(88) МЕККАНСКАЯ СУРА «ПОКРЫВАЮЩЕЕ»
(двадцать шесть аятов)
Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного!
Дошел ли до тебя рассказ о покрывающем? В этот День некоторые будут с лицами поникшими, усталыми, унылыми, опаляемыми жгучим огнем. Питье им будет из источника кипящего, пищею им будет только горький терн: он не утучняет и от голода не избавляет. В тот День другие будут с лицами благостными, своим стремлением довольные, в саду возвышенном. Не услышишь ты в нем празднословия. Там источник проточный, там седалища высокие, и чаши поставлены, и подушки разложены, и ковры разостланы. Разве они не посмотрят на верблюдов, как они созданы, и на небо, как оно возвышено, и на горы, как они водружены, и на землю, как она распростерта? Напоминай же, ведь ты — только напоминатель! Ты над ними — не властитель. Но тех, кто отвратился и впал в неверие, накажет Аллах величайшим наказанием! Ведь к Нам — их возврат, тогда Нашим делом будет рассчитать их.
Эта сура является одной из сур, имеющих глубокий, размеренный и спокойный ритм побуждающий к осмыслению и размышлению, просьбе и устремлению, опасению и боязни, а также к учету всех дел в свете грядущего дня Расчета!
Она погружает сердце человека в две грандиозные сферы: сферу жизни Будущей с ее обширным миром и впечатляющими картинами, а также в сферу нашего обширного бытия, доступного нашему восприятию. Наряду с этим текст содержит знамения Аллаха, касающиеся Его созданий, представленных на всеобщее обозрение. После таких величественных экскурсов сура напоминает всем людям о расчете в Будущей жизни, господстве Аллаха и неизбежности возвращения к Нему в конце концов. Текст суры изложен в глубоком и спокойном, но действительном и проникновенном ритме, который является уравновешенным, но вместе с тем устрашающим!
***
«Дошел ли до тебя рассказ о покрывающем?»
Именно таким вступлением начинается данная сура, преследующая цель вернуть сердца людей Аллаху, напомнить им о Его знамениях в данном нам бытие, о Его расчете в Будущей жизни и Его неизбежном воздаянии за содеянное. Она начинается таким впечатляющим риторическим вопросом, который вселяет в душу осознание величия, свидетельствующем о божественном решении, что указывает в то же время на жизнь Будущую, решение и напоминание о которой уже были ранее. День Воскресения здесь получает новый эпитет: «покрывающее», то есть огромное несчастье, которое постигает людей и погружает их в пучину всяческих страхов и ужасов. Это один из новых эпитетов, использованных в этой части Корана, имеющий большую впечатляющую силу. Большая беда, оглушительный клич, сокрушительное бедствие, ужасный скрежет — все эти эпитеты соответствуют определенному характеру этой части.
Создать вас или небо, которое Он возвел?» Созвездия зодиака могут означать также орбиты, по которым перемещаются эти небесные тела, то есть предназначенными для них маршрутами в космосе, которые они не изменяют. Указание об этом внушает идею грандиозности, то есть это как раз именно тот смысловой оттенок, который необходим в данном контексте;
«...и Днем обещанным...», то есть речь идет о дне Решения относительно всех мирских событий и сведении земных счетов по поводу всего, что происходило на протяжении мирской жизни. Это есть Обетованный День, о приходе которого возвестил Аллах. Он обещал в этот День провести всеобъемлющий расчет и определить каждому причитающееся воздаяние. До наступления этого Дня Аллах предоставил отсрочку всем враждующим и ведущим тяжбу. Это будет великий День, к которому устремлены все твари Аллаха, и они ожидают этот День, чтобы увидеть, каким образом все будет происходить;
«...клянусь свидетельствующим и тем, о чем он свидетельствует...». В этот грядущий День будут обнародованы абсолютно все дела, и все твари божьи предстанут перед Судом Всевышнего. Все дела станут явными, и все станут свидетелями, обо всем узнав. Все дела станут явными, и уже ничто не скроет их от глаз и сердец.
Сомкнутся небеса с чертогами звезд, наступит Обетованный День, и станет каждый и свидетелем, и тем, о ком свидетельствуют. Все эти эпитеты придают оттенок важности, величественной торжественности, соборности и грандиозности контексту суры, и именно в такой атмосфере начинается рассказ о событии Рва. Тем самым внушается впечатление обширности и универсальности сферы, в рамках которой повествуется об этом событии, истинность которого будет взвешена в тот День, и будет проведен за него полный расчет. И эта сфера гораздо больше, чем все пространство земли, и она намного превосходит длительность мирской жизни, которая ограничена в своем сроке.
