Радиостанция "Вести-FM"
16 декабря 2008 года
Интервью президента ММВБ
ВЕДУЩИЙ: Доброе утро, Константин Николаевич!
Константин КОРИЩЕНКО: Доброе утро.
ВЕДУЩИЙ: Первый вопрос будет касаться работы фондовой биржи. Начнем с фондовой биржи. Тем более, что на ММВБ есть и фондовая секция, есть валютная секция, надеюсь, что на валюту нам времени тоже хватит. Тем не менее, начнем с фондового рынка, который теперь стал в центре внимания практически всего населения, которое в акции, собственно, не играет, но, тем не менее, про фондовый рынок знают все, не только в России, но и во всех странах Европы. Это основная новость дня, что происходит на фондовом рынке. На нашем фондовом рынке следят не только за тем, что цены растут или падают, но за тем, что торги довольно часто приостанавливаются. Как вы относитесь к такому средству борьбы с паникой на рынке, как приостановка торгов? Их останавливают не только из-за паники, когда цены падают, но и когда они растут, как это было в минувшую пятницу. Но, тем не менее, почему такая техническая методика борьбы?
Константин КОРИЩЕНКО: Прежде всего, не только у нас это происходит, это происходит и в целом ряде других стран.
ВЕДУЩИЙ: Методика универсальна, безусловно.
Константин КОРИЩЕНКО: А причины две. Первая - та причина, о которой вы сказали, это дает возможность участникам рынка немножко остыть от ажиотажа, который возникает в случае быстрого роста или быстрого падения рынка. Последние несколько месяцев мы наблюдаем серьезные колебания. Но есть и вторая причина, весьма и весьма серьезная, она заключается в том, что участники рынка для того, чтобы осуществлять свои операции, некоторое количество денег или ценных бумаг резервируют, то есть откладывают, что называется, в сторону для того, чтобы обеспечить исполнение своих обязательств. И это количество бумаг или денег расчетное и зависит от соответствующих цен. Если цены быстро меняются в ту или иную сторону, то, соответственно, либо участнику надо что-то довнести, либо что-то вернуть, а на это нужно определенное время, просто чисто технические действия. Поэтому остановки рынка, приостановки рынка, если они не носят длительный характер, они технологически полезны и важны и служат скорее на пользу.
ВЕДУЩИЙ: Вы хотите сказать, что это не только мера для профилактики паники, но еще такая техническая отсрочка для игроков, чтобы они успели какие-то вещи подготовить к дальнейшей работе на рынке. Вот так, да?
Константин КОРИЩЕНКО: Это, кстати, очень хорошо видно по сравнению с теми рынками, которые не регулируются, так называемые внебиржевые. Наверное, многие слышали о том, что существуют так называемые маржин-колы, то есть некоторые требования по дополнительному внесению денег или ценных бумаг, с которыми столкнулись многие наши заемщики. К сожалению, неотрегулированность этого вопроса, невозможность периодически отрегулировать объем денег или ценных бумаг, она приводит к тому, что многие из них оказались сегодня в проблемах, не имея возможности исполнить свои обязательства.
ВЕДУЩИЙ: Тем не менее, многие эксперты, когда начались такие остановки на российском рынке, когда вы говорите, что останавливается ненадолго - это понятно, да, что, может быть, игрокам это тоже полезно. Но когда рынок останавливается на сутки и иногда и больше, то тут уже никак это не объяснишь какими-то техническими проблемами. Так вот, многие эксперты говорят о том, что такие частые остановки на российском рынке заставляют многих игроков просто уходить на западные площадки, благо место свободное и открытое. Эта тенденция изменилась? Месяц назад она была, я так понимаю, ярко выражена, а сейчас? Все уже привыкли к тому, что происходит на российском фондовом рынке?
Константин КОРИЩЕНКО: Я думаю, что данная тема - длительной приостановки торгов - уже себя исчерпала, поскольку и сами события ушли в историю, и наш регулятор - Федеральная служба по финансовым рынкам - приняла соответствующий документ, который существенно смягчает регулирование в этой сфере. Поэтому я думаю, что если что-то нас и ожидает в будущем, то только краткосрочные перерывы в торгах, которые нужны для контроля за рисками. А длительных остановок, скорее всего, уже больше не будет.
