На своем, законном месте

НА СВОЕМ, ЗАКОННОМ МЕСТЕ

Евгения Саратовцева

Действительно хороших и знаменитых адвокатов в России не так много. Но Павла Астахова без преувеличения знают все. Именно он создал несколько прецедентов, участвуя в громких судебных процессах, именно он добивался заключения между враждующими сторонами мировых соглашений, именно он ведет программу «Час суда», где в эфире дает ценные юридические консультации. Помимо прочего, Астахов написал несколько книг по адвокатской практике, а также два (пока два) художественных произведения – детективы «Рейдер» и «Мэр».

- Павел Алексеевич, вы - известный, публичный человек, участвуете во многих процессах, ведете программы на телевидении и радио. Вам было недостаточно этих инструментов для того, чтобы донести до широкой общественности наличие каких-то проблем в юридической системе нашей страны? И поэтому вы решили взяться за перо?

- Прежде всего, я считаю, что юрист просто обязан просвещать свой народ, об этом говорили многие - от Цицерона до Анатолия Собчака. А просвещение хорошо в любой форме – в виде научных статей, в виде преподавания, в виде личного примера, и в художественной форме тоже. Иные адвокаты занимаются, например, очень узконаправленными проблемами – скажем, только акционерными обществами, и все. А мне интересно заниматься многими вещами. И, если мне это по силам, то я на себя это беру. При этом я не смогу выпустить такое произведение, которое никто не станет читать, потому что оно - некачественное. Уж если я что-то делаю, то на совесть!

- Вы всегда поднимаете самые острые темы нашего общества. Откуда в вас столько гражданского самосознания и смелости, ведь мало кто осмеливается о многих проблемах говорить вслух?

- Это неправда. В нашем обществе много людей, которые открыто и громко озвучивают различные проблемы. Мое же гражданское самосознание, наверное, появилось с рождения. Я постоянно со всеми спорил, что-то кому-то доказывал – и всегда был таким, сколько себя помню. Если посмотреть мою адвокатскую практику, то можно понять - я всегда, по любому делу имел свое четко выраженное мнение, всегда его высказывал и всегда был откровенен. Ведь если существует какая-то несправедливость, то о ней нужно говорить! И, кстати, я вообще не считаю, что художественное произведение на злободневную тему – это образец гражданского мужества. Скорее, наоборот, это попытка сказать в завуалированной форме то, что не всегда можно сказать открыто.

- Ваша последняя книга «Мэр», которую вы посвятили - цитирую - «Мэрам, оставшимся на свободе», является неким предупреждением для этих высокопоставленных чиновников?

-Это не только и не столько предупреждение, сколько попытка проанализировать то, что происходит у нас в обществе, в данном случае - с выборной должностью мэра. Книга посвящена, в частности, и тому делу, в котором я недавно участвовал – я имею в виду дело Волгоградского мэра Евгения Ищенко, который был обвинен в должностных преступлениях и год провел в тюрьме, но обвинение сняли и оправдали его по всем статьям. Примерно такая же судьба постигла мэра, которого я описал в своей книге. И я хотел бы обратить внимание на то, что в нашей стране главы муниципальных образований - наиболее уязвимое звено в государственном аппарате, и они преследуются. Я даже вставил в книгу такой сюжет, который имеет место в реальности – в одной из колоний, существует целый хор российских мэров.

- Не опасаетесь, что с этой книгой может возникнуть подобная ситуация, как после выхода первого вашего произведения «Рейдер», когда вас хотели обвинить в клевете?

- Нет, я не боюсь этих абсурдных ситуаций. После выхода книги о рейдерских захватах на меня почему-то обиделись представители Главного следственного управления, посчитав, видимо, что именно их я представил в «Рейдере» оборотнями в погонах. Даже подали на меня в суд. Это было для меня совершенно неожиданно – накануне отпуска я вдруг получил повестку к следователю – явиться для дачи показаний по делу о привлечении за клевету. Я подумал, естественно, что это шутка. Оказалось – нет, не шутка, есть еще люди, которые не понимают сути творчества и художественного произведения и все воспринимают буквально. Закончилась эта история благополучно - Коптевская межрайонная прокуратура отказала истцам в возбуждении уголовного дела, не найдя состава преступления в литературном произведении «Рейдер». Поэтому я сразу хочу обозначить, что мои герои в книге «Мэр» - это собирательные образы, не нужно выискивать в ней намеков на конкретных людей и конкретные учреждения.

- В последние годы наметилась тенденция - когда какой-то крупный чиновник или бизнесмен попадает под суд, он сразу же становится в глазах общественности невинной жертвой системы. Вы не боитесь, что вас когда-то обвинят в защите коррумпированного чиновника, например?

- Обвинить адвоката в защите – это просто смешно! Потому что защита - это единственное занятие адвоката, независимо от положения, цвета кожи и вероисповедания подзащитного. Я, как мне кажется, в своей 15-летней практике уже это доказал – я защищал и Лужкова и Доренко. И Гусинского и правительство Российской Федерации, и министра Швыдкого и Председателя счетной палаты Степашина, и журналистов газеты «КоммерсантЪ» против холдинга «Альфа-групп».

