Сельское хозяйство и коллективизация хакасского аала

6.3. СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО И КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ

ХАКАССКОГО ААЛА.

В начале ХХ в. Хакасия продолжала оставаться регионом развитого скотоводства. На 1917 г. в хакасских хозяйствах общая численность скота определялась в 461.827 голов (по другим данным - 450.350 голов). [Шнейдер. 1922. с. 10.] В связи с последствиями Октябрьской революции, событиями гражданской войны и бандитизма количество скота к 1920 г. сократилось до 391550 голов. Но к 1928 г. общая численность скота в хакасских хозяйствах возросла до 841247 голов.

Вплоть до коллективизации 1929 – 1930 гг. скот находился в частной собственности. Он был средством существования, удовлетворения самых минимальных жизненных потребностей у одних и основным признаком богатства и достоинства, основой эксплуатации бедняков у других. В 20-е годы, в связи с упадком курса рубля и обесцениванием денег, не только долю наследства, но и калым стали платить также скотом.

Одним из самых древних видов хакасского скотоводства было разведение лошадей. В 1917 г. в Хакасии насчитывалось 70865 голов лошадей. В 1920 г. их поголовье сократилось до 57777 голов. К 1928 г. коневодство возрождается и количество лошадей увеличилось до 99 625 голов, т. е. по сравнению с 1920 г. на 172,4%. [ГАРХ] Поголовье крупного рогатого скота в Хакасии на 1917 г. насчитывало 113744 головы. В 1920 г. в хакасском регионе стадо коров сократилось на 7562 буренки. К 1928 г. их число возрастает до 245 672 голов, т. е. на 231,1% по сравнению с 1917 г. [ГАРХ ]

Третьим основным видом аального стада являлись овцы. Местная простая порода овец с плотной шкурой и жесткой черной шерстью была хорошо приспособлена к суровым зимним условиям. Поголовье овец в хакасском регионе на 1917 г. насчитывалось 269804 штуки. В 1920 г. овец стало 227391. К 1928 г. их число увеличилось до 495950 штук, т. е. на 218,1% . [ГАРХ] В начале ХХ в. в капиталистических экономиях «Товарищества Четвериков и Алексеев» стали разводить мериносовую породу овец. Здесь стадо мериносов, ввезенное в 1910-11 гг. в количестве около 9 тыс. штук, возросло до 42 тыс. в 1916 г. [ГАКК] В советское время в совхозах Хакасии мериносовая порода полностью вытеснила местных овец.

В 1925 г. всего скота состояло в Хакасском округе 594.185 голов: лошадей – 70.666, крупного рогатого скота – 157.325, овец и коз – 355.851 и свиней – 10.343. Обеспеченность одного хозяйства представляла: лошадей – 4,7 голов; крупного рогатого скота 10,4; овец и коз 24,7; свиней – 0,7. [Cправочник. 1926. с. 52.]

В хакасском хозяйстве в это время происходили изменения в общем соотношении видов скота. Если в 1920 г. коровы составляли 26,3% всех видов скота, то в 1926 г. – 28,6 %. Лошади соответственно 13,3%, а в 1926 г. – 11,4%. [ГАРХ]. Разведение свиней не было традиционным занятием хакасов. Однако уже к 1917 г. в хакасских ведомствах было 4139 свиней. В 1920 г. стало 6432 свиньи. К 1928 г. их количество увеличилось до 13703, т. е. по сравнению с 1920 г. на 213%. [ГАРХ]

Куриц хакасы держали в основном из-за яиц, ибо птичье мясо до ХХ в. не употреблялось в пищу. В 1920 г. в хакасских ведомствах уже насчитывалось 71710 различных видов птиц, из них кур – 60030 штук. В 1928 г. в Хакасии разводили 198226 штук птиц, из них 161167 кур. [ГАРХ] Хакасы стали разводить пчел. В 1920 г. было 162 хозяйства, имевших 1141 улей. В 1928 г. стало 7830 ульев [ГАРХ]

Сенокошение в Х1Х в. прочно вошло в быт хакасов. В 1917 г. площадь покосов определялось в 108106 десятин. В 1924 г. 33985,03 десятин сенокосов, из них 4929,06 десятин мочажных покосов. [ГАРХ] Сено мочажное считалось намного лучше таежного. 10 копен мочажного сена стоило 20 копен таежного. Судя по данным 1924 г. по сравнению с 1917 г. орошение сенокосов и полей пришло в упадок. Это явилось результатом тяжелых лет гражданской войны.

