Вампирвилль (стр. 3 )

Сразу после войны фабрику купила полотняная компания, но в конце концов она не выдержала конкуренции, обанкротилась и была закрыта. Комбинат Синклера нависал над Занудвиллем словно вялое, безжизненное чудовище. Половина фабричных окон была выбита; чтобы отмыть вторую, потребовалось бы несметное количество галлонов «Виндекса».[6] Полицейские машины привычно патрулировали территорию, пытаясь отвадить любителей граффити от тридцати акров площадей, подходящих для самовыражения.

Александр припарковал «мерседес» возле нескольких ржавых мусорных баков. Стоило нам выйти из машины, как издалека донесся лай. Мы насторожились и огляделись. Возможно, это был Джаггер, с него станется и залаять. А возможно, бродячие собаки учуяли моего возлюбленного.

Поговаривали, что, когда фабрика только начала работать, произошел несчастный случай. Грузовой лифт сорвался, свалился в шахту и убил нескольких рабочих. По всему Занудвиллю ходили слухи о том, что, проезжая мимо в лунную ночь, можно услышать их жалобные стоны.

Но лично я слышала только завывания актеров, завернутых в простыни, когда еще маленькой девочкой побывала здесь с родителями на представлении «Дома с привидениями».

– Добро пожаловать в дом с привидениями, – объявила я, направляясь к перекошенной железной двери.

Над ней виднелась надпись: «Войди, если посмеешь», нанесенная распылителем в незапамятные времена в честь празднования Хеллоуина. Александр посветил фонариком. Я открыла дверь, и мы вошли внутрь. На бетонных стенах краской из баллончиков было написано несколько юмористических эпитафий.

Мы с Александром осторожно пробрались через заброшенные боксы и вступили на основную территорию фабрики. На семидесяти пяти тысячах квадратных футов территории не осталось ничего, не считая пыли и мусора. Круглые обесцвеченные пятна на деревянных полах обозначали места, где раньше стояли машины, большая часть стекол была выбита бейсбольными битами вандалов или птицами, не заметившими преграды.

– Сюда проникает слишком много дневного света, – сказал Александр, указывая на окна. – Посмотрим в другом месте.

Он галантно, словно викторианский джентльмен, подал мне руку и при свете фонарика помог спуститься по двум пролетам лестницы.

Мы прошли через помещение, служившее, должно быть, раздевалкой для персонала. Эта комната, лишенная окон, выглядела прямо-таки созданной специально для вампиров. У стен сохранилось несколько металлических шкафчиков и даже деревянных скамеек, но в целом это место превратилось в свалку для всяческого мусора вроде пустых жестянок, мешков и старых велосипедных покрышек. А вот гробов здесь не наблюдалось.

Подвал был гигантским, холодным и сырым. В его центре, как мамонты, высились несколько печей. Глядя на них, легко было представить, как оглушительно ревело пламя в их жерлах. Сейчас металлические заглушки проржавели, а некоторые и вовсе валялись на бетонном полу.

– Сюда бы чуть побольше паутины, пару привидений, и получилось бы классное местечко, – сказала я.

– За эту пару сойдем мы, – отозвался Александр, прижимая меня к себе.

– Вот местечко для твоего мольберта. – Я указала на пустой угол. – Да и для всех твоих картин тут места предостаточно.

– Можно сделать полки и расставить на них всю твою коллекцию «Хэлло, Бэтти».

– Ага, и притащить сюда здоровенный телик, ужастики смотреть. Я бы не ходила в школу, а темень тут стоит двадцать четыре часа в сутки.

– Нам здесь не надоедали бы ни пижоны-футболисты, ни мстительные вампиры, вообще никто, – с улыбкой сказал Александр.

Тут мы снова услышали звук, похожий на лай.

– Что это? – спросила я.

Александр поднял бровь и прислушался.

– Пойдем-ка лучше отсюда.

Он подал мне руку и повел из подвала к передней части здания. В маленькой нише Александр обнаружил другую лестницу, по которой мы поднялись на главный этаж. Пока он исследовал офисные помещения, я обозревала загроможденный ящиками коридор, окошко, прикрытое листом картона, и огромный грузовой лифт, сделанный еще в каменном веке. Я убрала с окна картон, чтобы свет с улицы, пусть и очень слабый, осветил подъемник. Тяжелая металлическая дверь была наполовину открыта, что позволяло заглянуть внутрь. Но стоило мне оказаться в лифте, как я услышала страшный скрежет, а когда развернулась, дверь закрылась, отрезав меня от света. В кромешной тьме я не видела даже своих рук.

– Александр, выпусти меня! – крикнула я. – Я в лифте!

