Естественная История

«ЕСТЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ»

Телевизионный мини-сериал с элементами детектива и мистики. Место действия Нью-Йорк, США – музей Естественной истории, в котором и происходит большинство интересных и необычных случаев. Каждая серия – самостоятельная история с названием, но через весь сериал проходят образы и судьбы основных действующих лиц: Алекс – зам. директора музея, Макса – журналиста, пишущего на около культурные темы (критик) и других персонажей. Любой сюжет, так или иначе, связан с музеем или экспонатами в нем представленными. Призраки, старинные проклятия, загадочные книги из хранилища вплетаются в жизнь всех, кто имеет отношение к музею Естественной истории…

СИНОПСИС пилота

Музей естественной истории, одно из популярных мест Нью-Йорка, куда приходят не только туристы, но и зарубежные гости. Однажды во время экскурсии, на которой присутствовал мэр города и директор музея Эрл Робинс, появляется таинственный незнакомец в индейской одежде. Индеец обвиняет директора в «слезах его племени» и бросает в него горстью дешевых стекляшек. После чего в музее начинают происходить таинственные события. Заместитель директора Алекс начинает собственное расследование и вскоре узнает, что индейский колдун – это знак старинного проклятья. Она узнает это слишком поздно, т. к. Эрл уже мертв, хранилище музея затоплено водой, а ее саму ждут неизвестные перемены…

Нью-Йорк. Музей естественной истории. Зал индейской культуры.

АЛЕКС: А сейчас давайте перейдем к стенду, на котором представлены магические предметы, которыми пользовались индейские колдуны, населявшие остров Манхэттан в начале 17 века.

БЛУМБЕРГ: (обращаясь к Робинсу) Сколько помню вашу экспозицию, Эрл, магических предметов вы раньше не выставляли!

РОБИНС: (улыбаясь) Стараемся идти в ногу со временем. Вы, дорогой Майкл, прислушиваетесь к мнению горожан, а мы чутко относимся к мнению наших посетителей. Если бы не магические индейские обряды – вряд ли у нас было столько желающих взглянуть на все это. Последнее время, ко всему эдакому у людей повышенный интерес. Даже вы привели сюда своих гостей.

БЛУМБЕРГ: Ну, мэр должен показывать самое лучшее, что есть в городе. Мои помощники настаивали, чтобы я показал этим русским парламентариям вашу новую экспозицию …

АЛЕКС: (продолжая экскурсию по залу) …индейцы считали землю священной, и поэтому большая часть их ритуалов – это знак благодарности за ее плодородие…

БЛУМБЕРГ: (полушепотом) Я надеюсь, что Алекс в этот раз не будет занимать внимание наших гостей более чем обычно?

РОБИНС: (показывая Алекс часы) Я уже дал ей понять, дорогой Майкл, что ее время истекло.

БЛУМБЕРГ: Как зловеще вы это сказали, Эрл. (указывая рукой на приближающуюся фигуру индейца в национальном костюме) А это тоже часть экскурсии? Неужто ряженный в индейца американец входит в стоимость входного билета?

РОБИНС: (в недоумении) Ничего не понимаю, может это сюрприз от Алекс?

АЛЕКС: …ритуальные жертвоприношения… (резко замолкает, увидев индейца)

ТИШИНА НЕДОУМЕНИЯ. ГОСТИ ИЗ РОССИИ О ЧЕМ-ТО ПЕРЕШЕПТЫВАЮТСЯ

ИНДЕЕЦ: Я должен отдать вам то, что не принесло счастья моему народу, потому что белые люди обманули нас. Это слезы наших детей и женщин, которых предательски лишили земли. Заберите все назад! (индеец кидает в Робинсона горсть разноцветных стекляшек и блестящих металлических пуговиц)

РОБИНС: (криком) Охрана! (индейцу) Кто Вы? Что вам надо?

ИНДЕЕЦ: Я «НИКТО»…

НАЧАЛЬНЫЕ ТИТРЫ СЕРИАЛА

НАЗВАНИЕ СЕРИИ: «ГОРСТЬ СТЕКЛЯШЕК»

Кабинет директора музея. 2 часа дня.

АЛЕКС: … вы не понимаете мистер Робинс, это не просто индеец, это колдун! Его одежда очень красноречиво говорила об этом: украшения и амулеты все выдавало в нем человека необыкновенного.

РОБИНС: Вполне обыкновенный хулиган, да еще и ряженый. Мало того, что он бросил в меня какой то гадостью, так еще и обвинил в слезах его народа. Я никогда не работал в отделе миграции, я всю жизнь занимаюсь искусством. Причем здесь я?

АЛЕКС: Поэтому я и предлагаю вам забрать свое заявление из полиции. Мы должны все решить самостоятельно и… тихо.

РОБИНС: Знаете Алекс, я порой не понимаю, как вы стали моим замом. Порой вы говорите такие вещи, от которых поднимаются волосы на моих руках. Вы что не понимаете, что меня оскорбили в присутствии мэра, да еще на глазах у этих русских. Завтра их «Правда» выйдет с заголовком «Месть коренных жителей Америки».

АЛЕКС: Возможно, завтра «Нью-Йорк Пост» выйдет с заголовком более красноречивым. Журналисты в миг узнают об этом происшествии, и эта горсть стекляшек станет для вас страшным воспоминанием. А если и правда эти стекляшки имеют какое то магическое значение? Мы не можем так просто отмахиваться от всего, что происходит в стенах нашего музея. В конце концов у нас репутация самого безопасного музея планеты, а тут еще этот колдун… Надо все выяснить и разобраться…

РОБИНС: Вот и займитесь, вы у нас музейщик со стажем, к тому же мой заместитель, а я буду заниматься своими административными обязанностями. (саркастически) Благодарю, что выслушали!

Алекс обиженно выходит из кабинета. Робинс начинает звонить по телефону.

РОБИНС: Алло, Джерри, это я! Что там с этим индейским магом? В одиночке? Вы что с ума там все посходили? Переведите его в общую камеру, там то не знают что такое политкорректность! Все, пока!