С развитием сенокошения к хакасам проникают и соответствующие орудия труда. Повсеместно была распространена коса – литовка. В 1920 г. в хакасских волостях насчитывалось 16247 кос, т. е. почти по две на хозяйство. Зажиточные хакасы стали использовать сенокосилки и конные грабли. В 1920 г. было 590 сенокосилок и 720 конных граблей. В 1924 г. в Хакасском уезде насчитывалось 1270 сенокосилок и 1212 конных граблей. За пользование сенокосилками и конными граблями баи взимали деньги или требовали отработки. [ГАРХ]

В рассматриваемое время хакасы жили оседло, хотя небольшая часть еще продолжала перекочевывать летом на чайлаги. В 1910 г. эта часть составляла 17,3% всех хозяйств. Хакасы, сохранившие перекочевки, вели в целом яйлажное скотоводство. Вплоть до коллективизации 1928-29 гг. некоторые аалы сохраняли зимники и летники, имели весенние таборы. Например, аалы Тарбаган, Чиланы и Карагай по р. Таштып; аалы Конгаров, Ботин, Арыпкаев по р. Чулым; аалы Киштеев, Котожеков, Мохов по р. Абакан и другие, прекратили перекочевки на летники только в связи с образованием колхозов. С 1928-29 гг. летников уже не существует. [ГАРХ]

Для обмена опытом по улучшению местного скотоводства и развитию сельского хозяйства Хакасии стали проводиться сельскохозяйственные выставки. В 1923 г. в Москву на Всероссийскую с/х выставку выезжала группа хакасов с шаманом, сказочниками, хозяйками и т. д. [Власть труда. 3.] Крупный бай получил на Всероссийской с/х выставке диплом 1-й степени и золотую медаль за показ лошадей из своего хозяйства и поставку военно-ремонтных лошадей в Красную Армии. Сам он имел 10 тыс. лошадей. У него работало 57 семей табунщиков, которым платил от 30 до 100 руб. В 1927 г. первая сельскохозяйственная выставка была проведена в с. Аскизе. На выставке было представлено 627 экспонатов. Здесь животноводы демонстрировали своих племенных жеребцов, породистый скот, бегунцов. Только по отделу животноводства на проведение и подарки призерам было израсходовано 1145 руб. 50 коп. [ГАРХ] В 1928 г. сельскохозяйственная выставка была проведена в Усть-Фыркале на севере Хакасии.

В 1917 г. общая площадь пашен в хакасском регионе составляла 26182 десятины, а число пашущих хакасских хозяйств – 5355. Средняя площадь запашки на хозяйство составляла 3,3 десятины. Земледелие у хакасов до революции и в первые годы советской власти, в основном, носило потребительский характер. В 1920 г. оставалось 1942 хозяйства без всякого посева. В 1920 г. в хакасском регионе общая площадь запашки насчитывала 20643,1 десятины. Наибольшее развитие земледелие получило в Сейской (100% хозяйств), Усть-Есинской и Аскизской волостях. Однако еще в 1923 г. 60% хакасских хозяйств хлеба не сеяли. К 1928 г. площадь посевов увеличилась до 46029 десятин [ГАРХ], т. е. по сравнению с 1920 г. увеличилась вдвое.

