лесного богатства стоит в наше время осо­бенно остро. Молодому поколению буду­щих работников лесного хозяйства будет интересно мнение ученых и специалистов.

ере, доктор биологических наук:

— Леса, растительность — это, прежде всего здоровье людей. Один гектар леса очищает в год 18 миллионов кубометров воздуха. Если бы внезапно не стало рас­тений, концентрация сернистого газа на Земле превысила бы допустимые пределы эа 23 года. Если же сравнить участок леса и водный бассейн той же площади, то лес в 10 раз больше увлажняет и освежает местность, чем водная поверхность. Вообще говоря, очистительная способность по­верхности Земли на 60—80 процентов за­висит от растений. Здесь мне хотелось от­метить следующее обстоятельство.

Мы привыкли к лесному хозяйству, направленному на добычу древесины. Между тем оно может быть направлено и на кислород, на воду, на защиту животных (в том числе и прежде всего рыбы), на очистку воздуха, на отдых (рекреацию), на землю, на урожай. Расчеты показыва­ют, что экономическая эффективность этих направлений хозяйства в наших, в основном северных и, как говорят лесово­ды, низкобонитетных, лесах в 10 раз выше, чем традиционное, на древесину. При этом болота дают важную часть положитель­ного кислородного баланса. Если сейчас за верховыми болотами окончательно при­знали серьезную водохозяйственную цен­ность как регуляторов водного стока, то пора обратить самое пристальное внима­ние на «зловонные» болота как на постав­щиков свободного кислорода.

Как известно, один гектар соснового леса обеспечивает дыхание 10 человек, а лиственного — только 5. В этом отношении растительность отнюдь не равноценна. Однако площадь хвойных лесов постоянно снижается, лиственных же - относитель­но возрастает. А ведь на каждый миллион жителей требуется сейчас 20 тысяч ква­дратных километров лесов и другой рас­тительности.

, кандидат экономиче­ских наук:

— Велико и промышленное значение лесов. Нет сегодня, пожалуй, отрасли на­родного хозяйства, которая бы не нужда­лась в древесине и продуктах ее перера­ботки. Литейные крепители, смазочные масла, антиокислители, флотореагенты, твердое и жидкое топливо, дорожные по­крытия, древесные плиты, этиловый спирт, пищевые кислоты, ванилин и глюкоза, кормовые дрожжи и хвойная мука, акти­вированный уголь, искусственное волокно, скипидар и деготь, дубильные вещества, линолеум, фибра и рубероид — тысячи и тысячи материалов производится на базе древесного сырья. Без них немыслима ра­бота ни машиностроения, ни металлургии, ни пищевой промышленности, ни сельско­го хозяйства. Ну и, конечно же, важней­шим сырьем является собственно древеси­на — круглый лес, пиломатериалы, фанера, крепь для горнорудной промышлен­ности, балансы для производства целлю­лозы, картона, бумаги, строительный ма­териал, шпалы и паркет, телеграфные столбы и мачты кораблей... Да нет, бес­смысленно, пожалуй, продолжать это пе­речисление. Древесина и продукты ее пере­работки нужны абсолютно везде.

И каждая отрасль народного хозяй­ства, развиваясь, требует все больше и больше лесоматериалов. Удовлетворять эти непрерывно растущие требования только за счет наращивания размеров ле­созаготовок крайне неразумно, да и просто невозможно. Для этого уже в ближайшие десятилетия пришлось бы довести объем заготовки древесины до гигантских разме­рив — около миллиарда кубометров в год. Такая нагрузка оказалась бы непосиль­ной даже для наших значительных лес­ных ресурсов.

, академик, председатель Госкомлеса СССР:

— Да, лес — ресурс возобновляемый, но только в том случае, если брать его столько, сколько прирастает. То есть ра­зумно. И вся наша лесная азбука, наше лесное законодательство всходят из этого принципа «неистощимости» леса. Правила лесопользования, научные рекомендации у нас есть, хотя их безусловно, надо со­вершенствовать, развивать, учитывать возможности, которые дает новый хозяй­ственный механизм, и главное — ими нуж­но руководствоваться на практике. Но экономика, производство у нас почти ис­ключительно направлены на максималь­ное получение древесины, и самого луч­шего качества.

Мы не умеем оценивать лес комплекс­но, учитывая все его «рабочие» функции. Вот и подходят к нему часто только с мер­ками дня нынешнего, не думая о дне зав­трашнем. Например, промышленные руб­ки до сих пор планируют, не пытаясь ос­мыслить возможности и сроки восстанов­ления леса. А сроки эти — не год и не де­сять лет. Вдумайтесь: мы сейчас рубим лес, который начал расти при крепостном праве! Вот какие временные дистанции.

