Наша позиция о войне

Наша позиция о войне:

В течение нескольких последних месяцев выявились разногласия по вопросу о политическом направлении нашей организации. Эти разногласия отнюдь не вымышленные или надуманные, как утверждают некоторые товарищи; они настоящие. Основный вопрос был конкретизирован Сергеем в сообщении на форуме:

«Надо определиться наконец, чего мы хотим всей своей деятельностью: быть похожими на серьёзную политическую организацию, принципиально борющуюся за социализм или стать серьёзной политической организацией, принципиально борющейся за социализм.»

15 октября на форуме Сергей следующим образом критиковал материал, написанный для брошюры о войне, следующим образом:

«Что тексты глупы и дурно написаны (не только с точки зрения русского языка) - всякому непредвзятому читателю понятно сразу. Анализа там нет вовсе. Исторической части лучше бы вообще не было, чем такую чушь писать. Всё написанное свидетельствует о полном незнакомстве автора с разбираемым им вопросом и наглядно демонстрирует известную шарлатанскую методику  - подгонять под правильные выводы первый попавшийся под руку материал, даже когда сам материал (если его действительно анализировать), «правильным» выводам этим полностью противоречит.»

Сразу следует заметить, что в таком ключе невозможно вести дискуссию. Необходимо отказаться от личных нападок. А самое главное, если не согласен ни с анализом, ни с выводами, тогда надо сказать, в чем именно. Только тогда мы сможем путем открытой и демократической дискуссии выработать нашу позицию и лозунги, исправить наши ошибки, улучшить понимание данных вопросов нашей организацией. Но именно из-за того, что раньше не получилось открытого обсуждения этих и других разногласий, создалось положение, в котором руководящие органы организации были парализованы, т. к. не могли достичь политического взаимопонимания, что является исключительно важным для руководства настоящей демцентралистской организацией. Сейчас единственный способ стать серьёзной политической организацией, принципиально борющейся за социализм – это организация открытой и серьезной дискуссии об этих вопросах. Только так мы сможем повысить политическую грамотность нашей организации и укрепить наши кадры.

Российско-грузинский конфликт и позиция революционных марксистов.

Наш анализ российско-грузинской войны и наша программа представлены в другом документе. Цель настоящего документа – объяснить разницу между двумя подходами к анализу событий, существующими в нашей организации.

Ленин когда-то говорил, что война и революция – самые суровые испытания для революционеров. В эти критические моменты классовой борьбы марксисты должны иметь кристально четкое понимание общественных процессов, чтобы разработать необходимую стратегию для обеспечения независимой и самостоятельной классовой позиции, противостоящей потоку шовинистской и антисоциалистической пропаганды, который всегда обрушивается в начале таких событий. К несчастью, мы считаем, что часть материалов, появившихся на нашем сайте, не предлагала четкого анализа и стратегии, и тем более не выражала независимой классовой позиции.

Интернационал был очень расстроен, когда стало известно, что в течение войны российской секцией был издан ряд статей, которые противоречили его позиции, выражая точку зрения, что только российские войска могли защищать Южную Осетию.

Особое раздражение было вызвано решением 9 августа изменить, против желания большинства членов Российского исполкома, заявление против войны, написанное ими и согласованное с членами Международного секретариата. В оригинальном заявлении было написано:

«Многие жители Южной Осетии сейчас выступают за введение в республику российских войск для защиты мирного населения от агрессии грузинской армии. Однако, как показал опыт кровавых этнических конфликтов в бывшей Югославии и многих других странах, введение войск не обеспечит безопасность мирным гражданам».

В измененном варианте говорилось:

«В сложившейся ситуации единственной силой, способной защитить население Южной Осетии являются российские войска».

Эта формулировка не была случайной ошибкой, но появилась в результате сознательного изменения уже написанного заявления. В других статьях на сайте и в сообщениях на форуме сайта тоже появились подобные заявления. Например, в ответе № 1 на форуме было сказано:

«Грузинской агрессии могут противостоять лишь российские войска» (ударение наше)

Товарищи, которые защищают эти статьи, аргументируют свою позицию объяснением, что это просто отражение действительности и что из-за отсутствия организованного рабочего класса только армия могла защитить Южную Осетию. Однако, с точки зрения марксизма это очень опасный подход.

Можно было бы согласиться, что присутствие российских танков в Цхинвали на некоторые время воспрепятствовало бы нападению грузинских войск. Но какой ценной? Ценой очищения Южной Осетии от грузинского населения и бомбардировки грузинских городов. Получается, что Российская армия защищала не Южную Осетию, а только тех граждан Южной Осетии, которые были согласны с политикой российских властей. Более того, сказав «А», нужно говорить «Б». Если мы утверждаем, что «российские войска защищают Южную Осетию», логическим продолжением такого «интернационализма», будет являться утверждение, «что лишь грузинские солдаты могут противостоять российской агрессии против мирного населения Гори»!

Если мы действительно считаем, что Российская армия могла бы защитить Цхинвал, тогда мы должны требовать, чтобы армия действовала более быстро и решительно. И действительно, в материалах на нашем сайте автор обвинял Российскую власть в

«преступном промедлении с вводом российской армии на территорию республики». (Изуверская педагогика Кремля).

Как объяснил ДР в его статье:

«КПРФ, и даже некоторые левые, говорят «если бы Россия раньше признала независимость Южной Осетии, то трагедии можно было избежать». Из этого следует, что социалисты были бы обязаны требовать ввода войск раньше, помогать империализму начать войну, помогать отгрызать новые территории».

Мы с этим согласны.

Российская пропаганда:

В первые дни после начала военных действий в Москве состоялось несколько дискуссий с автором этих спорных статей. Вначале он просто повторял пропагандистские заявления правительства. «Надо защитать Южную Осетию», «Раз 90% осетин имеют российские паспорта – правительство обязано им помочь», «Преступнейшей глупостью было бы сомневаться в самоопределении жителей Южной Осетии и Абхазии. Они почти единогласно выражали своё мнение не только на референдумах, но и в многолетнем противостоянии с грузинскими агрессорами», «Грузия занимается геноцидом» и так далее.

Мы объяснили настоящую историю референдумов в других местах. Мы также объяснили, что до начала августа 25% населения Южной Осетии составляли грузины. Мы категорически не могли согласиться с позицией, что надо «защищать Южную Осетию» ценной изгнания грузин с ее территории. А ведь именно это и случилось. Как марксисты, мы не понимаем, почему наша политическая позиция должна зависеть от того, какого паспорт находится в руках человека. Во время войны – тем более. У Березовского российский паспорт, а у рабочих-текстильщиков в Гори или рабочих-портовиков Поти, которые пострадали от бомбардировок российской авиации – грузинские паспорта. Но мы, тем не менее, защищаем грузинских рабочих, а не российских олигархов.

Справедливости ради нужно сказать, что некоторые из аргументов были приняты, или, по крайней мере, в последних материалах не были использованы некоторые из самых однобоких формулировок. Тем не менее, баланс и тон статей был и все еще остается немного антигрузинским и немного прорусским. В этих материалах можно узнать о «фашистской логике» Саакашвили, о «современном зверстве грузинских войск» или о «грузинской агрессии». В одной из статей Саакашвили был назван фашистом дважды в одном предложении. 

