Впечатления

Это не отчет, не доклад, а просто впечатления. Так что заранее прошу простить меня за простоту изложения.

Итак, мы отправились. Дорога довольно долгая. По сторонам мелькали города и села, тянулся необыкновенной красоты осенний лес. Но вот, наконец, и город Углич. Сначала, конечно, обед, а дальше – экскурсионная программа. Первым на очереди – Музей городского быта. Одиноко стоящий на берегу Волги желтый особнячок, открыл перед нами мир купеческого и мещанского быта Углича столетнего прошлого. Мы были на ярмарке, и веселый разодетый приказчик продавал девчонкам яркие платки, а ребятам рубахи да сапоги. Видели кабинет купца с его рабочим столом; гостиную с пианино, на котором наша ученица исполнила прелестное музыкальное произведение; комнату хозяйки дома, где сваха хвалила молодому барину соседскую барышню. Впечатлила нас коллекция шляпок и чайная.

Далее по мосту удивительной красоты мы пошли в Кремль. Это квадратный остров, где у кромки волжского берега, среди деревьев старого парка, высятся храмы и здания, составляющие живописный ансамбль, композиционный центр волжской панорамы города. Сейчас в них размещены экспозиции Угличского государственного историко-архитектурного и художественного музея, представляющие многие стороны тысячелетней истории и культуры Углича.

Первой мы посетили Церковь Царевича Димитрия на Крови 1692 года, которая ярким красным цветом выделяется на «волжском» фасаде города, эффектно венчая кремлевский мыс. Она поставлена на том самом месте, где 15 мая 1591 года оборвалась жизнь царевича Димитрия, сына Ивана Грозного. Западную стену высокой храмовой части занимает композиция «Убиение Царевича Димитрия». Развитие сюжета читается слева направо и включает несколько событий рокового дня. Дети с интересом слушали экскурсовода, разглядывая сцену одевания и проводов царевича на прогулку. Ниже, у лестницы, – эпизод убийства. Выше и правее – плачущие над царевичем царица Мария Нагая, кормилица Арина Тучкова и сбежавшиеся в Кремль по звону колокола угличане. В центре – колокольня, бьющий в колокол пономарь Федор Огурец и убийцы, пытающиеся взломать двери и прекратить звон. Справа – динамичная сцена расправы горожан над убийцами, выше – тела побитых во рву и скачущие в Москву гонцы. Венчает композицию панорама Московского Кремля и большое изображение царевича в лике святого. Ребята слушали, как звонит Угличский ссыльный набатный колокол, возвестивший о гибели отрока. Колокол был бит плетьми, лишен языка и уха, сослан в Сибирь, откуда возвращен в Углич только в 1892 году.

Следом мы посетили Палату Дворца удельных князей – часть княжеского дворца, построенного князем Андреем Большим в 1480-е годы. Это отдельно стоящее здание из красного кирпича с удивительным угловым крыльцом. Теперь в нем находится Угличский Музей отечественных древностей.

Закончили мы нашу экскурсию по Угличскому кремлю посещением Спасо-Преображенского Собора, главного собора города. Он построен в 1706 году по указанию Петра 1. Это настоящий музей живописи и декоративного искусства. Расписан собор артелью академиста Тимофея Медведева. Всего на стенах 59 композиций, выполненных по сюжетам Нового Завета, евангельских притч, повествующих о чудесах и земной жизни Христа.

После Угличского кремля дети основательно подмерзли. Напрасно экскурсовод пыталась уговорить их посмотреть еще пару церквей, они упорно кутались в куртки и закапывались глубже в автобусные кресла.

Успенской церковью экскурсовод скорее соблазнила воспитателей, и мы остановились. На территории Алексеевского монастыря Успенская церковь – это выдающийся памятник шатровой архитектуры, монумент павшим в Смуту защитникам города. За свою гармонию и красоту церковь в народе получила прозвище «Дивной». А теперь представьте: высокая старинная церковь, деревянное угловое высокое крыльцо, дубовая дверь, вокруг какие-то постройки – и ни души….. За дубовой дверью полумрак и огромная икона Богородицы со свечой в руке, главная героиня «Дивной» церкви. Именно ее в морозный ветреный вечер увидел настоятель монастыря Мисаил. В руке у Богородицы не гасла от ветра свеча. Говорят, что эта икона творит чудеса. О чудесах просили и наши дети, прижимаясь к резному окладу.