Дом Робинса. Его жена, дама 50 лет, рассматривает в лупу роспись китайской вазы.

ПРИСЛУГА: Миссис Робинс, куда подавать чай?

АННА: …..молчание…..

ПРИСЛУГА: К-хе, к-хе… прошу прощения, куда подавать чай?

АННА: Ромона, я же просила не беспокоить меня когда я работаю.

ПРИСЛУГА: Да, миссис, я помню. Мне показалось, что вы просто рассматриваете вазу.

АННА: (передразнивая) Просто рассматриваю вазу… я ничего не делаю просто так. Я оцениваю этот шедевр ручной работы. Послушай, Ромона, за два года работы у нас ты могла бы научиться различать работу и просто так.

ПРИСЛУГА: (сдерживая слезы) Да, мэм. Простите.

АННА: Принеси мне чай наверх, я сейчас приду.

Прислуга удаляется. Анна какое то время вглядывается в причудливые узоры китайской вазы.

АННА: (встает с вазой, разговаривает сама с собой) Настоящий шедевр. Думаю, тысяч двадцать за нее дадут. Надо сказать Эрлу, чтобы не медлил с продажей.

С вазой в руках она подходит к большому окну и, наслаждаясь игрой солнечных лучей, продолжает рассматривать антиквариат. В этот момент с ветки дерева слетает ворон и со всей силы врезается в стекло. От неожиданности ваза выскальзывает из рук женщины, и под ее оглушительный крик, падает на пол. Мелкие куски китайской вазы разбросаны по полу. Анна в ужасе воет. На ее крик сбегается прислуга.

АННА: Эта мерзкая птица, она… она … она уничтожила целое состояние. Эрл! Эрл! Ты не поверишь! Ваза, моя ваза…

Выбегает из комнаты.

Манхэттан. 1626 год.

Зеленая поляна. Посреди нее горит костер, вокруг которого сидят индейцы с женами и детьми. Вождь племени курит длинную трубку. Звучит монотонная индейская песня, напоминающая молитву. Вдруг появляются какие-то люди на лошадях. Это Европейцы. Они неуверенно подходят к вождю и начинают разговор.

ЕВРОПЕЕЦ: Вы получили награду за эту землю. Уходите, или мы силой заставим вас покинуть Манхэттан.

Молчание. Вождь лишь изредка посматривает на Европейца.

ЕВРОПЕЕЦ: (обращаясь к переводчику) Переведи этим дикарям, чтобы убирались отсюда. Мы заплатили, и теперь наш вождь будет разжигать здесь костер. Может так им станет понятней.

Переводчик начинает что то говорить. К Европейцу подходит еще один мужчина.

МУЖЧИНА: Гарри, мы ездим сюда уже вторую неделю, они не сдвинулись с места, так и сидят. Надо что-то делать.

ЕВРОПЕЕЦ: Я знаю Стив. Но не прикажешь мне всех их перестрелять?

МУЖЧИНА: (полушепотом) А кто узнает? Скажем, что ушли в леса. Мы не можем больше ждать. Гарри пойми!

ПЕРЕВОДЧИК: (обращаясь к европейцу) Вождь сказал, что они не уйдут.

ЕВРОПЕЕЦ: Стив, сейчас нас все равно мало, чтобы действовать на них силой, но мы вернемся. Поехали.

Мужчина недовольно сплюнул в сторону сидящего вождя. И последовал за европейцем.

Нью-Йорк, музей естественной истории. Зал индейской культуры.

ЭКСКУРСОВОД: Перед вами новая экспозиция, рассказывающая о народностях населяющих территорию Соединенных Штатов, до прихода сюда европейцев. Выставка стала результатом многолетней исследовательской деятельности наших специалистов во главе с Алекс Джонс. Большой интерес представили находки сделанные недавно в районе Манхэттана. Эти предметы являются непременным атрибутом индейского колдуна.

ПОСЕТИТЕЛЬ: А что делали эти колдуны?

ЭКСКУРСОВОД: Колдуны оберегали племя, вызывали дождь или засуху, лечили и…

МАКС: …насылали проклятья.

Вся группа оборачивается в сторону Макса, который своей фразой бесцеремонно встрял в ход лекции. Экскурсовод немного сконфузился, но продолжил.

ЭКСКУРСОВОД: да, есть свидетельства о индейских проклятьях, но колдуны прибегали к ним в исключительных случаях…

МАКС: … особенно когда кто-то истреблял целые племена.

ЭКСКУРСОВОД: (всей группе) Разрешите вам представить Макса Фрая – журналист «Нью-Йорк Пост», очень известен своими колкими рецензиями на культурные события, происходящие в нашем городе.

Экскурсанты заулыбались, понимая о чем идет речь.

МАКС: вы не добавили: очень любит музей естественной истории.

ЭКСКУРСОВОД: а еще он любит мешать посетителям осматривать экспозицию! Если вы не прекратите свои комментарии я вызову охрану.

МАКС: Мисс Вудрафт, замолкаю, замолкаю… На самом деле я к вам по личному делу.

ЭКСКУРСОВОД: (продолжая экскурсию) Итак, как вы уже слышали индейцы могли насылать проклятья: существовали особые ритуалы, после которых человек умирал при загадочных обстоятельствах. Пожалуйста, осматривайте стенды. (к Максу) Что еще за личное дело?

МАКС: Мисс Вудрафт, говорят, что в директора швырнули чем-то мерзким прямо в этом зале?

ЭКСКУРСОВОД: У вас не верные сведения.

МАКС: Но Мисс Вудрафт, давайте вспомним, что мы с вами старые друзья, и кое-что должны друг-другу. Ну, же… что сегодня здесь произошло?

ЭКСКУРСОВОД: Макс, по-моему мы с тобой за все рассчитались, это шантаж.

МАКС: (улыбаясь) это не шантаж, а один из ста способов получения информации.

ЭКСКУРСОВОД: А можно ко мне применить какой-нибудь другой способ?