Я пошарила по боковой панели, надеясь найти и нажать кнопку, но эта поверхность оказалась гладкой, а вот на примыкающей стенке мои пальцы нащупали что-то вроде рычага. Я попыталась потянуть за него, но он не подался.

Вообще-то меня всегда привлекали темнота и замкнутое пространство, но сейчас я оказалась в ловушке. В голове зародились печальные мысли о несчастных, заживо погребенных в грузовых лифтах фабрики Синклера. Моему воображению предстали окровавленные пальцы десятков юных вандалов, скребущие изнутри двери кабин. Ощущение было такое, будто и я замурована здесь навеки.

Потом я услышала, как затряслись тросы. Кто-то тяжело ступал по доскам над моей головой.

– Александр! Выпусти меня! Скорее!

Хотелось верить, что тросы не повреждены, иначе этот подъемник вместе со мной может в любой момент грохнуться в подвал с изрядной высоты. Мне даже казалось, будто слышны завывания призраков, пока я не поняла, что тихонько подвываю сама.

Неожиданно дверь открылась, и я кое-как разглядела мешковатые черные штаны и солдатские ботинки. Мои глаза непроизвольно сощурились, приспосабливаясь к лунному свету, бившему прямо в неприкрытое коридорное окно. Я стояла посреди овала насыпанной земли. Спереди она была раскидана, словно в этом месте протащили что-то тяжелое.

Александр вытащил меня из кабины подъемника. Я обняла его из последних сил, которые во мне оставались.

– Ты спас мне жизнь.

– Это вряд ли. Но, кажется, ты что-то нашла.

Мы присмотрелись к содержимому подъемника. На стенках кабины висели гравюры с изображением надгробий, в углу стояли старинный подсвечник и оловянный кубок.

– Такие же штуковины были в подвале под клубом, где Джаггер хранил свой гроб, – указала я. – Здесь только его и не хватает.

– Должно быть, он спешил убраться.

– Но почему он вообще ушел отсюда? В таком убежище Джаггер мог бы прятаться целую вечность, и никто бы его не обнаружил. А этот подъемник запросто вместит два гроба.

– Может быть, что-то его спугнуло.

– История с привидениями?

– Так или иначе, но этот старый подъемник работает, – заявил Александр.

– Что же все-таки тут могло испугать Джаггера? – спросила я, но не получила ответа.

Пока Александр осматривал подъемник, я принялась прочесывать коридор в поисках дополнительной информации и приметила на полу, рядом с пустыми коробками, что-то непонятное, блеснувшее серебром в лунном свете.

– Откуда здесь эта штуковина? – спросила я и подняла пульт для открывания гаражных дверей.

Александр подошел взглянуть на мою находку, и в этот миг прямо за окном возник юноша, исполненный неземной красоты, с белыми волосами, кончики которых были окрашены в кроваво-красный цвет. Его глаза, один голубой, другой зеленый, буравили меня насквозь.

– Джаггер, – прошептала я.

– Знаю, – откликнулся Александр, раздраженно щелкая пультом. – Он был здесь.

– Нет же! Он сейчас здесь, снаружи! – Я указала на окно.

Джаггер злобно усмехнулся, сверкнув клыками, Александр мгновенно развернулся, но тот уже исчез.

– Он был там! – крикнула я, снова указывая на окно.

Александр развернулся. Я последовала за ним через фабрику, мимо призрачных опор и наружу через главный вход. Когда мы добрались до гравийной дорожки, Александр неожиданно остановился возле «мерседеса», сунул ключи от машины мне в руку и вручил фонарь.

– Поезжай в особняк. Я буду там через полчаса.

– Но…

– Пожалуйста! – сказал он, открывая для меня дверь.

– Ладно, – буркнула я и неохотно забралась внутрь.

Александр закрыл дверь, а когда я обернулась, чтобы попрощаться с ним, его и след простыл.

Я закрыла дверцу и вставила ключ в замок зажигания. Стрекотали сверчки. Александр продолжал свои поиски в одиночку, а мне становилось все тревожнее. А вдруг с ним что-то случится? Я ведь не могла бы услышать его зов, если бы находилась далеко отсюда, на вершине Бенсон-Хилл. Удостоверившись в том, что контейнер с чесноком на месте, в сумочке, я вылезла из машины, сунула ключи в карман и с фонарем в руке помчалась к восточной стороне фабрики.

Стояла жуткая тишина, и мне трудно было отделаться от ощущения, что за мной кто-то подглядывает. Я подняла глаза к небу и увидела нечто, больше всего походившее на летучую мышь, висящую надо мной на электрическом проводе. Когда я направила на нее луч света, она исчезла.

