Выпускная квалификационная работа (стр. 4 )

Ограничены в своих правах присяжные заседатели и при исследовании личности подсудимого. Часть 8 ст. 335 УПК РФ устанавливает: «Данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвиняется. Запрещается исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого».

Заметим, что почему-то у законодателя не возникает таких опасений в отношении председательствующего судьи, который как раз и назначает подсудимому меру наказания. Нам кажется, что необоснованность такого рода запретов очевидна. Наивно полагать, что присяжные не будут знать, кто предстал перед ними в суде в качестве подсудимого.

Своеобразное решение данной проблемы предлагает в своей статье , которая пишет, что нужно «до ответа на вопрос о виновности подсудимого не исследовать обстоятельства, характеризующие личность подсудимого и потерпевшего. В случае признания подсудимого виновным присяжные заседатели исследуют обстоятельства, характеризующие и личность подсудимого, и личность потерпевшего, и лишь после этого отвечают на вопрос о том, заслуживает ли подсудимый снисхождения» [45,12].

Но возникает вполне обоснованный вопрос: как можно вынести справедливый вердикт без исследования данных о личности обвиняемого? Тем более, как указывает , отделить человеческую сущность от обвиняемого невозможно: сквозит в манере говорить, в показаниях, в поведении, а то, что некоторые из присяжных не видят, - домысливают. Иначе есть основания полагать, что присяжные не только не узнают положительных характеристик обвиняемого, но и самостоятельно придадут его образу несуществующие отрицательные [25,27].

В комментарии к Уставам уголовного судопроизводства 1864 года отмечалось: судом судится не отдельный поступок обвиняемого, а вся его личность, образ жизни. Прокурор мог ходатайствовать об оглашении сведений об имевших место судимостях, однако и защитник мог оглашать сведения, положительно характеризующие обвиняемого как личность.

В этой связи интересен опыт США, где обвинению разрешается представлять свидетельства дурной репутации подсудимого в целях опровержения любых свидетельств его хорошей репутации, представленных защитой [53,321].

по результатам проведенных опросов присяжных заседателей пишет, что многие из опрошенных присяжных заседателей указывали на то обстоятельство, что периодически им не хватало информации [19,108].

Таким образом, можно считать, что в суде с участием присяжных подсудимый оказывается в более благоприятной ситуации, чем в обычном суде. Это, в свою очередь, нарушает принцип равенства, а также права потерпевших, личность которых может исследоваться с различных сторон.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 г. №23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» дало такое разъяснение судам, которое еще больше ограничило право присяжных заседателей на исследование материалов и обстоятельств уголовного дела [8].

("11") Так, в ст. 21 рассматриваемого Постановления Пленума Верховного Суда РФ указывается: «В присутствии присяжных заседателей не подлежат исследованию процессуальные решения - постановление о возбуждении уголовного дела, постановление о привлечении в качестве обвиняемого, а также не подлежат обсуждению и разрешению вопросы и ходатайства, направленные на обеспечение условий судебного разбирательства, такие как принудительный привод потерпевших, свидетелей, отводы участникам процесса, вопросы, касающиеся меры пресечения, и другие вопросы права, не входящие в компетенцию присяжных заседателей и способные вызвать их предубеждение в отношении подсудимого и других участников процесса».

Будучи, мягко скажем, недостаточно сведущими в области права, присяжные заседатели, конечно, нуждаются в консультациях по многим правовым вопросам, которые неизбежно возникают при рассмотрении любого уголовного дела в судебном заседании. Закон обязывает председательствующего разъяснять нормы закона присяжным заседателям (п. 2 ч. 1 ст. 333 УПК РФ).

На наш взгляд, это не разрешает проблему, так как не исключается, что председательствующий судья может оказаться заинтересованным в определенном исходе уголовного дела и его консультации могут быть не вполне объективными и корректными. Поэтому представляется, что присяжным заседателям должно быть предоставлено право обращения за консультацией по правовым вопросам к независимым специалистам. Что касается предоставленного присяжным заседателям права вести собственные записи в ходе судебного разбирательства (п. 3 ч. 1 ст. 333 УПК РФ), то это право должно быть дополнено указанием на возможность использования ими звукозаписывающей техники.