МАКС: Если я приглашу в ресторан, тебя опять начнет разыскивать ревнивый муж, поэтому давай выясним все прямо сейчас.

ЭКСКУРСОВОД: чтобы уже завтра это появилось в утренней газете…

МАКС: Такова судьба информации. Ну, же!

ЭКСКУРСОВОД: Я как раз сопровождала Эрла с делегацией мэра, когда в этот зал вошел индеец и запустил в лицо Эрлу горсть каких-то стекляшек… вот и все.

МАКС: (доставая блокнот) а он что-то говорил, этот индеец? В чем он был одет?

ЭКСКУРСОВОД: да сказал про слезы каких-то детей… одежда была довольно странная: старый балахон со множеством каких то безделушек.

МАКС: Это все?

ЭКСКУРСОВОД: Да, тут же вызвали охрану, по-моему, этого хулигана увезли в полицию. Эрл, написал заявление. Я не могу больше с тобой разговаривать, у меня группа туристов.

МАКС: Конечно, я понимаю, спасибо, дорогая!

ЭКСКУРСОВОД: Только умоляю, не надо на меня ссылаться… ок?

МАКС: разве я выдаю своих информаторов? (в сторону) они сами себя выдают!

Полицейский участок. 4 часа дня

ПОЛИСМЕН: Алекс, я же вам повторил, что вы не можете поговорить с этим человеком.

АЛЕКС: Но, почему? Что в этом такого? Он никого не убил, никого не ограбил, он не представляет опасности обществу…

ПОЛИСМЕН: Тогда что он делает в полицейском участке? Просто пришел узнать как у нас дела?

АЛЕКС: У меня всего один вопрос к нему. Это же так просто!

ПОЛИСМЕН: Создается впечатление, что мы говорим на разных языках.

АЛЕКС: Просто мы еще с вами на разных планетах!

Зазвучала тревожная сирена. Весь участок, словно муравейник начал суетиться. От неожиданного звука Алекс вздрогнула. Она воспользовалась суматохой и затерялась в коридорах полицейского участка. Она быстро сориентировалась на местности, и без труда нашла дорогу в сторону камер, где содержат заключенных.

ОХРАННИК: Девушка, вы куда?

АЛЕКС: Я антрополог.

ОХРАННИК: Это из службы миграции что ли?

АЛЕКС: (улыбаясь) Да, именно от туда. У вас тут затерялся наш клиент - один странный индеец.

ОХРАННИК: В нашем участке никто не теряется, мисс. Подойдите к камере номер три. Поговорите через решетку. (с интересом) А вы знаете их язык?

АЛЕКС: Немного.

Подходит к переполненной камере. Всматривается внутрь.

АЛЕКС: (полушепотом на индейском языке) А-ке ора?

Вспышка света. Алекс видит сцену из индейского прошлого.

Нью-Йорк. 1626 год. Манхеттан.

Та же лужайка. У костра сидят двое: вождь племени и молодой воин. Женщины и дети разбрелись по округе, спят вповалку рядом с шатрами. Потрескивает костер. Вдруг молодой воин озабоченно озирается по сторонам. Привстает и тут же падет сраженный пулей. Слышны крики и улюлюканья, топот коней. Лагерь индейцев оказывается окруженным европейцами. Начинается пальба и паника. Крики, плач. Вождь встает со своего места, поднимает руки к небу и начинает что то громко восклицать. Побоище продолжается, застигнутые в расплох индейцы не успевают противостоять врагу. Вдруг на поляну обрушивается сильнейший порыв ветра, с неба начинают падать крупные градины. Европейцы в ужасе понимают, что стихию наслал вождь.

ЕВРОПЕЕЦ: застрелите же его! Этого колдуна!

Вождь делает непонятные пассы руками, что то шепчет, потом его тело вздрагивает и он медленно падает сначала на колени, а потом лицом прямо в костер. Град продолжает идти, слышны вопли женщины и крики детей. Через минуту все стихает.

МУЖЧИНА: Какой ужасный запах!

ЕВРОПЕЕЦ: Так пахнет горящая плоть. Теперь все кончено. Через год вы не узнаете это место.

МУЖЧИНА: Все же надо было им отдать немного золота, они бы и сами ушли с ним в горы.

ЕВРОПЕЕЦ: С каких это пор ты стал таким щедрым. Вот и отдал бы свою часть, а не подсовывал мне горсть этих стекляшек. (Европеец поискал что то в кармане, достал горсть стекляшек и небрежно бросил на полыхающее в костре тело вождя)

ЕВРОПЕЕЦ: Теперь мы здесь вожди…

Нью-Йорк. Полицейский участок. Камера.

АЛЕКС: (ища глазами индейца) Никто?

ИНДЕЕЦ: (неожиданно появившись справа) Я здесь…

АЛЕКС: Почему такое странное имя?

ИНДЕЕЦ: С тех пор как мы потеряли свои земли – все мы никто…

АЛЕКС: Зачем вы кинули стекляшки в Робинса? Это что-то значит?

ИНДЕЕЦ: Наше племя было особым, в нашем роду рождались только колдуны… Они жили именно в том месте, где сейчас находится Манхэттан. Раньше там возвышалась священная гора, на которой совершались древние обряды и заклинания. Почти все племя уничтожили белые люди, им нужна была земля, и они получили ее обманом и преступлением. В живых осталось лишь несколько напуганных детей и две женщины. Но ничего не проходит бесследно.

АЛЕКС: И что теперь будет?

Раздается голос полисмена за спиной Алекс.

ПОЛИСМЕН: Зачем разговаривать через решетку, может вам зайти внутрь? Там хорошая компания: наркоманы, бандиты, лица индейской национальности…

АЛЕКС: Вы напугали меня!

ПОЛИСМЕН: Правда? Вы все таки очень упрямы. Думаю, теперь вам пора. И давайте ваш поступок останется между нами…

АЛЕКС: Хорошо. Извините.