Всего в хакасских волостях засевалось до 10 видов зерновых и технических культур. До революции основным пахотным орудием была деревянная соха. С установлением Советской власти хакасы широко стали пользоваться железными заводскими плугами. В 1920 г. в хакасских волостях имелось 2784 плуга и 1992 сохи, т. е. на 100 хозяйств приходилось 29 плугов и 21 соха. В 1924 г. в Хакасском уезде насчитывалось уже 5459 плуга и 1249 сох [ГАРХ], т. е. на 100 хозяйств 38 плугов и 8 сох. Сеяли вручную разбрасыванием зерна по вспаханному полю. Хлеб убирали серпами. В 1920 г. в хакасских волостях насчитывалось 11770 серпов, т. е. на 100 хозяйств 126 серпов. После запашки поля боронились. В 1920 г. в хакасских волостях насчитывалось 14 железных, 8159 деревянных с железными зубьями и 623 деревянных бороны с деревянными зубьями. В 1924 г. в Хакасском уезде стало 31 железных, 12740 деревянных с железными зубьями и 133 деревянных бороны с деревянными зубьями. Шел процесс улучшения технического оснащения хозяйств. Вместе с тем 1001 хозяйство оставалось без всякого без инвентаря.

У хакасов существовала традиционная залежная (по-хакасски «rdktq») система полеводства. К концу XIX – началу ХХ в. под влиянием русских крестьян в Хонгорае выработалась парозалежная система и даже определенный севооборот. Эта система полеводства продолжала существовать и в 20-е годы прошлого столетия. Целинную землю поднимали в начале июня, а в июле перепахивали еще раз. В первый год вспаханную новь не засеивали, чтобы образовался хороший перегной. По целине два года подряд сеяли пшеницу, затем на третий год сеяли овес. На четвертый год поле оставляли под пар. На пятый год по пару сеяли пшеницу, на шестой год овес, затем на седьмой год оставляли под пар, на восьмой год пшеницу сеяли, затем бросали в залежь. [ГАРХ] Залежь начинали использовать под пашню снова только лет через десять, когда на ней переставал расти пырей. Признаком восстановления почвы служило появление лютика.

Под влиянием русских крестьян оседлые хакасы стали культивировать посевы картофеля, огурцов, моркови, капусты. В 1917 г. огороды (по-хакасски «mxwr») составляли 602 десятины (2,3% пашен). В 1920 г. площадь огородов сократилась до 112,11 десятин. К сожалению, у нас нет данных на конец 20-х годов, когда несомненно, с восстановлением разрухи увеличилось количество посадки овощей.

В рассматриваемое время хозяйство местного населения Хакасии было комплексным, сочетавшимся с подсобными отраслями. Из всех промыслов особое значение в хозяйстве и жизни хакасов имела охота. В 1924 г. в Хакасском уезде охотой занималось 994 хозяйства (в основном Таштыпский район – 510 дворов). В 1925 г. это количество сократилось до 762 хозяйств. В 1924 г. у охотников насчитывалось 1177 шомпольных и 322 гладкоствольных ружей. [ГАРХ]

Вплоть до начала коллективизации еще сохраняла свое значение аальная община. Она состояла из жителей одного аала, скрепленных общей экономической жизнью и управляемых на основе обычного права. Во главе аальной общины стоял аалбазы – зажиточный уважаемый человек. Как правило, ими бывали баи. Аалбазы избирался на аальном сходе, который являлся высшим органом аальной общины. Помощниками аалбазы были десятники. Десятники следили за дисциплиной в аале, наказывали виновных, исполняли функции участковых. Десятники утверждались также на аальном сходе. [ГАРХ]

Среди помощников аалбазы в аальной общине существовала должность «сиденбазы» - поскотинный староста. В 1923 г. в Сырском обществе «нашли нужным найти поскотинного старосту и избрали Барахтаева Агола». «Функции старосты заключались в том, что он все лето должен следить за поскотиной и заставлять ее исправлять, если она поломана и следить чтобы все кончили в срок. Срок городьбы [поскотины - В. Б.] к Tроице,…, а если кто в срок не кончит, того садить в каталажку на трое суток». [ГАРХ] Покосы и пашни выделялись аальной общиной. Форма землепользования в начале 20-х годов продолжала быть общинно-аальной. Такая форма землевладения давала возможность баям, стоявшим во главе общины, пользоваться и закреплять за собой лучшие участки земли. «Распаханные и освоенные земли переходят в пользование по наследству, в силу чего зажиточная часть населения имеет больше земли, чем маломощная часть населения». [ГАРХ]

Пахотными угодьями распоряжалась аальная община. Родовые отношения перестали играть ведущую роль. Посторонним лицам запрещалось распахивать пашни, орошенные членами своего аала. Аальная община не допускала продажи орошенных участков. Но степные пространства являлись вольными пастбищами.

