Реферат
«БАРТОЛОМЕО ФРАНЧЕСКО РАСТРЕЛЛИ»
Содержание.
I. Введение 3 стр.
II. Бартоломео Франческо Растрелли 4 стр.
1. Прибытие Растрелли в Россию 5 стр.
2. Деятельность при российском царском дворе 6 стр.
III. Франческо Бартоломео Растрелли 9 стр.
1. Юность Бартоломео 9 стр.
2. Начало самостоятельной работы 11 стр.
3. Эпоха Анны Иоанновны 12 стр
4. Стиль барокко в России 13 стр.
5. Царскосельский дворец 15 стр.
6. Смольный монастырь 16 стр.
7. Петергоф 24 стр.
8. Дом-комод 27 стр.
9. Зимний дворец 28 стр.
10. Закат «русского барокко». 31 стр.
11. Спорный проект Растрелли 33 стр.
IV. Заключение 35 стр.
("1") V. Список источников информации 37 стр.
Введение.
«Архитектура любезна людям тем, что она не замуровалась, как другие Искусства - Литература, Живопись, Скульптура,- в толс-тенных стенах музеев и библиотек. Она Одна в грозной обна-жённости, на глазах тысячелетий властно звучит каменным языком гения».
Для России XVIII век - время, когда ломались вековые устои в самых разных областях: в политике, экономике, просвещении, быту. С XVIIвеком уходила в прошлое вся совокупность понятий, которые мы привычно связываем со словами «Древняя Русь». Россия, вышедшая к морю и ставшая могучей империей, во многом меняла свой уклад. Одним из выражений больших внутренних перемен и было ее обращение к Западной Европе.
Петровские преобразования не могли не сказаться на развитии всего русского искусства. В начале XVIII столетия развилось и получило официальную поддержку новое светское искусство, при чем древнерусские традиции зачастую попирались в художестве, как и в быту. Не всегда это было удачно, но ведь не так просто и не так быстро можно было научиться новым приемам мастерства, заново посмотреть на мир и увидеть его другими глазами. Это был сложный процесс, но нельзя забывать, что своими глубочайшими корнями новое искусство, и архитектура в том числе, всегда крепко держалось за родную почву, даже в те периоды, когда, казалось бы, русские мастера всему учились у европейцев. Но никогда наши художники не смогли бы создать подлинных шедевров, если бы потеряли свои национальные особенности.
Одним из направлений в архитектуре стал стиль барокко, родившийся в конце XVI века. Словом барокко называли неправильной формы жемчужины. Буквально оно означает: « вычурный, причудливый». В применении к архитектуре термин обозначал пышный декоративный стиль, в котором элементы конструкции не только не подчеркивали, но всячески маскировали. Вместо ясной гармонии в планировке и пропорций, свойственных Ренессансу, пришли усложненные криволинейные формы, создавшие иллюзорные пространства. На смену уравновешенности классической архитектуры пришла барочная иррациональность восприятия объемов, чувства противопоставили разуму.
Представителями этого направления были отец и сын Растрелли
БАРТОЛОМЕО ФРАНЧЕСКО РАСТРЕЛЛИ
Пфанцельт Лукас Конрад
()
Портрет архитектора
Бартоломео Франческо Растрелли
1е гг., xолст, масло,73х62 см
Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург
Растрелли Бартоломео Карло родился в 1675 году во Флоренции в семье состоятельного дворянина Франческо Растрелли. Заметив художественные наклонности сына, отец, отдал его в скульптурную мастерскую, где Растрелли прошел отличную выучку. Он хорошо рисовал, умел работать в бронзе, постиг художественное литье и ювелирное дело, получил навыки архитектурного проектирования, познакомился со строительной техникой и гидравликой, освоил искусство театрального живописца. Но применить свои способности на родине он не смог: некогда процветавшая Флоренция переживала тяжелый экономический и политический кризис.
Не нашлось заказов и при папском Дворе в Риме. Растрелли возвращается во Флоренцию, вскоре женится на испанской дворянке, вместе с ней едет в Париж. Там в 1700 году у них родился сын - Франческо Бартоломео Растрелли, будущий знаменитый архитектор. В 1707 году за надгробие маркизу де Помпону, министру Людовика XIV, которое понравилось вдове и многим влиятельным лицам, Растрелли получил графский титул.
Он проектирует несколько надгробий, в которых заметны черты стиля барокко, сложных и динамичных по композиции, с множеством аллегорических фигур. Однако французская критика заявила, что у приезжего итальянца "испорченный" вкус, так как во Франции начала XVIII века господствующим становится классицизм, чуждый барочным формам.
Но, несмотря на попытки Растрелли приноровиться к французскому вкусу, новых крупных заказов не поступало.
Царствование Людовика близилось к концу, и многие мастера не имели заказов.
("2") Прибытие Растрелли в Россию.
Царь Петр с юности мечтал о новой российской столице на берегу моря. Столице, которая будет походить на западные города. И жизнь в ней будет протекать по европейским порядкам. Вот почему, едва основав Петербург, государь повелел всем послам искать и нанимать на западе опытных мастеров, художников, архитекторов
Петр 1, заинтересованный в привлечении в Россию художников, и понимая создавшуюся обстановку, писал русскому резиденту во Зотову, чтобы тот не упустил "потребных и добрых" мастеров. В числе приглашенных оказался итальянский скульптор Бартоломео Карло Растрелли (1675—1744), проживавший в Париже.
В апреле 1715 года Зотов начинает вести переговоры со многими мастерами, в том числе и с Растрелли.
Талантливый барочный скульптор из Флоренции, не нашедший признания при дворе Людовика XIV. Приговор парижан работам итальянца был суров: «в них не чувствуется ни правды, ни хорошего вкуса...». Вот почему столь охотно принял он приглашение царя Петра переехать в далекую, таинственную Россию.
С 1 мая 1715 года скульптор уже был принят по договору "с сыном своим и учеником работать в службе царского величества три года во всех художествах и ремеслах, которые он сам умеет".
В его обязанности входило проектирование дворцов, садов, каскадов и фонтанов, исполнение статуй из мрамора, порфира и других твердых пород, отливка скульптуры из меди, свинца и железа, изготовление портретов из воска и гипса, а также штемпелей для чеканки медалей и монет, создание декораций и машин для театральных представлений. Специальным пунктом договора предусматривалось, что Растрелли обязуется готовить учеников.
24 марта 1716 года сорокалетний Растрелли прибыл в Петербург прибыл в Петербург с шестнадцатилетним сыном - своим ближайшим помощником. и вскоре занял ведущее положение среди скульпторов России. По договору он ехал за границу на три года, но остался здесь навсегда.
Суровый Петр отдал повеление, чтобы приезжие "...времени даром не теряли и даром не жили". Потому Бартоломео Растрелли, его помощник Петр и сын Франческо чуть ли не на следующий день приступили к работе. Произведениям свойственны барочная парадность и пышность.
Деятельность при российском царском дворе.
Вначале Растрелли работал преимущественно как архитектор. Он участвовал в планировке Васильевского острова и в строительстве дворца в Стрельне, представил на конкурс проект здания сената, делал модели гидравлических машин для фонтанов, преподавал в рисовальном отделении Академии наук, исполнял эскизы маскарадных костюмов, а также занимался скульптурой. Но вскоре французский архитектор
, приехавший почти одновременно с Растрелли и соперничавший с ним, оттеснил Растрелли как архитектора. Поэтому разносторонне одаренный Растрелли смог проявить свой талант только в области скульптуры и прежде всего показал себя как изумительный портретист. Он сумел соединить в скульптурных портретах пышную барочную парадность, так хорошо соответствовавшую победоносному духу петровского царствования с вдумчивым проникновением в человеческую душу, что также отвечало-задачам эпохи.
Работая над портретами, Растрелли внимательно изучает натуру, стремится передать наиболее характерные индивидуальные черты. Первой значительной портретной работой является бюст выполненный в конце 1716 года. Годом позже появилась эта работа в бронзе, а в конце 1840-х годов скульптор Витали повторил портрет в мраморе.
Многократно обращался Растрелли к образу Петра I. Еще при жизни царя, в 1719 году, он снял с него маску, творчески интерпретировал ее и создал абсолютно достоверный портрет. Тогда же был сделан восковой бюст Петра в латах. После смерти Петра I по заказу Екатерины I Растрелли выполнил "Восковую персону" - раскрашенную фигуру в натуральную величину, облаченную в одежды Петра. Две последние работы интересны как своего рода "документы".