ИНДЕЕЦ: (в след Алекс) Ничего не проходит бесследно!

Алекс на прощание оборачивается в сторону индейца.

Нью-Йорк. Музей естественной истории. 4 часа дня.

Перед зданием музея выстроилась небольшая демонстрация из 30 человек. Все они коренные жители Америки. В национальных костюмах и молча они стоят, глядя на главный вход в музей. Входящие и выходящие группы посетителей с интересом наблюдают за происходящим. К главному входу подъезжает автомобиль из которого недоумевая высовывается голова Робинсона.

РОБИНС: (говорит вслух, приоткрывая окно) Это еще что такое? Маскарадное шествие?

ВОДИТЕЛЬ: Заехать через восточный вход?

РОБИНС: Да-да, пожалуй.

Машина трогается с места но путь ей преграждает неожиданно откудато появившаяся девочка в индейском костюме. Водитель жмет на тормоза.

ВОДИТЕЛЬ: Боже, откуда она взялась? (девочке) ты с ума сошла? Уходи… нечего под колёса бросаться.

Девочка не трогается с места и внимательно наблюдает за Робинсом. Начинает шептать что то.

ВОДИТЕЛЬ: сэр, кажется, она вам что-то говорит.

РОБИНС: (выглядывая из окна) Что тебе надо? Уходи. Прочь…

Водитель делает маневр объезда. Машина проезжает в миллиметрах от стоящей девочки.

ДЕВОЧКА: заберите наши слезы… заберите наши слезы… (бросает стекляшки в автомобиль Робинса)

РОБИНС: (вне себя) поехали, поехали. Быстрей. Черт знает что! Нужно вызвать полицию.

Машина объезжает здание музея с восточной стороны. Эрл видит, что в этом корпусе идут разгрузочные работы.

РОБИНС: (нервно) Что привезли?

ГРУЗЧИК: да какого-то истукана. Говорят индейского.

РОБИНС: Какого истукана? Документы на него есть?

ГРУЗЧИК: Да, вот, пожалуйста (протягивает кипу бумаг)

Робинс нервно листает, пытаясь разобраться в записях. Часть бумаг падает на пол.

РОБИНС: но мы ничего не заказывали.

ГРУЗЧИК: (смеясь) Это подарок сэр, подарки обычно не заказывают, их принимают…

РОБИНС: (гневно) Нам не нужны подарки непонятно от кого. Где Алекс? (с криком вбегает внутрь) Алекс!!!

Робинс мчится по залам музея, наводя ужас на охрану и смотрительниц. Наконец он вбегает в свой кабинет. К нему бросается секретарша.

СЕКРЕТАРША: Мистер Робинс там ваша жена, уже два часа ожидает вас…

РОБИНС: О, Господи, ей то что надо? Лина, принесите мне два кофе и круасаны!

Кабинет директора музея.

Завидев супруга Анна вскакивает с кресла и бросается к нему на шею.

АЛЕКС: Милый, у меня такая трагедия…

РОБИНС: Опять не хватило денег на кредитке? Милая, я очень занят.

Подбегает к столу и нажимает какие то кнопки коммутации. Затем дает жене знак замолчать на секунду, и натянутым голосом произносит.

РОБИНС: Алекс Джонс, пожалуйста, появитесь у меня в кабинете. Немедленно. (обращаясь к супруге) Дорогая, так что у тебя произошло?

АННА: Я сидела дома (начинает хныкать) и оценивала китайскую вазу… Я решила рассмотреть автограф мастера при дневном свете и подошла к окну. И в этот момент, какая то птица слетела с ветки и ударилась о стекло. Я…я.. это ужасно, я выронила из рук вазу и… все вдребезги.

РОБИНС: (безучастно) Одним платьем меньше..

АННА: Как ты можешь так говорить. Тебе не жалко двадцать тысяч?

РОБИНС: Дорогая, мне сейчас очень некогда. (обращаясь к секретарше, входящей с подносом кофе) Где там Алекс? Почему ее до сих пор нет?

СЕКРЕТАРША: Она не может прервать экскурсию на середине. Через 10 минут она будет у вас мистер Робинс.

АННА: (о своем) Милый, ты ничуть не жалеешь?

РОБИНС: О вазе, которую ты разбила, испугавшись бьющейся в окно птицы? Нет, не жалею.. Одной больше, одной меньше…

СЕКРЕТАРША: Вообще-то это не очень хорошая примета сэр. Когда птицы бьются в окно это не к добру.

Анна и Робинс застывают, открыв рты.

СЕКРЕТАРША: (несколько сконфуженно) Простите…Вот булочки. Что-нибудь еще?

РОБИНС: Лина, найдите мне сигарету.

АННА: Эрл, ты же бросил курить. С твоим здоровьем…

РОБИНС: Я еще всех вас переживу, и никакие приметы меня не испугают.

Восточный двор музея естественной истории.

Идут разгрузочные работы: из грузовика достают большой ящик.

СТАРШИЙ: Смотрите аккуратней с этим истуканом. Не торопитесь… Во-о-от!

ГРУЗЧИК: (полушепотом) ну, да или он нас или мы его… Кто сильней…

В этот момент веревки на которых достают ящик из машины рвутся. Грузчики вовремя успевают разбежаться. Деревянная коробка падает на землю, доски разлетаются в разные стороны. Из ящика высыпаются килограммы разноцветных стекляшек, образуя небольшую горку.

ГРУЗЧИК: (удивленно) А говорили истукан…

СТАРШИЙ: Идиоты! Может, эта статуя была из стекла. После такого удара от нее остались одни осколки. Боже мой!

ГРУЗЧИК 2: (со знанием дела) Да, нет шеф, тут вот видно, что эти стеклышки были в мешке… Посмотрите!

Достает мешок, из которого толстой струйкой сыпятся стекляшки, в это время слышна речь директора музея и Алекс, которые выходят из музея.

АЛЕКС: я же вам говорили, что ничего не подписывала, я не знаю что там привезли.