ВЕДУЩИЙ: Кстати, когда вы стали исполняющим обязанности президента ММВБ, вы говорили о том, что ваша главная задача - выстроить систему страхования рисков. Правильно я понимаю? Что сделано?
Константин КОРИЩЕНКО: Срок достаточно небольшой для того, чтобы успеть что-то сделать, но в любом случае мы пересмотрели подходы, прежде всего, к заключению сделок РЕПО, которые привели к проблемам в сентябре, мы поменяли уровень депозитных взносов, которые гарантируют исполнение обязательств на срочном рынке и рынке валютном. Сейчас мы рассматриваем изменения структуры лимитов на участников с тем, чтобы в зависимости от капитала участники получали большие или меньшие лимиты, а не были все одинаково, скажем так, равны на рынках.
ВЕДУЩИЙ: Центробанк должен скоро выйти на фондовый рынок, он получил, во всяком случае, такую возможность. В качестве кого он будет участвовать в этих торгах, если будет вообще участвовать?
Константин КОРИЩЕНКО: Я думаю, что, конечно же, будет, но здесь надо понимать о какого рода торгах идет речь. То изменение в законодательстве, которое позволило Центральному банку участвовать в торгах на фондовой бирже, было направлено на расширение залогового обеспечения, под который Центральный банк предоставляет свои средства, и упрощение технологическое тех операций, которые ведет Центральный банк, а отнюдь не на то, чтобы Центральный банк вышел и начал скупать огромные....
ВЕДУЩИЙ: Все так, по-моему, на это надеются.
Константин КОРИЩЕНКО: Видимо, здесь в данном случае их ждет разочарование, потому что Центральный банк не получил право свободного приобретения акций, поэтому это скорее некоторые неоправданные ожидания. А что действительно, скорее всего, произойдет, это то, что Центральный банк сможет предоставлять ликвидность не только под сегодняшние залоги, а именно - облигации, но и под акции, что существенно расширит возможности по передаче денег в экономику и облегчит жизнь тем, кто сегодня пытается развивать производство и прочую активность.
ВЕДУЩИЙ: Некоторые эксперты говорят, что слабость российского фондового рынка заключается в том, что там нет главного ведущего игрока, то есть все руководствуются чем угодно, и кто угодно, строго говоря, в любой день может повести за собой рынок. Это действительно проблема нашего рынка? Некое отсутствие такого игрока, который определяет, что ли, тенденцию и ведет за собой рынок?
Константин КОРИЩЕНКО: Это наша извечная проблема, что должен быть барин, который приедет и рассудит. А если говорить серьезно, то тенденция на финансовых рынках определяется тем, что сегодня существует большое количество так называемых международных игроков, которые сами обладают большими средствами и еще обладают доступом к большим объемам кредита. Поэтому они размещают свои средства или выводят свои средства из многих рынков или на многие рынки одновременно. Поэтому, скажем, история сентября и октября, когда российский рынок падал вместе с другими, это была прежде всего проблема не столько российского рынка, сколько этих игроков, которым нужно было закрывать свои позиции. И недаром же статистика подтверждает, что за сентябрь-октябрь в Америку был очень большой приток капитала, то есть на самом деле это было закрытие позиций тех, кто столкнулся с проблемами на американском рынке. Поэтому Россия выступила в каком-то смысле донором. Точно так же и сейчас, когда ситуация, с моей точки зрения, потихоньку успокаивается, и некоторые из участников уже переходят от состояния ступора к состоянию, так скажем, «открытого рта» от возможностей приобрести столько много дешевых активов, я думаю, что это приведет к тому, что совместно с другими рынками российский рынок тоже может потихонечку вырастать.
ВЕДУЩИЙ: Перед новым годом все, как правило, в минувшие года говорили о предновогоднем ралли в декабре. В этом году кто-то тоже так робко произносит это слово "предновогоднее ралли". Ваша оценка - дождемся?
