Суфлер - профессия полупризрачная. Во-первых, потому что профессиональный суфлер должен обладать незаурядной памятью, прекрасной дикцией и способностью быть не слышным и практически невидимым. А во-вторых, потому что суфлеры в театре появились незаметно. И так же незаметно исчезли из него. Последняя суфлерская будка в Новосибирске была разобрана много лет назад. Хотя штатная единица «суфлер» в НГАТОиБ продолжает существовать - из арии ведь слово не выкинешь! Но во всей России людей этой профессии можно пересчитать по пальцам. Остались они практически лишь в опере. Из драматических театров суфлерская будка была выкинута еще в начале прошлого века. В театре «Старый Дом», правда, до сих пор есть суфлерская яма. Только используется она как сценический люк…Сами же суфлеры постепенно исчезали и практически исчезли. Прошло то время, когда актерам приходилось сдавать по 30-50 спектаклей в сезон…Понятно, что при таком раскладе крайне сложно было запомнить даже половину собственных ролей. Не говоря уж обо всем тексте пьесы. Один из последних «драматических» суфлеров нашего города сложил свои полномочия почти сорок лет назад… НА ВТОРЫХ РОЛЯХ |
|
СУФЛЕР. Как в театре закончились подсказки.
Дело было в «Красном факеле»- тогда, когда народный артист
еще учился на третьем курсе театрального училища, а телевизоры для большей части новосибирцев были просто непозволительной роскошью. Тогда, в шестидесятых годах прошлого века, в помещении новосибирского Театра оперы и балета бала организована театральная секция. Этот клуб собирался раз в неделю, и посещали его люди разных возрастов - как взрослые, так и совсем еще дети. Объединяло их одно - любовь к театру. Все вместе они ходили по новосибирским храмам Мельпомены, обсуждали премьеры на сборах, даже что - то писали…В общем, было это чем-то похоже на современную секцию критики при Доме актера. Вот туда-то и попала старшеклассница Таня Жукова.
Таня бала девушкой целеустремленной и очень быстро поняла, что свою будущую жизнь не представляет себе без театра. Поэтому, заканчивая школу, она уже наметила себе цель в виде Ленинградского театроведческого института. Но при более вдумчивом ознакомлении с условиями приема в институт вдруг обнаружила: чтобы туда попасть, необходимо сперва хотя бы два года отработать в самом театре. И Таня, не долго думая, пошла устраиваться на работу в «Красный факел».
- Так и сказала: «Примите меня на работу!», как сейчас помню, - рассказывает Татьяна Анатольевна ( спустя сорок лет она работает…начальником режимно - секретного органа в Арбитражном суде и ее фамилия уже не Жукова, а Маслова.- Прим. Автора).- На самом деле «Красному факелу» так «повезло» исключительно потому, что жила я тогда сразу за Домом культуры Октябрьской революции. Просто «Факел» был ближе всех театров. Как ни странно, приняли меня сразу. В общем-то, удивляться особенно не приходилось: профессия суфлера по тем временам была, во-первых, очень низкооплачиваемой. Если молодому инженеру, только что закончившему вуз, платили около 120 рублей в месяц, то суфлер получал всего-то 55. К тому же в «Красном факеле» как раз образовалась вакансия. Да и вообще тогда представители этой профессии были в дефиците…Вот меня и взяли «вторым суфлером».»Вторым», потому что там уже был один - Маргарита Александровна Иловайская. В сущности, именно у Маргариты Александровны я и училась этой профессии. Первые два месяца только ходила на спектакли и репетиции и ВНИКАЛА - запоминала, как она работает с актерами. А потом постепенно стала «суфлировать» сама.
ПАРТА ЗА КУЛИСАМИ.
-И в чем же заключалась ваша работа?
-Во –первых, необходимо было присутствовать на всех без исключения постановках и репетициях. Поэтому работали мы с Маргаритой Александровной практически каждый день, с 10 утра до 13-14 часов, а также во время вечерних спектаклей. У каждой были свои спектакли - которые мы «вели». Иногда приходилось друг друга подменять, но такое бывало нечасто. А на гастроли театр выезжал, как правило, без суфлера - в целях экономии.
-А суфлерская будка в «Красном факеле» тогда была?
-Нет, конечно. В то время их уже не ставили. Будка была только в оперном театре - потому что там суфлер проговаривает ВЕСЬ текст. Драматическим актерам в этом смысле легче - можно переставить слова местами, можно заменить одно другим. Можно вообще пропустить часть слов. Да и партнер по сцене в конце концов может стать спиной к зрительному залу и подсказать забытый тобой текст…А в опере из песни слова не выкинешь. Хотя в «Красном факеле» иногда ставились пьесы в стихах - например, «Собака на сене». Вот там нам, суфлерам, действительно приходилось изрядно помучиться! А в остальных спектаклях было проще. Мы просто сидели за сценой: в одной из кулис рядом с пультом помощника режиссера была установлена такая парта - почти школьная, только поуже. На ней стояла лампа - чтобы можно было сверяться с текстом, даже если на сцене полная темнота. Ну и стул, конечно. Хотя он нам требовался меньше всего: на спектаклях приходилось буквально бегать за актером по сцене, за задником - подсказывать. Особенно когда происходили непредвиденные «вводы» в спектакль. Впрочем, большей частью суфлер нужен, чтобы актер себя чувствовал свободно, не нервничал.
Но все же основная работа была на репетициях - процесс запоминания текста у некоторых актеров растягивался на несколько недель.
Светлана Фролова.