Больше из автобуса никто выходить не пожелал, и мы знакомились с городом Углич из окон автобуса.

Удивительно, но город Углич как будто застыл в том времени, в котором был создан. Здесь нет высотных зданий, крупных шоссе. Здесь даже улицы называются так, куда они ведут: Московская, Ярославская, Ростовская. Центр города – это сплошь старинные особняки, бывшие дома купцов и мещан. В некоторых из них живут и сейчас. И лишь на окраинах можно встретить пятиэтажки. Углич удивительно спокойный город, здесь нет суеты, на улицах мало народу. Люди с восторгом и неприкрытым удивлением провожают взглядом наш двухэтажный автобус.

Утро следующего дня было ранним. Дети с трудом просыпались, но, вспомнив, где находятся, вскакивали мгновенно. Когда через 40 минут мы пришли звать их на завтрак, они были уже собраны. Пять баллов за утренний подъем ученикам школы Ника!

Улица встретила нас нулевой температурой. Через час мы уже въезжали в город Мышкин. Точнее и не в город вовсе, так как в нем всего 6 тысяч жителей. Но статус города Мышкин получил за свою необычность и большой вклад в историю и культуру. Легенда гласит, что некий русский князь утомился и лег поспать под деревом. А проснулся он от того, что по нему бегала и пищала мышь. Только он решил обидеться на это, как увидел змею. Таким образом, мышь спасла князя, и в награду он назвал город в ее честь. Мышь увековечили в гербе. Эти крохотные серые животные здесь повсюду: на посуде, одежде, предметах быта и даже валенках. Мышь имеет свой дворец, музеи, мельницу, мастерские. Но обо всем по порядку.

Автобус остановился на торговой площади, у самой кромки воды. Это необыкновенное зрелище, когда видишь такую панораму Волги. И только по достоинству оценив мощь этой великой реки, мы двинулись к месту начала нашей экскурсии по Мышкину – мемориалу Великой Отечественной Войны.

В каждом городе, где проходили бои, находится такой мемориал. Но признаться честно, такой оригинальный, я вижу впервые. Это солдат, который идет домой с войны. В то далекое время никаким транспортом невозможно было добраться до Мышкина, и солдаты шли пешком, вглядываясь вдаль. Они старались увидеть главное – купола городских соборов. Считалось, что солдат уже пришел домой, если увидел купола. Еще интереснее оказалась другая композиция Памяти. Это строки писем, полученные с фронта. Ни слова о войне, все только о том, как проходит жизнь, как скучают и ждут родных. Читая эти строки на мемориале, хочется просто рыдать, рыдать в голос, потому что невозможно не среагировать, например, на такие строки: « Пишу тебе в последний раз. Умоляю, береги детей, буду молиться за вас». И в ответ: « Милый мой, я похоронку никому не покажу. Мы все равно будем ждать и писать тебе».

Жители Мышкина очень трепетно относятся к своим односельчанам, ушедшим на фронт. И именно поэтому построена здесь маленькая часовенка, в которой каждые 15 минут бьет колокол в память о тех, кто не вернулся с войны… Трогательно и достойно уважения.

Дальше мы двинулись в Музей ремесел. У порога нас встретила мышка, которая собирала пожертвования. Такая маленькая, серенькая, она выбегает, хватает денежку и убегает. Потом мы попали в самую настоящую гончарную мастерскую, где прямо на наших глазах мастер сделал вазочку из глины на настоящем гончарном станке. А в кузнечной мастерской настоящий кузнец при нас выковал мышку на спице. Во время работы мастера рассказывали нам, что они делают и как, рассказывали об истории возникновения в Мышкине этих ремесел. Накупив сувениров, мы вышли на каменную мостовую, которая, оказывается, сохранилась с Екатерининских времен. Говорят, что нужно отсчитать 76 булыжников, и на 77 загадать желание. Наши дети проскакали около 300 метров и, по-моему, успели загадать, как минимум, по 5 желаний.

