Классный час «»
Георгий Алексеевич Ушаков родился 30 января 1901 года в глухой таежной деревне
Лазаревка Амурской области. Сын казака-крестьянина, он не получил систематического образования и профессиональной подготовки путешественника-
исследователя. Еще в юности Ушаков прошел великолепную школу тяжелых и небезопасных походов по дикой дальневосточной тайге, которая и положила начало его подготовки к самостоятельным экспедициям.
В годы гражданской войны Ушаков сражался в партизанских отрядах Приморья. Естественно, что юношеские мечты о дальних путешествиях отошли тогда на задний план. Возвращение к мирной жизни возродило их с новой силой. Главное место в них теперь заняла Арктика с ее суровой своеобразной природой. Однако прошло еще несколько лет, прежде чем он получил возможность отправиться в свою первую арктическую экспедицию.
Ушаков некоторое время учился в Хабаровской учительской семинарий и Дальневосточном университете, а затем работал в Дальневосточном управлении Госторга.
26 марта 1926 года Советское правительство приняло решение о создании на безлюдном арктическом острове Врангеля постоянного населенного пункта и о посылке с этой целью на остров Врангеля специальной экспедиции. Как пишет в своей книге Ушаков, он добился включения его в состав этой экспедиции и был назначен начальником поселка и полярной станции, которые надлежало основать на острове Врангеля.
По тем временам это было очень непростое дело. В стране не хватало судов, хотя бы в какой-то степени пригодных для ледового плавания, и сама доставка людей и снаряжения на далекий арктический остров вырастала в трудноразрешимую проблему. Не хватало продовольствия, одежды и необходимого снаряжения. Полярная станция не могла получить даже подходящую радиоустановку, и людям предстояло длительное время жить в полном отрыве от Большой земли.
Научное оборудование, выделенное Дальневосточным управлением безопасности кораблевождения, ограничивалось лишь аппаратурой для производства простейших метеорологических наблюдений. Приборы, различное снаряжение и специальная литература — все необходимое для более широкого комплекса исследовательских работ сметой не предусматривалось, и Ушаков приобрел это за свой счет. Если не считать постройку в 1923 году небольшой полярной станции на берегу Новоземельского пролива Маточкин Шар, создание поселка на острове Врангеля было беспрецедентным делом, и никакого опыта в этом отношении не было. Как справедливо отмечал преемник Ушакова по острову Врангеля , «первые деятели Советской Арктики ощупью искали пути освоения ледяных просторов».
Вскоре после прибытия на остров Врангеля Ушакову пришлось столкнуться с такими трудностями и бедами, о которых современные полярники не имеют и понятия.
Над эскимосами, составлявшими подавляющее большинство новоселов острова, еще довлело темное прошлое. Суеверные, подверженные влиянию шаманов, они боялись злого духа — Тугнагака, как им казалось, недовольного появлением людей на острове. Отважные охотники, они не решались выходить в одиночку из яранг, перестали выезжать на промысел зверя. Правда, на складе поселка в изобилии имелись такие продукты, как мука, макароны, сушеные и консервированные овощи, масло, сахар, мясные и рыбные консервы. Но они не могли заменить эскимосам привычного для них основного продукта — мяса моржа, тюленя или белого медведя. В поселке появилась страшная гостья — цинга.
До Ушакова дошло тревожное известие, что эскимосы собираются покинуть остров и вместе с семьями переправиться по льду на материк. Над молодым советским поселением на острове Врангеля нависла угроза полного краха. Вот здесь-то и проявились выдающиеся качества Ушакова вожака; его железная воля в достижении поставленной цели, способность, где это необходимо, пойти на немалый риск, личным примером увлечь и повести за собой людей.
Об одном из таких случаев, когда тяжелобольной Ушаков в одиночку выехал на собачьей упряжке в дальний рейс, чтобы добыть медведя, с потрясающей силой рассказывает он сам в главе «Когда надо пойти на риск», и пересказывать читателю этот эпизод мы не будем. Но важно особо отметить, что этот крайне рискованный поступок впервые подорвал веру эскимосов и чукчей в могущество Тугнагака. Опасный эксперимент полностью оправдался — тяжелый кризис в жизни поселка на острове Врангеля был ликвидирован.
Немалую роль в становлении поселка сыграло отношение Ушакова к людям. Его природная доброта, искреннее глубокое уважение к простым охотникам-труженикам вызывали со стороны эскимосов ответные чувства, безграничное доверие к своему умилеку (начальнику). Под влиянием Ушакова значительно вырос культурный уровень поселенцев. Они окончательно отказались от камлания (заклинания духа), и даже сам шаман Аналько полностью забросил свое «ремесло» и в дальнейшем показал себя смелым и выносливым охотником. Эскимосы постепенно покидали свои яранги и по примеру русских переселялись в срубленные из плавника домики.
