Интервью

Виктор Нехейзин: По-прежнему в студии Виктор Нехейзин и Елена Исатова, всех приветствуем! Сегодня гость Игорь Николаев, директор департамента стратегического анализа, компания "РБК".

Игорь Николаев: Здравствуйте!

В. Н.: Очевидно, что сегодня главным событием дня было выступление Владимира Путина перед депутатами Госдумы. Мы поступим самым простым образом, пойдем по некоторым тезисам, которые высказал премьер министр. Единственное, что хотел сразу сказать, что еще даже не успел Владимир Путин закончить выступление, а в интернете уже появилась обобщенная шутка о том, что сегодня выступил Владимир Путин, ждем со дня на день выступление Кудрина, который расскажет, что у нас нет денег на то, что обещает Владимир Путин. Готовы побыть Кудриным на один час и рассказать, что же стоит за этими обещаниями?

И. Н.: Вполне готов, я солидаризируюсь с позицией Кудрина, обещано очень много. Я бы сказал - слишком много. Можно пообещать и с пониманием к этому отнестись, но все-таки, год выборов, следующий год тоже год выборов. Обещаний требуется еще больше, но, по-моему, совершился некий перебор. Некоторые показатели мне показались излишне оптимистичными. Их будет выдержать очень трудно. По инфляции допустим.

В. Н.: Давайте пойдем конкретно по тезисам. Инфляция, давайте с нее начнем. Путин пообещал, что инфляция в 2011 году не превысит 6.5-7.5%. А я напомню, что уже на этот месяц 4 с небольшим процента.

И. Н.: Более 4% накопленная инфляция с начала года. Конечно, с такими данными на начало года, выдержать 6.5-7.5% очень трудно. Вообще, мне понятно, почему появляются такие цифры. Такие инерционные технологии прогнозирования. Вот стала замедлятся инфляция действительно, это произошло после того, как сказали, что вы там цены на бензин то снизьте. Снизились. Но они уже стали расти. А мы так по инерции думаем, что мы и так дальше снизим. Несколько дней назад председатель банка России пообещал, что будет 0% уже к концу второго квартала, и третий квартал чуть ли не дефляция, цены вниз пойдут. Если так прогнозировать, то 6.5-7.5% представляются реалистичным. Мне кажется, мы в очередной раз наступаем на те самые грабли, которые больно бьют. Не будет у нас 6.5-7.5%, будет под 10%. Это более реалистичный показатель.

В. Н.: Но в прошлом году было явно меньше 10%.

И. Н.: 8.8%. Почти 9%, но это почти 10%.

В. Н.: От чего зависит, какие факторы будут влиять летом и осенью на инфляцию?

И. Н.: Традиционно влияют монетарные факторы, количество денег в экономике, процентные ставки. На что, кстати, в первую очередь делают ставку власти, когда борются с инфляцией. Ведь я знаю, это, кажется, так просто, когда ставочку уменьшил при финансирования центрального банка или увеличил, и ты регулируешь этот процесс. Но инфляция имеет и так называемую немонетарную природу. Это уровень конкуренции в экономике. Это соответственно, если у нас засуха случиться, тоже немонетарный фактор. Это регулируемые тарифы естественных монополий. Я не зря упомянул важнейший фактор - конкуренцию в экономике. С этой точки зрения, у нас ситуация не стала лучше и не будет в ближайшие годы. Об этом постоянно забывается. Конкуренцией заниматься - это дело муторное, тяжелое, чтобы был высокий уровень. Поэтому мы через ставки рефинансирования банка России пытаемся. Это путь, который может принести небольшие успехи, но потом мы упираемся в эти 9%, и дальше не идет. Поэтому так и будет и сейчас.

В. Н.: Если все таки продолжать говорить об инфляции, даже эти 4% с небольшим, они вызовут ухмылку у простых людей в Москве той же самой потому, что субъективное ощущение от роста цен не 4%, это даже смешно говорить.

И. Н.: И понятно почему, субъективные ощущения у нас всегда больше. Мы проводили специальные расследования, насколько можно верить цифрам Росстата. Я могу так сказать, если и врет, то не на много. Можно доверять, но с небольшой поправочкой. А почему такое мнение складывается, потому, что вниманию людей, что реальная инфляция значительно больше, внимание людей естественным образом концентрируется на те товары, которые он покупает ежедневно: лекарства или молоко, кефир. Допустим, мы же не акцентируем внимание, что там телевизоры у нас не дорожают вообще, а ведь это все считается.