***
И вот после создания такой обстановки и раскрытия безбрежного пространства, лаконичными штрихами повествуется о самом событии:
«гибель владыкам рва, разжигающим в нем огонь! Вот, они сидели при нем, созерцая то, что творят с верующими. Они мучили их только за то, что веровали они в Аллаха сильного, славного, в Того, у Кого власть над небесами и землею; Аллах — Свидетель всему».
Повествование о событии начинается с провозглашения мести людям Рва: «...гибель владыкам рва...» Это слово свидетельствует о гневе, гневе Аллаха за такое действие и на тех, кто совершил его. Тем самым, подчеркивается также чудовищность греха, который вызвал гнев Снисходительного, Его месть и угрозу покончить с теми, кто совершил это преступление.
Далее следует пояснение того, что из себя представляет сам Ров: «...разжигающим в нем огонь»; ров — это расселина в земле, которая была вырыта людьми, после чего они развели во рве костер, пока пламя не заполнило его целиком. Далее в тексте вместо слова «ров» использован эпитет «огонь», чтобы дать наглядное представление о жарком и бушующем пламени с большим количеством топлива.
Итак, погублены люди Рва, которые вполне заслужили эту месть и этот гнев, учитывая положение,
В отношении слов «дошел ли до тебя?..» следует отметить, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, ощущал реальность обращения Аллаха именно к нему, слушая эту суру, как будто бы он впервые получал сообщение непосредственно от его Владыки. Это происходило в силу высочайшей чувствительности его сердца к посланию Аллаха, хвала Ему, живого восприятия истины этого послания и чувства того, что оно направлено непосредственно к нему без всякого посредника, поскольку он слышал божественную речь собственными ушами... Ибн Абу Хатим сказал: «Али Ибн Мухаммед ат-Тана-фуси и Абу Бакр Ибн Аббас рассказывали со слов Абу Исхака, который передал рассказ Омара Ибн Майму-на, поведавшего следующее: «Как-то Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, проходил мимо женщины, которая читала: «Пришла ли к тебе весть о сокрушительном бедствии?» Пророк остановился и, послушав, сказал: "Да, она пришла ко мне"...»
Наряду с этим это божественное сообщение носит общий характер и обращено к каждому, кто слушает Коран. Рассказ о сокрушительном бедствии неоднократно повторяется в Коране. Он напоминает, предостерегает, возвещает, пробуждает этим повествованием в душах людей чувствительность, боязнь, праведность и опасения. Наряду с этим божественный текст вселяет надежду, чувство ожидания и нетерпеливого устремления. Далее, он вселяет жизнь в души людей, и эти оживленные души уже не умрут и не будут беспечными.
***
«Дошел ли до тебя рассказ о покрывающем?»
Далее в суре в некоторой степени раскрывается содержание вести о сокрушительном бедствии:
«В этот День некоторые будут с лицами поникшими, усталыми, унылыми, опаляемыми жгучим огнем. Питье им будет из источника кипящего, пищею им будет только горький терн, он не утучняет и от голода не избавляет».
Картина наказания живописуется в суре прежде картины блаженства, ибо такой порядок больше соответствует духу и обстановке «покрывающего». В тексте говорится, что некоторые лица в тот день будут опущены вниз, унижены, угнетены и отягощены. Они занимались тяжким трудом и стали изнуренными, но неблагодарен труд этот, и не благословен его исход. И ничего не обрели эти люди, кроме губительных тягот и потери; они стали еще более страдающими, изможденными и усталыми: «поникшие, усталые». Они трудились не ради Аллаха и стали изнуренными не на Его пути. Они трудились исключительно на самих себя и ради своих детей, утомившись в своем стремлении к мирской жизни и ее благам, а затем столкнулись с итогом своего труда и усилий. В мирской жизни эти люди попали в бедственное положение и нужду, а в жизни Будущей они обрели мрак, ведущий к наказанию, то есть в итоге они оказались в положении униженных, истощенных, обездоленных и потерявших любую надежду!
И вот в таком положении унижения, истощения, пытки и боли они «войдут в пылающий Огонь», вкусят его и будут мучаться в нем.
