Пароходство не продам никогда
Новость о продаже ОАО "Приморское морское пароходство" (ПМП, входит в корпорацию PRISCO) шести танкеров-стотысячников, занятых на сахалинских проектах, государственной компании "Совкомфлот" вновь подняла тему ухода пароходства из России. В интервью деловой газете "Золотой Рог" председатель совета директоров и совладелец ПМП Александр Кириличев опроверг слухи о сворачивании бизнеса и рассказал, почему он не хочет уезжать в Сингапур.
- Александр Дмитриевич, в бытность гендиректором ПМП вы часто повторяли "я держу на контроле". Как сейчас?
- Ничего не менялось и меняться не будет. Все находится в режиме ручного управления. Только должности другие. Я - председатель совета директоров, Александр Мигунов - генеральный директор, далее - его заместители. Все находятся точно на тех же позициях, как и в бытность мою гендиректором. Поэтому каждый знает, что и как делать. Можно сказать, что сейчас я выполняю роль некоего советника, но при этом ни одного вопроса из-под контроля никогда не выпускал. Ни кадрового, ни финансового, ни текущей ситуации по рынку. Поэтому все успехи и неудачи - прежде всего мои. Но все, что касается бюджета, расходов, стратегии, в любом случае обсуждается на коллегиальном уровне. Никто в сторону не уходит.
- Сегодня практически все акции ПМП принадлежат оффшорным компаниям. Кто их настоящий владелец?
- Среди акционеров есть и менеджеры ПМП, и иностранные фонды. То, что рисуют СМИ, что Кириличев контролирует 75% акций компании, не совсем так. Я к такому ярлыку привык и уже не поднимаю этот вопрос - спорить бесполезно. Скажу одно - ситуация находится полностью под контролем менеджеров.
- Вы говорите - иностранцы. А чем тогда ПМП глянется тем же американцам? Дивидендов вы не платите, управление держите на ручном контроле...
- Любая публичная компания оценивается прежде всего с позиций капитализации. До кризиса ПМП оценивалось очень хорошо, в кризис цена упала фактически в 2,5 раза и сейчас не поднимается. Но желающих приобрести наши ценные бумаги предостаточно. Другое дело, что их нет в продаже. Не скрою, мы и сами заинтересованы в покупке акций компании. Цена на них сейчас достаточно низкая, но попробуй купи! А я все акции сейчас бы и собрал. Что касается моей оценки пароходства, то с точки зрения активов она в два-три раза выше, чем есть сейчас на рынке. Поверьте, ПМП очень привлекательный актив. Кстати, вы не заметили, что все наши инвестиции направлены прежде всего на развитие основного бизнеса? Около 90% прибыли мы направляли на строительство флота.
- А как же проекты по лесопереработке в Подмосковье, страховая компания "Защита-Находка", "ПРИСКО Капитал Банк", "Дальневосточный ипотечный центр" и другие?
- А это уже модное слово "диверсификация". Если кто не знает, термин "диверсификация" происходит от латинского слова, которое означает "разный, разнообразный". Так вот, с диверсифицированным доходом все будет гораздо спокойней.
- В свое время вы выстояли в противостоянии с инвесткомпанией "РИНАКО", которая смогла консолидировать более 10% акций ПМП. Сложно пришлось?
- Бизнес чем более становится привлекательным, тем больше на него претендентов. Строить всегда сложно, проще купить, а еще лучше - отобрать. Вы правы, нам тоже пришлось с этим столкнуться. Хорошо, что мы к такому сценарию оказались готовы со всех сторон, и технически, и морально. Сейчас повторения той истории я уже не допущу.
- Вам, воспитанному советской системой, удалось выстроить образцово-показательную по капиталистическим меркам компанию! Как же вы решились ее распродать?
- А о распродаже речи и не идет. Да, мы приняли очень достойное предложение. Бизнес есть бизнес, и если за часть компании дают очень хорошую цену, почему бы на это не пойти? Надо уметь считать. Но это лишь обычная, пусть и выгодная сделка. Пароходство я не продам никогда, пусть даже втридорога. Самое главное мое достижение - это люди, а их миллионами долларов не измеришь.
- На проданных вами "Совкомфлоту" танкерах были оффшорные флаги. По идее, теперь "Совкомфлот" как государственная компания должен поднять на них российский флаг?
- Это его обязанность. Другое дело, что компания от этого части прибыли недосчитается. Налоговая составляющая возрастет очень заметно. Что бы там ни изобретали в последнее время - второй реестр и так далее, но единый социальный налог и кое-что другое никто не отменял. Смешно напоминать, но правило, при котором, войдя под российский флаг, судовладелец не имеет права продавать пароход в течение десяти лет, действует до сих пор. Невозможно в таком случае успешно работать на рынке. Мое конкурентное преимущество - продать или купить судно в любой удобный момент под конкретный проект, а мне это запрещают! Пусть "Совкомфлот" покажет пример с российскими флагами, тогда, может быть, и я задумаюсь и последую его примеру. И может, мне тоже что-нибудь в этом случае дадут отщипнуть от нефтяного пирога. Пока же все наоборот. Даже госкомпании в лице "Совкомфлота" по большому счету ничего не светит, куда уж нам.
- Была ли альтернатива сделке с "Совкомфлотом"?