Подлинной удачей Растрелли является бронзовый бюст Петра I (): образ, исполненный неукротимой энергии, правдивый и живой, очень динамичный по форме.
выполнил еще два бюста Петра: один в дереве - для военного корабля, другой - из позолоченного свинца (Копенгагенский музей).
Портретные бюсты Растрелли - скорее монументальные, а не станковые произведения. В них переданы не только индивидуальные черты отдельных лиц, но. и характер целой эпохи.
Много лет работал Растрелли над конным монументом Петра. Еще в 1720 году по заказу царя он сделал небольшую модель будущего памятника. В 1724 году модель появилась в окончательном виде. Но только через двадцать лет, уже после смерти скульптора, при участии его сына, архитектора , статую отлили в бронзе. Памятник был установлен Павлом 1 лишь в 1800 году перед Михайловским замком. Там он стоит и поныне с надписью Прадеду - правнук". Это - первый конный памятник в русском искусстве, хоть установлен он и позже знаменитого "Медного всадника".
В 1741 году скульптор закончил работу над статуей "Анна Иоанновна с арапчонком", в которой органично соединились портретная характеристика и монументальное обобщение. Если в образе Петра и его сподвижников - порыв и горение, то в названном произведении - олицетворение одного из самых мрачных периодов истории России.
Портретные работы - не единственное, что оставил Растрелли. Он много работал как мастер декоративной скульптуры в Стрельне, Летнем саду и особенно в Петергофе. Творчество Растрелли заметно сказалось и на развитии медальерного искусства России. Значительный интерес представляет участие Растрелли в работе над проектом Триумфального столпа, идею которого выдвинул Петр в подражание римской Колонне Траяна. По мысли Петра "столп в память Северной войны" должен был увековечить военные подвиги русской армии, приведшие к образованию могучей Российской империи. Но после смерти Петра колонну стали называть "Столп памяти Петра I и Северной войны".
("3") Грандиозную колонну, опоясанную барельефами на темы событий Северной войны, должна была венчать статуя Петра I. Однако Триумфальный столп так и не поставили ни при Петре I, ни при его преемниках. Не была даже закончена модель статуи. Только в 1938 году модель столпа реконструировали, и теперь она находится в Эрмитаже.
Растрелли принадлежит архитектурное решение колонны. Возможно, что он начал выполнять модель и часть барельефов. Но после смерти Петра Екатерина I передала эту работу Андрею Нартову - талантливому резчику и токарному мастеру. Исследователям трудно определить, какая часть работы выполнена Растрелли, а какая Нартовым. Тем не менее, решение этого своеобразного памятника характерно для творчества Растрелли.
Согласно договору, Растрелли должен был обучать одаренных людей "художествам и ремеслам". Он пытался организовать профессиональную школу скульпторов, но не оказалось условий для систематических занятий. Все же известно, что у скульптора было много учеников и некоторые из них стали его помощниками. Умер в 1744 году.
ФРАНЧЕСКО БАРТОЛОМЕО РАСТРЕЛЛИ
Юность Бартоломео.
Он приехал в Россию шестнадцати лет от роду в качестве ученика и помощника своего отца Бартоломео Карло Растрелли, поступившего на службу к русскому царю и обязавшегося, согласно заключённому контракту «работать в службе его царского величества во всех художествах и ремёслах, которые он сам умеет». Умел же он на редкость много: и рисовать чертежи для строения палат и садов, и фонтаны строить, и вырезать из мрамора и других камней фигуры, и создавать театральные декорации, и гравировать И многому, конечно, научил он сына. К тому же само по себе ежедневное общение, а потом и тесное творческое сотрудничество с человеком столь разносторонне одарённым и столь широких интересов в искусстве не могло пройти бесследно для юноши. Но если подлинным призванием отца, делом всей его жизни оказалась скульптура, то у сына, видимо, довольно рано проявилась склонность к архитектуре, искусству, в котором Растрелли-старший был как раз не очень силён, но которое особо почиталось в новой русской столице.
К весне 1716 года, когда отец и сын Растрелли оказались на берегах Невы, отгремели решающие сражения Северной войны. Теперь, после того как угроза нападения шведов отпала, в Петербурге строили больше, чем в первые годы его существования. На оставшихся лесных участках тут и там рубили просеки - будущие улицы и проспекты, рыли каналы, продолжая осушать болота, возводили новые, всё более крупные и импозантные сооружения, а старые деревянные заменяли кирпичными или каменными.
Юность, как известно, всё воспринимает особенно остро, впечатления юных лет порой сопровождают человека на протяжении всей последующей жизни человека. Тем более впечатления такие неожиданные, контрастные и сильные, какие получил Растрелли в первые годы пребывания в Петербурге. То, что он здесь увидел, поражало воображение и складывалось в одно общее ощущение свободы и простого независимого счастья. Огромные, непривычные для него, уроженца тесно застроенного Парижа, просторы, величавая ширь полноводной могучей Невы, столь непохожей на неторопливую, узкую Сену, огромная, небывалая по размаху стройка Петербурга, озарённая отблесками победных фейерверков. Жизнь города, его энергия, духовная сила - всё это приводило Растрелли в восторг и радость. В его представлении в мире не было такого места, как это, не было такого же города полного чудес и дружелюбия, заметного с первых секунд пребывания в нём. Растрелли полюбил Петербург всей душой и жизнь его была посвящена ему.
Франческо Бартоломео оказался в пору своей юности на огромной стройке новой русской столицы, с поразительной быстротой выраставшей на островах невской дельты. Ничего подобного этому грандиозному строительству не видел Растрелли ни у себя на родине, ни в других странах Западной Европы, да и нигде в мире не было в ту пору строительства, хотя бы отдаленно схожего по своим масштабам и смелости замысла с застройкой Петербурга.
Франческо не раз встречался с царём Петром, во время его визитов в мастерскую отца, чтобы посмотреть то на свой скульптурный портрет, то на модель своего конного памятника, над которым Растрелли – старший трудился до конца жизни и который ему так и не удалось увидеть законченным. Когда Пётр умер, Франческо вместе с отцом делал проект и модель его мавзолея, а затем, после кончины отца, будучи уже прославленным архитектором, реставрировал сделанную отцом «восковую персону» императора и руководил отливкой его первого конного монумента, который он впоследствии он собирался поставить перед построенным им Зимним дворцом. Благодаря участию в работах отца, большая и лучшая часть творчества которого была связана с деятельностью и образом Петра, понятым Франческо как олицетворением триумфа России, самая бурная созидательная атмосфера петровского Петербурга оставила неизгладимый след в душе архитектора. Здесь, на новой родине, ему суждено было пережить восемь царствований, чужеземцев, попиравших национальную гордость и чувства народа, не заботившихся о престиже России. Но всё, что бы и когда он ни создавал, он, говоря его словами, создавал «для одной славы всероссийской». Энергия и вера принесли свой заряд жизнерадостности, яркой красочности в искусство середины восемнадцатого столетия - период созидания Петровской эпохи, торжества и могущества русского государства.
Начало самостоятельной работы.
Первой самостоятельной работой молодого зодчего в Петербурге было строительство с 1721 по 1727 год дворца на Миллионной улице для молдавского господаря Антиоха Кантемира. Еще в 1729 г., когда завершил первую собственную работу - дворец господаря молдавского Дмитрия Кантемира в Петербурге - молодой Антиох Кантемир отметил: «Граф Растрелли родом итальянец, в российском государстве искусный архитектор; за младостью возраста не в практике силен, как в вымыслах и чертежах. Инвенции его украшений великолепны, вид здания казист, одним словом, может увеселиться око в том, что он построил». Это первое и потому очень важное свидетельство таланта молодого зодчего, принадлежащее человеку весьма образованному - поэту, философу и дипломату, служившему впоследствии послом России в Лондоне и Париже. Такой «аттестат» дорогого стоит. Припомним: Франческо родился в 1700 г. в Париже. Где он учился - неизвестно, скорее всего у отца. Так в конце зимы 1716г. семейство Растрелли оказалось на берегах Невы. Подписывая контракт с Петром, Бартоломео Растрелли назвался не только скульптором, но и архитектором. Ему поэтому тотчас поручили изготовить модель будущего дворца в Стрельне. Заказ был выполнен, но возводил дворец француз . Отцу и сыну Растрелли оставалось только украшать интерьеры новых столичных и пригородных резиденций
Как отмечают исследователи творчества Франческо, это была еще ученическая работа. Тем не менее, в компоновке объемов чувствовался талант ученика. Между 1727 и 1730 годами Растрелли создает проект каменного дворца с садом для князя Ивана Долгорукого и проект нового здания Арсенала в Москве. В 1730 году Растрелли приступил к сооруже-нию в Московском Кремле деревянного дворца, несколько позже перенесенного в новую царскую резиденцию на берегу Яузы.