РОБИНС: ну давайте вместе посмотрим… (видя горку стекляшек) э..ээ. это и есть монумент?

ГРУЗЧИК: Он такой и был…

СТАРШИЙ: Кажется, кто-то над вами пошутил, сэр. По документам написано индейский истукан, а на самом деле мешки битого стекла… Они ничего не стоят… по 20 долларов за мешок.

АЛЕКС: (обращаясь к старшему) Что вы сказали?

СТАРШИЙ: (смущенно) я говорю, над вами пошутили…

АЛЕКС: нет, про 20 долларов…

СТАРШИЙ: а.. такое барахло можно купить по 20 долларов за мешок. (обращаясь к Робинсу) Сэр, если хотите, мы сейчас все это раздадим вон тем индейцам, что стоят при входе в музей. (улыбаясь) Они любят все блестящее.

АЛЕКС: (громко) Нет! Соберите все в мешки и занесите в хранилище. (Робинсу) Мне нужно кое-что проверить. Эрл, я должна уйти.

РОБИНС: Опять мистер Робинс будет расхлебывать эту кашу. Хорошо Алекс идите, куда вам надо. (грузчикам) Соберите все обратно и занесите внутрь. (восклицая самому себе) И это самое культурное заведение Нью-Йорка. Черт знает что!

Алекс и Робинс удаляются. Грузчики приступают к уборке. Смеркается.

Полицейский участок. Вечер. Камера, где сидит индеец.

АМБАЛ: (обращаясь к индейцу) Эй, ты, я к тебе обращаюсь. Ты че так оделся, с маскарад сбежал что ли? (хохоча) за это и поймали?

НАРКОМАН: Не, он в этих лохмотьях кокс прячет. Может, проверим, вдруг и нам что перепадет?

АМБАЛ: Я там у него какую-то траву видел. Ну ка, покажи.

НАРКОМАН: (в эйфории) да, покажи, что ты там прячешь…

Оба подходят к индейцу и пытаются снять с него балахон. Вдруг оба корчась в страшных муках падают на пол, издавая негромкий хрип начинают трястись в конвульсиях. Сокамерники в ужасе расступаются, наблюдая как амбал с наркоманом валяются по полу. Слышен их тяжелый хрип, потом обоих начинает тошнить. Изо рта амбала и наркомана начинают сыпаться мелкие стекла вперемешку с кровью.

СОКАМЕРНИК: Боже мой… охрана! Охрана, срочно сюда.

Кто-то подбежал к решетке и стал сильно колотить руками. Индеец, как сидел, так и продолжал спокойно сидеть в углу камеры, наблюдая за начавшейся суматохой. Прибежали охранники, они выволокли за ноги амбала с наркоманом, оставляя на полу полоску кровавого следа колдовства индейца.

Вечерние улицы Нью-Йорка.

Идет дождь. Робинс за рулем собственного автомобиля едет в сторону дома. Играет радио

РОБИНС: (напевая) Част ю, ноубади элс бат ю… ай вона би кис бай ю…

Смотрит в стекло заднего вида и видит отражение лица шепчащей девочки.

ДЕВОЧКА: …дождь из наших слез…

РОБИНС: О, Боже.. (выворачивает руль и с опаской снова смотрит в зеркало – никого нет)

Переключает каналы радиостанции. Дождь нещадно «колотит» по обшивке автомобиля, добавляя страху. Вдруг, вместо капель начинает сыпаться стеклянная крошка, создавая характерный шум.

РОБИНС: Это что еще такое? (стараясь заглянуть в небо через лобовое сттекло)

Радиоканал сбивается. Из динамиков доносится индейское пение вперемешку со зловещим шепотом «наши слезы». Стеклянный дождь усиливается. Некоторые «капли» попадаются очень большого формата. Они нещадно бьют по лобовому стеклу автомобиля, пытаясь его разбить. Микротрещины начинают образовываться на стекле. Робинс в ужасе мечется по салону, пытаясь одновременно выключить радио, остановить машину, потушить раскуренную сигарету. Напряжение нарастает. Он снова видит в зеркале зловещую улыбку девочки. Лобовое стекло разбивается на мелкие осколки, разлетаясь в лицо Робинсу. Он теряет управление и на полном ходу врезается в колонну моста. Скрежет железа, звуки сирены все смешивается в единый гул. Машина взрывается и начинает гореть. Большие градины, падающие с неба с силой ударяются о металл.

Дом Алекс.

Алекс стоит у окна, вглядываясь в темноту Нью-Йоркской ночи. В руках держит бокал виски со льдом. Из ванны появляется девушка, завернутая в большое полотенце. Ее мокрые волосы красиво спадают на плечи. Девушка подходит к Алекс и слегка касается ее плеча. Алекс оборачивается и слегка улыбается.

НАТАША: (кивая в сторону выпивки) Что-то не так?

АЛЕКС: Да на работе как то все не так. И еще этот индеец…

НАТАША: (забирая бокал у Алекс) Какой индеец?

АЛЕКС: Ну, помнишь, я тебе рассказывала о том колдуне, который бросил горсть стекляшек в Эрла.

НАТАША: (ложась на кровать) А… ну так что… В чем проблема?

АЛЕКС: (снова поворачивается к окну. Всматривается в темноту. Словно не слыша вопроса) Кажется, на улице град. Осень в этом году холодная и ранняя.

НАТАША: (ложится на спину и снимает с себя полотенце) Зато у нас очень тепло. (она выливает остатки виски и льда себе на живот) Иди ко мне…

АЛЕКС: (будто не слышит) …что он мне пытался сказать?… где искать ответы?…

НАТАША: я так соскучилась… ну же! Иди сюда.