В ответе международному секретариату, который считает, что с научной марксистской точки зрения неправильно называть Саакашвили «фашистом», редакция газеты объяснила, что можно, потому что в бытовой жизни «фашист» является синонимом «сволочи» или «жулика». Но как марксисты мы должны понять, что описание Саакашвили как «фашиста» является частью пропагандистской войны Кремля. Если наш материал будет прочитан в Грузии, факт использования этого ярлыка будет означать, что мы соглашаемся с российской шовинистической пропагандой, в особенности, если мы не используем столь же эмоциональный язык в отношении России. Наоборот, в нашем материале можно прочитать, что у России «слабенький миротворческий контингент» в Южной Осетии.

Естественно, с научной марксистской точки зрения было бы одинаково неправильно, говорить как о «фашисте» Саакашвили, так и о «фашисте» Медведеве. Но, по крайней мере, это показало бы, что мы против обоих поджигателей войны. Но в проанализированных нами материалах не только говорится, что Россия играла миротворческую роль, но, как было сказано в форуме:

«Уж поскольку так сложилось, то следует понимать, что не вводить войска попросту невозможно».

История событий на Кавказе.

В проанализированных материалах открыто сказано, что в течение последних 14 лет российские войска играли миротворческую роль, правда, иногда - но не всегда - с критикой того, как они играли эту роль. Если в заявлении, написанном большинством ИК 8 Августа, было сказано:

«как показал опыт кровавых этнических конфликтов в бывшей Югославии и многих других странах, введение войск не обеспечит безопасность мирным гражданам. «Миротворческая миссия» в Южной Осетии уже провалилась, в текущий конфликт могут быть втянуты соседние непризнанные республики – Абхазия, Нагорный Карабах»

В измененном тексте можно прочитать:

«Вина российской стороны состоит также и в том, что за последние 14 лет, в течение которых Россия выступала в роли сдерживающей силы в грузино-югоосетинском конфликте, её правительства так и не обеспечили условий для мирного урегулирования».

В течение многих лет наш Интернационал анализировал события в разных странах, например, в бывших Югославии или СССР, и мы видели, как разные империалистические силы использовали маленькие республики в качестве марионеток в своих кровавых играх. Есть достаточно много примеров, показывающих, что «миротворческие силы» в критические моменты не делают ничего, чтобы воспрепятствовать резне. Самым известный – когда европейские «миротворческие войска» ничего не сделали в Боснии, чтобы остановить убийство тысяч босняков в Сребренице.

Взятие Сухими и «мирное урегулирование»

В 1992 г. хотя официальной политикой российского правительства были призывы прекратить конфликтов в Грузии, плохо скрываемое вмешательство российских военных, особенно авиации, артиллерии и войск специального назначения в ключевой момент боевых действий сыграло решающую роль.

В начале сентября 1992 г. при посредничестве РФ было заключено мирное соглашение в Абхазии, по которому абхазские сепаратисты были вынуждены сдержать свое наступление и прекратить обстрел города из тяжелых орудий. Россия заверила Грузию, что город не будет атакован, если грузинская армия продолжит свой отход. Грузинские танки были эвакуированы российскими военными кораблями в Поти.

После этого оставшийся без серьезной защиты город подвергся штурму. Это было началом 12-дневного сражения за осажденный Сухуми, с ожесточенной борьбой и человеческими жертвами с обеих сторон. Слабо вооруженные грузинские части, которые оставались в городе, были оставлены без какой-либо защиты от артиллерии или механизированных частей. Город безжалостно бомбили российская авиация и артиллерия сепаратистов.

27 сентября город пал, после того как части абхазов, русских и Конфедерации Горцев Кавказа взяли штурмом резиденцию Правительства Абхазии. Самой ужасающей в этой войне была резня горожан Сухуми после его падения. В течение штурма около 1000 человек погибли… Горожане, которые фактически оказались в западне, выгонялись из своих квартир, подвалов и домов».

Грузия была вынуждена поддержать прекращение огня, чтобы избежать широкой конфронтации с Россией. В качестве миротворцев были одобрены подразделения из осетин, русских и грузин.

Нам кажется, что вся история действий российских войск в Южной Осетии и Абхазии показывает, что марксисты не могут относиться к ним как «миротворцам». Войска получили статус «миротворческих» в результате взятия Сухими в 1992 г., в котором российские спецназовцы и авиация играли главную роль. Перед лицом подавляющего превосходства в силах тогдашнее руководство Грузии не имело никакой альтернативы, кроме как согласиться с присутствием «миротворцев». С того времени и до недавних пор российский империализм пользовался двумя непризнанными республиками как пешками, не признавая их независимость из страха перед ростом нестабильности на уже и без того погружающемся в хаос Северном Кавказе, но при необходимости, повышая напряженность, чтобы заставлять грузинское правительство соглашаться со своими требованиями. Нам надо объяснить историю так называемых миротворцев, каким образом они появились в регионе и более того – критиковать провокационную роль, которую они играли, особенно после признания Косово.

Проблема не в терминологии:

Мы считаем, что совершенные ошибки и неправильная программа явились следствием неправильного метода анализа. Вместо метода диалектического материализма, требующего понимания борьбы между разными классовыми и общественными силами в международном контексте, используется эмпирический метод. Вместо анализа взаимоотношений между классами и между разными слоями внутри классов, получается анализ взаимоотношений между народами и личностями.

Для демонстрации разницы между двумя подходами необходимо коротко объяснить причины войны. После краха сталинизма и восстановления капитализма Кавказ стал настоящим полем боя за богатство, влияние и власть между разными буржуазными группами и кланами, прикрывающимися национальными и этническими интересами. В последнее время столкновение стало острее из-за усиления напряженности между разными империалистическими державами, которые, в свою очередь, манипулируют местным марионетками, чтобы контролировать регион и его природные ресурсы и трубопроводы. Искра, от которой детонировал осетинский конфликт – попытка расширения НАТО в регионе и признание независимости Косово западными державами.

Но в проанализированных нами статях на сайте (всего 32000 знаков) полностью отсутствует даже слово «капитализм». Правда, 4 раза встречается слово «капитал», но не в контексте системы, основанной на борьбе между капиталистическими и классовыми интересами, а для того, чтобы отметить, что у некоторых политиков тесные отношения с отдельными владельцами капитала. Осуждается «империализм» лишь в одном абзаце, и здесь речь идет о старой русской империи и о Грузии «в роли мини-империи». Правда, в одном месте, можно прочитать, что

«государственный суверенитет этих республик в условиях империализма, когда в международных отношениях, сколько бы ни упражнялись дипломаты в изысканных формулировках, господствует право силы, является и будет являться полнейшей фикцией».

Это, конечно, правильно, и об этом нужно говорить, но это не является объяснением того факта, что война началась именно из-за конфликта между империалистическими державами. Лишь в одном абзаце говорится о роли нефти, и создается впечатление, что Россия получила доступ к кавказским нефтепроводам почти как побочный эффект войны. Ни слова нет ни о позиции НАТО, ни о Косово.