Кроме того, присяжные заседатели лишены права рассматривать уголовное дело в полном объеме. Они не имеют возможности знакомиться с теми доказательствами, которые были признаны судом недопустимыми. В соответствии с ч. 6 ст. 335 УПК РФ: «Если в ходе судебного разбирательства возникает вопрос о недопустимости доказательств, то он рассматривается в отсутствие присяжных». Это серьезное ущемление прав присяжных заседателей, непосредственно влияющее на полноту исследования доказательств по уголовному делу. Конечно, вердикт не должен быть основан на недопустимых доказательствах. Но почему законодатель проявляет такое недоверие к присяжным заседателям?

Ведь в дальнейшем присяжные заседатели должны услышать оценку этих доказательств как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, да и в напутственном слове председательствующий судья в соответствии с п. 5 ч. 3 ст. 340 УПК РФ должен разъяснить присяжным заседателям основные правила оценки доказательств. Неужели после всего этого присяжные заседатели не разберутся в том, какие доказательства следует признать допустимыми, а какие нет.

Как показывает судебная практика, с исследованием доказательств в суде с участием присяжных возникают большие проблемы. Так, например, по одному из уголовных дел, рассматривавшихся в суде с участием присяжных заседателей, было установлено, что в результате обыска на квартире подсудимого был найден пистолет. Подсудимый заявил, что никакого пистолета у него дома не было, что пистолет был принесен сотрудниками милиции с собой и подброшен, после чего в квартиру были приглашены понятые, которые и засвидетельствовали его обнаружение своими подписями. Защитник подсудимого ходатайствовал о проведении допросов понятых в судебном заседании с целью выяснения действительной картины и выявления возможных противоречий в их показаниях.

Действительно, одновременно с проверкой достоверности доказательств суд должен проверить и их допустимость. Однако если в рассмотренном случае допросы понятых проводить без присяжных, то нарушается право последних на исследование доказательств, а не просто порядок их восприятия. Житейская мудрость, на которую уповали сторонники введения суда присяжных, позволит присяжным отличить ложь от правды в показаниях понятых и сделать собственный вывод о достоверности результатов обыска [42,13].

Самые отрицательные последствия для вынесения законного, обоснованного и справедливого приговора влечет за собой лишения присяжных заседателей права совместно с профессиональным судьей определять лицу, признанному виновным, меру наказания. В настоящее время это прерогатива только одного профессионального судьи.

Как относится к этой норме УПК РФ? После принятия УПК РФ в 2001 году, когда из уголовного судопроизводства были устранены народные законодатели, в науке уголовного процесса сразу же возникла активная дискуссия о том, нужны ли народные заседатели при рассмотрении в суде уголовных дел по первой инстанции. Рассмотрим наиболее типичные позиции по этому вопросу, высказанные в то время. Некоторые авторы поддержали эту новеллу УПК РФ, которая упразднила из уголовного судопроизводства народных заседателей.

Так, В. Бозров пишет: «Вряд ли кто оспорит, что судебное следствие - сложный познавательный процесс, рассчитанный на вооруженность судей знаниями в области доказательственного права, данных криминалистики. Народному заседателю, вдруг оказавшемуся в судебном кресле, он не по силам. Но это бы еще ничего: хуже, что участие народных заседателей с правами судей порой прямо препятствует установлению подлинных обстоятельств дела, снижает уровень культуры процесса» [17,24].

Таким образом, если нам верить уважаемому автору, то на пути к вынесению судами законных, обоснованных и справедливых приговоров стояли народные заседатели, которых новый УПК РФ из уголовного судопроизводства устранил вопреки нормам Конституции Российской Федерации и, как образно выразился автор, нанес по ним «удар милосердия».