В. Н.: Это та самая потребительская инфляция вы имеете в виду. А ее кто-то измеряет?

И. Н.: Как кто? Росстат эти 8.8%, 4.5% - это как раз потребительская инфляция.

В. Н.: Это только потребительская инфляция? Я тогда не очень понимаю, почему я захожу в магазин и плачу за сок 85 рублей, месяца два назад он стоил 75 рублей. Но это явно не 4% и явно не 8%.

И. Н.: Да, но кроме сока много чего еще есть. Что-то подорожало, что-то нет. Это же все считается в средней температуре по больнице. А люди говорят, не верю. Это такая методология расчета, что делать.

В. Н.: По поводу топлива, что с этим, как вы ожидаете? Бензин пополз вверх, и он так дальше будет ползти?

И. Н.: У нас же действительно, сказали, и приостановилось и дальше снизилось. Но чудес не бывает. Если акцизы повысили. А причина такого скачка цен в конце прошлого, начала этого - это повышение акцизов. Когда мировые цены на нефть становятся все выше и выше, 120 долларов за баррель - это круто конечно. Но цены на бензин увы у нас растут. Поэтому они снова поползи вверх.

В. Н.: Очень громкое было заявление: Россия выйдет из кризиса к 12 году и должна войти в пятерку крупнейших экономик мира. Как прокомментируете?

И. Н.: К 12-му году имелось в виду мы упали сильно в кризис на 7,8% в 2009 году, в 10, 11 мы восстанавливаемся вроде как и к 12-му мы должны это падение, отжимание свершить. Но, если ориентироваться на тот показатель, который мы имели о итогам 2010 года и то что ожидается в 2011 году 4,2% прирост по ВВП, здесь на самом деле преодоление не будет к 12-му году. На самом деле, по итогам 12 года можно даже так говорить. Здесь очень просто, когда вы упали на 7,8, то в дальнейшем, если вы на 4 выросли в 2010 году и на 4,2 в 2011, это не значит что вы 7,8. Тут с арифметикой. Те, кто готовили доклад для Владимира Владимировича, не разобрались. Получается к 13-му году. Там многое вещей таких есть в докладе. Вроде и правильная цифра, но на самом деле, хотелось бы больше информации. Говорится, сколько притекло иностранного капитала, правильные цифры называются 40 млрд. долларов. Но так утекло еще больше. И соответственно, по балансу мы имели отток капитала в 2010 году за которые отчитывалось правительство. Соответственно, 38,3 млрд. долларов. Я считаю, была излишняя концентрация на успехах. Было бы справедливо назвать это 2отчет о достижениях правительства в 2010 году». но ведь у нас доклад был о работе правительства. И мне гораздо интереснее, а что не удалось сделать, почему и что будет делаться для исправления ситуации. Получилось чуть по-другому.

В. Н.: Это в предвыборный год вы многое хотите

И. Н.: Я понимаю.

В. Н.: , он очень внимательно следит в своем блоге за тем, как развивается экономика России. Он на днях написала о том, что по его данным промышленное производство даже продолжает падать и что эта тенденция остается. Этот всплеск, который почти уже дошел до 2008 года уровня, он на самом деле, пик пройден и опять идет тенденция вниз. Вы можете что-то сказать об этом? У вас есть такие данные?

И. Н.: Нет, таких данных у меня нет, при всем может быть справедливо критичном отношении к Росстату, у меня тоже к нему в последнее время претензий больше. Но, тем не менее, других статистиков у нас нет. Они со своей работой справляются, хотя по отдельным показателям надо делать поправку. Промышленное производство пожалуйста, буквально вчера стали известны данные по марту + 5,3% по сравнению с мартом 2010 года. По итогам первого квартала чуть менее 6% рост по сравнению с соответствующим периодом прошлого года есть. Никакого здесь падения пока не наблюдается и это естественно. Когда вы упали сильно, то это называется эффект базы. Когда сильно упадешь, то иметь показатели роста не так сложно это надо умудриться, чтобы падать еще ниже плинтуса.

В. Н.: Когда закончится эффект базы?

И. Н.: Во всяком случае, пока он еще продолжается. Первые пару лет точно по тем же инвестициям и промышленном производству. Мы не достигли еще докризисного уровня. Это важно и это надо учитывать.

В. Н.: Вы сказали, что мы в 12-ом году этого не достигнем, к 13?