Слово «рабочий» появляется лишь один раз – в предложении «Грузинские беженцы — такие же люди, как и большинство российских рабочих, и ими руководят такие же простые и естественные желания». Это, пожалуй, единственное место во всех статьях, которое могло бы быть интерпретировано как призыв к единству грузинских и российских рабочих.

Нет в материалах и попытки проанализировать интересы разных классов, которые появились после восстановление капитализма в регионе. А между тем, важно понять разницу между этими слоями общества, чтобы понять, как лучше представить нашу программу. Например, надо понять кто такой Кокойты и кого он представляет как Президент Южной Осетии. Он бывший боксер, бывший в Ст. Петербурге бизнесменом прежде чем получить предложение Кремля ехать домой в качестве президента. Руководители Абхазии не лучше. Первый президент Владислав Ардзинба был сторонником и другом советского реакционера и члена ГКЧП Анатолия Лукьянова. Находясь у власти он вел политику, зеркальную отражающую политику грузинских шовинистов – если они отстраняли негрузин от власти, он – грузин. Сменивший его Сергей Багапш – командир одной из дружин, участвовавших в этническом конфликте 1992-93 гг.

И здесь, из-за отказа анализировать положение с классовой точки зрения, ничего не остается, кроме как анализировать сходства и различия между народами. В свое оправдание автор говорит, что Маркс сам часто использовал слово «народ» и что в бытовом использовании слово «народ» означает «простые люди». Но, даже если это правда, использование такой неточной терминологии в марксистском анализе неприемлемо. Можно показать это кратким анализом использования терминологии Марксом. В своем Коммунистическом манифесте, Маркс и Энгельс использовали слово «народ» 6 раз и «рабочий» 61. Противоположную позицию можно найти в программе КПРФ. Они использует слово «народ» раз и «рабочий» 12. В проанализированных нами материалах, слово «рабочий» появилось лишь 1 раз, и «народ» 31 раз!

Более того, нужно принять в расчет историю рабочего движении после Маркса, и особенно историю сталинизма. В конце 20-х гг. 20-ого века, после периода ультра-левизны, сталинистская бюрократия разработала свою теорию «народных фронтов». Троцкий в это же время саркастически критиковал использование слова «народ»:

«для того, чтобы нация могла перестроить себя на новой основе, она должна быть идеологически перестроена, а это будет достигнуто только если пролетариат не будет расстворять себе в народе, в нации и наоборот, разработает свою программу революции, и настоит на том, что мелкая буржуазия должна выбрать между двух режимов. Лозунг «народной революции» успокаивает мелкую буржуазию, а также широкие массы рабочих, примиряя их с иерархической структурой народа».

Троцкий критиковал германских сталинистов за использование фразы «народная революция» вместо «рабочая революция» именно потому, что он считал этот лозунг уступкой терминологии фашистов, которые тоже выступали за «народную революцию», считая это лучшим способом привлекать сторонников.

На почти 20 страницах текста, который претендует быть марксистском анализом войны, нет ни слова ни о классе, ни о рабочих, ни о капитализме и так далее. К несчастью, это уже не просто вопрос терминологии, а вопрос о подходе к анализу и программе. Замена слова «народ» словом «трудящиеся» не превращает анализ без независимой классовой позиции в анализ с независимой классовой позицией. Очевидно, что в таких материалах не будет говориться о рабочей борьбе, рабочем единстве или не дай бог о социализме. Но об этом чуть позже.

Отсутствие диалектического подхода:

Неправильное использование терминологии –симптом значительно более серьезной проблемы. Отказ анализировать события диалектическим способом, т. е. без анализа экономических и общественных контекстов, без анализа их исторических и международных контекстов создает положение, при котором эмпирическое, туманное и часто противоречивое объяснение событий является не только неудовлетворительным с марксистской точки зрении, но часто приводит читателя к неприемлемым выводам. Например, есть такое объяснение событий в первой половине 90-х гг:

« Документы периода начала конфликта наглядно свидетельствуют, что в начале 90-х жители Абхазии и Южной Осетии сопротивлялись не самому факту нахождения под грузинской юристдикцией, а попыткам тогдашнего грузинского руководства полностью ликвидировать автономный статус этих регионов, растворив его население в моноэтничной среде. Но попытки договориться, предпринятые руководителями республик, не встретили поддержки со стороны фашиста Гамсахурдиа и «демократа с мировым именем» Шеварднадзе». (Уроки и перспективы осетинской войны)

Но в другом место есть такое объяснение:

«Опытнейший бюрократ Шеварднадзе в своё время продемонстрировал достаточно хитрости, чтобы, не признавая своего поражения, всё же остановить войну. Но это было лишь полумерой — пока во главе Грузии и России стояли старые приятели по ЦК КПСС, они могли говорить для своих народов что угодно, действуя при этом по взаимной договорённости так, как это было действительно необходимо. Что будет делать следующее поколение политических лидеров с проблемой непризнанных кавказских республик, похоже, мало волновало вальяжных стариков, во всяком случае — куда меньше, чем собственное благосостояние и политический имидж «на Западе». (Провал «миротворческой миссии»)

Кроме очевидного противоречия между этими объяснениями, из-за того, что отсутствует анализ причин войн того периода (восстановление капитализма и последовавшая борьба за власть и влияние между разными частями правящей элиты), читатели могут интерпретировать их по-разному. Скорее всего, новый читатель сделает вывод: война была последствием неудачи дипломатических переговоров (из-за того, что грузинское руководитель был фашистом). Хотя позже старый хитрый бюрократ смог найти компромисс со своим старым партийным приятелем. Последний конфликт начался потому, что 2 руководителя не успели научить своих наследников всем хитростям ведения переговоров. В самым лучшем случае у читателя просто останется туманное впечатление, без четкого понимания что делать.

Однако, этот легкомысленный и путанный анализ в некоторых местах становится просто опасным! Вот, что сказано о событиях в Абхазии в начале 90-х гг.

«Народные ополчения абхазов и осетин смогли самостоятельно изгнать грузинских захватчиков в начале 90-х».

Для понимания опасности этого замечания нужно объяснить подробнее природу этих «народных ополчений», но сначала надо сказать, что мы против таких организаций не потому, что они абхазские. В бывшем СССР и Югославии такие ополчения были очень распространены, обычно защищая одну этническую группу против другой.

Дело в том, что в Абхазии очень трудно говорить о независимых «народных ополченцах» в начале 90-х. гг. После того как грузинские войска захватили Сухуми, абхазское население, естественно, начало сопротивляться. Но они были не одни. Основное ядро абхазских ополченцев составляли наемники с Северного Кавказа во главе со ставшим известным позднее чеченцем Шамилем Басаевым, чьи бандиты сыграли центральную роль в резне этнических грузин. Многие из участников являлись бывшими российскими солдатами, ставшими наемниками и получившими оружие от российской армии. Этим головорезам было все равно, кого убивать. Во многих случаях они убивали абхазов, пытавшихся защитить грузин, своих друзей или соседей, или присоединившихся к ним.