«Питье им будет из источника кипящего...», то есть горячим, очень горячим будет их питье; «...пищею им будет только горький терн: он не утучняет и от голода не избавляет». Это есть растительность ада, сотворенная из огня, подобно тому что сообщается о дереве Заккум, которое произрастает в самом пекле ада. Быть может, это разновидность колючки, которой питаются верблюды, пока она зеленая. Называется эта колючка «шабрак», которую после созревания верблюды уже не едят, поскольку она становится ядовитой! Как бы то ни было, и в том, и в другом случае это есть разновидность пищи в аду, наряду со смердящей жидкостью и другими подобными продуктами, которые не имеющими питательности и нисколько не спасающими от голода!
Совершенно очевидно, что в мирской жизни нам не дано осознать характер такого наказания в жизни Будущей. Однако такое описание дается для того, чтобы нашими человеческими чувствами можно было бы в максимальной степени приближенно осознать эту муку, когда сливаются воедино унижение, бессилие и отчаяние с обжигающими языками жаркого пламени, а замерзание сочетается с купанием в кипятке! Здесь же пища — в виде бесполезной колючки, которую не могут есть даже верблюды. И вот из комплекса таких представлений в наших чувствах формируется осознание невероятной по своей боли муки. Причем следует отметить, что наказание в жизни Будущей намного сильнее и мучительнее. Истинную суть этого наказания может осознать лишь только тот, кто вкусит его, упаси нас Аллах от этого!
И с другой стороны, мы находим следующее: «В тот День другие будут с лицами благостными, своим стремлением довольные, в саду возвышенном. Не услышишь ты в нем празднословия. Там источник проточный, там седалища высокие, и чаши поставлены, и подушки разложены, и ковры разостланы».
Здесь мы уже видим лица, отмеченные блаженством и сияющие удовлетворением. Лица блаженствуют в обстановке, в которой они оказались, и восхваляют они дела свои, ибо результатом их стало благо.
Они наслаждаются этим возвышенным духовным чувством —- чувством удовлетворения за дела свои, когда они видят, что Аллах с благосклонностью принял их. И нет ничего более приятного для сердца, чем чувствовать уверенность в благе и быть спокойным за грядущий конец, видеть благосклонность Щедрого Аллаха и быть в блаженстве. Далее Коран живописует картину такого счастья в раю, преисполненном изобилия и благоденствия. Сура повествует о рае и удовольствиях, которые предоставляются его счастливым обитателям:
«...в саду возвышенном», который сам по себе возвышен и славен; он высок в своих степенях и уровнях, а возвышенность в ощущениях человека обладает особой ритмичностью;
«...не услышишь ты в нем празднословия» — такое выражение создает атмосферу спокойствия, тишины, мира, уверенности, дружелюбия, удовлетворенности, спасения и задушевного совместного времяпровождения в кругу любимых и друзей. Наглядно возникает ощущение возвышенности и отдаленности от любого пустого слова, которое не содержит ни блага, ни благополучия. И уже только одно это есть блаженство и счастье. Особенно ярко подобное счастье проявляется, когда сознание человека возвращается к этой мирской жизни с ее болтовней, пустословием, дрязгами, единоборством, конкуренцией, теснотой, назойливостью, треском, грохотом, шумом и криками, волнением и сумятицей. После этого человек, естественно, отдает предпочтение картине благостной тишины, мира, покоя, любви, удовлетворенности и росистой свежести в следующем вдохновляющем выражении: «не услышишь ты в нем празднословия». Даже сами эти слова навевают атмосферу свежести и возвышенной духовности, скользя в речи с плавностью и легкостью, с мягкой музыкальной ритмичностью! Этот смысловой штрих внушает людям, что жизнь верующих на земле, свободная от пустословия и споров, представляет собой одну из сторон жизни в раю, и тем самым они готовятся к будущему великому блаженству.
Именно так Аллах представляет людям некоторые свойства рая, ибо это понятие имеет возвышенный, благородный и светлый смысл. Далее следует описание райских благ, которые преисполняют чувства и ощущения, поскольку это описывается в таком виде, который человек может себе представить. Все райские удовольствия соответствуют степени возвышенности душ обитателей рая, что в полной мере может осознать только тот, кто вкусит это на самом деле!