АЛЕКС: (подходит к Наташе, облизывает виски с живота) Я скоро, только приму душ…

Алекс уходит в ванную. Наташа берет в руки пульт и начинает перебирать теле-каналы. Останавливается на новостях. Корреспондент стоит на фоне сильного ливня и рассказывает. В середине его выступления – из ванной появляется полу-раздетая Алекс.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Неожиданная стихия принесла немалый урон Нью-Йорку. Такого сильного шквалистого ветра с градом не было давно. Аэропорты закрыты, многие рейсы отменены до неопределенного времени. На дорогах образовались многокилометровые пробки. Движение в районе Манхэтана парализовано из-за аварии. По нашим сведениям машина директора Музея естественной истории врезалась в опору моста, водитель скончался на месте.

АЛЕКС: Не может быть! (бросается к телефону. Набирает номер). Голос в трубке: Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. (набирает другой номер) Миссис Робинс – алло, вы… Анна, включайте новости.

Квартира неизвестного. Нью-Йорк. Глубокая ночь.

В полутемной комнате, в кресле сидит человек, лица которого не видно. Он медленно покуривает при свете красивой лампы и читает старые газеты. Зритель не видит лица незнакомца, но камера хорошо показывает заголовки старых желтых газетных вырезок.

«Проклятье Манхэттана дало о себе знать», «Семья мэра сгорела заживо», «Странная смерть в центре Нью-Йорка»

Незнакомец отвлекается от чтения. Выключает лампу. Комнату наполняют звуки ударяющегося об оконное стекло града. В окне видно как где-то обрываются провода, искры на секунду освещают комнату и снова темнота. Незнакомец тушит сиграету – зритель видит бренд Давидофф на окурке.

Нью-Йорк. Морг.

ВРАЧ: Миссис Робинс, мне очень жаль. Машина сгорела полностью, ваш муж не успел выбраться.

АННА: То есть – его тело полностью сгорело?

ВРАЧ: Мне очень жаль.

АННА: (плача) Неужели мне даже нечего похоронить?

ВРАЧ: Пойдем те со мной.

Входят в комнату. Из-за дверей слышны сдавленные крики Анны. Панорама пустынного коридора клиники.

Дом Алекс.

Алекс вздрагивает от тяжелого сна. Она с трудом просыпается. Встает с постели, на которой рядом спит Наталья. Ходит по дому, заходит в ванную, умывается, потом идет на кухню, пьет свежевыжатый сок. Включает телевизор. Идут новости.

ВЕДУЩИЙ НОВОСТЕЙ: Шквалистый ветер с градом вызвал обрыв линии электропередач. От короткого замыкания загорелся полицейский участок на Северной авеню, погибло два человека. Несколько заключенных сбежало, сейчас их разыскивает полиция. К другим новостям, сегодня мэр Нью-Йорка…

НАТАЛЬЯ: Это не новости, а сводки с военных действий… Кажется, мы проспали.

АЛЕКС: Да, день начинается ужасно… (продолжает собираться)

НАТАЛЬЯ: ты со мной позавтракаешь?

АЛЕКС: Прости, не сегодня. Мне надо на работу, к тому же Эрл мертв, и непонятно что сейчас твориться в музее…

НАТАЛЬЯ: Может, стоит закрыть на один день, пока все не уляжется.

(звонит мобильный Алекс)

АЛЕКС: Да, слушаю… я знаю… скоро буду. (Наталье) Я должна ехать, извини (целуются). Созвонимся!

НАТАЛЬЯ: Пока!

Алекс едет на машине по городу. Проезжает мимо полицейского участка, где она вчера разговаривала с индейцем. Она притормаживает – едет медленно, рассматривая суету около обгоревшего здания. Полицейский показывает ей, чтобы она не задерживалась. Потом узнает в ней вчерашнюю собеседницу.

ПОЛИСМЕН: А, это вы?

АЛЕКС: Здравствуйте! (осматривая все вокруг) Это все стихия?

ПОЛИСМЕН: Смотря что называть стихией, ваш индеец, приносит всем одни неприятности. Вчера он покалечил двоих сокамерников… но теперь для него все кончено…

АЛЕКС: Что с ним?

ПОЛИСМЕН: Он сгорел (пауза) заживо… и вы были последняя, кто с ним вчера разговаривал. Так что скоро я вас жду для дачи показаний.

АЛЕКС: Показаний?

ПОЛИСМЕН: Да, возможно мы это сделаем в непринужденной обстановке, например, около стенда динозавра.

АЛЕКС: У нас нет динозавров.

ПОЛИСМЕН: Ну, вот и выясним, что вообще у вас есть в музее. Я еще ни разу не был. Надеюсь, меня пустят бесплатно?

АЛЕКС: думаю, да, только не забудьте надеть форму.

ПОЛИСМЕН: Ладно, мисс, проезжайте. Здесь запрещено останавливаться

Алекс закрывает боковое окно и набирает скорость. Она отъезжает от полицейского участка.

Нью-Йорк. Музей естественной истории.

Алекс поднимается по центральным ступенькам. Входит внутрь, ее сдержанно приветствует охрана. Она видит Портрет Эрла, в траурной рамке. Проходит по зданию, заходит в приемную директора.

СЕКРЕТАРША: Миссис Алекс, как все нелепо произошло. Это все нервы… Эрл не выдержал

АЛЕКС: Нервы? А что Анна, когда будут похороны?

СЕКРЕТАРША: Если там будет что хоронить. Звонила Анна, она сказала, что тело сильно обгорело. (пауза) Очень сильно!

АЛЕКС: Ужасно. Лина, вы знаете, я забыла дома ключи от своего кабинета, вы не дадите мне второй.

СЕКРЕТАРША: (открыв ящики стола) Конечно, одну минуту. (долго копается) Вы знаете второго ключа нет… (после паузы) а.. вот он.. только лежит не на своем месте…

АЛЕКС: Странно. Может, кто-то копался у вас в столе?

СЕКРЕТАРША: (удивленно) да не похоже… все на месте, может, мистер Эрл его брал вчера?… он меня отпустил пораньше, (жалостливо) я оставила его здесь одного. Вот был человек - и нет… (вытирает слезы платком) А еще не верил в приметы… я же предупреждала…

АЛЕКС: Какие приметы?