Эпоха Анны Иоанновны.
По-настоящему талант Растрелли как искусного зодчего раскрылся в царствование Анны Иоанновны.
Известность Франческо как мастера удивительных архитектурных фантазий побудила новую русскую императрицу Анну Иоанновну повелеть отцу и сыну Растрелли возвести для нее зимний дом в московском Кремле, летний — на окраине Москвы в Лефортове (1713) и Зимний дворец в Петербурге (1733). Увы, ни один из них не дожил до наших дней.
И, вероятно, не без оснований Анна Иоановна, взойдя на трон в 1730 г., рискнула доверить Бартоломео Растрелли строительство своих дворцов - Зимнего и Летнего Аннегофов в Москве и Зимнего в Петербурге. Архитектора выбрали, очевидно, заносчивые курляндцы, окружавшие Анну и предпочитавшие иностранных мастеров. Договор был заключен с отцом, но, судя по документам, создание проектов и наблюдение за всеми работами легли на плечи сына.
Дворцы так понравились государыне и ее окружению, что фаворит императрицы герцог Эрнст Бирон пожелал, чтобы Франческо Растрелли спешно возвел для него два дворца в Курляндии: в Рундале (1736) и в Митаве (Елгава, 1738). Здесь были предприняты первые серьезные поиски нового архитектурного стиля, который окончательно утвердился через полтора десятилетия. За эту работу Растрелли было пожаловано звание обер-архитектора императорского двора (1738). Не случайно, строительство дворцов в Курляндии для своего фаворита Бирона императрица доверила Ф. Растрелли.
Первый заказ от всесильного фаворита императрицы Бирона Растрелли получил весной 1732 года: построить на пустыре между Невским и Большой Морской вмести-тельный и удобный манеж. С этим заданием он успешно справляется. Осенью 1734 года Бирон вновь призывает к себе архитектора для того, чтобы поручить ему возвести замок в Курляндии в Руентале - день закладки дворца - 24 мая 1736 года.
Однако, не успев завершить отделку курляндских дворцов, архитектор вынужден был спешно вернуться в Петербург. Новая правительница — Анна Леопольдовна вознаме-рилась иметь свой Летний дворец на том месте, где теперь высится Михайловский замок. Строить его доверено было Франческо Растрелли. Только заложили фундамент, как власть в России опять переменилась. Императрицей стала Елизавета Петровна, дочь Петра Великого. Ее приближенные, конечно, не захотели признать архитектора, ходившего недавно в любимцах всем ненавистного Бирона. Растрелли собрался было уезжать, но...
Стиль барокко в России.
("4")
Веселая императрица жаждала иметь новые роскошные дворцы. Размах и пышность строений должны были демонстрировать силу и могущество государства, а буйно украшенные фасады — укрыть расстроенные финансы. Построить такие здания мог только Растрелли с его неуемной фантазией. Волей-неволей пришлось обращаться к нему. Первым делом архитектору велено было закончить Летний дворец, эту уменьшенную копию знаменитого дворца Людовика XIV в Версале. Затем следовало довершить Аничков дворец на Невском проспекте, начатый талантливым Михаилом Земцовым. Потом сделать пристройку к Зимнему дворцу, изрядно расширить старый дворец царя Петра в Петергофе и приступить к изготовлению модели будущего первого женского монастыря в Петербурге. Так признали его талант.
Однако, подлинный расцвет творчества Ф. Растрелли, утверждение его, как автора нового стиля, «елизаветинского» или «русского» барокко - приходится на период царствования Елизаветы (1,
После переворота 1740 года, который осуществил Миних в пользу Анны Леополь-довны, матери Иоанна VI, Растрелли было приказано прекратить все работы в Курляндии и срочно явиться в Петербург. Миних, который теперь стал первым министром поручил ему построить для новой правительницы Анны Леопольдовны российский Версаль в Летнем саду. В конце февраля 1741 года Растрелли подготовил проект нового Летнего дворца, а в июне того же года в торжественной обстановке состоялась его закладка.
В ноябре 1741 года произошел очередной дворцовый переворот, который привел на царский трон дочь Петра I Елизавету Петровну. Новое царствование для Растрелли поначалу не предвещало ничего хорошего. В первые два месяца о нем никто не вспоми-нал. Затем от него потребовали объяснений, почему он числится обер-архитектором. В добавление ко всем неприятностям последовал устный указ: никаких заказов итальянцу не давать. Всеми архитектурными делами теперь стал заправлять Земцов, хорошо знавший Растрелли и пытавшийся всячески привлечь его к работе.
Дворцовый переворот 1741 года и воцарение Елизаветы Петровны способствовали расцвету русского искусствагодов XVIII века. И "впервые отечественное зодчество нового времени достигает эстетических высот, к которым оно стремилось в предшествующие полвека"*.
Это период расцвета стиля, получившего в России название развитого или высокого русского барокко, охватывающего разные виды художественного творчества и широко распространяющегося по всей стране. "На этой принципиально единой основе складывается синтетический характер искусства - практически нерасчленимый союз архитектуры, декоративной скульптуры и живописи".
Общественно - политическая ситуация той эпохи ставит на первое место необхо-димость создания дворцовых и церковных сооружений, являющихся ведущими пост-ройками и в западноевропейском барокко. Его главным представителем был итальянец по происхождению Франческо Бартоломео Растрелли, получивший в России более привычное для русского уха имя Варфоломей Варфоломеевич. Важнейшие его проекты осуществлены в царствование Елизаветы Его роль в развитии нового стиля столь велика, что невозможно представить русское развитое барокко без творчества этого гениального художника, блистательно и могущественно ситезирующего русские национальные традиции с художественными веяниями Западной Европы.
Для Елизаветы, не любившей и, порой, опасавшейся Анны, Растрелли был типичным представителем «курляндского двора». Даже сменил подпись с «де Растрелли» на «фон Растрелли», объясняя позже сей поступок российской действительностью - чего не сделаешь ради хлеба насущного. И записал в своем Общем описании: «Архитектор на службе не имеет ничего, кроме своего жалованья, без какого - либо вознаграждения, всегда допустимого в других странах».
Семь лет ждал Растрелли подтверждения патента обер-архитектора, выданного Анной Иоанновной. В России надо уметь ждать.
Ключевский так писал о дочери Петра: «Вступив на престол, она хотела осуществить свои девичьи мечты в волшебную действительность».Бесконечные праздники и торжества при Елизавете требовали подобающих сцен и обрамления. Строительство дворцов стало делом государственной необходимости. Их внушительные размеры и пышность скрывали расстройство финансов и тайное желание казаться сильнее, чем ты есть.
К 1743 г. в России работали архитекторы И. Коробов, А. Евлашев, С. Чевакинский,
А. Квасов и Г. Дмитриев. Адмиралтейский архитектор Коробов был слишком строг и утилитарен в проектах и для сооружения дворцов непригоден. Чевакинский и Квасов еще числились «архитектурными газелями». А Евлашева и Дмитриева по малой мере их таланта и размаха архитектурной фантазии в расчет не принимали. Оставался один Растрелли, чьи «инвенции» были всегда великолепны.
Елизавета Петровна жаждала иметь собственные роскошные дворцы и вынуж-дена была обратиться к Растрелли. Весной 1744 года она поручает ему довести до конца сооружение и внутреннюю отделку деревянного Летнего дворца в Петербурге. В 1741 — 1744 гг. Растрелли построил в Санкт Петербурге, у слияния рек Мойки и Фонтанки, Летний дворец (над которым ему из-за капризов государыни пришлось трудиться 10 лет ( не сохранился) .А через несколько месяцев - продолжить строительство Аничкова дворца, начатого еще Земцовым.
Вскоре она потребует завершить Аничков дворец и готовить при этом чертежи дворцов в Перове под Москвой и в Киеве, а заодно и расширить Большой дворец в Петергофе, любимой резиденции своего отца. Какой надо было обладать трудоспособностью, чтобы успевать выполнять все эти повеления?
И вот в 1747 г. правительница одобряет план будущего Петергофа. Но патент
обер-архитектора так и не подтвержден. Маэстро продолжает выжидать. В Петергофе уже готовят фундаменты для дворца, как вдруг Растрелли заявил, что собирается покинуть Россию. Двор в недоумении. «Канцелярия от строений» в растерянности. Императрица вынуждена уступить. В ноябре 1748 г. ее указом подтвержден патент обер - архитектора графа Франческо де Растрелли и увеличено его жалованье. Зодчий, все же, добился своего.