Следующим нас ждал Музей валенок, самый теплый музей в городе. А так как город мышиный, то и валенки почти все с мышами, самыми разнообразными. Нам рассказали о производстве валенок, затронули историю обычной обуви с начала 18 века, и, конечно, удивили необыкновенной фантазией. Оказывается, из валенок могут получиться и утюг, и кактус, самолет, жених и невеста, домовой и еще много интересных вещей!

Спустившись по узкой винтовой лестнице, мы попали в музей льна. Экскурсовод показывала и рассказывала о том, каким растет лен, каким становится после выделки, показала, как работать на ткацком станке. Мы узнали, как нелегко было девочкам учиться прясть, ведь учиться этому они начинали с семи лет и к двенадцати их работы уже не отличались от взрослых. Работали на ткацком станке при свете лучины, которая горит всего 5 минут. Именно поэтому самым большим наказанием для молодого человека тех времен было сидеть подле матери и менять ей лучины до самого вечера. Лен был единственным материалом не только для шитья одежды, изо льна еще делались куклы. Есть куклы побогаче, расшитые, а есть и попроще – крестьянские, но все они безлики. Считалось, что, если нарисовать кукле лицо, у нее появится душа. И неизвестно какая – добрая или злая. Злая может и сглазить, а безликая никогда не навредит. Этими льняными куколками – Льнянушками или Параскевушками, как их называли, пользовались и продолжают пользоваться по сей день. Такую куколку клали в колыбель младенцу и как оберег и как яркую игрушку. Такая куколка обязательно стоит на кухне у каждой женщины, она помогает по хозяйству. Сдвоенные куколки – оберег семейной жизни, их до сих пор покупают перед свадьбой молодожены. Одежду изо льна носили все. В ней не холодно зимой и не жарко летом.

Дальше наш путь лежал на мельницу, да не простую, а мышиную. Там нас встретили большие мыши. Одна сидела на входе, другая считала зерно на счетах, остальные стояли или сидели на лавках. Это были большие куклы в человеческий рост. Но как только мы подошли к последней, она вскочила и начала что - то говорить. Эффект был потрясающий – это оказалась не кукла, как все остальные, а актер, который на протяжении всей экскурсии тихо сидел, притворяясь неживым.

Самое интересное и захватывающее, конечно же, оставили напоследок. Поэтому только после всех запланированных музеев, мы пошли в Мышиные палаты. Это самый настоящий Мышиный дворец, где маленькие серые существа повсюду. Сначала нас пригласили на прием к самому Мышиному Королю. Войдя в огромный зал, первое, что мы увидели, – это два трона в человеческий рост. Заиграла музыка, и к нам вышли Мышиный Король с Мышиной Королевой. Это потрясающее театральное представление с большими мышами-актерами. Они пели, танцевали, рассказывали о себе и о своем городе. В восторге были все!

После встречи с царствующими особами мы проследовали в Музей медведей. На гербе города Ярославль изображен медведь. А так как город Мышкин находится в Ярославской области, на его гербе мышь соседствует с медведем. Мышиный король не мог обойти такой факт стороной, именно поэтому и был создан в Мышином дворце Музей медведя. Мишки здесь совершенно разные: старинные, пережившие блокаду Ленинграда, и современные, плюшевые и деревянные, большие и маленькие.

После мишек нас решили немного повеселить и отправили в комнату смеха с кривыми зеркалами. Здесь, естественно, можно было шуметь и вдоволь посмеяться над собой и остальными, что не могло не понравиться нашим ученикам.

Потом нас повели к живым мышам. Все они маленькие, серенькие, шустрые и невероятно милые. Тут им вольготно, у каждого свой дом.