Другая позиция была представлена в статье известного ученого-процессуалиста , который указывает, что «при участии в судебном разбирательстве общественных представителей, может быть, и не очень искушенных в судопроизводстве, но обладающих элементарным здравым смыслом, весьма затруднительно было объявить в решении суда белое черным, и наоборот» [18,19].

Сейчас много говорят и пишут о борьбе с коррупцией. С точки зрения решения задач о борьбе с коррупцией в судебной системе российский суд с участием присяжных заседателей является весьма несовершенным и уязвимым в этом плане.

Если бы сейчас провести антикоррупционную экспертизу норм УПК РФ о суде с участием присяжных, как это предусмотрено п. 2 ст. 6 нового Федерального закона от 01.01.01 г. «О противодействии коррупции» [5], то самой опасной с точки зрения проявления коррупционности среди судей, наверное, была бы признана норма п. 3 ст. 350 УПК РФ. Эта норма устанавливает, что в суде с участием присяжных заседателей председательствующий судья единолично постановляет обвинительный приговор с назначением наказания.

Единоличное рассмотрение уголовного дела одним судьей в принципе всегда субъективно, а потому недопустимо. В этом случае отсутствует возможное оппонирование, дискуссия при вынесении приговора, в том числе и в вопросе определения наказания, в принципе исключаются, и в этом заложена возможность принятия неверных, незаконных и необоснованных решений по уголовному делу. Это ведет к тому, что в целом возрастает вероятность судебной ошибки при отправлении правосудия. Кроме того, на одного судью, выносящего приговор, всегда заинтересованным лицам проще организовать и осуществить незаконное давление - как со стороны различного рода коррумпированных чиновников, так и со стороны криминальных кругов.

На наш взгляд, профессиональных судей в составе суда с участием присяжных заседателей должно бы быть три. Тогда все юридические вопросы при постановлении приговора могли бы обсуждать специалисты в области права. В нынешнем составе суда даже самый порядочный и квалифицированный председательствующий судья не имеет возможности посоветоваться с коллегами-юристами, обсудить сложные вопросы применения норм права, разрешить какие-то свои сомнения, которые, конечно, у него возникают при постановлении приговора.

Интересно отметить, что более удачной является модель суда присяжных по УПК Республики Казахстан, согласно которому судьбу подсудимого решают девять присяжных совместно с двумя судьями, составляющие единую коллегию судей. Хотя ст. 559 УПК Республики Казахстан практически дублирует ст. 333 УПК РФ, регламентирующую права присяжных, полномочия присяжных заседателей в Казахстане не ограничивается лишь вынесением вердикта.

Так, согласно ст. 569 УПК РК в случае, если вопрос о вине подсудимого решен положительно, то судьи разрешают вопрос о том, является ли деяние преступлением и каким именно уголовным законом оно предусмотрено (статья, часть, пункт), а также разъясняют присяжным заседателям, какие меры наказания предусмотрены за эти деяния.

После разрешения судьями вопроса квалификации деяния судом с участием присяжных заседателей без перерыва решаются вопросы: имеются ли обстоятельства, смягчающие или отягчающие ответственность и наказание; подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное им преступление; какое наказание должно быть назначено подсудимому; имеются ли основания для постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания либо об отсрочке отбывания наказания в случаях, предусмотренных Уголовным кодексом Республики Казахстан.

В таком же порядке суд может лишить подсудимого почетного, воинского, специального или иного звания, классного чина, дипломатического ранга, квалификационного класса, государственных наград, решение по которым принимается путем открытого голосования. Решения считаются принятыми, если за них проголосовало большинство голосующих [55,134].

("12") Таким образом, по УПК Республики Казахстан присяжные имеют право участвовать при назначении наказания наравне с судьями, что говорит о высоком статусе присяжного заседателя. Сравнивая два уголовно-процессуальных кодекса, можно прийти к выводу, что по УПК РФ присяжные заседатели не являются полноправными судьями, поскольку отстранены от решения такого важного вопроса, как назначение виновному в совершении преступления наказания.