- Многие адвокаты сейчас стали писать книги – вы, Михаил Барщевский и прочие. И все, как правило, основывают сюжеты на реальных фактах. Это, по-вашему, этично и не противоречит адвокатской этике?

- Профессиональная адвокатская тайна, естественно, существует, мало того, адвокат не имеет права разглашать тайные сведения, которые стали ему известны в процессе выполнения своего долга в связи с конкретным делом и конкретным человеком. Но написание художественных произведений, даже отчасти основанных на реальных событиях, не является нарушением адвокатской тайны. Более того, некоторые из прототипов персонажей сами выражают согласие на использование в сюжете реальных фактов. Тем более, в нашей стране каждый имеет право на творческую реализацию И это адвокатской этике никак не противоречит.

- Поясните на вашем примере, как стать успешным адвокатом?

-Я преподаю в университете, и этот вопрос мне постоянно задают студенты. Потому что в наше время сложно понять, что в нашем обществе является настоящими ориентирами, а что – ложными. Кроме того, как это ни банально звучит, я для себя вывел простое правило - чтобы стать настоящим адвокатом, надо быть честным! В первую очередь по отношению к клиенту, которому ни в коем случае нельзя обещать невозможное. Во-вторых - по отношению к своему делу. Уж если сказал, что можешь сделать то или иное, будь добр – сядь за учебники, изучи новые законы, повтори судебную практику, подготовься, как следует. И в-третьих, надо быть честным по отношению к себе – если ты не можешь выполнить первых двух условий, то положи на стол адвокатское удостоверение и занимайся другим делом. И, конечно, надо много работать!.

- Существуют ли определенные критерии, по которым вы ведете отбор – заниматься ли тем или иным делом?

- Критерии есть, конечно. Самый главный - интерес самого дела. Я берусь за работу, если интересен сюжет, интересны материалы дела, интересны обстоятельства с точки зрения юридической практики. Если есть возможность сказать новое слово в этой практике, создать прецедент, то это я вообще считаю большой удачей. Потому что я очень люблю создавать прецеденты. В свое время я создал их в деле о защите чести и достоинстве академика Ландау уже после его смерти, в деле ИД «КоммерсантЪ» против «Альфа-банк». Прецедент был создан также в тяжбе между министром Швыдким и министром Соколовым – эти два чиновника высокого ранга смогли достичь компромисса и заключить мировое соглашение в суде.

- Вас не приглашали работать за границей?

- Я полтора года жил и учился в Америке в университете. И практику там проходил в адвокатском бюро, стажировался. И мне действительно предлагали там остаться - работать и жить. Но дело в том, что это не очень интересно. Там – американская форма жизни, меня она не привлекает, меня заботит то, что происходит в России, поэтому я без малейшего сожаления вернулся сюда и работаю здесь. Мне гораздо интереснее и нужнее быть полезным своей стране и своим согражданам.

- Тем не менее, далека от совершенства наша судебная система… Одно дело обманутых дольщиков, например, чего стоит.

- Ко мне обманутые дольщики не обращались за защитой. Хотя у меня есть некоторые соображения по поводу того, как можно было бы решить их проблемы. А вообще ситуация, в которой оказались эти люди, вытекает из нежелания многих наших соотечественников обращаться к юристам для контроля над сделкой. Считается, что это дорого – воспользоваться услугами адвоката. Но насколько же несоизмеримо это «дорого» с теми суммами, которые потом люди теряют после заключения непроверенных грамотным юристом договоров! А что касается судебной системы в целом – да, здесь проблем очень много. Во-первых, печальное наследство СССР и коммунизма дает о себе знать, поскольку постоянно наблюдается абсолютная идеологическая разобщенность между судами, адвокатурой, прокуратурой и следствием! Адвокатов вообще часто не воспринимают всерьез. К сожалению, у наших граждан довольно низкое правосознание.

- Ваши сыновья не планируют заняться юриспруденцией?

- Нет, хватит нам в семье юристов!!!

ДОСЬЕ

Павел Алексеевич Астахов

Родился 8 сентября 1966 г. в Москве. Служил в Пограничных войсках. Образование: факультет правоведения, Высшая школа КГБ СССР – 1991 г., Школа права (магистратура) Питтсбургского университета (США) – 2002 г. Кандидат юридических наук, магистр права. Награжден знаком «Почетный адвокат России». Юридический стаж – с 1991 г. Член Московской городской коллегии адвокатов с 1994 г. Адвокат Московской адвокатской палаты. Глава «Коллегии адвокатов Павла Астахова». Автор многих статей и книг юридической тематики, художественных произведений «Рейдер» и «Мэр». Владеет шведским, испанским, французским, английским языками. Активно занимается спортом, охотой, коллекционирует линзы. Женат, два сына.