Без эффективного экономического ры­чага, который учитывал бы и сиюминут­ные интересы заготовителей, и долгосроч­ные интересы страны, мы с места не сдви­немся. Поэтому теперь будет такой поря­док. Лесное хозяйство сдает заготовителям в аренду лесной фонд, пригодный для рубки. А те обязаны не только заготавли­вать древесину, но и восстанавливать леса, возвращая их через госприемку, которую будут осуществлять предприятия лесного хозяйства. В каждой лесосырьевой базе должен быть утвержденный план лесо­пользования как минимум на десять лет. Тогда лесная промышленность и другие пользователи леса будут надавлены под строгий контроль. И никаких отступле­ний, никаких особых и высших интере­сов! Наивысший интерес для государства, для людей один: рационально использо­вать наши леса, передать потомкам все их богатства.

. кандидат технических наук:

— Хранить, беречь и приумножать на­ше лесное богатство — важнейшая обще­народная задача. Но вряд ли стоит при этом всякую рубку леса считать чуть ли не первородным злом. Если человек не ру­бит лес, то его «рубит» время.

Сошлемся в этой связи на высказыва­ние крупнейшего русского ученого, одного из основоположников науки о лесе, . Он одновременно рассмат­ривал рубки как средство эксплуатации леса и как эффективный способ смены ста­рого леса новым поколением. писал, что «...рубки главного пользований осуществляемые обыкновенно в спелом ле­су, имеют целью связать эксплуатацию с возобновительным моментом, то есть пре­следуют возобновление».

Предоставим слово нашему современ­нику, академику ВАСХНИЛ Н, П. Анучину «Прирост древесины в лесу почта не­заметен, и бывает так, что человек, не зна­комый с, принципами лесопользования, приходит в лес и, видя оголенное про­странство, возмущается — он замечает лишь разрушительное действие, не думая о том, что эта рубка вполне соответствует приросту древесины, такова же психоло­гия неспециалистов. Между тем заготовку древесины, размер которой установлен соответствующими лесохозяйственными правилами, надлежит считать законным актом снятия годичного урожая...»

Но следует еще раз подчеркнуть: со­хранность наших лесов, приумножение лесных богатств не лекальная отраслевая проблема. Это — всенародное дело, общая и очень важная народнохозяйственная задача. Она состоит в том, чтобы на прочной научной основе, с учетом экономических и лесохоэяйственньгх требований, с одной стороны, постоянно совершенствовать практику лесопользования, а с другой — активно бороться за дальнейшее повыше­ние продуктивности наших лесов.

, кандидат биологических наук:

— Одна из самых действенных форм охраны таежного мира — создание госу­дарственных заповедников. Самые первые заповедники в тайге — Саянский и Баргузинский — были организованы еще нака­нуне Великой Октябрьской социалистиче­ской революции. В те же годы возник и небольшой заповедник «Кедровая падь» на Дальнем Востоке.

Старожилами среди таежных заповед­ников могут быть названы «Столбы» под Красноярском, Ильменский и Печоро-Илычский на Урале, «Кивач» в Карелии, Лапландский в Хибинских горах, Алтай­ский у Телецкого озера. Уссурийский и Сихотэ-Алинский на юге Дальнего Восто­ка, Кроноцкий в центральной Камчатке. Более молодыми их собратьями являются четыре заповедника Приамурья (Зейский, Хянганский, Болыпехехцярский и Комсо­мольский), созданные в 1963 году, Бай­кальский в горах Хамар-Дабана (1969), Сохондинский в Забайкалье (1973), Пинежский в Архангельской области (1974). В 1976 году были организованы первый в Западной Сибири заповедник «Малая Сосьва» (Советский район Ханты-Мансий­ского национального округа Тюменской области) и Саяно-Шушенский заповедник в районе Саянской ГЭС. В 1980 году уч­режден Нижне-Свирский заповедник (вос­точный берег Ладожского озера), а в 1982 году — Магаданский.

Общая площадь всех этих заповедни­ков приближается к 5 миллионам гекта­ров, но специалисты считают, что перспек­тивы развития заповедной системы в таеж­ной зоне еще очень и очень велики. Между тем весьма интенсивное освоение здесь природных ресурсов, постройка Байкало-Амурской магистрали, развитие лесной промышленности приводят к быстрому из­менению таежных ландшафтов. Поэтому-то и необходимо иметь заповедники как эталоны таежных сообществ.

Очень велика роль таежных заповедни­ков как резерватов пушных зверей, перна­той дичи и промысловых рыб. Из их пре­делов животные расселяются по окружаю­щим территориям, и в примыкающих хо­зяйствах численность ценных видов зна­чительно возрастает. Недаром многие ко­ренные народности сибирского Севера в прошлом практиковали заповедание участков тайги для сбережения и размно­жения пушных зверей, например соболя и бобра.

Сохранить Землю для людей — задача всех и каждого.