Дальнейшее совершенствование правосудия, осуществляемого судом с участием присяжных заседателей, на наш взгляд, заключается в существенном расширении прав присяжных заседателей.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Суд присяжных не является новым уголовно-процессуальным институтом в правовой системе нашей страны. Несмотря на то, что суд присяжных функционирует в современной России уже более 15 лет, по-прежнему остается множество нерешенных вопросов, связанных с его организацией и функционированием.

Первая проблема - формирование коллегии присяжных. Не удается полностью исключить возможность вовлечения в состав коллегии граждан, чьи интересы, социальная позиция или статус могут повлиять на объективность принимаемого решения. Хотя Закон «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» содержит исчерпывающий перечень оснований отвода, полагаем, что можно не включать граждан в предварительный список и при наличии других данных, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя. Например, лиц, которые сами (или их родственники, близкие им люди) пострадали от преступления, аналогичного или сходного рассматриваемому, поскольку они психологически предрасположены к формированию подсознательной обвинительной установки; лиц, одобряющих смертную казнь (людям, которые симпатизируют отмене моратория на смертную казнь, более свойственно встать на сторону обвинения); лиц, подверженных влиянию негативных стереотипов общественного сознания, различных предрассудков. Все эти обстоятельства могут нанести удар по объективности судопроизводства.

Законодатель предусматривает проведение проверки на предмет наличия факторов, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя, но характер и пределы данной проверки нормативно не определены (ч. 2 ст. 326 УПК РФ). Остается открытым вопрос и о средствах проверки. Необходимо учитывать, что проведение проверки не связано с вопросами доказывания по уголовному делу. Поэтому мы допускаем, что она может осуществляться не только средствами, предусмотренными УПК РФ. Считаем приемлемым, в целях установления обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя, осуществление таких мероприятий, как наведение справок, направление запросов, а также поручений в рамках Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» (ч. 3 ст. 7, ч. 2 ст. 14 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»).

Помимо проверки при составлении предварительного списка присяжных заседателей, исследование личности кандидата в присяжные производится и при формировании их коллегии (ст. 328 УПК РФ). Сложность данного этапа, как свидетельствует практика, заключается в том, что оценка личности кандидата в присяжные заседатели проводится в основном на основании добровольно представляемых гражданами сведений о себе. С учетом того, что они обязаны правдиво отвечать на задаваемые сторонами вопросы (ч. 3 ст. 328 УПК РФ), истинность сообщенных данных обычно презюмируется. Во всяком случае, у субъектов, задействованных в отборе присяжных заседателей, нет формальной возможности их проверить. Исходя из этого есть смысл говорить о проблеме, связанной с тем, что законность приговора разработчиками УПК РФ фактически поставлена в зависимость от того, насколько честно гражданин рассказал о себе в ходе процедуры отбора так называемых судей факта. С учетом громоздкости порядка отправления правосудия с участием присяжных заседателей данное обстоятельство не может не настораживать. На наш взгляд, нынешняя процедура отбора судей факта нуждается в совершенствовании. Необходимо уделять внимание созданию более действенных механизмов установления подлинных данных о личности тех, кому предстоит решать вопрос о виновности человека. Чем лучше будет обеспечена соответствующими администрациями в контакте с судами организационная стадия формирования коллегии присяжных заседателей, тем легче будет судье в ходе судебного заседания. Следует максимально использовать возможности органов исполнительной власти и местного самоуправления при составлении списков присяжных заседателей, чтобы в них вносились лица, имеющие и право, и возможность участвовать в судебном разбирательстве в качестве присяжных заседателей. Целесообразно создание комиссий по составлению списков присяжных заседателей как в районах и городах, так и в субъектах РФ, куда бы входили наряду с представителями органов исполнительной власти, органов местного самоуправления соответствующего уровня сотрудники органов юстиции, внутренних дел, прокуратуры, судьи, районные психологи и психиатры. В конечном итоге это позволит повысить качество работы судебных органов и сократить число отменяемых приговоров.