Мы не должны распространять обманчивые иллюзии о роли, которую играли эти «народные ополченцы», наоборот, мы должны объяснять, что единственный способ защищать интересы рабочих в таких ситуациях, это активная организация против этнических конфликтов и резни. Но даже большее беспокойство вызывает заявление о том, что эти народные ополченцы «изгнали грузинских захватчиков в начале 90-х».

Грузинские захватчики, т. е. грузинские солдаты, в большинстве своем были эвакуированы российскими военными кораблями. Грузины, которые были изгнаны «абхазцами», были мирными жителями, по разным версиям от 100 до 200 тысяч. Более 1000 были убиты. Если еще что-то нужно добавить к объяснению роли этих ополченцев, можно посмотреть пресс-релиз, изданный в августе этого года Александром Беловым, руководителем ДПНИ, с призывом мобилизировать добровольцев в поддержку Южно-Осетинских ополченцев. Мы считаем, что в наших материалах распространение таких иллюзий абсолютно неприемлемо.

Международный контекст:

Очевидно, что эта война была столкновением между новорожденным российским империализмом с одной стороны и Грузией, открыто поддержанной американским империализмом – с другой. В проанализированных материалах, почти отсутствует анализ международного контекста войны. Правда, абзацев который критикуется роль ООН и мы в целом согласны с тем, что там сказано.

Есть в материалах крайне однобокий анализ положения США. Несмотря на просьбу Международного секретариата изменить статью в газете, мало что было изменено. В начале было написано:

«Позиция Обамы, которого разумеется интересует не мир Кавказе, а настроения американского обывателя, день за днём меняется в сторону большего милитаризма.»

Абзац был изменен на:

«Позиция Обамы, которого разумеется интересует не мир Кавказе, а победа на президентских выборах, день за днём меняется в сторону большего милитаризма.»

Это противоречит анализу наших американских товарищей. Настроение «американского обывателя» сегодня антивоенное. Тем более это справедливо в отношении тех обывателей, которые поддерживают Обаму. Добавьте к этому нынешнюю экономическую трагедию, и получится радикализация настроения этих слоев. Профсоюзы, например, уже организовали в Вашингтоне протесты против планов Буша помочь большому бизнесу, который игнорирует положение миллионов рабочих и бедных, страдающих сегодня от последствий кризиса.

Поддержка Обамы растет именно потому, что он выступает против экономических планов Буша и обещает остановить войну в Ираке (правда, он за продолжение войны в Афганистане). Наши товарищи объясняют, что именно тогда, когда Обама дает повод считать, что он не будет выполнять свои обещания, его поддержка слабеет. Особенно это было заметно после его выступлений в поддержку военного удара по Ирану и выпадов против России. Результатом было начавшееся разочарование части работающих на него активистов.

Если бы наш анализ был основан на анализе классовых противоречий, тогда было бы абсолютно ясно, что не надо относиться к американскому «народу» как единой милитаристской массе.

Когда речь идет о Саакашвили, его критикуют не за его прокапиталистическую или проимпериалистическую политику, а за его связи с иностранцами. На пример, Саакашвили описан как:

«Прямой ставленник иностранной державы, вынужденный постоянно демонстрировать лояльность своим заокеанским господам».

Эта, с литературной точки зрении красноречивая, но с политической точки зрении туманная фраза может быть интерпретирована как угодно. С известной долей воображения, и то если только ты знаешь, что автор антикапиталист, она может быть интерпретирована как критика капитализма, если конечно речь идет об американском капитализме. Если у тебя склонность к антиамериканизму, ты поймешь, эту фразу как критику Америки. В целом это описание более похоже на те, которые можно найти в материалах КПРФ, которая считает, что эта война – прямой конфликт между США и Россией.

Это плохо уже само по себе,. Но еще один момент бросается в глаза. Есть очевидное нежелание критиковать Россию как империалистическую державу. Хотя в последних статьях, есть кое-какая критика политики российского правительства, получается общее впечатление, что Россия, в течении 15 лет помогала регулировать проблему и сейчас, после нескольких ошибок, у нее не было иного выбора, чем посылка войск.

По нашему мнению, это потому, что в последнее время некоторые товарищи скептически относились к попыткам анализировать события в международном контексте. Следующее предложение было убрано из заявления, написанного в Бельгии:

«как показал опыт кровавых этнических конфликтов в бывшей Югославии и многих других странах, введение войск не обеспечит безопасность мирным гражданам».

Даже поверхностное понимание хода событий на Балканах и роли, которую играли там «народные милиции» помогло бы лучше понять роль народных ополченцев на Кавказе.

Основной частью анализа этих событий Интернационалом является тот факт, что российское правительство было приперто к стенке вследствие роста напряженности, связанного с расширением НАТО в Восточной Европе, созданием системы ПРО и решением признать независимость Косово. Все эти события означают усиление империалистических интересов США на востоке, и, соответственно, ослабление интересов российского империализма. Решение признать независимость Косово просто привело в ярость представителей российского империализма. Уже в феврале этого года они заявили, что в результате признания Косово,

«начнётся реальный процесс отделения этих двух территорий (т. е. Абхазии и Южной Осетии) от Грузии».

Российское правительство отменило экономические санкции против Южной Осетии и Абхазии. В течение 6 месяцев с февраля до августа увеличилось количества «инцидентов» с обеих сторон, происходили перестрелки, несанкционированные полеты в «no-fly» зонах. И всего лишь за несколько недель до нападения на Цинвали Россия послала контингент железнодорожных войск в Абхазию. Естественно, Грузинское правительство увидело в этом чистой воды провокацию, враждебное действие на своей суверенной территории. Это основная причина, по которой мы считаем, что было бы ошибкой относиться к российским войскам как к «миротворцам» или говорить, что

«грузинский агрессор зверски напал на бедную Осетию, и поэтому у России не было выхода; единственная сила способная защищать осетин – российская армия».

Классовый анализ:

Требуя классового анализа, мы считаем, что вместо эмпирического анализа национальных интересов должен быть анализ развития общества через призму борьбы между классовыми интересами и общественными силами. Даже если рабочий класс не силен, даже если у него нет самостоятельной организации и политической сознательности, это не значит, что общество не развивается через столкновения классовых интересов. Даже если бы мы были согласны с мнением, (а мы, естественно, не согласны), что рабочий класс Кавказа слишком слаб, чтобы влиять на события, мы не должны поддерживать передачу полномочий по решению проблем другим классовым силам (российской армии, буржуазным правительствам или народным ополченцам), а сделать все, что в наших силах, чтобы помогать развитию независимых рабочих организаций, способных бороться за решение общественных проблем Кавказа.