Царскосельский дворец.
Обойтись без фантазий и таланта Растрелли государыня никак не могла. Хотя поняла это не сразу. В 1742 г., когда зодчего причисляли к противникам нового правления, Елизавета решила перестроить и расширить Царскосельский дворец, поручив это Михаилу Земцову. После его смерти в 1743 г. работы продолжили Андрей Квасов, Джузеппе Трезини. В 1745 г. их сменил Савва Чевакинский. А в 1749 г. пришлось, все же, пригласить Растрелли. А он затеял полную переделку уже сделанного. Исследователь творчества архитектора тонко заметил, что работа велась так, «как будто он имел дело не с отстроенным зданием, а с моделью, исполненной в натуральную величину...».
Дворец, действительно, как бы целиком вырезан из огромной глыбы податливого камня. Он - великолепный образец русского барокко. От западного его отличает всефасадность (каждая сторона здания имеет свои облик), многоцветность, столь присущая древнерусской архитектуре, и особое изящество декора с элементами рококо. Все это отвечало торжествующей, пышной роскоши, характерной для елизаветинской эпохи. Не случайно, тогда в моде были дома и особняки, воздвигнутые в стиле «Растрелли».
Смольный монастырь.
В 1749 году Елизавета Петровна издает указ о строительстве Смольного монастыря в Петербурге и поручает его Растрелли.
Франческо Бартоломео Растрелли. Собор Воскресения в
Смольном монастыре. 1748—1757 гг. Санкт Петербург.
Последовало новое высочайшее повеление: возвести большой монастырь на окраине Петербурга, там, где когда-то был Смоляной двор Адмиралтейства. Императрица собиралась со временем уйти в монашескую обитель, чтобы замаливать грехи молодости.
Как отметил позже Растрелли, настоящий архитектор в России «должен сделать чертежи деталей здания, будь то для столярной работы, для лепки и проч., и даже вычер-тить в большом масштабе, иначе придется всегда что - либо переделывать, что повлечет за собой потерю времени и большие издержки». Наконец, гора чертежей готова.
Тяжелые стопы бумаг, занявших целую телегу, отправляют в Москву государыне. Через несколько месяцев пришел ответ: собор монастыря строить «не по римскому маниру», а по образу и подобию Успенского собора Кремля. Это - политика. Елизавета всячески подчеркивает приверженность российским нравам и традициям.
Для любого художника переделка добротно скомпонованного произведения - трагедия. 
Для честолюбивого Растрелли, автора многих прекрасных творении, трагедия вдвойне. И, едва получив наказ из Москвы, он пишет , ведавшему всеми дворцо-выми постройками: «Проект, который я сделал вышепомянутой соборной церкви на по-добие римскому маниру, но по - гречески видно будет сделана». С одной стороны, вроде признает ошибку, а с другой - оправдывается: мол, посмотрим, когда изготовим модель... А сам, в итоге, перехитрил всех, создав огромный параболический купол, прижав к нему четыре изящных башенки с луковичными главками. Неведомо, как восприняла это решение заказчица. Но на прием в честь закладки монастыря виновник торжества - архитектор приглашен не был. То, что не разглядела царица, оценили потомки. Как гласит предание, ярый адепт классицизма Джакомо Кваренги, каждый раз, проходя мимо собора Смольного монастыря, восклицал: «Великая архитектура!».
Очень жаль, что у казны не хватило денег на сооружение колокольни монастыря. Шестиярусный столп мог вдвое превысить колокольню Ивана Великого в Москве и на треть - шпиль Петропавловского собора. Петербург, выросший на болотистой равнине, так и не обрел грандиозную, торжественную вертикаль.
Смольный собор называют самым "русским" из произведений Растрелли, именно это здание является ярчайшим примером развитого русского барокко и одним из самых грандиозных созданий этого великого зодчего.
Собор строился в течении ряда лет, соединив в себе черты зрелого и позднего стиля мастера, и, в конце концов так и не был им закончен.
Место, на котором ныне высится Смольный собор, было обжито издревле. Здесь, на самом мысу, новгородцы основали русский посад Спасовщина, уничтоженный шведами после захвата невских берегов, а позже, на его месте был возведен форт Сабина - укрепление из вала и рва, которое русские солдаты называли "Спасским шанцем".
И именно на этом месте, уже будучи императрицей, Елизавета решила построить монастырь, куда собиралась уйти на старости лет. Указано было строить монастырь небывалый по красоте и великолепию - памятник благополучному царствованию.
Название Смольный происходит от Смольного двора, который был сооружён на этом месте вскоре после начала строительства Петербурга. В Смольном дворе - одном из многих подсобных помещений Адмиралтейской верфи - хранилась смола, "приготовленная про весь корабельный флот". За Смольным двором был построен небольшой деревянный дом с садом для Петра - Смольный дом. Он быстро обветшал, и после смерти Петра Екатерина I распорядилась снести дом, и на его месте возвести загородный летний дворец, позже перешедший к ее дочери Елизавете Петровне.
Торжественная закладка монастыря произошла 30 октября 1748 года и можно только поражаться удивительной работосопсобности зодчего, который успевал одновременно проектировать для разных мест и лиц: в это время он перестраивал царские резиденции в Петергофе и Царском Селе, возводил дворец Строганова на Невском проспекте и дворец Воронцова на Садовой улице.
Растрелли, зная жизнелюбие заказчицы, задумал построить монастырь пышным, как дворец. Место было выбрано очень удачно - возведенный на живописном берегу Невы, собор задаёт масштаб и ритм всему левобережью. "Его изысканно скромная красота, дымчатые купола, сдержанная позолота, лазурные стены и белые колонны, простенки, лепка завораживают и восхищают".
Смольный монастырь, имевший ещё одно название - Воскресенский Новодевичий, архитектор спроектировал в традициях древнерусских монастырских ансамблей с главенствующим пятиглавным собором и многоярусной колокольней, оформляющей с западной стороны парадный въезд на монастырскую территорию. Стремление вернуться от западноевропейских к древнерусским национальным традициям было характерно для эпохи Елизаветы Петровны.
Но Растрелли были внесены существенные изменения. Прежде всего, "древнерусские монастыри строились как крепости - толстыми каменными стенами и неприступными оборонительными башнями, с прорезанными узкими бойницами. А Смольный монастырь богатством архитектурных форм, скульптурного декора и отделкой интерьера собора должен был мало чем отличаться от дворцовых сооружений и иметь светский вид. Асимметричная планировка древнерусского монастыря определялась характером отведённого для него участка, а внутренняя территория застраивалась, как правило, хаотично разновеликими и разномасштабными сооружениями, включающими храмы, трапезные, кельи и так далее". Растрелли же разработал строго симметричную композицию, подчиненную утвержденным еще в петровское время требованиям регулярной застройки и использовал наиболее гармонические пропорции (принцип "золотого сечения"). Благодаря этому все здание компонуется на основе многоголосого построения. Эта особенность отличает Смольный собор от других центрических церквей того времени, в том числе московских. Не менее важна и еще одна особенность собора Смольного монастыря: "боковые главы здесь тесно прижаты к центральному куполу, опираются на его подпружные арки и, не будучи открыты внутрь, используются для второстепенных надобностей. Это создает очень компактную, монолитную композицию. Создается впечатление, что верхняя часть как бы органично вырастает из нижнего основного объема собора. Небольшие двухярусные колокольни он развернул под углом 45 градусов так, чтобы со стороны любого фасада хорошо были видны две стороны каждой колокольни. Таким нехитрым архитектурным приемом Растрелли обогатил художественный образ собора в целом. В пятиглавых соборах, построенных другими зодчими, боковые главы далеко отстоят от центральной. По старой традиции они открыты внутрь здания и перекрывают угловые ячейки крестово - купольного храма. Конструктивный прием, введенный Растрелли, придает пятиглавию небывалую компактность, зрительно сливая гигантский средний купол в единый массив с боковыми
главами - башенками".
("5") 
В центре общей композиции Растрелли - традиционный для русской архитектуры пятиглавый собор, имеющий в плане равноконечный греческий крест. Его окружают двух-, частично трехэтажные корпуса келий, также имеющие в плане крест. "В их ближайших к собору угловых частях встроены одноглавые церкви, вторящие четырем боковым главам собора. В свою очередь, корпуса келий охватывает глухая каменная ограда, повторяющая характер очертаний келий. Островерхие башенки монастырской стены напоминают о шатрах кремлевских башен, а сама стена, глухая и невысокая, - о мощных оборонительных укреплениях старинных кремлей и древнерусских монастырей. Впрочем, здесь это не больше, чем праздничная декорация, художественный прием".
