Слышали ли вы «Сказки о Боровце»?

Областная научно-исследовательская конференция памяти А. Юдина

Секция Литературное краеведение

Самобытность, художественное своеобразие, уникальность сказок

Павла Хомутинникова.

Работу выполнила ученица 10 класса

МОУ «СОШ №2 гБалабаново-1»

Научный руководитель:

Учитель русского языка и литературы

Боровск-2010

Актуальность темы:

Боровск – город с богатыми не только историческими, но и литературными традициями. Поэты, писатели, художники прославили наш удивительный по красоте и самобытности город. Казалось, что сказано и написано все! Но вот появились «Сказки о Боровце». Это новое свежее слово в огромном разнообразии произведений о Боровске.

Современны ли сказки? Нужны ли они в наш век компьютерных интернет-технологий?

Прочитав сказки Павла Хомутинникова, я могу с уверенностью сказать – это необыкновенные произведения, в которых предстают уникальные картины жизни и нравов древнего провинциального города Боровска (в сказке он назван весело и игриво - Боровец). Эти сказки с интересом прочитают не только дети, но и взрослые, потому каждому человеку, живущему в Боровске, должно быть дорого все, что связано с богатой историей Боровской земли.

Цели и задачи работы:

ü Изучить творческую биографию Павла Хомутинникова (автора «Сказок о Боровце»)

ü Выявить художественное и тематическое своеобразие «Сказок о Боровце».

ü Найти историческую основу сказок.

ü Провести сравнительный анализ сказок , Б. Шергина и сказок Павла Хомутинникова.

План работы:

I. «Сказка – это то золото, что блестит огоньком в глазах». ()

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

1) Что такое сказка?

2) В чем особенность литературной иронической сказки?

II. Из истории вопроса. Страницы жизни и творчества сказочников С.

Писахова, Б. Шергина.

III. «Сказки о Боровце» - проявление любви к Боровской земле.

1) Кто же он? Автор сказок о Боровске? Творческий пусть автора.

2) Каково содержание, тематика и художественное своеобразие «Сказок о Боровце?»

а) Чистота и меткость народной речи в сказках П. Хомутинникова.

б) Многогранность образов.

3) Документальная основа «Сказок о Боровце».

4) Традиции и новаторство «Сказок о Боровце».

IV. «Сказки о Боровце» - новое самобытное слово в многообразии произведений о Боровске.

Формы и методы исследования:

1. Поездка в редакцию журнала «Кораблик» Пафнутьев-Боровского монастыря. Интервью с заместителем главного редактора .

2. Поиски автора «Сказок о Боровце», того, кто пишет под псевдонимом Павел Хомутинников.

3. Анализ сказок.

4. Поездка в краеведческий музей с целью найти исторические документы, послужившие основой сказок.

5. Посещение районной библиотеки. Знакомство с легендами и сказками о Боровске.

6. Чтение и анализ сказок С. Писахова, Б. Шергина.

I. «Сказка – это то золото, что блестит огоньком в глазах».

()

Сказка – великая духовная культура

народа, которую мы собираем по

крохам, и через сказку раскрывается

перед нами тысячелетняя история народа.

()

«Что такое сказка? На первый взгляд может показаться, что этот вопрос совершенно праздный, что это всякому известно»1. Многие ученые, говоря о сказках, своего определения не давали.

В словаре Ожегова «Сказка – это повествовательное, обычно народно-поэтическое, произведение о вымышленных лицах и событиях».2

в своей работе о фольклоре пишет: «Что сам народ понимает под словом «сказка»? Что он вкладывает в это понятие? Здесь нас постигнет «некоторая неожиданность». Только в русском и немецком языках есть специальные слова для обозначения этого вида народного творчества».3

«В русском языке слово сказка сравнительно позднее, в современном значении оно появилось не раньше XVII века».4 А вот древняя и средневековая Русь его не знали.

В XII веке – это, по-видимому, было слово «баснь», чему соответствует глагол «баять» и существительное «бахарь» - об этом говорит в «Толковом словаре» . Слово «сказка» первоначально имело совсем другой смысл, чем сейчас, оно означало писанное слово, имеющее силу документа. Так например, в «Мертвых душах» «ревизские сказки – это списки крестьян, принадлежащих одному помещику».

Как могло случиться, что слово «сказка» получило противоположный ему смысл? Очевидно, документы при сделках были настолько недостоверны, что слово «сказка», обозначавшее первоначально достоверный документ, стало синонимом понятий «ложь», «выдумка», чего-то недостоверного.