«Там источник проточный...» — текущий ручей представляет собой обильно изливающийся источник, что придает красоту этому выражению, красоту движения и бьющей ключом воды. Проточная вода создает ощущение кипучей активности и преисполняет чувства духом биения и импульсивности! И это есть услада для взора и души от этого скрытого аспекта, который проникает в глубины сознания; «...там седалища высокие...» — высота здесь внушает ощущение чистоты, очищения и непорочности; «...и чаши поставлены...», то есть удобно расположенные и готовые для питья, которые нет необходимости просить или готовить заранее; «...и подушки разложены...», то есть предназначенные для возлежания, опоры и отдыха; «...и ковры разостланы», то есть сделанные из бархата, расположенные повсюду для украшения и отдыха!
Все эти удовольствия известны людям по аналогичным благам на земле. Упоминаются же эти вещи
для того, чтобы максимально приблизить описание рая к восприятию земных людей. Что же касается истинной сути рая и характера райских наслаждений в их подлинном виде, то это доступно лишь его обитателям — счастливцам, которым Аллах даровал вкусить такое неземное удовольствие!
Было бы совершенно неразумным вдаваться в рассуждения или исследования, касающиеся характера райского блаженства либо характера наказания в Будущей жизни. Ведь осознание характера чего бы то ни было зависит от типа сознания. Восприятие земных людей регламентировано чувствами и ощущениями, основанными на земных условиях и характере или природе земной жизни. Ведь если люди окажутся там, где исчезнут завесы и рухнут барьеры, души и чувства вырвутся на свободу, изменится значение самих слов и понятий в силу изменения восприятия, и произойдет то, что произойдет, то нам не дано понять сейчас, каким образом все это случится!
Из всех этих описаний у нас складывается представление о картинах величайшего наслаждения, блаженства и удовольствия в рамках наших нынешних земных ощущений, пока нам не станет доступной истина того, что происходит там, когда Аллах почтит нас Его милостью и благосклонностью.
***
Закончив экскурс в потусторонний мир, повествование возвращается к нашему осязаемому материальному бытию, внушающему убежденность в мощи Всемогущего, устроении всего Высшим Управляющим, уникальности творения Аллаха и индивидуальности его характера. И это свидетельствует, что за этим божественным предустановлением и предопределением есть нечто, что будет после завершения
мирской жизни, нечто, находящееся за пределами нашей земли, и иной исход, а не смерть.
«Разве они не посмотрят на верблюдов, как они созданы, и на небо, как оно возвышено, и на горы, как они водружены, и на землю, как она распростерта?»
Эти аяты объединяют четыре фактора окружающей среды, привычной для араба, к которому впервые обращается Коран, а также включают примечательные аспекты живых созданий во всей вселенной. Речь в них идет о небе, земле, горах и верблюдах (представляющих всех других животных). Особое предпочтение отдано созданию верблюда из-за его своеобразного облика, а также по причине его высокой ценности для араба.
Подобные картины являются привычными для взора человека, где бы он ни находился. Небо, земля, горы, животные... Каков бы ни был уровень образования и цивилизованности человека, такие образы являются неотъемлемой частью его мира и сознания, внушая ему осознание того, что находится за всем этим, когда его взор и сердце стремятся понять суть данных явлений.
В каждом из этих явлений есть скрытое чудо, и каждое из них представляет собой шедевр Творца, содержащий в себе уникальную энциклопедию. И только одни эти явления уже вполне достаточны, чтобы внушить человеку осознание истинности основополагающих догматов веры. И Коран обращает на это внимание всех людей:
«Разве они не посмотрят на верблюдов, как они созданы...» Известно, что верблюд является важнейшим животным для араба. На нем он совершает поездки, перевозит поклажу, получает от него питье и еду. Шерсть и кожа верблюда используется для изготовления одежды и оборудования жилья, то есть верблюд для араба есть первый источник существования. К тому же следует отметить, что ряд особенностей делают верблюда уникальным созданием среди других животных. Несмотря на его большую силу, крупное и мощное телосложение, он покорно подчиняется управляющему им маленькому существу. Хотя верблюд и приносит неоценимую пользу, оказывая различные услуги, расходы на его содержание весьма незначительны. Его легко пасти, и он неприхотлив в еде, употребляя дешевые корма. Он самый выносливый из всех одомашненных животных, долгое время может не есть и не пить, заниматься тяжелым трудом и пребывать в плохих условиях. К тому же верблюд отличается еще одним положительным качеством, гармонирующим с факторами окружающей среды, о чем речь пойдет позже.