Константин КОРИЩЕНКО: Не думаю, что должно быть какое-то значительное ралли. По той причине, что обычно конец года, так же как и любая другая календарная дата (вспомните, у нас была сдача домов к 1 мая или 7 ноября в свое время), служит своего рода отчетной датой для различного рода целей, в том числе и для получения бонусов. В этом году, я думаю, что большое количество участников финансового рынка о бонусах не помышляет, поэтому и неким "искусственным" способом разгонять стоимость активов у них нет никакой нужды. Более того, если говорить уж совсем откровенно, то вновь пришедшие сотрудники на место ранее уволенных, которые были уволены за допущенные недостатки и потери на финансовых рынках, они даже в каком-то смысле заинтересованы, чтобы результаты были не очень хорошими, потому что их бонус следующего года будет зависеть от того результата, который они получат в следующем году, и чем будет ниже результат сегодня, тем больше они смогут получить в будущем году.
ВЕДУЩИЙ: То есть чем меньше стартовая отметка, тем больше впечатление произведут их успехи в будущем году. А они будут, эти успехи?
Константин КОРИЩЕНКО: С моей точки зрения, это безусловно, потому что финансовыми рынками правит прежде всего жадность, а на сегодня количество активов, которые стоят очень дешево, а их просто огромное количество по всему миру, и сейчас вопрос лишь заключается в том, как быстро эти крупные игроки финансового рынка наведут порядок у себя на заднем дворе и повернутся в сторону уже более активного, более агрессивного инвестирования.
(Новости)
ВЕДУЩИЙ: Мы сейчас плавно переходим к валютной секции ММВБ. За работой этой секции биржи следят с еще большим вниманием, чем за фондовым рынком. Все живо интересуются курсом доллара, евро и так далее. И все с удивлением следят за тем, как Центробанк расширяет границы бивалютной корзины, границы валютного коридора. Как вы оцениваете то, что делает Центробанк? Стоило ли стоять насмерть или все-таки более правильно отступать?
Константин КОРИЩЕНКО: Очень легко давать советы, стоя на берегу, поэтому я воздержусь от оценок того, правильно или неправильно делает Центробанк, поскольку для того, чтобы реально об этом говорить, как человек, который был на той стороне, я понимаю, что надо понимать всю совокупность данных, которые имеются. К сожалению или к счастью, эта совокупность данных обычно не доступны широкой публике, и поэтому многие мнения носят иногда очень поверхностный характер. Другое дело, я хотел бы сказать и в этом смысле поддержать высказывания и руководителя Банка России, и тех экспертов, которые говорят, что не следует переоценивать сегодняшний тренд ослабления рубля, - да, в нем есть много справедливого, есть отток капитала, есть снижение цен на нефть, есть и много других факторов, которые влияют. Но, во-первых, посмотрите на то, что происходит с долларом. Еще месяц назад, вспомните и комментарии о том, что доллар возвращается, как Шварценнегер, и все, мол, будет хорошо. Опять он откатывается, и мое ощущение, что он будет откатываться и дальше по отношению к евро. Не исключаю, что в результате идущих переговоров, в рамках ОПЕК или некоторых других мер, мы увидим адекватные меры по снижению добычи нефти, которые сбалансируют рынок реальный спроса и предложения. А финансовый рынок - он же не самостоятельный в этом смысле, он просто увеличивает тенденцию. Когда рынки падают, он увеличивает тенденцию на падение нефти, когда рынки растут - увеличивает тенденцию на рост, и если будут первые знаки того, что цена на нефть пошла вверх, финансовый рынок мгновенно развернется и начнет отыгрывать уже вверх. Что, в свою очередь, приведет к увеличению и бюджетных доходов, и, соответственно, притоку капитала, что, в свою очередь, приведет к изменению динамики курса рубля. Но в отличие от того, что было, скажем, три-четыре месяца назад, сегодня уже, если посмотреть назад, на нижнюю границу коридора, она уже значительно дальше, и все те, кто оказался в лонгах, то есть приобретал иностранную валюту в расчете на то, что она будет расти против рубля, могут оказаться в проблемах, как это и случилось какое-то время назад. Поэтому мое мнение или мой совет, что нужно иметь сбалансированную позицию, независимо от того, являешься ли ты коммерческим банком, или частным лицом, или промышленной компанией, и не перекашивать ее в пользу доллара, евро или рубля.