Итак, народные сказки отличаются следующими чертами:

- Сказка чаще написана в прозе
- Она рассказывает о волшебных событиях
- Дает обобщающую картину реального мира
- В ней добро побеждает зло
_____________

1 . Русская сказка. М. Дрофа. 2009 г. с. 295-296

2 . Словарь русского языка. Москва. Русский язык. 1984. с.625

3 . Русская сказка. М. Дрофа. 2009 г. с. 297

4 . Там же. Стр 296

- Герой проходит ряд испытаний, из которых после пережитых трудностей выходит победителем

- Сказка выражает мечты народа о лучшей жизни
- Сказка любит яркие художественные приемы
- В ней мы ощущаем присутствие автора-сказителя, дающего оценку событиям и героям
- В сказке нередко есть особый зачин и концовка.

Фольклорная сказка исторически предшествует литературной. Их различие заключается в том, что литературная сказка принадлежит конкретному автору, ее сюжет не бытовал до публикации в устной форме и не имел вариантов. Первые литературные сказки созданы , Ершовым, Аксаковым.

Существует ли отличие литературных сказок XX века от сказок

прошлого?

Современные иронические сказки приобретают новые черты и отличия.

Русские писатели-сказочники XX века в основу своих сказок брали легенды, поверья родного края. «Словесные колдуны» Писахов и Шергин языковое своеобразие сказок сочетали с мягким юмором, неповторимым образным мышлением. В их сказках нашел отражение колорит жизни народов Северного поморья. Народные по духу, сказки имеют мало общего с традиционной фольклорной сказкой. У чудес в сказках Писахова совершенно иная природа, чем у чудес народных сказок: «На морозе всяко слово как вылетит – и мерзнет! Его не слышно, а видно. У всякого слова свой лад, свой свет. Мы по льдинскам видим, что сказано, как сказано… В морозны дни мы при встрече шапок не снимали, а перекидывались мороженым словом приветным… Над Уймой морожены слова веселыми стайками перелетали от дома к дому да через улицу: это наши хозяйки новостями перебрасывались».

II. Из истории вопроса. Страницы жизни и творчества сказочников

С. Писахова, Б. Шергина.

Степан Григорьевич Писахов (1– удивительный художник, поэтому его необычно принимали в Союз писателей. Тексты его сказок оказались в руках А. Фадеева, и вместо того, чтобы обсуждать достоинства и недостатки этих текстов, они принялись читать их, а слушатели «умирали со смеху». У дверей помещения, где происходило заседание, собралась толпа любопытных. Разумеется, Писахов после этого триумфа удостоился официального звания советского писателя. Помимо редкого литературного заработка, единственным его доходом была зарплата школьного учителя рисования. Учителем он был талантливым. Среди его учеников – несколько известных художников С. Писахов был прежде всего художник, а потом уже писатель. Глубокий знаток народных легенд и преданий, он вошел в русскую литературу как автор удивительных, исполненных искрометным юмором сказок, написанных подлинно народным языком.

Писахов – удивительный сказочник. Нет для его героя Сени Малины невозможного (не однажды уже называли Сеню северным Мюнхгаузеном). Захочет – пиво на звездном дожде сварит. Захочет – на бане в море за рыбой пойдет. Или на Луну с помощью самовара улетит да там от рук злющих «лунных баб» чуть не погибнет. А вот еще было: обидел его раз заводчик, так он ему «письмо мордобитно» написал, и многим неправедникам потом от этого письма досталось. И сколько озорства и мудрости в его народном литературоведении: «Вот я о словах писаных рассуждаю. Напишут их, они и сидят на бумаге, будто неживы. Кто как прочитает. Один промычит, другой проорет, а как написано, громко али шепотом, и не знают».

И не дай Бог кому-нибудь усомниться в Сениных приключениях. На такую провокацию всякий Фома неверующий тут же достойный ответ получит. Вот рассказывает Сеня, как он Наполеона из Москвы прогнал, а слушатель не выдерживает: «Малина, да ты подумай, что говоришь, при Наполеоне тебя и на свете не было». «Подумай? – отвечает Малина. – Да коли подумать, то я и при татарах жил, при самом Мамае».

Тут сквозь смешное глядит серьезное. Сенино бессмертие – это метафора бессмертного языка. Его язык (услышанный, сохраненный и бережно воспроизведенный Степаном Писаховым) чист, первозданен.
В этом языке «дышат века». Именно так, наверное, говорили новгородцы, четыреста или пятьсот лет назад обживавшие побережье Белого моря.

Человека, будто вышедшего из глубины веков, трудно представить розовощеким юношей. Для него есть привычный образ – образ старика. Но у этого старика часто оказываются молодыми глаза. Так было и с Писаховым. Его все вспоминают стариком. Вспоминают его брови – страшные, взъерошенные, сердитые (а в глазах – лукавинка, а в бороде добрая усмешка).