Аальную общину широко затронул процесс классового расслоения, хотя степень глубины этого расслоения в отдельных частях Хакасии была разная. Хакасское общество делилось на чох-чоосов – бедняков и баев – класс крупных скотовладельцев. Еще был широким слой середняков – ортымаков. Социально-классовое разделение хакасов происходило на основе имущественного неравенства, в основном по владению скотом. Бедняки не имели, ни скота, ни имущества. В 1924 г. в Хакасском уезде было отмечено 2348 хакасских хозяйств, имевших в каждом до 5 голов скота, у которых насчитывалось только 6123 голов скота в переводе на крупный. С другой стороны, 323 скотоводческих хозяйств, а владевших свыше 50 голов скота, сосредоточили в своих руках 31195 голов скота в переводе на крупный. Данные факты свидетельствовали о продолжавшейся дифференциации хозяйств в хакасском аале. Байские подворья составляли 3-6% от общего количества хакасских хозяйств. [ГАРХ]

В 1928 г., накануне коллективизации в Хакасском округе имелось 215 хозяйств с наемными работниками. Они имели 1717, 65 десятин посева (т. е. по 7 десятин в среднем на хозяйство), 53276 голов скота (т. е. по 230 голов в среднем на хозяйство), 2725 голов рабочих лошадей (т. е. по 13 раб. лошади в среднем на хозяйство). Среди этих хозяйств доход до 500 рублей имели 23 хозяйства. Высший доход имели 27 хозяйств, имевшие прибыль от 3000 и выше [ГАРХ] Продолжали еще бытовать феодальные формы эксплуатации. Баи отдавали бедноте дойный скот в «саанное» пользование. Т. е. бедняк летом пользовался молоком коровы, а зимой должен был ее прокормить вместе с теленком и весной вернуть обратно. Если бай отдавал своего быка производителя на случку, то бедняк за это должен был отработать на него несколько дней.

В первой половине 1920 г. в Хакасии создаются первые кустарно-ремесленные предприятия и простейшие животноводческие организации. В 1924 г. имелось 78 водяных мельниц, 2 масло-сыроваренных завода, 10 кожевенных заводов, 86 кузниц и слесарных мастерских. [ГАКК] Большинство из них находились в частной собственности. Например, Н. Чудогашев имел свою мельницу, П. Чудогашев – кожзавод, П. Мойнагашев – мельницу и т. д. [ГАРХ] С февраля 1924 г. начала действовать маслоартель в аале Аёв. Сюда входило 22 человек и имелось 106 дойных коров. В 1925 г. Аёвский маслосырзавод за сезон добывал 50 пудов масла и 125 пудов сыра. В 1927 г. производительность повысилась до 200 пудов масла. В это время стала существовать Чарковская маслоартель. В 1927 г. она выдавала 400 пудов масла и 100 пудов сыра. Но еще было мало хозяйств, втянутых в маслоартели (всего 279 хозяйств). В 1928 г. по Хакасии насчитывалось 22 маслодельческих артели, 33 машинных товарищества, 19 мелиоративных товариществ, 29 разного вида животноводческих объединений, 20 разного вида полеводческих объединений и 2 по электрификации. [ГАРХ]