Я свернула за угол фабрики и увидела Александра, осматривавшего снаружи окно коридора.

– Он стоял прямо здесь, – заявила я.

– Мне следовало бы сообразить, – пробормотал он.

– Что я не останусь в машине?

Александр покачал головой и указал на дымовую трубу. Не далее чем в двадцати футах от того места, где мы стояли, я отчетливо увидела то, что спугнуло Джаггера, – огромное подвесное ядро, предназначенное для разрушения зданий.

Глава 5

В тот вечер я сидела на своем компьютерном стуле с гаражным пультом в руке и чувствовала, что держу в ней ключ к раскрытию «Дела об исчезновении близнецов-вампиров». Пустой гараж любой семьи, отправившейся в отпуск, представлял собой прекрасное убежище. Луна и Джаггер имели возможность пристроить там на какое-то время свои гробы и оставаться незамеченными достаточно долго, чтобы успеть соблазнить Тревора своей ложью.

Вздумай мы с Александром ходить от гаража к гаражу, на обнаружение места, которое Джаггер с Луной назвали последней пещерой летучих мышей, ушла бы уйма времени. За этот срок Тревор смог бы сто раз поправиться, а Луна – не только вонзить клыки в его шею, но заодно перекусать и всю футбольную команду.

В своем городе я мало с кем общалось, конечно, не была в курсе, у кого какие планы на отпуск, и никак не могла придумать способ разведать, кто, когда, куда и надолго ли уехал. Как получить доступ к такого рода информации? И тут внезапно, словно удар молнии, на меня снизошло озарение. Конечно, у меня таких сведений не было, зато я знала, где они непременно имеются.

На следующий день, после школы, Беки отвезла меня к туристическому агентству «Армстронг». С тех пор как моя старая подружка стала встречаться с Мэттом Уэллсом, а я – с Александром, мы уже не проводили с ней столько времени, как раньше, когда вместе гуляли, без конца трепались по телефону и лазили через ворота в особняк, но зато уж когда встречались, старались извлечь из этого все возможное и сплетничали напропалую.

– До меня доходили слухи насчет белобрысой девчонки из Румынии, – сказала Беки, как только я села в ее тачку.

– И что ты о ней слышала? – спросила я, воспрянув духом после долгого, нудного, отупляющего школьного дня.

– Тот малый, который прятался в автомобильной киношке, когда мы смотрели «Целующиеся гробы», – это ее брат.

– Да… – начала я, давая понять, что хотела бы услышать больше.

– Мэтт говорит, что они повсюду расспрашивали про Тревора. Я было подумала, что этот чувак хочет играть в футбольной команде, но ведь он даже не ходит в нашу школу.

– Ну и что? – разочарованно спросила я. – Я бы не стала беспокоиться на сей счет. Никто, даже вампир, не сможет заменить Мэтта.

– Ты так думаешь? – спросила она, останавливая пикап перед туристическим агентством.

Я вылезла из машины.

– Вы с Александром точно не собираетесь в Румынию? – осведомилась Беки.

– Нет. Но если соберемся, то нам понадобятся билеты!

Признаться, мне было в кайф завалиться в туристическое агентство в полной готской экипировке – здоровенных черных ботинках «Герман-монстр»,[7] пурпурных колготках и драном черном платье-тунике, а не в принятом у них деловом наряде, то есть аккуратной юбке и блузке.

Я улыбнулась Руби, которая сидела за столом, демонстрируя парочке клиентов рекламные брошюры. Она улыбнулась в ответ, дружелюбно, но несколько напряженно, поскольку мой внешний вид явно не вязался с консервативным офисом солидной фирмы.

– Подожди чуточку, скоро я буду в твоем распоряжении, – сказала Руби, указывая на свободный стул.

– Да я так, просто заглянула, – сказала я и принялась рассматривать карту Гавайских островов.

Наконец молодая парочка поднялась с охапкой проспектов, рекламирующих туры в Мексику. На меня они посмотрели с опаской и, кажется, даже съежились, словно опасаясь, как бы какая-нибудь из моих татушек не прыгнула на них и не откусила им головы.

– Я позвоню, когда получу подтверждение, – сказала им Руби и помахала вслед. – Рэйвен, рада тебя видеть! – искренне воскликнула она. – Какими судьбами?

– А Дженис нет? – спросила я, втайне на это и надеясь.

– Нет, она на почту пошла. Могу я тебе чем-нибудь помочь?

– Хотелось бы знать, кто в последние несколько дней заказывал поездки.