Образ старика не связан с возрастом. Один из мемуаристов, уехавший из Архангельска в начале 20-х годов, писал, что уже тогда Писахов был «живой исторической достопримечательностью Архангельска». Но именно тогда, в начале 20-х, он и начал писать сказки. Жизнь и творчество всегда связаны, воздействуют друг на друга. Начав писать сказки, Писахов вдруг зарос весь, стал приборматывать, оделся в старомодную темную одежду, ходил со старушечьей кошелкой и в знаменитой широкополой шляпе. Но на вопрос, сколько ему лет, в любом возрасте отвечал: восемнадцать.
Его дом в Архангельске знали все. К сказителям на Севере всегда относились с огромным уважением. Во время промысла сказителям выплачивали два пая: один – за участие в промысле, другой – за сказывание. Пережить северную ночь, которая длится полгода, без сказки, наверное, было бы очень трудно. Кстати, в этом смысле у Писахова хорошая родословная. Его бабушка Хиония, потомственная поморка, знала великое множество сказок. Ее брат, дед Леонтий, был сказителем-профессионалом – из тех, кто получал упомянутые два пая».
Сказки Степана Писахова – это миниатюры с использованием характерного мягкого юмора. Писатель с глубоким лиризмом и чуткостью рассказывал о суровой северной природе, о быте поморов – эти черты уходят своими истоками в фольклор, в живую народную речь.

Классика литературных сказок – это «Морожены песни» С. Писахова. В центре повествования жизнь обитателей Северного Поморья, которые всю свою жизнь лесом торговали; «а чтобы песнями торговать – и в уме не держали».1

«Творческое наследие Писахова само по себе невелико: том сказок, очерков, писем. Картины. И образ его, вечно чудаковатого старца, чуть не калики перехожего». 2

Как и Писахов, Шергин тоже был художником, учился в Строгановке, сам иллюстрировал свои редко выходившие книжки. Двое их, самых "северных", отдавших Северу всю жизнь, писателей - Писахов да Шергин. И оба художники. Вероятно (это уж так мнится мне), Север столь глубок и необъятен, что в чем-то одном его не уместить. И традиционным было творчество во всем, начиная от кухонной обрядни и кончая разговором с соседом, для Севера. Становились же поморы-корабелы зимою, когда промысла не было, сказочниками, художниками... Разве от скуки только? От скуки и водку пить можно. В быту творили. Не славы ради, а потому, что естественно это для человека - творить.

От этого и про это сказки Писахова, в которых то яблонным цветом люди цветут, то радугой избу освещают, то, не выходя за околицу, вокруг света путешествуют.

Если чем известен Писахов, то как раз, сказками своими, рассказанными от лица Сени Малины, мужика из деревни Уйма, что по-над Северной Двиной, супротив Архангельска стоит. Сказки эти всем хороши, кроме одного - сказать про них (тем более их пересказать) никак не получается. Все как-то криво, боком, сухо да пресно выходит. Скажешь: "Жизни много в этих сказках, через край. И любовь к жизни неистощимая, к самым маленьким мелочам, к самой затасканной обыденности". И верно, кажется, а все не так. Не про то. Говоришь о сказках Писахова, словно впотьмах бредешь, за светлую ниточку держась. А ниточка из рук выскальзывает. Махнешь рукой и начнешь заново сказки перечитывать. И уже не скоро остановишься.

Б. Шергин (1описывает жизнь и быт, нелегкие судьбы поморов, органично вплетая в повествование северные русские песни, легенды, поверья. Он прекрасно знал народное слово, умел петь былины, был талантливым сказочником. Шергин – писатель, художник, сказочник, он становится певцом старого поморского быта.

_____________

1 С. Писахов. Сборник «Не любо – не слушай». Изд. Архангельск. 2000 г. с. 8

2 К. Толоконникова. Там теряется мысль о благах обычных. Газета «1 сентября». 2005.03.05 с.7

Языковое своеобразие, образ героя, воплощающего собирательные черты народного характера – присущи его сказкам. В единое целое объединяет его сказки образ веселого Шиша – народного героя-шута. Своеобразная сказочная «эпопея» о Шише начала складываться еще в годы Ивана Грозного, когда шишами называли беглых холопов. Некогда распространенный повсюду сказочный эпос о Шише в наиболее цельном виде сохранился лишь на Севере. Шергин собрал по берегам Белого моря более ста сказок о Шише. В его обработках Шиш изображен веселым, жизнерадостным; царь, баре и чиновники – глупыми и злыми. Шиш в образе скомороха вышучивает богатых и сильных мира. Порой он и остроумно мстит им. «Это через чужую беду Шиш сделался такой злой. Через него отлились волку коровьи слезы… У Шиша пословица: кто богат, тот нам не брат. Горько стало барам от Шиша».