СЕКРЕТАРША: Днем к Эрлу приехала его жена, рассказать о том, как она укакошила вазу стоимостью 20 тысяч. А разбила она ее от испуга, потому что к ней в окно начал биться ворон. Я сразу сказала, что это не к добру, а Эрл еще посмеялся…

АЛЕКС: Говорите, птица билась в окно?

СЕКРЕТАРШЕ: (зловещей мимикой) в-о-р-о-н!

АЛЕКС: я буду у себя…

Алекс молча выходит из приемной. Идет в свой кабинет.

Кабинет Алекс.

Алекс входит внутрь. Закрывает за собой дверь. Подходит к столу и устало плюхается в кресло. Осматривает комнату. Вдруг обращает внимание на письмо в конверте, которое лежит у нее на столе. Надпись на конверте «Дорогой Алекс»

Вскрывает конверт, читает письмо от Эрла.

«Дорогая Алекс. Ты была права, этот колдун, действительно что то сделал. Меня преследуют видения и странные голоса. Я никогда не верил во всю эту чепуху, поэтому даже сейчас признаюсь тебе в этом личным письмом. Я не знаю, что делать. Пожалуйста, постарайся понять и помочь мне! Эрл Робинс»

Алекс откидывается в кресле. Потом встает, и подходит к книжным полкам. Достает толстую книгу с надписью «Магические обряды древних», начинает листать. Поднимает голову, будто нашла что искала – снова вчитывается. Затем закрывает книгу и быстро покидает свой кабинет. Сбегает по центральной лестнице, где ее уже поджидают журналисты.

ЖУРНАЛИСТЫ: Миссис Джонс, теперь вы исполняете обязанности директора? Что это за странная история во время экскурсии? Кто покушался на Робинса Эрла? Миссис Джонс, подождите.

Алекс прорывается сквозь толпу. Путь ей преграждает особо наглый журналист. Коренастый парень лет 30.

МАКС: (покуривая сигарету Давидофф) Макс Фрай, «Нью-Йорк Пост» как связаны между собой смерть директора и гибель того, кто на него покушался?

АЛЕКС: (замирает) Никаких комментариев, особенно вам мистер Фрай, ваши едкие комментарии в адрес нашего музея заставляют отказывать вам в интервью.

МАКС: (ухмыльнувшись) без моих комментариев вы не были бы столь популярны. Что вам известно о том случае… вы же там были вместе с мэром…

Алекс, наконец, выскакивает из окружения журналистов и садясь в свою машину. Макс ее настигает и там.

МАКС: Алекс, подождите, вы, как, впрочем и я, многое знаем об этой истории. Почему вы не хотите со мной поговорить?

АЛЕКС: Потому что мне не нравится как вы о нас пишите.

МАКС: Это личное, а значит вы непрофессионально смотрите на наши отношения…

АЛЕКС: А еще мне не нравятся мужчины, которые курят (резко дает по газам и уезжает прочь)

К Максу подбегает еще один человек.

КОЛЛЕГА: У тебя как всегда эксклюзив? Ты ее разговорил?

МАКС: Ну, почти. Осталось за малым…

КОЛЛЕГА: ?

МАКС: Надо бросить курить!

Хранилище музея естественной истории.

Парень с девушкой (молодые сотрудники) разбирают полки с экспонатами. Переписывают карточки, в общем, выполняют рядовую бумажную работу. В углу комнаты стоят вчерашние мешки со стекляшками.

ПАРЕНЬ: Интересно, и что делать с этим барахлом?

ДЕВУШКА: (отвлекаясь от своих занятий) Не знаю, Алекс распорядилась оставить их здесь.

ПАРЕНЬ: Мы будем заводить карточку на каждое стеклышко или опишем сразу все мешки?

ДЕВУШКА: С этими стекляшками разберемся завтра, давай лучше закончим то, что начали делать…

ПАРЕНЬ: Знаешь, порой мне кажется, что зря я пришел сюда. Я хотел заниматься историей, а сижу в хранилище и разбираю фонды музея. Скукота.

Парень отходит от мешков, садится за стол и продолжает что то писать. До его слуха доносится непонятный шорох. Он кидает взгляд на мешки. Ничего. Опять продолжает писать. Снова шорох. Поднимает глаза и замирает в изумлении. В дверном проеме рядом с мешками стоит фигура Эрла Робинса.

ПАРЕНЬ: (удивленно) Мистер Робинс?

ДЕВУШКА: (появляясь из за шкафа) Эрл?

ЭРЛ: Ну, что уставились? Работайте, работайте… я тоже поработаю.

ПАРЕНЬ: (шепотом девушке) Он же умер… это невозможно!

(ЭРЛ направляется к мешкам со стеклом. Смотрит на них внимательно. Девушка падает в обморок. Парень бросается ей помочь. Когда оба очнулись – призрак Эрла исчезает)

ДЕВУШКА: Боже мой, это был Эрла… восставший из мертвых…

ПАРЕНЬ: успокойся, пожалуйста, успокойся. Клер, здесь никого нет… и мешки на месте.

Смотрят на мешка и вдруг срабатывает сигнализация влажности. Звучит пронзительная сирена. На парня с девушкой с потолка обрушиваются потоки воды, предусмотренные для тушения пожара.

ДЕВУШКА: Срочно вызывай техников, а я сообщу Алекс

ПАРЕНЬ: Быстрей.

Дом Робинса.

АЛЕКС: Анна, скажите, Эрл ничего не рассказывал? Его что-нибудь тревожило?

АННА: Последнее время он был очень замкнут, но это его обычное состояние…

АЛЕКС: А вы что-нибудь слышали об индейце?

АННА: Нет, я узнала все из газет и со слов секретаря. Лина рассказала все в подробностях. Я попыталась было его успокоить, но он попросил больше не поднимать эту тему.

АЛЕКС: А что это правда, что вам в окно бился ворон?

АННА: Да, думаю Лина оказалась права. Это был знак!

АЛЕКС: (зазвонил мобильный) Простите. Алло? Что? Вода в хранилище… сейчас буду. Анна, у нас там опять что-то произошло. Я должна оставить вас.