Для обработки земли аалы начали объединяться в мелиоративные товарищества. Первое мелиоративное товарищество возникло в 1922 г. в Аскизе. Оно было первым не только в Хакасии, но и в Енисейской губернии. Большим достижением Аскизского мелиоративного товарищества было обводнение Изюмской степи. Эксплуатация Изюмской степи началась в 1926 г. В этом году оросительный канал, прокопанный от р. Аскиз имел длину 13 верст. Засеяно было свыше 300 десятин земли. К весне 1927 г. общая длина оросительного канала достигла 16,5 верст. В 1927 г. в Аскизском мелиоративном товариществе насчитывалось 113 членов. В 1925 г. было организовано мелиоративное товарищество «Сарой» в аале Чарков. В 1927 г. оно насчитывало 111 человек, из них бедняков 61 человек. Посеяно было 83 десятины. [ГАРХ] В 1928 г. насчитывалось 154 простейших производственных объединения, куда входило 2679 членов. [ГАРХ]

В 1928 г. в Хакасском округе имелся один совхоз – Хакасский госконезавод. Он был организован Енисейским губернским земуправлением на базе Учумской, Батеневской и Алтайской экономий «Товарищества сибирских овцеводческих экономий В. Алексеева и Четверикова». В конце 1923 г. Госконезавод стал базироваться в Боградский район и получил название «Батеневский госконезавод». Занимал он площадь в 28.000 гектар, от Енисея до оз. Белё. Хакасский конезавод получил рысистое и верховое направление. Первоначально он имел 129 лошадей племенного состава и 35 рабочих лошадей. Затем, после раскулачивания баев Сукиных, конезавод получил более 10 тыс. байских лошадей. В это время, по всей Сибири было только 3 конезавода. [ГАРХ]

В конце 20-х годов начали создаваться колхозы. В 1927 г. было организовано 8 колхозов, объединивших 110 членов. В 1928 г. стало 44 колхоза (647 членов), а в 1929 г. – 72 колхоза (1263 члена). В состав колхозов входили также объединения: 1 коммуна; 15 сельскохозяйственных артелей и 28 товариществ по общественной обработке земли. Хакасские колхозы получали названия в основном с определением «Красный» (Хызыл): «Хызыл Тадар», «Хызыл Хакас», «Хызыл Аал», «Хызыл Чазы», «Хызыл Салда», «Хызыл Чылтыс» и т. д. В 1928 г. посевная площадь в Хакасском округе cоставляла 54076 га. Из них под коллективной посевной площадью – 9425 га или 17,5% к общей площади. [ГАРХ]

На 20 апреля 1931 г. общая численность бедняцких и середняцких хозяйств по Хакасии составляла 17.652, из которых хакасы представляли 9.730 хозяйств или 55,2%. Практически все они (58,9 %) были объедены в коллективные хозяйства. [ОДНИ].

В 1927 г., на основе решения ХУ съезда компартии, по стране развернулась кампания по коллективизации сельского хозяйства и переходе к крупному социалистическому производству в деревне. С 1929 г. началось массовое колхозное движение и решительная борьба против кулачества. Процесс коллективизации охватил все районы Хакасии. Советская власть приступила к ликвидации кулаков и баев как класса. По постановлению Сибкрайисполкома «О подготовке к переселению кулацких хозяйств в отдаленные необжитые районы» от 11.г. для Хакасского округа определялись контрольные цифры в 354 хозяйств, подлежащих к переселению в Приангарский район по 1 категории и 500 хозяйств по 2 категории, т. е. всего 854. (Книга. С. 2006. с. 136). Коммунисты выполнили задание партии на 100%. Было выслано в Приангарье из Хакасии 354 хозяйства – 548 мужчин, 555 женщин и 857 детей до 18 лет. Всего 1961 человек. Средний состав раскулаченных семей состоял из 6 и более человек. Например, семья из Аешинского с/с. состояла из 11 человек. Отсюда следует, что 500 крестьянских семей, которые в апреле 1930 года подверглись переселению, составило около 3-х тысяч человек. По архивным данным, в 854 хозяйств насчитывалось 3789 человек. [ОДНИ ГАРХ]

На 1 мая 1930 г. из 9 сельсоветов Аскизского района по 3-ей категории в Чебаковский район переселено 56 семей. Из пределов Хакасского округа из Аскизского района выслано 68 семей. Из Таштыпского района выселенных из пределов округа – 63 семьи. Из Чебаковского района из пределов округа выслано 61 семья. Из Боградского района выселено из пределов Хакасии 90 семей. Из Чарковский района из пределов округа – 71 семья. Всего 353 семьи. [ГАРХ]