В силу всего этого Коран обращает внимание проповедуемых на изобретательность и продуманность, проявленные при создании верблюда, этого обычного для арабов животного, так что им не требуется для этого абстрагироваться или обладать какими-нибудь специальными знаниями: «Разве они не посмотрят на верблюдов, как они созданы...» Неужели же они не обращают внимания на внешний вид и анатомию верблюда? Неужели они не задумываются, каким же образом он был так удачно создан приспособленным для выполнения своих функций, что обеспечивает достижение цели его создания в полной гармонии его функций с окружающей средой?! Истинно, не они его создали, и не он сам создал себя. Несомненно, что это есть плод творчества Творца, уникального во всех Его творениях. Это свидетельствует о Его существовании, причем убедительно и однозначно, а также доказывает Его установление, руководство и предопределение.
«...и на небо, как оно возвышено...» — обращение сердца человека к небу неоднократно повторяется в Коране. Самые подходящие люди для обращения своих взоров и внимания к небу — это жители пустыни, ибо у неба есть вкус и особая притягательность, сила внушения и особый настрой, как будто бы настоящее небо есть только там, в пустыне!
Дневное небо отчетливо, ясно, открыто и превосходно, и вообще, изначально небо по своей сути чарующе, прекрасно и волшебно. Вечернее же небо изумительно, уникально и производит огромное впечатление. Небо ночью необъятно в своих просторах, усыпанное сияющими и мерцающими звездами, ведущими неспешную беседу. Небо на заре прекрасно, сияюще и дышит жизнью.
Таково небо пустыни... Неужели же они не смотрят на него? Неужели они не смотрят на то, как высоко оно раскинулось? Кто же поднял его на такую высоту и установил там без всяких опор? Кто же рассыпал по нему это бессчетное число звезд? Кто же придал ему подобное великолепие, такую красоту и эту огромную впечатляющую силу? Это не люди подняли его, и оно не поднялось само по себе. Несомненно, есть Творец, Который поднял и установил небо. И для того чтобы понять это, не нужны специальные знания и умственное напряжение. Достаточно просто трезвомыслящего взора...
«...и на горы, как они водружены...» Горы представляют собой, особенно для араба, убежище и место спасения, то есть горы — друг и товарищ для него. Картина гор в целом вселяет в душу человека ощущение величия и трепетного страха, поскольку человек рядом с ними становится совсем маленьким и безропотным; он преклоняется перед грандиозным величием этих громад. Естественно, что в окружении гор душа человека всем своим существом устремляется к Аллаху, проникаясь ощущением того, что она ближе к Нему, удаляясь от скверны земли, ее шумной суеты и всего презренного. Неудивительно и вовсе не случайно, что Мухаммед, да благословит его Аллах и приветствует, избрал для благочестивого уединения пещеру Хира в горах Тура. Совсем не случайно, что ищущие спасения люди отправляются периодически в горы!
В тексте суры содержится вопрос относительно того, каким образом были водружены горы. С точки зрения человеческого восприятия и представления, такой смысловой штрих согласуется с сущностью самого явления, как об этом будет сказано ниже.
«...и на землю, как она распростерта...» Земля простирается перед взором человека, подготовленная для жизни и труда, но вовсе не люди распростерли ее, ибо она была распростерта прежде, чем люди появились на ней. Неужели они не задаются вопросом: кто же распростер ее, так прекрасно подготовив ее для жизни?
При здравомыслящем рассмотрении и трезвом размышлении эти картины вселяют нечто в сердце человека. И этого вполне достаточно, чтобы пробудить сознание, встрепенуть сердце и направить душу к созидающему Творцу всех этих творений.
Остановимся же ненадолго перед красотой впечатляющей гармонии всего комплекса вселенского явления, чтобы увидеть, каким образом Коран обращается к религиозному сознанию людей с использованием высокохудожественного эстетического языка и как это сочетается в чувствах верующего, ощущающего красоту бытия...
Общая картина включает образ поднятого неба и распростертой земли. И в этих беспредельных просторах возникают «водруженные» горы с их пиками, а не разбросанные в беспорядке. Проявляется красота горных вершин, две горизонтали и две вертикали в одном величественном зрелище на обширной территории. Но, несмотря на это, наблюдается полная гармония расстояний и направлений на этой грандиозной картине! И это есть специфический метод Корана описывать разнообразные виды и картины с его впечатляющей и выразительной силой[1].