Из-за отсутствия такого подхода в проанализированных материалах возникает полное недопонимание процесса развития национального сознания и настроений в классовом обществе. Вопрос представлен так, как будто существует великий союз «братских народов», сломанный действиями разных политиков, и что, живи мы без политиков, ничего не могло бы разделить культуры разных народов. Вот, что сказано:

«Сколько б ни размахивал своими справками главный санитарный врач (от слова «врать» наверное) Онищенко, ни у кого нет сомнений в том, что Хванчкара и Киндзмараули — это традиционные для российского потребителя напитки, отсутствие которых в винных магазинах ещё долго будет восприниматься в качестве большого упущения. Да и еда кавказская давно стала, и долго будет оставаться психологически значимой составляющей представлений российского человека о праздничном столе. И как бы не уродовали разгорячённые патриоты плакаты с портретами Вахтанга Кикабидзе в ответ на болезненную выходку одурманенного пропагандой старика, вряд ли станет когда-нибудь возможным провести водораздел между российской и грузинской культурой».

Кажется, что это довольно безобидное и даже доброе, милое заявление, опирающееся на ностальгическую идею о том, что весь регион жил одной большой советской семьей. Если это было так, трудно объяснить, почему в конце 80-х годов, когда СССР начинал рушиться, развивались такие масштабные движения в поддержку самоопределения почти во всех республиках и особенно в Грузии. Из неправильного анализа следует неправильный вывод. Мы не должны давать власти возможность провести водораздел между российской и грузинской культурами? Может быть, мы должны организовать ряд концертов в честь грузинско-российской культуры, где Вахтанг Кикабидзе и Иосиф Кобсон могли бы спеть дуэтом? Это просто либеральный призыв к людям жить в мире.

Может быть, «россиянин», живущий в центральной России и понимает эту «общую культуру». Но в сознании живущих в западной Украине, Прибалтике, на Кавказе и даже части Центральной Азии, эта «культура» связана с душной, централизированной «советской» системой власти, насаждаемой из Москвы. Да и для российской молодежи, кроме конечно членов СКМ и активистов «Наших», эта «культура» тоже малопривлекательна.

Совсем иные факторы определяют национальное сознание. Массовые протестные движения от Кавказа до Сибири, которые начались в середине 80-х гг, были реакцией на неспособность советской бюрократии обеспечить достойные условий жизни для рабочего класса. В основе программы протестующих оказались требования, направленные против бюрократической элиты, за внедрение настоящих демократических и национальных прав, которые, как считали многие, дали бы возможность сломать бюрократическую систему. Но правящая элита использовала общественное недовольство и распад Советского Союза, чтобы начать процесс восстановления капитализма. Разразилась экономическая катастрофа. Заводы закрыли. Бывшие рабочие были вынуждены переквалифицироваться, заняв унизительное положение торговцев-«челноков», или оказались гастарбайтерами. При отсутствии рабочих организаций, которые могли бы предложить альтернативу, разные националисты и шовинисты (в т. ч. российские шовинисты) эксплуатировали этнические и национальные различия в борьбе за власть.

Каков вывод из этого анализа? Во-первых, рабочие и бедные каждой национальности не должны доверять своим национальным элитам, тем более национальной интеллигенции, которая почти всегда играет реакционную роль. У них значительно больше общего с рабочими и бедными других национальностей. Этническая и национальная напряженность будет усиливаться до тех пор, пока рабочие и бедные не будут объединены по классовым чертам, призывами не к общей культуре, а к общей борьбе за повышение уровня жизни и за обеспечение жильем и работой для всех. Естественно, такая борьба станет борьбой против существовании капитализма.

В этом контексте использование слова «народ» и анализ взаимоотношений между «народами», а не «классами» - неправильны. В результате мы получаем неправильный вывод. Это значит, что нигде в этих материалах не отражена наша позиция, которая состоит в том, что мы выступаем за максимально возможное единство рабочих в общей борьбе и что рабочий класс должен выступать с независимой от власти и капиталистов позицией. Например, в материалах грузинские беженцы из Абхазии и Южной Осетии описаны как одна реакционная масса:

«Саакашвили обращался в первую очередь к той части грузинского населения, которая была непосредственно в этом заинтересована — а именно — к сотням тысяч грузин, покинувшим Абхазию и Осетию в ходе военного конфликта начала 90-х. Обещав этим беженцам скорое возвращение домой, Саакашвили не только привлёк их на свою сторону, но и мобилизовал в качестве решающей силы в ходе свержения Шевардназде.»

Сам по себе это однобокий анализ розовой революции. В качестве решающей силы в ходе этих событий оказалось недовольство массы грузин, в частности, вследствие экономической катастрофы, а так же роста коррупции и избирательных махинаций. К несчастью, из-за отсутствия левой альтернативы, Саакашвили захватил инициативу. Но дальше мы узнаем, что:

«Беженцы, пока они остаются беженцами, будут требовать реванша».

Получается так: беженцы привели к власти Саакашвили и потребовали реванша. Такая постановка вопроса создает впечатление, что мы не должны слишком волноваться о судьбе беженцев в Грузии.

Но очевидно, что большинство беженцев совсем не похоже на реакционную массу. Один комментатор встретился с беженцами из Абхазии, которые жаловались на то, что они получают лишь 11 лари в месяц ( 200 руб!). «Со слезами на глазах» он написал, что «они объяснили как правительство Саакашвили действительно относится к беженцам, особенно тем, которые живут в общежитиях в Тбилиси. «Не раз они нас изгоняли из общежитий или отключили свет. Они обвиняют нас в том, что мы не платим за услуги, которые мы просто не получаем» (обратный перевод). Состоялись многочисленные акции протеста против Саакашвили и его правительства. Никто не верит, что он действительно обеспокоен возвращением беженцев или в созданием нормальных условий жизни для них. Положение стало так плохо, что после приватизации гостиницы «Батуми» в начале 2006 г. беженцы были насильственно изгнаны из гостиницы с помощью грузинского аналога Омона. Они, в основном беженцы из Абхазии, собирались ехать обратно в Абхазию, чтобы там просить политического убежища.

В последней из анализированных статей на сайте мы найдем следующее требование:

« Так что наиболее логичное антивоенное требование трудящихся каждой из воюющих сторон — скорейшая социальная реабилитация беженцев, создание для них не на словах, а на деле условий для полноценной жизни».

Это было написано не 9 августа в спешке, а 1 сентября, значит, это хорошо продуманное заявление. Это очень похоже на то, что предлагается организациями соц-демократического толка или гуманитарными группами, финансируемыми западными правительствами. Если мы могли бы просто интегрировать этих бедных людей в общество, все проблемы, связанные с войной, были бы решены! Нам надо для них, именно для них создать все условия и т. д. и т. п.

Причиной войны являются не мстительные беженцы, а борьба между капиталистическими интересами, и для того, чтобы бороться против капитализма, нам надо объединить рабочих и бедных в общей борьбе за их права. И это также относится к беженцам. Мы должны не призывать правительства или благотворительные организации решить проблемы беженцев, а помогать беженцам самим организоваться в защиту своих прав.

Но еще хуже продолжение статьи:

«Так что если в благотворительной помощи пострадавшим осетинам, вероятно, и есть какой-то смысл (но только если быть уверенными, что помощь эту никто не разворовывает — в чём никакой уверенности нет), то ходить на антигрузинские митинги не стоит вовсе. Ведь митинги эти лишь на руку Саакашвили, поскольку с их помощью этот военный преступник хитроумно обманывает свой народ, внушая ему, что русские якобы не любят грузин».