И. Н.: Премьер сказал, что пессимисты говорили о 13-ом годе. Это не так, мы уже в начале 12-го года. Я говорю, что нет, мы все-таки к 13-му году и то, в лучшем случае, если сохранится та динамика не очень высокая, которая сейчас есть. Опять же, этот прогноз, что мы к началу 12-го. Если все пойдет, как идет, а вы оцениваете риски, которые у нас связаны с замедлением мировой экономики по целому ряду причини ли нет. Прогнозирование - многофакторный процесс, но нельзя просто по инерции. Вот как сейчас складывается, спроецировали и получили.

В. Н.: Давайте конкретно по обещаниям: у меня есть тезис о том, что 13 млрд. рублей на поддержку агропромышленного комплекса. Еще он обещал по социальным программам тоже  кучу всего. Почему вы считаете, что это слишком много, в чем тут перехлест?

И. Н.: Перехлест в том, что все эти обещания исходят на  самом деле из того, что у нас такая конъюнктура цен на мировом нефтяном рынке сохранится. Что бы мы ни говорили, это тоже было и правильно что это было сказано, что типа вы депутаты, будьте внимательны. Нельзя так тратиться на социальные расходы. Нельзя все проедать. Но это о разных вещах, с одной стороны павильоне пожелание депутатам, с другой стороны, то, что там говорилось, я говорю, что на свиноводство будет выделяться, я уж не говорю о массе других вещей - так это все как раз наращивание тех самых социальных обязательств. В чем опасность такого наращивания: накануне кризиса года при цене нефти 75 долларов ба апрель мы имели профицит бюджета в 5 с лишним процентов. Сейчас мы можем сверстать, просто сбалансировать бюджет только при цене в 120 долларов за баррель. Мы настолько подняли эту планку, спрашивается, а если упадут цены. А вы взяли уже эти завышенные обязательства. Причем они серьезные, зарплата военнослужащим, работникам правоохранительных органов. Надо понимать, вы не сможете им сказать "ребят мы тут погорячились, все-таки выборы, давайте мы снизим". Это не снижаемое, а это значит, что придется залезать в долги.

Виктор Нехезин: Продолжаем разговор с Игорем Николаевым. Я дам слово нашим слушателям, пару вопросов оттуда.

Руслан: Хотелось бы получить комментарии к предыдущим обещаниям. Удвоение ВВП 2007 и так далее.

В. Н.: Прав Руслан, хотелось бы получить. Я об этом думал. Это отчет за 2010 год. Соответственно в 2010 году у нас должно было состояться удвоение ВВП. У нас оно состоялось или нет? Я должен сказать, что мы внимательно проанализировали это, я разочарую, удвоение не состоялось. Выполнено это на 60%. Задача удвоения ВВП выполнено на 60%, и она, к сожалению, тот список задач, которые в нашем государстве строили: это и коммунизм 80 год, это и каждой семье по отдельной квартире. Скажут - кризис же! Но уже понятно, что был бы кризис, не был бы кризис, но когда 60% - ну, ни как не получается. Кризис, не кризис, но Китай же утроил за это время ВВП. А много стран удвоили, тот же Казахстан, та же Белоруссия. В России задачу выполнили на 60%, об этом сегодня не было сказано, к сожалению.

В. Н.: После сегодняшний новостей, вы согласны с оценкой, что Россия не имеет особого морального экономического права стоять в странах БРИК. Это один из тезисов многих экспертов. Если сравнивать с другими странами.

Игорь Николаев: Это группа стран, которые объединяют наиболее быстро развивающиеся страны. Мы в БРИК. Теперь посмотрим последние 2 года. По итогам 2009 года, кризисного, мы со своим падением на 7.8% в кризис показали 176 результат из с 183 стран. Впереди нас еще оказалось еще 175 стран, которые были более быстро развивающиеся. Скажут - ну, ладно, это кризисный год, что не бывает. Но 2010 год, за который отчитывались, там-то может быть лучше. Там примерно где-то 87 место. Еще 86 стран впереди. Естественно далеко впереди Китай, Бразилия, Индия. Поэтому мы там находимся, авансом и не очень заслуженно. Во всяком случае, мы никак не может отнести себя к быстро развивающимся странам.

Дмитрий: Добрый вечер. Мне иногда кажется, есть системные эксперты, они рассуждают так, как будто сейчас создано - есть настоящая демократия. И все, что против этого - разрушает демократию. Ну, это же глупость. Почему мы смотрим, когда Грецию, Францию, Италию, где выступают против чего-то, все сидят на улице - это нормально.

В. Н.: А про экономику, вы что хотели сказать?

Дмитрий: Я не про экономику, я про системную аппозицию.