– Люди каждый день заказывают поездки на время отпусков, – сказала Руби. – Если ты не забыла, у нас здесь туристическое агентство.

– Я имела в виду…

– А почему тебя это интересует?

«Потому что в нашем городе объявилась пара подростков-вампиров, которые ждут удачного момента, чтобы укусить Тревора. У меня есть основания полагать, что они прячутся в свободном гараже, скорее всего, принадлежащем какому-нибудь человеку, свалившему в отпуск».

Мне, ясное дело, хотелось сказать правду. Я даже представила себе потрясение на миловидном лице Руби, то, как она с готовностью распечатывает для меня список адресов и вручает его мне со словами: «Ступай, Рэйвен Мэдисон. Спасай Занудвилль. Спасай мир».

– Это для доклада в школе, – сказала я вместо того. – Собираю статистические данные о том, кто как проводит весенние каникулы.

– Мне очень жаль, но я не могу предоставить тебе эту информацию. Ты сама здесь работала и знаешь, что она конфиденциальная.

– Так ведь я потому и прошу тебя поделиться сведениями, что больше мне их никак не раздобыть.

– Я обожаю помогать друзьям, но боюсь, в данном случае это невозможно. Адреса, имена, кто куда и на сколько отбыл – это все секрет. – Она рассмеялась. – Сама должна понимать, попади эти сведения в дурные руки, их могут использовать для незаконного проникновения в дом.

– Или, например, в гараж, – вырвалось у меня.

Руби подняла брови, но тут зазвонил телефон.

– Туристическое агентство «Армстронг», Руби слушает, – проворковала она, подняв белую трубку. – Желаете заказать билеты?

Я перебирала белые ручки, лежащие у нее на столе.

– Хорошо, я сейчас посмотрю, – сказала она в трубку и начала тыкать пальцем в клавиатуру.

Снова прозвучал телефонный звонок. На сей раз индикатор показывал вызов по второй линии.

– Извините, могу я на секунду отвлечься? – спросила Руби. – О… откуда вы звоните?

Красный огонек мигал, телефон продолжал трезвонить, а я крутила органайзер Руби, пытаясь сообразить, как мне, на манер агента ФБР, залезть в их офисный компьютер.

Руби прикрыла трубку ладонью.

– Будь добра, ответь на тот вызов, – попросила она, кивнув сторону второго телефона.

За кого она меня принимает? Я, между прочим, здесь больше не работала, не говоря уж о том, что у меня совершенно не было времени! Я метнулась к рабочему столу Дженис и схватила трубку.

– Туристическое агентство «Армстронг», я вся внимание, как в пламенной Испании. Желаете заказать путешествие?

– Есть у вас интересные предложения по круизам? – осведомился женский голос.

– Дженис? – воскликнула я. – Дженис, это ты? Плохо слышно!

Руби бросила на меня взгляд.

– Нет, я не Дженис, меня зовут Лиз, – пробормотала женщина в трубку. – Мне хотелось бы заказать круиз по Аляске на время отпуска.

– Ключи? – произнесла я громко, чтобы слышала Руби. – Нужны ключи от машины?

– Нет, ничего подобного. Я сказала «круиз».

Руби взглянула на меня.

– С почты? Сотовый садится? Хочешь, чтобы Руби подобрала?

– Я попала в туристическое агентство «Армстронг»? – спросила Лиз.

– Дай я сама с ней поговорю, – попросила Руби. – Прошу прощения, – сказала она звонившему человеку. – Мне нужно срочно переговорить по другой линии. Я удержу ваш звонок.

– Прошу прощения, должно быть, я ошиблась номером, – сказала настырная Лиз и повесила трубку.

Руби переключилась, но красный огонек на второй линии уже погас.

– Дженис? Дженис?

– Надо же, отрубилась. Может, это не она?

– Нет, у нее весь день телефон барахлил.

Руби поспешила к столу своей партнерши по бизнесу, выдвинула верхний ящик и нашла там набор ключей.

– Слушай, ты не сгоняешь для меня на почту?

Однако мой план заключатся в том, чтобы остаться в офисе одной.

– Так ведь я не на велике.

– А права у тебя есть?

– Временные.

Руби посмотрела на меня, потом в окно, на свой белый «мерседес», припаркованный напротив офиса, и я отчетливо увидела ход ее мысли. Она представила себе, как я несусь по улице под завывания Мэнсона и возвращаю ей тачку, прежде безупречную, со свеженьким изображением жуткого паучищи, наляпанным на капоте.

– Мне придется закрыть агентство, – пробормотала она.

– Ну… – Я задумчиво наматывала локон на палец. – Я могла бы побыть здесь, если это тебе поможет.