Вторая проблема заключается в том, что отвод всему составу скамьи присяжных в силу его тенденциозности возможен только до приведения присяжных к присяге (ст. 330 УПК РФ). Юридически это вполне оправданно: с момента приведения к присяге присяжный заседатель обретает то качество, ради которого он оказался в суде, с этого момента начинается самое главное и трудоемкое - исследование доказательств, возобновить которое в случае замены всего состава присяжных представляет значительную организационную трудность, да и вся процедура отбора присяжных, предшествовавшая присяге, в этом случае должна быть повторена. Но с социально-психологических позиций проблема тенденциозности скамьи присяжных выглядит несколько иначе: тенденциозность группового сознания обычно формируется в процессе совместной деятельности, а не до ее начала. Тогда как поступить в том случае, если подсудимый или государственный обвинитель, потерпевший или защитник только в ходе судебного следствия обнаружат тенденциозность в поведении присяжных (например, по характеру вопросов, ставящихся перед председательствующим, по отдельным репликам в перерывах и т. п.)? Закон ответа на этот вопрос не дает. Совершенствование нормативной регламентации деятельности суда присяжных должно быть сориентировано на исключение тенденциозности коллегии присяжных и возможных внутренних влияний на свободу волеизъявления каждым из них. Главными направлениями такого совершенствования, на наш взгляд, являются: возможность роспуска коллегии присяжных на любом этапе рассмотрения дела до окончания судебного следствия, дифференциация в законе вердиктов на принимаемые большинством голосов и принимаемые единогласно.

Вызывает споры среди ученых и практиков также ситуация, когда при полной доказанности вины и признания ее подсудимым присяжные заседатели тем не менее выносят оправдательный вердикт. На протяжении всего времени функционирования суда присяжных в России ученые и процессуалисты-практики пытаются найти способ предотвращения подобных заведомо неправильных с точки зрения закона вердиктов. Так, некоторыми современными авторами предлагается предоставить суду право передавать на рассмотрение другого состава присяжных заседателей дела, по которым последовали оправдательные вердикты в отношении таких лиц, которые, по мнению председательствующего судьи, несомненно виновны. По мнению этих авторов, принятие закона, который бы предоставлял судье указанное право, повлечет за собой самые благоприятные последствия. Так, во-первых, присяжные заседатели при существовании такого закона будут с большим вниманием относиться к своим обязанностям, а при возможности отмены их решения будут приниматься более обдуманно. Во-вторых, для судей это также будет иметь большое значение - им нельзя будет прикрываться вердиктом присяжных. Они будут заинтересованы вести дело так, чтобы решение присяжных было правильным, так как в противном случае они должны будут отменить неправильное решение. Мы не согласны с данной точкой зрения и считаем, что предлагаемый закон не только ограничивает деятельность суда присяжных заседателей, но и прямо противоречит самому духу этого института и не может привести к ожидаемым последствиям. Напротив, скорее всего, результаты от введения такого закона будут диаметрально противоположными. Если присяжные будут знать, что к какому бы они решению ни пришли, каждый их вердикт, в случае несогласия с ним председательствующего, может быть отменен, то во всех затруднительных ситуациях они будут гораздо легче, чем в настоящее время, выносить оправдательные вердикты. Кроме того, изменение ст. 348 УПК РФ посредством введения указанного правила предоставит и судьям больше возможностей при разбирательстве дел относиться к ним небрежно и без должной внимательности. Таким образом, практическим последствием предлагаемого изменения будет увеличение числа оправдательных вердиктов, выносимых присяжными, а последствием этого - и увеличение числа судебных заседаний. Для того чтобы предпринимать какие-либо меры к исправлению указанных недостатков деятельности присяжных заседателей, необходимо постараться определить причины этого явления. Вынесение того или иного вердикта присяжными обусловлено, на наш взгляд, целым рядом факторов:

1) не все поступки, зафиксированные в УК РФ как преступления, являются таковыми в массовом сознании общества. Присяжные в этом случае корректируют закон в соответствии с распространенными в социуме представлениями; на решение присяжных может также повлиять тяжесть наказания, этот фактор связан с житейскими представлениями о мере наказания, достаточной за совершение каждого преступления (эти представления опять же могут не совпадать с теми, которые зафиксированы в УК РФ);

2) недостаточный профессионализм судей, представителей обвинения и защиты, неумение ставить правильно вопросы перед присяжными и т. п.;

3) низкое качество предварительного расследования и прокурорского надзора за его законностью, что чаще всего проявляется в нарушении процессуального порядка расследования, его односторонности и неполноте, игнорировании конституционных и процессуальных прав обвиняемого, что влечет недопустимость доказательств и таким образом подрывает базу обвинения;

4) некоторыми психологами выделяется и такой фактор, как «подобие ситуации». Речь идет о том, может ли (и если может, то в какой мере) каждый из присяжных поставить себя на место подсудимого или потерпевшего.

В заключение следует отметить, что введение и функционирование данного уголовно-процессуального института в России, несмотря на ряд нерешенных проблем, повлекли за собой в целом серьезные перемены в деле строгого соблюдения процессуальных норм при осуществлении правосудия, претворили реально в жизнь принципы состязательности и равенства прав сторон, объективности и беспристрастности суда, показали необходимость дальнейшего совершенствования законодательства, регламентирующего порядок организации и формирования суда присяжных.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