Итак, общая композиция ансамбля пирамидальная: одноэтажная каменная ограда, двух - трехэтажные корпуса келий и взметнувшийся кверху собор. Общая пирамидальная композиция повторяется в композиции самого собора.
И еще одно существенное отличие зрелого русского барокко от западноевропейского, что хорошо видно на примере Смольного монастыря. Западноевропейский барочный храм рассчитан на обзор его со стороны главного фасада. Здесь сосредоточено богатство архитектурных форм и скульптурного декора. Нередко фасад закрывает основной объем собора, не рассчитанного на круговой обзор. Смольный же собор можно обходить со всех сторон и находить бессчетное количество перспективных видовых точек, то есть он значительно богаче работает в пространстве.
Внутреннее пространство монастыря было закрыто на проекте монастырской стеной, в центре которой предполагалось возвести столпообразную многоярусную колокольню наподобие колокольни Ивана Великого в Кремле, отмечающую въезд на территорию монастыря. Она должна была вознестись на высоту 140 метров, значительно превысив колокольню Петропавловского собора, оставшуюся на сегодняшний день самой значительной архитектурной доминантой города.
Однако этот грандиозный замысел не был осуществлен. Под колокольню лишь заложили гранитный фундамент. В связи со смертью Елизаветы Петровны колокольня не была построена, так же как не успели осуществить богатую отделку интерьера Смольного собора по проекту Растрелли. Ясное представление о первоначальном замысле архитек-тора дает уникальная проектная деревянная модель всего ансамбля. На модели коло-кольня - шестиярусная. Два нижних яруса нарядны и пышны, и к ним вплотную прижаты меньшие башни. Начиная с третьего яруса, каждый последующий - уже и легче предыдущего и в то же время слит с ним. Колонны и сужающиеся кверху арки задают ритм вознесению. Самая верхняя, столпообразная часть колокольни, как бы сдерживает это рвущееся снизу движение и уравновешивает бурный темперамент постройки. Модель не только раскрашена и вызолочена, ее собор полностью сохраняет и внутреннюю отдел-ку. Она была выполнена по чертежам Растрелли под его непосредственным руководством и постоянно находилась на территории будущего монастыря до окончания строительства. Сейчас эту модель можно видеть в музее Российской Академии Художеств.
Украшен собор пышно. Белые детали светятся на синем фоне стен. "Сверкает позолота на куполах и главках. Четкие выступы и пучки колонн, фронтоны различной формы и легко круглящиеся волюты - все это создает богатую игру света и тени, придает сооружению выразительность и пышность. Колонны и пилястры в разных ярусах так расположены друг над другом, что взгляд невольно устремляется вверх".
Осуществление растреллиевского проекта Смольного монастыря требовало постоян-ного присутствия зодчего на строительной площадке. Прежде чем возвести ту или иную часть ансамбля, Растрелли вместе с помощниками создавал ее деревянную модель и вносил в проект необходимые изменения. Поэтому архитектору отвели помещение в одном из сохранившихся на участке зданий, а затем одну из построенных келий.
Вначале работа шла быстро. Здания келий начали возводить уже в 1749 году, а их "первый фас", выходивший на Неву, через два года подвели под кровлю. На площадке одновременно работали до 2000 человек - солдаты Московского, Невского, Астраханского и других пехотных полков и крестьяне - каменщики из - под Ярославля и Костромы. Стройка велась с исключительным размахом, однако собор рос медленно.
Семилетняя война, начавшаяся в 1756 году, сначала заморозила работу, а потом строительство замерло. Когда в 1761 году умерла Елизавета Петровна, собор даже снаружи не был оштукатурен. Вскоре из - за мелочной опеки и разногласий между Растрелли и новым начальником Канцелярии от строений , зодчего вынудили подать прошение об отставке, и, к его удивлению она была принята "в рассуждении старости и слабого здоровья". И хотя Растрелли был жив и имелись проектные материалы, но изменились вкусы: на барокко начал своё победное наступление классицизм.
Воскресенский Новодевичий монастырь так и не был освящён. Не был достроен собор, да и населить монастырь оказалось непросто. В южном корпусе в 1764 году по приказу Екатерины II разместилось Воспитательное общество благородных девиц, а в северном - год спустя открылось Мещанское училище для девушек недворянского происхождения. Одновременно императрица распорядилась учредить в Смольном общину монахинь, отобрав из московских и смоленских монастырей двадцать "стариц честного и доброго жития" - для обслуживания благородных воспитанниц. Набрали лишь четырнадцать, "которые грамоте умеют", но и они вскоре исчезли. Но и без монахинь для двух учебных заведений здесь было тесно.
В середине 1770 - х годов архитектор рядом с монастырем возвел специальное здание для Мещанского училища, которое было переименовано в Александровский институт.
Рядом со зданием "воспитательного общества" на территории "мастерового двора" решено было построить "Вдовий дом"( года ) - общежитие для престарелых и обедневших вдов придворных и военных чиновников. Строительство этой богадельни поручили зодчему Джакомо Кваренги. Выдающийся мастер классицизма в архитектуре, сторонник ясных форм и четких пропорций, Кваренги вместе с тем восхищался гением Растрелли. Сохранилось предание о том, что он, проходя мимо выстроенного Растрелли собора, в знак уважения снимал шляпу.
"Вдовий дом" был расположен в глубине обширной площади (и сад и пропилеи появились уже в советское время). Возведенное по проекту Кваренги здание принадлежит к лучшим образцам русского классицизма в архитектуре. "Двухсотметровый фасад почти лишен декоративного убранства; центральная часть украшена аркадами главного подъезда. Несущими на себе восьмиколонный портик, увенчанный строгим фронтоном; сильно выступающие крылья корпуса и дугообразная в плане ограда образуют парадный двор.
Еще более строго внутреннее убранство. Особое внимание уделено архитектурному решению Актового зала: обширное помещение, занимающее второй и третий этажи южного крыла здания, украшено торжественной колоннадой и сдержанным по оформлению лепным фризом".
Здание "Вдовьего дома" резко контрастирует с архитектурой соседствующего Смольного монастыря, но, несмотря на классицизм своих форм, не "конфликтует" с собором, выстроенным в стиле барокко, а лишь подчеркивает красочность растреллиевских фантазий. Оба эти сооружения удачно добавляют друг друга, создавая в комплексе единый архитектурный ансамбль.
После завершения постройки Кваренги сюда был переведен Смольный институт благородных девиц, а "Вдовий дом" - в монастырь. Так завершилось создание колоссального городского ансамбля, который обозначают словом Смольный.
Но собор, давший ему название, ставший украшением невских берегов, все еще не был достроен. Лишь в 1828 году, в царствование Николая I, был объявлен конкурс на проект достройки собора, к участию в котором пригласили самых знаменитых архитекторов - , К. Росси, О. Монферрана, Л. Шарлеманя. Проект был поручен Василию Петровичу Стасову.
По иронии судьбы, ему шел шестьдесят третий год - возраст, в котором Растрелли вынужден уйти в отставку по старости.
Под руководством Стасова фасад лишь обновили: побелили и покрасили стены, голу-бые главы украсили золотыми звездами, а гирлянды и херувимов заново вызолотили. Главные работы велись внутри. Стасов сохранил основную идею автора - сияющая высота белоснежного интерьера огромного пространства, вмещающего до 6000 человек. Но, в отличие от Растрелли, эффектный, по - своему роскошный интерьер стал сдержаннее, строже, лаконичнее.
Главными украшениями храма являлись холодно - блестящая громадная белая колон-нада и перед алтарем - уникальная хрустальная балюстрада, в которой лучи света прело-млялись и переливались всеми цветами радуги, образуя как бы струящийся занавес. По проекту Стасова были созданы резные иконостасы, украшенные иконами в золоченых рамах и драгоценных окладах. В боковых башнях - звонницах разместили колокола, отлитые на Валдае.
В 1834 году Стасов приступил к благоустройству и озеленению предсоборной и монастырской площадей. Он снес длинный жилой корпус, поставленный в начале XIX века на фундаменте, предназначенном для колокольни, и открыл собор для обозрения со стороны Шпалерной улицы. Но не стал возводить колокольню.