Наконец, долгожданный обед! Дети съели практически все, что было на столах и приносилось официантами. Вот что значит – нагулять аппетит! Довольные, сытые и отогретые, мы расселись по местам в автобусе. Почему-то сразу предательски захотелось спать.

Мужественно побеждая сон, мы поехали в главную деревню кацкого стана Мартыново. По дороге упорно учили кацкий диалект. Кацкари – население, живущее вдоль реки Катка. Когда - то эта река была очень грязная, а жителям нужна была пресная вода. Тогда один предприимчивый деревенский парень поставил в реку бочку – кадку – дном вверх. Постепенно кадка набрала чистой воды. Дно вынули, и теперь каждый мог набрать столько, сколько требовалось. Отсюда название реки – Катка. У кацкарей издревне имеется свой диалект. Так слово «путь» у них звучит как «моск». Поэтому «прийти», «уйти» здесь будет «примоскалить» и «отмоскалить». В кацком стане нет понятия «туристы», тут мы «заволосные гляженные». «Думать», «соображать» у них будет «смуслить», сходить за покупками – «обызъяниться», а делать что-то своими руками – «гоношить». Деревня Мартыново встретила нас дружелюбно. Сначала мы прошли в чудесный деревенский домик, с жарко натопленной русской печкой, играть в интересную игру « Лучший кацкарь», по итогам которой выбрали лучшего кацкаря и предложили ему остаться 12-м учеником в местной школе. Дальше было вкусное угощение: печеная картошка со сметаной и топленое молоко. Все это много часов томилось в настоящей русской печке, именно поэтому приобрели необыкновенный вкус и аромат. Наевшись до отвала, накупив топленого молока и клюквы в дорогу, от всей души поблагодарив хозяев, мы пошли в музей. Музей этот находится в обычном деревенском доме. Мы вошли с черного входа и сразу попали в помещение, где стояли лошади и повозки. На старинных повозках и сейчас зимой ездят кацкари. Чуть дальше жили овцы, коровы, свиньи – все под одной крышей. Потолки низкие, неровные полы покрыты сеном. По небольшой узкой лесенке поднимаемся чуть выше – здесь экспозиция сбора сена на поле. Пройдя за дубовую дверь, попадаем в дом, в сени. Здесь, в сенях, хозяйка, как правило, занималась стиркой. Стояло деревянное корыто, лежали две деревянные палки – пра-пра-прабабушки стиральных машин, и скалка – ею гладили белье. Трудно представить, насколько это был адский труд. Из сеней две двери. Одна в летнюю спальню. Летняя спальня – помещение совсем маленькое, как впрочем, и все в доме. Здесь красный уголок, железная кровать с подушками, накрытая расшитым покрывалом, на стене гобелен. Железная кровать – вещь особенная. На нее хозяин долго копил деньги, а когда покупал, в доме был праздник. Покупка такой кровати означала, что ты уже не бедняк. Кровать украшалась и стояла в летней спальне всем на обозрение. Спать на ней никому не разрешалось. Вторая дверь из сеней – в дом. Мы попадаем в малюсенькую комнатку, где едят, раздеваются. Здесь же у хозяина и рабочее место. При этом помещение очень маленькое. Дальше проходим в комнату матери. Здесь, конечно, висит люлька – зыбка, стоит шкаф, манекен и пуфик. Отсюда проходим в комнатку дочери. В углу сундуки с приданым, на полках подарки от женихов. Наконец, выходим к печке. Все это время, бродя по комнатам, мы ходили вокруг нее. А теперь вышли к топке. Печь русская, огромная. Сверху – спальные места, внутри – ванная комната. Это серьезно: в печке мылись. Там достаточно места даже для взрослого человека, а дети помещались по двое, по трое. Тут же, в печи, готовилась еда. Вышли мы уже с парадного входа, с широкого деревянного крыльца.

На этом наша двухдневная экскурсия подошла к концу. Кацкари попрощались с нами, пожелав хорошей дороги. Заняв свои места, последний раз взглянув на пушистые мордочки овец, просящих у нас еще хлеба, разложив по карманам и рюкзакам сувениры, мы отправились в обратную дорогу.