– Беда в том, что одета ты вовсе не для офиса, – вздохнула Руби, окидывая взглядом мой мрачный прикид. – Но, с другой стороны, похоже, у меня нет выбора. Ты не против того, чтобы подождать меня несколько минут? Мне до смерти не хочется все закрывать.

– Ну…

– Я совсем ненадолго, правда, – бормотала она, прихватывая свою сумочку и ключи. – Ты мне очень поможешь.

– Оплата будет по прежней ставке?

– Какая оплата? – Она прикрыла рот ладошкой. – Да я отлучусь всего на двадцать минут!

– А как насчет оформления еще и нескольких авиабилетов?

Руби помедлила.

– Я дам тебе десять долларов и купон на три фильма.

– Годится.

– Ты никогда не торгуешься. Вот что мне всегда в тебе нравилось! – выдала Руби и поспешила к выходу.

Я уселась за ее письменный стол и листала журнал, пока не убедилась в том, что ее белый «мерседес» отчалил.

Итак, я снова работала в агентстве, и, хотя нанята была всего на двадцать минут, в мои обязанности, несомненно, входило владение информацией. Я ввела в ее компьютер тот же пароль, каким пользовалась, когда работала здесь, и получила в свое распоряжение базу данных, где были зафиксированы все люди, временно отбывшие из Занудвилля.

Глава 6

После своей недолгой повторной работы в агентстве «Армстронг» я вернулась домой, снарядилась для продолжения своей миссии, закинула на спину рюкзачок, вскочила на горный велосипед и покатила в Лавленд. Это был тихий район, застроенный особнячками для среднего класса, как под старину, так и в современном стиле.

Я остановилась на углу авеню Шенендоа. На мне были черные очки и балахон с капюшоном. Я надеялась, что так можно было надеяться остаться неузнанной, хотя никто другой в нашем городе такого прикида не носил. При мне имелся список наших городских отпускников, и в нем значилось, что сразу три семьи Маттен, все друг другу родичи, отбыли в Лос-Анджелес на семь дней и шесть ночей.

Подкрадываясь к цели, я чувствовала себя готической Златовлаской. Дом старшего из Маттенов, особняк в викторианском стиле, выглядел весьма внушительно. Его солидный гараж запросто мог вместить несколько тачек, а мог и несколько гробов со спящими вампирами. Я нажала серебряную кнопку и подождала, когда откроется гаражная дверь, но она осталась неподвижной.

Дом старшего сына Маттенов, стоявший чуть дальше, был маловат. Гараж на одну машину едва ли сгодился бы даже для гроба. Правда, кнопку трофейного пульта я на всякий случай нажала, но дверь не открылась.

Твердо вознамерившись обрести награду за свои трудные поиски, я пересекла улицу и направилась к третьему дому Маттенов. На просторном заднем дворе особняка, построенного в тюдоровском стиле, имелся гараж на две машины, показавшийся мне подходящим. Но только показавшийся – дверь его не открылась.

Вне себя от досады, я снова просмотрела свой список и погнала велик в направлении дубовой рощи с таким ощущением, что для подзарядки сердца мне позарез нужна кровь из пары-тройки амулетов.

В районе дубовой рощи стояли дома самых зажиточных обитателей нашего города, а из компьютера Руби я выудила сведения об Уайтерспунах, чете пенсионеров, недавно продавших свой бизнес и отбывших в путешествие по Европе. Они уехали три дня назад, а возвратиться должны были только через месяц.

Проехав по Тайлер-стрит, я свернула к нужному дому. Уайтерспуны жили в красивом викторианском особняке с желтыми ставнями. К нему был пристроен гараж на три машины.

Я быстро съехала на подъездную дорожку и внимательно огляделась, проверяя, не подсматривают ли за мной любопытные соседи. Убедившись, что все спокойно, я навела пульт на гаражную дверь, перевела дух и надавила серебряную кнопку. Дверь не шелохнулась. Я нажала снова, и опять ничего не произошло. Да этого быть не может!

Я давила снова, снова и снова, но без малейшего толку, потом перебежала к фасаду дома и прижалась лицом к желтому, потрескавшемуся гаражному окошку. Гараж был пуст – ни машин, ни гробов. Я рванула по подъездной дорожке, чтобы забрать велик, и взглянула на циферблат. Оставалось всего несколько часов до захода солнца, а потом охотница сама могла превратиться в добычу.

Я повертела пульт в руке. Двери какого гаража он открывает?

Сильно расстроенная, я решила вернуться домой, подождать до заката, когда проснется Александр, и признаться, что с расследованием я пролетела, а чтобы не терять время, вознамерилась срезать путь через дубовую рощу.