В отличие от мастеров барокко архитекторы эпохи классицизма стремились создать не замкнутые на себя пространства, а городские ансамбли. Колокольня закрыла бы вид на собор снаружи. Вместо этого он открыл широкий подъезд к собору, а перед ним сформировал обширную городскую площадь, носящую с 1923 года имя Растрелли. Стасов убрал часть наружной монастырской стены и на ее месте по обеим сторонам проезда возвел два трехэтажных флигеля, как бы въездные пропилеи. Правда, выстроены они были в стиле классицизма, и в 1860 годах архитектор Таманский перестроил их, приблизив по внешнему облику к стилю Растрелли.
Своеобразным венком памяти Растрелли стала стасовская ограда у Смольного собора, замкнувшая пространство предсоборной площади. В ее оформлении Стасов впервые отказался от излюбленных военных атрибутов - копий, мечей, щитов, алебард, которые он часто применял в прежних сооружениях. Он заменил их виноградными листьями, спелыми колосьями, цветами, ветвями и гирляндами.
22 июля 1835 года собор, наконец, освятили и наименовали собором всех учебных заведений. До 20-х годов XX века здесь происходили богослужения". Ныне же в соборе проводятся культурные мероприятия города.
Растрелли не пришлось закончить здание собора: в 1757 году строительство (начатое в 1748 году) приостановилось в связи с Семилетней войной. Несмотря на незавершенность строительства, Смольный монастырь не только по замыслу, но и по исполнению остается одним из самых значительных и цельных произведений Растрелли, одним из замечательных архитектурных ансамблей XVIII века. Работая над сооружением Смольного монастыря в декабре 1745 года, Растрелли получает новое распоряжение императрицы Елизаветы Петровны - начать строительство Верхних палат в Петергофе.
Петергоф.
После поездки в Петергоф и тщательного изучения состояния дворца Растрелли представил царице свой проект, который в марте 1746 года был утвержден. Окончательный проект Растрелли был утвержден 7 апреля 1747 года. Все основные работы по перестройке Большого Петергофского дворца архитектор завершил через три года. Растрелли выполнил также проекты декоративного убранства интерьеров. На это ушло еще пять лет.
Создание нового дворца в Петергофе началось в 1747 году и завершилось в 1752 году. Нарядное здание, протянувшееся на 300 метров, стоит на высоком берегу и фасадом обращено к бескрайним морским просторам. Известный историк искусства и художник XX столетия Александр Бенуа писал, восхищаясь творением Растрелли: "Петергоф как бы родился из пены морской. Петергоф — резиденция царя морей
15 июня 1752 года Елизавета Петровна впервые устроила в обновленном Петергофском дворце прием. Присутствовавшие на нем придворные и приглашенные гости были в восторге от внешнего великолепия и внутреннего убранства дворца.
Но Петергофский дворец служил как бы подготовкой к гораздо более значительному и цельному произведению зодчего - Большому (Екатерининскому) дворцу Царского Села. Работы Растрелли в Царском Селе начались в 1748 году. Первоначально они заключались главным образом в переделках старого дворца. С 1752 года Растрелли приступил к новой перестройке всего здания. Екатерининский дворец Царского Села - одна из грандиознейших дворцовых композиции XVIII века. По своим масштабам, цельности пространственного построения, единству фасадных мотивов и отделки интерьера, по необычной насыщенности архитектурных форм пластикой и цветом - это произведение Растрелли представляет собой явление единственное в своем роде.
Франческо Бартоломео Растрелли. Екатерининский (Большой) дворец. 1752—1757гг. Пушкин.
По своему внутреннему убранству Екатерининский дворец представлял собой, бесспорно, одно из самых замечательных дворцовых зданий мира. 16 февраля 1753 года Елизавета Петровна издает указ о строительстве нового Зимнего дворца. Однако прошло больше года, прежде чем был окончательно утвержден четвертый по счету проект Зимнего дворца. По замыслу Растрелли, Зимний строится на Дворцовом лугу. Площадь перед дворцом окружит галерея с широким разрывом напротив него.
Франческо Бартоломео Растрелли. Тронный зал Екатерининского дворца. 1752—1757 гг. Пушкин.
Еще полным ходом шли работы в Петергофе, а нетерпеливая императрица уже пожелала, чтобы обер-архитектор срочно принял участие в перестройке старого дворца в Царском Селе. Пять лет трудился Растрелли над самой роскошной загородной резиденцией русских царей. Помимо грандиозного дворца, протяженностью в 740 метров, он возвел вокруг него еще несколько нарядных павильонов: Эрмитаж, Грот, Катальную горку, Монбижу. Когда весной 1757 года Елизавета с гордостью показывала свою новую резиденцию иностранным послам, в общем хоре восторгов не был слышен голос посла Франции. Удивленная императрица обратилась к нему: "Что не понравилось господину послу, чего здесь не хватает?" И в наступившей тишине услышала ответ: "Я не увидел самого главного... Достойного футляра для столь великой драгоценности".
Царскосельский ансамбль по праву можно назвать одной из вершин русского барокко. Стиля, в который Растрелли внес свои отличительные черты: он украшал все фасады здания, а не только главный, как на Западе; следуя традициям древнерусской архитектуры, успешно использовал цвет; очень активно применял рокайльные (в виде раковин) декоративные детали. Эти особенности позволили историкам искусства назвать стиль "елизаветинским", или "растреллиевским барокко".
Франческо Бартоломео Растрелли. Дворец в Санкт Петербурге. 1749—1757 гг. Гравюра
Он очень быстро стал модным. Многие стремились построить дом и украсить его в растреллиевском духе. Петербургские вельможи замучили обер-архитектора своими просьбами. До наших дней сохранились дворец графа М. Воронцова на Садовой улице (1749), дом придворного поставщика Г. Штегельмана на Мойке (1750), дворец графов Строгановых на Невском (1753).
АПРАКСИНЫХ-ТРУБЕЦКИХ ДОМ, “дом-комод” (ул. Покровка, 22), единственный хорошо сохранившийся памятник русского барокко в частной жилой архитектуре М. Усадебный дом с гл. зданием по красной линии улицы и парадным двором с хоз. постройками позади него сооружён в 1766-69. В 1770 приобретён представителями одной из ветвей рода Трубецких, прозванных из-за дома “Трубецкие-комод”. Дом с примыкающими к нему флигелями и двумя проездными воротами имеет сложный объём с выпукло-вогнутой формой фасадов, наиболее разработанный из к-рых — с овальным залом в центре — выходит во двор. Изогнутые, пластичные формы характерны также для сочных архит. деталей А.—Т. д. (разорванные фронтоны, раскрепованный антаблемент над спаренными и одинарными колоннами коринфского ордера) и богатого лепного декора, в к-ром господствует характерный для стиля рококо мотив раковины (наличники, картуши). В интерьере сохранились отделка овального зала и двери (нач. 19 в.), изразцовые печи и чугунные лестницы (2-я пол. 19 в.).
В эти же годы Растрелли принимается за чертежи дворца для императрицы в Стрельне, возводит небольшой дворец на Средней Рогатке, создает проект нового Зимнего дворца, наблюдает за работами в Царском Селе и в Смольном монастыре, как стали называть женскую обитель по расположенному рядом с ней Смоляному двору.
Рассказывают, что десятилетия спустя другой знаменитый архитектор Джакомо Кваренги, ярый приверженец строгого классицизма, проходя мимо собора Смольного монастыря, каждый раз с почтением снимал шляпу — "Это великая архитектура!" Храм поднялся в центре крестообразного двора, образованного двухэтажными кельями, очень похожими на небольшие загородные дворцы. Устремленный ввысь, стройный и нарядный огромный собор кажется очень легким, способным в любое мгновение оторваться от земли. А обилие колонн и декоративных украшений рождает ощущение, что он не построен, а вылеплен из камня. К сожалению, Растрелли не довелось полностью воплотить свой замысел: не были отделаны интерьеры и осталась только в модели ажурная 140метровая колокольня. Деньги понадобились на войну с Пруссией (1756—1762) и для строительства нового Зимнего дворца.
Зимний дворец.
Вершиной творчества архитектора считается Зимний дворец в Петербурге. Но именно история его создания отразила наиболее серьезное и длительное противостояние зодчего и заказчицы. Долгое время та ограничивалась переделками и пристройками к старому дворцу Анны Иоановны. Эти хлопотные фрагментарные работы подталкивали Растрелли к идее создания совершенно нового дворца. Но предстояло убедить в этом государыню. Первого января 1753 г. последовал Указ об очередных перестройках в Зимнем дверце. Для их утверждения архитектора вызывают в Москву, где опять пребывает Елизавета. В первых числах февраля он отправляется в дорогу, а с ним следуют две повозки с чертежами и рисунками нового Зимнего дворца. Настойчивому итальянцу удалось, все же, убедить императрицу, что сооружение этого роскошного дворца - ее желание, а строительство его обойдется дешевле, чем бесконечные переделки прежнего.