В. Н.: Мы не об этом разговариваем, Дмитрий. С смс портала: по какому экономическому показателю Россия выше 90-го года, кроме золотовалютного резерва, накопленного за счет энергоносителей?

И. Н.: Могу сказать, что с 91 года у нас ВВП упал процентов на 40 где-то. Мы восстановились по этому показателю в году. То есть мы здесь преодоление кризиса заняло больше 15 лет. Трудно с 90-м годом сравнивать. Мы же как посмотрели, на зарплату сколько можно было купить бутылок водки в 90-м году и сейчас. Сейчас ситуация значительно лучше в разы. Значительно больше водки можно купить, у нас 21.000 средняя зарплата. Если мы разделим на 100 рублей, то получится 200 бутылок с лишним. 200 бутылок в 90-м году вы бы на свою зарплату не купили. Но, я думаю, что и этого реального достижения не будет потому, что акциза резко повышается, и нам обещают через 3 года, что бутылка водки будет стоить 400 рублей.

В. Н.: Последний вопрос по поводу Путина. Там он обещал, что пенсии будут продолжать увеличивать, социальные гарантии сохранять, все остальное прочее. Правильно ли я понимаю, что все это исключительно к привязке к нынешней цене на нефть. То есть мы от этого скачем?

И. Н.: Мы вышли на такой уровень социальный обязательств, и вышли благодаря тому, что у нас была эта заначка. Мы взяли эти социальные обязательства и надеемся, что цена эта будет оставаться. Хотя сегодня, председатель правительства сказал, что дефицит бюджета возможно в этом году будет 1-1.5% ВВП. Это хороший показатель, у нас больше 3% закон о бюджете должен был составить, но благодаря тому, что цена на нефть больше 120 долларов за баррель. Поэтому, получается так, что мы говорим, что плохо, что мы такие зависимые от нефти, но, с другой стороны, все надежды на делах, что цена на нефть будет высокая, и это наше все, и она нас вывезет.

 

В. Н.: О московских проблемах тоже поговорим. В частности, продолжается, в каком-то смысле мэр Москвы во многом ведет так же как и Владимир Путин, много чего обещает и не сказать, что разбрасывается деньгами, но тем не менее, и то на то обещал денег, вчера на озеленение, сегодня метро, правда, уже другими устами пообещали строить 100 км. как можете оценить, это действительно реалистичные планы, или такие же обещания как у Владимира путина, чтобы все было в шоколаде до 13 года?

И. Н.: До 20-го даже. Смотря как мы будем это делать, 100 кс линии метро нам пообещали в Москве. Можно это сделать, оно выполнимо или гнет? Я думаю, выполнимо. Деньги тоже могут быть разные, или вы делаете совсем упрощенный вариант этого метро, главное, чтобы вагончики двигались и возили пассажиров, но тогда это не будет московское метро, на которое ездят посмотреть, водя экскурсии и так далее. Это будет такая подземка, как во всех городах. Денег это относительно много. Это такой выбор, или вы решаете таким образом транспортную проблему, но жертвуете тем самым добрым московским метро. Я думаю, что все-таки надо пытаться и ту и ту задачу решить. мне превращение московского метро в подземку совсем не нравится. Это одно из немногих, чем действительно можно гордиться в Москве. Хотя можно сказать, что и многим можно гордиться, но метро на первом плане.

В. Н.: Я хотел бы перевести разговор в план реальности и обещаний, бюджета Москвы. Я специально не подсчитывал, но, если собрать за последние пару месяцев различные высказывания г-на Собянина, получается, что в принципе, он готов тратить, выделять на это деньги.

И. Н.: А кто у нас не готов тратить.

В. Н.: Хочется понять, есть ли под этим реальная база или это просто обещания?

И. Н.: На его месте естественно, каждый человек, который пришел, он будет говорить о своих планах. правильно, что об этом говорится, это ждут. Тем более, что когда такие планы, действительно, вроде позволяют решить эти проблемы. Я должен сказать, если денег даже у Москвы не хватит, хотя Москва у нас финансовый центр нашей страны, не международной финансовый. Деньги здесь есть, но я думаю, новый мэр прекрасно...Если Москве не хватит, ей добавят из федерального бюджета, в этом я не сомневаюсь, потому что в этом дело принципа.

В. Н.: Добавлять будут до президентских выборов, или после тоже?

И. Н.: До президентских выборов точно добавят, а потом может стать вопрос. Или выполнение социальных обязательств, или метро, брусчатка и так далее. В этом случае, конечно, выберут выполнение социальных обязательств. Пока деньги будут, а там в зависимости от того, что будет с бюджетом и с федеральным бюджетом и с бюджетом города Москвы.