Согласно не совсем полным данным «Книги памяти жертв политических репрессий РХ» (Абакан, тпо территории Хакасии было раскулачено 1806 человек, из них 654 хакаса, что составило 36% из числа высланных или около 2% всего хакасского населения. Баев первой категории сослали в Иркутскую область в Черемхово – 195 человек. В Томскую область в Тегульдетский район сослано – 232 хакаса, в Тюхтетский район Красноярского края – 95 человек, в Кемеровскую область – 15 человек. Родившихся детей на спецпоселениях – 101 человек. В 1930 г. резко сократилось население в Усть-Абаканском и Ширинском районах, где проживали самые зажиточные и предприимчивые хакасы. Например, было выслано 29 человек Абдиных, 38 Доможаковых, 43 Мойнагашевых, 26 Коковых, 24 Арыштаевых и т. д. Изъятое имущество (дорогие шубы, праздничные одежды, домашнее убранство и т. д.) было роздано бедноте, у которых все пошло прахом. Это тяжелое время носит хакасское название «ызыг тузы» - время ссылки.

Согласно воспоминаниям сосланной (из сеока кыргыз) весной 1930 года в сельсовете аала Тарча, где они жили был подписан акт о конфискации их имущества. «Наш дом, юрта, амбар, многочисленный скот — всего этого наша семья лишилась в одночасье. В дорогу нам разрешили взять подушки, одеяла, кое-какую утварь для еды. Выехали из Тарчы аала на двух подводах. Мама держала на руках младенца, родившегося лишь три дня назад. Я и два других моих брата были уже вполне самостоятельными: мне исполнилось восемь лет, Алеше - четыре, Мише - два года. К полудню мы добрались до железнодорожной станции Шира, разгрузились, лошадей у нас забрали. Народу тогда на станции скопилось множество. Взрослые выглядели встревоженными и растерянными. Отец со знакомым ходил куда-то относить заявление, но все без толку. На следующий день в товарных вагонах всех раскулаченных отправили в Томскую область. Название станции, на которой нас выгрузили, не помню. Оттуда уже на баржах отправили семьи: одних — вниз по реке, других, более везущих, - вверх по реке. Мы, ожидая своей очереди отправки, прожили на станции два месяца и только к осени добрались до назначенного места проживания - на берег Чулыма.

В этой таежной местности на участке №1 уже жили «кулацкие» семьи, сосланные еще в 1929 году. Вновь прибывшим предстояло осваивать участок № 3. Взрослые валили лес, на расчищенных участках земли строили бараки и землянки. Наша семья жила в одном бараке с Кобежиковыми, Топановыми и дедом Кадусом (жаль, не помню его фами­лию). …

На что мы жили? Получали паек хлеба - 600 граммов на шестерых. Я, восьмилетняя, ходила по миру. Научил меня этому «вольный» парнишка, взятый на воспитание моей теткой. Вдвоем ходили за 11-13 километров в ближайшие деревни - Киселевку, Монастырку и другие деревни. Мне, маленькой, сердобольные люди давали больше хлеба, картошки. Потом мы всю еду делили поровну и несли ее по своим домам. Далее стала смелее, уже одна ходила по деревням. И не просто просила подаяния, а меняла на продукты посуду и кожу, которую мама дубила. По-русски я не говорила, все молча показывала: вот чашки, вот кожа. Люди, конечно, понимали и давали хлеба с картошкой столько, сколько могли.