Я проехала немного по ухабистой тропинке и вдруг узрела нечто необычное. Позади большой кучи древесной щепы стоял катафалк. Я подъехала к нему. Это был «кадиллак» примерно семидесятых годов выпуска, настоящий полуночный автомобиль с гладкими обводами, длинным черным капотом с серебряным орнаментом в виде летучих мышей, черной кабиной с хромированной отделкой и черными же занавесками на окнах. На левой задней панели красовался белый череп со скрещенными костями. Я спрыгнула с велосипеда и принялась рассматривать кабину, но увидела лишь отреставрированные, затянутые в черные синтетические чехлы сиденья да подвеску в виде скелета, болтавшуюся на зеркале заднего вида.

Попытка заглянуть в заднее окошко не удалась, занавески были опущены. Регистрационная наклейка на номерном знаке была хипарьвилльская – того самого городка, расположенного в нескольких сотнях миль от Занудвилля, где находился «Гроб-клуб», в котором я впервые встретила нечестивого Джаггера. А еще там имелась табличка с надписью «Кусаю».

– А тебя как сюда занесло? – послышался знакомый голос.

Я чуть не выпрыгнула из ботинок, а когда развернулась, то увидела братишку Билли собственной персоной, вместе с его закадычным дружком Генри.

– Говорил я тебе, что это правда! – гордо заявил тот.

– Bay, ну и прикол! Но почему эта хреновина припаркована в лесу?

– Не знаю. Я обнаружил ее вчера, по пути домой из математического клуба, – ответил Генри.

– Там, случайно, трупа нет? – нервно поинтересовался Билли, пытаясь заглянуть в заднее окно.

– Нет. Но, думаю, это можно устроить, – сказала я, и Билли счел за лучшее попятиться от подозрительного автомобиля. – А ты видел, кто его водит? – осведомилась я, обращаясь к Генри.

В ответ он покачал головой.

– Ты мне так и не сказала, чего тебя сюда занесло, – не отставал Билли.

Я нервно пробежалась пальцами по гаражному пульту, и тут меня осенило!

Во всем Занудвилле я знала только одного человека, который мог бы помочь мне сократить поиски. Только он умел с помощью гаражного пульта отпирать школьный шкафчик или даже дверь в собственную спальню. Сейчас этот малый торчал прямо передо мной на все свои пять футов два дюйма, если мерить с подметками.

– Это моя находка, – сказала я и показала Генри пульт. – Думаю, тот, кто его потерял, не может вывести машину из гаража или загнать ее внутрь.

– Ага, ты хочешь узнать, куда с помощью этой штуковины можно проникнуть со взломом, – заявил Билли.

– О каком взломе может идти речь, когда у меня пульт дистанционного управления? – рявкнула я. – И вообще, воровство не по моей части. Если хочешь знать, это мой гражданский долг – вернуть пульт законному владельцу.

– Дай-ка взглянуть, – попросил Генри с видом ювелира, изучающего редкостный бриллиант. – Ага, это «Аладдин». Такие пульты используются в каждом десятом доме. У нас, кстати, тоже такой же.

– У вас? – с любопытством переспросила я.

– Ага. И этот кажется мне знакомым.

– Ты его узнаешь? А можешь сказать мне, у кого еще дома могут быть такие?

– Я точно могу сказать, что на днях где-то посеял свой, – ответил он, морща лоб. – Эй…

Генри жил в домище на пять спален, построенном в колониальном стиле чуть дальше по дороге. Я была там однажды, когда нам с Беки понадобились аксессуары для просмотра «Целующихся гробов». Генри щедро снабдил нас накладными клыками, поддельной кровью и фальшивыми шрамами.

Я вообразила себе кровожадных вампиров-близнецов, нетерпеливо ждущих своего часа в его гараже, в то время как он, ничего не подозревая, возился с фальшивой кровью и клыками прямо над ними, в своей спальне.

– Это не может быть тот самый пульт, – заявила я и немедленно забрала его обратно.

– Но я клянусь…

– Родители твои дома? – прервала его я.

– Нет, они в Сан-Диего, на медицинской конференции.

Сердце мое замерло.

– Они купили билеты через агентство «Армстронг»? – спросила я.

– Нет, заказали по Интернету, – растерянно ответил Генри.

– А кто остался с тобой в доме?

– Нина, наша домашняя работница.

– А хочешь, Рэйвен побудет твоей нянькой, – поддразнил приятеля Билли.

Затем мои мысли приняли серьезный оборот. Не до смеху, когда за этим механическим щитом вполне могли скрываться два юных вампира.