Шергина по праву называют истовым подвижником возрождения живейшего интереса к народной сказке в широких кругах читателей и слушателей уже в 20-е годы. Достаточно вспомнить о том необычайном успехе, который имели передававшиеся по радио в годах сказки Шергина в исполнении самого автора, укрывшегося под псевдонимом «Шиш Московский». Каждое выступление, по словам редакции передач, «вызывало колоссальное количество писем» от самого широкого круга слушателей. Писали взрослые, о детях уж и говорить не приходится. Они писали, что «хохотали до слез», «чуть со смеху не умерли», что у них «уши расширились от такой веселой передачи». Около четверти писем были коллективными. Выступление Шиша «произвело огромное впечатление. Ясно, что это небывальщина, но из нее извлекаешь много полезного, а по отдыху, интересу – блестящая вещь. С какой жадностью ждем передачи…» Под этим письмом – 180 подписей учащихся одной из уральских школ. Шиш стал любимым героем детей тех лет.
Успех сказок Шергина побудил редакцию радиопередач для детей и юношества, а также издательство «Детская литература» сделать выводы: «Сказку нельзя держать в потайных ящиках… из мирового сказочного наследства мы должны выбрать и дать нашим детям лучшее, красочное, педагогически и социально полезное. Успех сатирических сказок Шергина… – первый опыт, требующий продолжения».

Заметным событием культурной жизни начала 30-х годов был и выход книг Шергина, в которых он объединил свои обработки севернорусских сказок, – «Шиш Московский» (1930) и особенно «Архангельские новеллы» (1936). Об «Архангельских новеллах» журнал «Резец» писал: «Эту книгу будут не только читать (с захватывающим интересом), ее будут изучать, по ней будут учиться. Учиться образности, яркости художественной речи. Она должна быть прочитана всеми, а особенно теми, кто начинает писать сам, кто отдает себя литературной творческой работе».

«Фёдор Абрамов признавал: «Такого писателя до него в русской литературе не было». А какого «такого»? Загадка Бориса Викторовича Шергина не разгадана и по сей день. В нём видели то сказителя, то сказочника, то писателя, то изустного рассказчика, то артиста, то художника-изографа. Вот так и таинственная народная душа, отражённая в его творчестве, не улавливается никаким определением».1

Столь же странно и таинственно сложилась и судьба Шергина. Та судьба, иронизируя над которой, он писал: «До чего мне на Тебя, Господи, обидно: у людей руки, у меня – рачьи клешни; у художника – «вещия зеницы», у меня – пуговицы портошные…» Калека (попав под трамвай в 1919 году, потерял правую ногу, пальцы левой ноги), слепец к середине жизни (с конца ноября 1940 года не мог ни читать, ни писать), он попал и под разгромные критические статьи после печально известного постановления ЦК ВКП (б) «О журналах «Звезда» и «Ленинград». Его книгу «Поморщина-корабельщина» назвали псевдонародной и обвинили в том, что с её страниц «пахнет церковным ладаном и елеем». Естественно, после этого перед писателем закрылись двери всех издательств. Обращаясь за помощью к А. Фадееву, Шергин писал: «Обстановка, в которой я пишу свои книги, самая отчаянная. Двадцать лет я живу и работаю в тёмном и гнилом подвале. Я утратил 90% зрения. В одной комнатке нас помещается пять человек… Семья моя голодает. У меня нет сил продолжать свою работу». В 1959 году вышла книга «Океан – море русское». Она вобрала лучшее, что было создано Шергиным не только в 50-е, но и в 30-40-е годы. Последующие прижизненные издания, по сути, лишь обогащали и расширяли его содержание. Шергин интересен прежде всего как непревзойденный знаток народной культуры Севера. «Если мне скажут, – «Что ты из кожи рвёшься со своим Севером?! Мой край, моя область почуднее твоего», я отвечу: – «То и хорошо, то и ладно. Садись да хвастай. Я тебя всласть послушаю». Ефремов сказал о Шергине: «Иметь счастье жить с ним в одной эпохе и не слыхать и не знать – это непоправимое несчастье».

Одним из современных писателей-сказочников, последователей Писахова и Шергина, стал Юрий Коваль, творчество которого достаточно многопланово: он и актер, и режиссер, и писатель-сказочник.

III. «Сказки о Боровце» - проявление любви к Боровской земле.

Нет такого человека, которому бы в детстве не рассказывали сказок. А кто эти сказки сочиняет-придумывает? Есть такие люди – добрые сказочники. Почему добрые? Так настоящая сказка злой не бывает. А сказки о Боровце как раз такие добрые и веселые. Они родились от большой любви к древнему и прекрасному Боровску. В них и правда, и выдумка, и старина, и день сегодняшний…

______________

1 «Литературная газета», «Одиссея Поморского Гомера», 2003 г. с.7

В 2007 году в Боровске появился необычный автор – Павел Хомутинников. Я познакомилась с его удивительными «Сказками о Боровце», прочитав их в журнале «Кораблик» Пафнутьев-Боровского монастыря. Сказки поразили меня необыкновенным чувством юмора, самобытным колоритом, неповторимым образным мышлением.