Итак, после первого экскурса в потусторонний мир и второго — в область вселенских картин и явлений, повествование обращается к Посланнику, да благословит его Аллах и приветствует, наставляя его относительно пределов его долга и характера его деятельности. Последний побуждающий штрих глубоко затрагивает сердца людей:
«Напоминай же, ведь ты — только напоминатель! Ты над ними — не властитель. Но тех, кто отвратился и впал в неверие, накажет Аллах величайшим наказанием! Ведь к Нам — их возврат, тогда Нашим делом будет рассчитать их».
Проповедуй то-то и то-то, возвещай им о жизни Будущей и о том, что ждет их в ней, возвещай им о вселенной и том, что есть в ней, ибо ты есть только проповедник, и именно в этом состоит твоя задача. В этом заключается твоя роль в этом призыве. Больше от тебя ничего не требуется. Ты обязан проповедовать, ибо ты подготовлен для этого, и тебе поставлена эта задача.
«Ты над ними — не властитель», то есть у тебя нет власти над их сердцами и душами, чтобы силой принуждать их к вере. Сердца людей находятся во власти Милостивого, и человек не может распоряжаться этим.
Что же касается джихада, который предписан далее, то он предназначен не для того, чтобы силой вовлекать людей в религию. Цель джихада состоит в том, чтобы убрать с пути призыва любые препятствия и свободно возвещать его людям. Им не запрещается слушать его, и они не отвратятся от своей религии, если будут слушать призыв. Джихад предназначен для ликвидации любых препятствий с пути проповедования — единственной роли, уготованной Посланнику Аллаха.
Откровение о том, что в деле призыва роль посланника ограничивается только проповедованием и напоминанием, неоднократно звучит в Коране по целому ряду причин.
В первую очередь это объясняется необходимостью снять с нервов Посланника тяготы призыва после его возвращения, оставив дело на усмотрение Аллаха, Который дальше сделает то, что угодно Ему. Настойчивое устремление людей и их горячее желание победы для призыва, несущего всеобщее благо, их стремление к распространению этого блага оказались настолько горячими, что существовала настоятельная необходимость неоднократно повторять подобное внушение. Проповедник обязан исключить все свои личные и собственные желания из области призыва, чтобы беззаветно исполнять свой долг, каким бы ни был ответ людей на это и каким бы ни был конечный результат. Душа проповедника не должна быть озабоченной вопросом о том, кто — верующий, а кто — неверный. Он не должен поддаваться тягостным мыслям, когда обстановка вокруг призыва резко ухудшается, уменьшается ответ и отклик людей на призыв, растут оппозиция и враждебность.
О горячем желании человечества победы призыва Аллаха, их неистребимом стремлении осчастливить людей благом и милостью свидетельствуют неоднократные наставления Посланнику, да благословит его Аллах и приветствует, хотя он есть тот, кто он есть, — воспитанный Аллахом, знающий пределы своих полномочий и предопределение Аллаха. И вместе с тем изобилие горячего желания потребовало такого длительного и неоднократного лечения на разных этапах и в различные времена.
Однако если это была граница Посланника, то дело вовсе не заканчивается этим. Опровергающие религию и веру не спасутся и не останутся невредимыми. Есть Аллах, и исход всех дел принадлежит Ему:
«Но тех, кто отвратился и впал в неверие, накажет Аллах величайшим наказанием!»
Неизбежно все они возвратятся только к Одному Аллаху, и только Он Один есть Тот, Кто обязательно предъявит им спрос. И это есть последнее внушение суры, выраженное в категоричной и недвусмысленной форме:
«Ведь к Нам — их возврат, тогда Нашим делом будет рассчитать их».
Тем самым определяется роль Посланника в этом призыве, а также любого проповедника после него. Ты есть проповедник, а расчет с ними после этого — дело Аллаха. Им не избежать ни под каким видом возвращения к Нему. Им никогда не избежать расчета и воздаяния за содеянное. Вместе
с тем следует понять, что в область проповедования входит ликвидация любых препятствий на пути призыва, чтобы он возвещался людям и чтобы проповедование состоялось. Именно в этом состоит задача джихада, как это вытекает из Корана и жизненного пути Посланника. И в этом нет никакого упущения или беззакония...
[1] См. главу «Художественная гармония» в кн. «Художественность Корана».