– Прогуляюсь до твоего дома, – сказала я. – В наше время осторожность лишней не бывает.

Я последовала за недорослями к дому Генри, подошла поближе и увидела гараж на три автомобиля, пристроенный к основному корпусу, а потом углядела позади еще один, на пару машин, стоявший отдельно.

«Одного гаража, конечно, было бы недостаточно», – подумала я, приближаясь к строению.

– Я скажу маме, что ты делаешь домашнее задание у Генри, – заявила я братцу. – Только сидите дома, занимайтесь своими покемонами или чем хотите, но наружу не высовывайтесь. Сегодня ожидается дождь.

– Говорил я тебе, что она с приветом, – шепнул Билли приятелю.

Пройдя за ними полпути, я выждала момент и тихонько повернула обратно. Свой велосипед я оставила прислоненным к кирпичной стене его дома. Зная, что Генри с Билли находятся в безопасности, в доме, где извлекают свои квадратные корни, я поспешила к отдельно стоящему гаражу, глубоко вздохнула, направила пульт на его ворота и нажала серебряную кнопку.

Ничего не произошло. Дверь даже не шелохнулась. Пульт не сработал.

Я нажала снова.

Дверь оставалась неподвижной.

– Эта штуковина не для гаража, – сказал Генри, вышедший из дома на пару с Билли.

С перепугу я отскочила в сторону.

– Я открываю гараж вот так. – И он встал на мат с надписью «Добро пожаловать домой».

Гаражная дверь начала открываться.

– Нет! Прикройте глаза! – закричала я и даже попыталась закрыть им обзор ладонью, словно она могла не позволить пацанам увидеть два гроба.

Но было слишком поздно. Медленно, словно крышка гроба, отворилась гаражная дверь. Мое сердце упало. Я едва заставила себя открыть глаза и увидела два серебристых «БМВ», украшенных красными стикерами нашей средней школы: «Горжусь, что мой сын – лучший ученик».

Я вошла в гараж и принялась заглядывать под днища и в салоны роскошных автомобилей.

– Что тебе не так? – прикололся Билли. – Никогда не видела машин без черепов и скрещенных костей?

– Слушай, если эта штуковина не для открывания гаража, то зачем она вообще?

Мы проследовали за Генри на огромный внутренний двор, вмещавший в себя футбольное поле, олимпийского размера бассейн, патио, выложенное мозаикой, и цветник стоимостью в миллион долларов.

Генри нацелил пульт на дом и нажал кнопку. В тот же миг вокруг вспыхнули светильники, и двор, и без того освещенный солнцем, залило еще и электрическим светом.

– У Нины от темноты крыша едет, – посетовал Генри. – Ей во дворе тени мерещатся, какое-то движение. Вообще-то, когда родители в отлучке я всегда держу двор освещенным, но пульт потерялся, поэтому здесь было темно как в смоляной яме.

Я ничего не понимала. Какое это могло иметь отношение к Джаггеру? Я прошла мимо пруда и сада на задний двор, решив посмотреть, что нужно было освещать. Огромное поле пропадало попусту, ведь этот мальчишка увлекался научными теориями, а вовсе не футболом.

А потом я увидела кое-что интересное. В дальнем углу двора, ярдах в шестидесяти от того места, где мы стояли, находился самый настоящий древесный домик[8] с наклонными стенами.

– Здорово! – воскликнула я.

– С тех пор как отец устроил мне в подвале лабораторию, я провожу уйму времени внизу, – сказал Генри. – Он даже купил мне телескоп, чтобы выманить меня из подвала и снова затащить наверх. Правда, прибор еще не распакован, лежит у меня в комнате.

– Да, наверху мы целую вечность не были, – подтвердил Билли.

– А это что? – спросила я, указывая на ржавый ворот, от которого отходил трос, свисавший с одной из толстых веток.

– Лебедка. Принцип тот же самый, который используют в Европе, в домах, стоящих на каналах, – произнес у меня за спиной Генри. – Я установил эту штуковину, чтобы поднимать мебель.

«Годится и для гробов», – подумала я.

– Хочешь взглянуть? – с гордостью спросил он.

Я оставалась под защитой солнечных лучей и сгорала от любопытства. Если я отправлюсь в особняк и дождусь пробуждения Александра, то ведь и Джаггер с Луной тоже проснутся. Сердце мое отчаянно стучало. Сейчас надо было убрать Генри и Билли, чтобы они не сунулись наверх.

– Как насчет того, чтобы собрать тот телескоп, который купил тебе отец? – спросила я.

Лицо Генри просияло, словно я пригласила его на приватный просмотр «Властелина колец».