- Говорят, что на рынке встречаются два счастливчика или два дурака, один покупает, другой продает. Я счастлив, что эта сделка произошла. Альтернатива? Сложно сказать. Вот работали у меня на Сахалине в чартере три танкера. Год назад один из них, "Павел Черныш", оказался лишним. Уменьшился объем нефти, и все. Потом идет следующее предложение, и этих пароходов много. И как вы думаете, чей танкер окажется лишним на этот раз? Мой или "Совкомфлота", государственной компании? А речь идет о специальных судах усиленного ледового класса, на них при строительстве столько накрутили, что диву даешься. И вдруг этой махине отказывают в чартере и выбрасывают на спот (рынок, на котором сделки улаживаются в течение нескольких деловых дней). Соответственно, владелец получает одни убытки. Пароход нужно как можно скорее пристроить и получить как можно более высокую ставку. А как? Я ни у кого валяться в ногах не буду, поверьте. Я использую только схемы рынка, а на нем сегодня хорошую ставку на мой танкер уже не дают. Как бы я там ни выворачивался. И тут вот он - "Совкомфлот". Которому наверняка пообещали, что без заказов его флот не останется. Дай Бог, если мои пароходы останутся на этих проектах. Но я думаю, что в скором времени "Совкомфлот" выйдет с предложением к "Эксоннефтегазу" (американский оператор проекта "Сахалин-1) и скажет: "господа, пришло время поменять ставки и отношение". Но это только мои предположения.
- Кстати, эти шесть пароходов, построенные с нуля, уже окупились?
- Все, что касается "Сахалина-1", - ни в коем случае. По этому проекту танкеры были отданы в чартер на 15 лет, но зарабатывали они не так уж и много. Можно сказать, что это некоммерческие пароходы. Если говорить об окупаемости - где-то наполовину. Поэтому часть вырученных за них средств мы направим на расчеты с банками. Но в любом случае для нас это хорошая сделка. Для "Совкомфлота", наверное, тоже. Ну, не дураки же там сидят. Значит, у них есть в перспективе проекты, на которые эти суда и уйдут.
- С чем остается Приморское морское пароходство?
- PRISCO остается с достаточно большим танкерным флотом - 13 танкеров общим дедевейтом 1,2 млн тонн. Мы остаемся работать на Сахалине. Только вместо танкеров-стотысячников на проектах будет задействован вспомогательный флот - ледокольный буксир и высокоскоростные пассажирские суда для обслуживания нефтедобывающих платформ. Кроме того, сегодня наши танкеры работают в Юго-Восточной Азии, в районах Персидского залива и Индийского океана, между портами Южной и Северной Америк, Европы, у побережья Африки. Работы для них хватает. Открою небольшой секрет - сейчас мы готовим новый серьезный проект с одним из больших партнеров. Но теперь уже ориентируемся не на Россию, а на мировой рынок. Это будет новый этап развития PRISCO.
- Где будете находиться во время проведения саммита АТЭС?
- Буду наверняка в Приморье, только вот с саммитом мои пути вряд ли пересекутся. На мой взгляд, саммит в конечном итоге проведут в Санкт-Петербурге. Месяца за три, а может, и за полгода, переориентируют его из Владивостока. За вторую столицу говорят наличие инфраструктуры и опыта проведения подобных форумов, за Владивосток я не вижу никаких видимых плюсов. Наверное, перенос будет верным решением. Жалко только, что в ближайшие два года здесь все будет в непрерывной стройке по принципу слепить абы как. Неважно, какого качества, главное, освоить выделенные средства по полной программе. А потом будут искать покупателей на новые объекты. Когда мне говорят, что в корпуса ДВФУ на острове Русский поселят студентов, я в это категорически не верю. Ну не бывает манны небесной в этой стране. Все это в конечном итоге превратится в предмет коммерческих торгов. Кому, за сколько и на каких условиях, решат заранее. Поэтому тому, кто сейчас готов продать квартиру, советую не жаться и продать. Есть все основания считать, что стоимость квадратного метра во Владивостоке после 2012 года резко упадет.
- А вы сами после 2012 года за рубеж не махнете? В тот же Сингапур, поближе к штаб-квартире PRISCO?
- А мне это зачем? Я что, не русский? Заняться мне будет чем. Кадровый департамент пароходства в любом случае останется в Находке, значит, надо будет держать его на контроле. Да и другого бизнеса, помимо судоходного, у нас предостаточно. Той же медициной плотней займусь. Рассчитываю, что в скором времени с нашей помощью в Находке появится медицинская клиника с высокопрофессиональными специалистами и аппаратурой не хуже, чем в Сингапуре. Людей надо спасать на месте, а не за границей. И средств на этот проект мы не пожалеем.
- В хорошем смысле вы странный человек. Пессимист в вас соседствует с оптимистом, и оба легко находят общий язык. А как вы ладите в таком случае с менеджментом компании, который, и это не секрет, уже давно не видит перспектив работы в России? Зачем вам эта головная боль с нашими мэрами и губернаторами, чиновниками и силовиками?
- С менеджерами я общий язык находил и будут находить. Мы одна команда. Вы правы, проскальзывает иногда у них эта позиция - взять и перебазироваться за рубеж полностью. Но я в свое время им всем сказал: пока я жив, куда бы вы ни прыгнули, меня вам все равно не перепрыгнуть. Как я решил, так и будет.
Олег Клименко