ВЕДУЩИЙ: Став президентом ММВБ, вы сказали, что готовите целый ряд проектов, (я не имею в виду лично вас, но вашу команду), готовите целый ряд проектов, касающихся увеличения времени торгов валютными парами и рассматриваете возможность включения дополнительных валютных пар, например, евро-доллар. Что из этого сделано, что будет сделано в ближайшее время или до конца года?
Константин КОРИЩЕНКО: Прежде всего, о предпосылках. Если посмотреть на статистику, то рынок пара евро-рубль в своих оборотах, объемах растет очень быстрыми темпами. У нас обороты по свопам практически сравнялись с рубль-доллар, а по споту растут очень быстро и приближаются к долларовым. Конечно, слово "приближаются" с натяжкой, но быстро растут. А в связи с закрытостью внешних рынков есть большая потребность в конверсии доллар-евро у участников рынка, особенно у тех, которые либо не готовы, либо не хотят брать риск на иностранных контрагентах. Поэтому у них есть большой интерес к тому, чтобы продлить эти операции внутри. В связи с этим мы уже расширяем сейчас длительность торгов по рубль-евро для целей более активной работы рынка, а с нового года, с января, мы вводим пару евро-доллар. Можно считать, что это фактические действия, поскольку все эти планы уже технически подготовлены и речь идет только о выполнении определенных технических процедур.
Но на этом мы не останавливаемся, у нас сейчас идут достаточно активные переговоры с нашими контрагентами о вовлечении, как минимум, двух валют, а именно - казахской и белорусской, в обращение на ММВБ, поскольку торговый оборот с этими странами, он традиционно велик, но также традиционно велся в долларе. Учитывая сегодняшнюю обстановку и поставленные задачи по созданию финансового центра и трансформации рубля, актуальность использования этих пар - рубля с казахским тенге и белорусским рублем, они сейчас имеют очень высокую актуальность. И эти проекты не за горами, я думаю, что в очень близкое время мы будем уже конкретно объявлять о том, что и когда будет.
ВЕДУЩИЙ: Что касается мягких валют. Вы как-то оценили потребность рынка в этих валютах? То, что идут контракты, - это понятно, но они же идут по безналичному расчету. Насколько у людей будет потребность покупать все на бирже? Напрямую считать будет удобнее, чем пересчитывать все через доллары?
Константин КОРИЩЕНКО: На бирже, во-первых, обычные граждане валюту не покупают. Это обычно делают даже не предприятия, это обычно делают банки, которые продают ее и покупают...
ВЕДУЩИЙ: А потом ведут расчеты для клиентов.
Константин КОРИЩЕНКО: Да, потребность сейчас уже достаточно заметна, но все зависит от того, стакан наполовину пуст или наполовину заполнен, и прочее. Я приведу пример: чуть более года назад, когда активизировался рынок евро-рубля, он занимал десятые доли процента от рубль-доллар, и все говорили: "Зачем евро-рубль? У нас есть доллар. Ничего из этого не получится". Но сегодня рубль-евро, как минимум, занимает 10 процентов от рынка рубль-доллар, а то и больше, если включать еще и рынок свопов. Да, это произошло за год, потому что есть потребность в диверсификации валюты, есть потребность в практических контрактах. Сегодня российские, белорусские предприятия, казахские предприятия, в том числе и банки, могут и даже хотят заключать контракты, минуя доллар, но проблема, с которой они сталкиваются, заключается в том, что им, во-первых, надо иметь возможность рассчитаться, а во-вторых, им надо получить рефинансирование и надо разместить куда-то свои деньги. В отсутствие рынка они, конечно же, будут постоянно перебегать в доллар или в евро. Соответственно, наша задача дать им такую возможность - предоставить им рынки, где они могут использовать национальные валюты, а не прятаться в иностранные.
ВЕДУЩИЙ: В эти сложные времена опять начались разговоры о том, чтобы две российские торговые площадки, я имею в виду ММВБ и РТС, слить в некую единую систему. Слишком много бирж в России - это чересчур. Я слышала такую, например, фразу. Владимир Миловидов, это глава Службы по финансовым рынкам, вообще заявил о том, что, видимо, в ближайшее время действительно и ММВБ, и РТС сойдутся, но в виде некоего холдинга. Что вы об этом слышали и ваше мнение, если что-то слышали?