Алекс выходит из дома. Вдруг к ней подходит журналист Макс.

МАКС: Ну, узнали что-нибудь новое?

АЛЕКС: Опять вы? Вы что, следите за мной.

МАКС: Немного. Вы уже узнали про индейское проклятье?

АЛЕКС: Вы сами верите в это?

МАКС: Ну, работа у меня такая. (с интригой) Может, прогуляемся? Обещаю, что курить не буду.

АЛЕКС: Похоже, в любом случае, нам нужно поговорить.

МАКС: Скажите, Алекс, почему вы пошли работать в музей? Вам не скучно среди предметов старины и древней пыли?

АЛЕКС: Ни сколько. Я занимаюсь своим любимым делом, а вы, вероятно, своим!

МАКС: Да, вы правы. (после некоторой паузы) Я узнал эту легенду об индейце разбирая архив своего отца. У нас все мужчины в семье занимаются журналистикой. У отца была папка со старыми вырезками, которая досталась еще от деда. Так вот, там я нашел вырезки из газет столетней давности. Тогда при невыясненных обстоятельствах погибла целая семья мэра. Молния ударила в деревянный дом, и он вспыхнул как спичка. Семья Минуит обгорела так, что хоронить было практически нечего.

АЛЕКС: Минуит?

МАКС: Да, это были потомки того Минуита, который выменял целый остров за горсть стекляшек. Эта старая история острова Манхэттан подробно описана в литературе. Вот… (протягивает Алекс бумагу. Алекс начинает читать)

«В 1626 г. Губернатор Нью-Амстердама Питер Минуит покупает у индейцев остров Манхэттен за горсть стекляшек, пуговиц и другой мишуры, стоившей около 24 долларов. Обман быстро раскрылся и племя индейцев отказалось покидать остров. Поздней осенью, под покровом ночи отряд Питера Минуита напал на спящих индейцев и убил почти всех, включая вождя племени. Существует легенда, что каждые сто лет призрак вождя появляется в Нью-Йорке и отдает стекляшки потомкам покорителей Америки»

АЛЕКС: Да, я уже читала это сегодня. Но, какое отношение все это имеет к смерти Робинса? Он же не покупал Манхэттан?!

МАКС: Он нет, а его прадед – да. Я начал искать документы и вскоре обнаружил что Минуит и Робинс - родственники.

АЛЕКС: Значит, речь идет о родовом проклятье?

МАКС: Точно! Проклятье срабатывает каждые сто лет и настигает предков тех, кто, когда то совершил это преступление?

АЛЕКС: Вы об этом собираетесь написать?

МАКС: Думаю да… ведь речь идет о проклятье, а это очень нравится публике.

АЛЕКС: Разве «Ньй-Йорк Пост» занимается публикацией мистических историй и домыслов?

МАКС: Нет, не занимается, но «Нью-Йорк Пост» предостерегает бизнесменов от неправильных решений.

АЛЕКС: Ах вот как! А вы подумали что будет с Анной, когда она прочитает все это о своем муже…

МАКС: Думаю, будет правильней, если вы ей сами все расскажите.

АЛЕКС: У меня к вам предложение, давайте не будем устраивать шумиху вокруг нашего музея.

МАКС: Шумиха – это реклама. К вам пойдут толпы туристов, а эта ваша экспозиция индейских древностей начнет колесить по всему миру.

АЛЕКС: Макс, сейчас я очень тороплюсь, но я думаю, вы не откажете мне в ужине?

МАКС: Вы меня приглашаете в ресторан?

АЛЕКС: Да, сегодня вечером. В «Трех канарейках» в 8.

МАКС: Как мило, там и будем договариваться?

АЛЕКС: Возможно, ну так как?

МАКС: Договорились!

Алекс садится в машину и уезжает. Макс стоит секунду, достает сигарету Давидофф, крутит ее в руках, а потом выбрасывает в урну.

Музей естественной истории.

Алекс появляется в хранилище. Часть воды уже собрали, частично пол залит водой.

АЛЕКС: Что произошло?

ПАРЕНЬ: Мы так и не поняли, сначала появился Эрл…

АЛЕКС: Кто?

ДЕВУШКА: Призрак мистера Робинса, а потом зазвенела сирена и полилась вода.

АЛЕКС: Вы видели призрак Эрла?

ПАРЕНЬ: Я понимаю, что это звучит дико, но было похоже, что мистер Робинс что то искал… может даже эти мешки.

АЛЕКС: Экспонаты целы?

ПАРЕНЬ: Да, все нормально.

АЛЕКС: Ладно, я все поняла, никому не говорите об этом. Завтра у вас выходной. Отдохните.

ДЕВУШКА: Хорошо, Мисс Алекс. Спасибо.

Намокнувшие практиканты уходят из хранилища.

Алекс немного постояла, посмотрела на размокшие мешки и вышла из хранилища. Проходит по залам музея, где идут экскурсии. Входит в приемную Эрла. Тяжело плюхается в кресло напротив секретарши Лины.

СЕКРЕТАРША: Ну, как там? Много воды?

АЛЕКС: Да нет уже… ребята хорошо справились. Надеюсь на сегодня происшествия кончились?

СЕКРЕТАРША: (сконфужено) не совсем…

АЛЕКС: что опять?

СЕКРЕТАРША: понимаете…

АЛЕКС: ну?

За дверью слышен стук каблуков. Потом дверь приемной раскрывается и на пороге появляется интересная девушка лет 35 в деловом костюме. Выглядит очень сексуально.

ДЕВУШКА: Здравствуйте. Наверное, вы – Алекс.

Алекс переводит взгляд непонимания на Лину. Та лишь пожимает плечами и прячет глаза.

АЛЕКС: (растерянно отвечая даме) Да, я Алекс…

ДЕВУШКА: Меня зовут Лиз Розенберг, я новый директор музея…

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

КОНЕЦ ПЕРВОЙ СЕРИИ

Денис Захаров

http://*****