И у меня возник вопрос: кто же скрывается под псевдонимом Павел Хомутинников? Я спросила своих друзей, учителей, библиотекарей, одноклассников: никто из них не был знаком ни со «Сказками о Боровце», ни с таким автором, как Павел Хомутинников. Это и подтолкнуло меня к поискам. Я позвонила в редакцию журнала «Кораблик», договорилась о встрече с заместителем главного редактора , она и подсказала мне некоторые пути исследования.

Оказалось, что под псевдонимом Павел Хомутинников опубликовал свои работы известный в Боровском районе и Калужской области художник (1956 г. р.). Родился он в Балабанове, а детство прошло в Боровске, окончил Калужское училище искусств, обучался в Московском полиграфическом институте. Затем был главным художником московских журналов. Вместе с отцом Андреем (Куликовым) разработал проект церкви Иоанна Кронштадского в Балабанове. Оформил около 200 книг различной тематики. Вячеслав Черников - составитель и дизайнер альбома «Боровск в живописи и поэзии», автор идеи росписей домов г. Боровска. В настоящее время работает главным художником РИА «Стандарты и качество» (г. Москва), а живет в Ермолино.

«Любовь, да что там любовь, нечто большее и необъяснимое, какая-то генетическая связь всегда ощущается в его работах, посвященных Боровску. И еще настоящая готовность что-то сделать для города».1 Людмила Аникина, корреспондент «Боровских известий» отметила, что – это настоящий интеллигент их провинции, человек высоких моральных и нравственных качеств, душевно мягкий и в то же время стойкий, обладающий эрудицией и чувством юмора.

Из личной беседы и переписки с автором я узнала, что псевдоним он взял в честь своего деда Хомутинникова из рода Полежаевых. А также, что знакомство с творчеством С. Писахова и Б. Шергина, опоэтизировавших Архангельскую область и Поморье родило у него мысль: А почему о Боровске ничего в этом роде не написано? «Если бы не Лесков, не немецкие народные сказки, не Декамерон, не Бажов, не Хармс, ничего бы не получилось», - сказал мне . Любимое его занятие – чтение, любит писателей второго ряда XIX века, например, Егора Дриянского «Записки мелкотравчатого» и современных авторов: Пелевина, Бородина. прекрасно разбирается в искусстве, сожалеет о том, что творчество многих замечательных современных художников остается незамеченным.

_____________

1 «Вы рисуйте, рисуйте, вам зачтется!..», газета «Боровские известия» 14.08.1999 г.

Его «Сказки о Боровце» - это проявление любви к родному городу, уважения к его великому славному прошлому. Основой сказок Павла Хомутинникова послужили легенды о Боровске, записанные в 1913 году , местным краеведом.

назвал свои сказки ироническими, но согласился с тем, что его сказки также являются и историческими, и волшебными, и бытовыми.

Писахов и Б. Шергин стали сказителями Поморья, так и П. Хомутинников стал сказителем Боровской земли.

Работники редакции журнала «Кораблик», куда Павел Хомутинников принес свои работы, прочитав их, отозвались о них положительно: «В них столько любви к малой Родине, ее истории, к людям Боровска!» - из интервью с редактором журнала «Кораблик» Ириной Есинской.

В сказках Павла Хомутинникова прослеживаются традиции русских народных сказок, традиции сказок С. Писахова и Б. Шергина. Например, в «Сказке о том, откель взялся наш городец, да кто ему основатель» автор пишет: «Городец наш мал, да на семи холмах стал». Как ярко, сочно звучит русский самобытный язык сказок, удивительно достоверно создан пейзаж: «Охотился как-то князь Владимир Андреевич неподалеку. Выехал из Дремучего Бора к реке нашей и обомлел: стоят над рекой семь холмов красоты неописуемой. Над одним холмом радуга сверкает, над другим ласточки щебечут, на третьем целый лес ландышевый растет, на каком – колокольчики лазоревые, на каком – разнотравье, что тебе картина расписная, на самом большом холме стоит Бор высоченный: сосны красные, кроны зеленые да пушистые. Выстлан Бор кустами черничными. Аромат целебный враз все хвори-болячки оздоравливает. И хрустальный полу-звон стоит от ключей-родников многочисленных».

Именно здесь, в самом красивом месте, «быть городцу, а зваться будет сей городец Боровцом» - решил князь.

А еще в этой сказке говорится о необыкновенной щедрости первого боровского князя Владимира Андреевича, подарившего брату, князю московскому, «рощу березовую, то рощу сосновую, то ландышевый лес, то полянку колокольчиковую».

Погуляли-попировали братья, а Дмитрий большую часть подарков и подрастерял, только малую часть холма Боровицкого, Молчановку, Очаково да Моховушку доставил. Но и этим Дмитрий всей Руси похвалялся, Москвою своею.

В сказке С. Писахова «Не любо – не слушай» говорится: «Про наш Архангельский край столько всякой неправды да напраслины говорят, что придумал я сказать все, как есть у нас. Всю сущу правду, что ни скажу – все правда. Кругом земляки, соврать не дадут».