От недоедания и эпидемий очень много ссыльных умирало. Один крест за другим поднимали на кладбище. Мой самый младший братишка умер в ссылке в 1,5 годика. Летом мама на свой страх и риск отправила меня, старшую, домой. Вместе с другими детьми «кулаков» - Марией Кобежиковой, Лизой Топановой - я больше двух месяцев добиралась пешком до родной Хакасии. В деревнях, через которые мы шли, нас жалели, хлебом подкармливали. По пути к нам присоединились еще трое. Голодные, вшивые, грязные, ободранные, мы добрались-таки до родных мест. Дальше каждый пошел своей дорогой. В Тарчы аале все было безрадостно. От родительского дома и следа не осталось. Сам отец, вернувшись из тюрьмы, больной, какой-то надломленный обрушившимся на семью горем, отлеживался у своей сестры. Есть было нечего. Вот и ходила я, дорогая «гостья», в рваных сапогах по знакомым. Глубокой зимой тетка позвала меня к себе в пос. Коммунар. Она болела, не поднималась с постели, а я нянчила ее детей, стирала, пекла лепешки. Весной меня забрала другая родня. Так жила до 1934 года, пока мама с братьями не вернулись из ссылки. Снова стали жить вместе, а больше никакой другой радости не было. Отец пошел в пастухи. Я ставила капканы на рябчиков. Как-то кормились. В надежде на лучшую долю мы переехали в улус Трошкин. Родители вступили в колхоз. Они научили меня не бояться никакой работы. Вот я и трудилась всю жизнь в колхозе, потом в подхозе с. Ефремкино, где нас, бывших кулаков, поставили на учет спецкомендатуры НКВД». [Книга.2006. с. 167-168].

По воспоминаниям (сеок хасха) ее родители «жили в с. Усть-Фыркал Ширинского р-на. В семье было четверо детей, старший брат и три сестры. Занимались сельским хозяйством, в основном скотоводством. Считались середняками. Брат окончил 4 класса, я — 2 класса. В 1931 году нас раскулачили по обвинению в том, что отец держал батраков. В действительности батраков в хозяйстве не было, только летом, на короткое время, нанимали людей на заготовку сена для хозяйства. Отца арестовали и увезли в Минусинскую тюрьму. Все имущество конфисковали и забрали в колхоз. Нашу семью вывезли в Шира, где десятки семей, как мы, находились под конвоем. Погрузили в товарные вагоны и везли неделю на север, в Томскую область, и выгрузили на одной станции. Дальше повезли на лошадях и остановились на берегу какой-то реки, притока Оби. Здесь продержали целый месяц, где люди умирали от голода и болезней, образовалось целое кладбище. После нас переправили через реку и на лошадях привезли и высадили в глухой сосновой тайге. В начале построили шалаши от непогоды. Потом мужчины рубили лес, молодые женщины очищали кору, а дети собирали по болотам мох - все работали от зари до зари. Позже приехал к нам отец. Жили на берегу речки Чичкаюль (правый приток Чулыма). Ссыльные были размещены в 4-х поселках: Февральский (наш), Октябрьский, Майский и Центральный. Когда построили в поселке школу, я с братом пошла учиться. Отец работал бригадиром на стройке, мать была мастерицей, умела шить всякую одежду и получала за работу продукты.

Летом нам разрешили вернуться в Хакасию. Остановились жить на ст. Копьево. Отец устроился на работу в Копьевскую лесобазу. В 1936 году умер брат. 11 июля 1937 г. отца арестовали. Обвинили в участии контрреволюционной организации и вредительской деятельности. 16.09.1937 отца расстреляли как врага народа. Репрессивные меры обрушились и на нас: выселили из квартиры, переселились в землянку, в начале учебного года в школе, помню, на большой перемене, при всех учениках вожатая сняла с меня пионерский галстук. Сказала, что я дочь «врага народа». После окончания 7 классов я поступила учиться в Абаканское педучилище. Мать и две сестренки уехали в с. Усть-Фыркал, мать стала работать дояркой в колхозе «Алтын чул». Репрессивные меры преследовали меня и в Абакане. В педучилище меня приняли в комсомол, но в обкоме комсомола не утвердили, т. к. отец был «врагом народа». После окончания педучилища, с 1941 года, я работала учителем в школах Ширинского района 43 года. Получила высокое звание «Заслуженный учитель школ РСФСР». Моя младшая сестра Олимпиада тоже пошла по моим стопам, окончила Абаканское педучилище и проработала до пенсии в школах Ширинского района». [Книга. 2006. с. 169].