Просто удивительно, что после 3 недель довольной жаркой дискуссии о вопросе войне в проанализированных материалах мы можем найти такое заявление. Если «в благотворительной помощи пострадавшим» есть смысл, почему только осетинам? Почему не грузинам, изгнанным из своих домов российскими войсками? Мы не можем согласиться, что «не стоит» ходить на антигрузинские митинги исключительно потому, что с их помощью этот военный преступник Саакашвили хитроумно обманывает свой народ, внушая ему, что русские якобы не любят грузин. Мы считаем абсолютно неприемлемым даже думать ходить на антигрузинские митинги в первую очередь потому, что они организованы русскими шовинистами с подачи российской власти, хитроумно обманывающей свой народ, внушая ему, что война ведется в защиту Южной Осетии, а не империалистических интересов российской буржуазии.

Вопрос о самоопределении:

Когда речь идет о самоопределении, проанализированные материалы становятся еще более путанными. В одном месте есть успешная попытка критиковать политику Кремля. Оно гласит:

« Изуверский расчёт образованных консультантов Кремля оказался психологически верен. Не независимости теперь будут желать жители осетинских сёл, а воссоединения с Россией, какой бы эта Россия не была».

Но в тот же день заявление, написанное в Бельгии, было изменено. Требование в оригинальном заявлении «За право Южной Осетии и других непризнанных республик на самоопределение без внешнего вмешательства!» было заменено призывом воссоединить Северную и Южную Осетии.

Это несмотря на то, что мы всегда пытаемся быть очень осторожными, когда речь идет о самоопределении, особенно, когда у нас нет базы в регионе. Мы пытаемся не давать «формулу рецепта» преждевременно и без полного понимания положения и пытаться объяснять регионам, что будет лучше для них.

Необходимо подчеркивать, однако, что рабочий класс в этих регионах должен сам контролировать и управлять этим процессом, чтобы он шел не в интересах правящей элиты, а в интересах трудящегося народа и бедных. Надо принять специальные меры, чтобы обеспечить максимальное возможное единство между трудящимися и для того, чтобы обеспечить равные права для всех национальностей. Поэтому призыв воссоединить Северную и Южную Осетии был ошибочным по нескольким причинам.

Во-первых, движущей силой продвижения политики

воссоединения является президент Кокойты, иногда поддерживаемый Российским МИД. Он заявлял, что в разных референдумах в течение 90-х гг. «Южная Осетия» проголосовала за воссоединение. Но 25% населения, то есть грузинская часть, не смогли участвовать в референдуме. См История 2-х референдумов.

Во-вторых, в текущем положении, любая попытка объединить Северную и Южную Осетию будет провоцировать еще большие этнические чистки в Южной Осетии, а в Северной Осетии, будет усиливаться напряженность между осетинами и ингушами.

Нужна положительная программа

Было бы просто безответственно выступать за право на самоопределение без положительной программы, действительно способной обеспечить настоящее право на самоопределение. Это требует создания и участия рабочих организаций, для обеспечения того, чтобы контроль за процессом находился не в руках национальной буржуазии и ее империалистических спонсоров, а в руках трудящихся. Для этого нужно, чтобы рабочие организации обеспечили принятие всех решений на демократическом основе и не в ущерб другим национальным группам. Это требует понимания того, что борьба за самоопределение тесно связана с борьбой против капитализма, во-первых, чтобы уничтожить источник дальнейшего конфликта и, во-вторых, чтобы установить общественную собственность на экономические ресурсы на основе демократического плана, чтобы новое государство могло покончить с бедностью и безработицей. Из этого логически следует необходимость социалистической федерации народов Кавказа на основании демократической рабочей власти, чтобы обеспечить национальные, политические и экономические права всех национальностей. Говорить о «праве на самоопределение» без предупреждения о трудностях и путях их решения – это не более чем демагогия.

Но, поскольку в проанализированных нами материалах не была предложена положительная программа, остаются просто туманные лозунги и путаница. В последней статье мы читаем:

«В настоящее время самым простым решением представляется сохранение за Грузией районов с преобладающим грузинским населением, не желающих выходить из её состава, тем более, что районы эти непосредственно примыкают к грузинским границам, и в то же время — предоставить этническим меньшинствам возможность формировать свои органы самоуправления. Но политики не готовы даже на это. К тому же, даже такая мера не приведёт к избавлению от военной угрозы в дальнейшем. Беженцы, пока они остаются беженцами, будут требовать реванша. Так что наиболее логичное антивоенное требование трудящихся каждой из воюющих сторон — скорейшая социальная реабилитация беженцев, создание для них не на словах, а на деле условий для полноценной жизни».

Другими словами, предлагается разделение Южной Осетии по этническим границам, вероятно, в результате дипломатических переговоров между победившим Российским империализмом и побежденной Грузией; повторяется ошибка сталинистского подхода к решению национального вопроса, т. е. разделение по удобным административным границам. Потом признается, что это не работает! Все что осталось – благотворительная помощь беженцам.

Отказ от переходной программы

Эти туманные и иногда опасные выводы являются следствием, с одной стороны, отказа от использования марксистского метода анализа и с другой – отсутствия международного контекста. Как следствие, события анализируются через призму российского национализма. Само по себе это могло быть скорректировано путем прозрачной и демократической дискуссии. Но нельзя скорректировать дискуссиями отказ от основных элементов нашей программы. В проанализированных материалах отсутствует полностью упоминание о рабочей партии, и пожалуй, даже об организации рабочих, о плановой экономике или о социалистической федерации, следствием убеждения, что они являются «нереалистичными». На форуме, после изменения заявления из Бельгии, был помещен следующий комментарий:

«надо решать не на основании одной лишь упрощённой и сведённой к набору мифов и лозунгов "теории", а на основании честного анализа положения в ДАННОЙ стране и в ДАННОЕ время, на основании честной, беспощадной в первую очередь к самим себе оценки СОБСТВЕННЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ и СОБСТВЕННОГО ВЛИЯНИЯ. А это - работа тяжёлая и даже опасная, поскольку требует честности в определении СВОИХ СОБСТВЕННЫХ МОТИВОВ, в определении того, НАСКОЛЬКО МЫ ГОТОВЫ ЖЕРТВОВАТЬ СОБОЙ, а не только призывать к этому других и ещё многого многого и многого, на что большинство руководящих товарищей, боюсь, не способны».

Это аргументация реформистов еще с времен Маркса. Мы должны ограничивать себя, делать только то, что возможно, не больше, чем мы сами готовы делать. Социализм – хорошая вещь, но завтра. Не надо жертвовать собой. Сегодня, потихоньку делать что можно, а завтра посмотрим.

Мы работаем в очень тяжелых объективных условиях. Социалистическая сознательность была не только отброшена назад, она была чудовищно извращена десятилетиями сталинизма. Действительность такова, что массы рабочих еще не понимают необходимости создания профсоюзов, а тем более создания рабочей партии. Поэтому нам надо объяснить наши идеи таким образом, чтобы они были доступными и привлекательными для думающих рабочих и молодежи. Это и есть суть переходного подхода: мы разрабатываем свои требования, чтобы объяснять нашу программу в соответствии с текущим уровнем сознательности рабочего класса. Другими словами, мы используем переходные требования, чтобы создать мост между сознанием и нашей программой.

