K:\Меркурьева\Арсеньева. rtf (Интервью газете «Северная правда»)
Классная классная Елена Арсеньева
На конкурсе «Учитель года» в номинации «Мой классный самый классный» победила Елена Арсеньева, классный руководитель школы № 19. В этой школе Елена Николаевна преподает химию и биологию 32 года. Сейчас она классный руководитель 8 «Б». Лучшей Елену Николаевну признало не только жюри, но и ученики. На проводившемся в школе опросе дети сами назвали ее самой-самой.
-Смотрю у вас класс такой маленький всего 12 человек, неужели у нас настолько плохо с демографией?
-У нас класс коррекционно-развивающего обучения. По такой программе школа работает около 10 лет. До этого была обычная основная общеобразовательная школа. Здесь учились дети из районов Селище и Козелино. Но из-за демографического спада ребят стало мало, и мы пошли по пути создания в школе коррекционно-развивающих классов. Дети к нам приходят из разных школ, где у них не сложились отношения ни с программой обучения, ни со сверстниками и, к сожалению, с педагогами. Приобретя статус трудного ребёнка, они пополняют классы нашей школы и потихоньку начинают «оттаивать». В нашей школе мы ставим реальные задачи и пошагово их решаем. Помогаем ребятам познать себя, избавиться от негативных привычек. Осознав проблемы ребёнка, мы вместе с ним начинаем решать их, расширяя круг общения, учимся реализовывать себя, включаясь в социально-значимую деятельность. И то, что в последнее время всё чаще звучит вопрос о закрытии нашей школы - такая большая ошибка.
-Почему вашу школу хотят закрыть?
-Наверное, из-за изменения системы финансирования. Наши ученики дорого обходятся городу, ведь наполняемость классов -12 человек. А увеличить количество детей в классе невозможно, так как у таких ребят совсем другой темп работы. Они требуют особого внимания и специальной педагогической квалификации. Я считаю, что должны существовать разные школы, в том числе и школа, в которой учатся дети с определённым складом психики, дети социально и педагогически запущенные, дети, которым требуется педагогическая коррекция. Если школу закроют, то все 170 наших учеников разойдутся по другим и создадут там 170 проблем.
-Вам приходится работать не только с трудными учениками, но и с трудными родителями…
-Я никогда не подчеркиваю, что в семье непорядок, наоборот детям говорю, всё, что нам дано, мы должны принимать. Мы не выбираем себе родителей. Например, у ученика пьющая мама. Убеждаю ребёнка, что ее нужно жалеть, что просто мама попала в сложную жизненную ситуацию. И ты не должен пользоваться моментом, что за тобой нет пригляда, а наоборот, становиться ответственнее, ведь ты единственный, кто ей потом поможет. Но, никогда не читаю нравоучений. Вырастив своих двух сыновей, старшему сейчас 30, младшему 24, пройдя вместе с ними путь взросления, я поняла, что никогда ничего не надо приказывать ребёнку и уж тем более принуждать его. Никогда метод принуждения не приводил ни к чему хорошему. Только убеждение. Надо предлагать сделать выбор, уметь договариваться, признавать свои ошибки и уметь попросить прощения у ребенка. Нужно педагогам и родителям понять, что сейчас время тех, кто у нас учится. И нам за этим временем нужно поспевать, расти вместе с детьми, передавая молодому поколению положительный опыт. Ученики уважают учителя и признают его, если он идёт с ними в ногу.
-А музыку современную слушаете?
-Да, дети сейчас все с наушниками ходят, с трудом расстаются ними даже на уроке. Конечно, интересуюсь, что они слушают. Слушаю их музыку, но с условием, что они будут слушать мою. Ведь прежде, чем что-то отрицать, как минимум, это «что-то» надо знать. На флешке у меня много папок с самой разной музыкой - и ретро, и классика, и джаз. Пытаюсь дать послушать музыку, которая соответствует их сегодняшнему настроению. Они слушают мою музыку, а я – их. Учимся понимать друг друга. В рэпе есть очень неплохие тексты, отражающие проблемы, которые беспокоят молодёжь. Но есть и те, с которыми я не согласна. Агрессия, нигилизм, что-то разрушительное, а не созидательное в них… Спорим! Иногда продуктивно, чаще нет.
-А книги обсуждаете?
- К большому сожалению, дети сейчас не читают вообще. В лучшем случае смотрят какие-то глянцевые журналы. Даже учебники не всегда читают, это просто катастрофа.
-Что для вас важнее вести свой предмет или классное руководство?
-Конечно классное руководство. Предмет многие учителя знают хорошо, и классных учителей много, а вот классных классных руководителей – мало. А ведь, что бы мы не делали, в первую очередь, мы должны разбудить чувства ребёнка. Если процесс обучения оторвать от процесса воспитания, то в конце концов мы получим бездушное, циничное общество роботов, уткнувшееся в компьютер, с наушниками в ушах. Каждый урок должен в первую очередь разбудить в ребенке мотив учения, разбудить частичку души, научить основам нравственного поведения.
-Вы сказали, что воспринимаете всех детей как своих собственных, приходится и от других учителей оберегать?
-Да, я их не даю на растерзание (смеется). Вот после зимних каникул один ученик с ирокезом в школу пришел. Увидев его, я обомлела. Как себя вести в этой ситуации? В учительской мне посоветовали немедленно отправить его домой. Вступилась за парня, доказала, что ребёнку мало внимания, и он его, как умеет, завоёвывает!
. Но, с мальчишкой беседу провела. Всё-таки в школе ученик должен выглядеть как ученик. Через неделю ему этот образ надоел, и он остригся наголо... Ну, а если бы мы его сразу заставили обриться? Родилась бы агрессия и непонимание.
-Сейчас профессию учителя выбирают все меньше…
-Это только потому, что мала зарплата. А профессия очень интересна я. Я всю жизнь проработала, мне так нравилось. Ведь учитель – это, по большому счёту, артист. Работаешь у доски как на сцене. А уж, если чувствуешь, что ты нравишься… Просто кайф, адреналин, наслаждение. Настолько захватывает!
-Помните самую большую благодарность своих учеников?
- Они чувствуют, что я их люблю, и я чувствую их признание и любовь. Их благодарность в их искренности. Дети не боятся сказать мне правду, потому что знают, что получат совет или помощь, по крайней мере, не осуждение Что ещё нужно учителю? Они меня не подводят, даже тогда, когда меня нет в школе. То есть наши отношения не за страх, а за совесть.
-Чему они вас научили?
-Сопереживанию, умению поставить себя в положение ребенка, да просто жизни. Я сама выросла в благополучной семье, сыновья росли с обыкновенными мальчишескими проблемами и для меня все проблемы, с которыми сталкиваются мои ученики, это такая школа жизни. У меня всегда выпуски были очень хорошие. Сейчас мы в «одноклассниках» общаемся с ребятами из всех выпусков. Я всех вспоминаю с благодарностью, потому что каждый из них чему-то меня научил.
Юлия Меркурьева
Фото автора