В свою очередь и Ушаков позаимствовал немало полезного от эскимосов. С большим успехом он перенимал их многовековой опыт жизни в суровых арктических условиях. Ушаков в совершенстве овладел искусством дальних поездок на собачьих упряжках и в сильный мороз и полярной ночью, научился быстро и надежно устраивать в походе лагерь для ночлега или укрытия от налетевшей пурги, научился промышлять морского и наземного зверя. Недаром эскимосы стали говорить, что умеет делает все, как эскимос. В их понятии это было высшей похвалой, и сам Ушаков этим очень дорожил и гордился.
Остров Врангеля явился для Ушакова высшей практической школой путешественника и исследователя. Еще при подготовке к экспедиции, во время долгого плавания на корабле «Ставрополь» к острову Врангеля и на протяжении трех лет жизни на этом острове Ушаков много и очень пристально изучал специальную литературу, посвященную различным вопросам маршрутных и стационарных физико-географических исследований.
11 августа 1926 года, когда «Ставрополь» еще стоял под разгрузкой, Ушаков облетел на самолете, управляемом Кальвицем, вокруг всего острова Врангеля. Во время полета он отметил места лежбищ моржей, установил, что составленные в 1881 и 1911 годах карты береговой черты острова грешат большими неточностями, наметил маршруты будущих исследовательских походов в глубь этой неизведанной суши. Полет Ушакова с Кальвицем имел огромное значение, укрепившее авторитет Ушакова среди жителей острова. Ознакомившись с самолета с общим расположением гор и направлением главных рек острова, Ушаков еще с первых поездок неизменно был проводником и уверенно выходил к намеченному месту, чем немало удивлял сопровождавших его эскимосов и русских, так же как и он впервые бывших в этих местах. Ушаков вычертил первую достоверную карту острова Врангеля. За время пребывания на острове Ушаков накопил ценные наблюдения над климатом острова | и ледовым режимом омывающих его вод, собрал богатый материал по этнографии эскимосов; при активном участии самих эскимосов собрал большие коллекции образцов растительного и животного мира и минералов острова.
За исключительно плодотворную работу на острове Врангеля по возвращении на материк был награжден правительством орденом Трудового Красного Знамени. Еще во время пребывания на острове Врангеля у Ушакова зародилась мечта об экспедиции на Северную Землю.
Трехлетняя работа на острове Врангеля выдвинула его в ряды выдающихся современных полярных путешественников. Сочетая в себе организаторский талант, высокое мастерство в искусстве дальних поездок на собачьих упряжках и необходимую для путешественника-исследователя научную подготовку.
Ушаков оправдал возлагавшиеся на него надежды — результаты руководимой им Северо-земельской экспедиции были очень значительны. В результате экспедиции Ушакова 1930—1932 годов Северная Земля перестала быть таинственной сушей и впервые обрела реальные формы. Это и дало основание называть экспедицию Ушакова вторым открытием Северной Земли.
Подвиг участников Североземельской экспедиции был по достоинству оценен Советским правительством — Г. А, Ушаков и были награждены орденами Ленина, СП. Журавлев и — орденами Трудового Красного Знамени.
Резкое ухудшение здоровья лишило Ушакова возможности продолжать экспедиционную деятельность в Арктике, и в последующие годы он работал в Москве на руководящих должностях в Главсевморпути, Главном управлении гидрокетслужбы и в Академии наук СССР. До последних дней своей жизни Георгий Алексеевич сохранил интерес к путешествиям и экспедициям, к исследованию Северного Ледовитого океана. Он постоянно общался с полярниками со своими сверстниками и с молодежью. Неизменно приветливый и внимательный, он с интересом слушал рассказы о работе на полярных станциях и в экспедициях, всегда был готов поделиться своими большими знаниями и опытом.
Георгий Алексеевич Ушаков скончался в ночь с 2 на 3 декабря 1963 года в своей московской квартире в первом доме полярников, на котором в память о замечательном исследователе Севера установлена мемориальная доска.
11 нюня 1965 года, согласно последней воле покойного, урна с его прахом была захоронена на берегу острова Домашнего. Здесь был поставлен высокий бетонный обелиск с бронзовой доской, содержащей простую надпись: «Полярный исследователь Георгий Алексеевич Ушаков. 1».
Памятник Ушакову на маленьком каменистом острове не затерялся в безбрежных просторах Северного Ледовитого океана. Ориентируясь на него, здесь идут корабли Арктического морского флота, в небе пролетают самолеты полярной авиации. Самые разные люди, по той или иной причине оказавшиеся в этих местах, считают своим непременным долгом посетить памятник Ушакову. В летнее время у подножия памятника можно видеть живые цветы, которые посылают сюда родные и близкие Ушакова.
Память о выдающемся путешественнике увековечена в географических названиях Северного Ледовитого океана: поселок Ушаковский в бухте Роджерс и мыс Ушакова на острове Врангеля, река Ушакова на острове Октябрьской революции, остров Ушакова на севере Карского моря. В Антарктиде именем Ушакова названы горы на Земле Эндерби.