Многие выжившие в ссылке хакасы получили государственные награды за примерный труд. Так, например, Чаптыков Майтын (Апполон Николаевич) был в ссылке в Черемхово. За свой ударный труд на шахтах был награжден орденом Ленина и орденом Трудового Красного знамени.

Председатель хакасского общества «Мемориал» отметил: «Так, по воле политбюро ВКП(б), ЦИК, СНК СССР, окружных и районных исполкомов почти в течение одного месяца была разрушена сложившаяся века­ми традиция ведения крестьянского хозяйства. Репрессии обрушились на самых трудолюбивых крестьян. Вначале на сельских сходках, согласно «контрольным цифрам», зажиточных крестьян относили к категории кулаков, затем лишению избирательных прав. Проводили конфискацию домов, хозяйственных построек, инвентаря, домашнего скота. Затем высылали за пределы района, округа.

Таким образом, с 10 по 20 апреля 1930 года в хакасских степях и подтаежных районах проводилось насильственное «переселение народов». Тысячи людей, включая стариков, детей, женщин с грудными детьми, гнали днем и ночью под усиленным конвоем ГПУ в неизвестность. Руководство округа торопилось: необходимо было создать на новых участках 10 поселков, построить силами кулаков землянки, бараки, дома. Нужно было провести весеннюю посевную кампанию и довести до кулаков план сдачи государству хлеба. Но новая власть принесла только разорение крепким хозяйствам Хакасского округа.

Кулацкие семьи, находясь под неусыпным контролем комендатур ОГПУ, в труднейших условиях в течение года осваивали новые участки под посевы, занимались традиционным скотоводством, строили дома.

Через год, весной 1931 года, они вновь подверглись репрессивным мерам. Снова была проведена конфискация нажитого имущества, и кулаки с семьями были сосланы на север, в таежные и болотистые места Томского округа». [Книга. 2006. с. 149]

Большая часть высланных в Томскую область погибла. Некоторые вернулись в Хакасию в 1937-38 гг., но были опять посажены. Те, кто остался, затем переехали в г. Томск, где построили себе дома на одной улице, которую томские жители звали «хакасской».

К 1917 г. средний размер хакасского аала составлял 15 хозяйств. Сравнительно редко аалы насчитывали 40-60 дворов. В 1920-х годах процесс укрупнения аалов нарастал. С другой стороны происходила его интернационализация. На территории хакасских волостей в 1924 г. насчитывалось 392 населенных пунктов, где проживало 9329 хозяйств. [ГАPХ] В 1928 г., в Хакасии cтало 295 чисто хакасских селений (43,9 % всех оседлостей) и 84 аала с примесью русского населения (12,5%). Кроме того, насчитывалось 157 русских деревень (23,4%) и 31 селение с примесью хакасского населения (4,6%). [ГАРХ] Скотоводческий характер хозяйства требовал больших степных просторов. Поэтому плотность населения в хакасском регионе была значительно меньше, чем в русских волостях. Средняя плотность населения в хакасском регионе на 1917 г. выражалась 2,8 человека на кв. версту, тогда как у соседнего русского населения Минусинского уезда – 9,1 человека. Но по отношению к заселенному пространству аалы были расположены плотнее (3,6 на 100 кв. верст), чем русские деревни (1,1 на 100 кв. верст). [Шнейдер уезд, с 7-8]

После Октябрьской революции 1917 г, размеренная жизнь хакасского аала резко изменилась. За короткий исторический срок были разрушены традиционная жизнедеятельность и среда обитания хакасов. Если в 1928 г. в Хакасии из 567 поселений насчитывалось 295 чисто хакасских аалов (43,9%) и в 84 аалах (12,5%) вместе с хакасами проживала небольшая часть русского населения, то к середине XX в. по преимуществу хакасских осталось не более 100 селений. Такому процессу способствовали коллек­тивизация 1гг., поднятие целины и преобразования колхозов в совхозы в 1гг., а также политика сокращения числа «беспер­спективных» сел.