П. Хомутинников: «Про наш городец чего только не придумывают. А все кривда. Я же правду сказывать буду. У нас, в Боровце, и без кривды кривобокой есть чем красовать-величать».

Вслед за Писаховым Хомутинников говорит о том, что основа многих его сказок – реальность, подтверждаемая документами.

Так, в книге «Материалы для истории города Боровска и его уезда (легенды, обряды, обычаи, поверья, приметы, гаданья…)» 1913 года выпуска, с которой я работала в архивах районной библиотеки, есть легенда о чуде Пафнутия. Она звучит так: «В первой части города Боровска, между Калужской улицей и Текиженской слободой, пролегает большой овраг, в котором течет ручей «Текижа», этот ручей возник благодаря преподобному Пафнутию, который в одно время увидел большое скопление воды в озерах, лежащих выше города, около села Комлево, могущих своей водяной стихией затопить город, и вода рвалась из берегов их, то в это время преподобный Пафнутий, махнув рукой по направлению, как в настоящее время идет ручей, сказал воде: «Теки же», и вода из озера пошла, и с тех пор образовался ручей под называнием «Текижа».1

И вот на основе этой легенды появляется ироническая сказка, в которой оживает вода: «Встала вода, подумала да и потекла на городец наш». Реальность происходящего передает и прямая речь боровчан, обратившихся к старцу Пафнутию: «Спаси!» «Вышел Пафнутий на берег, крестом православным осенил себя, молитву сотворил, только и сказал: «Теки же!» Враз потекла вода по прежнему руслу, овраг с тех пор так и прозывают». А боровский художник В. Овчинников изобразил это историческое место на своей картине.

И вот еще одно документальное свидетельство, которое легло в основу другой сказки о Боровце и боровчанах – знатных огородниках: «Боровские искусные огородники распахивали землю в Московской, Тверской и других ближайших губерниях. Был даже выведен сорт боровских огурцов».2

А вот что писали в газете «За коммунизм» от 01.01.01 г.: «Боровские лук и огурцы еще с давних времен славились на всю страну. На днях в кабинете секретаря РК ВКП(б) тов. Михайлова собрались старейшие огородники Боровска…Обсуждался вопрос о том, чтобы возродить былую славу боровского огурца и лука…»

А Павел Хомутинников сочиняет сказку: «У нас, в Боровце, что ни хозяин – то огородник. Испокон веку луком да огурцами славятся.

Аж в Замбизаре заокеанском наш лук слезу вышибает у нехристей тамошних. Наш лук для них – основа всего хозяйствования и мирной жизни».

Еще одна сказка о том, «Как старец Пафнутий монастырь строил» имеет историческую основу. В сказке названы факты из народной легенды о Дионисии, который расписывал монастырь: «Для украшения собора вызвали чудописца Дионисия с товарищами, вот приехал Дионисий, на шести телегах краски привез. Походил вокруг собора, благолепием проникся и, помолясь, за дело взялся. А старец Пафнутий рядом присел, любуется…»

___________

1 «Материалы для истории города Боровска и его уезда (легенды, обряды, обычаи, поверья, приметы, гаданья…)» 1913 г. с. 2

2 П. Васильев. Не сломлены крылья мои. 2000 г.

Автор не понаслышке знает, сколько настоящих мастеров-тружеников проживает на Боровской земле, поэтому и стал Васька Зуек олицетворением трудолюбия и мастеровитости всех боровчан. А в основу сказки положена легенда о том, что мужики боровские построили башню московского Кремля: «Жил у нас мастер-плотник премудрый по прозванью Васька Зуек. Мастер был первостатейный: не токмо избы да сараи мастерил – терема заказывали, церкву срубил с луковичками да полотенчиками резными. Тогда и маковки в виде луковичек именно он первый рубить начал». Пригласили мастера в Москву, и соорудил он там «башенку пригожую».

«Глянул батюшка-царь – хороша башня… Самая что ни на есть кремлевская.

- Ну так пусть сия башня Боровицкой прозывается, - рек царь и кинул Василию пятак».

Героями сказок Павла Хомутинникова стали как исторические личности, среди них Екатерина II, Пушкин, его друг и издатель Каверин, хан Мамай, Пересвет с Ослябей, так и близкие родственники, знакомые, друзья автора, соседи и даже коза Синька.

Но в «Сказках о Боровце» Хомутинникова нет такого веселого героя, объединяющего между собой все сказки в единое повествование, как Сеня Малина у Писахова и Шиш у Шергина. Но это объяснимо: «Сказки о Боровце» - о далеком историческом прошлом и о нашем сегодняшнем дне.