("6") В июле того же года Растрелли предъявил новый проект: площадь перед дворцом опоясывает галерея с широким разрывом в. центре, а посередине площади - конный памятник Петру Великому, работы Растрелли - отца. Возведение нового дворца - для императрицы рядовой, привычный акт. Создание ансамбля - акт общественный, для Елизаветы еще непонятный. Поэтому площадь с галереей и памятником отвергнута, а сооружение дворца велено, наконец, начать ибо, как позже в Указе императрица сама отметит: «строение того каменного дворца строитца для одной славы всероссийской империи ». Эти громкие слова побуждают правительницу вносить в планы архитектора все новые и новые поправки. Как писал современник той эпохи, драматург Н В Кукольник: «Труды и огорчения от остановок были причиной довольно продолжительной болезни Растрелли». Убедительное подтверждение слов самого зодчего: «Служба архитектора в России изрядно тяжела». В особенности, если он хочет самостоятельности.
Последняя работа великого Растрелли была попыткой решить градостроительную проблему, которой особо займутся архитекторы ампира. Зимний дворец стал не только политическим центром города, но и градостроительным К его фасадам, каждый из которых имеет свой облик, стягивались в ту пору тонкие нити возможных проекций окрест лежащих строений. А последовавший вскоре запрет строить жилые дома выше Зимнего надолго определил архитектонику Петербурга.
Ни один европейский дворец той поры не сравним с Зимним по внушительности и грандиозности. Это - вершина русского барокко середины XVIII столетия, его завершение и начало конца.
История его создания примечательна и тем, что раскрывает одну из черт характера Растрелли. Интересный собеседник, общительный и доброжелательный, он был хорошо принят в обществе. Правда, на службе архитектор становился жестким и даже деспотичным. Сохранилось немало его резких донесений с угрозами бросить работу из-за отсутствия опытных мастеров, необходимых материалов и лживых отписок чиновников с обещаниями "тотчас" все исправить. Но ради претворения в жизнь своих замыслов он умел быть терпеливым, дипломатичным и даже льстивым. Елизавета замучила его бесконечными требованиями достроек и переделок в старом Зимнем дворце и никак не соглашалась на сооружение другого. Растрелли безропотно выполнял все ее капризы, но исподволь внушал императрице, что возведение нового, пышного Зимнего дворца
— ее давняя и заветная мечта. И в конце концов Елизавета ему поверила.
Дворец заложили в 1753 году на месте прежнего, времен Анны Иоанновны, и прилегающих зданий. В июле 1754 года Елизавета Петровна издает именной указ о начале строительства, при этом императрица рассчитывает на срок в два года. Как писала в своем Указе императрица Елизавета: "...для одной славы всероссийской империи". 25 декабря 1761 года Елизавета Петровна скончалась, так и не переехав в Зимний дворец. Увы, не довелось ей увидеть дворец завершенным. В апреле 1762 года в нем поселился новый русский император Петр III.
Новый император Петр III приказал по-военному быстро отделать дворец к 6 апреля 1762 года. Удивительно, но за такой небольшой промежуток времени удалось отделать около ста комнат, театр, церковь и галерею.
Последнее и самое грандиозное творение Растрелли представляет четыре больших квадратных объема по углам, соединенным широкими галереями. Внутри — свыше тысячи нарядных помещений. Дворец стал главной доминантой в городе. И не случайно более ста лет запрещалось возводить здания выше Зимнего. Довольный император наградил обер-архитектора званием генерал-майора и орденом Св. Анны. Первые и единственные награды за 46 лет верной службы.
Дворец - вершина русского барокко середины XVIII века, его завершение и начало конца. Именно в Зимнем Растрелли довел до совершенства те композиционные и архитектонические приемы, которыми пользовался все предыдущие годы. Как это ни парадоксально, но именно Петр III оказался единственным из всех государей и императриц, при которых творил Растрелли, кто удостоил наградой архитектора за его труды. Он пожаловал Растрелли званием генерал-майора и орденом Св. Анны. Это была последняя благосклонность фортуны к итальянцу.
Франческо Бартоломео Растрелли. Зимний дворец. 1754—1762 гг. Санкт Петербург.
Франческо Бартоломео Растрелли. Зимний дворец. Интерьер. 1754—1 762 гг. Санкт Петербург.
Зимний дворец представлял собой целый город, не покидая которого можно было и молиться, и смотреть театральные представления, и принимать иностранных послов. Это величественное, роскошное здание символизировало славу и могущество империи. Его фасады украшены колоннами, которые то теснятся, образуя пучки, то более равномерно распределяются между оконными и дверными проёмами. Колонны объединяют второй и третий этажи и зрительно делят фасад на два яруса: нижний, более приземистый, и верхний, более лёгкий и парадный. На крыше располагаются декоративные вазы и статуи, продолжающие верти кали колонн на фоне неба.
Закат «русского барокко».
Через два с половиной месяца жизнь архитектора переменилась. Скинув мужа, на трон села Екатерина II. И сразу же воцарились новые интересы и новая мода: увлечение фран-цузскими энциклопедистами и классицизмом.
28 июня 1762 года к власти пришла Екатерина II. С этого времени над головой Растрелли начали сгущаться тучи. Вступившая на трон в поклонница французских Просветителей, Екатерина II отвергла барокко, как стиль безвкусный. В России утвердился классицизм. Франческо Растрелли оказался не у дел.
Ему перестали давать заказы, считая, что его стиль барокко стал немодным. Обер-архитектор просит дать ему отпуск, и 10 августа 1762 года Екатерина II подписывает соответствую-щий указ. Растрелли с семьей отправляется к себе на родину, в Италию. Через год он возвращается с тайной надеждой, что опять вернется к работе. Но за время его отсутствия ситуация ухудшилась. Растрелли узнает, в частности, о том, что архитектор Валлен-Деламот переделывает внутренние покои Зимнего. 23 октября 1763 года Екатерина II принимает решение об отставке обер-архитектора Франческо Бартоломео де Растрелли с назначением ему пенсиона - тысяча рублей в год.
Сорок семь лет он отдал России, воздвигнув немало зданий и ансамблей, ныне составляющих славу мировой архитектуры. Теперь ему предстояло покинуть столицу и составлять по вечерам свое «Общее описание » и список учеников.
Он подает прошение об отставке.
Год 1764-й интересен многими знаменательными событиями. В Шлиссельбургской крепости убит бывший император Иван VI Антонович. Екатерина II провела секуляризацию монастырских крестьян и купила у купца И. Гоцковского коллекцию живописи, положив начало музею Эрмитаж. Вольтер начал подготовку «Философского словаря» , а немец Винкельман опубликовал "Историю искусства древности". В Санкт-Петербурге по проектам -Деламота начали строить Малый Эрмитаж и здание Академии художеств.
Именно тогда, отправленный на пенсию; Франческо Бартоломео Растрелли составляет «Общее описание всех зданий, дворцов и садов, которые я, граф де Растрелли, обер-архитектор двора, построил в течение всего времени, когда я имел честь состоять на службе их величеств всероссийских, начиная с 1716 года до сего 1764 года» . Удивительный многостраничный документ. Первый в истории России подобный отчет архитектора, написанный с чувством собственного достоинства. Каждый пункт трактата начинается горделивым : «Я выполнил. .», «Я сделал...», «Я руководил...». Даже созданное вместе с отцом, Франческо приписывает себе.
Самые счастливые и самые трудные 20 лет жизни маэстро закончились полным забвением.
В 1764 году Растрелли отправляется в Митаву, столицу Курляндии, к своему старому покровителю и доброжелателю Эрнсту Иоганну Бирону. Почти год он проработал в Митаве и Руентале. Но вскоре сын Эрнста Иоганна Бирона Петр, который теперь управлял всеми делами, дал понять, что хочет взять молодого архитектора. Это означало не что иное, как вежливый отказ от услуг Растрелли.
Старый мастер пышного барокко — Франческо Растрелли стал не нужен двору. Тщетно предлагал он свои услуги герцогу курляндскому и королю Пруссии. Эпоха барокко завершилась. Ради хлеба насущного пришлось заняться продажей картин, которые он привозил из Италии.