В. Н.: А то, что решили не строить 4-е кольцо, хотя все признают, что в Москве дорог не хватает. Это с точки хрения бюджета имеет какое-то значение, или нет? Дороги все равно надо строить, ну пусть это будет не в виде кольца.

И. Н.: Это будет в виде хорд, но я должен сказать, что по-моему, на хорды можно потратить еще больше, чем на четвертое кольцо. Деньги будут тратиться на дороги все равно и в ближайшее время, во всяком случае и в этом году и в следующем, я думаю, что тут особых проблем не возникнет, проблемы могут возникнуть после 12-го года, когда будет тяжелая ситуация. Я думаю, что все-таки будет тяжелая ситуация с бюджетом.

В. Н.: Какова?

И. Н.: Дефицит будет сохраняться, хотя прозвучало, что вроде бы мы уже за следующий год решим эту проблему, но тоже интересно. Буквально на днях министр финансов Кудрин сказал, что к 15-му году. До 15-го года федеральный бюджет будет с дефицитом. В данном случае, я считаю, что оценка министра финансов более реалистичная безусловно. Поэтому чем нам грозит дефицитный бюджет.

В. Н.: А откуда брать? Заимствования начнутся новые?

И. Н.: Будем полагаться традиционно, что цены на нефть будут высокие, а здесь чудес не бывает. Вот когда денег нет, что делают, или пытаются заработать, но темпы роста экономики на самом деле, не будут уже таким высокими какие они были в 2000-е годы. То есть за счет этого мы дополнительных денег, увы, не получим. У нас еще социальные обязательства очень высокие. Как мы можем еще эти деньги найти. Мы можем что-то распродать. Будут продавать, но вообще, так делает или плохой хозяин,- распродал, а дальше, где деньги? А социальные обязательства не разовые. В этом году подняли зарплату, а дальше говорят, извините, мы продали на большее нет. Дальше мы можем после занять. ну по всей видимости, именно поэтому  придется занимать, чтобы выполнять эти социальные обязательства.

В. Н.: Какова вероятность того, что после 12-го года после президентских выборов именно социальные расходы будут срезать снова?

И. Н.: Срезать совсем их не будут, то что притормозят их рост, я думаю, это просто будет вынужденный шаг. Притормозить трудно будет, потому что обещаний дано было много. Я думаю, что вероятность достаточно высокая. Во всяком случае, посмотрите, реальные денежные доходы населения в этом году уже снижаются. По итогам первого квартала снижаются реальные денежные доходы.

В. Н.: Не смотря на рост якобы, средней зарплаты?

И. Н.: Да, средняя заплата это нормально, когда называют 21 тыс. рублей, 23. А вот реально она учитывает инфляцию, мы фиксируем снижение реальных денежных доходов. Об этом буквально вчера Росстат отчитался.

В. Н.: Некоторые слои московского общества на себе почувствовали, не смотря на то, что Собянин обещал не убирать никаких льгот и добавок лужковских, говорят, что вроде у врачей убрали, у милиционеров – это известный факт, что у их убрали лужсковские набавки. Они почувствовали, что наполовину, на треть зарплату жить мягко говоря, неприятно. Этого не может на общефедеральном уровне случиться?

И. Н.: Может, это не только на московском уровне. Я знаю ситуацию по нескольким регионам, где работники образования и здравоохранения говоря именно об этом, что введение этих новых стимулирующих форма оплаты труда реально на местах зачастую приводит к тому, что люди начинают меньше получать. То есть у нас получается некое расхождение. Оно на местах так уже проявляется. Хотя ситуация в экономике очень даже неплоха. У меня лично некая тревога по поводу именно будущих периодов.

В. Н.: С точки зрения глобального кризиса, о котором сейчас кое-кто начал говорить. Вы сказали, что у путина взгляд инерционный, а может ли что-то произойти извне. Я имею в виду, в мировой экономике, что повлияет на Россию? Какова вероятность?

И. Н.: Вероятность этого есть, она достаточно большая. Я глубоко убежден, что оценивать закончился, или не закончился кризис, надо не по формальным показателям, упал, отжался, а по тому, причины для нового ухудшения ситуации. Ликвидировали или нет, если мы зададимся таким вопросом, выяснится, что причины во многом сохранились. Они такие же, как были в 2008 году. Это спекулятивная модель экономики, новые пузыри на всех рынках активах. А пузыри имеют свойство лопаться.

В. Н.: Спасибо большое.