Некоторые сказки правдоподобны, но не имеют под собой реальной исторической основы. Такова сказка «О поэте Пушкине и о том, как тот поэт в городец наш наведывался»: «Остановился экипаж, вышел Пушкин ноги поразмять, по сторонам смотрит…Вдруг глядь: поросенок бежит через площадь. Бежит эдак прямо на Пушкина и визжит. Пушкин посторонился, поросенок дальше побежал. А за ним баба бежит с прутиком и визжит громче того поросенка». Не понравился Пушкину Боровск и назвал он его «свиным городком».

Сказки Хомутинникова покоряют читателя ярким, красочным языком, народным юмором, шутками, авторскими неологизмами: «Хозяин хвать коромысло, в сапоги самобеглые запрыгнет, да на ключ за водицей и побежит. Ключей родниковых у нас тьма-тьмущая. Почитай вдоль всей реки понатыкано. У каждого и имечко имеется, да и водица соответственно именная: где сахарная, где малиновая, где смородиновая, а где и с мудреным названием боржоми». «А хозяйки в городце все чаще в розовом ходят: кто в сарафане, кто в кофте цветастой, кто в платочке али в шляпке от Дадашкина…»

А вот явный след сказок Степана Писахова, а именно «Мороженых песен»: «Долго ли, коротко ли, пришли воины на поле. А уж оба войска друг перед другом стоят да обидными словами перебрасываются. Вот кинет князь Дмитрий обидное слово Мамаю, а оно, горячее, как кипяток, да колючее, как репей. Мамай с дуру его поймает, завизжит, что свинья и ну его назад, да еще и золой маркой присыплет. Наш Дмитрий, не будь дурак, к тому слову наконечник остренький прицепит да опять Мамаю отправляет…»

В сказках Хомутинникова проявляются традиции и русских народных сказок.

Во-первых, в манере повествования: «охотился как-то князь Владимир Андреевич неподалеку», «погуляли, попировали…», «вот берет хозяюшка самовар под белы рученька, да к печи ведет», «горочки-пригорочки ягодные, речки-колечки рыбные».

Во-вторых, в вымысле, в различных фантастических ситуациях: «Выходит из избы сам Лесхоз. Лохматый, глазами зыркает, а сам махонький, что твоя табуретка… И заговорил с ним птица-ворон:

- Есть, - говорит, - у нас в Бору местечко потаенное, где речушка наша Боренка к обрыву прижимается. В том обрыве пещерка неприметная, в той пещерке ларец краснодерева. В том ларце – камни самоцветные да еще яйцо утиное…»

В чем же новаторство сказок Павла Хомутинникова, в отличие от сказок Писахова и Шергина? Его я увидела в том, что они имеют народную документальную основу, а тонкое чувство юмора логично соединяет прошлое и настоящее: «Отвечает птица-ворон:

- Вот уж почитай пятьсот лет стерегу каменья драгоценные, не сплю, все одним глазком за ларцом приглядываю.

- Молодец, - говорит Лесхоз. – Вот тебе за службу твою верную горсть чипсов кукурузных. Пируй, да дело не забывай».

В каждой сказке ощущается присутствие автора-сказителя, человека обладающего не только чувством юмора, но и огромным багажом исторических знаний, которые он щедро передает своему читателю.

В заключение я хочу сказать, что «Сказки о Боровце» - новое самобытное слово о Боровской земле, уникальная картина нравов ее жителей. Познакомившись со сказками Хомутинникова, встретившись и пообщавшись с интересными, увлеченными людьми, я открыла для себя совершенно новые страницы истории своей малой Родины. Павел Хомутинников поделился со мной своими творческими планами, сказав, что у него готовы к печати еще 10 новых «Сказок о Боровце» и иллюстрации к ним.

___________

1 П. Васильев. Не сломлены крылья мои. 2000 г.

Приложения:

От кого	Данилова Екатерина
Кому	***@*ru
Отправлено	12 октября 2010 в 20:26

Здравствуйте, уважаемый Вячеслав Алексеевич!
К Вам обращается ученица 10 класса МОУ "СОШ №2 г. Балабаново-1" Данилова Екатерина. Я пишу работу на научно-исследовательскую конференцию о Ваших сказках.
Нельзя ли мне с Вами встретиться и задать вопросы по истории создания сказок о Боровце?
С уважением. Надеюсь на Ваш положительный ответ.