Однако, хотя мы должны корректировать наши требования, чтобы они соответствовали сознанию масс, мы не должны изменять свою программу. Наша программа определяется объективными потребностями рабочего класса при капитализме.

Для того, чтобы переходные требования служили мостом, недостаточно просто установить нынешний уровень сознания рабочего класса. Это просто один конец моста. Нам надо определить, куда идет наш мост, где мы должны фиксировать второй конец. Если на другом конце отсутствует наша социалистическая программа, тогда наш мост просто снесет течением. Он пойдет не туда, или, что еще хуже, пойдет в реформистском направление или в тени буржуазии. Туманные и путанные требования в проанализированных нами материалах являются туманными и путанными, именно потому, что нигде в материалах нет попытки независимого классового анализа и попытки убедить читателя в необходимости социалистической программы для решения проблем Кавказа. Это не случайность, а сознательная позиция автора этих материалов. Повторим еще раз, что он говорил на форуме:

«прошу учесть, что мне стоило больших нервов добиться, чтобы в данном тексте не было рассуждений о плановой экономике и социалистической федерации кавказских республик. компромисс есть компромисс».

Но мы не можем согласиться с теми, кто насмехается над нами за то, что мы выступаем за создание «социалистической федерации народов Кавказа». Если мы действительно хотим стать серьёзной политической организацией, принципиально борющейся против капитализма, мы не можем просто абстрактно призывать к социализму. Нам надо предлагать то, что мы считаем нужным для решения текущих проблем, использовать наши требования, чтобы организовать и мобилизовать рабочих и объяснить им, что мы хотим создать вместо капитализма. Один из аргументов, которые используются, для доказательства невозможности говорить открыто о социалистической политике, является состояние рабочего класса. Если промышленности нет, если люди не работают, тогда бессмысленно предлагать рабочим организовываться в защиту своих прав.

Наш Интернационал был основан на принципе защиты решающей роли рабочего класса в развитии общества. Мы всегда делаем все возможное, чтобы помогать развитию самостоятельного рабочее движения, пытаясь реалистически оценивать состояние рабочего класса, уровень его организации и сознательности. Не подлежит сомнению, что вследствие экономических и политических событий последних 20 лет, уровень развития рабочего класса, особенно на Кавказе, был отброшен далеко назад.

Но даже если бы рабочий класс в регионе не существовал вообще, наша задача состоит в помощи в его развитии. Но сказать, что рабочий класс не существует в регионе невозможно. На карте показаны центры горной и металлургической промышленности, заводы химического, машиностроительного и строительного сектора. Можно добавить туристический сектор и, конечно, нефтепроводы. Только в Грузии есть более полумиллиона наемных рабочих (четверть взрослого населения). В российской части Кавказа значительно больше. Как яркий и печальный пример: 10 членов профсоюза портовых рабочих в городе Поти были убиты и 15 ранены при бомбардировке Поти российской авиацией 8 августа.

Именно поэтому было неправильно говорить в нашем материалах 9 августа: «Грузинской агрессии могут противостоять лишь российские войска» . Ошибкой было забывать о роли рабочего класса в таком конфликте. Не только потому, что больше всего трудящихся с обеих сторон страдали от войны, но также и потому, что наша задача тогда состоит в том, чтобы объяснять нашим читателям, что единственная сила, которая могла бы противостоять агрессии обеих сторон – организованный и единый рабочий класс. Первой задачей любой рабочей организации региона должно быть выступление против разделения рабочих и бедных по этническим признакам. В течение конфликта Грузинская федерация профсоюзов активно организовывала как пикеты протеста против оккупации Гори российскими войсками, так и так гуманитарную помощь беженцам из Южной Осетии. Со своей стороны, ФНПР дала поддержку правительству и открыла счет для поддержки пострадавшим осетинам. Вполне конкретным предложением в таком положении было бы призвать два профсоюза встретиться и организовать взаимопомощь. Это было бы первом конкретном шагом в уменьшении национальной напряженности в регионе.

Рабочее единство в этих условиях далеко не абстрактный вопрос. Вместо «народных», нам надо выступать за создание транснациональных рабочих ополчений. Такие организации активно проводили бы кампании против этнических чисток. Неизбежно, что такие организации окажутся в оппозиции к армии и к местным элитам. Таким образом, участники не раз узнают о том, что они рассчитывать только на собственные силы. В частности, это относятся к Южной Осетии, где поджоги сел совершались армией.

Второй вопрос, который является далеко не абстрактным в контексте нашей переходной программы – вопрос беженцев. За последних 20-х лет в кавказском регионе ими стали буквально сотни тысяч людей всех национальностей. Зачастую бесконечный это кошмар. Беженцы из Южной Осетии в начале 90-х гг. стали жертвами другого этнического конфликта между Северной Осетией и Ингушетией. Некоторые нашли себе жилье, работу, даже разбогатели. Но большинство живет в ужасающих условиях, являясь жертвами сверхуэксплуатации и расизма.

Безусловно, те, кто хочет вернуться домой, должны иметь на это право. Однако, как Кокойты, так и Багапш четко заявили, что они не дадут им вернуться. В «буферных» зонах округ Южной Осетии, новая, назначенная в Осетии милиция предлагает людям выбор: взять российский паспорт или покинуть зону. Вот еще задача для транснациональных рабочих «ополченев» - защита прав возвращающихся беженцев.

Мы считаем, что нужно организовать помощь всем беженцам независимо от их национальности. Им нужно жилье, им нужна работа. И это относится не только к пострадавшим от этой войны. По всему Кавказу рабочие или бывшие рабочие живут в униженном положении; сотни тысяч беженцев остались ещё со времён  предыдущих конфликтов. Дагестан, Чечня, Ингушетия, Кабардино-Балкария являются самыми бедными регионами, где заработной платы не хватает ни на что. Необходимо обеспечить жилье и зарплату всем. Поэтому мы считаем, что рабочим необходимо организовать единую борьбу за внедрение инвестиционной программы массового строительства и трудоустройства, взамен растрат на Сочи или на мосты до Сахалина. Ресурсы, которые сегодня используются для «зимних олимпийских игр», иными словами для оборотистых бизнесменов и чиновников, должны быть направлены для нужд трудящихся масс, причём под их демократическим контролем.

Если бы рабочий класс был организован, он мог бы противостоять националистической и великодержавной демагогии в регионе, предложить подлинное самоопределение для тех наций, которые действительно этого хотели бы, при условии, что подобная независимость не проводилась бы за счет интересов рабочих другой нации. Но до тех пор, пока капитализм господствует в кавказском регионе и трубопроводы находятся в руках частных и транснациональных компаний, самоопределение будет фикцией, идеологической завесой битвы мировых конкурентов. Следовательно, природные ресурсы и трубопроводы региона должны быть немедленно национализированы под демократическим рабочим контролем. Эти ресурсы не только не должны служить стимулом для войн, но доходы с них будут направлены на развитие экономики региона ради улучшения жизни трудящихся.