– Вот уж не знал, что ты сечешь в астрономии, – сказал он.

Билли скептически воззрился на меня.

– Сдается мне, она просто хочет заглянуть в окна твоих соседей.

Я одарила брата испепеляющим взглядом.

– А еще нам понадобятся схемы созвездий, – добавила я. – Не забудь все карты и диаграммы, которые у тебя есть.

– Не больно-то много созвездий можно увидеть при дневном свете.

– Солнце зайдет, будет лучше видно. Не торопитесь. Никуда не выходите, пока все не будет готово. Я подожду здесь.

Как только парочка приятелей скрылась, я принялась взбираться по крепкой деревянной лестнице. Дощечки поскрипывали под моими армейскими ботинками. Я ступила на неровный шероховатый пол, медленно, со скрипом открыла деревянную дверь.

Если Джаггер с Луной скрывались за ней, тогда понятно, почему вампир оставил гаражный пульт на фабрике. Ведь если бы Генри продолжил использовать его как выключатель, то Джаггер с Луной рисковали бы быть обнаруженными и опаленными светом.

Открывая деревянную дверь, я ожидала увидеть гробы, которые искала, но вместо них моему взору предстала упрощенная версия трехмерной лаборатории Декстера.[9] Складной лабораторный стол был заставлен пыльными колбами, над которыми красовался микроскоп. К наклонным стенам были пришпилены периодическая таблица элементов и схема фотосинтеза.

Внутри помещение было разделено черной занавеской. Я медленно отвела ее и увидела такое, что у меня перехватило дыхание. Под наклонными стенами стоял черный гроб, украшенный наклейками готских групп, а рядом с ним другой – бледно-розовый! Я была помешана на вампирах и всю жизнь ждала момента, подобного этому, но никогда всерьез не верила в то, что увижу такое наяву. Мне представилась возможность воочию увидеть носферату наших дней в его собственной среде обитания. В связи же с Луной этот момент имел еще большее значение, ибо она, человек по рождению, ныне преобразилась в вампира.

Теперь я могла заглянуть в тот самый мир, частью которого всегда себя воображала, и тихонько направилась к розовому гробу, решив быстренько узнать, что там внутри. Он выглядел столь же шикарно, сколь и пугающе. Луна, некогда смертная, теперь обитала в потустороннем мире вместе со своим братом-близнецом. Сомневаюсь, чтобы она сожалела о своем решении.

Подкравшись на цыпочках к гробу, я легонько прикоснулась к деревянной поверхности подушечкой пальца, затаила дыхание и приникла ухом к крышке. Кажется, изнутри доносилось сонное дыхание, потом кто-то пошевелился.

– Рэйвен! – завопил вдруг Билли.

Я подскочила и помчалась обратно.

– Где ты? – орал братишка.

Я вылетела из комнаты и быстро задернула занавеску. Билли возился с микроскопом, с рулоном свернутых карт под мышкой.

– Если ты просекаешь, как здесь все круто, то тебе стоит заглянуть в подвал.

– Чего-чего, а подвалов мне и так на всю жизнь хватит, – заявила я и потянула братца за рукав полосатой футболки к двери древесного домика.

Несмотря на то что от вампиров меня защищал дневной свет, я все время оглядывалась, опасаясь, что Джаггер с Луной нашли какой-нибудь способ следить за мной. Мы спустились по скрипучей лестнице и наткнулись на Генри, тащившего телескоп.

– Давай заберем эту штуковину к нам, – заявила я, ухватившись за телескоп. – Домик не под сигнализацией.

– Но мой папа только что…

– Твоего папы нет, поэтому, думаю, ты вполне можешь пожить недельку у нас, – сказала я Генри.

Мой братец и его приятель вытаращили глаза.

– Серьезно. Тебе не стоит оставаться в таком большом доме без родителей. А Нина, полагаю, может взять отпуск.

– Круто. А твои родители не будут против? – вежливо осведомился Генри.

– Собирай свои вещички, и ни слова больше! – приказала я, когда мы направлялись к его дому.

Глава 7

Вскоре после заката я надела куртку с капюшоном, упрятала в карман пульт, со всех ног помчалась к особняку, взлетела по потрескавшимся бетонным ступенькам к входной двери и нетерпеливо застучала дверным молотком в форме змеи.

Дверь открыл Александр. Мой очаровательный возлюбленный вышел мне навстречу в черно-белой куртке для боулинга, черных джинсах с болтающимися серебряными цепочками и с такой улыбкой, от которой любая шестнадцатилетняя девушка-гот, помешанная на вампирах, могла растаять на месте.