От кого

Вячеслав Черников <*****@***ru>

Кому

Данилова Екатерина

Отправлено

13 октября 2010 в 10:27

Здравствуйте, Катя!
Конечно, я не откажу и встречусь, как и договорились, в Боровске, в субботу 14-00 у вечного огня. В принципе, вопросы можно задать и по почте, я отвечу.
Успехов,
ВЧ

От кого	Данилова Екатерина
Кому	Вячеслав Черников <***@*ru>
Отправлено	13 октября 2010 в 20:56

Здравствуйте, Вячеслав Алексеевич!
Не могли бы Вы ответить на несколько вопросов для моей работы?
1. Когда и как у Вас возникла идея написать "Сказки о Боровце"?
2. Что служило основой для написания сказок?
3. Я прочитала 10 Ваших сказок. Они произвели на меня впечатление своим удивительным чувством юмора! Пишете ли Вы еще?
4. Также я читала сказки Писахова и Шергина и увидела общие черты. Считаете ли Вы себя их последователем?
5. Я знаю, что Вы еще и замечательный художник. Не собираетесь ли Вы иллюстрировать свои сказки?
6. Опубликованы ли Ваши сказки еще где-то, кроме журнала "Кораблик"?
Заранее спасибо! Но все-таки я надеюсь и на личную встречу с Вами.
С уважением, Катя.

От кого

Вячеслав Черников <*****@***ru>

Кому

Данилова Екатерина

Отправлено

14 октября 2010 в 19:03

Добрый вечер, Катя!
Только сейчас освободился для того, чтобы ответить на Ваши вопросы.
Итак:
1. Когда и как у Вас возникла идея написать "Сказки о Боровце"?
Признаюсь, никакой идеи и замысла не было, но я тоже люблю Писахова и Шергина и, как часто бывает, классное творчество их родило у меня мысль: а почему это о Боровске ничего в этом духе не написано? А ведь сколько легенд и историй ходят в народе о Боровске, Пафнутии, Дионисии, Аввакуме+++

2. Что служило основой для написания сказок?
Вот эти легенды-истории и служили основой, а еще моя личная жизнь, встречи, родственники+.. у меня есть ст. сын Илья, была и коза Синька у моей мамы, которая с 80-х годов проживает как раз в районе конторы лесхоза+..ну и так далее+.

3. Я прочитала 10 Ваших сказок. Они произвели на меня впечатление своим удивительным чувством юмора! Пишете ли Вы еще?
Специально не планирую, но ведь легенд еще много осталось++ хотелось бы эту работу довести до конца+..Откровенно говоря, продолжение с 10-ю историями уже написанные лежат в голове и ждут, когда у меня появиться время для фиксации+.. есть несколько рассказиков и т. п. но это все не потому, что захотелось что-то написать, а потому, что не написать не мог, что-то толкало и даже, не поверите, диктовало целыми кусками++

4. Также я читала сказки Писахова и Шергина и увидела общие черты. Считаете ли Вы себя их последователем?
Я уже почти ответил на этот вопрос, только уточню: я не писатель, поэтому не последователь и не ученик, но, конечно, если бы не они, не Лесков, не немецкие народные сказки, не Декамерон, не Бажов, не Хармс (!)++. Ничего бы у меня не получилось. Вообще, читаю постоянно с детства+..очень люблю писателей второго ряда XIX века, таких как Егор Дриянский (Записки мелкотравчатого), например+.. Вообще, считаю, талантливых неоцененных произведений так много у нас, что перечитать, прослушать и увидеть не хватит никакой жизни++.. Знаете сколько замечательных современных художников сейчас представлено на разных сайтах?!!!....а ведь слышим мы только о скандалах Никаса Софронова до о Шилове-Глазунове-Церетели++.. Это самый явный признак бескультурия власти+++..

5. Я знаю, что Вы еще и замечательный художник. Не собираетесь ли Вы иллюстрировать свои сказки?
Иллюстрации просто так сделать нельзя, уверен+++. Надо ведь учесть с чего книга начнется, как организовать спуски, будут ли полосные, чем закончить, что будет ключевым в картинках, наконец, техника-подача++.. Они готовятся под конкретное издание, а вот с этим делом не получается пока. Но, конечно, хотелось бы и очень+ Знаю только, что иллюстрации должны быть черно белыми на охристых плашках++

6. Опубликованы ли Ваши сказки еще где-то, кроме журнала "Кораблик"?
Была публикация в альманахе "Обнинск литературный" (к 50-летию Обнинска).

Успехов, до встречи,
ВЧ

Павел Хомутинников ()

В редакции журнала «Кораблик» Свято-Пафнутьева Боровского монастыря.

– главный редактор журнала «Кораблик».

- В Вашем журнале были напечатаны «Сказка о Боровце» Павла Хомутинникова. Не могли бы Вы подсказать, чей это псевдоним и как можно встретиться с этим человеком.

- Павел Хомутинников – это известный Боровский художник – .

- Какие были отзывы о сказках Павла Хомутинникова?

- Вся наша редакция и многие авторы журнала «Кораблик» с восторгом отзывались о сказках, отметив, чувство юмора автора, самобытность, уникальность, историческую документальную основу.

- Размешались ли картины Черникова на страницах вашего журнала? Как Вы сами относитесь к его живописи?

- Картины Черникова иллюстрируют не только его собственные сказки, но и произведения других авторов. Особенно хорошо у него получается рисовать башни и колокольни.