Выполнение такой программы нанесло бы удар в нужную точку. Почему эта война случилась? Из-за существования капитализма в регионе, и конечно из-за существования разных империалистических интересов. Но просто лишить капиталистов контроля над богатствами региона недостаточно. Надо отнять у них политическую власть. Мы за новые выборы как в России, так и в Грузии, и так же в Южной Осетии и Абхазии. Но, в то же время, кода в этих странах нет настоящей левая альтернативы, новые выборы означали бы лишь замену одной части правящей элиты на другую. Поэтому, если речь идет о необходимости заменить нынешнее политическое руководство страны, надо предлагать настоящую альтернативу. Это будет возможно только после создания массового движения под руководством рабочего класса включая бедных, а так же беженцев, способного организованно бороться за политическую власть.

Возможно, кто-то скажет: подобные предложения слишком нереальны и смахивают скорее на утопию. Но в сегодняшней реальности кавказский регион не только находится в ловушке бедности и нищеты. Он стоит перед угрозой новых схваток, войн и этнических реваншей. Трещины между империалистическими державами сейчас глубже, нежели в любой период последних 30–40 лет. Американский империализм получил унизительную пощечину. Сегодня, когда экономика США балансирует на лезвии рецессии, правящий класс не может игнорировать растущее недовольство американских рабочих. Экономики европейского союза и Британии в ещё более тяжёлом спаде; страны раскололись на выступающих против агрессивной России и тех, кто предпочитает стабильные поставки нефти и газа. Правители пограничных с Россией стран заболели нервной болезнью и не знают что лучше и выгоднее: поддержать соседа-империалиста или окончательно разорвать с ним отношения, опёршись на Запад и НАТО. Одна случайная искра — и новый конфликт полыхнёт с новой силой. Такова реальность без идеализма и утопий!

Мы убежденны, что единственное реальное решение конфликта на Кавказе - вырвать всю власть из рук тех, кто готов продолжать грызню ради прибылей и роста своих акций. Организация рабочего класса означает развитие собственных независимых классовых сил, сознательно выступающих против капитализма. Капитализм следует до основания уничтожить как в Кавказском регионе, так и во всём мире. Это стало бы фундаментом для построения социалистической экономики и общества, в котором все ресурсы и производство находились бы в собственности класса, а их использование планировалось в интересах всех трудящихся, независимо от национальности. В таком обществе рабочие сами управляли бы своими жизнями как в единой стране, так и в федерации или в конфедерации. Но без капиталистов и их войн ради прибылей, дивидендов, влияния или рейтингов.

Естественно, нельзя сказать рабочим и бедным таких республик как Южная Осетия и Абхазии, что они должны ждать, пока мы строим социализм, чтобы получить право на самоопределение. Поэтому, нам действительно надо разработать, корректировать и развивать нашу переходную программу, чтобы эффективно создать, мобилизовать и политизировать рабочее движение. В то же время, было бы не правильно не предупредить об опасностях поспешного стремления к независимости без изменения общественного строя страны. Даже история Грузии после ее заявлении о независимости (и мы за право на самоопределение для Грузии, тоже) демонстрирует, что капитализм не может обеспечить ни достойные экономические условия жизни, ни демократические или национальные права. С первых дней независимости Грузия не имела подлинной независимости, она была использована империалистическими державами как пешка в их борьбе за контроль над энергетическими ресурсами региона.

Марксистская организация была бы безответственной, выступая за право на самоопределение, если в то же время, она не объяснила, что надо делать, чтобы обеспечить, его осуществление в интересах рабочего класса. У рабочего класса нет иного выбора, кроме как организоваться в защиту своих интересов. Более того, защита его интересов требует независимой классовой позиции. Он не должен доверять ни своей буржуазии, ни буржуазии чужой страны, тем более империалистической страны. Если он не готов выступать с независимой позиции, остается только зависеть от чужих, враждебных рабочим сил вроде российской армии или «народных» ополченцев образца 90-х годов. Рабочий класс не должен быть организован по отдельным национальностям, он должен противостоять любой попытке разъединить рабочих по этническим признакам. В странах типа Южной Осетии, когда не может быть речи о доверии результатам референдумов, организованных Саакашвили или Кремлем, единственная сила, которая могла бы действительно оценить мнение населения страны о вопросе самоопределения – организованный рабочий класс. Референдум, организованный по всей республике, оценил бы мнение о разных вариантах и результаты создали бы основу для открытых и демократических переговоров. Но речь идет о создании нового государства. Надо объяснить, что государственная структура не должна быть спущена сверху, например российским правительством. Рабочие организации должны организовать национальное собрание, чтобы решить на демократическом основании, каким образом страны будет управляться. И естественно, мы выступаем за то, что такая республика должна быть социалистической, богатства и ресурсы - национализированными под демократическим контролем и управлением. Безусловно, это открыло бы путь к созданию подлинной демократической социалистической федерации кавказских государств.

Троцкий, когда был учрежден Четвертый интернационал, сказал:

«Он слаб? Да, его ряды еще немногочисленны, ибо он еще молод. Это, пока еще, главным образом, кадры. Но эти кадры - единственный залог революционного будущего. Вне этих кадров нет на нашей планете ни одного революционного течения, действительно заслуживающего этого имени. Если наш Интернационал еще слаб числом, то он силен доктриной, программой, традицией, несравненным закалом своих кадров. Кто этого не видит сегодня, пусть остается пока в стороне. Завтра это станет виднее.

Четвертый Интернационал уже ныне пользуется заслуженной ненавистью сталинцев, социал-демократов, буржуазных либералов и фашистов. Ему нет и не может быть места ни в каком из Народных фронтов. Он непримиримо противостоит всем политическим группировкам, связанным с буржуазией. Его задача - низвергнуть господство капитала. Его цель - социализм. Его метод - пролетарская революция.

Без внутренней демократии нет революционного воспитания. Без дисциплины нет революционного действия. Внутренний режим Четвертого Интернационала основан на принципах демократического централизма: полная свобода в обсуждении, полное единство в выполнении.

Нынешний кризис человеческой культуры есть кризис пролетарского руководства. Передовые рабочие, об'единенные Четвертым Интернационалом, указывают своему классу, путь выхода из кризиса. Они предлагают ему программу, основанную на международном опыте освободительной борьбы пролетариата и всех угнетенных вообще. Они предлагают ему знамя, на котором нет ни одного пятна.

Рабочие и работницы всех стран, становитесь под знамя Четвертого Интернационала. Это знамя вашей грядущей победы!»

Плывя против течении сегодня, защищая наше основное оружие – четкую и точную программу, способную предложить рабочему классу путь к выходу из сегодняшнего кошмара капитализма, мы укрепим фундамент для создания будущей массовой рабочей партии. Но если сегодня мы ослабим работу по укреплению фундамента, такой партии не будет. Вся нашей работа за последние 20 лет стала бы бесплодной. Выбор за вами!