Передачу ведет Петр Марченко.
Гость – Георгий Львович Мурадов, руководитель Департамента внешнеэкономических международных связей г. Москвы
Телефон прямого эфира
Для SMS 33-77.
П. М.: Георгий Львович, можно ли вас назвать министром иностранных дел Москвы?
Г. М.: Наверное, не стоит. У нас министр иностранных дел один. Как известно, прерогативы по внешней политике принадлежат…
П. М.: В рамках города.
Г. М.: А в рамках города у нас поддерживаются активные международные экономические связи, поэтому и название нашего департамента «внешнеэкономических и международных связей».
П. М.: Вы смотрите на Москву, как житель города, как чиновник или, как человек, который должен смотреть на нее глазами зарубежных партнеров?
Г. М.: Наверное, всеми шестью глазами, которые вы перечислили. Если я не буду смотреть на Москву, как на мой родной город, как ее гражданин, то я в нем жить не смогу. Если я не буду видеть Москву, как ее видят иностранцы, то я не буду правильно исполнять свои обязанности. Я же должен трезво оценивать все плюсы и минусы, недостатки, которые отмечаются нашими партнерами. Я об этом должен информировать руководство города. Конечно же, я смотрю на город и, как должностное лицо, имеющее определенные функции, связанные с внешнеэкономической международной деятельностью. Знаете, она достаточно богата у нас. Практически каждый день в Москве происходят какие-то международные мероприятия, события, встречи, визиты, конференции. Разумеется, ведется внешняя торговля, инвестируются очень серьезные большие средства из-за рубежа. Да и московские предприятия все больше денег сами вкладывают в зарубежный бизнес. Забот хватает. Конечно, если говорить о жизни чиновника, то не скажу, что она легкая. Нужно иметь серьезные физические силы, чтобы на протяжении длительного времени справляться с такой работой.
П. М.: С вашей точки зрения, что для Москвы важнее? Можно ли разделять международные и внешнеэкономические связи?
Г. М.: Это две очень тесно связанные темы, два направления работы, которые раздельно существовать не могут. Собственно, с этим было связано решение мэра в прошлом году объединить две эти отрасли. Поэтому вместо трех подразделений – департамента международных связей, комитета по внешнеэкономической деятельности, валютно-финансового управления – появился новый департамент. Это Департамент внешнеэкономических международных связей.
П. М.: Чего больше? В Москву везут или из Москвы увозят?
Г. М.: Безусловно, везут в Москву. Москва колоссальный потребитель. Пример – 31 тысяча тонн продовольствия съедается жителями только за один день.
П. М.: И доля импорта? Выясняли?
Г. М.: Импорт, конечно, во много раз превышает экспорт.
П. М.: В этом объеме продовольствия.
Г. М.: По разным позициям она разная, но порядка от 20% до 40%.
П. М.: То есть, получается, что работаете не хуже отечественных производителей, скажем так?
Г. М.: Я бы сказал, что эта тема должна нас всех заботить, то есть наличие собственных продовольственных ресурсов. Привыкли, например, говорить об энергетической безопасности на Западе, как только вот что-то с газом происходит, с нефтью. Энергетическая безопасность… А вот, смотрите, какой всплеск цен мы испытали по продовольствию недавно. А это во многом связано с зарубежными поставками. Там они подорожали, нам взвинтили цены. Разве нет темы продовольственной безопасности? Она тоже очень серьезная. Поэтому мы, конечно же, должны думать об обеспечении города продовольственными ресурсами, прежде всего, российскими. Собственно, Москва тоже активно участвует в этом процессе, несмотря на то, что это город. У нас нет полей, у нас не разводится скот в черте города.
П. М.: Проще было бы вам, с точки зрения патриотизма, если бы ваш департамент уже не занимался импортом продовольствия в Москву, организацией этих внешнеэкономических связей?
Г. М.: Я бы сказал, что потребности москвичей регулирует рынок. Мы больше анализируем ситуацию, собираем данные. Но влиять на импорт можно только в небольшой степени. Скажем, за счет городских резервов продовольственных, за счет каких-то мер урегулирования цен, которые, кстати, в РФ очень слабенько отработаны. Я имею в виду, меры регулирования цен, сдерживания роста на основные сельскохозяйственные продукты, которые необходимы населению.
П. М.: Если призадуматься, то получается, что на ваш департамент замыкаются практически все другие городские структуры. И миграционная политика все-таки каким-то образом связана, связана с вами экономическая деятельность, развитие малых предприятий. Насколько активно малый бизнес в Москве участвует во внешнеэкономических связях? Просто выйти на этот рынок?
Г. М.: С каждым годом все активнее. Малый бизнес в городе играет все более весомую роль. Это и сточки зрения поступления налогов в городскую казну, и с точки зрения участия в развитии новейших технологий. Количество предприятий малого бизнеса возрастает. К сегодняшнему дню это приблизительно 220-230 тысяч предприятий малого и среднего бизнеса. Многие из них вовлечены в международную деятельность. Но интерес их, конечно же, не только в том, чтобы научиться самостоятельно, так сказать, какие-то выполнять важные функции в производстве товаров, но и выйти на зарубежные рынки. А для этого малому бизнесу нужна государственная поддержка. В частности, субъекта федерации города Москва.
П. М.: Если говорить о программе, скажем так, внешнего вида Москвы, вы же должны отвечать и за облик, да?
Г. М.: Конечно. Кстати, мэр эту задачу в последние годы ставит все острее. Позиция Юрия Михайловича, что главная составляющая имиджа это наши дела. Как мы делаем, как можем развивать наш город, создавать внешний облик, так нас и увидят. Но мы сталкиваемся с такой ситуацией: на самом деле делается много, а в других странах или этого не знают, или это замалчивают, или искажают.
П. М.: Постоянно появляются различные рейтинги. По одним Москва самый дорогой город, с точки зрения проживания в гостиницах. По уровню жизни и так далее. Так ли это хорошо?
Г. М.: Гордиться этим не нужно. Да это и неправда. По нормальным рейтингам, если они не сделаны предвзято, не придуманы и не выбраны те категории, по которым Москву можно как-то негативно показать, Москва где-то в конце второй десятки.