В феврале 1769 года Растрелли вновь отправляется в Италию с коммерческой целью - купить там картины итальянских живописцев с тем, чтобы потом перепродать их в Петербурге. Нет никаких известий, насколько удачной была эта коммерческая акция, но известно другое - прошение Растрелли о принятии его в члены Императорской Академии художеств. В октябре 1770 года Растрелли обратился с просьбой принять его в члены Петербургской академии художеств. В январе 1771 года Академия 19ю голосами против трех приняла еще недавно прославленного обер-архитектора в «вольным общником».. А в апреле того же года он скончался. Время и катаклизмы российской истории стерли следы его могилы. В 1923 году площадь в Петербурге перед Смольным монастырем назвали площадью Растрелли.
Спорный проект Растрелли.
Строить дворец для мужа Елизавета Петровна будто бы поручила известному придворному архитектору Франческо Бартоломео Растрелли. Кому, как не ему, было выполнять волю государыни? Он с 1730 года состоял при дворе и много строил и в Петербурге, и в Москве. Здесь он возвел для императрицы деревянный дворец, великолепный театр, пышно украсил Большой зал Кремлевского дворца к церемониальному тронному обеду в день ее коронации. Все, что ни делал, нравилось Елизавете Петровне.
Но не только упоминание имени Растрелли в предании давало повод называть его творцом здания. На Исторической выставке архитектуры, организованной в 1911 году в Петербурге, был представлен проект дворца на Покровке, датированный 1752 годом, который в каталоге выставки значился как неосуществленный проект Растрелли. Дальнейшая судьба чертежа неизвестна. Сегодня мы можем лишь домыслить: возможно, проект действительно был выполнен великим архитектором для Елизаветы Петровны и графа , но по каким-то причинам дворец не построили. А может быть, имелся в виду дворец в царской усадьбе Покровское-Рубцово, находящийся в самом конце Покровской улицы (долгие годы носящей название Бакунинской)?
("7") Интересно, что сам Растрелли этот дворец не включил в составленный им перечень своих работ, выполненных с 1716 по 1764 год. В перечне об интересующем нас доме нет ни слова, хотя о задании, полученном от императрицы “по случаю свадьбы их императорских высочеств”, он пишет.
Похоже, что устроители выставки в 1911 году ошибочно приписали проект Растрелли. Тем не менее благодаря легенде, архитектурным особенностям здания, упоминанию о неосуществленном проекте 1752 года надолго утвердилось мнение, что дом построен в конце сороковых — начале пятидесятых годов XVIII века архитектором для графа Разумовского. Долгие годы эти сведения кочевали из одного издания в другое. Дом на Покровке даже называли Зимним дворцом в миниатюре. Однако справедливости ради надо отметить, что некоторые серьезные архитектурные путеводители рубежа веков указывают на “легендарность” такой информации и отрицают авторство Растрелли.
Со временем окончательно отпала версия об авторстве Растрелли. К тому же в 1764 году архитектор уже переехал в Курляндию, где достраивал дворцы Бирона, начатые им почти тридцать лет назад. Да и стилистическими особенностями все известные нам работы мастера отличаются от того, что мы видим на Покровке. Однако если не Растрелли, то кто же?
Растрелли? Но его произведения, несмотря на пышность барочного декора, обладают строгой логикой и четкой, последовательно развитой системой элементов, взаимосвязанных и соподчиненных деталей, которых не найти в доме-комоде. Зато здесь есть явные “передержки”, недопустимые для великого мастера. Например, в пьедесталы колонн в первом этаже помещены широкие полукруглые ниши с лепными раковинами. Не говоря уже о том, что эта деталь необычна для городского жилого дома и восходит к усадебной архитектуре, она разрушает тектоническую основу здания; далеко не изысканно смотрится и насыщенный декором дворовый фасад, в котором полностью отсутствуют цезуры. Да и оригинальные плановые решения совершенно чужды Растрелли, он всегда использовал ясные прямолинейные планы, простые объемы зданий. Так что усложненные осевые построения дома Апраксиных — Трубецких тоже никак не соотносятся с творчеством гения русского барокко.
Заключение.
Творчество Растрелли изучено достаточно полно. Большинство его работ сохранилось. Талантливейший мастер середины XVIII века, создатель яркого архитектурного стиля "елизаветинское барокко". Вместе с Кваренги и Росси по праву считается величайшим русским архитектором. Основные работы: в Санкт-Петербурге - Смольный монастырь (не закончен), дворец (частично перестроен), дворец (переделаны интерьеры), Путевой дворец на Средней Рогатке (разрушен в 40-е годы XX в.), Летний дворец Елизаветы Петровны (находится на месте Инженерного замка), Большой Петергофский дворец, Большой дворец и парковые павильоны в Царском Селе, Зимний дворец (интерьеры перестроены после пожара); в Москве - Зимний Аннергоф в Кремле (не существует), Летний Аннергоф в Лефортове (не существует); В Киеве - Андреевская церковь; В Курляндии - дворцы Бирона в Рундале и Митаве
Обладавший фантастической работоспособностью, проектировавший и одновременно руководящий строительством нескольких громадных сооружений, Растрелли за каких-нибудь пятнадцать лет преобразил облик столицы. К шестидесятым годам восемнадцатого века Петербург и его окрестности засверкали зеркальными окнами и позолотой возведённых им зданий. Воронцовский дворец на Садовой улице, Строгановский на Невском проспекте, Зимний на набережной Невы, временный Зимний на углу Мойки и Невского, Смольный монастырь, дворцы и павильоны в Стрельне, Петергофе, Царском Селе… Декорированные белыми колоннами и пилястрами, усыпанные рельефными масками и другими скульптурными украшениями, они своей народностью и праздничностью резко выделялись на фоне в большинстве своём деловой и скромной архитектуры первой четверти века. Город - порт, город - верфь Растрелли превратил в город-дворец.
В 1869 году , впервые посетив Киев, был восхищен построенной по проекту Растрелли Андреевской церковью и так воспел ее:
Воздушно-светозарный храм
Уходит ввыспрь - очам на диво,
Как бы парящий к небесам.
Но эти строки вполне можно отнести и к церкви Успения.
История не сохранила для нас подробности биографии архитектора, но, как и у вся-кого большого художника, его биография - это прежде всего его произведения. Русские люди называли его Варфоломеем Варфоломеевичем и уважали за труды и за неис-сякаемые идеи. Неизвестно, где и у кого он учился, да и были ли у него другие учителя, кроме отца. По одной из версий, съездив в Италию, Растрелли вернулся в Петербург, где и скончался весной или летом 1771 года. Но одно можно сказать точно: своё вдохновение Растрелли черпал из России, великой и могущественной, показавшей ему всю широту русской души, вырастившей и воспитавшей его. Россия навевала на него какие-то невыразимые мысли, которые беспрестанно томили и занимали его, воплощаясь потом в его постройки.
И всегда в сердце уроженца Франции были русские широты, душа его была открыта для русских людей, а память сохраняла и проносила сквозь время воспоминания о стране, заменившей ему дом.
Сын испанки и итальянца, уроженец Франции, ставший одним из крупнейших архитекторов России, Франческо Бартоломео Растрелли всей своей творческой судьбой доказал, что подлинная родина художника не та страна, на земле которой он родился, а та, что вырастила и помогла раскрыть его талант традициями своего национального искусства.
Список источников информации.
1. Зодчие Санкт-Петербурга XIX - начала XX века. СПб.: Лениздат. 1998, С.574
2. «Архитектурный ансамбль Смольного».Н. Семенникова.
3. , Евангулова русского и советского искусства. М.: 1989.
4. Виппер Русского Барокко. М.: 1978.
5. Архитектура России, Украины и Белоруссии XIV - первой половины XIX веков.// Всеобщая история архитектуры в 12 томах. М.: 1968.
6. "Красуйся, град Петров… ". Золотой век архитектуры. СПб.: 1996.
7. Петербургская архитектура в XVIII и XIX веках. СПб.: 1994.
8. , Старцев Санкт - Петербурга XVIII - XIX веков. СПб.: 1999.
9. Достопримечательности Ленинграда. Л.: 1961.
10. , Левина город - Санкт - Петербург. СПб.: 1998.
11. , По этим улицам, по этим берегам. Петербургские прогулки. СПб.: 1997.
12. Великие зодчие Санкт - Петербурга. СПб.: 1996.
13. Шуйский барокко и ранний классицизм. СПб.: 1997.
14. «Строгий, стройный вид…» Детская литература. Москва.1992.
("8") 15.www. *****
16. www. hronos. *****
17. www. infolio. *****
18. www. torchmka. narod.
19. www. ru
20. **
21. www. *****
22. www. culture. *****
23. www. *****
24. www. schools. *****
preview_end()