Конституция Российской Федерации. Принята Всенародным голосованием 12 декабря 1993 года // Российская газета, №7, 21 января 2009 года. Уголовный кодекс Российской Федерации от 01.01.01 года (ред. от 01.01.01 года) // Российская газета 18 февраля 2009 года. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 01.01.01 года // Собрание законодательства Российской Федерации от 01.01.01 года № 52 (часть I) ст. 4921 (ред. от 01.01.01 года). Федеральный закон от 01.01.01 года «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 28 августа 2004 года №21. Ст. 4981. Федеральный закон от 01.01.01 г. «О противодействии коррупции» // Российская газета. 30 декабря 2008 года. ("13") Федеральный закон от 01.01.01 года «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам противодействия терроризму» // Российская газета. 31 декабря 2008 года. Определение Конституционного Суда РФ от 01.01.01 года -О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина на нарушение его конституционных прав положениями статей 42, 45,, 277, 328, 336, 377, 381 и 385 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации // СПС «КонсультантПлюс». Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 г. №23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» дало такое разъяснение судам, которое еще больше ограничило право присяжных заседателей на исследование материалов и обстоятельств уголовного дела // Российская газета. 02 декабря 2005 года. Обзор практики Кассационной палаты Верховного Суда РФ за 2002 год по делам, рассмотренным краевыми и областными судами с участием присяжных заседателей // Бюллетень Верховного Суда РФ. №5. 2003. Алексеев присяжных заседателей как угроза российской правовой системе // Уголовный процесс. 2005. №5. Багдасаров с участием присяжных - суд совести и здравого смысла (сравнительно-правовой анализ) // Международное уголовное право и международная юстиция. 2009. №2. Балакшин допустимости доказательств // Уголовный процесс. 2007. №1. Обвинение в суде присяжных // Законность. 2006. №2. Буйских реформа в Вятской губернии е гг. XIX века): Автореф. дис. ... к. ю.н. Киров, 1999. – 152с. , Чистяков присяжных: история и современность. М., 1992. – 257с. Пленум Верховного Суда РФ о производстве в суде с участием присяжных заседателей // Законность. 2006. №4. «Удар милосердия» по институту народных заседателей // Российская юстиция. 2002. №9. Суд. Скорый, да не очень. Правый, да не совсем. Милостливый, равный для всех? // Российский судья. 2002. №9. Брижак детерминанты формирования внутреннего убеждения присяжных заседателей: Дис. ... канд. псих. наук. Ростов н/Д, 2005. – 167с. Ветрова ли правосудию народные представители? Государство и право на рубеже веков / Под ред. , , . М., 2001. – 321с. Воронин института присяжных заседателей в России (1гг.): Дис. ... канд. юрид. наук: Саратов, 2004. – 156с. Количество склонно переходить в качество // Российская юстиция. 1996. №12. Галай и административно-полицейские органы в пореформенной России (1годы): Монография. Н. Новгород, 1999. – 178 с. Гарашко формирования и функционирования суда присяжных в России // Администратор суда. 2009. №4. Глобенко присяжного // Уголовное судопроизводство. 2007. №1. ("14") Городейчик раз о необходимости суда присяжных в России // Российский судья. 2007. №4. Гулевич присяжные заседатели (размышления психолога) // Общественные науки и современность. 1996. №5. , Исаенкова -методологические проблемы изучения российского суда присяжных: Монография. Н. Новгород, 200с. , , Чучаев книга судьи по уголовным делам. «Велби», «Проспект», 2007 – 298 с. Я люблю суд присяжных и дорожу им // Российская юстиция. 1994. №1. , Красиков российского уголовного права: В 2-х т. Т. 1. Общая часть. М., 2001. – 502 с. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под общ. ред. . – «Проспект», 2009. – 678 с. , Ковтун присяжных как социальное и правовое явление современной России. Н. Новгород, 2001. – 376 с. Суд присяжных: нужна реформа // Законность, 2006, №12. Суд присяжных - путь к справедливой юстиции // Российская юстиция. 1997. №3. Лупинская и порядок решения вопросов о недопустимости доказательств при рассмотрении дел судом присяжных // Рассмотрение дел судом присяжных. М., 1998. – 354с. Допрос государственным обвинителем свидетеля в суде с участием присяжных заседателей // Законность. 2007. №8. Суд должен быть удобным для общества, а не для юристов // Российская юстиция. 2000. №1. Наумов уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М.: Издательство «БЕК», 2006. – 537 с. Суд как орган борьбы с преступностью, а прокуратура как институт общего надзора // Российская юстиция. 2002. № 1. Немытина в России: вторая половина XIX - начало XX в. Саратов, 1999. – 164 с. Одни ругают суд присяжных, другие - прокурора // Российская юстиция. 1999. №3. Суд присяжных в континентальной системе права // Российская юстиция. 1995, № 1. Российское уголовное право. Общая часть / Под ред. . СПб.: Питер, 2005. – 482 с. Рябцева присяжных в России: дискуссионные вопросы // Российская юстиция. 2008. №1. ("15") Стабров ходатайств о недопустимости доказательств в Российской Федерации в суде присяжных // Журнал российского права. 2006. №11. Почему отменяются оправдательные приговоры // Российская юстиция. 1998. № 8. Таганцев уголовное право. Тула.: Автограф, 2007. – 579 с. Тарасов и коллегиальное в уголовном процессе. Самара, 2001. – 289с. Ткаченко право Российской Федерации. Общая часть. М., 2006. – 503 с. Ткачевский право. Общая часть. М., 2003. – 394 с. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник (2-е издание, переработанное и дополненное) / под ред. -Хегай, , . – «КОНТРАКТ», «МНРРА-М», 2008. – 423 с. Уголовное право. Общая и Особенная части: Учебник для вузов / под ред. . – «Городец», 2006. – 456 с. Уголовное право России. Часть общая: Учебник для вузов (2-е издание, переработанное и дополненное) / под ред. - «Волтерс Клувер», 2005 – 492 с. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан: Учебно-практическое пособие. Алматы: Издательство «Норма-К», 2002 . – 276с. Подсудимые верят в справедливость суда присяжных // Российская юстиция. 2000. №8.

preview_end()