Константин КОРИЩЕНКО: Проще всего было бы сказать, что я ничего об этом не слышал. Во-первых, давайте зададимся вопросом, сколько у нас сегодня в России действующих бирж? Точно не две. Совсем недавно, недели две назад, наши уважаемые премьеры России и Казахстана обсуждали проблематику нефтяной биржи и возможность создания филиалов в Казахстане.
ВЕДУЩИЙ: Нет, это же сырьевые биржи. Мы сейчас все-таки говорим о биржах - прежде всего фондовых площадках.
Константин КОРИЩЕНКО: Почему? Московская межбанковская валютная биржа, а точнее ее дочерняя структура - Национальная товарная биржа является основной площадкой, если не сказать единственной, для зерновых интервенций, и рост этого рынка очень велик, за последние полгода буквально. Так что выяснить, где у нас сырьевая, где у нас не сырьевая - это очень спорный момент. Но я веду речь о том, что биржи представляют собой некоторые места, где люди торгуют тем или иным товаром, по тем или иным правилам. Но, опять же, как любая деятельность, она имеет видимую часть и невидимую часть. Невидимая часть этого айсберга - это то, что называется постторговые процессы. Это расчеты на рынке ценных бумаг, валютном, рублевом, это осуществление клиринга, регулирование рисков и так далее. И, в принципе, этим занимаются обычно не биржи, этим занимаются обычно структуры, которые работают рядом с биржей - клиринговые организации, счетные палаты, депозитарии. Обсуждать тематику объединения бирж без обсуждения всей инфраструктуры, мягко говоря, недальновидно. А у нас структура всех этих организаций, структура собственников, она не одинакова. Где-то есть государство, где-то его нет, где-то есть участники, которые вчера были участниками рынка, а сегодня перестали ими быть, и так далее, то есть ситуация меняется динамически. Поэтому для того, чтобы достигать какого-то решения, нужно прежде всего достичь понимания самих акционеров, в том числе и государства, что они хотят от своей инфраструктуры, а нужно ли ее размещать, так сказать, в полосочку, в клеточку, в одну клеточку или по разным клеточкам? Наверное, это вопрос тактики реализации тех стратегических задач, которые поставлены. Поэтому мне кажется, что прежде всего надо решить проблемы, которые у нас давно накопились, а эти проблемы известны - это и проблемы в законодательной сфере, это проблемы капитализации, это проблемы в сфере надзора и прочее. Биржи, могу сказать, в сегодняшнем ландшафте финансового рынка, наверное, далеко не самые первые в списке проблемных структур, с которыми нужно что-то делать.
ВЕДУЩИЙ: Тем не менее, уж коли слово вылетело, то явно будет взят курс на объединение бирж. Вот то, о чем вы говорите, что нужно сначала инфраструктуру все-таки создать, понять, какой она должна быть, а потом уже принимать какое-либо решение о слиянии или неслиянии - этот процесс идет, что вокруг бирж, или это тоже только на словах? Или говорят, вот давайте сейчас сольем, а потом будем решать по мере поступления проблем?
Константин КОРИЩЕНКО: Мне трудно судить, поскольку все-таки я не являюсь акционером и не представляю акционера. Я сегодня являюсь менеджером одной из бирж, поэтому я вижу, что у самой биржи есть масса вопросов (мы с вами уже говорили, скажем, о совершенствовании системы риск-менеджмента, развитии рынка в той или иной сфере), которые нужно, что называется, срочно и немедленно решать. Есть проблемы капитализации клиринговой организации, есть проблемы технических сервисов. Любая реорганизация, любая реструктуризация - это, как операция, это серьезнейший стресс для организма.
ВЕДУЩИЙ: Только ухудшает ситуацию.
Константин КОРИЩЕНКО: Не ухудшает, но отвлекает от решения сегодняшних повседневных проблем. Поэтому надо понимать, что мы получим.
ВЕДУЩИЙ: Я благодарю нашего гостя. Спасибо, Константин Николаевич.
